Ревитализация кинотеатров Лос-Анджелеса

Марина Хрусталева рассказывает – по следам круглого стола ADG group на Арх Москве – об опыте ревитализации кинотеатров Лос-Анджелеса. А представители ADG group Сергей Крючков и Николай Шмук комментируют ситуацию с московской точки зрения.

mainImg

Расцвет кинопромышленности в Лос-Анджелесе пришелся на 1920-е – 1930-е годы, когда она стала главной градообразующей индустрией, потеснив выращивание апельсинов и нефтедобычу. В эти годы строятся и расширяются крупнейшие киностудии: Fox, Universal, MGM, Paramount. Одновременно в городе открываются сотни кинотеатров, точное количество которых сегодня затрудняются назвать даже эксперты.

В условиях конкуренции владельцы кинотеатров – и частные предприниматели, и кинокомпании – стремятся сделать их необычными и притягательными для публики. Архитекторы стараются придать оригинальность не только фасадам, но и интерьерам. Каждый кинотеатр стремится быть непохожим на остальные. В ход идет весь арсенал исторических стилей, переработанных с голливудской фантазией: итальянское возрождение, испанское барокко, древний Египет, ацтеки и майя, остро-модное ар-деко. Это, конечно, сложно себе представить, зная о синхронном развитии конструктивизма и функционализма в СССР и в Европе. Но в Калифорнии в эти годы «современное движение» делает только первые робкие шаги в сфере частной архитектуры, и дойдет до уровня общественных зданий только в 1950-е годы.

В 1920-е же поход в кинотеатр – это светский выход, многие залы оборудованы сценой и органом, и просмотр фильма дополняется музыкальными номерами, выступлениями комиков и варьете. По структуре они больше похожи на театральные залы: с балконом, ложами, лепниной и позолотой, расписными потолками, шикарными люстрами. В кинотеатре Los Angeles Theatre были такие новаторские приспособления как электрический индикатор количества свободных мест, звуконепроницаемые комнаты для семей с плачущими детьми над главной ложей, роскошная дамская комната на 16 «купе», отделанных мрамором 16 разных сортов. В гигантском кинотеатре Сан-Гэбриела, оформленном в мексиканско-атцекском духе, были предусмотрены боковые ложи для въезда на автомобилях.​
San Gabriel Mission Playhouse, Сан-Гэбриел, 1927 (арх. John Steven McGroarty). Фотография Марина Хрусталева


Популярность походов в кино постепенно снижается на протяжении ХХ века. В 1930-е годы 70% американцев ходили в кино не реже одного раза в неделю. В 1950-е с распространением телевидения начинается спад. С 1960-х годов и до конца столетия раз в неделю в кино ходит лишь 10% американцев, а после 2000 эта цифра еще сокращается.

Многочисленные кинотеатры Лос-Анджелеса по-разному пережили это трудное время. Многие закрывались, использовались под разные временные нужды, некоторые были снесены. После сноса на их месте строились более крупные сооружения – офисные здания или отели.
Carthay Circle Theatre, Уилшир, 1926. Кинотеатр называли The Showplace of the Golden West – «Представительство Золотого Запада». Фрески в интерьере иллюстрировали историю освоения Калифорнии. Снесен в 1969 г. как нерентабельный. Фотография laconservancy.org


В 1960-е годы в моду вошли навесные алюминиевые фасады (похожие на те, которыми закрыли павильоны «Поволжье» и «Азербайджан» на ВДНХ, чтобы превратить их в «Радиоэлектронику» и «Вычислительную технику»). Многие кинотеатры, как элегантный Regent Theatre (1914) или голливудский El Capitan Theatre в испанском колониальном стиле (1926, арх. Stiles O. Clements, интерьер G. Albert Lansburgh) «модернизировали» с помощью этих фальш-фасадов, на долгие годы спрятав, а нередко и повредив богатый рельефный декор.

Роскошные залы на 1000-2800 человек начали делить на маленькие зальчики, выгораживая пространства для баров, ночных клубов, магазинчиков. Cameo Theatre в Даунтауне (1910, арх. W.H. Clune, H.L. Gumbiner), был одним из самых старых и наиболее долго действующих кинотеатров в городе. Он закрылся в 1991 году, и его неоклассический фасад до сих пор фактически заколочен. В фойе и лобби разместился магазин электроники, зрительный зал используется под склад. Highland Theatre (1926, арх. L.A. Smith) в небогатом районе Хайланд Парк, куда только начала добираться джентрификация, сохранил функцию кинопоказа, но был разделен на три зала. Мавританские детали закрашены слоями масляной краски, балкон зашит подвесным потолком, лестницы перекрыты, но реставрация все еще возможна. Многие здания были буквально изувечены подобными переделками, но лишь в исключительных случаях эти травмы можно признать необратимыми.
Tower Theatre, Даунтаун, 1927 (арх. S. Charles Lee). Интерьер – вариация на тему парижской Оперы. Первый кинотеатр в городе, оборудованный для показа звукового кино. Пережил ремонт с демонтажем кресел, пустовал в 1960-1990 гг. , затем использовался для кино-съемок и нужд Living Earth Evangelical Church. Уличные фасады заняты случайными галереями и магазинчиками. В 2016 году обсуждалась возможность аренды кинотеатра под флагманский магазин Apple. Фотография Марина Хрусталева


Многие здания кинотеатров сменили назначение совершенно непредсказуемым образом. Часть из них сохранила зал и «публичную» функцию, став площадками для спектаклей, концертов, торжественных мероприятий или церковных богослужений. LincolnTheatre (1927, арх. John Paxton Perrine) был одним из редких кинотеатров, построенных специально для чернокожих зрителей. В 1960-е он был превращен в церковь, в 1970-е – в мечеть, а сегодня принадлежит испаноязычной католической церкви – Iglesia de Jesucristo Ministerios Juda. Другая религиозная организация, Mosaic Church, известная как «хипстерская мега-церковь» с концертами и дискотеками вместо служб, недавно арендовала RialtoTheatre в Южной Пасадине (1925, арх. Louis A. Smith). Главная достопримечательность маленького городка, Rialto сохранил роскошный интерьер с барочными и египетскими мотивами. Он действовал вплоть до 2010 года, был закрыт по требованию пожарных служб, ждал реставрации, а в прошлом году «засветился» в фильме LaLaLand как одна из «визитных карточек» Лос-Анджелеса.
Rialto Theatre, Южная Пасадина, 1925 (арх. Louis A. Smith). Фотография Марина Хрусталева


В менее удачных случаях кинотеатры использовались просто как «коробка». В другом Rialto Theatre в Даунтауне (1917, арх. Olive rP. Dennis, William Lee Woollett), закрытом с 1987 г., в 2013 открылся флагманский магазин Urban Outfitters. Golden Gate Theatre с эффектным декором в стиле испанского барокко, расположенный вне самом благополучном Восточном Лос-Анджелесе (1927, арх. William and Clifford Balch), много лет пустовал, а в 2012 г. был превращен в аптеку сети CVS. Raymond Theatre в Пасадине (1921, арх. Cyril Bennett) пережил еще более необычную трансформацию: фасад в духе французского классицизма был тщательно отреставрирован и очищен от поздних наслоений, но сам объем здания был частично обрезан, и сзади к нему был пристроен многоквартирный дом.
Raymond Theatre, Пасадина, 1921 (арх. Cyril Bennett). Фотография Марина Хрусталева


Интерес к историческим кинотеатрам начал проявляться одновременно с процессом их разрушения. В 1988 году возникает Los Angeles Historic Theatres Foundation. Наряду с изучением и «инвентаризацией» кинотеатров, члены Фонда встречались с владельцами кинотеатров, убеждали их в ценности и коммерческом потенциале их собственности, знакомили их с архитекторами-реставраторами, искали городские гранты и привлекали меценатов для восстановления замечательных зданий. С 1990-х годов начинается процесс возрождения кинотеатров Лос-Анджелеса, из единичных случаев ставший городским трендом.

Одним из первых отреставрировали кинотеатр Wiltern, «встроенный» в офисную башню Pellissier Building в Уилшире. Здание, построенное в 1931 г. (арх. Stiles O. Clements, интерьер G. Albert Lansburgh), считается одним из самых ярких примеров ар-деко в Лос-Анджелесе. Кинотеатр пришел в упадок в конце 1950-х годов. В 1979 г. все здание было закрыто и владельцы всерьез обсуждали возможность сноса – эта вынужденная мера для пустующих зданий нередко применялась для снижения имущественного налога. К счастью, был сформирован общественный комитет по спасению памятника. Он был внесен в самый высший охранный список в США – Национальный реестр исторических зданий (не защищающий от сноса, но демонстрирующий степень общественного признания). Серия акций привлекла внимание девелопера Уэйна Ратковича, который выкупил и отреставрировал здание, превратив бывший кинотеатр в популярнейшую концертную площадку – именно там дала заключительный концерт в своем мировом турне Земфира.
Wiltern Theatre, Уилшир, 1931 (арх. Stiles O. Clements, интерьер G. Albert Lansburgh). Фотография cgmfindings


В начале 2000-х годов по Лос-Анджелесу прошла целая волна масштабных реставраций в кинотеатрах. Интерьеры голливудского Pantages Theatre (1930, арх. B. Marcus Priteca) были освобождены от стеновых панелей и подвесных потолков, скрывших декор в стиле ар-деко в 1960-е. Реставрация удостоилась премии Conservancy PreservationAward, и теперь кинотеатр используется как площадка для постановок в бродвейском духе. Больше трех миллионов долларов было вложено в реставрацию знаменитого Orfeum Theatre в Даунтауне в характерном для этого района стиле Beaux Art (1926, арх. G. Albert Lansburgh). Вдвое дороже обошлось обновление премьерного Chinese Theatre (1926, арх. Meyer&Holler): эта фантазия в стиле шинуазри была украшена подлинными колоколами, пагодами, каменными скульптурами собак-львов, привезенными из Китая, так что реставрация требовала практически музейного подхода. Один из последних проектов – реставрация United Artists Theatre в отеле Ace в Даунтауне (1927, арх. C. Howard Crane), созданного по инициативе актеров Мэри Пикфорд, Дагласа Фербенкса, Чарли Чаплина и кинорежиссера Дэвида Уорка Гриффита. Сама башня отеля выполнена в стиле ар-деко, но кинотеатр полон реминисценций на кафедральный собор Сеговии в духе пламенеющей готики.

Часть этих кинотеатров открыта для регулярного кинопоказа, другие стали площадками для закрытых мероприятий. Попасть в них можно, например, благодаря ежегодной программе Last Remaining Seats, организованной LA Conservancy, аналогом «Архнадзора». В рамках этого фестиваля на протяжении месяца в исторических кинотеатрах, малодоступных публике, показывают легендарные фильмы. Еще одна возможность – фестиваль Night on Broadway, открывающий двери исторических зданий на главной улице Даунтауна. Расширить географию помогут ежегодные конференции Theatres Historical Society of America, проходящие в разных городах по всей стране. Исторические кинотеатры стали в США, и особенно в Лос-Анджелесе, настоящей модой. Если внимательно посмотреть голливудские фильмы последнего десятилетия, можно заметить, как режиссеры передают приветы из одного кинотеатра в другой.
***
 
Мы попросили представителей ADG group – Сергея Крючкова и Николая Шмука прокомментировать результаты исследования Марины Хрусталевой.
zooming
Сергей Крючков: Из статьи Марины и исследования исторических кинотеатров Лос-Анжелеса можно вычленить три ключевых фактора, оказавших решающее влияние на их судьбу и давших им новый шанс.
Во-первых, что для возрождения кинотеатров первичным было наличие мощного общественного интереса. У нас нет движения не то чтобы в защиту советских кинотеатров, а хотя бы в сторону понимания, что есть предмет для защиты. То, что начинают видеть и ценить в архитектуре 70-х годов специалисты, абсолютно не убедительно для подавляющего большинства наших сограждан. Единственная мотивация к сохранению этих зданий – не эстетическая и не архитектурная – это ностальгия.

Николай Шмук: Например, я прекрасно помню, что именно в кинотеатре «Киргизия» первый раз попробовал пепси-колу. И сейчас, уже как профессионал, я могу сказать, что и с градостроительной точки зрения того времени, это было очень грамотное сооружение, и функционально – это был полноценный, культурный, районный центр. Воссоздание именно этой функции зданий – центра районной жизни – главная задача нашего проекта.

С.К.: Второе, как следует из Марининой статьи, в США общественный интерес был институционально оформлен. Вся градозащитная деятельность велась и ведется абсолютно легитимно, на деньги специальных созданных фондов, использующих привлеченные при помощи краудфандинга частные средства. Эти фонды функционируют официально, имеют штат, бюджет и отчитываются перед своими членами о проделанной работе.

В-третьих, в исследовании упоминаются разные государственные льготы для застройщиков, которые сохраняют исторические объекты. У нас ничего этого нет. Все вопросы с реконструкцией или вообще реализацией проекта, по своим качественным параметрам превосходящего средний уровень по рынку – это всегда результат личной, персональной мотивации девелопера, следствие сверхзадачи, которую он поставил перед собой. Без этой мотивации, в ситуации, когда все сводится к получению быстрой прибыли, мы получаем бесконечное строительство панельного жилья и торговых центров в эстетике оптового рынка.

В случае с программой реконструкции кинотеатров компанией ADG group – это высшая мотивация присутствует и она нуждается в поддержке со стороны экспертного сообщества и городских властей.

Благодарим за помощь ​в проведении исследования и подготовке статьи Марины Хрусталевой Эскотта Нортона, главу организаций Los Angeles Historic Theatre Foundation и The Friends of Rialto.

19 Июля 2017

Похожие статьи
Иван Леонидов в Крыму. 1936–1938. Часть 4
В четвертой статье цикла, посвященного проектам Ивана Леонидова для Южного берега Крыма, рассматриваются курортные отели и парковые павильоны на центральной набережной Ялты и делается попытка их реконструкции на основе сохранившихся материалов.
Вопрос сорока процентов: изучаем рейтинг от «Движение.ру»
Рейтингование архитектурных бюро – явление достаточно частое, когда-то Григорий Ревзин писал, что у архитекторов премий едва ли не больше, чем у любой другой творческой специальности. И вот, вышел рейтинг, который рассматривает деловые качества генпроектных компаний. Топ-50 генпроектировщиков многоквартирного жилья по РФ. С оценкой финансов и стабильности. Полезный рыночный инструмент, крепкая работа. Но есть одна загвоздка: не следует ему использовать слово «архитектура» в своем описании. Мы поговорили с автором методики, проанализировали положение о рейтинге и даже советы кое-какие даем... А как же, интересно.
Соцсети на службе городского планирования
Социальные сети давно перестали быть только платформой для общения, но превратились в инструмент бизнеса, образования, маркетинга и даже развития городов. С их помощью можно находить точки роста и скрытый потенциал территорий. Яркий пример – исследование агентства Digital Guru о туристических возможностях Автозаводского района Тольятти.
В поисках стиля: паттерны и гибриды
Специально для Арх Москвы под кураторством Ильи Мукосея и по методике Марата Невлютова и Елены Борисовой студенты первых курсов МАРШ провели исследование «нового московского стиля». Результатом стала группа иконок – узнаваемых признаков, карта их распространенности и два вывода. Во-первых, ни один из выявленных признаков ни в одной постройке не встречается по одиночке, а только в «гибридах». Во-вторых, пользоваться суммой представленных наблюдений как готовым «определителем» нельзя, а вот началом для дискуссии она может стать. Публикуем исследование. Заодно призываем к началу дискуссии. Что он все-таки такое, новый московский стиль? И стиль ли?
Мосты и мостки
Этой зимой DK-COMMUNITY и творческое сообщество МИРА провели воркшоп в Суздале «Мосты и мостки». В нем участвовали архитекторы и студенты профильных вузов. Участникам предложили изучить технологии мостостроения, рассмотреть мировые примеры и представить свой вариант проектировки постоянного моста для одного из трех предложенных мест. Рассказываем об итогах этой работы.
Прощание с СЭВ
Александр Змеул рассказывает историю проектирования, строительства и перепроектирования здания СЭВ – безусловной градостроительной доминанты западного направления и символа послевоенной Москвы, размноженного в советском «мерче», всем хорошо знакомого. В ходе рассказа мы выясняем, что, когда в 1980-е комплексу потребовалось расширение, градсовет предложил очень деликатные варианты; и еще, что в 2003 году здесь проектировали башню, но тоже без сноса «книжки». Статья иллюстрирована архивными материалами, часть публикуется впервые; благодарим Музей архитектуры за предоставленные изображения.
Археология модернизма: первая работа Нины Алешиной
Историю модернизма редко изучают так, как XVIII или XIX век – с вниманием к деталям, поиском и атрибуциями. А вот Александр Змеул, исследуя творчество архитектора Московского метро Нины Алешиной, сделал относительно небольшое, но настоящее открытие: нашел ее первую авторскую реализацию. Это вестибюль станции «Проспект Мира» радиальной линии. Интересно и то, что его фасад 1959 года просуществовал менее 20 лет. Почему так? Читайте статью.
Годы метро. Памяти Нины Алешиной
Сегодня, 17 июля, исполняется сто лет со дня рождения Нины Александровны Алешиной – пожалуй, ключевого архитектора московского метро второй половины XX века. За сорок лет она построила двадцать станций. Публикуем текст Александра Змеула, основанный на архивных материалах, в том числе рукописи самой Алешиной, с фотографиями Алексея Народицкого.
Мечта в движении: между утопией и реальностью
Исследование истории проектирования и строительства монорельсов в разных странах, но с фокусом мечты о новой мобильности в СССР, сделанное Александром Змеулом для ГЭС-2, переросло в довольно увлекательный ретро-футуристический рассказ о Москве шестидесятых, выстроенный на противопоставлениях. Публикуем целиком.
Модернизация – 3
Третья книга НИИТИАГ о модернизации городской среды: что там можно, что нельзя, и как оно исторически происходит. В этом году: готика, Тамбов, Петербург, Енисейск, Казанская губерния, Нижний, Кавминводы, равно как и проблематика реновации и устойчивости.
Три башни профессора Юрия Волчка
Все знают Юрия Павловича Волчка как увлеченного исследователя архитектуры XX века и теоретика, но из нашей памяти как-то выпадает тот факт, что он еще и проектировал как архитектор – сам и совместно с коллегами, в 1990-е и 2010-е годы. Статья Алексея Воробьева, которую мы публикуем с разрешения редакции сборника «Современная архитектура мира», – о Волчке как архитекторе и его проектах.
Школа ФЗУ Ленэнерго – забытый памятник ленинградского...
В преддверии вторичного решения судьбы Школы ФЗУ Ленэнерго, на месте которой может появиться жилой комплекс, – о том, что история архитектуры – это не история имени собственного, о самоценности архитектурных решений и забытой странице фабрично-заводского образования Ленинграда.
Нейросказки
Участники воркшопа, прошедшего в рамках мероприятия SINTEZ.SPACE, создавали комикс про будущее Нижнего Новгорода. С картинками и текстами им помогали нейросети: от ChatGpt до Яндекс Балабоба. Предлагаем вашему вниманию три работы, наиболее приглянувшиеся редакции.
Линия Елизаветы
Александр Змеул – автор, который давно и профессионально занимается историей и проблематикой архитектуры метро и транспорта в целом, – рассказывает о новой лондонской линии Елизаветы. Она открылась ровно год назад, в нее входит ряд станцией, реализованных ранее, а новые проектировали, в том числе, Гримшо, Уилкинсон и Макаслан. В каких-то подходах она схожа, а в чем-то противоположна мега-проектам развития московского транспорта. Внимание – на сравнение.
Лучшее, худшее, новое, старое: архитектурные заметки...
«Что такое традиции архитектуры московского метро? Есть мнения, что это, с одной стороны, индивидуальность облика, с другой – репрезентативность или дворцовость, и, наконец, материалы. Наверное всё это так». Вашему вниманию – вторая серия архитектурных заметок Александра Змеула о БКЛ, посвященная его художественному оформлению, но не только.
Иван Фомин и Иосиф Лангбард: на пути к классике 1930-х
Новая статья Андрея Бархина об упрощенном ордере тридцатых – на основе сравнения архитектуры Фомина и Лангбарда. Текст был представлен 17 мая 2022 года в рамках Круглого стола, посвященного 150-летию Ивана Фомина.
Архитектурные заметки о БКЛ.
Часть 1
Александр Змеул много знает о метро, в том числе московском, и сейчас, с открытием БКЛ, мы попросили его написать нам обзор этого гигантского кольца – говорят, что самого большого в мире, – с точки зрения архитектуры. В первой части: имена, проектные компании, относительно «старые» станции и многое другое. Получился, в сущности, путеводитель по новой части метро.
Архитектурная модернизация среды. Книга 2
Вслед за первой, выпущенной в прошлом году, публикуем вторую коллективную монографию НИИТИАГ, посвященную «Архитектурной модернизации среды»: история развития городской среды от Тамбова до Минусинска, от Пицунды 1950-х годов до Ричарда Роджерса.
Архитектурная модернизация среды жизнедеятельности:...
Публикуем полный текст первой книги коллективной монографии сотрудников НИИТИАГ. Книга посвящена разным аспектам обновления рукотворной среды, как городской, так и сельской, как древности, так и современной архитектуре, в частности, в ней есть глава, посвященная Николасу Гримшо. В монографии больше 450 страниц.
Поддержка архитектуры в Дании: коллаборации большие...
Публикуем главу из недавно опубликованного исследования Москомархитектуры, посвященного анализу практик поддержки архитектурной деятельности в странах Европы, США и России. Глава посвящена Дании, автор – Татьяна Ломакина.
Сколько стоил дом на Моховой?
Дмитрий Хмельницкий рассматривает дом Жолтовского на Моховой, сравнительно оценивая его запредельную для советских нормативов 1930-х годов стоимость, и делая одновременно предположения относительно внутренней структуры и ведомственной принадлежности дома.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
Технологии и материалы
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
Сейчас на главной
К полету готов
В прошлом году в Филях завершилось строительство здания Национального Космического центра по проекту UNK Юлия Борисова, победившему в конкурсе 2019 года. Оно отличается лаконизмом и уверенной ритмичной поступью; формирует улицу и становится акцентом целого ряда городских панорам. А вот что послужило причиной победы проекта, насколько башня похожа на ракету и где там логотип Роскосмоса – читайте в нашем материале.
Лыжня от порога
Дом по проекту Mork-Ulnes Architects для семьи с двумя детьми в горах Сьерра-Невада над озером Тахо в Калифорнии сочетает скандинавские и местные мотивы.
Сугроб. Очаг. Ковчег.
В середине марта в новом корпусе Третьяковской галереи наградили победителей конкурса «Неочевидное. Арктика». В нем приняли участие молодые архитекторы до 30 лет и студенты профильных вузов. Всего на конкурс поступило 326 заявок. Жюри определило победителей в пяти номинациях, каждый из них получил по 100 000 рублей. Рассказываем о проектах-победителях.
Симфония воды и кирпича
Жилой комплекс Alter, построенный по проекту Степана Липгарта на излучине реки Охта, служит примером «нарисованного дома»: количество авторских деталей в нем не поддается исчислению, благодаря чему ребра, выступы и выемки формируют живописный силуэт даже без значительного перепада высот. Композиция и материал реагируют на соседство с рекой и краснокирпичным зданием фабрики начала XX века. Также на проект значительно повлияли рекомендации главного архитектора города. Подробности – в нашем материале.
Дом-Пингвин
Дом с выгнутым фасадом на Брестской – один из манифестов российского неомодернизма начала 2000-х, скульптура – таком смысле его рассматривает Анатолий Белов, говоря о «разрыве с модернистским каноном и средовым подходом». Не во всем согласны с автором, но взгляд интересный.
Байкальская рекурсия
В Иркутске завершился двадцатый фестиваль «АрхБухта». Темой этого года стала «Рекурсия». В конкурсной программе фестиваля участвовали 23 команды из разных городов России. Победу одержала команда «Футурум» из Иркутска с арт-объектом «Эхо». Рассказываем о проектах-победителях.
Волна и вертикаль
Проект премиального жилого комплекса, разработанный бюро GAFA для участка в Хорошевском районе, реагирует на ограничения – дугу проезда, водоохранную зону реки Ходынки и инсоляционные нормы – изобретательным массингом. Композиция строится на сочетании двух планов: протяженный дом-каре и укрытые за ним три башни создают силуэт и ракурсы, а также семантическую наполненность, которую усиливают фасадные решения. Еще одна особенность – большой приватный двор, дополненный общегородским линейным парком.
Офис на Трубной
Продолжаем публикации проектов Валерия Каняшина. Дом, четверть века назад определенный как «тихий модернизм», в чьей-то памяти таким и остался. По убеждению Анатолия Белова, его главное качество – незаметность. По словам авторам, архитекторов «Остоженки», главную скрипку здесь играет контекст и ландшафт; перепад высот. Но не такой ведь и незаметный, правда?
Оправдание добра, или как не промотать наследство
Книга доктора искусствоведения, академика Марии Нащокиной «Апология наследия» – всеобъемлющий труд, собравший под одной обложкой острые проблемы сохранения наследия в нашей стране и за рубежом. Глубокий научный подход сочетается в ней со смелостью говорить правду, порой нелицеприятную, и предлагать здравые решения. Публикуем рецензию и отрывок из книги.
Первый международный
Этой публикацией начинаем серию текстов, посвященных работам Валерия Каняшина, одного из основателей бюро «Остоженка», недавно ушедшего из жизни. Так получилось, что проекты, к которым он причастен, во многом иллюстрируют наше представление о бюро и его истории. Первый – Международный Московский Банк на Пречистенской набережной.
Звезда Индии
Sanjay Puri Architects построили в индийском Нагпуре офисную башню Stella с необычным многослойным фасадом, рассчитанным на экстремальную жару.
Искушающая нежность
Бюро «Синица» умеет совершать большие и маленькие чудеса, создавая для магазинов не просто интерьеры, а целую философию. Магия дизайна привносит в пространство новую атмосферу и эстетику, а брендам – дает ключ к пониманию своей миссии.
Третий подход к снаряду
Бюро gmp предложило провести Экспо-2035 в Берлине на территории бывшего аэропорта Тегель, который эти архитекторы спроектировали в конце 1960-х.
Правдиво о конкурсе Правды
Конкурс на дизайн внутренних пространств редакционного корпуса газеты «Правда» завершился в феврале. В нем участвовали пять претендентов: GA, AQ, ASADOV Interiors, LeAtelier, Above. Победу одержал проект AQ. В данном случае у нас есть возможность показать комментарии жюри – что очень, очень интересно и познавательно. Спасибо Метрополису за столь детальный отчет о конкурсе, всем бы так.
Между сосен
Публикуем новый кампус Физмат школы Новосибирского государственного университета (НГУ), построенный по проекту AI Studio в Академгородке. Это весьма удачная попытка вписаться в глобальный контекст современного образования, перенеся центр тяжести с фасадов на качество обучающей среды.
«Цветение» по-русски в Поднебесной
В рамках совместного российско-китайского студенческого фестиваля студенты Нижегородского государственного архитектурно-строительного университета посетили китайский город Хефей, где на фестивале деревянной архитектуры воплотили в жизнь три лучших проекта, участвовавших в конкурсе на создание проекта беседки. Показываем проекты победителя и других участников, российских и китайских.
Ячейка и кривуля
Детский сад, построенный по проекту BuroMoscow в столичном ЖК Грин парк, удачно балансирует между языком модернизма и эстетикой сделанного цветными карандашами рисунка. Кубический объем с регулярной фасадной сеткой отсылает к сортеру – развивающей игрушке, помогающей в числе прочего почувствовать форму. Роль объемных фигурок для сортировки играют залы, которые выбиваются из общей матрицы и делают элегантные фасады чуть менее серьезными. Яркий цвет этих залов сообщает нежный рефлекс помещениям холлов и групповых комнат, преимущественно белых. Среди других находок: отсутствие забора, встроенные в фасад скамейки и кадки для цветов, деревянные створки на панорамных окнах.
Между лучшим и нужным. Обзор новых проектов за 9–15...
Припозднились мы слегка с обзором проектов за прошедшую неделю, но зато выходим ведь, да? На сей раз нет «засилья башен», а есть каждой твари по паре, в том числе и творческих высказываний, даже с подвывертом, как то бывает у ряда авторов. Грустные новости – о сносе АТС на Большой Ордынке. Не смогли пойти по пути похожей АТС на Басманной, а ведь могли.
Путь к истокам
Бюро SEEU подошло к проекту реконструкции популярного в Калининграде ресторана «Соль» как к исследованию истории края и поиску в нем ключей к построению гармонии между европейской и азиатской дизайнерской традицией и философией.
Зов традиции
Проект современной юрты в Ботаническом саду Алматы казахстанское бюро Cogarts готовило, что называется, для души. Однако в процессе работы подвернулся подходящий конкурс, который способствовал кристаллизации идей. Юрта стала местом для проведения небольших культурных событий и принесла бюро несколько архитектурных премий.
Павильон грибоводства
Бетонный павильон по проекту OMA для выращивания грибов в арт-кампусе Casa Wabi в Мексике задуман также как инкубатор для общественных связей.
Защита чувств
В Нижнем Новгороде объявили победителей 16 архитектурного рейтинга, который проводится в этом городе, как правило, один раз за два года. Напомним, победителя тут съедают в виде торта, что, с одной стороны, забавно, а с другой – не лишено тонкого смысла. Архитекторы взаправду пугаются прежде чем «разрезать свой объект ножом»! И вот наш небольшой репортаж. В победителях 5 бюро и 7 объектов. В премии впервые появилась номинация. Угадайте, угадайте же, кто у нас «Царь горы»?
Бетонный переплет
Жилая башня 900 Saint-Jacques по проекту Chevalier Morales Architectes взаимодействует со достопримечательностями Монреаля и предлагает альтернативу скучным стеклянным высоткам.
Скорлупа под антаблементом
Архитектор Егор Рыбин спроектировал ТРЦ для коттеджного поселка «Боярское» в 30 км от Нижнего Новгорода, прочитав его как парковый павильон. Кирпичные экседры считываются как фрагменты ротонды, а прорастающее сквозь центральную арку дерево символично напоминает о главенстве пейзажа.
Против ветра
Общественно-деловой центр «Графит» построен по проекту бюро FUTURA-ARCHITECTS в новом жилом районе, который развивается за южной границей Санкт-Петербурга, недалеко от Финского залива. Авторы отрефлексировали близость холодного Балтийского моря, придав зданию динамику преодоления и скругленные, словно от ветра и воды, края.
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.