Башни на перекрестке

Комплекс «Миракс-Плаза» – это, на сегодняшний день, самый крупный строящийся объект, спроектированный архитектурной компанией «Сергей Киселев и Партнеры». Он очень большой – общей площадью больше 368 тысяч квадратных метров. А предназначенный для строительства участок – очень сложный. Юрий Лужков глядя на этот участок сказал, что он «…самый сложный в Москве, а может, и во всей России»

author pht

Автор текста:
Юлия Тарабарина

07 Марта 2008
mainImg

Проект:

Административно-торговый комплекс на ул. Кульнева (бывш. «Миракс-плаза»)
Россия, Москва, Кутузовский проспект (пересечение с ул. Кульнева)

Авторский коллектив:
Сергей Киселев, Андрей Никифоров, Андрей Бреславцев, Антон Бусалов, Глеб Холопов, Елена Клюева
инженеры: Игорь Шварцман, Константин Спиридонов

2007

Заказчик: ОАО «Международный центр»
Поставщики – компания ROCKWOOL (негорючие теплоизоляционные системы ROCKROOF, ROCKFACADE, ROCKFIRE и архитектурные панели Rockpanel)

У пессимистического утверждения, безусловно, есть свои основания. Рядом с  границами участка проходят метро, железная дорога и напорная канализация. К этому добавляется существенный (около 10 м) перепад рельефа: строго говоря, здесь начинается склон в сторону Москвы-реки. А также пришлось сломать и заново построить стоявшее здесь здание местного ОВД и обогнуть с трех сторон прямоугольник сохраняемого на своем месте «Президент-сервиса».

Все это справедливо, но участок не только сложный, но еще и очень выигрышный. Расположен он крайне заметно – буквально на перекрестке двух важных дорог: с одной стороны престижная желтокаменная сталинская «Кутузовка», с другой – третье кольцо, главная московская трасса последних лет. По диагонали, через реку и мост – стеклянные башни Москва-Сити, и среди них одна из самых известных – «Федерация», которую строит тот же «Миракс».

«Миракс-Плаза» Сергея Киселева вырастает из перекрестка не только буквально, но и образно. Его ядро составляют две стеклянные башни, одна повыше (47 этажей), другая пониже (41 этаж). В верхней части их объемы срезаны в сторону Кутузовки, да так ровно и гладко, как будто бы стеклянные гиганты сделаны из масла и по ним прошлись острым ножом. Башни поставлены рядом и межу ними образуется Х-образное ущелье, которое также кажется вырезанным из воображаемой «небоскребной заготовки», но только не по прямой, а по двум выгнутым дугам. Дугообразные «внутренние» поверхности полностью остеклены, а плоские «внешние» фасады разделены на этажи горизонтальными каменными полосами, что добавляет им материальности.

Несмотря на наличие описанной фасадной интриги, силуэт двух башен остается простым и лаконичным, типично-небоскребным. С некоторых точек зрения, вероятно, можно будет ошибиться и принять эти башни за часть ансамбля Сити, с которым они сливаются очень органично. С других ракурсов, в частности для проезжающих по Кутузовскому проспекту, высотки будут казаться «полпредом» Сити, великаном, который отделился от своей компании и шагнул за реку погулять. В основной части башен разместятся офисы,  на верхних этажах – апартаменты.

Вторая часть комплекса отзывается не на Сити, а на сталинский ампир Кутузовского проспекта. Два 10-этажных  корпуса, на чьих фасадах преобладает коричневатый камень, огибают «Президент-сервис» по дуге. На самом деле внешний контур зданий вписан в геометрически правильной овал – однако эта правильность видна только на плане, а проезжающие мимо машины будут видеть энергичный изгиб, визуально связывающий два корпуса в единый каменный «стилобат» - пьедестал для башен, оформляющий перекресток, поддерживающий фасадный ряд «Кутузовки» и округло завершающий соседний институтский квартал между ул. Кульнева и 1812 года.

Помимо динамичного изгиба, самая эффектная часть «стилобата» - 4 гигантских атриума 10-этажной высоты, выходящих на фасады огромными витражами сплошного структурного остекления, подобными тонким мембранам между «внутри» и «снаружи». Стеклянные плоскости, лишенные каких-либо рам, будут подвешены на металлических тросах к мощной железобетонной балке над ними – для расчетов прочности привлекли немецких инженеров. Внутри будет почти так же светло, как на улице – кровли атриумов состоят из треугольных фонарей (немного напоминающих шеды киселевской «Красной розы»), а стены решены двояко – боковые расчерчены каменно-стеклянной клеткой и похожи на фасады, торцевая стена, встречающая входящих в атриум – почти такая же стеклянная, как и входной витраж. Атриумы превращаются в полноценный переход между городом и интерьером – в них будет уже тепло, но еще очень светло.

Казалось бы, все ясно – перед нами «ударный» объект, яркий, эффектный, удачно использующий свое заметное местоположение. Неудивительно, что этот комплекс наряду с «Федерацией» стал одной из «знаковых» составляющих рекламы компании «Миракс-Групп».

Но у медали есть вторая сторона (которая, заметим сразу, нисколько не отменяет первую). Дело в том, что по убеждению Сергея Киселева, местоположение участка не выгодное, а наоборот – крайне неудобное для крупного строительства. Прежде всего это касается транспорта: сюда, разумеется, нельзя будет заехать ни с перекрестка, ни с третьего кольца, ни с проспекта. Автомобили будут подъезжать по улице 1812 года, делая крюк размером с квартал. С другой стороны, местоположение строящегося «Миракс-плаза», архитекторы поэтично характеризуют – «между двумя городами». Здесь, по линии нынешнего третьего кольца, екатерининского Камер-коллежского вала и сталинской окружной железной дороги, долгое время проходила граница Москвы.

Таким образом новый комплекс оказывается непосредственно за рубежом «старой» столицы в своего рода пограничной зоне. Если представить себе исчезнувший вал, по линиям которого прошло современного третье кольцо, то «Плаза» непосредственно примкнет к этой воображаемой городской стене. По убеждению Сергея Киселева, ни на перекрестке, ни возле «пограничных» зон лучше ничего крупного не строить. Лучше всего оставить такое место пустым. А если что-то строить, то нечто не слишком броское, а именно – «как говорили учителя, «на раз – два»», без излишеств.

Налицо парадокс. Ударный, подходящий для рекламы объект с двумя башнями, типология и внешний вид которых со всей очевидностью стремятся к небоскребу, с одной стороны – и стремление авторов сделать архитектуру комплекса максимально спокойной, лаконичной, а строго говоря интеллигентной – с другой стороны. Эти вещи: нахальство небоскреба, рекламная эффектность (и эффективность) – и интеллигентское внимание к контексту, истории места, стремление утихомирить активность архитектурного гиганта – казалось бы, они несовместимы и даже противоположны. Уничтожают друг друга. Либо небоскреб, либо контекст.

Здесь, правда, среди ближайшего окружения есть небоскребы. И у киселевской «Миракс-плаза» как-то получается совмещать несовместимое, играя («на раз – два») с формой и материалом. Равномерно и аккуратно распределяя по фасадам разные виды материи – стекло и камень. Давая башням вырасти, «стилобату» изогнуться – и сразу же заключая их в строгие геометрические рамки квадрата и овала. Сводя «городок» на 368 тыс. кв. м к двум объемным структурам: вертикальному параллелепипеду и «стелющемуся» горизонтальному овалу – и с помощью простоты форм достигая нужной степени спокойствия и сдержанности.

«Миракс-плаза». Проект – визуализация. Сейчас проект нахоитя в стадии реализации
Mirax Plaza
Предыдущая проектная версия комплекса «Миракс-плаза»
Первоначальный вариает проекта. План


Проект:

Административно-торговый комплекс на ул. Кульнева (бывш. «Миракс-плаза»)
Россия, Москва, Кутузовский проспект (пересечение с ул. Кульнева)

Авторский коллектив:
Сергей Киселев, Андрей Никифоров, Андрей Бреславцев, Антон Бусалов, Глеб Холопов, Елена Клюева
инженеры: Игорь Шварцман, Константин Спиридонов

2007

Заказчик: ОАО «Международный центр»
Поставщики – компания ROCKWOOL (негорючие теплоизоляционные системы ROCKROOF, ROCKFACADE, ROCKFIRE и архитектурные панели Rockpanel)

07 Марта 2008

author pht

Автор текста:

Юлия Тарабарина

Технологии и материалы

Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.
«Сен-Гобен» приглашает студентов спроектировать...
Компания «Сен-Гобен» объявила о старте шестнадцатого по счету архитектурного конкурса «Мультикомфорт». Студентам архвузов предлагается разработать концепцию «устойчивого» развития территории бывшего завода в пригороде Парижа, Сен-Дени.
Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.

Сейчас на главной

Марина Игнатушко: «Наш рейтинг – не про абсолютные...
Говорим с куратором, организатором и вдохновителем Нижегородского архитектурного рейтинга – единственной российской архитектурной премии, которой удается сохранять несерьезность; ведь победившее здание съедают в виде торта.
Опалубка для экзоскелета
Жилая башня One Thousand Museum в Майами по проекту Zaha Hadid Architects получила вынесенную на фасад бетонную конструкцию с постоянной опалубкой из стеклофибробетона.
Зеленый холм у Потамака
Пристройка, расширившая Кеннеди-центр в Вашингтоне, почти полностью спрятана в зеленом холме. Она выстраивает задуманную в 1960-е связь центра с рекой и не закрывает никаких видов.
Дом молодежи
Реконструкция Дома молодежи на Фрунзенской, анонсированная год назад, получила АГР Москомархитектуры. Проект предполагает строительство нового здания между МДМ и парком Трубецких.
Двенадцать формул
Два московских учебных заведения показывают в открытых мастерских Баухауза проект, посвященный общественным пространствам. Методы спекулятивного дизайна и «сенсорная урбанистика» помогли поставить правильные вопросы и получить серьезные выводы.
Рем Колхас: взгляд в поля
Что Если Деревню Продолжат Благоустраивать Без Архитекторов? Владимир Белоголовский посетил открытие новой провокационной выставки Рема Колхаса “Countryside, The Future” в музее Гуггенхайма в Нью-Йорке.
Умер Иона Фридман
Архитектор-теоретик, озвучивший в конце 1950-х идею мобильной, саморазвивающейся силами жителей и изменяемой архитектуры – своего рода пространственной сети, приподнятой над традиционным городом и способной охватить весь мир.
Степан Липгарт: «Гнуть свою линию – это правильно»
Потомок немецких промышленников, «сын Иофана», архитектор – о том, как изучение ордерной архитектуры закаляет волю, и как силами нескольких человек проектировать жилые комплексы в центре Петербурга. А также: Дед Мороз в сталинской высотке, арка в космос, живопись маньеризма и дворцы Парижа – в интервью Степана Липгарта.
Новое время Советской площади
Благоустройство центральной площади Гаврилова Посада, профинансированное из трех источников и призванное помочь городу стать туристическим, выглядит современно и ставит задачи осмысления местной идентичности.
Разобрано по весне
Временный и уже разобранный павильон на площади перед «Зарядьем»: кольцеобразный, с деревянной конструкцией и фасадом из металла и поликарбоната. Внутри был тот самый искусственный снег, березы елки.
Метод обнимания
TreeHugger, небольшой павильон информационного туристического центра бюро MoDusArchitects, вступая в диалог с архитектурным и природным окружением, сам становится новой достопримечательностью предальпийского городка в итальянском Трентино-Альто-Адидже.
Мёд и медь
Архитектор Роман Леонидов спроектировал подмосковный Cool House в райтовском духе, распластав его параллельно земле и подчеркнув горизонтали. Цветовая композиция основана на сопоставлении теплого медового дерева и холодной бирюзовой меди.
Пресса: Почему индустриальное домостроение оставит будущее...
О будущем жилья невозможно говорить, пытаясь обойти стену, в которую оно упирается,— массовое индустриальное домостроение. Если модель массового индустриального домостроения сохранится, то это довольно простое будущее, которое более или менее сводится к настоящему.
СКК: сохранять, крушить, копировать?
Мы поговорили с петербургскими архитекторами о ситуации вокруг обрушенного СКК – здания, купол которого по чистоте формы и инженерного замысла сравнивают с римским Пантеоном, только выполненным в металле. Что, однако, не помогло ему получить статус памятника и защиту от сноса.
Лучи знаний
Школа в Подмосковье, архитектуру которой определяет учебная программа, природное окружение, а также желание использовать только честные материалы.
Кружево из углепластика
Три портала по проекту Асифа Хана для Экспо-2020 в Дубае при высоте в 21 метр сооружены из нитей сверхлегкого углепластика и не требуют дополнительной несущей конструкции.
Арктический вуз
Новое крыло Арктического колледжа на острове Баффинова Земля на севере Канады. Авторы проекта – Teeple Architects из Торонто.
Критическая масса прогресса
20-й по счету летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» спроектируют молодые женщины-архитекторы из ЮАР – бюро Counterspace; их постройка будет посвящена социальным и экологическим темам.
Парки Татарстана, часть I: лучшие городские
Цветущий бульвар вместо парковки, авторские МАФы, экологические решения, равно как и ностальгические фонтаны и площадки для фотосессий новобрачных – в первой части путеводителя по паркам Татарстана, посвященной новым городским пространствам.
Сокольники: ковер из кирпича
Архитекторы бюро Megabudka опубликовали свой проект Сокольнической площади в деталях и с объяснениями всех мотивов. Рассматриваем проект и призываем голосовать за него в «Активном гражданине». Очень хочется, чтобы победила архитектурная версия.
Три январские неудачи Бьярке Ингельса
Основатель BIG подвергся критике из-за деловой встречи с бразильским президентом, известным своими крайне правыми взглядами и отрицанием экологических проблем Амазонии, лишился поста главного архитектора в WeWork и был отстранен от участия в проектировании небоскреба для нью-йоркского ВТЦ.
Кирпичные шестигранники
Башни Hoxton Press по проекту Karakusevic Carson и Дэвида Чипперфильда на границе лондонского Сити – коммерческое жилье, «субсидирующее» реновацию социального жилого массива рядом.
Одновременное развитие экономики и кино
В бывшем здании центрального рынка Монтевидео уругвайское бюро LAPS Arquitectos разместило штаб-квартиру Латиноамериканского банка развития CAF, национальную синематеку, легендарный бар и общественное пространство.
Москва 2050: деревянные высотки и летающий транспорт
Более 40 студентов представили видение Москвы будущего в недавно открывшейся галерее Шухов Лаб и на Биеннале архитектуры и урбанизма в Шэньчжэне. Рассказываем об итогах воркшопа «Москва 2050» и показываем работы участников.
Рестораны вместо лучших реставраторов страны?
Минкульт выдал ЦНРПМ предписание переехать до 1 марта. Не исключено, что после разорительного переезда научной реставрации в стране не останется. Говорим со специалистами, публикуем письмо сотрудников министру культуры.
Глэм-карьер
Благоустройство подмосковного озера от бюро Ai-architects: эко-школа, глэмпинг и всесезонные развлечения.
Красный зиккурат
Многоквартирный дом Cascade Villa в Алмере по проекту бюро CROSS Architecture снаружи – кирпичный, а во внутреннем дворе – обшит деревом.
Арт-депо
Офисное здание на набережной Обводного канала в Санкт-Петербурге по проекту архитектора Артема Никифорова – это тонкая вариация на тему кирпичной промышленной архитектуры XIX и ХХ века с рядом художественных изобретений, хорошим строительным и ремесленным качеством.
Будущее не дремлет
Выставка Европейского культурного центра в ГНИМА это коллекция современных пространств разной степени общественности. Подборка довольно случайная, но интересная, а в последнем зале пугают потопом, античным форумом, зиккуратами и вигвамами.
«Единорог в лесу»
Почему, в отличие от произведений известных художников и автографов писателей, дом, спроектированный Ф.Л. Райтом или Тадао Андо, выгодно продать очень сложно? В нем неудобно жить или недвижимость от знаменитых архитекторов переоценена?
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Розовый слон
В Лос-Анджелесе построен флагманский магазин одежды The Webster по проекту Дэвида Аджайе. Для внешней и внутренней отделки британский архитектор использовал окрашенный бетон.
Архи-события: 3–9 февраля
«Кто хочет стать миллионером» для архитекторов и дизайнеров, новый интенсив в МАРШ и экскурсия с плаванием от «Москвы глазами инженера».
Пресса: Великое переселение
В последнюю неделю января 2020-го в стране активно обсуждают реновацию устаревшего жилья — вернее, возможность запуска подобных программ в российских регионах. В одном из первых своих интервью на посту вице-премьера Марат Хуснуллин отметил, что реновацию можно запустить в городах-миллионниках.
Умер Андрей Меерсон
Признанный мастер советского модернизма, автор «Лебедя» и самого красивого московского дома «на ножках» на Беговой, но и автор неоднозначного стилизаторского Ритц Карлтон на Тверской – тоже.
Неиссякаемый источник
VIP-зоны аэропорта – настоящее раздолье для цвета, пластики, образности и творческой фантазии архитекторов. Рассматриваем четыре бизнес-зала и один VIP-терминал ростовского аэропорта «Платов»: все они так или иначе осмысляют контекст: южное солнце, волны речной воды, восход над степным горизонтом и золото сарматов.
Кольцо на озере Сайсары
Здание филармонии и театра якутского эпоса на священном озере вписано в эпический круг и включает три объема, уподобленных традиционному жилищу. Кровля уподоблена аласу – якутской деревне вокруг озера. При столь интенсивной смысловой насыщенности проект сохраняет стереометрическую абстрактность и легкость формы, оперируя прозрачностью, многослойностью и отражениями.