Комплекс состоит из двух десятиэтажных корпусов разной длины, расположенных перпендикулярно друг другу. Это обусловлено, с одной стороны, сильной вытянутостью участка, с другой – тем, что он находится на пересечении двух оживленных магистралей: МКАДа и Рублево-Успенского шоссе. При движении по любой из этих автодорог можно будет одновременно наблюдать слегка изломанное очертание стеклянной плоскости одного корпуса, и медное кружево торцевого завершения другого.
Кажется, что при создании этого проекта авторы поставили цель – ничего лишнего. В результате получились два очень крупных объема, подобных друг другу. Архитекторы определяют их как «валуны», приподнятые – левитирующие – над землей на блестящих, обернутых гнутым стеклом ножках. Корпуса настолько подобны друг другу, что кажется, что их отрезали каким-то гигантским ножом от чего-то очень большого, как ломти хлеба от батона. Это большое было внутри стеклянным, а снаружи имело медную кожу – вот и получилось, что на «срезах» – фасады целиком стеклянные, а вокруг обернуты золотистой медной «лентой». Контуры ленты состоят из прямых линий, заостренных углов, что вместе заставляет даже мимолетного зрителя-автомобилиста ощутить «натяжение» металла. Но при «разрезании» на стеклянных плоскостях остались «крошки» – их роль выполняют подвешенные к фасаду снаружи «холодные» стекла, повернутые под разным углом – часть из них отражает небо, часть землю. Эти элементы целиком декоративны – их роль состоит в том, чтобы оживлять исполинские стеклянные плоскости. Но они похожи на открытые фрамуги – если вспомнить, например, витраж гаража, построенного Констанстином Мельниковым на Сущевском валу, то здесь получается очень похоже на Мельникова.
Итак, проект очень сдержан в деталях: псевдо-«фрамуги» на стеклянных плоскостях и ажур медных торцов – пожалуй все, что можно отметить из малых форм. Основное впечатление производит объем, форма двух корпусов очень цельная. И как всякая цельная форма, она подталкивает к дизайнерским сравнениям – заставляет нас сопоставить нечто большое – десятиэтажное здание – с чем-то знакомым и поменьше. Так проще понимать эти здания, и поэтому аналогии рождаются сами собой. Итак, корпуса немного похожи на послевоенные радиолы на ножках, обернутые полосами темно-красной фанеры – чудесные источники чужеземных голосов и новой музыки (ср.:«смеркалось, только тих и светел приемник голоса ловил»).
Но их контуры не скругленные, а остроугольные. Простые фигуры как будто бы «рванули с места» под действием невидимого притяжения, в результате чего боковые линии фасадов прогнулась и застыли. Этот порыв в сочетании с изломами торцов напоминает другой предмет из той романтичной поры – американские автомобили с «плавниками». Использование так называемых «плавников» – специальных выступов кузова – определяло автомобильный дизайн в США, а следовательно по всему миру, на протяжении почти десятилетия. Плавниковый стиль – это автомобильная романтика 50-60х годов. Блестящие «Форды» и «Паккарды», скорость, свобода и рок-н-ролл. А также – уже позабытая в московских пробках радость от вождения.
Поскольку другой застройки поблизости практически нет, кроме АЗС и пятиэтажного офисного здания недалеко от меньшего корпуса, весь комплекс «общается» только с лесным массивом и лентами дорог. Он и ассоциативно, и фактически рассчитан на движение, максимальный эффект восприятия объемов достигается из окна автомобиля, едущего с хорошей скоростью. Что подтверждается компьютерным моделированием движения автомобиля по шоссе мимо комплекса – кстати сказать, «Сергей Киселев и Партнеры» все свои проекты уже давно сверяют с анимированной 3D моделью. Это позволяет достичь большей точности.
Медные торцы отчетливо видны издалека. По словам авторов, идея использования меди возникла не сразу. Заказчик проекта, компания «Вестстроймет», занимается металлопрокатом, использование в отделке металлических элементов должно было отразить направление его деятельности. Первоначально хотели использовать патинированную ржавчину, популярность этого материала у московских застройщиков растет день от дня, однако затем отказались от этого из-за возможных трудностей в эксплуатации. Тогда решили сделать «обертку» фасадов медной. Точнее, здесь будет использован желтовато-золотистый сплав меди и алюминия Tecu-Gold – материал, еще не сертифицированный в России, что, разумеется, добавляет архитекторам работы, «страданий за красоту» по части утверждения здесь нового подвида облицовки.
Оба корпуса стоят на одном стилобате, образующем цокольный этаж. И стилобат, и его глухие ограждения облицованы натуральным камнем, гранитом светло-серого цвета. Подвальных помещений нет, так как грунты достаточно влажные, неудобные, поэтому различные технические помещения располагаются на цокольном этаже. Корпуса также соединены на уровне первого этажа теплым переходом. Это общее внутреннее пространство предполагается превратить в общественную зону, где разместятся столовые, ресторан, отделение банка и небольшие магазины, а также вестибюли и входы лифтов. Можно сказать, что это замкнутое пространство имитирует уличную среду, ведь поблизости от административно-делового центра нет иных общественных зон, а внешнее оформление внутренней площади комплекса представляет собой пространство разграничения между автомобильными въездами на парковки, тротуарами и газонами.
Еще любопытно заметить, что для компании «Сергей Киселев и Партнеры» этот проект – первый, вышедший за черту города (все остальные проекты, около 300 за всю историю компании, сделаны для Москвы, за исключением одного очень раннего и нехарактерного). Выход за черту, правда, условный, т.к. адрес комплекса – Рублево-Успенское шоссе, дом 1. Москва рядом. И все же – архитектурный образ трансформируется под воздействием МКАД-овских скоростей и автомобильного окружения. Настоящим контекстом для этих зданий становятся автомобили, а не окружающие постройки. Что логично – машины-то сейчас обладают отточенным до мелочей дизайном, с ними и сравниться не грех, они и составляют тут настоящий контекст.
В целом можно сказать, что такая архитектура движения, просто невозможна в центре города, ее красота потеряется в нем, станет неуместной, как у зажатого в стоящем потоке машин авто. Зато здесь, на выезде из Москвы простые, устремленные формы создают у смотрящего удивительное чувство свободы. Обычно архитектура высвобождает человека по вертикали, устремляясь вверх. Комплекс на Рублево-Успенском шоссе символизирует более редкую свободу движения — по горизонтали.
