– Возможность практической работы – это формат, которого не хватает сегодняшним выпускникам. Он особенно интересен тем архитекторам, которые делают первые шаги в профессии или еще учатся. Поэтому последние пару лет мы в нашем бюро ввели формат расширенных стажировок, которые включают в себя и практику, и обучение. У нас и раньше была программа круглогодичной стажировки, но в последнее время мы превратили ее в отдельное направление, в рамках которого занимаемся разработкой инициативных проектов, в том числе в сфере градостроительства и обустройства общественных пространств, исследовательской деятельностью.
Более того, данное направление выросло у нас в формат полноценной летней школы «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики». В этом году через нее прошли более ста человек. Это студенты не столько из Москвы, сколько из регионов. В общей сложности этим летом к нам приехали стажеры из порядка 12 городов. Причем, мы эту Школу старались никак особо не анонсировать. Она состоялась благодаря совпадению нескольких факторов. Среди них – отличная площадка в Доме Архитектора – Архитектурный коворкинг Павла Сонина, и, конечно же, соавторы курса – архитекторы-практики, которые запускали вместе с нами свои образовательные программы в формате проектных мастерских.
– Над какими проектами вы работаете с ребятами?
– Всего через летнюю школу за год мы делаем около 15-20 проектов: от небольших элементов дизайна до крупных градостроительных концепций. В рамках работы со стажерами нам важно выпускать какие-то реальные вещи, при этом проекты очень разношерстные: от эскизного проекта для детского филиала библиотеки им. Ф.М. Достоевского до большого градостроительного проекта в Ижевске. Если первый пример – инициатива дирекции библиотеки, то второй – инициатива самого города, организованная через сообщество «Живые города» и поддержанная затем на уровне губернатора. Есть надежда, что проект пойдет в дальнейшую реализацию, возможно, уже в 2018–2019.
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»
– Чего сейчас для вас больше в работе со студентами: некоего миссионерства или возможности использовать бесплатную рабочую силу?
– Это похоже скорей на серию воркшопов, затраты на организацию которых зачастую превышают полученный результат. Сейчас мы пытаемся найти оптимальный баланс между вложенными и полученными усилиями. Если образовательная составляющая перевешивает, очень тяжело заниматься текущими проектами бюро, поскольку каждый раз приходится объяснять простые вещи – у многих ребят это первый опыт работы на реальными задачами в жестком графике и с высокими требованиями к результату.
Не секрет, что крупные бюро, как правило, неохотно берут студентов без опыта работы, даже на стажировку. С другой стороны, со студентами есть возможность заниматься либо некоммерческими проектами из числе тех, что интересны, либо теми задачами, которые могут дать результат в перспективе – в виде опыта работы в новых областях. Благодаря такому подходу, мы, например, сейчас погружаемся в тему, связанную не столько с архитектурой, сколько с урбанистикой и пространственным развитием городов. Лет пять назад мы вышли на руководство города Зарайска со своим предложением развития исторического центра, и буквально за несколько месяцев оно переросло в проект (так совпало, что в городе начинался конкурс на благоустройство центральной части). Это пример научил нас тому, что иногда важно не дожидаться заказа, а сформулировать идею и прийти с предложением. Тогда можно найти встречный интерес.
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»
– Вы пошли в проект по развитию городского пространства со студентами в качестве эксперимента?
– Отчасти, так. Появился хороший повод дать стажерам интересную масштабную задачу, решая которую, можно будет привнести свои идеи. А это – как раз еще одна важная вещь, которой сегодня, как мне кажется, очень не хватает – предоставить молодым архитектором возможность заявить свою идею и дать им определенный инструментарий того, как это можно воплотить. При этом, разработка финальных презентационных материалов делалась сотрудниками бюро.
– Каким образом происходит отбор студентов на стажировку или проектную работу?
– Сейчас мы стараемся принять всех, кто к нам отправляет заявку, владеет необходимыми компьютерными программами и соответствует обязательному минимуму по портфолио. Мы сознательно позиционируем наши стажировки как образовательный формат. Когда студент заканчивает вуз, он как правило дезориентирован и не понимает, что делать дальше. То, что мы предлагаем – это плавный переход от образования к практической деятельности.
Что касается уровня подготовки студентов, то нам есть, с чем сравнивать. В работе практикантов заметна специфика, чувствуется почерк разных школ. Вместе с тем очень многое зависит от конкретного человека, который к нам приходит – насколько он мотивирован, насколько четко понимает, в каких проектах ему бы хотелось принять участие и какие навыки получить за время стажировки. Сейчас одна из задач, которую мы перед собой ставим, заключается в том, чтобы в короткий срок запускать мотивацию к самостоятельной работе и самообразованию – искать нужную информацию, получать необходимые в работе навыки, находить интерес к проектным задачам независимо от масштаба и сложности.
Кому-то интересно поработать с визуализацией, другим интересны чертежи и генпланы, третьим – заниматься мебелью, четвертые хотят сделать городское исследование. Последнее время мы сразу спрашиваем у тех, кто приходит к нам на стажировку, что им самим интересно, и подобрать подходящие задачи – в какой-то степени составить индивидуальный курс обучения, чтобы от практики был максимальный результат.
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»
– Ваши стажировки платные?
– Нет, и это принципиальный момент. В какой-то момент мы пытались платить студентам за работу, но в процессе пришли к пониманию, что расходы на организацию качественного образовательного формата требуют серьезных ресурсов и думали сделать участие в летней школе платным для студентов. В итоге мы приняли решение держать нулевой денежный баланс – студенты получают знания и практический опыт работы, мы получаем возможность делать инициативные проекты и исследования, при этом никто никому не платит.
– Как нынешние выпускники отличаются от вас самого в их возрасте?
– Пожалуй, за последние 10–15 лет средний уровень студентов вырос в том, что касается презентации идеи, владения специализированными программами, понимания актуальных трендов в архитектуре. Это довольно субъективное мнение, но, честно говоря, я был бы удивлен, если бы на моем потоке, когда я заканчивал вуз, средний уровень ребят был бы таким же, как сейчас. При этом нельзя сказать, что, например, в МАРХИ появились молодые сильные преподаватели, которые могли бы вытянуть этот новый уровень. То есть речь идет скорее о том, что ребята сами ходят, смотрят по сторонам, получают информацию из дополнительных источников. А может это просто нам так везет и на стажировку в бюро стремятся попасть хорошо подготовленные студенты, которые знают что хотят.
Мотивация в образовании значит очень многое. Однако этот фактор непредсказуем и слабо зависит от вуза. В том же МАРХИ базовые профессиональные навыки находятся на высоком уровне, в отличии от желания и мотивации ребят сразу после окончания учебы куда-то двигаться дальше. Это желание приходит чуть позже, если, конечно, вообще приходит. Зачастую мотивированных ребят можно обнаружить в менее «статусных» вузах – бывает, они делают вещи на голову выше остальных.
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»
– Из каких вузов идет стабильная «поставка» классных стажеров?
– Наверное, речь в данном случае идет не о каком-то конкретном вузе, а о преподавателях, учителях, которые, возможно, лучше мотивируют или заставляют ребят тянуться. С некоторыми вузами у нас налажены прочные связи, например, с ГУЗом или «Суриковкой». Но это просто исторически так сложилось.
– Поговорим о профессии архитектора? Как менялось ваше личное отношение к ней?
– То, чем я сейчас занимаюсь, я даже не могу назвать в прямом смысле архитектурой. Если раньше я чертил планировки и фасады зданий и чувствовал себя архитектором, то сейчас большую часть времени трачу на то, что казалось бы не имеет прямого отношения к профессии. Частично речь идет о менеджменте, частично – о работе в тех областях, в которых раньше я ничего не понимал. Например, в градостроительных, урбанистических проектах или организации событийных мероприятий, таких, как фестиваль «Зодчество». Поэтому сейчас для меня большое удовольствие, когда я ближе к ночи могу на пару часов заняться чем-то «привычным» – сделать какую-то картинку и, таким образом, понять, что я еще немножечко архитектор.
В какой-то момент я просто начал все проекты в любой сфере делать как некий архитектурный продукт, который можно точно также проектировать в соответствии с некими алгоритмами, которыми ты владеешь, как архитектор – выстраивать «конструкцию» из очень простых и жестких идей, которые сложно развалить. И на это все потом нанизывается. Иногда даже тексты мне проще «конструировать», как архитектору…
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»
– Вы говорите о некоем архитектурном типе мышления?
– Да, пожалуй. Архитектура дает хорошее владение методикой – когда ты понимаешь, что и в какой последовательности нужно делать, чтобы получить хороший результат.
– Помогает ли архитектурное мышление выигрывать переговоры с заказчиком?
– К коммуникации тоже можно отнестись с позиции архитектурного процесса и выстаивать ее, как устойчивую систему. Раньше мне казалось, что архитектор обязательно должен убеждать. Сейчас у меня нет такой установки, что я непременно должен что-то доказать заказчику. Сегодня человек, который приходит ко мне со своей задачей, является неким контекстом, таким же, как среда, в которой существует здание. Переговоры – неотъемлемая часть проекта. И точно так же, как ты работаешь с местом, ты работаешь с человеком, пытаешься не столько переубедить его, сколько совместно решить проблемы. В таком подходе ты видишь больше решений, альтернатив.
Мне кажется, что оппозиция «Заказчик – Архитектор» – это во многом пережиток девяностых, когда для одних архитекторов заказчик был ушлым человеком с деньгами, но без вкуса, которого нужно воспитывать, а для других – неким абсолютом, любым желаниям которого следует потакать. Сейчас вы просто вместе работаете над задачей. И архитектор в рамках этой задачи нужен не как художник, который реализует свои амбиции за чужой счет, а скорее как технолог, который знает, как найти красивое и оптимальное решение. В тех областях, в которых я сейчас работаю, вообще нет заказчика в традиционном смысле этого слова. Часто это может быть некая инициатива, общественный запрос на изменение ситуации в городе, когда нужно не просто разработать проект, но и собрать вместе людей, которые смогут все это реализовать и профинансировать.
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»
– Насколько важен первый опыт реализации проекта? Что в это момент происходит с архитектором?
– Самое серьезное испытание для архитектора – это когда первый проект, над которым он работает в чертежах, моделях, картинках, вдруг становится реальностью, неотъемлемой частью этого мира. Вот тогда случается некий внутренний перелом, и ты уже начинаешь чувствовать другой уровень ответственности за то, что делаешь. С первым проектом происходит еще одно важное понимание, которое заключается в том, что иногда 2-3 продуктивные встречи с прорабом гораздо важнее, чем год работы над чертежами. Это знание существенно меняет взгляд на весь процесс работы. Я не знаю, хорошо это или плохо, но после первой стройки ты становишься другим человеком.
– Несколько слов про фестиваль «Зодчество». Является ли он для вас ресурсом идей и людей?
– Мы каждый год пытаемся себе ответить на этот вопрос. И не сказать, чтобы это получалось. «Зодчество» – это как раз одна из тех областей, в которой ты не знаешь точно «зачем», но знаешь, что «должен». В какой-то момент мы поняли, что «Зодчество» с нами или без нас все равно будет существовать как некий продукт. Но пока есть силы и желание придать ему новое качество, им все равно нужно заниматься. Если искать практические смыслы в «Зодчестве» для основного бизнеса нашего бюро, то фестиваль – как раз проект про коллективное взаимодействие и воздействие.
– Воздействие на кого? На внешний мир или на самих себя?
– И то, и другое. Потому что сейчас мы пытаемся через «Зодчество», в том числе, понять, как должна выглядеть профессия, в каком контексте она существует, какими возможностями обладает архитектор сейчас и какие компетенции станут ему необходимы в ближайшем будущем.
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»
– Чтобы вы могли посоветовать нынешним начинающим архитекторам?
– Мне кажется, не имеет особого значения, чем заниматься в первое время. Можно, как ни странно, получить прекрасный опыт работы в посредственном бюро. Можно поехать за границу и получить там прекрасный опыт, который невозможно будет применить в России. Можно пойти в очень крутое бюро и заниматься там черновой работай и довольно странными вещами – это тоже нормально. Скорее, вопрос заключается в том, насколько ты сможешь использовать те возможности, которые будут встречаться на твоем пути. Сначала ты из своего опыта можешь извлечь, условно, говоря, 30% пользы, потом дело доходит до 70-80%. Поэтому первый совет такой: нужно учиться извлекать опыт из любых, даже негативных историй – все это будет помогать в будущем.
Второй совет связан с одной вещью, которую я только недавно для себя понял. Это когда ты не знаешь, что и как работает, и очень боишься. А нужно учиться абстрагироваться и не бояться. Мне самому на это потребовалось довольно много времени. Учась в институте, я дошел до определенного уровня понимания вещей, которые нужны в профессии. Затем мне потребовалось время, чтобы понять, что я могу справиться с проектом. Сперва в масштабе квартиры, потом – дома. Сейчас мне уже сравнительно легко работать в масштабе города. Нужно пройти все стадии, поработать во всех масштабах, чтобы появилось понимание того, как сделать любой проект, решить любую задачу. И это очень важно.
Наконец, третий совет начинающему архитектору может выглядеть так: нужно самому формулировать, что тебе интересно и полезно, и пытаться заниматься именно этим любыми средствами и силами. Если есть такая мотивация и она достаточно сильная, все остальное начнет подключаться само собой.
***
Конференция «Открытый город» – событие в сфере архитектурного образования, пройдет в Москве 28–29 сентября. В ее программе: воркшопы от ведущих архитектурных бюро, сессии по актуальнейшим вопросам российского архитектурного образования, презентация исследования «Профессиональное развитие в России и за рубежом: традиционные модели и альтернативные практики», ярмарка дополнительных образовательных программ, Portfolio Review – презентация студенческих портфолио перед ведущими архитекторами и девелоперами Москвы и многое другое.
