«Понимая, что в обществе нет большого запроса на хорошую архитектуру, мы сами пытаемся создать его»

Интервью с основателями ереванского архитектурного бюро «Тарберак» Арменом Акопяном и Кареном Берберяном.

Беседовал:
Тигран Арутюнян

mainImg
Два года назад в Ереване архитекторами Арменом Акопяном и Кареном Берберяном было основано бюро «Тарберак». За этот недолгий период оно успело заявить о себе многочисленными смелыми и инициативными проектами. Мне стало интересно поговорить с ними об их работе. Интервью прошло по Skype в июле 2020-го.

– Ребята, несмотря на то, что мы знакомы очень давно, мне мало известно о вашем бюро. Расскажите, как появилась идея основать его?

– Несколько лет мы вместе работали у Тима Флина (Tim Flynn Architects, британская архитектурная мастерская, ереванский филиал которой занимался, в частности, проектированием международной школы в Дилижане – примечание Т. А.). Потом Карен выиграл грант на учебу в США и уехал, Армен же остался работать в бюро и параллельно занимался небольшими частными заказами. После возвращения Карена в Ереван создать свое бюро предложил Армен.
Нашей первой работой стал проект многоэтажного жилого дома. К новому 2019-му году сделали эскиз и выступили с альтернативным предложением заказчику. К счастью для нас, проект пошел дальше, сейчас уже идет стройка. С этого момента в принципе можно и говорить об основании нашего бюро, хотя на тот момент у нас не было юридического статуса и, соответственно, названия.
Отметим, что в армянской действительности есть два основных пути для основания архитектурного бюро: конкурсы, которые здесь проводятся очень редко, либо интерьерные проекты, рынок которых гораздо либеральнее, но, соответственно, с большой конкуренцией. Мы не хотели, чтобы интерьеры стали нашей специализацией, поэтому выбрали иной, альтернативный путь для становления.
«Понимая, что в обществе нет большого запроса на хорошую архитектуру, мы сами пытаемся создать его»

– Почему «Тарберак», что в переводе с армянского значит «Вариант»? Есть ли в этом смысл, отражающий специфику вашей работы?

– И да, и нет. Про название думали примерно год. Изначально не хотели, чтобы в наименовании бюро фигурировали наши имена, поскольку они ни о чем не говорят. Но после долгого обсуждения всех возможных вариантов остановились на варианте «Вариант».

– Какой именно «вариант»? В чем заключается ваш подход?

– За 30 лет (имеется в виду период независимости республики – примечание Т. А.) в плане общественных пространств в Ереване образовался некий вакуум. До этого ими занималась советское государство, после основной акцент был сделан на коммерческие проекты. Таким образом образовался большой пласт новых для города проблем. Мы видим их, нам они небезразличны. Однако эти вопросы поднимают только городские власти и журналисты. Получается, что архитектор не участник этого процесса, ему просто отведена роль исполнителя. Вот мы и стремимся переломить такой формат и вывести на первый план эти проблемы посредством нашей архитектурной деятельности.
«Мы не претенциозны, для нас главное – начать дискуссию»

– То есть приоритетным для вас является профессиональное освещение городских проблем?

– Наши инициативы, естественно, нацелены в будущее. В юридическом, финансовом и прочих аспектах они довольно сложны в плане реализации, поэтому не факт, что они сразу же приобретут статус заказа, и мы прекрасно осознаем это. А вот начать процесс обсуждения этих проблем уже сегодня – считаем необходимым для развития города, и мы тут стараемся выступить как связующее звено.

  • zooming
    1 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    2 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    3 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    4 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    5 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    6 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    7 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    8 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    9 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    10 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    11 / 11
    Станция метро «Петак»
    © TarberAK Architectural Studio

Проект посвящен оптимизации сети метро в Ереване. Станция «Петак» на перегоне между «Сасунци Давид» и «Зоравар Андраник» не потребует крупных инвестиций, однако значительно облегчит доступ горожан к торговым комплексам «Петак» и «Сурмалу», а местным жителям и предпринимателям – к метрополитену. Станция уменьшит транспортную загруженность и повысит привлекательность района.

– А почему вы не ограничиваетесь только исследованием?

– Мы пытаемся синтезировать исследование с проектированием. Сначала у нас идет процесс многостороннего изучения вопроса. Но «голое» исследование вряд ли станет предметом дискуссии. В форме проекта вопросы становятся более доступными, и именно с проекта начинается обсуждение! Как в случае с проектом для «Каскада», после которого возник определенный ажиотаж в соцсетях, и даже в курсовых проектах на архитектурном факультете стали затрагивать эту тему. Одна из газет начала доставать из архивов старые проекты «Каскада» и т.д. В общем, мы добились своей цели.

  • zooming
    1 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    2 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    3 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    4 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    5 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    6 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    7 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    8 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    9 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    10 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    11 / 11
    Расширение комплекса «Каскад»
    © TarberAK Architectural Studio

Проект посвящен завершению «Каскада», 300-метрового многофункционального комплекса-лестницы, и полной реализации его потенциала как культурного центра и общественного пространства. Также предусмотрено решение важных инфраструктурных проблем и удовлетворение существующего спроса на центр исполнительских искусств и музей.
Ключевая идея проекта – диверсификация растущей пешеходной нагрузки на «Каскад» с помощью новых панорамных точек и поперечных пологих пандусов как альтернативы лестнице по главной оси.



– Небольшое отступление. Карен, почему ты решил вернуться домой из Нью-Йорка? Вроде бы это и есть мечта любого молодого архитектора: учеба в Колумбийском университете, работа у «звезды»...

– Согласен, но как бы странно ни прозвучало, именно там я почувствовал опасность застоя. Насколько долго остался бы там, настолько было бы сложно вернуться. А у меня было желание вернуться. Год отучился и полтора года работал в офисе Бернара Чуми.

– Если не секрет, расскажи немного о нем, о его бюро.

– Это не «корпоративный» офис, но в то же время он дает свободу сотрудникам. Он очень открытый, свободномыслящий человек. Он «маньяк контроля», если можно так выразиться, контролирует все до мелочей.
Очень любит варианты. Мы могли разработать 20–30 вариантов для одного проекта. Потом из них выбирали десять, потом «ответвлялись», и оставалось где-то пять. Ну и в конце остается наименее противоречивое.

– Работа у Чуми повлияла на твои взгляды?

– Со временем, в частности, в процессе работы чувствую, что его влияние велико. Не хотелось бы вдаваться в подробности, но именно там ты должен почувствовать его методологию проектирования, поверь, это очень захватывающе! Но, в то же время, я не сторонник механического внедрения его метода.

– Ну а на свой вопрос: «Как ты попал к Чуми?», естественно, я получил ответ – «Совершенно случайно!» (смеемся)
Вы стремитесь вложить определенное видение в ваши проекты?

– Не думаем, что хорошим интерьером или даже зданием мы создадим видение будущего. И неважно, будешь ли ты [архитектурным] чиновником или получишь большой заказ, чтобы сформировать это видение. В то же время, ты можешь сделать маленький проект и охватить при этом широкий спектр вопросов: истории, наследия, экономики, коммуникаций и т.д.
Если попытаться сформулировать нашу позицию, то она, скорее, – движение от проблемы. Мы не адаптируем заранее заявленный манифест или идеологию к конкретному месту. Скорее, наоборот. Стараемся концентрироваться на конкретных локальных аспектах: искать и констатировать проблемы данного места и предлагать наше видение их решения.
К примеру, в проекте «Каскада» мы увидели проблему в движении. В проекте «За стеной» мы видели проблему в существовании стены-ограждения, и если ее снять, то очень много задач ставится. Но справедливости ради надо отметить, что архитектура – настолько медленный процесс, что пока реализуешь проект, изначально поставленная задача может исчезнуть.

  • zooming
    1 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    2 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    3 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    4 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    5 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    6 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    7 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    8 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    9 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    10 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    11 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    12 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    13 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    14 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    15 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    16 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    17 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    18 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    19 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    20 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    21 / 21
    «За стеной». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau

Разработанный совместно с TL Bureau проект призван восстановить горизонтальные городские связи, которые из-за появления «Каскада» остановились в своем развитии. Речь идет конкретно о территории бывшей резиденции президента Армении (ныне Государственный комитет по контролю) – запертой ЗА СТЕНОЙ зеленой зоне, которая может послужить общественным пространством: площадкой для проведения лекций и открытых кинопоказов, прогулочной зоной для жителей центра и туристов, информационным центром для музеев (где может быть единая музейная касса), творческим парком для студентов Академии. Своим проектом архитекторы предлагают убрать стену, вернуть зеленую зону городу, создать там новый общественный центр.
«Даже самое маленькое бюро самым маленьким проектом может выразить свой месседж»

– Часто стремление молодых архитекторов и бюро к оригинальности сводиться исключительно к формальным изысканиям. Каков ваш язык самовыражения?

– У тебя однозначно есть один определенный язык. Но мы стремимся, чтоб в наших проектах восприятие формального «языка» не ощущалось. Мы отказываемся от клише и искусственных рамок для самовыражения.
Для каждой определенной задачи выбираешь соответствующий язык и вариант решения – разными средствами. От проекта к проекту язык формируется. В процессе работы как раз рождается форма, и если она решила задачу, значит, она получилась.

– В современной архитектуре язык становится все более универсальным и размываются границы идентичности. В Армении молодые архитекторы тоже вливаются в этот «поток».

– Согласны. Информационная блокада благодаря интернету исчезла. Основными его пользователями (имеется в виду начало нулевых, когда и выросло это поколение архитекторов – прим. Т. А.) была тогдашняя молодежь. По нашему мнению, именно с этим и можно связать изменение языка архитектуры в нашей стране и не только. Умножились и изменились также и инструменты выражения. Это тоже подтолкнуло молодых архитекторов к новому мышлению. Кстати, в самом профессиональном языке появилось множество новых слов: movement, event, public space и т.д.

  • zooming
    1 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    2 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    3 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    4 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    5 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    6 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    7 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    8 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    9 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    10 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    11 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    12 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    13 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    14 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    15 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    16 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau
  • zooming
    17 / 17
    «Между стенами». Совместно с TL Bureau
    © TarberAK Architectural Studio & TL Bureau


Разработанный вместе с TL Bureau проект расширения библиотеки им. Исаакяна на территории между 3-м правительственным зданием и вестибюлем станции метро «Площадь Республики» («Анрапетуцян Храпарак»). Проведенное авторами исследование показало, что там чувствуется нехватка качественных общественных пространств, особенно – из-за современных требований к библиотекам, разнообразия медиа и т.д. Интересно, что эти две зоны расположены на одном уровне и разделены «ямой». Библиотека будет расширена в пространство этой «ямы» и соединена с «Площадью Республики» через подземные фонтаны. Новый объем благодаря ступенчатой форме кровли обеспечит не только горизонтальную, но и вертикальную связь: фонтанная площадь, три уровня библиотеки, верхняя, зеленая зона станции.
«Архитектура не заказ, а то, что генерирует идеи, сценарии, вопросы»

– Фактор наследия в ваших проектах: как вы работаете с ним?

– Мы не выделяем наследие как отдельную субстанцию в нашей работе. В первую очередь мы фиксируем проблемы в среде. Отнюдь не обязательно, чтобы сооружение входило в список охраны памятников, чтобы считаться наследием. Оно может быть самым неожиданным. Для нас наследие – работа с дошедшими до нас проблемами прошлого. Мы стремимся к такому подходу, который поспособствует решению сегодняшних проблем и не помешает прошлым.

– В этом контексте проект в Дилижане для меня – самый интересный.

– В Дилижане мы увидели потенциал наследия в существующих руинах (бетонные конструкции недостроенной церкви – примечание Т. А.). Эти конструкции были освящены. Люди знали, что там должна строиться церковь, они приходили сюда, ставили свечи и таким образом сформировали вокруг некую ауру. Это было нечто, что еще не «достигло» своей функции.
Мы постарались посредством архитектуры в заброшенном месте создать магнит, который даст импульс окружению, организует пространство и подчеркнет это «незавершенное наследие», внедряя в него вторую мысль.

  • zooming
    1 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    2 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    3 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    4 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    5 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    6 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    7 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    8 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio
  • zooming
    9 / 9
    Дилижан: «Павильон благословенных стен» (постоянная экспозиция). «Слово Нарекаци» (инсталляция)
    © TarberAK Architectural Studio


Руинированное сооружение в центре Дилижана, задуманное десятилетия назад как церковь, но так и не достроенное, предлагается превратить в арт-пространство на открытом воздухе. Первой инсталляцией там должна стать выставка «Слово Нарекаци», посвященная наследию Григора Нарекаци.
Чтобы усилить духовный характер павильона, в его центре возведут куб из полированной нержавеющей стали размером 6 м х 6 м, «бескорыстно» отражающий окружающее пространство. Внутри можно экспонировать наиболее ценные произведения искусства. Стены самого павильона планируется использовать для крепления экранов, баннеров и других выставочных материалов.
«Архитектуре необязательно иметь функцию, чтобы быть интересной»

– Как вы видите свое будущее? Ведь «Тарберак» все-таки подразумевает некое промежуточное состояние, состояние варианта.

– Понятно, что невозможно долго сохранять этот энтузиазм, и мы осознаем, что наша мотивация может угасать. Хотя одна из наших инициатив стала реальностью, и мы поняли, что наш энтузиазм может превратиться в заказ. Это дает нам мотивацию для того, чтобы продолжать свой курс. Надеемся, что он эволюционирует и не погаснет.
Мы свободны, мы хотим распространять нашу позицию. Нам также интересно – и у нас есть такой опыт – делать проекты в сотрудничестве с другими бюро.

15 Февраля 2021

Беседовал:

Тигран Арутюнян
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Звучание фасада
Инсталляция «Классная игра» художника Марины Звягинцевой превратила фасад школы на севере Москвы в клавиатуру рояля и переосмыслила место школьного здания в городской среде. Публикуем интервью Марины о ее методе работы с архитектурой.
Технологии и материалы
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
Сейчас на главной
Умер Готфрид Бём
Притцкеровский лауреат Готфрид Бём, автор экспрессивных бетонных церквей, скончался на 102-м году жизни.
Эстакада в акварели
К 100-летнему юбилею Владимира Васильковского мастерская Евгения Герасимова вспоминает Ушаковскую развязку, в работе над которой принимал участие художник-архитектор. Показываем акварели и эскизы, в том числе предварительные и не вошедшие в финальный проект, и говорим о важности рисунка.
Идейная составляющая
Попытка систематизации идей, представленных в Арх Каталоге недавно завершившейся выставки Арх Москва: критика, констатация, обоснование, отказ, – все в основном лиричное, традиции «бумажной архитектуры», пожалуй, живы.
Летать в облаках
Ресторан в Хибинах как новая достопримечательность: высота 820 над уровнем моря, панорамные виды, эффект левитации и остроумные инженерные решения.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
21+1: гид по архитектурной биеннале в Венеции
В этом году архитектурная биеннале «переехала» в виртуальное пространство: так, 20 национальных экспозиций из 61 представлено в онлайн-формате. Цифровые двойники включают в себя видеоэкскурсии по павильонам, интервью с авторами и записи с церемонии открытия. Публикуем подборку национальных проектов, а также один авторский – от партнера OMA Рейнира де Графа.
Награды Арх Москвы: 2021
В субботу вечером Арх Москва вручила свои дипломы. В этом году – рекордное количество специальных номинаций, а значит, много дипломов досталось проектам с содержательной составляющей.
Вулкан Дефанса
В парижском деловом районе Дефанс достраивается башня HEKLA по проекту Жана Нувеля. От соседей ее отличает силуэт и фасадная сетка из солнцерезов.
Керамические тома
Ажурный фасад новой библиотеки по проекту Dietrich | Untertrifaller в австрийском Дорнбирне покрыт полками с книгами – но не бумажными, а из керамики.
Идеями лучимся / Delirious Moscow
В Гостином дворе открылась 26 по счету Арх Москва. Ее тема – идеи, главный гость – Москва, повсеместно встречаются небоскребы и разговоры о высокоплотной застройке. На выставке присутствует самая высокая башня и самая длинная линейная экспозиция в ее истории. Здесь можно посмотреть на все проекты конкурса «Облик реновации», пока еще не опубликованные.
Трансформация с умножением
Дворец водных видов спорта в Лужниках – одна из звучных и нетривиальных реконструкций недавних лет, проект, победивший в одном из первых конкурсов, инициированных Сергеем Кузнецовым в роли главного архитектора Москвы. Дворец открылся 2 года назад; приурочиваем рассказ о нем к началу лета, времени купания.
Союз Церкви и государства
Новое здание библиотеки Ламбетского дворца, лондонской резиденции архиепископа Кентерберийского, построено на берегу Темзы напротив Парламента. Авторы проекта – Wright & Wright Architects.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Пресса: Что не так с новой башней Газпрома в Петербурге? Отвечают...
На этой неделе стало известно, что Газпром собирается построить в Петербург вслед за «Лахта-центром» новую башню — 700-метровое здание. Рассказываем, что думают по поводу новой высотки архитекторы, критики и краеведы.
Башня превращается
Совместно с нашими партнерами, компанией «АЛЮТЕХ», начинаем серию обзоров актуальных тенденций высотного строительства. В первой подборке – 11 реализованных высоток со всего мира, демонстрирующих завидную приспособляемость к характерной для нашего времени быстрой смене жизненных стандартов и ценностей.
Переговоры среди лепестков
На Венецианской биеннале представлен новый проект Zaha Hadid Architects: модуль-переговорная Alis, подходящий как для интерьеров, так и для использования на открытом воздухе.
Выше всех
«Газпром» обещает построить в Петербурге башню высотой 703 метра. Рядом с Лахта центром должен появиться небоскреб Лахта-2, а автор – тот же, Тони Кеттл, только он уже не работает в RJMJ.
Метаболизм и Бах
Проект гостиницы для периферии исторического Петербурга, воплощающий непривычные для города идеи: транспарентность, незавершенность и сознательный отказ от контекстуальности.
DMTRVK: год в онлайне
За год с момента всеобщего перехода на удаленный формат взаимодействия проект «Дмитровка» организовал более 20 онлайн-лекций и дискуссий с участием российских и зарубежных архитекторов. Публикуем некоторые из них.