«Стрелка» об автомобилях

Машина как укрытие, гараж как Шанхай, бомбилы как ночной транспорт – в пока не завершенных исследованиях студентов «Стрелки».

mainImg
Urban Routines, повседневные будни человека – это сложный мир обыденного, привычного, но еще очень мало исследованного. Углубленным изучением данной темы студенты занимались весь год. Учебный процесс включал многочисленные лекции, семинары и воркшопы. Со студентами работали приглашенные эксперты и преподаватели. В начале второго, весеннего семестра учащимся было предложено конкурсное задание на развитие территории в Москве, над которым они работали под руководством опытных инструкторов, разделившись на небольшие команды по 3-4 человека.

Последним этапом исследования стала подготовка первого самостоятельного проекта для финальной открытой выставки. Студенты разделились на четыре студии, каждой из которых была предложена своя тема: жилье, офисы, магазины или автомобили. Студию «Автомобили» возглавил основатель архитектурного бюро TD Architects, писатель и дизайнер Тео Дойтингер, руководителем проекта стал Сергей Чернов, заместитель директора по данным в Центре изучения Интернета и общества при Российской Экономической Школе. Его мы и попросили подробнее рассказать о работе студии, учебном процессе и достигнутых на данном этапе результатах. Также мы побеседовали со студентами, которые представили свои проекты.
 
Рассказывает Сергей Чернов,
руководитель проекта студии «Автомобили»:
Сергей Чернов, руководитель проекта студии «Автомобили», заместитель директора по данным в Центре изучения интернета и общества (Российская экономическая школа)

«В этом году все студии работают, по сути, над одним общим проектом, посвященным городским рутинам. Темы студий логично связаны между собой, поскольку для абсолютного большинства людей жизнь проходит между квартирой, офисом, магазинами и дорогой – либо в личном автомобиле, либо в общественном транспорте.

Наша студия называется «Автомобили». Автомобиль – это уникальный объект, элемент современного общества и глубоко персональная вещь, позволяющая составить четкое представление о его владельце. Для многих людей автомобиль стал неотъемлемой частью жизни, однажды начав водить, они ни за какие преференции не готовы отказаться от этого удовольствия. Автомобиль дает личное пространство, защищающее владельца от возможной опасности извне. Углов, под которыми можно рассматривать взаимодействие человека и машины, огромное количество. Даже бесконечные пробки стали частью автомобильной культуры.

Работа над изучением данной темы в нашей студии проходит в очень насыщенном режиме. Мы плотно взаимодействуем с экспертами в автомобильной отрасли, общаемся с исследователями и экономистами, например, Алексеем Беляниным и Ростиславом Кононенко, которые занимаются моделированием транспортных потоков, анализируют предпочтения водителей. В институте проводились лекции и просто неформальные беседы с представителями общественных автомобильных движений – Вадимом Коровиным, Петром Шкуматовым, Александром Шумским. Очень плодотворным оказалось общение по скайп-сессии с Вуканом Вучиком по скайп-сессии, который охотно консультировал студентов по проектам. Также идет активное взаимодействие со специалистами из департамента транспорта, которые дают нам справочную информацию для исследований. Также, команда Романа Постникова из «Мегафон Лабс» предоставила усредненные данные о концентрации абонентов сотовой связи, в результате у студентов есть возможность получить точные данные и цифры, скажем, о количестве пешеходов или машин, пересекающих город за сутки, о приоритетных направлениях их движения.

Помимо всего прочего в институте регулярно проходят трехчасовые воркшопы. Например, на днях состоялись интересные встречи с социологом Виктором Вахштайном и экспертом по геоинформационным системам Максимом Дубининым, который в настоящее время занимается разработкой проекта «Метро для инвалидов», помогая людям с ограниченными возможностями спланировать поездку в метро.

Параллельно с лекциями, семинарами и воркшопами ведутся постоянные практические, «полевые» работы. В самом начале исследования, в первые дни работы студии, была организована поездка по городу на автомобилях с посещением крупнейших торговых центров, музея автомобилей и МКАДа. Для студентов, которые не водят машину или плохо знакомы с Москвой, это было особенно полезно. Следующей массовой вылазкой стало путешествие по столичным автосервисам и магазинам запчастей. Большой трип мы совершили в Нижний Новгород, чтобы посмотреть, как выглядит жизнь автомобилиста за пределами столицы. Совсем недавно состоялась экскурсия на завод по сборке автомобилей в Калуге.

В результате такой активной и многосторонней деятельности студенты должны были понять, что представляет собой автомобиль в современной Москве. Мы предложили им самые разные направления исследований: от экономики и общих правил поведения и регулирования до вопросов взаимодействия с пешеходами и объектами культуры. У студентов была полная свобода выбора, каждый мог обратиться к той теме, которая ему ближе. А нашей с Тео Дойтингером задачей было собрать исследования в общую структуру таким образом, чтобы охватить все стороны автомобильной культуры. В настоящее время в студии разрабатываются восемь отдельных проектов.

Как правило, наружная реклама изображает автомобиль как быструю и роскошную ракету с мощным мотором, которая мчится по пустому шоссе. Александр Аюпов в своем проекте «Свобода остановки» предлагает посмотреть на движение автомобиля как на череду остановок. Автор размышляет о том, как часто и для чего машине приходится останавливаться, являются ли эти остановки запланированными либо они вынужденные. Эту и другую информацию Александр пытается использовать так, чтобы найти способы сделать время остановок более приятным и интересным для водителя.

Некоторые проекты студии исследуют не сам автомобиль, а то пространство, в котором он существует. Так, один из проектов изображает концентрический город для автомобилей – МКАД, который превратился в улицу для шопинга, ориентированного исключительно на автомобилистов. Авторы проекта изучают, чего не хватает МКАДу для того, чтобы считаться настоящим городом.

Также есть исследования, посвященные метрополитену или пешеходам. Помимо этого, есть довольно интересный проект Елены Мазиной под названием «Шанхай-Москва».
 
***
 
Проект «Шанхай-Москва». Елена Мазина
Жизнь (услуги, магазины, кафе) сконцентрирована вдоль «главной улицы», следующей от основного входа вглубь района.Из презентации Е.Мазиной

Сергей Чернов о проекте:
«В проекте рассматривается очень популярный и значимый культурный артефакт в сознании русского человека – гараж. Большую часть времени машины находятся не на дорогах, а на парковках или в гаражах. В России гаражная культура представлена особенно ярко. Гаражи служат излюбленным местом для посиделок с друзьями по выходным, автолюбители проводят в них все свое свободное время, музыканты создают целый пласт отдельной «гаражной» музыки, иногда гараж становится платформой для малого бизнеса. А некоторые люди превращают гараж в жилище. Так, подобное уникальное явление было обнаружено Еленой внутри Москвы, на проспекте Вернадского, где уже довольно давно существует большой массив гаражей – порядка 10-15 тысяч – где постоянно проживает огромное количество людей различных национальностей. Там кипит настоящая жизнь, внутри массива можно найти любые виды деятельности. Сами жители называют это место Шанхаем. А человек, зашедший со стороны, сразу обращает на себя внимание, поскольку внутри сложилось свое полузакрытое сообщество, представляющее большой интерес для исследования».
Гараж как жилище. Из презентации Е.Мазиной
Гараж как жилище. Из презентации Е.Мазиной
Все автомобили Москвы, поставленные рядом, занимают довольно большой процент всей ее территории. Необходимы многоуровневые парковки. Из презентации Е.Мазиной
***
 
Проект «Город дорог». Олена Гранкина
Нормативная ширина дороги в СССР – 3,75 м, что больше подходит габаритам военной техники, нежели советского автомобиля. Из презентации Олены Гранкиной. Проект «Город дорог». Первоисточник: http://www.dailymail.co.uk

Сергей Чернов, руководитель:

«Олена Гранкина в проекте «Город дорог» воспринимает машину как капсулу, которая защищает водителя как от реальных, так и от психологических опасностей. Гипотеза исследования состоит в том, что автомобиль стал одной из реинкарнаций городских стен. Много лет назад люди защищались от внешней угрозы с помощью высоких крепостных укреплений. Теперь большинство опасностей, с которыми можно встретиться в повседневной жизни, находятся непосредственно рядом с нами – они исходят уже не от сторонних захватчиков, а от самих горожан. Угрозы варьируются от агрессивного вождения до терроризма, а способы защиты начинаются информациоными стикерами и заканчиваются автопробегами протеста. Стены становятся неспособными защитить человека, а потому автомобиль трансформируется в некую броню вокруг водителя».

Олена Гранкина, автор:
«Вопрос о том, что дорога не является инструментом мобильности, меня интересовал давно. Почему, например, пересекая границу, человеку приходится стоять в очереди по шесть часов? Почему человек может передвигаться только там, где государство решило построить дорогу? И почему все, что находится вне дороги, остается за гранью познания человека? Разве это можно считать свободой передвижения? Дороги никогда не строились в целях обеспечения мобильности человека, а только исходя из нужд государства.

Кроме того, я не могла оставить в стороне события, которые сегодня происходят в моем родном городе, в Киеве. В своем проекте я изучаю историю государства, расширение его границ, строительство дорог в определенные периоды развития общества. Например, раньше город защищали высокие стены, но во времена холодной войны и возникновения атомного оружия стены потеряли смысл, а дороги строились как пути для эвакуации в случае ядерной атаки. Война поменяла свое лицо, вместе с этим изменился и город. Так, у меня возникла мысль рассмотреть автомобиль, являющийся частью современного города, как элемент системы обороны или нападения.
1937-1962 гг. МКАД служит новой административной границей Москвы. Из презентации Олены Гранкиной. Проект «Город дорог»

Машину я рассматриваю с трех позиций. Первый уровень: автомобиль становится оборонительным сооружением непосредственно для находящегося в ней человека. Второй уровень: машина выступает в роли государственного инструмента контроля над обществом, ведь благодаря системе регистрации, страхования и т.д. можно легко следить за всеми перемещениями автовладельцев. Третий уровень: люди используют машину для контроля над государством, поскольку водитель имеет больше прав, чем пешеход, а машина является его неприкосновенной собственностью. В этом смысле очень интересен такой феномен XXI века, как протесты на колесах».
Машина постепенно превращается в оборонительное «сооружение». Из презентации Олены Гранкиной. Проект «Город дорог»
Протест на колесах. Украина. Из презентации Олены Гранкиной. Проект «Город дорог». Первоисточник: фотограф REUTERS/Gleb Garanich
***
 
Проект «Ночная мобильность». Виталий Авдеев
Ночное московское такси («бомбилы»). Из презентации Виталия Авдеева. Проект «Ночная мобильность». Источник: Flickr, пользователь Klaartje

Сергей Чернов, руководитель:
«Еще одной важной темой для исследований стал ночной город. Москва, которая по своим размерам не уступает Лондону, Парижу или Нью-Йорку, очень сильно отстает от других мегаполисов по количеству маршрутов ночного общественного транспорта. Виталий Авдеев, изучая эту сторону столицы, обратил внимание на то, что отсутствие общественного транспорта вполне замещается достаточно хорошо развитой системой ночных такси – легальных и полулегальных. Это своего рода отдельная субкультура со своими долгими традициями частного извоза. Виталий ставит под сомнение необходимость развития ночного общественного транспорта, а взамен предлагает по-новому взглянуть на уже существующий способ передвижения по ночной Москве».
Легальное московское такси. Из презентации Виталия Авдеева. Проект «Ночная мобильность». Первоисточник: сайт Flickr, пользователь Timur Dubinin

Виталий Авдеев, автор:
«Мой проект называется «Ночная мобильность» и связан он с тем, что по городу, живущему в бешеном и круглосуточном ритме мегаполиса, почти невозможно передвигаться ночью на общественном транспорте. Существует всего несколько маршрутов, но и они особой популярностью не пользуются в виду их малого количества и весьма незначительного покрытия территории. Тогда как, например, в Лондоне или Париже таких маршрутов около сотни, а в Нью-Йорке работает ночное метро.
В Москве общественный транспорт был максимально развит до распада СССР. В 1990-м году общественным транспортом пользовалось более 7 млрд пассажиров. Из презентации Виталия Авдеева

В процессе всех этих размышлений я обратился к исследованию такого феномена, как московское такси, в особенности меня привлекли частные и нелегальные водители. Оказалось, что в Москве очень легко перемещаться ночью – стоит только выйти на дорогу и махнуть рукой проезжающему автомобилю. В итоге я пришел к выводу, что в Москве нет острой необходимости в общественном транспорте, поскольку уже существует такой огромный потенциал в виде такси, который просто нужно формализовать, задать определенные правила его работы и в конце концов превратить этот вид транспорта в доступный, законный и в какой-то мере замещающий ночной общественный транспорт».
Традиции ночного общественного транспорта в крупнейших городах мира. Из презентации Виталия Авдеева
Москва с ее скромным количеством маршрутов общественного транспорта на 11,5 млн жителей значительно отстает от других мегаполисов. Из презентации Виталия Авдеева
***
 
Финальные проекты студии будут представлены 15 мая. А еще через месяц во дворе «Стрелки» откроется выставка под руководством международного куратора. Возможно, что проекты студий появятся и на других площадках города.
График позволяет оценить количество поездок на такси, приходящихся на ночное время, в течение недели и выходные. Из презентации Виталия Авдеева. Источник: http://company.yandex.ru/

28 Апреля 2014

Похожие статьи
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
Дерево за 15 лет
Поемия АРХИWOOD опрашивает членов своего экспертного совета главной премии: что именно произошло с деревянным строительством за эти годы, какие заметные изменения происходят с этим направлением сейчас и что ждет деревянное домостроение в будущем.
Марина Егорова: «Мы привыкли мыслить не квадратными...
Карьерная траектория архитектора Марины Егоровой внушает уважение: МАРХИ, SPEECH, Москомархитектура и Институт Генплана Москвы, а затем и собственное бюро. Название Empate, которое апеллирует к словам «чертить» и «сопереживать», не должно вводить в заблуждение своей мягкостью, поскольку бюро свободно работает в разных масштабах, включая КРТ. Поговорили с Мариной о разном: градостроительном опыте, женском стиле руководства и даже любви архитекторов к яхтингу.
Технологии и материалы
Стеклопакет: от ограждающей конструкции к интеллектуальной...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
Сейчас на главной
Город-цех
Публикуем магистерскую диссертацию «Ревитализация старой промзоны с созданием вертикальной планировочной структуры производственно-жилого комплекса». Ее автор, Кирилл Шрамов, рассматривает, по сути, возможность создания промышленного небоскреба – что в контексте сегодняшней любви к небоскребостроению в Москве выглядит весьма интересно.
Корочка льда
В рамках конкурса «Неочевидное. Арктика» петербургское бюро GRAD предложило для города-спутника Мурманска социальный хаб с видами на Кольский залив. Здание состоит из нескольких модулей, которые группируются вокруг атриума и соединяются мостами. У каждого модуля своя функциональная программа, что на фасаде проявлено различными типами облицовки из перфорированных металлических панелей. В проекте используются prefab-технологии
В ритме Неглинной
Citizenstudio бережно осовременили недостроенный трехэтажный корпус на Неглинной, принадлежащий МФЮА. Ограниченные логикой существующего объема, архитекторы, тем не менее, смогли реализовать достаточно тонкую игру со стилевыми реминисценциями самых разных исторических периодов и максимально деликатно вписаться в контекст центра Москвы.
Пресса: Владимир Ефимов: проекты-блокбастеры найдутся на...
Ситуацию в строительном секторе Москвы в настоящее время можно охарактеризовать как стабильную, а сами девелоперы уверенно смотрят в будущее, утверждает заммэра столицы по градостроительной политике и строительству Владимир Ефимов. В интервью РИА Новости он рассказал, с чем были связаны перемены в городских ведомствах, отвечающих за градостроительную политику и строительство <...>
К полету готов
В прошлом году в Филях завершилось строительство здания Национального Космического центра по проекту UNK Юлия Борисова, победившему в конкурсе 2019 года. Оно отличается лаконизмом и уверенной ритмичной поступью; формирует улицу и становится акцентом целого ряда городских панорам. А вот что послужило причиной победы проекта, насколько башня похожа на ракету и где там логотип Роскосмоса – читайте в нашем материале.
Лыжня от порога
Дом по проекту Mork-Ulnes Architects для семьи с двумя детьми в горах Сьерра-Невада над озером Тахо в Калифорнии сочетает скандинавские и местные мотивы.
Сугроб. Очаг. Ковчег.
В середине марта в новом корпусе Третьяковской галереи наградили победителей конкурса «Неочевидное. Арктика». В нем приняли участие молодые архитекторы до 30 лет и студенты профильных вузов. Всего на конкурс поступило 326 заявок. Жюри определило победителей в пяти номинациях, каждый из них получил по 100 000 рублей. Рассказываем о проектах-победителях.
Симфония воды и кирпича
Жилой комплекс Alter, построенный по проекту Степана Липгарта на излучине реки Охта, служит примером «нарисованного дома»: количество авторских деталей в нем не поддается исчислению, благодаря чему ребра, выступы и выемки формируют живописный силуэт даже без значительного перепада высот. Композиция и материал реагируют на соседство с рекой и краснокирпичным зданием фабрики начала XX века. Также на проект значительно повлияли рекомендации главного архитектора города. Подробности – в нашем материале.
Дом-Пингвин
Дом с выгнутым фасадом на Брестской – один из манифестов российского неомодернизма начала 2000-х, скульптура – таком смысле его рассматривает Анатолий Белов, говоря о «разрыве с модернистским каноном и средовым подходом». Не во всем согласны с автором, но взгляд интересный.
Байкальская рекурсия
В Иркутске завершился двадцатый фестиваль «АрхБухта». Темой этого года стала «Рекурсия». В конкурсной программе фестиваля участвовали 23 команды из разных городов России. Победу одержала команда «Футурум» из Иркутска с арт-объектом «Эхо». Рассказываем о проектах-победителях.
Волна и вертикаль
Проект премиального жилого комплекса, разработанный бюро GAFA для участка в Хорошевском районе, реагирует на ограничения – дугу проезда, водоохранную зону реки Ходынки и инсоляционные нормы – изобретательным массингом. Композиция строится на сочетании двух планов: протяженный дом-каре и укрытые за ним три башни создают силуэт и ракурсы, а также семантическую наполненность, которую усиливают фасадные решения. Еще одна особенность – большой приватный двор, дополненный общегородским линейным парком.
Офис на Трубной
Продолжаем публикации проектов Валерия Каняшина. Дом, четверть века назад определенный как «тихий модернизм», в чьей-то памяти таким и остался. По убеждению Анатолия Белова, его главное качество – незаметность. По словам авторам, архитекторов «Остоженки», главную скрипку здесь играет контекст и ландшафт; перепад высот. Но не такой ведь и незаметный, правда?
Оправдание добра, или как не промотать наследство
Книга доктора искусствоведения, академика Марии Нащокиной «Апология наследия» – всеобъемлющий труд, собравший под одной обложкой острые проблемы сохранения наследия в нашей стране и за рубежом. Глубокий научный подход сочетается в ней со смелостью говорить правду, порой нелицеприятную, и предлагать здравые решения. Публикуем рецензию и отрывок из книги.
Первый международный
Этой публикацией начинаем серию текстов, посвященных работам Валерия Каняшина, одного из основателей бюро «Остоженка», недавно ушедшего из жизни. Так получилось, что проекты, к которым он причастен, во многом иллюстрируют наше представление о бюро и его истории. Первый – Международный Московский Банк на Пречистенской набережной.
Звезда Индии
Sanjay Puri Architects построили в индийском Нагпуре офисную башню Stella с необычным многослойным фасадом, рассчитанным на экстремальную жару.
Искушающая нежность
Бюро «Синица» умеет совершать большие и маленькие чудеса, создавая для магазинов не просто интерьеры, а целую философию. Магия дизайна привносит в пространство новую атмосферу и эстетику, а брендам – дает ключ к пониманию своей миссии.
Третий подход к снаряду
Бюро gmp предложило провести Экспо-2035 в Берлине на территории бывшего аэропорта Тегель, который эти архитекторы спроектировали в конце 1960-х.
Правдиво о конкурсе Правды
Конкурс на дизайн внутренних пространств редакционного корпуса газеты «Правда» завершился в феврале. В нем участвовали пять претендентов: GA, AQ, ASADOV Interiors, LeAtelier, Above. Победу одержал проект AQ. В данном случае у нас есть возможность показать комментарии жюри – что очень, очень интересно и познавательно. Спасибо Метрополису за столь детальный отчет о конкурсе, всем бы так.
Между сосен
Публикуем новый кампус Физмат школы Новосибирского государственного университета (НГУ), построенный по проекту AI Studio в Академгородке. Это весьма удачная попытка вписаться в глобальный контекст современного образования, перенеся центр тяжести с фасадов на качество обучающей среды.
«Цветение» по-русски в Поднебесной
В рамках совместного российско-китайского студенческого фестиваля студенты Нижегородского государственного архитектурно-строительного университета посетили китайский город Хефей, где на фестивале деревянной архитектуры воплотили в жизнь три лучших проекта, участвовавших в конкурсе на создание проекта беседки. Показываем проекты победителя и других участников, российских и китайских.
Ячейка и кривуля
Детский сад, построенный по проекту BuroMoscow в столичном ЖК Грин парк, удачно балансирует между языком модернизма и эстетикой сделанного цветными карандашами рисунка. Кубический объем с регулярной фасадной сеткой отсылает к сортеру – развивающей игрушке, помогающей в числе прочего почувствовать форму. Роль объемных фигурок для сортировки играют залы, которые выбиваются из общей матрицы и делают элегантные фасады чуть менее серьезными. Яркий цвет этих залов сообщает нежный рефлекс помещениям холлов и групповых комнат, преимущественно белых. Среди других находок: отсутствие забора, встроенные в фасад скамейки и кадки для цветов, деревянные створки на панорамных окнах.
Между лучшим и нужным. Обзор новых проектов за 9–15...
Припозднились мы слегка с обзором проектов за прошедшую неделю, но зато выходим ведь, да? На сей раз нет «засилья башен», а есть каждой твари по паре, в том числе и творческих высказываний, даже с подвывертом, как то бывает у ряда авторов. Грустные новости – о сносе АТС на Большой Ордынке. Не смогли пойти по пути похожей АТС на Басманной, а ведь могли.
Путь к истокам
Бюро SEEU подошло к проекту реконструкции популярного в Калининграде ресторана «Соль» как к исследованию истории края и поиску в нем ключей к построению гармонии между европейской и азиатской дизайнерской традицией и философией.
Зов традиции
Проект современной юрты в Ботаническом саду Алматы казахстанское бюро Cogarts готовило, что называется, для души. Однако в процессе работы подвернулся подходящий конкурс, который способствовал кристаллизации идей. Юрта стала местом для проведения небольших культурных событий и принесла бюро несколько архитектурных премий.
Павильон грибоводства
Бетонный павильон по проекту OMA для выращивания грибов в арт-кампусе Casa Wabi в Мексике задуман также как инкубатор для общественных связей.
Защита чувств
В Нижнем Новгороде объявили победителей 16 архитектурного рейтинга, который проводится в этом городе, как правило, один раз за два года. Напомним, победителя тут съедают в виде торта, что, с одной стороны, забавно, а с другой – не лишено тонкого смысла. Архитекторы взаправду пугаются прежде чем «разрезать свой объект ножом»! И вот наш небольшой репортаж. В победителях 5 бюро и 7 объектов. В премии впервые появилась номинация. Угадайте, угадайте же, кто у нас «Царь горы»?