Градплан Москвы: «Наша цель – интенсификация сценария городской жизни на прибрежных территориях Москвы-реки»

Говорим с руководителем института Градостроительного планирования города Москвы – о том, чем занимается институт, и о его главном сейчас проекте – градостроительном развитии прибрежных территорий Москвы-реки.

mainImg
В 2014 году конкурс на «Градостроительное развитие территорий, прилегающих к Москве-реке» выиграл консорциум во главе с бюро «Проект Меганом». Конкурс был громким, – тогда казалось, что вот-вот река преобразится, а за ней и значительная часть города. «Мы получили колоссальную базу идей, неоценимых для дальнейшего развития города», – так прокомментировал результаты конкурса Москвы-реки Сергей Кузнецов. Но масштаб задачи – гигантский, она требует большого объема серьезной, нередко рутинной работы. Работа начата и ведется, но говорят о ней сейчас не очень много.

Затем, в 2015 году, НИ и ПИ Генплана совместно с архитекторами «Меганома» разработал на основе победившего конкурсного предложения следующий, более детализированный вариант концепции развития прибрежных территорий с перспективой до 2035 года. В 2016 году оператором реализации концепции градостроительного развития прибрежных территорий стал НИ и ПИ Градостроительного планирования города Москвы. Мы поговорили с его директором Диной Саттаровой о результатах работы 2017 года.
zooming

Дина Саттарова, директор института
Градостроительного планирования города Москвы

Конкурс на градостроительное развитие Москвы-реки был одним из первых конкурсов Москомархитектуры, наряду с парком Зарядье и новыми станциями метро. Однако, в отличие от упомянутых конкурсов, мы так и не увидели продолжения темы, и как-то все подзабыли про него.

– Масштаб проекта «Москва-река» невозможно сравнивать с точечными объектами, даже такими грандиозными, как парк «Зарядье», не говоря уже о станциях метро. Здесь важно не только разрабатывать архитектурно-планировочные решения отдельных участков, но и представлять картину в целом. При этом достаточно детально, так как Москва-река протекает через весь город и связывает в единое целое совершенно разные по своему характеру территории, и одновременно – планировочно – разделяет их. Наша задача – в глубоком анализе различных аспектов и в какой-то степени – координации проектировщиков и застройщиков, работы различных организаций, отвечающих за отдельные направления – транспорт, воду, очистные сооружения. Необходимо также отметить, что после конкурса началась повседневная и рутинная, в сущности, работа, этапы которой не нуждаются в постоянном освещении. Город уже начал получать результаты работы градостроителей по прибрежным зонам – это и благоустроенные набережные по программе «Моя улица», и текущая реализация крупных градостроительных инициатив вдоль набережной, включая застройку, инженерно-транспортную инфраструктуру, элементы благоустройства.

– Какие работы по развитию прибрежных территорий выполняет ваш институт?

– Институт актуализировал и вывел на новый уровень проработки градостроительного и архитектурно-пространственного развития территорий концептуальный замысел, предложенный победителями конкурса. Мы провели оценку градостроительного потенциала прибрежных территорий площадью около трех с половиной тысяч гектар.

Разработан проект стратегии их развития, это – комплексная работа. С одной стороны мы предлагаем стратегическое планирование, с другой – «опускаемся» на уровень проработки архитектурно-планировочных решений отдельных участков. Результатом стратегии станет комплексный сценарий градостроительного развития территорий, прилегающих к Москве-реке, направленный на создание единого, связного городского пространства, обеспечивающего эффективное социально-экономическое, экологическое, транспортное и пространственное развитие. Цель стратегии – интенсификация сценария городской жизни, рост деловой активности и инвестиционной привлекательности территорий. Мы также выполняем архитектурные концепции для отдельных фрагментов территорий.

– Столь масштабные проекты рассчитаны на долгосрочную перспективу. Учитывается ли опыт зарубежных проектов, прежде всего – уже реализованных?

– Зарубежных примеров много, и мы постоянно исследуем успешные примеры реорганизации прибрежных территорий разных городов мира. Наиболее подробно мы остановились на изучении опыта Нью-Йорка, где, на наш взгляд, разработана в том числе наиболее полная иерархия необходимых документов – от уровня стратегического планирования развития всей прибрежной территории города с глубоким анализом социальных, экологических и экономических аспектов, отраженного в New York City Comprehensive Waterfront Development Plan – Vision 2020, до уровня отдельных фрагментов прибрежных территорий. В качестве примера последнего можно привести проект Transforming the East River Waterfront, где формирование и активизация связей прилегающих районов и реки рассматривается как определяющий фактор успешного развития территорий: эти связи должны быть усилены открытыми общественными пространствами на подходах к реке и на самой реке. Именно этот принцип мы взяли за основу при разработке архитектурных концепций на участки прибрежных территорий, формируя и активизируя как продольные связи вдоль реки, так и поперечные связи, обеспечивающие доступ к реке.
Разорванные и установленные связи между городом и прибрежными территориями Ист ривер в Нью-Йорке -- East River Waterfront -- The City of New York. Used with permission of the New York City Department of City Planning. All rights reserved

– Очевидно, что стратегия призвана повлиять на различные аспекты жизни горожан. Каким образом учитываются интересы городского сообщества?

– По нашему заказу коллективом социологов под руководством профессора Виктора Вахштайна было проведено социологическое исследование запросов основных групп пользователей прибрежных территорий Москвы-реки для определения корреспондирующих сценариев развития. На основе опроса жителей прибрежных территорий и посетителей набережных, инвесторов и девелоперов, туристических компаний и экспертов определялись форматы благоустройства набережных для комфортного досуга; услуги, сервисы, события и виды экономической деятельности. Получены предложения экспертного сообщества; выявлены ожидания бизнес-сообщества от участия в инвестиционных проектах развития прибрежных территорий вдоль Москвы-реки и определен уровень платежеспособности и покупательской активности на набережных. Были разработаны сценарии развития прибрежных территорий в зависимости от их местоположения.

Институт также провел оценку градостроительного потенциала прибрежных территорий от Мневниковской поймы до западной части Нагатинской поймы города Москвы – для согласованной разработки ее оптимальной функционально-планировочной структуры, отраслевого, инфраструктурного и экономического развития. Мы проанализировали существующее положение и определили параметры градостроительного развития территории, сформулировали предложения по планировочной организации, архитектурно-градостроительным решениям, развитию инженерной, транспортной и социальной инфраструктуры; выполнили укрупненный расчет затрат.

– Каким образом в вашей работе отражена концепция-победитель конкурса 2014 года и участвует ли «Меганом» в разработке проекта сейчас?

– Да, «Меганом» разрабатывает архитектурно-планировочные решения некоторых прибрежных участков. В частности – территории части центральных набережных, которые не вошли в программу «Моя улица», фрагменты неблагоустроенных сходов к воде, для которых требуются реконструктивные мероприятия. Предлагаемые архитекторами локальные решения интегрируются специалистами нашего института в единую функционально-планировочную структуру прибрежных территорий с целью формирования связанной, открытой и доступной общественной среды вдоль набережных.

Нельзя сказать, что мы полностью основываемся на концепции «Меганома», но их предложение стало отправной точкой как анализа территорий, так и предлагаемых нами решений. К примеру, мы изучили возможность фильтрации воды в Москве-реке с помощью предложенных «Меганомом» искусственных островов.

Экологи и инженеры нашего института исследовали текущую ситуацию, и оказалось, что в силу многих причин, в том числе климатических и экономических, в Москве пользоваться такой моделью очистки воды нецелесообразно и неэффективно, по крайней мере, на настоящем этапе: далеко не все поверхностные дождевые стоки проходят очистку перед тем, как попасть в Москву-реку, в то время как именно они являются источником сильнейшего загрязнения – так что в первую очередь для улучшения экологии Москвы-реки необходимо решить эту проблему. Благодаря полученным официальным данным мы определили места существующих очистных сооружений и предложили схему размещения новых. Некоторые из них будут оборудованы эксплуатируемой кровлей, на которой планируется обустроить общественное пространство, насыщенное разнообразными функциями: детскими площадками, пристанью, кафе – и станут точками притяжения.
Очистные сооружения с эксплуатируемой кровлей. Визуализация © Институт Градостроительного планирования города Москвы, 2017
Очистные сооружения с эксплуатируемой кровлей. Разрез © Институт Градостроительного планирования города Москвы, 2017


– Благоустроенные кровли очистных сооружений – интересный ход. Что еще из новых решений, каких-то новых частностей большого проекта Москвы-реки, вы бы назвали? 

– В частности, мы предложили создать «балконы» под Шелепихинским и Дорогомиловским мостами.

Балкон под Дорогомиловским мостом призван стать новым центром притяжения горожан – это общественное пространство, многофункциональная трансформируемая площадка: открытая сцена для перфомансов, в том числе постановок театра Петра Фоменко, и в то же время – видовая площадка, место активного отдыха. Конструкция будет выступать за пределы берега не более чем на 20 метров. Такое решение позволит максимально близко подойти к воде, а благодаря ярусной конструкции самой площадки на ней смогут находиться до 200 человек.
Балкон под Дорогомиловским мостом, план © Институт Градостроительного планирования города Москвы, 2017
Балкон под Шелепихинским мостом © Институт Градостроительного планирования города Москвы, 2017
Балкон под Белорусским мостом © Институт Градостроительного планирования города Москвы, 2017


– Раз уж мы говорим о реке – предусмотрены ли новые мосты? 

– Да, и довольно много. На сегодняшний день в планы градостроительного развития территорий Москвы-реки в зоне центрального бьефа входит создание 17 новых мостов, 9 из них автомобильно-пешеходные, 8 – только пешеходные: два на территории реконструируемого ЗИЛа, четыре пешеходных моста над Москвой-рекой, несколько – над железнодорожными путями, разрезающими ткань города не менее радикально, чем реки. Шесть из этих мостов уже включены в ППТ (проект планировки территории), 8 было предложено в проекте НИ и ПИ Генплана. Проанализировав этот материал и транспортную ситуацию, наш институт предложил еще три новых пешеходных моста: один к западу от Сити, между Ботаническим садом Первого МГМУ на левом берегу реки и улице Кульнева на правом; второй – над путями Киевской железной дороги, недалеко от станции метро Студенческая, этот мост должен соединить район Бережковской набережной с районом Студенческой улицы и Кутузовским проспектом, третий – на перспективу развития территории Павелецкого грузового двора. В зоне развития территории Павелецкого грузового двора также предложен один автомобильно-пешеходный мост для связи 1-го Павелецкого проезда с Дубининской улицей.
Предлагаемая концепция пешеходного моста между Ботаническим садом Первого МГМУ (на левом берегу Москвы-реки) и улицей Кульнева (на правом берегу Москвы-реки) © Институт Градостроительного планирования города Москвы, 2017
Предлагаемая концепция пешеходного моста между Ботаническим садом Первого МГМУ (на левом берегу Москвы-реки) и улицей Кульнева (на правом берегу Москвы-реки) © Институт Градостроительного планирования города Москвы, 2017


– Вы упомянули координацию работы различных ведомств. Зона реки, ее берега – сложная в этом отношении территория, здесь задействованы не только местные власти, но и федеральные. Как это осуществляется на практике?

– Действительно, некоторые предлагаемые нами мероприятия требуют активного межведомственного взаимодействия регионального и федерального уровней. В частности, наш институт по поручению куратора нашей работы – главного архитектора города Сергея Кузнецова – разработал концепцию пассажирских водных маршрутов по Москве-реке.

Дирекция Московского транспортного узла, имеющая тройное ведомственное подчинение – Российской Федерации, Москвы и Московской области – помогает обсудить разработанную нами концепцию с коллегами из федеральных и региональных ведомств.

Большую поддержку нам оказывает Владимир Ивкин, начальник Управления развития транспортно-логистической инфраструктуры и внутреннего водного транспорта. Мы надеемся, что благодаря его участию и заинтересованности коллег из различных ведомств сможем постепенно доработать концепцию и довести проект до реализации.

– Помимо развития прибрежных территорий Москвы-реки какие еще проекты разрабатываются в институте?

– На сегодняшний день в составе НИ и ПИ Градплана города Москвы – шесть производственных подразделений: архитектурно-планировочное управление, управление научно-экономических исследований, отделы инженерной инфраструктуры, оценки и развития социальной инфраструктуры, а также транспортная и экологическая мастерские.

Институт создан относительно недавно, в 2012 году, как учреждение, подведомственное Комитету по архитектуре и градостроительству города Москвы. Мы активно вовлечены в разработку проектов планировки территорий в целях реализации Программы реновации жилищного фонда в городе Москве, а также в проекты планировки транспортно-пересадочных узлов, ведем работы по генеральному и мастер-планированию. За короткое время деятельности института выполнена оценка градостроительного потенциала территорий города Москвы общей площадью 60 тысяч 500 гектар, в том числе целого ряда промышленных зон в составе тридцати одной производственной территории.

В 2017 году институт разработал методические рекомендации по оценке экономической эффективности комплексного развития территорий – для проектировщиков.

Наша научно-исследовательская деятельность также направлена на совершенствование методов математического моделирования транспортной системы города. Специалисты транспортной мастерской ГАУ «НИ и ПИ Градплан города Москвы» разработали программно-технический комплекс – модель транспортного спроса города Москвы и Московской агломерации. Модель обладает целым рядом преимуществ и используется при разработке всей градостроительной документации, разрабатываемой институтом – но это, я думаю, тема для отдельного разговора...
 

12 Февраля 2018

Похожие статьи
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
Дерево за 15 лет
Поемия АРХИWOOD опрашивает членов своего экспертного совета главной премии: что именно произошло с деревянным строительством за эти годы, какие заметные изменения происходят с этим направлением сейчас и что ждет деревянное домостроение в будущем.
Марина Егорова: «Мы привыкли мыслить не квадратными...
Карьерная траектория архитектора Марины Егоровой внушает уважение: МАРХИ, SPEECH, Москомархитектура и Институт Генплана Москвы, а затем и собственное бюро. Название Empate, которое апеллирует к словам «чертить» и «сопереживать», не должно вводить в заблуждение своей мягкостью, поскольку бюро свободно работает в разных масштабах, включая КРТ. Поговорили с Мариной о разном: градостроительном опыте, женском стиле руководства и даже любви архитекторов к яхтингу.
Андрей Чуйков: «Баланс достигается через экономику»
Екатеринбургское бюро CNTR находится в стадии зрелости: кристаллизация принципов, системность и стандартизация помогли сделать качественный скачок, нарастить компетенции и получать крупные заказы, не принося в жертву эстетику. Руководитель бюро Андрей Чуйков рассказал нам о выстраивании бизнес-модели и бонусах, которые дает архитектору дополнительное образование в сфере управления финансами.
Технологии и материалы
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Сейчас на главной
Рейтинг нижегородской архитектуры: шорт-лист
В середине марта в Нижнем Новгороде объявят победителя – или победителей – шестнадцатого архитектурного рейтинга. И разрежут торт в форме победившего здания. Сейчас, пока еще идет работа профессионального жюри, мы публикуем все проекты шорт-листа. Их шестнадцать.
Сносить нельзя, надстроить
Молодое бюро из Мюнхена CURA Architekten реконструировало в швейцарском Давосе устаревший школьный корпус 1960-х, добавив этаж и экологичные деревянные фасады.
Визуальная чистота
Как повысить популярность медицинской клиники? Квалификацией персонала? Качеством услуг? Любезностью персонала? Да, конечно, именно эти факторы имеют решающее значение, но не только они. Исследования показали, что дизайн имеет огромное значение, особенно если поставить перед собой задачу создать психологически комфортное, снижающее неизбежный стресс пространство, как это сделало бюро MA PROJECT в интерьере офтальмологической клиники Доктора Самойленко.
Кирпичная вуаль
В проекте клубного дома в Харитоньевском переулке бюро WALL повторили то, что обычно получается при 3D-печати полимерами – в кирпиче: сложную складчатую форму, у которой нет ни одного прямого угла. Кирпич превращается в монументальное «покрывало» с эффектом театрального занавеса. Непонятно, как он на это способен, но в том и состоит интрига и драматургия проекта.
Иглы созерцания горизонта
«Дом Горизонтов», спроектированный Kleinewelt Architekten в Крылатском, хорошо продуман на стереометрическом уровне начиная от логики стыковки объемов – и, наоборот, выстраивания разрывов между ними и заканчивая треугольными балконами, которые создают красивый «ершистый» образ здания.
Отель у озера
На въезде в Екатеринбург со стороны аэропорта Кольцово бюро ARCHINFORM спроектировало вторую очередь гостиницы «Рамада». Здание, объединяющее отель и аквакомплекс, решено единым волнообразным силуэтом. Пластика формы «реагирует» на содержание функционального сценария, изгибами и складками подчеркивая особенности планировки.
Земля как материал будущего
Публикуем итоги открытого архитектурного конкурса «Землебитный павильон». Площадка для реализации – Гатчина. Именно здесь сохранился Приоратский дворец – пожалуй, единственное крупное землебитное сооружение в России. От участников требовалось спроектировать в дворцовом парке современный павильон из того же материала.
Сокровища Медной горы
Жилой комплекс, предложенный Бюро Ви для участка на улице Зорге, отличает необычное решение генплана: два корпуса высотой в 30 и 15 этажей располагаются параллельно друг другу, формируя защищенную от внешнего шума внутреннюю улицу. «Срезы» по углам зданий позволяют добиться на уровне пешехода сомасштабной среды, а также создают выразительные акценты: нависающие над улицей ступенчатые объемы напоминают пещеру, в недрах которой прячутся залежи малахита и горного хрусталя.
Рога и море, цветы и русский стиль
Изучение новых проектов, анонсированных – как водится, преимущественно в Москве, дает любопытный результат. Сумма примерно такая: если башня, в ней должно быть хотя бы что-то, но изогнуто или притворяться таковым. Самой популярной, впрочем, не вчера, стала форма цветка, этакого гиацинта, расширяющегося снизу вверх. Свои приоритеты есть и у клубных домов: после нескольких счастливых лет белокаменного лаконизма среднеэтажная, но очень дорогая типология погрузилась в пучину русского стиля.
От черных дыр до борьбы с бедностью
Представлен новый проект Нобелевского центра в Стокгольме – вместо отмененного решением суда: на другом участке и из более скромных материалов. Но архитекторы прежние – бюро Дэвида Чипперфильда.
Первобытная мощь, или назад в будущее
Говорящее название ресторана «Реликт» вдохновило архитекторов бюро LEFT design на создание необычного интерьера – брутального и немного фантазийного. Представив, как выглядел бы мир спустя годы после исчезновения человечества, они соединили природную эстетику и постапокалиптический дизайн в харизматичный ансамбль.
Священная роща
Петербургский Градостроительный совет во второй раз рассмотрел проект реконструкции крематория. Бюро «Сириус» пошло на компромисс и выбрало другой подход: два главных фасада и торжественная пешеходная ось сохраняются в параметрах, близких к оригинальным, а необходимое расширение технологии происходит в скрытой от посетителей западной части здания. Эксперты сошлись во мнении, что теперь проект можно поддержать, но попросили сберечь сосновую рощу.
Конный строй
На территории ВДНХ открылся крытый конноспортивный манеж по проекту мастерской «Проспект» – современное дополнение к историческим павильонам «Коневодство».
Высотные каннелюры
Небоскреб NICFC по проекту Zaha Hadid Architects для Тайбэя вдохновлен характерными для флоры Тайваня орхидеями рода фаленопсис.
Хартия Введенского
В Петербурге открылся музей ОБЭРИУ: в квартире семьи Александра Ввведенского на Съезжинской улице, где ни разу не проводился капитальный ремонт. Кураторы, которые все еще ищут формат для музея, пригласили поработать с пространством Сергея Мишина. Он выбрал путь строгой консервации и создал «лирическую руину», самодостаточность которой, возможно, снимает вопрос о необходимости какой-либо экспозиции. Рассказываем о трещинках, пятнах и рисунках, которые помнят поэтов-абсурдистов, почти не оставивших материального наследия.
В ритме Бали
Проектируя балийский отель в районе Бингина, на участке с тиковой рощей и пятиметровыми перепадами, архитекторы Lyvin Properties сохранили и деревья, и природный рельеф. Местные материалы, спокойные и плавные линии, нивелирование границ между домом и садом настраивают на созерцательный отдых и полное погружение в окружающий ландшафт.
Манифест натуральности
Студия Maria-Art создавала интерьер мультибрендового магазина PlePle в Тюмени, отталкиваясь от ассоциаций с итальянской природой и итальянским же чувством красоты: с преобладанием натуральных материалов, особым отношением к естественному свету, сочетанием контрастных фактур и взаимодополняющих оттенков.
Сад под защитой
Здание начальной школы и детского сада по проекту бюро Tectoniques в Коломбе, пригороде Парижа, как будто обнимает озелененную игровую площадку.
Маленький домик, русская печка
DO buro разработало линейку модульных домов, переосмысляя образ традиционной избы без помощи наличников или резных палисадов. Главным акцентом стала печь, а основой модуля – мокрый блок, вокруг которого можно «набирать» помещения, варьируя площадь дома.
От усадьбы до квартала
В рамках конкурса бюро TIMZ.MOSCOW подготовило концепцию микрорайона «М-14» для южной части Казани. Проект на всех уровнях работает с локальной идентичностью: кварталы соразмерны земельным участкам деревянных усадеб, в архитектуре используются традиционные материалы и приемы, а концепция благоустройства основана на пяти известных легендах. Одновременно привнесены проверенные временем градостроительные решения: пешеходные оси и зеленый каркас, безбарьерная среда, разнообразные типологии жилья.
Софт дизайн
Студия «Завод 11» разработала интерьер небольшого бабл-кафе Milu в Новосибирске, соединив новосибирский конструктивизм, стилистику азиатской поп-культуры, смелую колористику и арт-объекты. Получилось очень необычное, но очень доброжелательное пространство для молодежи и не только.
Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Обзор проектов 1-6 февраля
Публикуем краткий обзор проектов, появившихся в информационном поле на этой неделе. В нашей подборке: здание-луна, дома-бочки и небоскреб-игла.
Красная нить
Проект линейного парка, подготовленный мастерской Алексея Ильина для благоустройства берега реки в одном из жилых районов, стремится соединить человека и природу. Два уровня набережной помогают погрузиться в созерцание ландшафта и одновременно защищают его от антропогенной нагрузки. «Воздушная улица» соединяет функциональные зоны и противоположные берега, а также создает новые точки притяжения: балконы, мосты и даже «грот».
Водные оси
Zaha Hadid Architects представили проект Культурного района залива Цяньтан в Ханчжоу.
Педагогическая и архитектурная гибкость
Экспериментальный проект школы для Парагвая, разработанный испанским бюро IDOM, предлагает не только ресурсоэффективную схему эксплуатации здания, но связанный с ней прогрессивный педагогический подход.
Домашние вулканы
В Петропавловске-Камчатском по проекту бюро АТОМ благоустроена территория у стадиона «Спартак»: половина ее отдана спортивным площадкам, вторая – парку, где может провести время горожанин любого возраста. Все зоны соединяет вело-пешеходный каркас, который зимой превращается в лыжню. Еще одна отличительная черт нового пространства – геопластика, которая помогает зонировать территорию и разнообразить ландшафт.