Экспозиция, в которой собраны самые знаменитые и экспрессивные работы скульптора, занимает два этажа. Первый больше похож на традиционное выставочное пространство: два просторных зала, мягкий свет, равномерно рассредоточенные скульптуры, которые можно обойти кругом, даже музейные работники, бдительно наблюдающие за соблюдением порядка и тишины, те же, что и везде. Но в отличие от стандартной выставки, где категорически запрещают прикасаться к экспонатам, здесь у посетителей появляется уникальная возможность тактильного знакомства с произведением искусства и техникой скульптора. Для этого с помощью современной технологии трехмерной печати воспроизведены фрагменты двух работ Голубкиной.
Возле одного из самых заметных произведений – вазы «Туман» – установлена тактильная панель, где точно повторены фрагменты скульптуры. По замыслу автора идеи и сокуратора выставки, руководителя архитектурного бюро «Мезонпроект» Ильи Машкова, прикоснувшись к деталям, можно гораздо глубже понять, как работал художник, о чем думал в момент создания своих произведений. Вторая тактильная панель размещена у бюста писателя Алексея Ремизова и демонстрирует технику работы скульптора. В день открытия подойти и потрогать каждую из них было не то что бы просто: вдохновившись идеей, зрители выстраивались в очередь, трогали, задумывались, отходили в сторону и снова возвращались.
Фрагмент вазы «Туман». Скульптура Анны Голубкиной. Фотография Аллы Павликовой
Тактильная панель с фрагментами вазы «Туман». Фотография Аллы Павликовой
На втором этаже музея – мастерская с огромным окном во всю стену и узенькая мемориальная комната, где устроители выставки постарались в точности воспроизвести обстановку того времени. В этой комнате очень тихо, это единственное место, где практически нет скульптур. Основное же действие разворачивается в мастерской. Само это помещение, несмотря на свои скромные размеры, производит магическое впечатление – потемневшие обои на стенах, высокий потрескавшийся от времени потолок, пробитый квадратным световым фонарем, и всюду – работы скульптора. Выполненные в самых разных техниках из камня, мрамора, дерева они занимают все полки и столы вдоль стен, подоконник, стулья, вырастают в центре помещения, оставляя посетителям узкие лабиринты для передвижения.
Экспозиция в музее-мастерской Анны Голубкиной. Первый этаж. Фотография Аллы Павликовой
Не растеряться и не пропустить что-то важное в этом многообразии помогает специальное освещение. Установленные под потолком прожектора поочередно направляют мощный луч света на ту или иную скульптуру, заставляя посетителя обратиться к ней. Так раскрывается другой спецпроекта – «Видеть». Абсолютное же погружение и вовлечение посетителя в творческий процесс – а именно этого и добивались устроители выставки – происходит благодаря поясняющему звуковому ряду. Непрерывно звучат отрывки из писем Анны Голубкиной, её диалоги с коллегами и друзьями прочитанные историком-медиевистом, лектором Наталией Ивановной Басовской. Так раскрываются и другие аспекты спецпроекта: «Видеть» и «Слышать».
В день открытия выставки мы поговорили с её куратором, руководителем мастерской «Мезонпроект» Ильёй Машковым:
Мастерская Анны Голубкиной. На фото: куратор выставки Илья Машков. Фотография Аллы Павликовой
«Все началось с участия в выставке «АрхМосква-2015», где наша мастерская представила необычный стенд: мы предложили посетителям воспринять архитектуру через все органы чувств. Нам удалось сделать так, чтобы к абсолютно нематериальной вещи – творческой идее – можно было одновременно и прикоснуться, и услышать, и увидеть ее. Тогда наш стенд очень понравился посетителям, которые охотно участвовали в эксперименте. Нашей работой заинтересовались сотрудники музея Анны Голубкиной, предложившие мне вместе с Татьяной Галиной выступить кураторами спецпроекта «Трогать + Видеть + Слышать = Чувствовать».
Как мне кажется, наш метод вовлечения всех органов чувств очень подходит столь экспрессивным произведениям искусства. По-другому донести их экспрессию до большого количества людей очень трудно. Посетители приходят, но не всегда до конца понимают увиденное и уходят слишком быстро, не успев наполниться гениальностью творчества Голубкиной, у которого в мире нет аналогов. Она ученица Родена, но при этом совсем другая, ни на кого не похожая. Она работала удивительно и все свои внутренние переживания воспроизводила в глине. Её переживания – как творца, гения, человека своего времени, большого мастера – мы и пытались показать в экспозиции музея. И это было очень непросто, ведь Анна Семёновна была необычным человеком – очень живым, энергичным, прямолинейным, самобытным. Она работала только над теми образами, которые ей были по-настоящему интересны. Например, она с удовольствием лепила Андрея Белого, но наотрез отказалась работать с образом Сергея Есенина. Она очень по-своему видела и чувствовала мир и окружающих ее людей. И именно это было сложно раскрыть в таком маленьком пространстве её мастерской. Передо мной, как перед архитектором, стояла задача создать впечатление расширения пространства, несмотря на огромное количество скульптур, и сделать так, чтобы ни одна не потерялась на фоне других.
Скульптура «Земля» Анны Голубкиной. Фотография Аллы Павликовой
Внутри экспозиции представлены самые эмоциональные работы. Например, бюст Ремизова, глядя на который понимаешь, что у него абсолютно живая кожа, настоящие усы и одет он в почти осязаемо мягкое пальто. Ходишь вокруг него и удивляешься, как можно было оживить безжизненный материал средствами скульптуры? Чтобы ответить на этот вопрос, возле его бюста мы поставили тактильную панель и выбрали самые интересные фрагменты, потрогав которые, начинаешь понимать, как это было сделано. Там есть фрагмент уха Ремизова, вылепленного одним движением трех пальцев. Голубкина просто взяла глину, нажала тремя пальцами и получилось ухо, провела рукой и вокруг шеи обвился воротник пальто, сделала несколько точных движений и лицо писателя ожило. Всё это невозможно понять без прикосновения. Поэтому, приходя на выставку, нужно обязательно трогать все фрагменты руками и фиксировать свои ощущения, пытаясь в какой-то мере почувствовать себя на месте скульптора, понять, как реализован прием, который виден глазами. Элемент осязания открывает новую, дополнительную сторону восприятия искусства.
Скульптуры Анны Голубкиной. Фотография Аллы Павликовой
Кроме того, мы постарались акцентировать каждую скульптуру с помощью света, последовательно фокусируя внимание посетителей на том или ином экспонате. Помимо света задействован звук. Наталия Басовская согласилась озвучить письма Голубкиной. И, по-моему, это получилось очень хорошо. Я слушал многих актеров, мужские и женские голоса, но никак не мог найти подходящий. У Анны Семёновны за голосом была необыкновенная глубина. Такую глубину я и услышал в голосе Наталии Ивановны, которая прочла все строки Голубкиной буквально на одном дыхании. Запись голоса все дни выставки транслируется по кругу без остановок. Мы специально ввели код возраста Голубкиной, чтобы посетитель, в какой бы момент он не вошел в мастерскую, смог сразу понять, о чем идет речь и прослушать все записи до конца. А ещё можно сравнивать свои собственные ощущения и восприятия в том или ином возрасте с переживаниями, о которых рассказывает Голубкина. Например, в 40 лет она восхищается мраморщиками и мечтает чему-то у них научиться. В 30 не слушает своих учителей и настаивает, что будет работать по-своему. А в 60 переживает из-за скульптуры Льва Толстого, которая никак у неё не выходит, потому что глаза у писателя как «у затравленного волка». Она не меняется с возрастом, оставаясь очень живым и энергичным человеком.
Как мне кажется, простыми техническими средствами нам удалось расширить пространство маленькой мастерской и добиться эффекта полного вовлечения посетителя».
Бюст Льва Толстого. Скульптура Анны Голубкиной. Фотография Аллы Павликовой
Выставка открыта до 31 января включительно. К 2017 году здание музея планируется полностью отремонтировать, поэтому настоящая выставка – ещё и шанс увидеть мастерскую необыкновенного скульптора в практически нетронутом виде.
