Активация Вологды

Юлия Зинкевич, руководитель проекта АРХИWOOD, беседует о «Днях Архитектуры в Вологде» с их создателями – Александром Дудневым и Константином Гудковым.

mainImg
Вологда. Торжественное открытие «Бульвара раскладушек». 16 мая 2012 г
zooming
Константин Гудков и Александр Дуднев на стенде АРХИWOOD 2012 в Москве. Фото: Анна Пешкова
Две недели в тихой пасторальной Вологде на центральных улицах, в скверах жужжали электропилы, стучали молотки. Посреди города строились лестницы-скамейки, лежанки для отдыха, которые сразу же осваивались горожанами…

У пешеходного Красного моста появились ступени, сбегающие прямо к воде – идеальное место для романтических свиданий, на Каменном мосту возник «Бульвар раскладушек», и вот уже на деревянных скамьях отдыхают роллеры, кто-то устроился с ноутбуком.

У Драматического театра – уличная сцена, парапеты для скейтеров и велосипедистов, у Дома книги – клумбы и места для чтения, а у стен Вологодского университета – земля как будто встала дыбом, проросла амфитеатром, деревянными скамьями и партами – образовалась настоящая аудитория под открытым небом. 

Проект «Активация», в рамках которого молодые вологодские архитекторы преобразили пять мест в центре города – кульминация вторых «Дней Архитектуры в Вологде», которые проходили с 16 по 22 мая.
Бульвар раскладушек - островки отдыха и общения среди бурного потока повседневности (куратор проекта - Лев Анисимов). Фото: Алексей Курбатов
Бульвар раскладушек. Фото: Алексей Курбатов
Инициаторы «Активации» – молодые вологодские архитекторы из группы АВО! (Вера Смирнова, Михаил Приёмышев, Лев Анисимов, Денис Притчин, Надежда Снигирёва и другие).

Организаторы фестиваля – москвичи Александр Дуднев и Константин Гудков. К архитектуре они отношение имеют опосредованное, зато молоды, хорошо образованы, энергичны и умеют вдохновлять окружающих. Таких молодых-продвинутых и не хватало Вологде для того, чтобы отношения между городом и его жителями вступили в новую фазу.
Группа АВО!


– Как родился проект «Активация»?

Александр Дуднев: После первого фестиваля «Дни архитектуры» с нами познакомились молодые ребята-архитекторы из Вологодского университета – недавние выпускники и студенты последних курсов. У них давно была куча идей, как и что можно делать в городе – они хорошо знакомы с передовым международным опытом, даже преподавали за рубежом, а Вологду очень любят и знают её архитектурные проблемы. Они предложили обустроить общественные пространства в городе с помощью деревянных объектов, располагающих к общению. Все идеально сошлось в одной точке: и формат фестивальной архитектуры, и традиции зодчества Русского Севера, и мода на «новое деревянное», и исследования социальных вопросов урбанистики, которые вели на кафедре. А главное - желание сделать что-то приятное для родного города и выгодное властям раскрытие бренда Вологды как столицы деревянного зодчества.

Удивительно, но ребята, которых готовы принимать в Америке, Европе и Китае, готовы были работать бесплатно – изучать типы социальных взаимодействий, проектировать, искать спонсоров, параллельно – обучать студентов на воркшопах... Но им нужен был выход на городские власти. Есть такой парадокс: когда инициатива исходит от местных жителей – их не слышат.
Треугольный сад – новый «уличный зал» вологодского Политеха (куратор проекта – Вера Смирнова). Фото: Алексей Курбатов
Треугольный сад – новый «уличный зал» вологодского Политеха (куратор проекта – Вера Смирнова). Фото: Алексей Курбатов


– Что происходило в этом году на фестивале помимо «Активации»?

Константин Гудков: В этом году «Дни архитектуры» в Вологде были посвящены новым возможностям дерева – как материала для новой архитектуры и как экономически выгодного культурного наследия. В Вологде прошли лекции Тотана Кузембаева и бюро WOWHAUS, Николая Малинина и Ольги Севан, экскурсии для всех желающих от вологодских краеведов и реставратора Александра Попова, кинолекторий Дениса Ромодина, круглые столы.
Экскурсия на базу реставратора Александра Попова

Самая серьезная часть программы – форум «Большой тройки» деревянных городов: Вологды, Томска и Иркутска. Власти и архитекторы этих трех городов впервые встретились, чтобы обменяться опытом сохранения и использования деревянного архитектурного наследия; а мэры подписали соглашение об обмене опытом и сотрудничестве в разработке федеральной программы по сохранению уникальной городской деревянной архитектуры!
Константин Гудков и лекторы вторых «Дней архитектуры» – Тотан Кузембаев, Андрей Иванов, Николай Малинин


Дни архитектуры.
Как все начиналось, и что из этого вышло

– Итак, как вы пришли к формату «Дней архитектуры»?

А.Д.: Я родился в Вологде в деревянном доме на улице Благовещенской. Родители жили в этом бывшем доходном доме, построенном на рубеже XIX-XX веков, дом был в аварийном состоянии. Моя кровать на колесиках постоянно скатывалась, бегали огромные крысы, за водой нужно было ходить в соседний квартал. Холодный туалет в пристройке... Советская экономика не могла вытянуть огромное количество дореволюционного частного жилья – отсюда миф о деревянных зданиях как о «ветхом фонде». Многие вологжане до сих пор считают, что дерево – недолговечный материал! Я сам, только побывав за границей, увидел, что могут жить и процветать целые деревянные города XVIII века, например, в Скандинавии. И стало обидно, что родная Вологда, на порядок более интересная по архитектуре, находится в таком катастрофическом упадке.
Саша Дуднев на руках у родителей. Центр Вологды – еще почти весь деревянный


К.Г.: Я родился в Москве, поэтому для меня неповторимость и ценность Вологды именно как доброго тихого деревянного города особенно чувствуется. Все почему-то удивляются, что по специальности я кардиолог-реаниматолог, а занимаюсь вещами, такими далекими от профессии. Меня всегда увлекали искусство, архитектура. После того, как ушёл из больницы в фармкомпанию (занимаюсь клиническими исследованиями), стал много ездить по миру и понял, что нет ничего интереснее, чем Россия.

Несколько лет назад мы познакомились с создателями проекта «Дни архитектуры в Москве» Александром Змеулом и Натальей Алексеевой. «Дни архитектуры» - это международный формат фестивалей. Они регулярно проходят в Лондоне, Сингапуре, других городах. С 2006 года проводится «Международный день архитектуры в Нижнем Новгороде». Саша и Наташа организовали фестивали в Москве, в Ростове-на Дону, участвовали в проведении фестиваля в Екатеринбурге. Мы поняли, что формат «Дней архитектуры» поможет привлечь внимание к деревянной архитектуре Вологды, позволит показать ее горожанам и не только. Мы предложили ребятам сделать такой фестиваль в Вологде. В тот момент мы и подумать не могли, что будем делать его сами – Саша надолго уехал из России, осталась Наташа, которая очень помогла советами и связями.

Примерно в этот период мы стали заниматься наполнением Википедии статьями про Вологду. Саша начал писать путеводитель по деревянной Вологде.

В 2010 году мы пришли с идеей организовать «Дни архитектуры» в городскую администрацию, тогда не получилось реализовать проект по разным причинам, что оказалось только к лучшему. Ведь сначала мы плохо могли сформулировать, что именно хотим сделать. За год изучили все, происходящее в России с деревянной архитектурой. Сформировали программу первого фестиваля, который прошел в апреле 2011 года.

А.Д.: Мы находились в Москве, а в Вологде у нас не было никого. Реально это была авантюра, мы пришли в Вологду – два москвича, и замахнулись на то, что мы никогда раньше не делали. При этом первая цель была просветить вологжан! Сказать им, что деревянная архитектура это круто. Вторая цель – рассказать властям об успешном опыте по сохранению деревянных городов в России. Третья цель – чтобы в Вологде появилась и современная деревянная архитектура. Мы хотели открыть людям все те вещи, которые сами для себя открыли: что дерево – это актуально, что оно может сохраняться на протяжении сотен лет, что деревянные города могут привлекать туристов и большие деньги.
При переносе в советское время дом утратил модерновый декор, но сохранил выразительность форм. Фото: Николай Малинин


– Сколько человек вы охватили «Днями архитектуры в Вологде»?

А.Д.: Мероприятия 2011 года посетили около 500 человек. Население Вологды – около 300 000 человек. Преимущество маленького города – ты можешь физически сам связаться с самыми важными людьми. После удивительного для нас успеха (при оповещении только через интернет и «сарафанное радио») залы на открытии «Параллелей» Уилла Прайса и Николая Малинина, и лекциях Николая Белоусова и ARCHPOLE были переполнены! С тех пор наши самые большие друзья – студенты-архитекторы. А главное - появилось несколько человек, которым захотелось самим что-то сделать для города вместе с нами. Это были и студенты, и местный средний класс, молодая интеллигенция. В течение года мы с ними поддерживали связь, старались каждый месяц делать какое-то мероприятие...

Мы создали сообщество «Вконтакте» и стараемся его поддерживать (характерная ошибка – по московской привычке сначала сделали группу в Facebook, но вовремя поняли, почему в нее никто не вступает – в Вологде там почти никого нет). Сейчас в нашей группе около 550 человек.
Власти пока не способны остановить уничтожение исторической Вологды
Дом Кирхогланина. Во время Дней архитектуры 2012 года власти объявили о начале его реставрации


Потом было мощное мероприятие – сбор подписей за защиту деревянной Вологды. Собрали более 3000 подписей – каждый сотый житель города подписал! Это супер-результат.

– Там были какие-то конкретные пункты программы?

А.Д.: В течение года мы общались с разными людьми, в том числе с чиновниками, архитекторами в Вологде и пытались разобраться, почему же деревянную архитектуру сложно сохранить. За последние несколько лет утрачен каждый третий официальный памятник деревянной архитектуры. Одна из основных проблем – собственники деревянных домов не заинтересованы в их сохранении. Дома поджигают или сносят чаще всего сами владельцы. В итоге они получают участок, на котором можно построить согласованный с департаментом культуры дом в кирпичном исполнении, обшитый деревом. И это массовый процесс. А дома, находящиеся в муниципальной собственности, просто тихо умирают. 

Мы проконсультировались с юристами, московскими урбанистами, с Архнадзором, со специалистами из Томска и предложили внести конкретные изменения в градостроительный регламент с тем, чтобы запретить в нескольких зонах исторической деревянной застройки на месте снесенного деревянного дома строить кирпичный. Это сделает невыгодными поджоги. А если хотя бы на месте сгоревших деревянных домов будут строиться новые тоже деревянные по образу и подобию – сохранится дух города.
Дом Засецких. Самый старый деревянный особняк в Вологде. 1790-е.
ДК Льнокомбината. Экскурсия по советской деревянной архитектуре


– В Вологде сейчас много строится?

А.Д.: До кризиса город был одним из лидеров по строительству жилья. Строили кирпичные дома. Современных деревянных зданий в Вологде не строится до сих пор. Последние проекты были реализованы в 1980-е годы – в отдаленных районах строили щитовые бараки. На местной кафедре архитектуры вообще не учат строить из дерева! И это при том, что почти все загородное строительство – деревянное, в основном, из «цилиндровки». То, что строится, ничем не отличается от подмосковных «скворечников» и не имеет никакого отношения к архитектуре. У нас есть идея провести конкурс на «образцовый проект» современного деревянного дома для Вологды. Администрация не против!

Научный подход

– Как у вас распределяются роли в работе?

К.Г.: Саша больше отвечает за работу с властями, а я за образовательно-развлекательные проекты. У процесса есть и управленческая сторона, я год назад закончил MBА, что дало понимание стратегического менеджмента и места нашей деятельности в управлении городом. Теперь вместе пытаемся разобраться в маркетинге территорий и экономике культурного наследия. Сашины мечты о том, что Вологду можно открыть как туристический город, что деревянные здания могут встроиться в современную экономику – получили научное подтверждение. Наша сильная сторона в том, что мы привносим в гражданский активизм управленческие идеи и грамотный PR из бизнеса, соединяя эмоциональную и практическую стороны вопроса.

– Есть примеры в России, когда инициатива снизу привела к тому, что в городе действительно что-то поменялось?

К.Г.: Конечно, это является необходимым условием, но не достаточным. Интересно, что ключевым фактором успеха программ по сохранению и развитию деревянной архитектуры в Томске стала политическая воля власти, в Иркутске – эффективность для бизнеса. В Вологде тон стало задавать гражданское общество и молодые вологодские архитекторы. Будет здорово, если этот разносторонний опыт взаимно усилится благодаря новому союзу деревянных городов!

То, что точно уже удалось сделать в Вологде – утвердить бренд «деревянной столицы России» среди специалистов и широкой публики и начать настоящее взаимодействие между архитекторами, властями, общественными активистами и простыми горожанами ради сохранения и развития деревянной архитектуры. Наш фестиваль – это площадка для налаживания связей. По нашим оценкам, мероприятиями 2012 года мы охватили около 2000 человек, а если считать тех, кто задействован Активацией – то просто весь город!

Дни архитектуры 2011 года. Организаторы и гости. Наталья Алексеева, Юлия Зинкевич, Александр Дуднев, группа ARCHPOLE, Андрей Иванов, Константин Гудков, Наталья Лисовская (Томск). Фото: Николай Малинин
Экскурсия во время Дней архитектуры 2011 года. Фото: Николай Малинин
Доходный дом, просп. Победы, 32
Текст подготовлен при участии Марии Трошиной. 

13 Июня 2012

Похожие статьи
«Наутилус» спорный, но бесспорно наш
Интервью, взятое Еленой Леонидовной Косоренковой у архитектора Алексея Ростиславовича Воронцова. О капроме, девяностых как свободе и символе эпохи. Каком именно? По словам Алексея Воронцова, никакой ИИ «Наутилус» спроектировать не сможет.
Олег Шапиро: «Мы проектируем жизнь целиком, во всем...
Wowhaus давно уже не специализируется на «благоустройстве». Одна из новых тем – неоиндустриализация. Другая – большие мастер-планы. Но и с Парком Горького работа вновь идет. Только более системная и масштабная. В этом интервью – одновременно вспоминаем Колхаса, Стрелку, историю внимания к «городской среде» – и выясняем, чем именно сейчас занят Wowhaus и как устроена его работа. Из 9 подразделений и 160, примерно, сотрудников.
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Пресса: Новые герои: Организаторы «Дней архитектуры в Вологде»...
В рамках второго ежегодного фестиваля «Дни архитектуры в Вологде», проходившего с 16 по 22 мая этого года, стартовал проект «Активация», организатором которого выступило объединение молодых архитекторов Вологды АВО. Ребята направили свою деятельность на преображение внешнего облика города и попытку привлечь внимание горожан к проблемам средовой архитектуры.
Активация Вологды
Юлия Зинкевич, руководитель проекта АРХИWOOD, беседует о «Днях Архитектуры в Вологде» с их создателями – Александром Дудневым и Константином Гудковым.
Технологии и материалы
В Токио робота-андроида привлекли для работы на стройплощадке
Компания Shimizu Corporation начала испытания гуманоидных роботов и роботизированных манипуляторов с искусственным интеллектом на строительных площадках. Экспериментальным полигоном стал небоскреб Torch Tower, спроектированный Со Фудзимото.
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Дом из бутылки
В MIT испытали ферменную систему перекрытий, напечатанную на 3D-принтере из переработанного пластика. По жёсткости конструкция соответствует строительным нормам США, но заметно дороже деревянных аналогов.
Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче
Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.
Сейчас на главной
Долгожданный поворот сюжета
В Лос-Анджелесе открылся Музей нарративного искусства Джорджа Лукаса от пекинского бюро MAD. История этого проекта настолько многострадальна и сложна, что сама могла бы стать основой для киносценария.
Меж колонн и сосен
Проект апарт-отеля от бюро ХВОЯ сохраняет масштаб детского пионерского лагеря, который раньше находился на участке близ Рощинского разлива. Восемь одноэтажных корпусов, предназначенных для хозяйственных и общественных функций, размещаются под лентой здания с номерным фондом. Такое решение позволило сохранить деревья и добиться проницаемости.
От римских бань к лофтам
В нидерландском городе Неймегене согласно плану бюро KCAP строится новый район Ваалквартир, ландшафтное решение которого связано с историей места – начиная с древних римлян.
Обрамление функции
Три выпускные работы бакалавров кафедры «Архитектура промышленных сооружений» МАРХИ отвечают на вопрос: может ли инфраструктурный или промышленный объект стать точкой притяжения, носителем идентичности и катализатором перемен? Предлагаем рассмотреть аэропорт для Севастополя, космодром в нейтральных водах Тихого океана и ледокольную верфь в Архангельской области, для которых авторы искали уместные и выразительные образы.
Архивисты VS искусствоведы?
Надо ли «разрушать монополию искусствоведов» в деле исследования памятников авангарда? А если да, то как далеко должен зайти такого рода «поворот в социогуманитарных исследованиях»? Об этом – рецензия главы Сектора Свода памятников ГИИ на книгу Александра Дуднева и Констанина Гудкова «Москва на стройке». Книга – ценнейший и гигантский каталог зданий 1917–1941 года, но высказанный в предисловии методологический пафос крутого поворота вызывает некоторые сомнения…
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Множественность интерпретаций
Бюро Lebedeva project смогло создать новый тип общественного пространства в легендарном доме Микини в Армянском переулке Москвы. Сочетание многофункциональности и истории места стало основой для удивительного интерьера, в котором новое и старое гармонично дополняют друг друга.
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.
Первостроителям Петербурга
Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.
АРХИWOOD-17: дендрохронология
АРХИWOOD подвел итоги: впервые с 2022 года жюри присудило гран-при, раздав также несколько специальных призов и войдя в резонанс с мнением народа в двух номинациях. Дерево в этом году выступает как материал, соединяющий пространства и эпохи: в списках есть несколько неоклассических утопий, возвращающих идиллию усадебной жизни, строившийся более десяти лет дом-вернакуляр, «Парфенон» с колоннами из сосен и баней-целлой, восставший из пепла феникс, целых две башни-бани. Предлагаем познакомиться со всем списком победителей – уверены, многое вам захочется увидеть собственными глазами!
Спортивный драйв
ONE MORE STUDIO разработало комплексный дизайн нового центра для любителей падела на Ходынском бульваре в Москве, превратив его пространство, посвященное культу здоровья и радости жизни, в место, где можно испытать драйв и удовольствие от игры, а затем отдохнуть в комфортной обстановке.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Пресса: Вечернее интервью: художник Николай Полисский — о...
Николай Полисский учился в Ленинграде — и там стал частью группы «Митьки». Был живописцем, затем занялся, как многие в девяностые, искусством, близким к концептуальному. Но в 2000 году в калужской деревне Никола-Ленивец, где у него дача, он решил слепить много снеговиков. И с этой работы у Полисского началась совсем другая жизнь.
Между небом и бетоном
Архитекторы Vari создали на трех верхних уровнях общественного центра RICHAUS в Чунцине рекреационное и торговое пространство aa market, организованное как сад на крыше.
Пространство дизайна
В Москве появилось новое постоянно действующее выставочное пространство IDEAL DESIGN SPACE, где дизайнеры, архитекторы, заказчики, поставщики и производители смогут найти все необходимое и даже больше. Главная цель пространства – стать источником вдохновения и местом для профессионального общения.