Каролина Бос: «Мы, архитекторы, можем больше, чем думаем»

Соосновательница голландского бюро UNStudio Каролина Бос побывала в Москве, где прочла лекцию студентам института «Стрелка», а также ответила на вопросы Архи.ру об архитектурном образовании и практике.

Нина Фролова

Беседовала:
Нина Фролова

mainImg
Архи.ру: У вас большой преподавательский опыт. Изменилась ли ситуация в архитектурном образовании за время вашей деятельности? И каков ваш прогноз на ближайшее будущее?

Каролина Бос: Конечно, ситуация все время меняется, и существует много методов преподавания архитектуры. Но есть две главные системы, которые всегда существуют параллельно. С одной стороны, это технические университеты и академии, с другой – самые лучшие университеты, где можно получить более «продвинутое» образование, например, Колумбийский университет и Гарвард в США, возможно, также Архитектурная Ассоциация в Лондоне. Образование в вузах второго типа – гораздо более гибкое, там можно менять программу и постоянно поддерживать связь с практикой, приглашая в качестве профессоров активно работающих архитекторов. Технические университеты и академии не так свободны, поэтому им нужно прикладывать усилия, чтобы не терять связь с практикой. А это может легко случиться и будет особенно вредно в нынешней ситуации, когда не только профессиональная практика, но и весь мир быстро меняется. Поэтому сейчас главный вызов для преподавателя – поспевать за постоянными изменениями в архитектурной практике.
Каролина Бос. Фото предоставлено Институтом медиа, архитектуры и дизайна «Стрелка»
Музей Mercedes-Benz в Штутгарте ©Daimler AG

Как бы вы описали ваш метод преподавания? Он тоже изменился со временем?

Да, причем значительно. Например, 8 лет назад, когда я преподавала в Принстоне, основное внимание я уделяла организации – программы, контента, циркуляции, строительства – в единый эффективный блок. А теперь центр тяжести сместился в сторону от собственно проектирования: мы должны размышлять над проблемами, стоящими сейчас перед архитектурой, причем необязательно в прямой связи с проектом. Конечно, студентам по-прежнему нужно учиться проектировать, но они должны также научиться решать реальные проблемы, с которыми мы сталкиваемся в архитектурной практике, а также получить знания о современных строительных технологиях, необходимых для реализации проектов.

Исследования (research) сейчас стали крайне важны для любой архитектурной мастерской. Как можно подготовить студентов к этой деятельности? Ведь невозможно дать им знания по экономике, социологии, психологии и т. д. параллельно с обучением проектированию.

Да, невозможно обучить всему сразу, особенно потому, что научное знание постоянно обновляется, но мы должны научить студентов учиться, размышлять, изобретать. Познакомить их с разными видами методологии мышления и анализа подходов к проектированию. Эти навыки позволят им плодотворно работать всю жизнь.
Музей Mercedes-Benz в Штутгарте ©Daimler AG

Готовы ли студенты основать свою собственную мастерскую в момент получения диплома?

Сейчас маленьким бюро приходится очень трудно. Мастерские, в целом, становятся все крупнее, поэтому небольшие фирмы постоянно находятся под давлением. Я не думаю, что студенты готовы к самостоятельности по окончании вуза: если они в этот момент откроют свое бюро, оно всегда останется очень маленьким, с очень маленькими проектами – особенно в нынешней финансовой ситуации. Поэтому я бы рекомендовала им сначала поработать в большой мастерской, чтобы набраться опыта – а также потому, что именно в таких фирмах сейчас занимаются самыми интересными проектами.
Студенты института «Стрелка» слушают лекцию Каролины Бос. Фото предоставлено Институтом медиа, архитектуры и дизайна «Стрелка»

Итак, исследования сейчас занимают центральное место в архитектурной практике. А как эта деятельность организована в вашей мастерской?

У нас есть четыре научные платформы, и каждый сотрудник, помимо прочего, занимается исследованиями. Эта деятельность полностью интегрирована в проекты, все получаемые знания связаны с практикой, и эта работа в гораздо большей степени составляет ядро практики, чем проектирование или сам проект. Речь идет об очень конкретном знании, которое добывается для реализации проекта.
Многие архитекторы сталкиваются с трудностями, как только начинается строительство их здания: выясняется, что бюджета недостаточно, появляются проблемы с технологиями или нормами, которые оказывают негативное воздействие на проект. И ты должен найти способ приспособиться к этой ситуации и решить эти проблемы так, чтобы проект не пострадал – а этот навык многие архитекторы так никогда и не осваивают. Они не могут работать в условиях ограничений, что ведет к компромиссу или краху проекта или к выходу за рамки бюджета.
Однако, мы можем научиться работать гораздо более продуманно, быть гибкими и способными к адаптации, но также и понимать, что в проекте можно менять, а что – нет. Немало знаний, нередко очень специальных технических знаний, мы получили в процессе работы над проектами, и благодаря этому нам намного легче сейчас постоянно изобретать и экспериментировать – оставаясь в рамках умеренного бюджета и соблюдая краткие сроки.

Очень интересно! Часто приходится слышать от архитекторов жалобы на обстоятельства, но они редко предлагают решения подобных проблем.

Это так, но нам пришлось очень много работать, реализовать очень много проектов, чтобы усвоить эти уроки.
Здание Агентства по образованию и Налогового управления Нидерландов © Ronald Tilleman

Вы немало построили по всему миру, вы преподавали в вузах в разных странах. Профессия архитектора становится все более глобальной. Как можно приспособиться к этой ситуации? Порой непросто работать в пределах одной страны в хорошо известной обстановке, а на международном уровне все становится гораздо сложнее.

Да, это непросто, но также и очень интересно. Нам очень нравится работать в разных странах мира, потому что было бы очень скучно всегда действовать в рамках своих ограничений, своих ожиданий. Замечательно заставлять себя продвигаться вперед и продолжать учиться, быть порой вынужденным изобретать новые решения. Если мы слишком долго останемся в границах нашей «зоны комфорта», мы там застрянем и больше не сделаем ничего интересного. Это часть культуры архитектуры – продвигать себя вперед

То есть, по-вашему, глобализация – это положительное явление?

Да, очень положительное, а также полезное. [Работая за рубежом], я узнала, сколько у нас, архитекторов, общего: это тоже часть глобализации. Когда я сотрудничаю с коллегами в Китае, в России или же в Корее или Италии, мы говорим на общем языке, которым является наша профессия, у нас есть общая цель, и это замечательный опыт. Я думаю, в будущем это станет очень важным: нам придется всем вместе решать главные проблемы нашего мира, преодолевать кризисы, в первую очередь – экологический. Поэтому я уверена, что очень важно научиться обсуждать, обмениваться [идеями], сотрудничать.
Здание Агентства по образованию и Налогового управления Нидерландов © Ronald Tilleman

Что является сейчас главным вызовом для архитектурной профессии?

Несомненно, это вызов «устойчивости». Мы должны прекратить растрачивать ресурсы, и мы должны строить более долговечные здания, рассчитанные на адаптацию и трансформацию, вместо построек, которые приходится сносить, как только возникнет необходимость что-либо изменить. Мы должны думать о том, как придти к более здоровой жизни для людей и окружающей среды, к лучшему будущему.

Но не все можно изменить посредством благих намерений архитектора. Есть еще политики, бизнесмены. Насколько велико сейчас влияние архитектора?

Я думаю, мы можем больше, чем думаем. В некоторых наших проектах мы проанализировали отношения между заинтересованными сторонами и получили выводы, изменившие восприятие проекта. Например, в Азии мы построили несколько универмагов, главным в которых является общественное пространство внутри них. Там был создан интерьер с культурной, динамичной составляющей, напоминающий музей. И это стало возможным, потому что мы придумали и визуализировали эту идею, а затем смогли заинтересовать ею заказчика. Поэтому, как вы говорите, можно жаловаться и думать про себя «заказчик мне этого не позволит», но можно самому выступить с инициативой, предложить свое видение – реальность вполне может подчиниться ему.
Универмаг Galleria Centercity
Фото © Kim Yong-Kwan

У вас есть образование историка искусства – как оно обогатило вашу архитектурную практику? Насколько важна эта наука и учебная дисциплина для студентов-архитекторов?

Очень важно знать историю: для архитектора это живой инструмент. А также она способствует более аналитическому, продуманному подходу к работе. Я уже говорила об отношении теории и практики [в образовании], но это двоякая ситуация. Теория не должна преподаваться в вузах сухо – как чтение книг, конспектирование и сдача экзамена – напротив, это должна быть теория практики. Это я считаю самой интересной темой в архитектуре.
Лекция Каролины Бос в институте «Стрелка». Фото предоставлено Институтом медиа, архитектуры и дизайна «Стрелка»
zooming
Дворец танцев Бориса Эйфмана. Вид в ночное время © UNStudio www.unstudio.com

25 Марта 2013

Нина Фролова

Беседовала:

Нина Фролова
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Звучание фасада
Инсталляция «Классная игра» художника Марины Звягинцевой превратила фасад школы на севере Москвы в клавиатуру рояля и переосмыслила место школьного здания в городской среде. Публикуем интервью Марины о ее методе работы с архитектурой.
Технологии и материалы
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Сейчас на главной
Здесь и сейчас
Три примера быстровозводимой модульной архитектуры для города и побега из него: растущие офисы, гастромаркет с признаками дома культуры и хижина для созерцания.
Себастиан Треезе стал лауреатом премии Дрихауса 2021...
Молодому немецкому бюро Sebastian Treese Architekten присуждена премия Ричарда Дрихауса в области традиционной архитектуры. Денежный номинал премии – 200 000 долларов USA, и она позиционируется как альтернатива премии Прицкера: если первую вручают в основном модернистам, то эту – архитекторам-классикам.
Семь часовен
Семь деревянных часовен в долине Дуная на юго-западе Германии по проекту семи архитекторов, включая Джона Поусона, Фолькера Штааба и Кристофа Мэклера.
Крупицы золота
В Доме архитектора в Гранатном переулке открылся фестиваль «Золотое сечение». Рассматриваем планшеты. Награждать обещают 22 апреля.
Разлинованный ландшафт
Кладбище словацкого города Прешов по проекту STOA architekti играет роль не только некрополя, но и рекреационной зоны для двух жилых районов.
Гипер-крыша и гипер-земля
Dominique Perrault Architecture и Zhubo Design Co выиграли конкурс на проект Института дизайна и инноваций в Шэньчжэне: его главное здание напоминает мост длиной более 700 метров.
Парк Швейцария
Проект парка «Швейцария» в Нижнем Новгороде, созданный достаточно молодым, но известным и международным бюро KOSMOS, вызвал в городе много споров и даже протестов, настолько острых, что попытка провести на нашей платформе профессиональное обсуждение тоже не удалась. Публикуем проект как есть.
Районные ряды
Один из вариантов общественного пространства шаговой доступности, способного заменить ушедшие в прошлое дома культуры.
Пресса: Вальтер Гропиус и Bauhaus: трансформация жизни в фабрику
Это школа искусства (с Василием Кандинским в роли профессора), скульптуры, дизайна (где он, собственно, и был изобретен как самостоятельная деятельность), театра — Баухауc не сводится к архитектуре. Но в архитектуре Баухауса можно выделить три этапа развития утопии
Территория детства
Проект образовательного комплекса в составе второй очереди застройки «Испанских кварталов» разработан архитектурным бюро ASADOV. В основе проекта – идея создания дружелюбной и открытой среды, которая сама по себе воспитывает и формирует личность ребенка.
Новая идентичность
Среди призеров конкурса на концепцию застройки бывшей промышленной территории в чешском городе Наход – российское бюро Leto architects. Представляем все три проекта-победителя.
Человек в большом городе
В проекте масштабного жилого комплекса архитекторы GAFA сделали акцент на двух видах общественного пространства: шумных улицах с кафе и магазинами – и максимально природном, визуально изолированном от города дворе. То и другое, работая на контрасте, должно сделать жизнь обитателей ЖК EVER насыщенной и разнообразной.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Живой рост
Масштабный жилой комплекс AFI PARK Воронцовский на юго-западе Москвы состоит из четырех башен, дома-пластины и здания детского сада. Причем пластика жилых домов – активна, они, как кажется, растут на глазах, реагируя на природное окружение, прежде всего открывая виды на соседний парк. А детский сад мил и лиричен, как сахарный домик.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Из кино в метро
Трансформация советского кинотеатра «Ереван» в Единый диспетчерский центр метрополитена: параметрические фасады, медиаэкраны и центр мониторинга в бывшем зрительном зале.
86 арок
В жилом комплексе Westbeat по проекту бюро Studioninedots на западе Амстердама обширный подиум вмещает многофункциональное общественное и коммерческое пространство для нужд жителей района.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
Модульный «Круг»
Комплекс The Circle по проекту бюро Riken Yamamoto & Field Shop в аэропорту Цюриха соединяет в себе, как в маленьком городе, офисы, магазины, клинику, отель и конференц-центр.
Стеклянный шар, золотой цилиндр
В Лос-Анджелесе завершено строительство музея Киноакадемии по проекту Ренцо Пьяно и его бюро RPBW: основой проекта стал универмаг в стиле ар деко. Открытие запланировано на эту осень.
Ценность подиума
В китайской штаб-квартире компании Schindler в Шанхае по проекту Neri&Hu проблема разобщенности производственных и офисных корпусов решена с помощью выразительного подиума.
Ажур и резьба
Жилой комплекс в Уфе с мостиком-эспланадой, разнообразными балконами и декором, имитирующим деревянные наличники. Дом отмечен Золотым знаком Зодчества-2020.