Кор Вагенаар: «История – это не про прошлое»

Кор Вагенаар, преподаватель Высшей школы урбанистики НИУ ВШЭ и Института «Стрелка» – о секрете успеха голландских урбанистов.

Беседовала:
Наталья Мурадова

mainImg
Кор Вагенаар – доцент Делфтского технического университета, профессор университета Гронингена. Занимается историей архитектуры и урбанистики. Ведет курс «История урбанизма» в рамках магистерской программы «Передовые практики городского проектирования» Высшей школы урбанистики НИУ ВШЭ и Института «Стрелка».

Архи.ру: 
– Возможно ли изменять города, не меняя образ мыслей горожан? Развивать окраины, имея при этом централизованную власть и «центростремительное» сознание?

Кор Вагенаар:
– Менять сознание горожан вовсе не первостепенная задача урбанистов, как можно догадаться. Более того, сейчас централизация становится практически глобальным трендом. Это реакция на то, что субурбия отживает свое и городские окраины создают все больше проблем. Подчас такие процессы выливаются и в перемещение населения, и в грубую джентрификацию центров. Как сохранить окраины «живыми» – вот задача, которую приходится решать городским планировщикам.

– В сознании многих развитие голландской урбанистики остановилось если не в XIX веке, то на Алмере точно. Какие вызовы сейчас стоят перед урбанистами в Нидерландах?

– История с Алмере наглядно демонстрирует путь, который проделала урбанистика в Нидерландах. Когда она только оформилась в самостоятельную дисциплину, которую стали принимать в расчет при управлении городами, ее главной задачей была борьба с антисанитарией, социальной неустроенностью и политическим напряжением. То есть всем тем, что порождают большие города. Поэтому ее перспективное направление было решительно анти-урбанистическим. Такой анти-урбанизм еще больше окреп после 1945 года, когда идеальным местом для жизни стали считаться пригороды. В результате автомобиль стал ключевым атрибутом жизни, лучшим местом для жизни считались населенные пункты с низкой плотностью – все это изменило, а многие и вовсе считают, что разрушило ландшафты западных провинций.

Проект Алмере стал своего рода поворотной точкой. Теперь с субурбией покончено, на окраинах живут только те, у кого нет выбора: города победили. Не только большие, как Амстердам, но и те, что поменьше, например, Утрехт и Гронинген переживают джентрификацию. Она должна превратить их в безопасную среду обитания для тех, кто сможет себе позволить в них жить. Наряду с этим пригороды становятся источником множества проблем – общественных, социальных и медицинских. Теперь урбанистам необходимо разбираться со сложностями, которые связаны с пригородами, как когда-то им приходилось решать проблемы, связанные с городами. Это очень серьезный вызов, потому что субурбии повсюду, их нельзя взять и просто стереть.

– Возьмем Рандстад и Москву. Первый – пример мегаполиса, сросшегося из городов в собственную самодостаточную структуру. Вторая – сугубо централизованное образование. Подходы и методы в отношении таких мегаполисов должны отличаться? С которыми из них проще работать?

– С тех пор, как голландские урбанисты уяснили, что крупные города становятся популярными, а пригороды выходят из моды, они представляют Рандстад как мегаполис или большой город с пригородами. Но строго говоря, Рандстад – это эталон субурбанизации. Когда пригороды были еще в почете, его позиционировали как идеальный анти-город: пустой внутри, с «зеленым сердцем», и застроенный снаружи тем самым «Rand» – кольцом городов вокруг зеленого центра. По сути, это никакой не мегаполис, сравнивать его с Москвой невозможно. Настоящий мегаполис должен иметь единое ядро, а не несколько десятков, которые к тому же конкурируют друг с другом. Без всякого сомнения с Москвой иметь дело гораздо проще, чем с Рандстадом. С точки зрения городского планирования, пригороды по умолчанию находятся вне контроля. Им не хватает централизованной власти, которая взяла бы на себя функции управления или, по крайней мере, следила бы за тем, что в них происходит.

одна из типичных панрам Рандстада (Алмере):


– Как влияет на городское планирование то, что население Европы и, в частности, Нидерландов очень изменилось за последние десятилетия? Во-первых, оно стало значительно старше.

– Старение – факт. Как факт и то, что те изменения в городах, которые благоприятны для возрастных жителей, благоприятны и для всех остальных поколений. Не существует особой модели «здорового города» для пожилых людей. Но сама по себе работа с моделями «здоровых городов» – еще одна из новых граней урбанистики.

– Население Европы ведь становится и все более разнообразным по своему этническому и религиозному составу.

– Можно ли создать особые модели городов, отвечающие тому, что наше общество становится все более полиэтническим, мультикультурным и многоконфессиональным? Создавать среду, в которой разные группы проживали бы вместе бесконфликтно, а в идеале вообще бы слились – всегда было неотъемлемой задачей урбанистики. Надо полагать, архитекторы благоразумно верны тому, чтобы застраивать и развивать жилые районы, соотносясь с проблемами окраин и моделями «здорового города». Я даже не имею в виду полушутливое здание Le Medi в Роттердаме. Его спроектировали Geurts & Schulze в 2006 году, чтобы воссоздать средиземноморскую атмосферу, которая вызвала бы отклик в сердцах некоторых мигрантов.



– Насколько нужно учитывать непредвиденное в процессе городского планирования? Какова роль непредсказуемого в урбанистике?

– Допущение явлений, не поддающихся прогнозированию, неотделимо от планирования. Но в неолиберальной доктрине намеки на непредсказуемость вещей могут вылиться в то, что амбиции планирования сократятся или вообще исчезнут. К тому же планировщикам городов часто указывают на их ошибки, которые они, кстати, и не отрицают. Но то, что во многих странах люди живут в гораздо лучших условиях, чем их предки, – во многом заслуга именно городского планирования. Разумеется, нынешний инструментарий фундаментально отличается от мастерпланов, с которыми работали в 50-х, 60-х и 70-х годах. Сейчас становится важно взаимодействовать и с политическими структурами, и с другими дисциплинами. Кстати, архитектор Ральф Пасел, который сейчас базируется в Берлине, а раньше работал в Роттердаме, исследует преимущества неформального роста городов – то есть, когда развитие происходит снизу вверх. Он изучал незаконные поселения в Латинской Америке и переносил их особенности на застройку нидерландских пригородов. То есть, по сути, превращал в инструменты городского планирования.

– Как получилось, что именно голландская урбанистика стала одним из синонимов качественной планировки городов?

– Городское планирование развивается между двумя полюсами. С одной стороны, урбанистика как совокупность знаний абсолютно интернациональная дисциплина. Но в то же время она сталкивается с необходимостью решать локальные проблемы, работать с людьми, получившими локальное образование, и действовать в рамках местных законов, которые, в свою очередь, выросли из национальной политики. Нидерланды – очень удачный пример постоянного взаимодействия национальных характеристик и интернациональных знаний.
Профессор Кор Вагенаар / Cor Wagenaar. Фотография предоставлена: ВШУ НИУ ВШЭ
Карта Амстердама, 1544 г. © Cornelis Anthonisz. – www.cultuurwijzer.nl : Home : Info, Общественное достояние, Ссылка
zooming

– А какие факторы этому способствовали?

– В XVII столетии, в свой Золотой век, страна стала одним из самых урбанизированных регионов. Амстердам был третьим по величине городом в мире и при этом самым богатым. Голландия представляла собой, по выражению Эми Чуа, колониальную «сверхдержаву» и экспортировала свои методы развития городов, которые в большинстве случаев включали фортификационные системы. Планировка городов в значительной степени определялась природными особенностями: страна частично расположена ниже уровня моря. В результате получалась простая решетчатая структура, в которой базовые геометрические фигуры окружены полосой укреплений. Постепенно из страны, экспортирующей свою модель города, Голландия превращалась в импортера последних тенденций. В XVIII веке мы смотрели на Францию, с середины XIX века и 1930-х – на Германию, а потом – все больше на США. Тем не менее, мы всегда адаптировали «ввозимые» модели к местным условиям. Классический проект – расширение Утрехта в 1920-е – следовал международным трендам, но вылился в планировку, которая все равно получилась типично голландской. Самые впечатляющие проекты, связанные с развитием Амстердама в 1918–1925, были бы немыслимы без примера Германии. Но они все тоже очень голландские.

– Что же определяет эту «голландскость»?

– Территория, земля и культура – очень буржуазная, едва ли поддающаяся влиянию аристократии и насквозь пропитанная неприятием показного, которое принято связывать с кальвинизмом. С начала XX века укрепляется роль государственного жилищного строительства. Она несколько ослабла в девяностые, но сейчас постепенно снова набирает силу. Это связано с программой ВИНЕКС, по которой застраивались районы во второй половине 90-х – начале 2000-х. Несмотря на то, что большую часть жилья там занимают собственники, модели планирования проистекают из методов, которые были наработаны в годы послевоенной реконструкции.

– В чем особенности курса, который вы ведете у российских студентов?

– Я читаю курс по истории урбанизма в магистратуре. Я постоянно подчеркиваю, что история – это не про прошлое, а про настоящее и будущее. Она дает возможность увидеть и проанализировать общественные, экономические и культурные изменения. История урбанизма связана с анализом природных, пространственных и проектировочных характеристик городов, поселений, деревень и ландшафтов. Она не ограничивается только памятниками, а включает в себя все явления среды. Очевидно, что история урбанизма имеет дело с материальной культурой – зданиями и городами, но не должна ограничиваться описанием и анализом этих объектов.
Кор Вагенаар на занятиях со студентами магистерской программы «Передовые практики городского проектирования». Фотография © Высшая школа урбанистики НИУ ВШЭ

Главная цель – разгадать, как они появились, как развивались процессы мышления и проектирования, какие за ними стоят идеи, амбиции, идеологии, убеждения и интересы. Историки-урбанисты рассматривают здания, города, поселения и ландшафты как исторические документы, и это создает еще один уровень, который дополняет их культурное и историческое значение, а иногда совпадает с ним. Мы изучаем, анализируем то, как сосуществуют артефакты различных эпох, и это превращает город в многослойный историко-культурный феномен. Со студентами мы изучаем определенное число тем: здоровье и город, город и война, город и генетические коды, годы и природа. Каждая из них представлена как непрерывный исторический процесс – от прошлого к будущему. И поскольку курс читается в Москве, мы стараемся обращаться именно к Москве, как к pars pro toto. Так как история города очень богата и он чрезвычайно интересен с точки зрения урбанистики, курс понравился как иностранным, так и российским студентам программы. Форма отчетности может отличаться от традиционного экзамена. Это может быть и путеводитель, и экспозиция, и кинофестиваль – как тот, который мы планируем провести в июне на «Стрелке».

03 Мая 2017

Беседовала:

Наталья Мурадова
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Авторский надзор: мытьем да катаньем
Разговор на АрхПароходе 2021 со Стасом Горшуновым: о том, как ему удается добиваться качественной реализации проектов, какие проблемы приходится решать, когда жертвовать гонораром, а когда идти на компромиссы.
ADM 2006–2021
В новой книге-портфолио ADM architects, посвященной 15-летию бюро, 37 проектов, все реализованные или строящиеся. Публикуем интервью с главой бюро Андреем Романовым и сообщаем, что теперь книгу можно купить на ozon.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Технологии и материалы
Чувство города
Бизнес-парк «Ростех-Сити» построен на Северо-Западе Москвы. Разновысотная застройка, облицованная затейливым клинкерным кирпичом разнообразных миксов Hagemeister, придаёт архитектурному ансамблю гуманный масштаб традиционного города.
Великолепный дизайн каждой детали – Graphisoft выпускает...
Обновления версии отвечают пожеланиям пользователей и обеспечивают значительные улучшения при проектировании, визуализации, создании документации и совместной работе в Archicad, BIMx и BIMcloud, что делает Archicad 25 версией, как никогда прежде ориентированной на пользователя
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Кирпич Terca из Эстонии – доступная европейская эстетика
Эстонский кирпич соединяет в себе местные традиции и высокотехнологичное производство мирового уровня под маркой Wienerberger. Технические преимущества облицовочного кирпича Terca особенно ценны в нашем северном климате – благодаря им фасады не потеряют своих эстетических качеств, а постройки будут долговечными.
Прочные основы декора. Методы Hilti для крепления стеклофибробетона
Методы HILTI позволяют украшать фасад сложными объемными формами, в том числе карнизами, капителями, кронштейнами и узорными панелями из стеклофибробетона, отлично имитируя массивные элементы из натурального камня и штукатурки при сравнительно меньшем весе и стоимости.
Дайте ванной право быть главной!
Mix&Match – простой и понятный инструмент для создания «журнального» дизайна ванной комнаты. Воспользуйтесь концепцией от Cersanit с десятками комбинаций плитки и керамогранита разного формата, цвета и фактуры для трендовых интерьеров в разных стилях. Идеально подобранные миксы гармонично дополнят вашу идею и помогут сократить время на создание проекта.
Современная архитектура управления освещением
В понимании большинства людей управлять освещением – это включать, выключать свет и менять яркость светильников с помощью настенных выключателей или дистанционных пультов. Но управление освещением гораздо глубже и масштабнее, чем вы могли себе представить.
Чистота по-австрийски
Самоочищающаяся штукатурка на силиконовой основе Baumit StarTop – новое поколение штукатурок, сохраняющих фасады чистыми.
Кто самый зеленый
14 небоскребов из разных частей света, которые достраиваются или планируются к реализации: уже не такие высокие, но непременно энергоэффективные и поражающие воображение.
Советы проектировщику: как выбрать плоттер в 2021 году
Совместно с компанией HP, лидером рынка широкоформатной печати, рассматриваем тенденции, новые программные и технические решения и формулируем современные рекомендации архитекторам и проектировщикам, которым требуется выбрать плоттер.
Energy Ice – стекло, прозрачное как лед
Energy Ice – новое мультифункциональное стекло, отличающееся максимальным светопропусканием. Попробуем разобраться, в чем преимущество новинки от компании AGC
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Башня превращается
Совместно с нашими партнерами, компанией «АЛЮТЕХ», начинаем серию обзоров актуальных тенденций высотного строительства. В первой подборке – 11 реализованных высоток со всего мира, демонстрирующих завидную приспособляемость к характерной для нашего времени быстрой смене жизненных стандартов и ценностей.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Сейчас на главной
Поток и линии
Проекты вилл Степана Липгарта в стиле ар-деко демонстрируют технический символизм в сочетании с утонченной отсылкой к 1930-м. Один из проектов бумажный, остальные предназначены для конкретных заказчиков: топ-менеджера, коллекционера и девелопера.
Один раз увидеть
8 короткометражных документальных фильмов на околоархитектурные темы, в том числе: лондонская башня-кооператив 1970-х, японский скульптор Саграда-Фамилия, сборное жилье наших дней и подборка ярких архитектурных фрагментов из художественных лент последних 100 лет.
В Пермском Политехе обучили искусственный интеллект...
В Пермском Политехе разработали интеллектуальную систему обработки изображений зданий, которая может определять цветовые закономерности архитектурных объектов. Технология поможет застройщикам многоквартирных домов эффективнее встраивать проекты в городское пространство.
Проект для неопределенного будущего
Образовательный центр для детей с «органическим» садом и огородом в Мехико задуман как экономически самодостаточный и не просто ресурсоэффективный, а почти автономный. Кроме того, его можно разобрать и использовать все материалы повторно. Авторы проекта – бюро VERTEBRAL.
Лицо производства
«Тепличное хозяйство Ботаника» доверила архитекторам ту область, где они, как правило, востребованы наименьшим образом – территорию современного производственного комплекса, где обычно царят утилитарные, нормативные и недорогие решения.
Старые-новые арки
Напечатанный на 3D-принтере бетонный мост Striatus по проекту Zaha Hadid Architects и специалистов Высшей технической школы ETH Zürich благодаря своей традиционной сводчатой конструкции очень устойчив – в прямом и экологическом смысле.
Арт-трансформер
Art Barn, архив, хранилище работ и рисовальная студия британского скульптора Питера Рэндалла-Пейджа в холмах Девона, способен менять форму в зависимости от текущих нужд, а также сам себя обеспечивает электричеством. Автор проекта – Томас Рэндалл-Пейдж.
Тиана Плотникова: «Наша миссия – разработать user-friendly...
Говорим с основательницей стартапа Uflo – программы, помогающей конвертировать числовые данные в геометрию, о том, что побудило придумать проект, о карьере в крупных зарубежных компаниях и о страхах перед цифровыми технологиями
Связь с прошлым и будущим
Нидерландские мастерские Benthem Crouwel и West 8 выиграли конкурс на проект нового вокзала в Брно: этот архитектурный конкурс стал крупнейшим в истории Чехии.
Авторский надзор: мытьем да катаньем
Разговор на АрхПароходе 2021 со Стасом Горшуновым: о том, как ему удается добиваться качественной реализации проектов, какие проблемы приходится решать, когда жертвовать гонораром, а когда идти на компромиссы.
Образ прощания
Объект MAMA самарских архитекторов Дмитрия и Марии Храмовых стал единственным российским победителем конкурса фестиваля ландшафтных объектов SMACH2021, который проводится на северо-востоке Италии в Доломитовых Альпах.
Новое качество Личного
В Никола-Ленивце Калужской области в эти выходные проходит фестиваль Архстояние с темой «Личное». Главной постройкой фестиваля стал дом «Русское идеальное», спроектированный Сергеем Кузнецовым и реализованный компанией КРОСТ в короткие сроки. Рассматриваем дом и новые объекты Архстояния 2021.
«Место для всех»
Победителем международного конкурса на разработку концепции Приморской набережной в Сочи стал консорциум во главе с UNStudio.
Пресса: "Непостижимое решение". ЮНЕСКО отобрало у Ливерпуля...
ЮНЕСКО решило исключить Ливерпуль из своего Списка всемирного наследия, поскольку городские власти ведут активное строительство в районе доков и порта - архитектурного ансамбля, которое агентство ООН считало важнейшим памятником. В Ливерпуле такое решение называют "непостижимым" и надеются на его пересмотр.
Главный манифест конструктивизма
В Strelka Press выпущена основополагающая для отечественного авангарда книга Моисея Гинзбурга «Стиль и эпоха. Проблемы современной архитектуры» (1924): это совместный издательский проект Института «Стрелка» и Музея «Гараж». Публикуем главу «Конструкция и форма в архитектуре. Конструктивизм».
На берегу очень тихой реки
Проект благоустройства территории ЖК NOW в Нагатинской пойме выходит за рамки своих задач и напоминает скорее современный парк: с видовыми точками, набережной, разнообразными по настроению пространствами и продуманными сценариями «от 0 до 80».
Труд как добродетель
Вышла книга Леонтия Бенуа «Заметки о труде и о современной производительности вообще». Основная часть книги – дневниковые записи знаменитого петербургского архитектора Серебряного века, в которых автор без оглядки на коллег и заказчиков критикует современный ему архитектурно-строительный процесс. Написано – ну прямо как если бы сегодня. Книга – первое издание серии «Библиотека Диогена», затеянной главным редактором журнала «Проект Балтия» Владимиром Фроловым.
Стилисты села
Дизайн-код как способ привести небольшое поселение в порядок к юбилею или крупному событию: борьба с визуальным мусором, поиск духа места и унификация городских элементов.
Диалоги об образовании и карьере
Империалистический заказ и равнодушие к форме, необходимость доучить бывших студентов за свои деньги и скука формального обучения – дискуссия об архитектурном образовании на недавнем Архпароходе, как и многие разговоры на эту тему, местами была отмечена грустью, но не безнадежна и по-своему интересна. Публикуем выдержки из разговора, собранные одним из участников, архитектором и преподавателем Евгенией Репиной.
Плавная консоль
У здания банка в окрестностях ливанского города Сура нет привычных ограждений, а еще Domaine Public Architects удалось добавить в проект небольшую площадь.
Туман над Янцзы
В сети обсуждают новую ленд-арт-инсталляцию Григория Орехова Crossroads, «пешеходную зебру» проложенную художником по воде Москвы-реки 7 июля недалеко от Николиной горы. Рассматриваем несколько недавних работ Орехова – от «перекрестка» 2021 года на реке до «перекрестка» 2020 года в зеркалах «Черного куба», созданного в честь Казимира Малевича в Немчиновке.
Неоконюшня
На территории ВДНХ появится новый конноспортивный манеж: его авторы обращаются к традиционной для типологии форме и материалам, трактуя их как современный парковый павильон.
Еще один конструктор
В Мангейме началось строительство жилого комплекса по проекту MVRDV и производителя сборных домов Traumhaus. Он должен дать будущим обитателям максимум разнообразия и кастомизации по доступной цене, что в свою очередь позволит создать там живое сообщество соседей.