«Понимая, что в обществе нет большого запроса на хорошую архитектуру, мы сами пытаемся создать его»

Интервью с основателями ереванского архитектурного бюро «Тарберак» Арменом Акопяном и Кареном Берберяном.

Интервью
Архитектура Практика
mainImg
Два года назад в Ереване архитекторами Арменом Акопяном и Кареном Берберяном было основано бюро «Тарберак». За этот недолгий период оно успело заявить о себе многочисленными смелыми и инициативными проектами. Мне стало интересно поговорить с ними об их работе. Интервью прошло по Skype в июле 2020-го.

– Ребята, несмотря на то, что мы знакомы очень давно, мне мало известно о вашем бюро. Расскажите, как появилась идея основать его?

– Несколько лет мы вместе работали у Тима Флина (Tim Flynn Architects, британская архитектурная мастерская, ереванский филиал которой занимался, в частности, проектированием международной школы в Дилижане – примечание Т. А.). Потом Карен выиграл грант на учебу в США и уехал, Армен же остался работать в бюро и параллельно занимался небольшими частными заказами. После возвращения Карена в Ереван создать свое бюро предложил Армен.
Нашей первой работой стал проект многоэтажного жилого дома. К новому 2019-му году сделали эскиз и выступили с альтернативным предложением заказчику. К счастью для нас, проект пошел дальше, сейчас уже идет стройка. С этого момента в принципе можно и говорить об основании нашего бюро, хотя на тот момент у нас не было юридического статуса и, соответственно, названия.
Отметим, что в армянской действительности есть два основных пути для основания архитектурного бюро: конкурсы, которые здесь проводятся очень редко, либо интерьерные проекты, рынок которых гораздо либеральнее, но, соответственно, с большой конкуренцией. Мы не хотели, чтобы интерьеры стали нашей специализацией, поэтому выбрали иной, альтернативный путь для становления.
«Понимая, что в обществе нет большого запроса на хорошую архитектуру, мы сами пытаемся создать его»

– Почему «Тарберак», что в переводе с армянского значит «Вариант»? Есть ли в этом смысл, отражающий специфику вашей работы?

– И да, и нет. Про название думали примерно год. Изначально не хотели, чтобы в наименовании бюро фигурировали наши имена, поскольку они ни о чем не говорят. Но после долгого обсуждения всех возможных вариантов остановились на варианте «Вариант».

– Какой именно «вариант»? В чем заключается ваш подход?

– За 30 лет (имеется в виду период независимости республики – примечание Т. А.) в плане общественных пространств в Ереване образовался некий вакуум. До этого ими занималась советское государство, после основной акцент был сделан на коммерческие проекты. Таким образом образовался большой пласт новых для города проблем. Мы видим их, нам они небезразличны. Однако эти вопросы поднимают только городские власти и журналисты. Получается, что архитектор не участник этого процесса, ему просто отведена роль исполнителя. Вот мы и стремимся переломить такой формат и вывести на первый план эти проблемы посредством нашей архитектурной деятельности.
«Мы не претенциозны, для нас главное – начать дискуссию»

– То есть приоритетным для вас является профессиональное освещение городских проблем?

– Наши инициативы, естественно, нацелены в будущее. В юридическом, финансовом и прочих аспектах они довольно сложны в плане реализации, поэтому не факт, что они сразу же приобретут статус заказа, и мы прекрасно осознаем это. А вот начать процесс обсуждения этих проблем уже сегодня – считаем необходимым для развития города, и мы тут стараемся выступить как связующее звено.

  • zooming
    1 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    2 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    3 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    4 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    5 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    6 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    7 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    8 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    9 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    10 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    11 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio

Проект посвящен оптимизации сети метро в Ереване. Станция «Петак» на перегоне между «Сасунци Давид» и «Зоравар Андраник» не потребует крупных инвестиций, однако значительно облегчит доступ горожан к торговым комплексам «Петак» и «Сурмалу», а местным жителям и предпринимателям – к метрополитену. Станция уменьшит транспортную загруженность и повысит привлекательность района.

– А почему вы не ограничиваетесь только исследованием?

– Мы пытаемся синтезировать исследование с проектированием. Сначала у нас идет процесс многостороннего изучения вопроса. Но «голое» исследование вряд ли станет предметом дискуссии. В форме проекта вопросы становятся более доступными, и именно с проекта начинается обсуждение! Как в случае с проектом для «Каскада», после которого возник определенный ажиотаж в соцсетях, и даже в курсовых проектах на архитектурном факультете стали затрагивать эту тему. Одна из газет начала доставать из архивов старые проекты «Каскада» и т.д. В общем, мы добились своей цели.

  • zooming
    1 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    2 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    3 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    4 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    5 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    6 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    7 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    8 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    9 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    10 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    11 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio

Проект посвящен завершению «Каскада», 300-метрового многофункционального комплекса-лестницы, и полной реализации его потенциала как культурного центра и общественного пространства. Также предусмотрено решение важных инфраструктурных проблем и удовлетворение существующего спроса на центр исполнительских искусств и музей.
Ключевая идея проекта – диверсификация растущей пешеходной нагрузки на «Каскад» с помощью новых панорамных точек и поперечных пологих пандусов как альтернативы лестнице по главной оси.


– Небольшое отступление. Карен, почему ты решил вернуться домой из Нью-Йорка? Вроде бы это и есть мечта любого молодого архитектора: учеба в Колумбийском университете, работа у «звезды»...

– Согласен, но как бы странно ни прозвучало, именно там я почувствовал опасность застоя. Насколько долго остался бы там, настолько было бы сложно вернуться. А у меня было желание вернуться. Год отучился и полтора года работал в офисе Бернара Чуми.

– Если не секрет, расскажи немного о нем, о его бюро.

– Это не «корпоративный» офис, но в то же время он дает свободу сотрудникам. Он очень открытый, свободномыслящий человек. Он «маньяк контроля», если можно так выразиться, контролирует все до мелочей.
Очень любит варианты. Мы могли разработать 20–30 вариантов для одного проекта. Потом из них выбирали десять, потом «ответвлялись», и оставалось где-то пять. Ну и в конце остается наименее противоречивое.

– Работа у Чуми повлияла на твои взгляды?

– Со временем, в частности, в процессе работы чувствую, что его влияние велико. Не хотелось бы вдаваться в подробности, но именно там ты должен почувствовать его методологию проектирования, поверь, это очень захватывающе! Но, в то же время, я не сторонник механического внедрения его метода.

– Ну а на свой вопрос: «Как ты попал к Чуми?», естественно, я получил ответ – «Совершенно случайно!» (смеемся)
Вы стремитесь вложить определенное видение в ваши проекты?

– Не думаем, что хорошим интерьером или даже зданием мы создадим видение будущего. И неважно, будешь ли ты [архитектурным] чиновником или получишь большой заказ, чтобы сформировать это видение. В то же время, ты можешь сделать маленький проект и охватить при этом широкий спектр вопросов: истории, наследия, экономики, коммуникаций и т.д.
Если попытаться сформулировать нашу позицию, то она, скорее, – движение от проблемы. Мы не адаптируем заранее заявленный манифест или идеологию к конкретному месту. Скорее, наоборот. Стараемся концентрироваться на конкретных локальных аспектах: искать и констатировать проблемы данного места и предлагать наше видение их решения.
К примеру, в проекте «Каскада» мы увидели проблему в движении. В проекте «За стеной» мы видели проблему в существовании стены-ограждения, и если ее снять, то очень много задач ставится. Но справедливости ради надо отметить, что архитектура – настолько медленный процесс, что пока реализуешь проект, изначально поставленная задача может исчезнуть.

  • zooming
    1 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    2 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    3 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    4 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    5 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    6 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    7 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    8 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    9 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    10 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    11 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    12 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    13 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    14 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    15 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    16 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    17 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    18 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    19 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    20 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    21 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau

Разработанный совместно с TL Bureau проект призван восстановить горизонтальные городские связи, которые из-за появления «Каскада» остановились в своем развитии. Речь идет конкретно о территории бывшей резиденции президента Армении (ныне Государственный комитет по контролю) – запертой ЗА СТЕНОЙ зеленой зоне, которая может послужить общественным пространством: площадкой для проведения лекций и открытых кинопоказов, прогулочной зоной для жителей центра и туристов, информационным центром для музеев (где может быть единая музейная касса), творческим парком для студентов Академии. Своим проектом архитекторы предлагают убрать стену, вернуть зеленую зону городу, создать там новый общественный центр.
«Даже самое маленькое бюро самым маленьким проектом может выразить свой месседж»

– Часто стремление молодых архитекторов и бюро к оригинальности сводиться исключительно к формальным изысканиям. Каков ваш язык самовыражения?

– У тебя однозначно есть один определенный язык. Но мы стремимся, чтоб в наших проектах восприятие формального «языка» не ощущалось. Мы отказываемся от клише и искусственных рамок для самовыражения.
Для каждой определенной задачи выбираешь соответствующий язык и вариант решения – разными средствами. От проекта к проекту язык формируется. В процессе работы как раз рождается форма, и если она решила задачу, значит, она получилась.

– В современной архитектуре язык становится все более универсальным и размываются границы идентичности. В Армении молодые архитекторы тоже вливаются в этот «поток».

– Согласны. Информационная блокада благодаря интернету исчезла. Основными его пользователями (имеется в виду начало нулевых, когда и выросло это поколение архитекторов – прим. Т. А.) была тогдашняя молодежь. По нашему мнению, именно с этим и можно связать изменение языка архитектуры в нашей стране и не только. Умножились и изменились также и инструменты выражения. Это тоже подтолкнуло молодых архитекторов к новому мышлению. Кстати, в самом профессиональном языке появилось множество новых слов: movement, event, public space и т.д.

  • zooming
    1 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    2 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    3 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    4 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    5 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    6 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    7 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    8 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    9 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    10 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    11 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    12 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    13 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    14 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    15 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    16 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    17 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau


Разработанный вместе с TL Bureau проект расширения библиотеки им. Исаакяна на территории между 3-м правительственным зданием и вестибюлем станции метро «Площадь Республики» («Анрапетуцян Храпарак»). Проведенное авторами исследование показало, что там чувствуется нехватка качественных общественных пространств, особенно – из-за современных требований к библиотекам, разнообразия медиа и т.д. Интересно, что эти две зоны расположены на одном уровне и разделены «ямой». Библиотека будет расширена в пространство этой «ямы» и соединена с «Площадью Республики» через подземные фонтаны. Новый объем благодаря ступенчатой форме кровли обеспечит не только горизонтальную, но и вертикальную связь: фонтанная площадь, три уровня библиотеки, верхняя, зеленая зона станции.
«Архитектура не заказ, а то, что генерирует идеи, сценарии, вопросы»

– Фактор наследия в ваших проектах: как вы работаете с ним?

– Мы не выделяем наследие как отдельную субстанцию в нашей работе. В первую очередь мы фиксируем проблемы в среде. Отнюдь не обязательно, чтобы сооружение входило в список охраны памятников, чтобы считаться наследием. Оно может быть самым неожиданным. Для нас наследие – работа с дошедшими до нас проблемами прошлого. Мы стремимся к такому подходу, который поспособствует решению сегодняшних проблем и не помешает прошлым.

– В этом контексте проект в Дилижане для меня – самый интересный.

– В Дилижане мы увидели потенциал наследия в существующих руинах (бетонные конструкции недостроенной церкви – примечание Т. А.). Эти конструкции были освящены. Люди знали, что там должна строиться церковь, они приходили сюда, ставили свечи и таким образом сформировали вокруг некую ауру. Это было нечто, что еще не «достигло» своей функции.
Мы постарались посредством архитектуры в заброшенном месте создать магнит, который даст импульс окружению, организует пространство и подчеркнет это «незавершенное наследие», внедряя в него вторую мысль.

  • zooming
    1 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    2 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    3 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    4 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    5 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    6 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    7 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    8 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    9 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio


Руинированное сооружение в центре Дилижана, задуманное десятилетия назад как церковь, но так и не достроенное, предлагается превратить в арт-пространство на открытом воздухе. Первой инсталляцией там должна стать выставка «Слово Нарекаци», посвященная наследию Григора Нарекаци.
Чтобы усилить духовный характер павильона, в его центре возведут куб из полированной нержавеющей стали размером 6 м х 6 м, «бескорыстно» отражающий окружающее пространство. Внутри можно экспонировать наиболее ценные произведения искусства. Стены самого павильона планируется использовать для крепления экранов, баннеров и других выставочных материалов.
«Архитектуре необязательно иметь функцию, чтобы быть интересной»

– Как вы видите свое будущее? Ведь «Тарберак» все-таки подразумевает некое промежуточное состояние, состояние варианта.

– Понятно, что невозможно долго сохранять этот энтузиазм, и мы осознаем, что наша мотивация может угасать. Хотя одна из наших инициатив стала реальностью, и мы поняли, что наш энтузиазм может превратиться в заказ. Это дает нам мотивацию для того, чтобы продолжать свой курс. Надеемся, что он эволюционирует и не погаснет.
Мы свободны, мы хотим распространять нашу позицию. Нам также интересно – и у нас есть такой опыт – делать проекты в сотрудничестве с другими бюро.

15 Февраля 2021

Похожие статьи
Интервью
Олег Шапиро: «Мы проектируем жизнь целиком, во всем...
Wowhaus давно уже не специализируется на «благоустройстве». Одна из новых тем – неоиндустриализация. Другая – большие мастер-планы. Но и с Парком Горького работа вновь идет. Только более системная и масштабная. В этом интервью – одновременно вспоминаем Колхаса, Стрелку, историю внимания к «городской среде» – и выясняем, чем именно сейчас занят Wowhaus и как устроена его работа. Из 9 подразделений и 160, примерно, сотрудников.
Интервью
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
Интервью
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Интервью
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Интервью
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Интервью
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Интервью
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Интервью
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Интервью
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Интервью
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
Интервью
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Интервью
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Интервью
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Интервью
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Интервью
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
Интервью
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Интервью
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Интервью
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Интервью
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
Интервью
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Интервью
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Интервью
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Интервью
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Интервью
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
Интервью
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Интервью
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Технологии и материалы
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки
Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.
LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...
Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.
Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...
Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.
Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла
Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.
Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...
LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.
ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...
В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.
Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити
Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.
Модульный стандарт фасадных решений
Модульная фасадная система МАНУФОРМ предлагает новый подход к облицовке зданий, в полной мере раскрывая потенциал технологии НВФ: вместо штучной плитки – крупноформатный блок заводской готовности. Эксклюзивные фактуры коллекций, цельные углы, элементы декора и фирменные затирочные составы сочетаются с технологическим превосходством при монтаже. Разбираемся, как это работает и что это дало архитекторам на примере пяти реализованных объектов.
Ингмар Витвицкий: «Сегодня стекло полноценно формирует...
Когда архитектор выбирает остекление, он работает сразу на двух уровнях: создаёт выразительный силуэт и продумывает будущую эксплуатацию фасада. Как эстетика и функционал стекла складываются в цельный замысел, рассказывает основатель и руководитель архитектурно-строительного бюро «Ингмар» – Ингмар Витвицкий.
Прованс от KERAMA MARAZZI: тихая роскошь в камне, керамике...
KERAMA MARAZZI выпустила коллекцию «Прованс» – полноценную систему для интерьеров и экстерьеров, объединяющую под одним именем керамогранит и настенную плитку, сантехнику и мебель, фирменные обои и панели сверхкрупных форматов.
VIZIO: панорамное остекление в российском климате –...
Панорамное остекление в России продают как европейскую историю успеха. Но европейские системы испытываются при -10°C, а зимней ночью в Подмосковье температура опускается ниже -20°C. И это не единственное место, где импортная логика расходится с отечественной реальностью. Ответом на эти вызовы стала первая российская премиальная система VIZIO от Ergohaus.
Малые формы – большая ответственность
Скамейка в парке или урна у входа в жилой комплекс – кажется, что это последний штрих, который можно решить в конце работы над проектом. Такая логика порождает большинство проблем с малыми архитектурными формами: несоответствие реального изделия задуманному, невозможность воспроизвести тираж через год, преждевременный износ. Разбираемся, как производственный цикл влияет на архитектурный результат – вместе с компанией «Хоббика».
​Стекло тонкой настройки: ЖК High Life и Phoenix Crystalvision
Стекло в архитектуре – не только символ прозрачности и свободы, но прежде всего сложный инженерный материал с четко заданными свойствами. Чем масштабнее проект и выразительнее пластика фасадов, тем более индивидуальным становится подход к остеклению. ЖК High Life – пример такой точной настройки стекла под архитектурную задачу.
Игровая архитектура нового поколения
В рамках реконструкции парка «Сокольники» компания «Новые Горизонты» спроектировала и построила шесть современных игровых пространств. Одно из них – игровой комплекс «Гнёзда» высотой 9,5 метров – уже стало новой архитектурной доминантой входной зоны парка. Масштабный проект объединил авторскую игровую архитектуру и инклюзивные решения, рассчитанные на детей с разным уровнем мобильности. Разбираем архитектурные и инженерные решения.
Материал для идеала
Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.
Кукуруза и каррарский мрамор
Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.
Дома А-Класса на Арх Москве
Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.
Иллюзорные преграды
Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Сейчас на главной
send.project
Вечный рассвет
Специализация на архитектуре и дизайне, предназначенных для детей, – это огромная радость и не меньшая ответственность. В России есть несколько бюро, которые относятся к детским объектам со всей возможной серьезностью. Одно из них – бюро UTRO, которое каждый раз находит все новые возможности и способы подарить детям настоящий праздник.
Объект
Холмы и конусы
В Шэньчжэне открылся Музей естественной истории, один из крупнейших в мире. Авторы проекта – датское бюро 3XN.
send.project
Безымянка: от промышленного спутника – к городу-саду
Самобытный район Самары Безымянка некогда был крупнейшим промышленным центром страны, а сегодня нуждается в системной реновации. Концепция комплексного развития, которую мы показываем, – это попытка бережно пересобрать ткань места: сохранить его исторический характер, вернуть ценность общественным пространствам и превратить промышленную окраину в привлекательный район с собственной аурой.
Работы студентов
Квартал с театром
Предлагаем пять дипломных работ бакалавров Московского архитектурного института, выполненных на Кафедра жилых зданий под руководством Владимира Юдинцева, Елены Ганушкиной и Сергея Помелова. Студенты работали с разными участками в центре Москвы, оперируя для решения сложившихся городских проблем только жильем и театрально-общественным комплексом.
Объект
Перевернутый свод
Конкурсная концепция музейного и научно-просветительского комплекса, предложенная бюро «Архип» для мемориала в Ленинградской области, вызывает у зрителя эмоциональный отклик с помощью необычной формы перевернутого купола, которая создает ощущение неправильности, тяжести и преодоления. Объем едва «парит» над зеркалом воды, латунная отделка перекликается с существующим памятником, а на фасадах предусмотрена перфорация в духе Александра Дейнеки.
Репортаж
Ордер нового человека: МАРШоу 2026
Ежегодная выставка выпускных проектов Московской архитектурной школы МАРШ – открыта до 16 августа. Вашему вниманию – фоторепортаж, совершенно не заменяющий живое посещение экспозиции, чтения альбомов и рассматривания макетов.
Результаты конкурса
Жирафы и игрушки, фасады и подушки
В Гатчине выбрали лучшие проекты фасадов для детского сада. В конкурсе для студентов и молодых архитекторов победу одержала концепция, созданная вокруг образа жирафа. Ее автор, Анастасия Дзюрбей из Санкт-Петербургского архитектурно-строительного университета, предложила лаконичный образ дружелюбного и легко узнаваемого персонажа, который хорошо считывается детьми разного возраста. Показываем проекты победителей.
Репортаж
Дороги, которые мы выбираем
В эти выходные в 21 раз прошло фестиваль Архстояние: под кураторством Антона Кочуркина и с темой «Маршрут перестроен». Фестиваль продолжил исследовать возможности регулярного градостроения на территории леса и поля, что добавило объема и новизны, в том числе старым объектам – даже Ротонда смогла всех удивить. Достроен новый дом-манифест, и он совсем не похож на предыдущие. Также у фестиваля, кажется, появилось новое измерение – терапевтическое. Делимся этими и другими впечатлениями в нашем обзоре.
send.project
Форма следует за потоком
Транспортно-пересадочный узел – один из самых сложных объектов проектирования, где архитектор работает с движением как таковым. Пассажирский поток диктует планировочную схему, конструктивное решение и, в конечном счёте, форму здания. Смотрим, как это решено в проекте ТПУ Дмитровская авторства Ренпроекстстрой.
send.project
С чистым телом и духом
Если кому-то нужны дополнительные поводы съездить в Псков, кроме прекрасной русской архитектуры и историй – одна увлекательнее другой, – то можно добавить к ним возрожденный из руин банно-ресторанный комплекс «Гельдт», в котором бюро «АРКА ИНТЕРЬЕРЫ» создало удивительно умиротворяющую атмосферу, которой так не хватает в современной жизни.
Объект
Дворы четырех
Четыре виллы из блоков натурального камня, построенные по проекту Atelier Stéphane Fernandez в Экс-ан-Провансе, тактично вписаны в рельеф и контекст поместья XVIII в.
Объект
Городской гобелен
Шанхайские архитекторы Neri&Hu внесли гармонию во фрагментированный фасад отеля Mandarin Oriental The Landmark в Гонконге при помощи «текстильной» теории Готфрида Земпера, создав выразительное керамическое полотно из тысячи плиток.
send.project
Три двора на краю света
В проекте арктического общественного центра, который архитектор Инга Глушкина разработала для Мурманской области в рамках конкурса «Неочевидное Арктика», – размышления о том, как сделать регион привлекательным и посеять новые смыслы. Социальный хаб здесь – это компактный «город под крышей», развивающий современные prefab-технологии и рассчитанный на круглогодичную жизнь сообщества.
send.project
Новое время – новый дизайн
Время диктует... Но может ли кто-то диктовать что-то времени? Например, в каком дизайне оно должно представать перед покупателями его компактной версии? Sinitsa Buro отважилось на эксперимент и представило своё видение в интерьере магазина часов Tempus.
Объект
Базис и надстройка
Для жилого квартала «ЭВО» в подмосковном Реутове бюро СИВИЛ выбирает подход противопоставления окружающей постсоветской застройке и одновременно ищет способы сделать среду сомасштабной и уютной. Для этого с помощью отделки и пластических приемов выделяется «верхний» и «нижний» город, а у части корпусов появляется скатная кровля.
Архи.срез
Изменчивая дымка
Бюро T+T Architects разработало концепцию премиального бизнес-центра с «живыми» фасадами, которые в зависимости от погоды, времени суток и запросов работников меняют свою конфигурацию, превращая здание в городскую инсталляцию. Идея бесконечной вариативности продолжена во внутренних пространствах, которые предполагают разные сценарии использования. Некоторые инженерные решения реализуются на российском рынке коммерческой недвижимости впервые.
Объект
Запах хлеба по утрам
Один из текущих проектов бюро Rhizome в Португалии – преобразование усадебного ансамбля XVII века, где сейчас располагается традиционный отель, в современный загородный комплекс. Архитекторы предложили насыщать пространство кинты новыми функциями и идти путем реконструкции и адаптации. Первым шагом стало создание пекарни в одной из поздних пристроек.
send.project
Преодоление себя
Разрабатывая интерьер спортивного клуба Jet Arena, архитекторы бюро Osetskaya.Salov смогли преодолеть границы брутальности и найти новые выразительные приёмы для мира непрекращающейся борьбы с человеческой ленью и гедонизмом.
Объект
Ряды не поредели
В комплексе Центра искусств Aranya и общественной столовой по проекту Vector Architects в Гуанчжоу сохранена и включена в ансамбль старая баньяновая аллея.
Премия
Слишком много кирпича
Пять из шести зданий-финалистов Премии Стерлинга, претендующих на звание лучшей постройки Великобритании-2026, выстроены из кирпича в жестких рамках хорошего вкуса, но без оригинальности. Исключением стал стеклянный офисный «кубик» Ренцо Пьяно в его привычном стиле.
Рецензия
Маленькая книга прощания
Изданная архитекторами «Остоженки» книга о Валерии Каняшине очень небольшая, помещается на ладони как записная книжка или походный альбом для рисования. В сочетании с микротиражом это дает не-гламурное и совсем не репрезентативное издание «для друзей». Но как тонко в нем замиксованы проекты, тексты, фотографии и рисунки: вероятно, именно так можно, изучая творческий путь, немного понять человека.
Конкурс
WAF 2026: кто в коротком списке
Всемирный фестиваль архитектуры объявил списки финалистов, среди которых есть 8 заявок от российских бюро – в два раза больше, чем в прошлом году. И это если не считать два проекта от берлинского офиса Сергея Чобана. Помимо него бороться за призы будут бюро KPLN, Wowhaus, CHADO, Front Architecture, MAXX-architects и Kerimov Architects.
Объект
Прерия на крыше
В прерии штата Северная Дакота открылась президентская библиотека Теодора Рузвельта по проекту Snøhetta: живя в этих местах, он задумался об охране окружающей среды, что привело к созданию системы национальных парков США.
Пресса: «Кирпич про кирпич»: новый номер Todigest-2026
Серию изданий, исследующих практику применения того или иного материала в архитектуре и дизайне, Анна Мартовицкая и Денис Дмитриенко продолжили внушительным — почти 800-страничным — кирпично-красным томом, посвященным кирпичу и керамике.
Объект
Win-win
Для Перми открытие нового здания художественной галереи – хранительницы знаменитой деревянной скульптуры – означает завершение 35-летней эпопеи с поиском места коллекции, сформировавшейся и разросшейся, имея в качестве «базы» только лишь пространство городского собора. Сергей Чобан называет этот проект одной из самых своих важных работ в России и подчеркивает его анти-«иконичность» в пользу уместности. Съездили в Пермь, изучили здание и масштабную экспозицию музея; рассказываем. Как и другие музейные проекты Сергея Чобана, он выстроен современно – в том смысле, что новое и старое не просто сосуществуют, но и, работая на контрасте, поддерживают друг друга и заостряют наше восприятие комплекса.
Работы студентов
Бакалавры ЯГТУ 2026: мозаика новой реальности
Кафедра Архитектуры Ярославского государственного технического университета выбрала для публикации на Архи.ру восемь выпускных работ. Авторы исследовали территории, расположенные от Мурманска до Аргентины, которые объединяет общее свойство – сложный контекст. В одном случае это суровый ландшафт – Арктика, Заполярье или воды мирового океана, страдающего от пластика. В другом – многослойная и иногда драматичная история.
send.project
Даешь мультифункциональность!
Там, где одна функция не может аккумулировать достаточный клиентский поток, гибкость в использовании пространства и расширение функционала за счёт каких то близких по формату опций способны кардинально изменить экономику. Пример – новое общественное пространство и кафе Quercus от студии WA project.