Никита Асадов: «Мы предлагаем плавный переход от образования к практической деятельности»

О том, как попасть к нему на стажировку, что такое архитектурное мышление, а также – как важно для архитектора перестать бояться.

Беседовала:
Оксана Надыкто

mainImg
– Никита, ваша команда работает со студентами архитектурных вузов. Зачем это им и вам?

– Возможность практической работы – это формат, которого не хватает сегодняшним выпускникам. Он особенно интересен тем архитекторам, которые делают первые шаги в профессии или еще учатся. Поэтому последние пару лет мы в нашем бюро ввели формат расширенных стажировок, которые включают в себя и практику, и обучение. У нас и раньше была программа круглогодичной стажировки, но в последнее время мы превратили ее в отдельное направление, в рамках которого занимаемся разработкой инициативных проектов, в том числе в сфере градостроительства и обустройства общественных пространств, исследовательской деятельностью.

Более того, данное направление выросло у нас в формат полноценной летней школы «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики». В этом году через нее прошли более ста человек. Это студенты не столько из Москвы, сколько из регионов. В общей сложности этим летом к нам приехали стажеры из порядка 12 городов. Причем, мы эту Школу старались никак особо не анонсировать. Она состоялась благодаря совпадению нескольких факторов. Среди них – отличная площадка в Доме Архитектора – Архитектурный коворкинг Павла Сонина, и, конечно же, соавторы курса – архитекторы-практики, которые запускали вместе с нами свои образовательные программы в формате проектных мастерских.

– Над какими проектами вы работаете с ребятами?

– Всего через летнюю школу за год мы делаем около 15-20 проектов: от небольших элементов дизайна до крупных градостроительных концепций. В рамках работы со стажерами нам важно выпускать какие-то реальные вещи, при этом проекты очень разношерстные: от эскизного проекта для детского филиала библиотеки им. Ф.М. Достоевского до большого градостроительного проекта в Ижевске. Если первый пример – инициатива дирекции библиотеки, то второй – инициатива самого города, организованная через сообщество «Живые города» и поддержанная затем на уровне губернатора. Есть надежда, что проект пойдет в дальнейшую реализацию, возможно, уже в 2018–2019.
zooming
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»

– Чего сейчас для вас больше в работе со студентами: некоего миссионерства или возможности использовать бесплатную рабочую силу?

– Это похоже скорей на серию воркшопов, затраты на организацию которых зачастую превышают полученный результат. Сейчас мы пытаемся найти оптимальный баланс между вложенными и полученными усилиями. Если образовательная составляющая перевешивает, очень тяжело заниматься текущими проектами бюро, поскольку каждый раз приходится объяснять простые вещи – у многих ребят это первый опыт работы на реальными задачами в жестком графике и с высокими требованиями к результату.

Не секрет, что крупные бюро, как правило, неохотно берут студентов без опыта работы, даже на стажировку. С другой стороны, со студентами есть возможность заниматься либо некоммерческими проектами из числе тех, что интересны, либо теми задачами, которые могут дать результат в перспективе – в виде опыта работы в новых областях. Благодаря такому подходу, мы, например, сейчас погружаемся в тему, связанную не столько с архитектурой, сколько с урбанистикой и пространственным развитием городов. Лет пять назад мы вышли на руководство города Зарайска со своим предложением развития исторического центра, и буквально за несколько месяцев оно переросло в проект (так совпало, что в городе начинался конкурс на благоустройство центральной части). Это пример научил нас тому, что иногда важно не дожидаться заказа, а сформулировать идею и прийти с предложением. Тогда можно найти встречный интерес.
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»

– Вы пошли в проект по развитию городского пространства со студентами в качестве эксперимента?

– Отчасти, так. Появился хороший повод дать стажерам интересную масштабную задачу, решая которую, можно будет привнести свои идеи. А это – как раз еще одна важная вещь, которой сегодня, как мне кажется, очень не хватает – предоставить молодым архитектором возможность заявить свою идею и дать им определенный инструментарий того, как это можно воплотить. При этом, разработка финальных презентационных материалов делалась сотрудниками бюро.

– Каким образом происходит отбор студентов на стажировку или проектную работу?

– Сейчас мы стараемся принять всех, кто к нам отправляет заявку, владеет необходимыми компьютерными программами и соответствует обязательному минимуму по портфолио. Мы сознательно позиционируем наши стажировки как образовательный формат. Когда студент заканчивает вуз, он как правило дезориентирован и не понимает, что делать дальше. То, что мы предлагаем – это плавный переход от образования к практической деятельности.

Что касается уровня подготовки студентов, то нам есть, с чем сравнивать. В работе практикантов заметна специфика, чувствуется почерк разных школ. Вместе с тем очень многое зависит от конкретного человека, который к нам приходит – насколько он мотивирован, насколько четко понимает, в каких проектах ему бы хотелось принять участие и какие навыки получить за время стажировки. Сейчас одна из задач, которую мы перед собой ставим, заключается в том, чтобы в короткий срок запускать мотивацию к самостоятельной работе и самообразованию – искать нужную информацию, получать необходимые в работе навыки, находить интерес к проектным задачам независимо от масштаба и сложности.

Кому-то интересно поработать с визуализацией, другим интересны чертежи и генпланы, третьим – заниматься мебелью, четвертые хотят сделать городское исследование. Последнее время мы сразу спрашиваем у тех, кто приходит к нам на стажировку, что им самим интересно, и подобрать подходящие задачи – в какой-то степени составить индивидуальный курс обучения, чтобы от практики был максимальный результат.
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»

Ваши стажировки платные?

– Нет, и это принципиальный момент. В какой-то момент мы пытались платить студентам за работу, но в процессе пришли к пониманию, что расходы на организацию качественного образовательного формата требуют серьезных ресурсов и думали сделать участие в летней школе платным для студентов. В итоге мы приняли решение держать нулевой денежный баланс – студенты получают знания и практический опыт работы, мы получаем возможность делать инициативные проекты и исследования, при этом никто никому не платит.

– Как нынешние выпускники отличаются от вас самого в их возрасте?

– Пожалуй, за последние 10–15 лет средний уровень студентов вырос в том, что касается презентации идеи, владения специализированными программами, понимания актуальных трендов в архитектуре. Это довольно субъективное мнение, но, честно говоря, я был бы удивлен, если бы на моем потоке, когда я заканчивал вуз, средний уровень ребят был бы таким же, как сейчас. При этом нельзя сказать, что, например, в МАРХИ появились молодые сильные преподаватели, которые могли бы вытянуть этот новый уровень. То есть речь идет скорее о том, что ребята сами ходят, смотрят по сторонам, получают информацию из дополнительных источников. А может это просто нам так везет и на стажировку в бюро стремятся попасть хорошо подготовленные студенты, которые знают что хотят.

Мотивация в образовании значит очень многое. Однако этот фактор непредсказуем и слабо зависит от вуза. В том же МАРХИ базовые профессиональные навыки находятся на высоком уровне, в отличии от желания и мотивации ребят сразу после окончания учебы куда-то двигаться дальше. Это желание приходит чуть позже, если, конечно, вообще приходит. Зачастую мотивированных ребят можно обнаружить в менее «статусных» вузах – бывает, они делают вещи на голову выше остальных.
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»

– Из каких вузов идет стабильная «поставка» классных стажеров?

– Наверное, речь в данном случае идет не о каком-то конкретном вузе, а о преподавателях, учителях, которые, возможно, лучше мотивируют или заставляют ребят тянуться. С некоторыми вузами у нас налажены прочные связи, например, с ГУЗом или «Суриковкой». Но это просто исторически так сложилось.

– Поговорим о профессии архитектора? Как менялось ваше личное отношение к ней? 

– То, чем я сейчас занимаюсь, я даже не могу назвать в прямом смысле архитектурой. Если раньше я чертил планировки и фасады зданий и чувствовал себя архитектором, то сейчас большую часть времени трачу на то, что казалось бы не имеет прямого отношения к профессии. Частично речь идет о менеджменте, частично – о работе в тех областях, в которых раньше я ничего не понимал. Например, в градостроительных, урбанистических проектах или организации событийных мероприятий, таких, как фестиваль «Зодчество». Поэтому сейчас для меня большое удовольствие, когда я ближе к ночи могу на пару часов заняться чем-то «привычным» – сделать какую-то картинку и, таким образом, понять, что я еще немножечко архитектор.

В какой-то момент я просто начал все проекты в любой сфере делать как некий архитектурный продукт, который можно точно также проектировать в соответствии с некими алгоритмами, которыми ты владеешь, как архитектор – выстраивать «конструкцию» из очень простых и жестких идей, которые сложно развалить. И на это все потом нанизывается. Иногда даже тексты мне проще «конструировать», как архитектору…
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»

– Вы говорите о некоем архитектурном типе мышления?

– Да, пожалуй. Архитектура дает хорошее владение методикой – когда ты понимаешь, что и в какой последовательности нужно делать, чтобы получить хороший результат.

– Помогает ли архитектурное мышление выигрывать переговоры с заказчиком?

– К коммуникации тоже можно отнестись с позиции архитектурного процесса и выстаивать ее, как устойчивую систему. Раньше мне казалось, что архитектор обязательно должен убеждать. Сейчас у меня нет такой установки, что я непременно должен что-то доказать заказчику. Сегодня человек, который приходит ко мне со своей задачей, является неким контекстом, таким же, как среда, в которой существует здание. Переговоры – неотъемлемая часть проекта. И точно так же, как ты работаешь с местом, ты работаешь с человеком, пытаешься не столько переубедить его, сколько совместно решить проблемы. В таком подходе ты видишь больше решений, альтернатив.

Мне кажется, что оппозиция «Заказчик – Архитектор» – это во многом пережиток девяностых, когда для одних архитекторов заказчик был ушлым человеком с деньгами, но без вкуса, которого нужно воспитывать, а для других – неким абсолютом, любым желаниям которого следует потакать. Сейчас вы просто вместе работаете над задачей. И архитектор в рамках этой задачи нужен не как художник, который реализует свои амбиции за чужой счет, а скорее как технолог, который знает, как найти красивое и оптимальное решение. В тех областях, в которых я сейчас работаю, вообще нет заказчика в традиционном смысле этого слова. Часто это может быть некая инициатива, общественный запрос на изменение ситуации в городе, когда нужно не просто разработать проект, но и собрать вместе людей, которые смогут все это реализовать и профинансировать.
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»

– Насколько важен первый опыт реализации проекта? Что в это момент происходит с архитектором?

– Самое серьезное испытание для архитектора – это когда первый проект, над которым он работает в чертежах, моделях, картинках, вдруг становится реальностью, неотъемлемой частью этого мира. Вот тогда случается некий внутренний перелом, и ты уже начинаешь чувствовать другой уровень ответственности за то, что делаешь. С первым проектом происходит еще одно важное понимание, которое заключается в том, что иногда 2-3 продуктивные встречи с прорабом гораздо важнее, чем год работы над чертежами. Это знание существенно меняет взгляд на весь процесс работы. Я не знаю, хорошо это или плохо, но после первой стройки ты становишься другим человеком.

– Несколько слов про фестиваль «Зодчество». Является ли он для вас ресурсом идей и людей? 

– Мы каждый год пытаемся себе ответить на этот вопрос. И не сказать, чтобы это получалось. «Зодчество» – это как раз одна из тех областей, в которой ты не знаешь точно «зачем», но знаешь, что «должен». В какой-то момент мы поняли, что «Зодчество» с нами или без нас все равно будет существовать как некий продукт. Но пока есть силы и желание придать ему новое качество, им все равно нужно заниматься. Если искать практические смыслы в «Зодчестве» для основного бизнеса нашего бюро, то фестиваль – как раз проект про коллективное взаимодействие и воздействие.

– Воздействие на кого? На внешний мир или на самих себя?

– И то, и другое. Потому что сейчас мы пытаемся через «Зодчество», в том числе, понять, как должна выглядеть профессия, в каком контексте она существует, какими возможностями обладает архитектор сейчас и какие компетенции станут ему необходимы в ближайшем будущем.
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»
Фотография предоставлена: «ТОЧКА РОСТА архитектурные практики»

– Чтобы вы могли посоветовать нынешним начинающим архитекторам? 

– Мне кажется, не имеет особого значения, чем заниматься в первое время. Можно, как ни странно, получить прекрасный опыт работы в посредственном бюро. Можно поехать за границу и получить там прекрасный опыт, который невозможно будет применить в России. Можно пойти в очень крутое бюро и заниматься там черновой работай и довольно странными вещами – это тоже нормально. Скорее, вопрос заключается в том, насколько ты сможешь использовать те возможности, которые будут встречаться на твоем пути. Сначала ты из своего опыта можешь извлечь, условно, говоря, 30% пользы, потом дело доходит до 70-80%. Поэтому первый совет такой: нужно учиться извлекать опыт из любых, даже негативных историй – все это будет помогать в будущем.

Второй совет связан с одной вещью, которую я только недавно для себя понял. Это когда ты не знаешь, что и как работает, и очень боишься. А нужно учиться абстрагироваться и не бояться. Мне самому на это потребовалось довольно много времени. Учась в институте, я дошел до определенного уровня понимания вещей, которые нужны в профессии. Затем мне потребовалось время, чтобы понять, что я могу справиться с проектом. Сперва в масштабе квартиры, потом – дома. Сейчас мне уже сравнительно легко работать в масштабе города. Нужно пройти все стадии, поработать во всех масштабах, чтобы появилось понимание того, как сделать любой проект, решить любую задачу. И это очень важно.

Наконец, третий совет начинающему архитектору может выглядеть так: нужно самому формулировать, что тебе интересно и полезно, и пытаться заниматься именно этим любыми средствами и силами. Если есть такая мотивация и она достаточно сильная, все остальное начнет подключаться само собой. 
***

Конференция «Открытый город» – событие в сфере архитектурного образования, пройдет в Москве 28–29 сентября. В ее программе: воркшопы от ведущих архитектурных бюро, сессии по актуальнейшим вопросам российского архитектурного образования, презентация исследования «Профессиональное развитие в России и за рубежом: традиционные модели и альтернативные практики», ярмарка дополнительных образовательных программ, Portfolio Review – презентация студенческих портфолио перед ведущими архитекторами и девелоперами Москвы и многое другое.

21 Сентября 2017

Беседовала:

Оксана Надыкто
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Здание в шляпе
В программе библиотеки города Тайнань на Тайване по проекту бюро Mecanoo и MAYU – архивы и исторические экспозиции, а также медиатека и «цифровая мастерская».
Спланированный вернакуляр
Концепция жилого района для Самары от датских архитекторов: 2000 квартир, ни одной повторяющейся секции и очень много зеленых и общественных пространств.
К лесу передом
Типовой каркасный дом быстрой сборки с тремя спальнями и детской в антресоли, черный снаружи и белый внутри, спроектирован как для общения с природой, так и между собой. Весь фокус – на открытую террасу. Функции уборки и ухода за участком намеренно минимизированы, – подчеркивают авторы.
Миссия на воде
Плавучая церковь «Бытие» в Лондоне по проекту архитекторов Denizen Works предназначена для жителей переживающих реконструкцию районов на востоке Лондона.
Энергетическое семейство
Жилой комплекс Symphony 34 планируется построить в Савеловском районе Москвы. Он будет состоять из четырех разновысотных башен – от 36 до 54 этажей. Каждая имеет свой образ, но вместе все четыре собраны в единый архитектурный ансамбль, фрагмент нового высотного города за третьим транспортным кольцом.
«Аппетит к современности»
В Париже закончена реконструкция исторической Товарной биржи по проекту Тадао Андо: этой весной там откроется музей современного искусства – произведений из коллекции Франсуа Пино.
Содержание крупнее формы
Музей художественного образования Хуамао близ Нинбо по проекту Алвару Сиза и Карлуша Каштанейра – это компактный темный объем с наполненным светом просторным интерьером.
Пятый элемент
Клубный дом во Всеволожском переулке оперирует сочетанием дорогих фактур камня и металла, погружая их в буйство орнаментики. Дом представляется фантазией на темы театра эпохи модерна и символизма, разновидностью восточной сказки, что парадоксальным образом позволяет ему избежать прямой стилизации и стать отражением одной из сторон современной московской жизни.
Ходить по воде
Благоустройство, которое сделало спальный микрорайон не только комфортным, но и запоминающимся.
Летят перелетные птицы
В Чжухае на южном побережье Китая строится крупный центр искусств по проекту Zaha Hadid Architects: его самая заметная часть, модульный навес, должен напоминать летящих клином перелетных птиц.
Трамплины и патио
Центром усадьбы в Антоновке, спроектированной Романом Леонидовым, стал внутренний двор с перголами, напоминающий хозяину об отдыхе в экзотических странах. Открытые деревянные конструкции подчеркнули устремленные вверх диагонали односкатных крыш.
Башни с талией
Архитекторы Heatherwick Studio спроектировали жилой комплекс 1700 Alberni в Ванкувере – с озелененными балконами и рассчитанными на комфорт пешеходов нижними этажами.
Сложный белый
Спортивный центр на берегу Суздальского озера – редкий пример того, как архитекторы пошли до конца в отстаивании своих идей. Ответом на ограничения участка и пожелания заказчика стала изощренная композиция, уравновешенная чистотой линий и лаконичной отделкой.
Сложение растущего города
Жилой квартал «1147» разместился на границе старого «сталинского» района к северу и активно развивающихся территорий к югу от него. Его образ откликается на эту непростую роль: многосоставные кирпичные фасады – разные у соседних секций, их высота от 9 до 22 этажей, и если смотреть с улицы кажется, что фронт городской застройки из длинных узких объемов складывается в некий сложный ряд прямо у нас на глазах.
Один памятник вместо другого
Новый зал Мойнихана по проекту SOM для Пенсильванского вокзала в Нью-Йорке призван заменить общественные пространства снесенного в 1965 его исторического здания.
Пресса: Когда архитектор должен «встать на крыло»
Почему выпускники архитектурных вузов зачастую неконкурентоспособны на рынке. Об этом поговорили на недавней конференции «Открытый город», посвященной архитектурному образованию.
Пресса: Андрей Шаронов о ситуации с некачественным образованием
В рамках проекта Москомархитектуры «Открытый город» Андрей Шаронов, Президент Московской школы управления «Сколково», рассказал о проблемах образования, репутации предпринимателя и о том, на что должны ориентироваться вузы при составлении программ.
Сергей Крючков: «Архитектор не рисует фасады, а комплексно...
Архитектор компании ADG group в преддверии конференции «Открытый город» рассказывает о том, как харизма помогает архитектору выстраивать отношения с заказчиком, а также о том, как молодому специалисту начать строить свою карьеру.
Никита Маликов: «Вуз – это оглавление. Остальному...
В преддверии конференции «Открытый город» говорим с уроженцем Твери Никитой Маликовым, который специализируется на работе с проектами экономкласса в регионах, об архитектурном рынке и перспективах молодых специалистов.
Пресса: Мария Могилевцева-Головина: у архитекторов нет прямого...
Мария Могилевцева-Головина, директор по продукту девелоперской группы «Сити-XXI век», в рамках предстоящей конференции Москомархитектуры «Открытый город» рассказала порталу «Архсовет Москвы» о капитализации архитектурных решений.
Пресса: «Работа с детьми дает архитектору гигантский импульс»
Зачем архитектору работать с детьми? Как научить детей осмыслять городское пространство? На эти темы портал «Архсовета Москвы» побеседовал с Анной Родионовой, партнером и ведущим архитектором бюро «Дружба», сооснователем детского архитектурного клуба «Кони на балконе».
Технологии и материалы
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Расширить горизонты
Интерактивные игровые площадки, подключённые к интернету, и активити-парки компании «Новые Горизонты» как яркая часть городской среды.
Красное и черное
ЖК «Береговой» на береговой линии Москвы-реки, в престижном ЗАО, в историческом районе Филевский парк – часть Большого Сити, городской кластер, респектабельный образ которого создан с помощью облицовки клинкером Hagemeister
Ловушка для света
Новый Matelac Silver Crystalvision, стекло нейтрального оттенка с одной матовой и другой зеркальной стороной – удачное решение для современного минималистичного дизайна. Рассматриваем новый продукт в свете других предложений AGC для архитектуры интерьеров.
Праздничное освещение в большом городе
Каждый год с приближением праздников мы можем наблюдать, как преображаются привычные нам места: все стараются украсить пространство и создать праздничное настроение. Огромная роль при этом отводится праздничному освещению. Что это такое и каким образом создать праздничное освещение, мы разберем в этой статье.
Поверхность бархатная, характер нордический
Сочетая несочетаемое, Концерн Wienerberger разработал коллекцию инновационного кирпича Terca Klinker Nordic Line, модели которой названы в честь городов Северной Европы и намекают на скандинавскую архитектуру. Клинкер отличают бархатистые поверхности, прочность и эстетика при доступной цене.
Парк чудес. Сквозной лейтмотив клинкера
В подмосковной частной школе Wunderpark, которую называют российским Хогвартсом, авангардная архитектура проявила магические свойства материалов. Благородный клинкерный кирпич Hagemeister оттенил футуристичность бетона и стекла.
«Том Сойер Фест» возрождает красоту старинных зданий
Вот уже 5 лет в разных регионах России проходит уникальный фестиваль по сохранению архитектурного наследия «Том Сойер Фест». Волонтеры и неравнодушные спонсоры помогают спасти здания, которые долгие годы стояли без реставрации и разрушались. И это не просто старые дома – это наше уходящее достояние. Более 40 городов принимают участие в фестивале. В Нижнем Новгороде партнером «Том Сойер Фест» стала австрийская компания Baumit.
Сейчас на главной
Офис для концентрации идей
​Бюро «Т+Т Architects» спроектировало офис французской ИТ-компании, где сотрудники в любой точке помещения могут обсудить с коллегами или записать на стене новые идеи.
Пресса: Паоло Солери и Arcosanti: как построить Бога
Паоло Солери учился у Фрэнка Ллойда Райта, в художественной коммуне «Талиесин-Вест», и его оттуда выгнали — вероятно, из-за конфликта с Ольгой Ивановной Райт, женой великого мастера. Видимо, логика отталкивания и притяжения привели к тому, что хотя утопия Солери не имеет ничего общего с идеями Райта, сам тип жизни коммуной он воспроизвел.
Возможности ограничений
МАРШ проводит весенний интенсив для архитекторов и кураторов выставок с практикой в реальных музеях. А здесь – его куратор Егор Ларичев объясняет, как полезны архитекторам и кураторам ограничения, и как их много для участников курса. Все, кто не испугается, присоединяйтесь.
Вокзал без границ
Автовокзал в литовском Вилкавишкисе по проекту архитекторов Balčytis Studija «приютил» росшие на его месте старые деревья.
Медная крыша
Архитекторы Sauerbruch Hutton надстроили панельное школьное здание времен ГДР в Берлине деревянной «мансардой» с медной обшивкой.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Отвоевать кусочек парка
Архитекторы MVRDV возведут 25-метровый зеленый «холм» в центре Лондона: как ответ на потерянный здесь в 1960-е уголок Гайд-парка и меняющуюся после пандемии функцию Оксфорд-стрит.
Спланированный вернакуляр
Концепция жилого района для Самары от датских архитекторов: 2000 квартир, ни одной повторяющейся секции и очень много зеленых и общественных пространств.
Здание в шляпе
В программе библиотеки города Тайнань на Тайване по проекту бюро Mecanoo и MAYU – архивы и исторические экспозиции, а также медиатека и «цифровая мастерская».
К лесу передом
Типовой каркасный дом быстрой сборки с тремя спальнями и детской в антресоли, черный снаружи и белый внутри, спроектирован как для общения с природой, так и между собой. Весь фокус – на открытую террасу. Функции уборки и ухода за участком намеренно минимизированы, – подчеркивают авторы.
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Когнитивная урбанистика
Фрагмент из книги Алексея Крашенникова «Когнитивные модели городской среды», посвященной общественным пространствам и наполняющей их социальной активности.
Миссия на воде
Плавучая церковь «Бытие» в Лондоне по проекту архитекторов Denizen Works предназначена для жителей переживающих реконструкцию районов на востоке Лондона.
Энергетическое семейство
Жилой комплекс Symphony 34 планируется построить в Савеловском районе Москвы. Он будет состоять из четырех разновысотных башен – от 36 до 54 этажей. Каждая имеет свой образ, но вместе все четыре собраны в единый архитектурный ансамбль, фрагмент нового высотного города за третьим транспортным кольцом.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
«Аппетит к современности»
В Париже закончена реконструкция исторической Товарной биржи по проекту Тадао Андо: этой весной там откроется музей современного искусства – произведений из коллекции Франсуа Пино.