Активация Вологды

Юлия Зинкевич, руководитель проекта АРХИWOOD, беседует о «Днях Архитектуры в Вологде» с их создателями – Александром Дудневым и Константином Гудковым.

mainImg
Вологда. Торжественное открытие «Бульвара раскладушек». 16 мая 2012 г
zooming
Константин Гудков и Александр Дуднев на стенде АРХИWOOD 2012 в Москве. Фото: Анна Пешкова
Две недели в тихой пасторальной Вологде на центральных улицах, в скверах жужжали электропилы, стучали молотки. Посреди города строились лестницы-скамейки, лежанки для отдыха, которые сразу же осваивались горожанами…

У пешеходного Красного моста появились ступени, сбегающие прямо к воде – идеальное место для романтических свиданий, на Каменном мосту возник «Бульвар раскладушек», и вот уже на деревянных скамьях отдыхают роллеры, кто-то устроился с ноутбуком.

У Драматического театра – уличная сцена, парапеты для скейтеров и велосипедистов, у Дома книги – клумбы и места для чтения, а у стен Вологодского университета – земля как будто встала дыбом, проросла амфитеатром, деревянными скамьями и партами – образовалась настоящая аудитория под открытым небом. 

Проект «Активация», в рамках которого молодые вологодские архитекторы преобразили пять мест в центре города – кульминация вторых «Дней Архитектуры в Вологде», которые проходили с 16 по 22 мая.
Бульвар раскладушек - островки отдыха и общения среди бурного потока повседневности (куратор проекта - Лев Анисимов). Фото: Алексей Курбатов
Бульвар раскладушек. Фото: Алексей Курбатов
Инициаторы «Активации» – молодые вологодские архитекторы из группы АВО! (Вера Смирнова, Михаил Приёмышев, Лев Анисимов, Денис Притчин, Надежда Снигирёва и другие).

Организаторы фестиваля – москвичи Александр Дуднев и Константин Гудков. К архитектуре они отношение имеют опосредованное, зато молоды, хорошо образованы, энергичны и умеют вдохновлять окружающих. Таких молодых-продвинутых и не хватало Вологде для того, чтобы отношения между городом и его жителями вступили в новую фазу.
Группа АВО!


– Как родился проект «Активация»?

Александр Дуднев: После первого фестиваля «Дни архитектуры» с нами познакомились молодые ребята-архитекторы из Вологодского университета – недавние выпускники и студенты последних курсов. У них давно была куча идей, как и что можно делать в городе – они хорошо знакомы с передовым международным опытом, даже преподавали за рубежом, а Вологду очень любят и знают её архитектурные проблемы. Они предложили обустроить общественные пространства в городе с помощью деревянных объектов, располагающих к общению. Все идеально сошлось в одной точке: и формат фестивальной архитектуры, и традиции зодчества Русского Севера, и мода на «новое деревянное», и исследования социальных вопросов урбанистики, которые вели на кафедре. А главное - желание сделать что-то приятное для родного города и выгодное властям раскрытие бренда Вологды как столицы деревянного зодчества.

Удивительно, но ребята, которых готовы принимать в Америке, Европе и Китае, готовы были работать бесплатно – изучать типы социальных взаимодействий, проектировать, искать спонсоров, параллельно – обучать студентов на воркшопах... Но им нужен был выход на городские власти. Есть такой парадокс: когда инициатива исходит от местных жителей – их не слышат.
Треугольный сад – новый «уличный зал» вологодского Политеха (куратор проекта – Вера Смирнова). Фото: Алексей Курбатов
Треугольный сад – новый «уличный зал» вологодского Политеха (куратор проекта – Вера Смирнова). Фото: Алексей Курбатов


– Что происходило в этом году на фестивале помимо «Активации»?

Константин Гудков: В этом году «Дни архитектуры» в Вологде были посвящены новым возможностям дерева – как материала для новой архитектуры и как экономически выгодного культурного наследия. В Вологде прошли лекции Тотана Кузембаева и бюро WOWHAUS, Николая Малинина и Ольги Севан, экскурсии для всех желающих от вологодских краеведов и реставратора Александра Попова, кинолекторий Дениса Ромодина, круглые столы.
Экскурсия на базу реставратора Александра Попова

Самая серьезная часть программы – форум «Большой тройки» деревянных городов: Вологды, Томска и Иркутска. Власти и архитекторы этих трех городов впервые встретились, чтобы обменяться опытом сохранения и использования деревянного архитектурного наследия; а мэры подписали соглашение об обмене опытом и сотрудничестве в разработке федеральной программы по сохранению уникальной городской деревянной архитектуры!
Константин Гудков и лекторы вторых «Дней архитектуры» – Тотан Кузембаев, Андрей Иванов, Николай Малинин


Дни архитектуры.
Как все начиналось, и что из этого вышло

– Итак, как вы пришли к формату «Дней архитектуры»?

А.Д.: Я родился в Вологде в деревянном доме на улице Благовещенской. Родители жили в этом бывшем доходном доме, построенном на рубеже XIX-XX веков, дом был в аварийном состоянии. Моя кровать на колесиках постоянно скатывалась, бегали огромные крысы, за водой нужно было ходить в соседний квартал. Холодный туалет в пристройке... Советская экономика не могла вытянуть огромное количество дореволюционного частного жилья – отсюда миф о деревянных зданиях как о «ветхом фонде». Многие вологжане до сих пор считают, что дерево – недолговечный материал! Я сам, только побывав за границей, увидел, что могут жить и процветать целые деревянные города XVIII века, например, в Скандинавии. И стало обидно, что родная Вологда, на порядок более интересная по архитектуре, находится в таком катастрофическом упадке.
Саша Дуднев на руках у родителей. Центр Вологды – еще почти весь деревянный


К.Г.: Я родился в Москве, поэтому для меня неповторимость и ценность Вологды именно как доброго тихого деревянного города особенно чувствуется. Все почему-то удивляются, что по специальности я кардиолог-реаниматолог, а занимаюсь вещами, такими далекими от профессии. Меня всегда увлекали искусство, архитектура. После того, как ушёл из больницы в фармкомпанию (занимаюсь клиническими исследованиями), стал много ездить по миру и понял, что нет ничего интереснее, чем Россия.

Несколько лет назад мы познакомились с создателями проекта «Дни архитектуры в Москве» Александром Змеулом и Натальей Алексеевой. «Дни архитектуры» - это международный формат фестивалей. Они регулярно проходят в Лондоне, Сингапуре, других городах. С 2006 года проводится «Международный день архитектуры в Нижнем Новгороде». Саша и Наташа организовали фестивали в Москве, в Ростове-на Дону, участвовали в проведении фестиваля в Екатеринбурге. Мы поняли, что формат «Дней архитектуры» поможет привлечь внимание к деревянной архитектуре Вологды, позволит показать ее горожанам и не только. Мы предложили ребятам сделать такой фестиваль в Вологде. В тот момент мы и подумать не могли, что будем делать его сами – Саша надолго уехал из России, осталась Наташа, которая очень помогла советами и связями.

Примерно в этот период мы стали заниматься наполнением Википедии статьями про Вологду. Саша начал писать путеводитель по деревянной Вологде.

В 2010 году мы пришли с идеей организовать «Дни архитектуры» в городскую администрацию, тогда не получилось реализовать проект по разным причинам, что оказалось только к лучшему. Ведь сначала мы плохо могли сформулировать, что именно хотим сделать. За год изучили все, происходящее в России с деревянной архитектурой. Сформировали программу первого фестиваля, который прошел в апреле 2011 года.

А.Д.: Мы находились в Москве, а в Вологде у нас не было никого. Реально это была авантюра, мы пришли в Вологду – два москвича, и замахнулись на то, что мы никогда раньше не делали. При этом первая цель была просветить вологжан! Сказать им, что деревянная архитектура это круто. Вторая цель – рассказать властям об успешном опыте по сохранению деревянных городов в России. Третья цель – чтобы в Вологде появилась и современная деревянная архитектура. Мы хотели открыть людям все те вещи, которые сами для себя открыли: что дерево – это актуально, что оно может сохраняться на протяжении сотен лет, что деревянные города могут привлекать туристов и большие деньги.
При переносе в советское время дом утратил модерновый декор, но сохранил выразительность форм. Фото: Николай Малинин


– Сколько человек вы охватили «Днями архитектуры в Вологде»?

А.Д.: Мероприятия 2011 года посетили около 500 человек. Население Вологды – около 300 000 человек. Преимущество маленького города – ты можешь физически сам связаться с самыми важными людьми. После удивительного для нас успеха (при оповещении только через интернет и «сарафанное радио») залы на открытии «Параллелей» Уилла Прайса и Николая Малинина, и лекциях Николая Белоусова и ARCHPOLE были переполнены! С тех пор наши самые большие друзья – студенты-архитекторы. А главное - появилось несколько человек, которым захотелось самим что-то сделать для города вместе с нами. Это были и студенты, и местный средний класс, молодая интеллигенция. В течение года мы с ними поддерживали связь, старались каждый месяц делать какое-то мероприятие...

Мы создали сообщество «Вконтакте» и стараемся его поддерживать (характерная ошибка – по московской привычке сначала сделали группу в Facebook, но вовремя поняли, почему в нее никто не вступает – в Вологде там почти никого нет). Сейчас в нашей группе около 550 человек.
Власти пока не способны остановить уничтожение исторической Вологды
Дом Кирхогланина. Во время Дней архитектуры 2012 года власти объявили о начале его реставрации


Потом было мощное мероприятие – сбор подписей за защиту деревянной Вологды. Собрали более 3000 подписей – каждый сотый житель города подписал! Это супер-результат.

– Там были какие-то конкретные пункты программы?

А.Д.: В течение года мы общались с разными людьми, в том числе с чиновниками, архитекторами в Вологде и пытались разобраться, почему же деревянную архитектуру сложно сохранить. За последние несколько лет утрачен каждый третий официальный памятник деревянной архитектуры. Одна из основных проблем – собственники деревянных домов не заинтересованы в их сохранении. Дома поджигают или сносят чаще всего сами владельцы. В итоге они получают участок, на котором можно построить согласованный с департаментом культуры дом в кирпичном исполнении, обшитый деревом. И это массовый процесс. А дома, находящиеся в муниципальной собственности, просто тихо умирают. 

Мы проконсультировались с юристами, московскими урбанистами, с Архнадзором, со специалистами из Томска и предложили внести конкретные изменения в градостроительный регламент с тем, чтобы запретить в нескольких зонах исторической деревянной застройки на месте снесенного деревянного дома строить кирпичный. Это сделает невыгодными поджоги. А если хотя бы на месте сгоревших деревянных домов будут строиться новые тоже деревянные по образу и подобию – сохранится дух города.
Дом Засецких. Самый старый деревянный особняк в Вологде. 1790-е.
ДК Льнокомбината. Экскурсия по советской деревянной архитектуре


– В Вологде сейчас много строится?

А.Д.: До кризиса город был одним из лидеров по строительству жилья. Строили кирпичные дома. Современных деревянных зданий в Вологде не строится до сих пор. Последние проекты были реализованы в 1980-е годы – в отдаленных районах строили щитовые бараки. На местной кафедре архитектуры вообще не учат строить из дерева! И это при том, что почти все загородное строительство – деревянное, в основном, из «цилиндровки». То, что строится, ничем не отличается от подмосковных «скворечников» и не имеет никакого отношения к архитектуре. У нас есть идея провести конкурс на «образцовый проект» современного деревянного дома для Вологды. Администрация не против!

Научный подход

– Как у вас распределяются роли в работе?

К.Г.: Саша больше отвечает за работу с властями, а я за образовательно-развлекательные проекты. У процесса есть и управленческая сторона, я год назад закончил MBА, что дало понимание стратегического менеджмента и места нашей деятельности в управлении городом. Теперь вместе пытаемся разобраться в маркетинге территорий и экономике культурного наследия. Сашины мечты о том, что Вологду можно открыть как туристический город, что деревянные здания могут встроиться в современную экономику – получили научное подтверждение. Наша сильная сторона в том, что мы привносим в гражданский активизм управленческие идеи и грамотный PR из бизнеса, соединяя эмоциональную и практическую стороны вопроса.

– Есть примеры в России, когда инициатива снизу привела к тому, что в городе действительно что-то поменялось?

К.Г.: Конечно, это является необходимым условием, но не достаточным. Интересно, что ключевым фактором успеха программ по сохранению и развитию деревянной архитектуры в Томске стала политическая воля власти, в Иркутске – эффективность для бизнеса. В Вологде тон стало задавать гражданское общество и молодые вологодские архитекторы. Будет здорово, если этот разносторонний опыт взаимно усилится благодаря новому союзу деревянных городов!

То, что точно уже удалось сделать в Вологде – утвердить бренд «деревянной столицы России» среди специалистов и широкой публики и начать настоящее взаимодействие между архитекторами, властями, общественными активистами и простыми горожанами ради сохранения и развития деревянной архитектуры. Наш фестиваль – это площадка для налаживания связей. По нашим оценкам, мероприятиями 2012 года мы охватили около 2000 человек, а если считать тех, кто задействован Активацией – то просто весь город!

Дни архитектуры 2011 года. Организаторы и гости. Наталья Алексеева, Юлия Зинкевич, Александр Дуднев, группа ARCHPOLE, Андрей Иванов, Константин Гудков, Наталья Лисовская (Томск). Фото: Николай Малинин
Экскурсия во время Дней архитектуры 2011 года. Фото: Николай Малинин
Доходный дом, просп. Победы, 32
Текст подготовлен при участии Марии Трошиной. 

13 Июня 2012

Похожие статьи
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
Дерево за 15 лет
Поемия АРХИWOOD опрашивает членов своего экспертного совета главной премии: что именно произошло с деревянным строительством за эти годы, какие заметные изменения происходят с этим направлением сейчас и что ждет деревянное домостроение в будущем.
Марина Егорова: «Мы привыкли мыслить не квадратными...
Карьерная траектория архитектора Марины Егоровой внушает уважение: МАРХИ, SPEECH, Москомархитектура и Институт Генплана Москвы, а затем и собственное бюро. Название Empate, которое апеллирует к словам «чертить» и «сопереживать», не должно вводить в заблуждение своей мягкостью, поскольку бюро свободно работает в разных масштабах, включая КРТ. Поговорили с Мариной о разном: градостроительном опыте, женском стиле руководства и даже любви архитекторов к яхтингу.
Пресса: Новые герои: Организаторы «Дней архитектуры в Вологде»...
В рамках второго ежегодного фестиваля «Дни архитектуры в Вологде», проходившего с 16 по 22 мая этого года, стартовал проект «Активация», организатором которого выступило объединение молодых архитекторов Вологды АВО. Ребята направили свою деятельность на преображение внешнего облика города и попытку привлечь внимание горожан к проблемам средовой архитектуры.
Активация Вологды
Юлия Зинкевич, руководитель проекта АРХИWOOD, беседует о «Днях Архитектуры в Вологде» с их создателями – Александром Дудневым и Константином Гудковым.
Технологии и материалы
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Сейчас на главной
Балконы в небо
Компактная жилая башня Cielo в индийском Нагпуре напоминает колос: необычную форму создают придуманные Sanjay Puri Architects двухэтажные балконы.
Офис без границ
Офисное здание Delta под Барселоной задумано авторами его проекта PichArchitects как проницаемое, адаптивное и таким образом готовое к будущим переменам.
Маяк славы
Градостроительный совет Петербурга рассмотрел эскизный проект 40-метровой стелы, которую бюро Intercolumnium предлагает разместить в центре мемориального комплекса, посвященного Ленинградской битве. Памятный знак состоит из шести «лепестков», за которыми прячется световой столп. Эксперты высказали ряд рекомендаций и констатировали недостаточное количество материалов, чтобы судить о реализуемости подобного объекта.
Теплый берег
Проектная группа 8 и Институт развития городов и сел Башкортостана во взаимодействии с жителями района на окраине Уфы благоустроили территорию вокруг пруда. Зонировние учитывает интересы рыбаков, любителей наблюдать за птицами, владельцев собак и, конечно, детей и спортсменов. Малые архитектурные формы раскрывают природный потенциал территории, одновременно делая ее более безопасной.
Жизнерадостный декаданс
Ресторан «Машенька», созданный бюро ARCHPOINT, представляет еще один взгляд на интерьерный дизайн, вдохновленный русскими традициями и народными промыслами. Правда, в нем не так много прямых цитат, а больше вольных фантазий в духе «Алисы в стране чудес», благодаря чему гости могут развлечься разгадыванием визуальных шарад.
Я в домике
Работая над новым зданием школы «Летово Джуниор» – оно открылось для учеников осенью 2025 года в Долине МГУ – архитекторы UNK, следуя за видением заказчика, подчинили как фасады, так и интерьеры теме дома. Множество версий скатных кровель, силуэт города на стеклянных ограждениях, деревянные фактуры и целая серия микропространств для уединения в общественных зонах – к услугам учеников младшей и средней школы. Изучаем новое здание школы – и то, как оно интерпретирует передовые тенденции образовательных пространств.
Под знаком красного
Nefa Architects обустроили образовательный хаб для компании ДКС на территории фабрики «Большевик». Красный амфитеатр в самом центре – рифмуется с биографией места и подает концентрированный сигнал о том, где именно в этом пространстве происходит главное.
Приближение таинства
Бюро Ивана Землякова ziarch спроектировало для Новой Москвы небольшой храм для венчаний и крещений, который также включает приходское кафе в духе «Антипы». Автор ясно разделяет мирскую и храмовую части, опираясь на аналоги из архангельских деревень. Постройка дополнит основной храм, перекликаясь с ним схожими материалами в отделке.
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Легкая степень брутализма
Особенные люди собираются в особенных местах. Например, в кофейне St.Riders Coffee, спроектированной бюро Marat Mazur interior design специально для сообщества райдеров и любителей экстрима, с использованием материалов и деталей, достаточно брутальных, чтобы будущие посетители почувствовали себя в своей стихии.
Красный Корбюзье в красной Москве (колористический...
Исследование Петра Завадовского об изменении цвета отделки здания Центросоюза в Москве Ле Корбюзье в ходе его проектирования и влиянии этого обстоятельства на практику архитектуры советского авангарда в 1929–1935.
Текстильный подход
Бюро 5:00 am создало для фабрики «Крестецкая строчка» и бренда Alexandra Georgieva московский шоу-рум, продолжив эксперименты со стилизацией под классические жилые интерьеры XIX века, в которых благодаря переосмыслению культуры быта и прикладной эстетики актуальные тренды сочетаются с народными традициями, атмосферностью и тактильностью.
Здание-губка
Проектируя модульные спортивный центр и центр искусств Старшей школы Хундин в Шэньчжэне, архитекторы O-Office устанавливали связь с окружающей природой и создавали внутренние связи.
Парный разряд
Архитектуру Дворца тенниса, построенного в Лужниках по проекту ПИ «АРЕНА», определили три фактора: соседство бруталистской арены «Дружба», близость Москвы-реки и эстакады моста, а также особенности функции – для размещения кортов необходимы большие площади, обилие света и защита от солнца. Авторы разделили здание на несколько блоков, сыграв на контрасте, который усилили фасады, разработанные совместно с ТПО «Резерв».
Холстом и маслом
В галерее «Солодовня» – новой точке на культурной карте Москвы – открылась выставка «Холст, масло». Это выставка-знакомство: она демонстрирует посетителю и новое пространство в историческом здании, и разнообразие коллекции. Куратор Павел Котляр разделил картины русских художников на контрастные пары, что усилило каждое высказывание, а архитектор Полина Светозарова искала способы сближения художников друг с другом и с залами галереи. Главным «связующим» стал холст – сам по себе очень выразительный элемент.
Микродинамика макропроцессов
Учитывая близость многофункционального комплекса SOLOS к парку Сокольники и развитому транспортному узлу, бюро Kleinewelt Аrchitekten заложило в проект двух высотных башен динамику, но свойственную скорее природным явлениям, чем антропогенным объектам. Разобраться в ней без авторских схем не так просто, хотя глаз сразу замечает закономерность и пытается ее раскрыть. Нам показалось, что в одной башне заложен импульс готового раскрыться бутона, а во второй – движения литосферной плиты. Предлагаем разбираться вместе.
Пространство посткубизма
Сергей Чобан и Александра Шейнер, Студия ЧАРТ, создали для выставки «посткубистической» скульптуры Беатрисы Сандомирской – автора талантливого и мейнстримного, но почти не известного даже историкам искусства – пространство, подобное ее пластике: крепко сбитое, уверенно-стереометрическое и выразительное подспудно. Оно круглится, акцентируя крупный объем скульптуры, обнимает собой зрителя и ведет его от перспективы к перспективе, от «капища» к «Мадонне».
Ценность открытого места
Для участка рядом с метро Баррикадная Сергей Скуратов за период 2020–2025 сделал 5 проектов. Два из них победили в закрытых конкурсах заказчика. Пятый не так давно выбрал мэр Москвы для реализации. Проект ярок и пластичен, акцентен, заметен и интересен; что характерно для нашего времени. Однако – он среднеэтажен, невысок. И в своей северо-западной части, у метро и Дружинниковской улицы, формирует комфортный город. А с другой стороны – распахивается, открывая двор для солнечных лучей и формируя пространственную паузу в городской застройке. Как все устроено, какие тут геометрические закономерности и почему так – читайте в нашем материале.
Еловый храм
Бюро Ивана Землякова ziarch для живописного участка на берегу Волги недалеко от Твери предложило храм, которые наследует традициям местного деревянного зодчества, но и развивает их. Четверик поднят на бетонный подклет, вытянутая восьмискатная щипцовая кровля покрыта лемехом, а украшением фасада служат маленькие оконца. Сочетание материалов, форм и приемов роднит храм с окружающим лесным пейзажем.
Сезонные настроения
Бюро «Уголок» разработало интерьер одного из филиалов ресторана «М2 Органик клуб», специализирующегося на экологически чистой продукции и органической кулинарии, проиллюстрировав при помощи дизайна каждое из четырех времен года.
Прощай, эпоха
Сергей Кузнецов покинул пост главного архитектора Москвы. Новый главный архитектор не известен. Вероятно, пока. Что будет с московской архитектурой – тоже, с одной стороны, довольно понятно; а с другой – не очень.
Форма воды
Станцию Кэйп-Флэтс в Кейптауне SALT Architects проектировали как пример качественной индустриальной архитектуры, открыто, если не с гордостью, демонстрирующей свое предназначение.
Пришедшие с холода
Фестиваль «АрхБухта» – все еще один из немногих в России, где участники проходят через все этапы создания объекта от концепции до стройки. И делают это на берегу Байкала и ему же в посвящение. В этом году бюро GAFA приняло участие и рассказало о своем опыте: местная легенда, дизайн-код для команды, друзья, а также катание на коньках и испытание морозом помогли получить не только награду, но и нечто большее.
Сложная композиция
Парк технологий и инноваций Lenovo в Тяньцзине по проекту E Plus Design рассчитан на более чем 3000 сотрудников подразделения исследования и разработки.
Фахверк в формате барнхауса
В проекте загородного дома Frame Wood от AGE architects тектоника мощного фахверкового каркаса освобождена от стереотипов и заключена в лаконичный силуэт барнхауса. Конструкция по-прежнему – главное средство выразительности, но она становится более вариативной, а дом приобретает не характерную для фахверка легкость.
Цифры Вавилона
Публикуем магистерскую диссертацию Хаймана Хунде, подготовленную на Факультете архитектуры и дизайна Кубанского государственного университета. Она посвящена разработке градостроительных принципов развития города Эль-Хилла в Ираке с учетом исторического наследия и региональных особенностей. Например, формируя современные кварталы, автор обращается к планам древних городов, орнаменту и даже траектории движения небесных тел.