English version

Архитектор в метаверс

Поговорили с участниками фестиваля креативных индустрий G8 о том, почему метавселенные – наша завтрашняя повседневность, и каким образом архитекторы могут влиять на нее уже сейчас.

mainImg
Метавселенные – центральная тема секции «Архитектура» на фестивале креативных индустрий G8, которая состоится в пространстве «Суперметалл» 9 сентября. Куратор секции – Сергей Надточий, арт-директор и руководитель направления по проектам для AR и VR-пространств в мастерской ATRIUM. По его мнению, мир стоит на пороге трансформации интернета, которая в свою очередь вызовет трансформацию архитектуры. И как графические дизайнеры создали двухмерный интернет, так и архитекторы создадут трехмерный, которым мы все будем пользоваться завтра. На конференции об архитектуре метавселенных расскажут пионеры этого направления в России – Иван Пузырев и Алина Черейская. 

Купить билет и ознакомиться с программой можно здесь. Мы попросили архитекторов рассказать о метавселенных и о том, что происходит в них прямо сейчас. 

Сергей Надточий, руководитель направлений ATRIUM Digital и ATRIUM Education

Арт-директор архитектурной мастерской Atrium, основатель платформы Dearch.space, посвященной NFT-архитектуре и дизайну. В мастерской Сергей возглавляет направления ATRIUM Digital и ATRIUM Education, которое разрабатывает проекты для AR/VR пространств и метавселенной и методологию проектирования современных образовательных пространств соответственно. 

Иван Пузырев

Сооснователь метаверс Arhead, эксперт по технологиям дополненной и виртуальной реальности с более чем 10-летним опытом работы в области цифровой стратегии, ориентированной на пространственные вычисления и использование дополненной реальности в масштабе города. В портфолио его проектов – «Культура Дубая», «Эрмитаж», «Венецианская биеннале». 
 

Алина Черейская

Архитектор и партнер SA lab, лауреат премии Europe 40under40, тьютор DigitalFUTURES. Редактор телеграм-канала @salab_daily о практическом применении роботов, AI, VR, AR и других технологий в архитектуре, а также ведущая подкаста об архитектуре в цифровую эпоху «Дом, который построил код»
Что такое метавселенная и почему она неизбежна

Алина:
Термин впервые появился в романе Нила Стивенсона Snow Crash в 1992 году – он описывал некое синтетическое виртуальное пространство, в котором можно быть кем угодно и делать что угодно. Прошло 30 лет, и все заговорили о метавселенных, поскольку появились технологии, которые могут их реализовать.

Мы находимся в переходном периоде от web 2.0 к web 3.0. Если web 1.0 – это статичные сайты, где пользователь может только потреблять контент, то в web 2.0 можно создавать контент и делиться им, а web 3.0. позволяет контентом владеть. Существенные проблемы web 2.0 – это уязвимое хранение личных данных и правообладание контентом. С помощью технологий блокчейна и NFT web 3.0 позволит их решить, а кроме того даст иммерсивный опыт за счет дополненной и виртуальной реальности и обеспечит горизонтальную систему, при которой сообщества сами определяют правила. В этом кризисе интернета и его постепенной трансформации появляются новые пространства, метавселенные становятся частью web 3.0. 

Сыграла свою роль и пандемия – изоляция дала понимание, что мы можем работать удаленно, учиться и общаться. AR и VR уже доступны, компьютеры и софты позволяют создавать виртуальные миры.

Сейчас человек живет в гибридном пространстве, где цифровой мир представлен соцсетями и сервисами, а физический – любимым кафе, городской площадью или домом. Прогнозируется, что к 2026 году 25% людей будут проводить в метавселенной не меньше часа в день, а количество активных пользователей кратно растет последние месяцы. Стоит заметить, что метавселенная должна стать единым бесшовным пространством, в 2022 году мы видим только формирование прототипов.



Иван: 
Метавселенные – это некий трехмерный интернет, следующее измерение для контента. Все, что мы видим вокруг – объемное, но по каким-то причинам цифровые интерфейсы долгое время оставались плоскими. Поэтому выход информации в трехмерное пространство можно воспринимать как что-то органичное: если информация не вмещается на маленькие экраны, ей нужно новое место. Это продолжение постепенного движения от книг, звукозаписей, кинематографа, радио и мобильных платформ к интерпланетарному феномену, соединяющему людей и информацию. 

Можно делать предварительный прогноз, что к 2026 году 1/4 населения мира будет проводить порядка часа в метавселенной в той или иной ее форме. Если считать виртуальными мирами любой совместный онлайн опыт внутри трехмерного мира, то такие феномены как Minecraft, Roblox или Fortnite уже сейчас собирают миллионы уникальных пользователей каждый месяц. Более современные метавселенные, которые касаются децентрализации и предполагают связь с некоей формой блокчейна, пока что привлекают не так много людей. Но это будет меняться. В метавселенных люди смогут получать ценности, которые ни в коем случае не противоречат ценностям физического мира. Это не способ выхода из физического мира, а лишь способ его дополнить.
Что архитектор может сделать для метаверс?

Сергей: 
Создавать архитектуру для метавселенных могут все ее пользователи, но свобода самовыражения в метавселенной имеет свои проблемы. Исторически города развивались стихийно, но сейчас мы хорошо понимаем проблемы самостроя, фавел и плохого градостроительного планирования. Перед нами стоит задача разработать системы взаимодействия и контроля, чтобы новое качество интернета не превратилось в хаос. Сейчас эту задачу пытаются решить сами технологические компании, иногда вовлекая пользователей, но этого явно недостаточно. Необходимо перенести экспертизу архитекторов в метавселенную.

В современном мире прогресс двигают технологические компании, но они ориентируются на свои маркеры успеха: количество совершенных покупок, количество времени, которое человек проводит на странице, и так далее. Действуя в своих интересах они могут создавать среду, не ориентированную на общепринятые социальные ценности. Характерный пример: автомобильное лобби середины XX века было настолько мощным, а архитекторы настолько не осознавали масштабы трансформации городов под действием технического прогресса, что мы до сих пор разгребаем ошибки того времени. Архитекторы должны взять на себя ответственность за то, что уже происходит в метавселенной, попытаться создать там архитектурно правильную среду.
Метавселенная Liberland
© Zaha Hadid Architects

Алина: 
Нынешние прототипы метавселенных часто похожи на города: те же общественные пространства, территории, которые можно застраивать, здания, парки и улицы. Сейчас это воксельная геометрия и низкополигональная эстетика – архитекторы привыкли к другой концепции. В то же время цифровой мир не сковывает нас нормами или физическими ограничениями, строительными правилами, бюджетом. В цифровом мире важно то, как ты работаешь с геометрией, как можешь ее оптимизировать, какой нарратив предлагаешь пользователю. Архитекторам предстоит придумать язык для этого цифрового мира. Будут авторские пространства, которые сотрудничают с архитекторами, но будут и стихийные. 

Иван: 
Для существования метавселенной необходимо три компонента. Первый – это мир, контекст, трехмерное пространство. Второй – это аватар. А третий – контент, который может быть расположен внутри пространства и с которым может взаимодействовать аватар. Все эти компоненты будут модернизироваться, дополняться, появятся субкатегории, но самым масштабным и значимым останется контекст. Точно так же, как архитектор в физическом мире, архитектор в метавселенной сможет влиять на ощущения целой группы людей внутри пространства. Сейчас это уже делают гейм-дизайнеры. Стадия мимикрирования под физический мир должна быстро пройти или занять небольшую часть в архитектуре метавселенных, поскольку челлендж заключается в новых материалах, инструментах и отсутствии большинства ограничений физического мира. 
Что должен уметь архитектор метавселенных 

Алина:
Важнейшим навыком я бы назвала creative coding, которое сочетает умение программировать и  и художественные навыки. Мы видим мощное развитие искусственного интеллекта,  которое уже меняет принципы и инструменты создания архитектуры. Нейронные сети умеют генерировать изображения, видео, менять геометрию, и мы в шаге от того, что они начнут генерировать 3D-объекты по описанию. Важно понимать принципы написания кода и находиться на стыке разных дисциплин.

Иван: 
Важнейшим навыком в профессии архитектора становятся гейм-дизайн и понимание игровых механик – не всегда это примитивный сбор кристалликов, аудитория может быть сложной. В целом контрастные комбинации профессий рождают уникальное видение внутри метавселенной, это очень ей полезно. Не стоит бояться, что метавселенные – это только про игры. Когда появился интернет, мы думали, что максимум будем отправлять имейлы, никто понятия не имел, что с помощью кремниевой коробочки можно будет заказывать еду или такси. Метавселенная ищет себя точно так же, придет большое количество функций, придет UX и UI-дизайн. 
Влияние цифровой архитектуры на физическую 

Сергей: 
В метавселенной нет традиционной конструктивной логики, а иногда можно даже менять физику, давая возможность аватарам прыгать на 10 метров вверх и ходить по потолку. Такие условия для творчества создадут новое качество архитектуры, которое, я абсолютно уверен, перейдет из виртуальной архитектуры в физическую. Для тех, кто считает, что стать настоящим архитектором можно только в том случае, если ты строишь и работаешь с материалом, напомню, что многие великие архитекторы вырабатывали свой стиль и подход именно на виртуальных проектах – можно вспомнить Fun Palace Седрика Прайса или утопические проекты Булле и Леду. Архитектурный дискурс в последние лет 20 находится в кризисном состоянии, потому что нет значимых, трансформирующих тенденций. Метавселенная – это новый подход, новые лидеры мнений. Совсем скоро они создадут новый визуальный язык, качество пространств, изменят стили.
Метавселенная Liberland
© Zaha Hadid Architects

Иван: 
Метавселенную можно рассматривать в том числе как цифровой слой, который накладывается поверх города и читается с помощью, например, смартфона. Поэтому здания должны обладать набором элементов, которые помогали бы не только человеческому зрению, но и машинному: уже сейчас есть беспилотный транспорт, дроны и роботы, которые могут заниматься доставкой и другими сервисами. На более дальнюю перспективу – я думаю, что смелость и безумство архитекторов в метавселенной будут вводить новую визуальную привычку у людей, что повлияет на архитектуру физического мира. 

Алина: 
Сейчас метавселенная может служить площадкой для тестирования идей, которые позже будут воплощены в физическом мире. Zaha Hadid Architects разрабатывает для Liberland генеральный план и общественные пространства для презентаций. 

Цифровой мир должен стать экспериментальным пространством для переосмысления того, что мы строим в физическом мире с учетом глобального влияния строительного сектора на экологию. Более того, метавселенные более инклюзивны благодаря доступности и расширенному функционалу.

Что ты сделал для метаверс? 

Алина:

В SA lab обратились к теме дигитальной архитектуры в 2020 году при проектировании объектов для фестиваля GEEK PICNIC. Когда мероприятие сменило формат с оффлайн на онлайн, мы придумали виртуальные павильоны. Проект исследовал возможности архитектуры без привычных ограничений и времени; за один день павильоны посетили более 10 000 пользователей, и это все еще возможно сделать любому пользователю с компьютером.
 

Спустя несколько месяцев мы провели с ARCHSLON и SYNTHESIS MOSCOW первый в России архитектурный онлайн фестиваль 360FEST, в котором студенты создавали виртуальные пространства для музеев. 
 
 

В 2022 году в рамках программы DigitalFUTURES на базе университета Tongji мы учили студентов из 9 стран создавать виртуальные пространства и ландшафты на воркшопе The Wormhole Gallery. Виртуальные галереи часто похожи на физические – это белые боксы с контентом. В данном проекте мы полностью переосмысливаем типологию галереи, размышляем о материальности и тактильности в цифре, а еще скрещиваем физику, геймдизайн, архитектуру и кодинг. Получилось  созерцательное пространство, в котором можно уединиться и путешествовать между работами архитекторов. Финальные проекты всех воркшопов размещены в трёх метавселенных – Voxels (Cryptovoxels), Decentraland и TopoPixel.
  
 

На фестивале G8 будет релиз новых проектов, которые еще не были нигде опубликованы.

Также мы хотим объединить наш образовательный опыт в единой среде, работая над проектом KODIIA – платформой с интерактивными образовательными инструментами для креативных разработчиков. KODIIA нацелена на формирование синтеза технических и творческих навыков и фокусируется на программировании как творческом инструменте для создания игрового опыта, виртуальных пространств и графических экспериментов. Сейчас можно оставить заявку на ранний доступ к бета версии. 

Иван: 
Мы занимались первой виртуальной выставкой цифрового искусства в Эрмитаже, кураторы удивительным образом дали нам карт-бланш. Мы взяли здание Биржи, отсканировали его и полностью воссоздали. Цифровой художник Олег Сороко применил набор алгоритмов, который позволил трансформировать нижнюю часть пространства до неузнаваемости и придать ему невероятное количество линий и форм, которые казалось бы неподвластны руке человека. Олег не вылепливал их, а запрограммировал алгоритм, который выдал эту форму. Верхняя часть осталась строгой репликой здания Биржи. Получилась транзакция между чем-то историческим и чем-то абсолютно новым. 

В рамках фестиваля Future Cities мы создали виртуальный мир, в котором были представлены арт-объекты художников, существующие и в физическом мире, но в разных городах. Мы аккуратно перенесли инсталляции и городские ландшафты в метаверс, получилось путешествие, которое можно совершить, не выходя из дома. 

Еще один наш клиент – застройщик Hutton. В рамках международной ярмарки современного искусства Cosmoscow он будет презентован свой проект, маленький тизер – каждый участник презентации сможет отправиться на Луну. 

На базе нашей платформы arhead.io Сергей Надточий с командой создал пространство для компании DEIP – он отправил нас внутрь компьютерной платы путешествовать в виде сгустка энергии. Для меня это было напоминанием о материальности: когда мы говорим об облаке – это лишь метафора, на самом деле все данные хранятся на серверах, в физических материалах, в металле. Пробежавшись по плате и услышав про блокчейн, мы еще раз вспоминаем, что все цифровое по-прежнему материально, как все неорганическое все равно органично, потому что поднялось из земли. Это опыт, пережить который в физическом мире было бы невозможно. 

  • zooming
    1 / 4
    DEIP metaverse city – архитектура ATRIUM, платформа Arhead
    © ATRIUM
  • zooming
    2 / 4
    DEIP metaverse city – архитектура ATRIUM, платформа Arhead
    © ATRIUM
  • zooming
    3 / 4
    DEIP metaverse city – архитектура ATRIUM, платформа Arhead
    © ATRIUM
  • zooming
    4 / 4
    DEIP metaverse city – архитектура ATRIUM, платформа Arhead
    © ATRIUM

Сергей: 
Мой первый проект, посвященный архитектуре в метавселенной, был моим дипломным проектом в AA School. Под руководством основателей студии Space popular мы с другими студентами целый год исследовали возможные сценарии развития иммерсивного виртуального пространства и дизайна в нем. Мы не ориентировались на доступные инструменты и платформы, а создавали проекты, которые можно будет реализовать только через 5-10 лет.



Первый проект в ATRIUM на платформе Arhead совместно с креативным агентством Balagan мы разработали для мероприятия блокчейн-компании, создав целый виртуальный город. А уже 7 сентября откроется Somnium Fashion Week – одно из самых значимых событий в мире диджитал моды, для которого мы спроектировали основное пространство для показа и шоурум одного из брендов.
Пространство Somnium Fashion Week, визуализация
© ATRIUM

Кроме этого с платформой Dearch Space мы помогли другим криэйторам создать еще шесть фэшн-пространств. Вместе с моими партнерами, у которых тоже есть архитектурный бэкграунд, мы создали эту платформу, чтобы помогать архитекторам и дизайнерам осваивать виртуальное пространство, и чтобы компании, которые хотят представлять свой продукт и взаимодействовать с жителями метавселенной, могли это делать в качественно спроектированной среде.

Сейчас мы активно изучаем рынок, выстраиваем партнерские взаимоотношения с платформами и криэйторами, организуем их совместную работу, готовим новые мероприятия, публикации и образовательный контент. Мы верим, что именно архитекторы создадут метавселенную, и приглашаем всех присоединиться к этому увлекательному процессу!
 

06 Сентября 2022

Похожие статьи
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
Технологии и материалы
Песчаные дюны на потолке
Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.
Мегалиты на перспективу
В MIT разработали коллекцию бетонных элементов – они совмещают функции мебели и ограждающих конструкций. Объекты – несмотря на размеры и массу – можно легко перемещать и поворачивать, адаптируя пространство под меняющиеся потребности домовладельцев. Срок службы каждого из девяти предметов серии – 1000 лет.
Материализация образа
Технические новации иногда появляются благодаря воображению архитектора-визионера. Примером может служить интерьер Медиацентра в парке «Зарядье», в котором главным элементом стала фантастическая подвесная конструкция из уникального полимера. Об истории проекта Медиацентра мы поговорили с его автором Тимуром Башкаевым (АБТБ) и участником проекта, светодизайнером Софьей Кудряковой, директором по развитию QPRO.
Моллирование от Modern Glass: гибкость без ограничений
Технологии компании Modern Glass позволяют производить не просто гнутое стекло, а готовые стеклопакеты со сложной геометрией: сверхмалые радиусы, моллирование в двух плоскостях, длина дуги до 7 м – всё это стало возможно выполнить на одном производстве. Максимальная высота моллированных изделий достигает 18 м, благодаря чему можно создавать цельные фасадные поверхности высотой в несколько этажей без горизонтальных стыковочных швов, а также реализовывать сложные комбинированные решения в рамках одного проекта.
Cool Colours: цвет в структуре
Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.
Быстро, дешево и многоэтажно
Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Сейчас на главной
Астероид на склоне
Чайный павильон в начале пешеходного туристического маршрута в окрестностях Гуанчжоу бюро Atelier OO превратило в кофейню Lilico coffee.
Изумрудный город
Самую большую школу России, построенную в Воронеже, дополнил «мегасад», рассчитанный на 600 детей. Оба проекта подготовил ПИ «Гипрокоммундортранс». Детский сад состоит из 8 изумрудных блоков, организованных вокруг центрального ядра, где сосредоточены общие пространства. Цветовое решение и интерьеры вдохновлены книгой Александра Волкова.
В поисках идеала: что смотреть на АРХ Москве 2026
Завтра в Гостином дворе стартует 31 по счету АРХ Москва. Участникам и гостям предложено отправиться на поиски идеала – именно так заявлена в этом году тема форума. Составили подборку того, на что можно обратить внимание. Она субъективная – виднее, конечно, будет на самой выставке. Приходите.
Под алюминиевыми парусами
Электростанция района Синьхуэй по проекту UUA на юге Китая использует как топливо отходы и одновременно служит эффектным ориентиром для автомобилистов и моряков.
Деловой круг
Компания Snøhetta переосмыслила офисное пространство для ведущей азиатской консалтинговой компании, предложив более гибкую и адаптивную пространственную модель, ключевым элементом которой является круглая в плане зона, где можно общаться, работать и проводить различные мероприятия.
Олег Шапиро: «Мы проектируем жизнь целиком, во всем...
Wowhaus давно уже не специализируется на «благоустройстве». Одна из новых тем – неоиндустриализация. Другая – большие мастер-планы. Но и с Парком Горького работа вновь идет. Только более системная и масштабная. В этом интервью – одновременно вспоминаем Колхаса, Стрелку, историю внимания к «городской среде» – и выясняем, чем именно сейчас занят Wowhaus и как устроена его работа. Из 9 подразделений и 160, примерно, сотрудников.
Красная карточка за авторское право
Концепция развития территории футбольного стадиона «Шинник» в Ярославле, подготовленная ПИ «АРЕНА», заняла второе место в открытом конкурсе. Авторы предложили объединить в единую структуру арену, гостиницу и штаб-квартиру банка «ПСБ», тщательно проработав сценарии использования. Тем не менее, конкурс был организован таким образом, что архитекторы приняли решение отказаться от денежного вознаграждения в пользу сохранения авторского права.
Новая коллекция МАФов
Технопарк «Айра» и Pergaev Bureau представят совместную коллекцию МАФов на XXXI Международной выставке-форуме архитектуры и дизайна АРХ МОСКВА 2026
Хвост кометы
KANVA Moscow спроектировали 135-метровую башню бизнес-центра как композиционный акцент новой застройки Северного речного порта. Срезанный по всей высоте угол башни создает оригинальный образ то ли оригами, то ли пера, а может и кометы.
На глубине 101
Концептуальный прокт Arch(e)type – 250-метровая башня, композиционным центром которой является вертикальный бассейн – вдохновлен рекордом Натальи Молчановой, покорившей глубину 100 метров на задержке дыхания. Комплекс в случае реализации станет мировым центром фридайвинга, а также гидролабораторией для тренировки космонавтов. Сейчас самый глубокий бассейн – 60-метровый Deep Dive Dubai.
Грустный аттракцион
Привлекательная составляющая выставки сербских средневековых памятников в московском Музее архитектуры – AR, дополненная реальность, которая «поднимает» планы виртуальными моделями храмов и позволяет на несколько минут окунуться в обстановку их внутренних пространств. Памятники первоклассные – Грачаны, Дечаны; а объединяет их принадлежность к списку ЮНЕСКО «под угрозой». Сходство с кладбищем в дизайне экспозиции, надо думать, вовсе не случайное.
Каменный имплант
CQFD Architecture возвели в Париже социальный жилой дом со скульптурным фасадом из светлого известняка, добытого в знаменитых карьерах Вассен.
Светящаяся загадка
Коллекция питерских ресторанов пополнилась в прошлом году еще одним интересным для эстетов и гурманов местом – рестораном Self Edge Chinois от бюро SEEU. Вдохновляясь китайской культурой и искусством, которыми так легко очароваться, но так трудно понять их до конца, архитекторы сделали ставку на творческую интерпретацию наиболее ярких образов, ассоциирующихся с далекой Поднебесной.
Сфера интересов
27 мая открывается 31-я «Арх Москва», на которой по традиции будут представлены несколько авторских павильонов. Публикуем манифест и проектные материалы одного из них. Архитектуру павильона придумал Алексей Ильин, руководитель собственной мастерской, работающий в оригинальной художественной манере, генеалогия которой восходит еще к т.н. планетарному (Space Age) стилю в дизайне, а также архитектуре монреальского ЭКСПО 1967 года, в значительной степени вдохновленной космосом.
Афинская школа в сочинском парке
Дети – не маленькие взрослые. Школа – не офис для детей. Сочи – это юг. Это три утверждения, с которых BuroMoscow начали работу над концепцией лицея «Сириус», – и три архитектурных решения, из которых сложился проект.
Развитие и поддержка
По проекту бюро ulab рядом с храмом Андрея Рублева в Раменках строится центр дополнительного образования для молодых людей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации. На форму здания повлияло желание соединить зеленый внутренний двор, активную зону у главного входа, а также атриум как главное общественное пространство.
Скрытый источник
Концептуальный проект купели близ пещерного монастыря Качи-Кальон – собственная инициатива архитектора Артема Зайцева. Формы здания основаны на гармонии золотого сечения, вторят окружающему скальному ландшафту и отсылают к раннехристианскому зодчеству.
В поисках вопросов
На острове Хайнань открылось новое здание музея науки по проекту MAD. Все его выставочные зоны выстроены в единый маршрут, развивающийся по спирали.
Между fair и tale, или как поймать «рынок» за хвост
На ВДНХ открылась выставка «Иномарка», исследующая культовую тему романтического капитализма 1990-х. Ее экспозиционный дизайн построен на эксперименте: его поручили трем авторам; а эффект знакомый – острого натурализма, призванного погрузить посетителя в ностальгическую атмосферу.
Казанские перформансы
В последние дни мая в Казани в шестой раз пройдет независимый фестиваль медиаискусства НУР, объединяющий медиахудожников, музыкантов и перформеров со всего мира. Организаторы фестиваля стремятся показать знаковые архитектурные объекты Казани с другого ракурса, открыть скрытые исторические части города и погрузить зрителей в новую реальность. Особое место в программе занимают музыкально-световые инсталляции. Рассказываем, что ждет гостей в этом году.
Друзья по крыше
В честь 270-летия Александринского театра на крыше Новой сцены откроется общественное пространство. Варианты архитектурной концепции летней многофункциональнй площадки с лекторием и камерной сценой будут создавать студенты петербургских вузов в рамках творческой лаборатории под руководством «Студии 44». Лучшее решение ждет реализация! Рассказываем об этой инициативе и ждем открытия театральной крыши.
На воскресной электричке
Для поселка Ушково Курортного района Санкт-Петербурга архитектурная мастерская М119 подготовила проект гостиницы с отдельно стоящим физкультурно-оздоровительным центром. Ячейки номеров, деревянные рейки на фасадах, а также бетонные блоки, акцентирующие функциональные блоки, отсылают к наследию советских санаториев и детских лагерей.
Наука на курорте
Здание для центра научно-промышленных исследований Чжэцзянского университета на острове Хайнань извлекает максимум из мягкого климата и видов на море. Авторы проекта – UAD, архитектурный институт в составе того же вуза.
Идеалы модернизма
В Дубне благодаря инициативе руководства Объединенного института ядерных исследований (ОИЯИ) реконструировано модернистское здание. По проекту Orchestra Design в Доме международных совещаний открылся выставочный зал «Галерея ОИЯИ», чья деятельность будет проходить на стыке науки и искусства. И первой выставкой, иллюстрирующей этот принцип, стала экспозиция одного из самых известных художников современности, пионера российского кинетизма Франциско Инфантэ.
Мембрана для мысли: IND
Бюро IND предложило для ФИЦ биомедицинских технологий проект, вдохновлённый устройством нейронной сети: многогранные полупрозрачные объёмы, сдвинутые относительно друг друга, образуют «живую структуру» – с «синапсами» общих дворов, где случайный разговор в атриуме может превратиться в научную коллаборацию.
Сплав мировых культур
Гостевой дом, построенный по проекту Osetskaya.Salov на окраине Переславля-Залесского, предлагает путешественнику насыщенное пространство, которое дополнит опыт пребывания в древнем городе. Внутри – пять номеров, отсылающих к славянской, африканской, индуистской, европейской и латиноамериканской культурам. Их расширяют общие пространства – терраса с коммунальным столом, эскуплуатируемая кровля с видом на город, укромный сад. Оболочка здания транслирует универсальное высказывание, вбирая в себя черты всех культур.
«Шартрез д’Эма»: монастырь под Флоренцией как архетип...
Петр Завадовский рассматривает влияние картезианского монастыря в тосканском Галлуццо на формирование концептуальных основ жилищной архитектуры Ле Корбюзье, а также на его проект «дома вилл» – Immeuble-villas.