Архитектор на бумаге

Анна Шевченко полемизирует с идеями, предложенными Ильей Заливухиным для развития Москвы, и делает несколько неутешительных выводов о статусе профессии архитектора.

Автор текста:
Анна Шевченко

mainImg
Архитектор Илья Заливухин представил концепцию, решающую транспортные проблемы Москвы. Бурное обсуждение в интернете разделило профессионалов на противников и сторонников такого решения. Суть проекта в том, что Илья предлагает воспользоваться стратегией генерального плана Москвы 1971 года, выделявшей в городе резервные территории для строительства скоростных магистралей вдоль железных дорог. При том, что порыв Ильи, безусловно, заслуживает уважения за смелость, ведь после проведения конкурса на концепцию Московской агломерации об этой концепции (да и о самой агломерации) больше никто не вспоминал, – его предложение не выдерживает никакой критики: во-первых, резервные территории, на которые ссылается Илья, давно застроены, и вдоль железных дорог проживает немало людей, во-вторых, с 1971 года подход к транспортным проблемам значительно изменился, и транспортные аналитики твердят в один голос, что рисование скоростных хайвеев в городской черте стало моветоном в развитых странах. Однако здесь интересно другое: в ходе дискуссии проявился ряд моментов, раскрывающих не менее важную проблематику.
 
Во-первых, это девальвация профессии архитектора, к которой сами архитекторы приложили немало усилий. Когда российский архитектор пытается вернуть себе территорию, исторически отданную транспортным инженерам, это выглядит страшно неубедительно и где-то драматично, поскольку опыт такой работы у нашего архитектора отсутствует, а на слово ему никто не верит. Здесь очевидна необходимость переосмысления степени компетентности архитектора и его роли в решении сложнейших городских проблем. Прячась за неизвестно что означающим в данном случае понятием «профессионал», выставляя его как щит от вопросов о сути проекта, не идя на диалог, не привлекая специалистов, архитектор сам себе подписывает смертный приговор в профессиональном отношении. Если мы обратимся к мировому опыту – хотя бы на примере разработанного KCAP мастерплана Перми, – то обнаружим, что сейчас в принципе меняется подход к проектированию, транспортные задачи принято решать на микроуровне, с обязательным привлечением экспертов, и ни в коем случае не допускается перекройка в духе деятельности Роберта Мозеса, зато приветствуется ювелирная работа по налаживанию существующих транспортных связей.
 
Второй важный момент касается отношений архитектора и жителей. Российский архитектор давно забыл, для кого он работает, и превратился в этакого Архитектора Архитекторовича, который размашисто чертит маркером по чистому листу бумаги. Серьезность ситуации заключается в том, что этот чистый лист обозначает Москву – мегаполис со сложнейшей организацией и массой нерешенных проблем. В этом смысле Илья Заливухин, несмотря на относительную молодость, показывает себя представителем типажа «архитектора старой закалки». В то время как во всем мире налицо противоположная тенденция: даже такие корпоративные монстры, как ОМА, вынуждены спекулировать на теме сотрудничества с жителями (см. интервью Рейнира де Граафа и проект Oude Dokken).

У нас ситуация иная: московские архитекторы предпочитают работать поодиночке, жителей не любят и боятся, а про публичные слушания говорят с отвращением: «Там одни сумасшедшие». Положим, городских сумасшедших там может оказаться и впрямь немало, потому как надо быть поистине сумасшедшим, чтобы положить жизнь на то, чтобы своевременно узнавать о проведении слушаний, информация о которых тщательно скрывается управами районов. Однако встречаются вполне вменяемые и порой весьма продвинутые в плане нюансов законодательства и строительных технологий граждане. В ответ на замечания этих горожан об объективной ситуации в их районах архитектор продолжает гнуть свою линию, оправдываясь тем, что он не мог предусмотреть все нюансы.

А между тем игнорирование текущих замыслов Стройкомплекса, который отвечает за дорожные стройки в городе Москве (не путать с Департаментом транспорта, отвечающим за велодорожки) несет жителям еще большие проблемы. Двухконтурная транспортная система улиц и хайвеев, лежащая в основе проекта Ильи, может привести к тому, что первым контуром выступят инициированные Департаментом скандальные реконструкции (Ленинский проспект, который лишь отложен на время, Можайское шоссе, превращенное в хайвей), а вторым – предлагаемые Ильей новые трассировки скоростных магистралей. Неужели кто-то отменит эти проекты, рассмотрев концепцию Ильи? Скорее всего, контур бессветофорных магистралей удвоится, при этом никто не дает гарантию того, что будет проведена работа по увеличению связности улично-дорожной сети, которая остается в рудиментарном состоянии.
Бюро Яузапроект. Проект развития полицентрической агломерации. Иллюстрация: jauzaproject.com
Каркас транзитных автомагистралей. Бюро Яузапроект. Иллюстрация: jauzaproject.com
Каркас скоростных автомагистралей. Бюро Яузапроект. Иллюстрация: jauzaproject.com

Но дело собственно даже не в проекте архитектора Заливухина, и не в том, хорош этот проект или плох, устарел или до сих пор актуален – на этот счет могут быть разные мнения. Дело в том, что в основе проекта не лежит исследование. У нас в принципе нет исследований, позволяющих оценить то или иное предложение – серьезнейшая проблема заключается в отсутствии элементарной статистики по Москве: нет данных о маятниковой миграции, нет мониторинга потоков, не говоря уже о транспортной модели города, на которой бы тестировались решения. В Берлине такие исследования проводятся раз в пять лет, а сайты Правительства Большого Лондона и организации Transport for London изобилуют различными документами по вопросам транспортной стратегии. Что мы видим на сайте Московского Департамента транспорта? Взять, к примеру, презентацию с амбициозным названием Мобильный город: есть планы московского правительства, есть график финансирования и ни намека на исследования существующей ситуации в городе и агломерации. Получается, что Департамент транспорта либо не проводит такую работу, либо тщательно скрывает результаты.

В связи с этим возникает ряд вопросов: на чем основаны решения, серьезнейшим образом затрагивающие благополучие миллионов москвичей? Почему у Москвы нет единой стратегии развития? Какое ведомство, в конечном счете, отвечает за транспортную ситуацию в Большой Москве?

И наконец необходимо отметить, что распространенная в мире практика проведения разнообразных форумов и саммитов, посвященных транспортным проблемам (например Transportation Summit 2013 в Чикаго и International Transport Forum 2014 в Лейпциге) теперь частично пришла и в Москву. На Московском Урбанфоруме в декабре запланирована транспортная сессия, где можно будет задать вопросы представителям департаментов и транспортным экспертам; и, к слову, в дискуссии, посвященной полицентрическому развитию мегаполиса, примет участие и автор концепции Илья Заливухин.
 

18 Октября 2013

Автор текста:

Анна Шевченко
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
ВХУТЕМАС versus БАУХАУС
Дмитрий Хмельницкий о причудах историографии советской архитектуры, о роли ВХУТЕМАСа и БАУХАУСа в формировании советского послевоенного модернизма.
Еще одна история
Рассказ Феликса Новикова о проектировании и строительстве ДК Тракторостроителей в Чебоксарах, не вполне завершенном в девяностые годы. Теперь, когда рядом, в парке построено новое здание кадетского училища, автор предлагает вернуться в идее размещения монументальной композиции на фасадах ДК.
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Вавилонская башня культуры?
Реконструкция ГЭС-2 для Фонда V-A-C по замыслу Ренцо Пьяно в центре Москвы – яркий пример глобальной архитектуры, льстящей заказчику, но избежать воздействия сложного контекста этот проект все же не может.
WAF 2019: в ожидании финала
Говорим c авторами проектов, вышедших в финал премии WAF: об их взгляде на фестиваль, о проектах и вероятных способах презентации.
Пять вредных вопросов
Интернет-издание Fast Company попыталось выяснить, какие вопросы лучше не задавать самому себе, чтобы не растерять свой творческий потенциал. К разговору о проблеме подключились специалисты, которые исследуют творчество или работу мозга.
Сергей Кузнецов: «Архитектура – мягкая сила для продвижения...
О карьере молодых архитекторов, том, как развивать новый профессиональный ландшафт и о главных препятствиях при реализации проектов главный архитектор Москвы рассказал на лекции, прошедшей в рамках образовательного проекта «Открытый город» на площадке МИТУ-МАСИ. На лекции собралось более 300 студентов из разных профильных вузов и архитектурных факультетов столицы.
Уже не избушки
Сформирован шорт-лист премии АРХИWOOD-2018. Сегодня стартует «народное» голосование премии. О номинантах рассказывает куратор премии Николай Малинин.
Городские сады
В проекте реновации кварталов в районе Хорошево-Мневники архитекторы UNK project использовали принцип подобия, в меньшем масштабе повторяя композиционное и функциональное построение, характерное для всей Москвы
Заметки о двадцати
Мы достаточно подробно – настолько, насколько это возможно сейчас, рассказали о конкурсных проектах пилотных площадок реновации, теперь можно немного и порассуждать.
Шесть измерений
Перевод эссе Шимона Матковски, партнера бюро «Blank Architects», посвященного «теории шести измерений», отвечающих за хорошую архитектуру. Полезно молодым архитекторам; главный совет – думать головой.
Леон Крие
Публикуем остроумный очерк об одном из самых противоречивых архитекторов наших дней – Леоне Крие – из книги Деяна Суджича «B как Bauhaus: Азбука современного мира», выпущенной издательством Strelka Press.
Эталон качества
Архи.ру запускает проект «Эталон качества», главными элементами которого станут большая экспозиция с авторскими инсталляциями и круглый стол на фестивале «Зодчество», а также серия видео-интервью с рядом ведущих российских архитекторов.
Поиск героя
В галерее на Шаболовке до 10 сентября открыта выставка «Степан Липгарт. Семнадцатая утопия. Архитектурные проекты 2007 – 2017».
Архитектор на бумаге
Анна Шевченко полемизирует с идеями, предложенными Ильей Заливухиным для развития Москвы, и делает несколько неутешительных выводов о статусе профессии архитектора.
Технологии и материалы
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
Сейчас на главной
Умер Готфрид Бём
Притцкеровский лауреат Готфрид Бём, автор экспрессивных бетонных церквей, скончался на 102-м году жизни.
Эстакада в акварели
К 100-летнему юбилею Владимира Васильковского мастерская Евгения Герасимова вспоминает Ушаковскую развязку, в работе над которой принимал участие художник-архитектор. Показываем акварели и эскизы, в том числе предварительные и не вошедшие в финальный проект, и говорим о важности рисунка.
Идейная составляющая
Попытка систематизации идей, представленных в Арх Каталоге недавно завершившейся выставки Арх Москва: критика, констатация, обоснование, отказ, – все в основном лиричное, традиции «бумажной архитектуры», пожалуй, живы.
Летать в облаках
Ресторан в Хибинах как новая достопримечательность: высота 820 над уровнем моря, панорамные виды, эффект левитации и остроумные инженерные решения.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
21+1: гид по архитектурной биеннале в Венеции
В этом году архитектурная биеннале «переехала» в виртуальное пространство: так, 20 национальных экспозиций из 61 представлено в онлайн-формате. Цифровые двойники включают в себя видеоэкскурсии по павильонам, интервью с авторами и записи с церемонии открытия. Публикуем подборку национальных проектов, а также один авторский – от партнера OMA Рейнира де Графа.
Награды Арх Москвы: 2021
В субботу вечером Арх Москва вручила свои дипломы. В этом году – рекордное количество специальных номинаций, а значит, много дипломов досталось проектам с содержательной составляющей.
Вулкан Дефанса
В парижском деловом районе Дефанс достраивается башня HEKLA по проекту Жана Нувеля. От соседей ее отличает силуэт и фасадная сетка из солнцерезов.
Керамические тома
Ажурный фасад новой библиотеки по проекту Dietrich | Untertrifaller в австрийском Дорнбирне покрыт полками с книгами – но не бумажными, а из керамики.
Идеями лучимся / Delirious Moscow
В Гостином дворе открылась 26 по счету Арх Москва. Ее тема – идеи, главный гость – Москва, повсеместно встречаются небоскребы и разговоры о высокоплотной застройке. На выставке присутствует самая высокая башня и самая длинная линейная экспозиция в ее истории. Здесь можно посмотреть на все проекты конкурса «Облик реновации», пока еще не опубликованные.
Трансформация с умножением
Дворец водных видов спорта в Лужниках – одна из звучных и нетривиальных реконструкций недавних лет, проект, победивший в одном из первых конкурсов, инициированных Сергеем Кузнецовым в роли главного архитектора Москвы. Дворец открылся 2 года назад; приурочиваем рассказ о нем к началу лета, времени купания.
Союз Церкви и государства
Новое здание библиотеки Ламбетского дворца, лондонской резиденции архиепископа Кентерберийского, построено на берегу Темзы напротив Парламента. Авторы проекта – Wright & Wright Architects.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Пресса: Что не так с новой башней Газпрома в Петербурге? Отвечают...
На этой неделе стало известно, что Газпром собирается построить в Петербург вслед за «Лахта-центром» новую башню — 700-метровое здание. Рассказываем, что думают по поводу новой высотки архитекторы, критики и краеведы.
Башня превращается
Совместно с нашими партнерами, компанией «АЛЮТЕХ», начинаем серию обзоров актуальных тенденций высотного строительства. В первой подборке – 11 реализованных высоток со всего мира, демонстрирующих завидную приспособляемость к характерной для нашего времени быстрой смене жизненных стандартов и ценностей.
Переговоры среди лепестков
На Венецианской биеннале представлен новый проект Zaha Hadid Architects: модуль-переговорная Alis, подходящий как для интерьеров, так и для использования на открытом воздухе.
Выше всех
«Газпром» обещает построить в Петербурге башню высотой 703 метра. Рядом с Лахта центром должен появиться небоскреб Лахта-2, а автор – тот же, Тони Кеттл, только он уже не работает в RJMJ.
Метаболизм и Бах
Проект гостиницы для периферии исторического Петербурга, воплощающий непривычные для города идеи: транспарентность, незавершенность и сознательный отказ от контекстуальности.
DMTRVK: год в онлайне
За год с момента всеобщего перехода на удаленный формат взаимодействия проект «Дмитровка» организовал более 20 онлайн-лекций и дискуссий с участием российских и зарубежных архитекторов. Публикуем некоторые из них.