Сергей Крючков: «Архитектор не рисует фасады, а комплексно работает с пространством»

Архитектор компании ADG group в преддверии конференции «Открытый город» рассказывает о том, как харизма помогает архитектору выстраивать отношения с заказчиком, а также о том, как молодому специалисту начать строить свою карьеру.

Беседовала:
Оксана Надыкто

13 Сентября 2017
mainImg
Архитектор:
Борис Стучебрюков
Борис Левянт
Сергей Крючков
Мастерская:
ABD architects www.abd-architects.ru
Проект:
БЦ Принципал Плаза
Россия, Москва, пр-т 60-летия Октября, 10А

Авторский коллектив:
Б. Левянт, Б. Стучебрюков, С. Крючков, Д. Оводова, Д. Барсуков при участии Е. Батановой; Менеджер проекта: Н. Барабанов

2002 — 2006 / 2006 — 2009

ГК Техстрой; Экопрог
– Сергей, как принимают решение стать архитектором?

– Что касается лично меня, самым важным было то, что период выбора профессии и дальнейшего становления в ней пришелся на переходный период в стране: я учился в институте в начале 90-х, старт карьеры пришелся на их середину, когда все очень бурно менялось. Надо сказать, что, поступая в Московский архитектурный институт, я и не планировал становится архитектором. Пошел туда просто потому, что МАРХИ считался хорошим вузом общехудожественной и общегуманитарной подготовки и котировался выше, чем Полиграфический институт. Я собирался стать графическим дизайнером. Примером для меня был Михаил Аникст, который был и остается лучшим графическим дизайнером в России и одним из лучших в мире. Он закончил МАРХИ, а потом всю жизнь занимался книгами. В моем поступлении в МАРХИ был еще и карьерный прицел, потому что Аникст предпочитал нанимать себе работников с архитектурным образованием.

Тем не менее, поступив в МАРХИ, примерно к третьему курсу я понял, что хочу заниматься именно архитектурой. На 5 курсе я уже начал работать – поступил в ТПО «Резерв» в качестве архитектора. Работая там, закончил институт и далее проработал в «Резерве» все время дальнейшего обучения в аспирантуре.

– Что заставило вас выбрать все-таки архитектуру?

– Это произошло благодаря хорошим преподавателям: Олегу Диомидовичу Бреславцеву, у которого я непосредственно учился, Илье Георгиевичу Лежаве, с которым я также провел довольно много времени, Игорю Андреевичу Бондаренко, благодаря которому я серьезно заинтересовался историей архитектуры. Я решил остаться в архитектуре, когда программа института оказалась более связана с профессией. Все-таки первые годы обучения – это такой пропедевтический курс, который дает общие знания и навыки. А потом началась профессиональная «движуха»: участие в конкурсах, международные контакты. Стало действительно интересно. А еще мне повезло попасть в хорошие руки в самом начале профессиональной карьеры: первые 5 лет я проработал у Владимира Плоткина, причем тогда он непосредственно руководил бригадой, в которой я работал. Это была прекрасная школа уже вне стен института.

Первые реализованные проекты, в которых я принимал участие, окончательно убедили меня в правильности выбора профессии. Среди них, например, были жилые дома по Малой Филевской улице (девелопер – компания «Тэско»), жилой дом на проезде Загорского, 11 – одна из лучших работ, в которых я принимал участие. Архитектурное проектирование – это почти всегда коллективное творчество, и тут важно упомянуть, что Плоткин всегда давал высказаться самым молодым членам команды наравне с более опытными коллегами. Не было такого, чтобы начинающие архитекторы были только чертежниками, наши идеи всерьез рассматривались и часто принимались. Еще было много интересных проектов, которые оказались сделаны «в стол»: комплекс зданий Центробанка на территории завода имени Хруничева, общественные центры на ул. Гришина и ул. Кульнева и др. Так всегда бывает, не только в начале пути. По моим ощущениям, до реализации доходит не более 5% от всего проектируемого архитектором.
zooming
Жилой дом по адресу: Москва, пр. Загорского, д. 11. Авторский коллектив Владимир Плоткин (руководитель), Ирина Деева, Сергей Крючков, Иван Русских. Фото: ООО «ТПО «Резерв»

– У вас есть любимые нереализованные проекты?

– Наверное, это те, которые «совсем мои», следовательно, скорее всего те, которые я делал для различных конкурсов или небольшие проекты жилых домов. За свою жизнь я спроектировал несколько концептуальных вилл, как для конкурсов идей, так и для реальных заказчиков. Некоторые построены, некоторые остались на бумаге. Или вот, например, дом для себя, который я пока тоже не построил – он спроектирован давно, и его тоже можно отнести к любимым нереализованным.

– Что вам больше всего нравится в вашей профессии, а что, возможно, бесит? 

– Нравится возможность контроля за процессами. И чем больше этой возможности, тем больше нравится, а чем ее меньше, тем больше бесит. Переход в девелоперские компании в качестве внутреннего архитектурного консультанта был как раз на то и нацелен, чтобы оказаться на одну ступеньку ближе к рождению задания. Потому что в норме при коммерческом проектировании, а у нас сейчас особо другого и нет – архитектор работает на основе определенных предустановленных параметров. Не он решает, что проектировать, в лучшем случае – решает, как. Работа в структуре девелопера позволяет формировать идею с чистого листа.

– Какова сейчас репутация архитектора в деловой среде?

– С репутацией архитектора у нас дела обстоят не очень хорошо. Архитектор слишком многими воспринимается как обслуживающий персонал, технический консультант для визуализации замысла заказчика, к его мнению не принято прислушиваться. У архитекторов нет ресурсов и механизмов противостоять решениям заказчика. Я думаю, что это совершенно неправильно, потому что приводит к появлению девелоперских и градостроительных решений, реализующихся без учета множества факторов, социальных в том числе. Я также далек и от противоположной крайности: я не считаю, что архитектор волен творить, как Бог на душу положит, пренебрегая мнением заказчика. Важно находить баланс между клиенто-ориентированностью и личной профессиональной позицией. В идеале, нужно уметь убеждать заказчика в своей правоте без ущерба для его деловых интересов.

Я полагаю, что у архитектора должны работать внутренние профессиональные критерии и ограничители, которые не позволят ему принимать участие в том, с чем он экспертно несогласен и что, по его оценке, может нанести вред городской среде. Например, как архитектор, я не стал бы участвовать в так называемой программе реновации, объявленной в Москве. Я считаю, что уровень подготовки исходных данных для реализации этой программы совершенно не соответствует масштабу задачи. Наши знания о нашем собственном городе настолько скудны, что браться за подобные программы просто безответственно, пока не проведены тщательные социологические, технические, маркетинговые и прочие исследования.
Торговый комплекс «РИО» по адресу: Москва, ул. Большая Черемушкинская, д. 1. Авторский коллектив: Борис Стучебрюков (руководитель), Сергей Крючков, Екатерина Левянт. Фото: ООО «АБД»
Торговый комплекс «РИО» по адресу: Москва, ул. Большая Черемушкинская, д. 1. Авторский коллектив: Борис Стучебрюков (руководитель), Сергей Крючков, Екатерина Левянт. Фото: ООО «АБД»

– Что делать архитектору в ситуации, когда поставленная перед ним задача вступает в противоречие с внутренними ограничителями? Уходить?

– Такой опыт у меня был. Когда мы в бюро ABD Architects участвовали в конкурсе на реконструкцию стадиона «Динамо» и развитие прилегающей территории, мы предложили концепцию, в которой был полностью сохранен исторический периметр трибун стадиона. Конкурс выиграл Эрик ван Эгераат, чья концепция подразумевала снос большей части трибун. Эта концепция, хоть и с существенными переделками, и уже без участия Эрика, реализуется сейчас. Когда Эрик вышел из проекта, и заказчик стал искать ему замену, пришли к нам. Мы не захотели участвовать в сносе части здания, которую мы считаем неотъемлемой частью ценного целого, а главное, точно знаем, как выполнить программу заказчика без этого сноса. Мы предложили изменить проект в соответствии с нашей концепцией, но заказчик настаивал на развитии именно утвержденной им концепции Эрика, и мы отказались.

– Как можно влиять на стремления девелопера выжать из проекта максимум выгоды?

– Стремлениям девелопера противостоять не нужно. Потому что он выполняет свою задачу, в том числе, финансовую. В данной ситуации работа архитектора состоит в том, чтобы так выполнить задание девелопера, чтобы и он прибыль получил, и город не пострадал, а наоборот, выиграл.

– Приходилось ли вам сталкиваться с ситуацией, когда уже в ходе реализации проекта вашим мнением пренебрегали? Как вы на это реагировали?

– Испытывал сожаление, естественно. Увы, законодательно архитектор никак не защищен от подобных ситуаций.

– Как действовать в данном случае? 

– Здесь работает исключительно харизма, авторитет и имя архитектора. Когда заказчик нанимает на работу, допустим, Юрия Григоряна или Сергея Скуратова, то он намерен не только построить красивое здание, но и получить возможность общаться с профессионалом, прислушиваться к его мнению, учиться у него, а не пренебрегать им.
Бизнес-центр «Принципал-плаза» (штаб-квартира «Роснано» и Национального Резервного Банка)
Фотография © ABD architects
Бизнес-центр «Принципал-плаза» (штаб-квартира «Роснано» и Национального Резервного Банка)
Фотография © ABD architects
Бизнес-центр «Принципал-плаза» (штаб-квартира «Роснано» и Национального Резервного Банка)
Фотография © ABD architects
Бизнес-центр «Принципал-плаза» (штаб-квартира «Роснано» и Национального Резервного Банка)
Фотография © ABD architects

– То есть необходимо становиться гуру от архитектуры, чтобы контролировать процесс?

– В общем и целом да. Архитекторы, к которым заказчики относятся как к гуру, имеют существенно больше возможностей создать что-то красивое и социально значимое. Только не поймите меня превратно: я не адепт парадигмы «звездных архитекторов», которых нанимают ради бренда, чтобы увеличить капитализацию проекта за счет их имени. Достаточно быть профессиональным, коммуникабельным и убедительным. Практика показывает, что здравый смысл побеждает чаще, чем мы думаем.

– Какие иллюзии и мифы существуют сегодня по поводу профессии архитектора?

– Самый дурацкий вопрос, который мне постоянно задают по поводу профессии, выглядит так: «Насколько важна для здания архитектура?». Предполагается, вероятно, что без архитектуры можно как-то обойтись. Нелепость вопроса заключается в том, что архитектура – это имманентный признак любой постройки, любое здание автоматически является архитектурным объектом. Вопрос не в наличии архитектуры, а в ее качестве. Хорошая – приведет к успеху проекта, плохая – к провалу.

Второе распространенное заблуждение заключается в том, что многие считают, что архитектор – это такой человек, который рисует красивые фасады. На самом деле, архитектор комплексно работает с пространством, на котором будет потом что-то построено, программирует сценарии его использования, проживает все процессы внутри него.

– Расскажите о своем опыте работы со студентами в качестве преподавателя. Зачем вам это было нужно?

– Я начал преподавать в МАРХИ, учась там в аспирантуре. Преподавал с 2000 по 2004 год, то есть провел одну группу студентов с 3 курса до выпуска. Изначально я шел в педагогику по приглашению моего учителя. Однако я уже тогда понимал, что мне, как растущему архитектору, скоро придется думать о своей собственной команде. Поэтому я стал смотреть на студентов, как на своих будущих коллег и сотрудников, и этот план прекрасно реализовался. Впоследствии две мои лучшие выпускницы проработали у меня постоянно более пяти лет, и еще два или три моих бывших студента приходили на более короткие периоды.

– То есть вы решали кадровую проблему?

– По сути, да. Кроме того, преподавание для меня стало в какой-то степени продолжением моего собственного обучения по ряду задач и дисциплин. Это оказалось очень полезно – посмотреть на предмет с другой стороны образовательного процесса.

– Когда вы впоследствии нанимали в свои команды молодых специалистов, вы видели разницу между ними и вами в их возрасте?

– Конечно. За то время, когда я сам был начинающим специалистом, и до того момента, когда я стал отвечать за кадровое рекрутирование, профессия архитектора очень изменилась технологически. Мы в свое время намного больше работали руками, компьютерная грамотность, навыки владения специализированными программами были существенно меньше развиты. К настоящему моменту профессия полностью компьютеризована, и прямо сейчас мы присутствуем при новом витке технического развития: массовое распространение BIM-технологий и роботизация строительных процессов. Не исключено, что уже скоро разработка проекта и управление стройкой сольются в непрерывный процесс, управляемый из одного файла.

Если же говорить об общей подготовке молодых архитекторов, то здесь нет какой-то единой закономерности, в рамках которой можно судить о разнице между поколениями. Мне кажется, что эта профессия в целом избежала тех провалов, которые отчетливо заметны, например, в инженерной среде, где квалификация заметно снизилась и лишь в последние годы начинает выправляться. В архитектурной отрасли подобная проблема тоже была, но в меньшей степени.

– Кого вы сейчас берете на работу: специалиста с опытом или начинающего архитектора, которого проще «заточить» под себя?

– Архитектурное проектирование – это командная работа. А в хорошей команде нужны люди разного уровня и под разные задачи. Я думаю, что обязательно нужна пара отличников – людей, которые не подведут, которые, возможно, не генерируют яркие идеи, зато не ошибаются в мелочах. Я также считаю, что в хорошей команде может быть полезен какой-нибудь один по-настоящему сумасшедший человек. Разумеется, важны и разнообразные квалифицированные технические специалисты.

– Как начинающему архитектору построить свою карьеру?

– Во-первых, нужно найти хорошего преподавателя или преподавателей и прицельно идти учиться именно к ним. В любом профильном вузе преподавательский состав не однороден, поэтому молодому человеку нужно сегодня проявлять проактивность и добиваться того, чтобы учиться у лучших. Во-вторых, учась у лучших, необходимо внимательно слушать, поскольку я по своему опыту знаю, что многие важные вещи просто пропускаются мимо ушей. В-третьих, необходимо много читать и интересоваться новыми знаниями за пределами своей будущей профессии, нужно быть комплексно и широко образованным человеком.

– А как начать работать и зарабатывать?

– Все очень индивидуально. Например, если человек чувствует в себе предпринимательскую жилку, то можно практически сразу заниматься частной практикой. Пусть сначала это будут небольшие проекты, какие-нибудь дачи, ремонт квартир – в этом нет ничего постыдного. Нарабатывая опыт на подобных проектах, можно постепенно развиться. Пример нескольких ныне очень успешных архитекторов, которые пошли именно таким путем, говорит о том, что за 7-8 лет можно подняться до вполне серьезного уровня. Очень важно и здесь проявлять активность и помимо рутинных задач, необходимых для заработка, всегда брать в работу проекты уровнем выше. Прежде всего речь идет об участии в конкурсах. Даже если у тебя нет шансов выиграть, это будет отличной тренировкой навыков и связей.

– Ваши дети понимают, чем занимается папа-архитектор?

– Да. Им это интересно, мы с ними многое обсуждаем. Я рассказываю им о профессии, вожу их на объекты. Когда они играют в кубики или делают поделки из картона, то очень часто оперируют профессиональными терминами, например, не забывают, что в доме есть не только стены и крыша, но и инженерные сети.

– Они пойдут по вашим стопам?

– Не уверен, но никаких предубеждений у меня на эту тему нет, просто я пока не вижу, чтобы кто-то из них захотел стать архитектором. Самая близкая пока история – это две мои старшие дочери, которые уже учатся в университетах и в целом планируют заниматься искусством. Но не архитектурой…

________________________________
Конференция «Открытый город» пройдет в Москве 28-29 сентября. В ее программе: воркшопы от ведущих архитектурных бюро, сессии по актуальнейшим вопросам российского архитектурного образования, презентация исследования «Профессиональное развитие в России и за рубежом: традиционные модели и альтернативные практики», ярмарка дополнительных образовательных программ, Portfolio Review – презентация студенческих портфолио перед ведущими архитекторами и девелоперами Москвы и многое другое.

.
Архитектор:
Борис Стучебрюков
Борис Левянт
Сергей Крючков
Мастерская:
ABD architects www.abd-architects.ru
Проект:
БЦ Принципал Плаза
Россия, Москва, пр-т 60-летия Октября, 10А

Авторский коллектив:
Б. Левянт, Б. Стучебрюков, С. Крючков, Д. Оводова, Д. Барсуков при участии Е. Батановой; Менеджер проекта: Н. Барабанов

2002 — 2006 / 2006 — 2009

ГК Техстрой; Экопрог

13 Сентября 2017

Беседовала:

Оксана Надыкто
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Феликс Новиков: «Я никогда не предлагал заказчику...
Большое и очень увлекательное интервью с Феликсом Новиковым. О репрессированных родителях, погибшем брате, о переходе от классики к модернизму, об авторстве и соавторстве, о том, как обойти ограничения. По видео связи в Zoom, Hью-Йорк – Рочестер, штат Нью-Йорк, 16-17 Августа, 2021.
Авторский надзор: мытьем да катаньем
Разговор на АрхПароходе 2021 со Стасом Горшуновым: о том, как ему удается добиваться качественной реализации проектов, какие проблемы приходится решать, когда жертвовать гонораром, а когда идти на компромиссы.
ADM 2006–2021
В новой книге-портфолио ADM architects, посвященной 15-летию бюро, 37 проектов, все реализованные или строящиеся. Публикуем интервью с главой бюро Андреем Романовым и сообщаем, что теперь книгу можно купить на ozon.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Пресса: Когда архитектор должен «встать на крыло»
Почему выпускники архитектурных вузов зачастую неконкурентоспособны на рынке. Об этом поговорили на недавней конференции «Открытый город», посвященной архитектурному образованию.
Пресса: Андрей Шаронов о ситуации с некачественным образованием
В рамках проекта Москомархитектуры «Открытый город» Андрей Шаронов, Президент Московской школы управления «Сколково», рассказал о проблемах образования, репутации предпринимателя и о том, на что должны ориентироваться вузы при составлении программ.
Никита Маликов: «Вуз – это оглавление. Остальному...
В преддверии конференции «Открытый город» говорим с уроженцем Твери Никитой Маликовым, который специализируется на работе с проектами экономкласса в регионах, об архитектурном рынке и перспективах молодых специалистов.
Пресса: Мария Могилевцева-Головина: у архитекторов нет прямого...
Мария Могилевцева-Головина, директор по продукту девелоперской группы «Сити-XXI век», в рамках предстоящей конференции Москомархитектуры «Открытый город» рассказала порталу «Архсовет Москвы» о капитализации архитектурных решений.
Пресса: «Работа с детьми дает архитектору гигантский импульс»
Зачем архитектору работать с детьми? Как научить детей осмыслять городское пространство? На эти темы портал «Архсовета Москвы» побеседовал с Анной Родионовой, партнером и ведущим архитектором бюро «Дружба», сооснователем детского архитектурного клуба «Кони на балконе».
Технологии и материалы
Клинкерная брусчатка Penter: универсальное решение для...
Природная естественность – вот главная характеристика эстетических качеств клинкерной брусчатки Penter. Действительно, она изготавливается из глины без добавления искусственных красителей, а потому всегда органично смотрится в любом ландшафте. В сочетании с лаконичной традиционной формой это позволяют применять ее для самого широкого спектра средовых разработок – от классицизирующих до новаторских.
Долина Муми-троллей
Компания «Новые Горизонты» представила тематические площадки, созданные по мотивам знаменитых историй Туве Янссон и при участии законных правообладателей: голубая башня, палатка, бревно-тоннель и другие чудеса Муми-Долины.
Секреты городского пейзажа
В творчестве известного архитектора-неоклассика Михаила Филиппова мансардные окна VELUX используются практически во всех проектах, начиная с его собственной квартиры и мастерской и заканчивая монументальными ансамблями в центре Москвы и Тюмени. Об умном применении мансардных окон и их связи с силуэтом городских крыш мастер дал развернутый комментарий порталу archi.ru.
Золотисто-медное обрамление
Откосы окон и входные порталы, обрамленные панелями из алюминия Sevalcon, завершают и дополняют архитектурный образ клубного дома «Долгоруковская 25», построенного в неорусском стиле рядом с колокольней Николая Чудотворца.
Как защитить деревянную мебель в доме и на улице: разновидности...
Деревянные изделия ручной работы не выходят из моды, а потому деревянную мебель используют как в интерьерах, так и для оборудования уличных зон отдыха. В этой статье расскажем, как подобрать оптимальный защитный состав для деревянных изделий.
Русское высотное
Последние несколько лет в России отмечены новой волной интереса к высотному строительству, не просто высокоплотному, а именно башням. Об одной из них известно, что ее высота будет 703 м, что вновь претендует на европейский рекорд. Но дело, конечно, не только в высоте – происходит освоение нового формата: башен на стилобате, их уже достаточно много. Делаем попытку систематизировать самые новые из построенных небоскребов и актуальные проекты.
Чувство города
Бизнес-парк «Ростех-Сити» построен на Северо-Западе Москвы. Разновысотная застройка, облицованная затейливым клинкерным кирпичом разнообразных миксов Hagemeister, придаёт архитектурному ансамблю гуманный масштаб традиционного города.
Великолепный дизайн каждой детали – Graphisoft выпускает...
Обновления версии отвечают пожеланиям пользователей и обеспечивают значительные улучшения при проектировании, визуализации, создании документации и совместной работе в Archicad, BIMx и BIMcloud, что делает Archicad 25 версией, как никогда прежде ориентированной на пользователя
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Кирпич Terca из Эстонии – доступная европейская эстетика
Эстонский кирпич соединяет в себе местные традиции и высокотехнологичное производство мирового уровня под маркой Wienerberger. Технические преимущества облицовочного кирпича Terca особенно ценны в нашем северном климате – благодаря им фасады не потеряют своих эстетических качеств, а постройки будут долговечными.
Прочные основы декора. Методы Hilti для крепления стеклофибробетона
Методы HILTI позволяют украшать фасад сложными объемными формами, в том числе карнизами, капителями, кронштейнами и узорными панелями из стеклофибробетона, отлично имитируя массивные элементы из натурального камня и штукатурки при сравнительно меньшем весе и стоимости.
Дайте ванной право быть главной!
Mix&Match – простой и понятный инструмент для создания «журнального» дизайна ванной комнаты. Воспользуйтесь концепцией от Cersanit с десятками комбинаций плитки и керамогранита разного формата, цвета и фактуры для трендовых интерьеров в разных стилях. Идеально подобранные миксы гармонично дополнят вашу идею и помогут сократить время на создание проекта.
Современная архитектура управления освещением
В понимании большинства людей управлять освещением – это включать, выключать свет и менять яркость светильников с помощью настенных выключателей или дистанционных пультов. Но управление освещением гораздо глубже и масштабнее, чем вы могли себе представить.
Чистота по-австрийски
Самоочищающаяся штукатурка на силиконовой основе Baumit StarTop – новое поколение штукатурок, сохраняющих фасады чистыми.
Кто самый зеленый
14 небоскребов из разных частей света, которые достраиваются или планируются к реализации: уже не такие высокие, но непременно энергоэффективные и поражающие воображение.
Сейчас на главной
Контекст и детали
Финалистов премии Стерлинга-2021, британского «здания года», объединяет внимание к деталям и контексту – как и претендентов на награды RIBA за лучшие жилье и малый проект начинающего архитектора. Публикуем все три «коротких списка».
От ЗИМа до -изма
В Самаре 13 сентября торжественно, в сопровождении перформанса, спонсированного Сбербанком, была презентована общественности реставрация здания фабрики-кухни, нового филиала Третьяковской галереи. Вашему вниманию – репортаж о промежуточных, но уже вполне значительных, результатах реставрации памятника авангарда.
Печатные, но наполовину
В Техасе выставили на продажу дома, возведенные при помощи 3D-принтера. Приобрести высокотехнологичное жилище можно за 745 000 долларов.
Шкала времени Кумертау
Проект-победитель конкурса Малых городов: с помощью малых форм архитекторы рассказывают историю возникшего на буроугольном разрезе поселения, активируют центральную улицу и готовят почву для насыщенной социальной жизни.
Дерево живет и регулярно побеждает
Невзирая на вирусы и прочих короедов современная русская деревянная архитектура демонстрирует чудеса выживаемости. Определен шорт-лист премии АРХИWOOD – 12-й по счету. Куратор премии Николай Малинин представляет финалистов.
Buena vista
Проект частного дома в Подмосковье архитектор Роман Леонидов назвал Buena Vista, то есть хороший вид по-испански. И действительно, великолепный вид откроется не только из дома с бельведером, стоящего на возвышении, но и сама вилла на холме предназначена для созерцания из партера парка. В общем, буэна виста и бельведер, с какой стороны ни посмотреть.
Кирпичный текстиль
На фасадах офисного здания по проекту Make Architects в Солфорде – кирпичная кладка, имитирующая традиционные для этого города ткани.
Большая Астрахань live
Гибкое улучшение связности территорий, развитие полицентричности, улучшение качества жизни, экологичные инновации – все эти решения проекта-победителя конкурса на мастер-план Астраханской агломерации, разработанного консорциумом под руководством Института Генплана Москвы, основаны на синтезе профессиональных аналитических инструментов, позволяющих оценивать последствия решений в динамике, и общения с жителями города.
Архив архитектуры
В Музее архитектуры открылась выставка «Профессия – реставратор», первая из экспозиций, приуроченных к будущему юбилею. Нетрадиционная тема позволяет показать работу не самых заметных, но очень важных для музея людей – тех, кто восстанавливает предметы и готовит их к хранению и показу.
Вода для жизни
Пятый, а значит юбилейный по счету форум «Среда для жизни» прошел в Нижнем Новгороде сразу после юбилейных торжеств, посвященных 800-летию города, и стал, в сущности, частью празднования. В то же время среди показанных проектов лидировали решения, связанные с временно затопляемыми территориями, что можно признать одной из актуальных тенденций нашего времени.
Градсовет Петербурга 8.09.2021
Градсовет рассмотрел новый вариант перестройки станции метро «Фрунзенская»: проект от московских архитекторов, Единый диспетчерский центр и противоречивый традиционализм.
Медовая горка
Проект-победитель конкурса Малых городов для города Куртамыш: террасированный парк, который дает возможность по-новому проводить досуг
Традиции орнамента
На фасаде павильона для собраний по проекту OMA при синагоге на Уилшир-бульваре в Лос-Анджелесе – узор, вдохновленный оформлением ее исторического купола.
Кочевники и пряности
Два проекта павильона ресторана катарской кухни, который мог появиться в Экспофоруме: не отработанный в Петербурге формат временной архитектуры, способный пропустить в город более смелые решения.
Магистры ЯГТУ 2021: «Тени забытых предков»
Работы выпускников кафедры архитектуры Ярославского государственного технического университета: анализ сталинской архитектуры, возвращение к жизни города-призрака, актуализация советских гаражей и маршрут по исправительно-трудовому лагерю.
Домики в кронах
Свайные гостевые домики по проекту бюро aoe обеспечивают постояльцам близость к природе и уединение.
Дерево с удостоверением
Объявлены финалисты премии за постройки из сертифицированной древесины WAF 2021. Среди них: самое крупное CLT-здание в США, микро-библиотека в Индонезии, офисный комплекс в Сиднее и киоск в Гонконге.
Химические реакции
Проект-победитель конкурса Малых городов раскрывает многогранность Щекино: в нем нашлось место Анне Карениной и Игорю Талькову, космонавтам и шахтерам, равно как и богатой природе тульского края, безбарьерной среде и разным видам досуга.
Диалектический манифест
Высотный ЖК MOD, строительство которого начато в Марьиной роще рядом с территорией, на которой запланирована штаб-квартира РЖД, откликается на «центральный» контекст будущего городского окружения и в то же время позиционируется авторами как «манифест модернистских минималистичных принципов в архитектуре».
Мечта Азимова
Проект DNK ag победил в конкурсе на АГО Национального центра физики и математики в Сарове, проведенного корпорацией Росатом совместно с МГУ, РАН и Курчатовским институтом.
Ре-Школа 2021: Соловки
Третий учебный год Ре-Школа посвятила Соловецкому архипелагу и подготовке жизнеспособной концепции сохранения трех объектов на Банном озере. Об эмоциональных и по-настоящему научных открытиях, которые состоялись за два семестра, рассказывает руководитель школы Наринэ Тютчева.