Олег Рыбин: «После принятия Градостроительного кодекса в 2004 году мы живем, скорее, вопреки закону»

Интервью с Олегом Рыбиным, который с 16 апреля официально вступил в должность главного архитектора Петербурга и председателя Комитета по градостроительству и архитектуре этого города.

Беседовала:
Анна Домрачева

mainImg
– Вы занимаете сразу две должности – главного архитектора и председателя Комитета по градостроительству и архитектуре Санкт-Петербурга. В Москве сейчас не так. Чем обусловлено объединение двух постов?

Совмещение этих постов важно не только для Петербурга, а для любого города России, потому что административный ресурс помогает главному архитектору принимать профессиональные и блокировать неверные решения.

После принятия Градостроительного кодекса в 2004 году мы живем, скорее, вопреки закону. В его версии отменено согласование проектов органами архитектуры. Это  порождает недовольство и профессионалов и горожан, увидевших, наконец, здание, с которого сняли леса. Резонанс вокруг нового здания Мариинки это подтвердил и заставил задуматься – может, пришла пора подкорректировать федеральный закон? Ведь сейчас у главного архитектора города нет правовых рычагов воздействия на ситуацию.

Кстати, именно на примере Мариинки-2 виден полный срез проблем в механизме принятия решений: организация конкурсов и его результаты, согласование проектов, работа градостроительного совета и рекомендательный характер принятого им решения.

А ведь все города болеют одной и той же болезнью, различна лишь степень поражения. Болезнь прогрессирует, потому что архитектор, как принято считать, мешает девелоперам. Их цели понятны, в итоге часто строится то, что продается, а не то, что нужно городу. В связи с этим главного архитектора стараются отодвинуть подальше, ссылаясь на административный  барьер, что идет городам только во вред. Снимать все административные барьеры в отсутствии общей культуры поведения оказывается небезопасно.

Необходимо разобраться, кто он – главный архитектор города, в чем его роль и предназначение. Человек у власти, навязывающий свой вкус, или специалист, способный организовать экспертное сообщество, разработчиков, чиновников на совместную работу.

– Какие задачи в работе главного архитектора Вы назвали бы основными?

Порядок, тот или иной, есть в любом городе. Вопрос в том, как работает система, соблюдаются ли законы и функционируют ли инструменты градостроительного регулирования. Таким образом, главная задача дробится на множество различных подзадач: внесение изменений в генеральный план, актуализация правил землепользования и застройки, исполнение проектов планировок.

Причем надо помнить, что планировки – продукт скоропортящийся. Если нет внятной программы, особенно по промышленным зонам, то проект планировки вскоре после утверждения превращается в макулатуру, становится ненужным, потому что и интересы, и программа, и нормативы могут поменяться. Так что основной приоритет – создание и исполнение градостроительной документации.

Отсюда следуют уже совершенно конкретные документы, такие как градостроительный план земельного участка, являющийся последним рубежом. Если он нечеток и невнятен, то породит появление в городе непонятных объектов с неверными параметрами и странной функцией.

Планирую продолжить работу петербургских градостроительных советов –профессионального и общественного. Как сказал известный московский архитектор, градостроительные советы, которые действуют во многих городах, являются «фильтрами на пути беспредела». Порой это последняя надежда на появление объектов полезных, прочных и красивых.

– Петербург в архитектурном отношении особенный город. Как можно сохранить его архитектурное наследие и самобытность?

Надеюсь, что опыт Нижнего Новгорода окажется здесь востребованным. В 2008 году мы завоевали золотой диплом в номинации «Архитектура и градостроительство регионов России», на конкурсе «Исторический город и новая архитектура». Создание параметрических регламентов для исторических территорий — принципиально важные позиции.

Петербург создан «по воле и плану». Из этой его специфики вытекает и задача – необходимость создания и, самое главное – соблюдения жестких и очень конкретных правил.

Принципиальные положения градостроительного закона города не должны быть размыты или страдать ни при каких обстоятельствах, поскольку разрушение родовых качеств градообразования чревато потерей идентичности, а, по сути, девальвацией понятия воли, некогда проявившейся на берегах Невы. Это и есть самый главный предмет охраны, с утратой которого забвение неизбежно.

Утрата родового свойства Петербурга как столицы государства также не прошла без последствий. Затевая «город заложить», император, князь или воевода понимал его значение и смысл, а самое главное – чем город будет жить, его внешние и внутренние ресурсы. Потеря столичного ресурса для сложнейшего и трудного в жизнеобеспечении городского организма, требующего гораздо больше затрат, чем город естественным образом возникший, может быть самым тяжелым для города. В том числе поэтому идет поиск новых форм и механизмов. Перевод части федеральных функций, скоростные и высокоскоростные коммуникации – это зарождение линейного города между двух столиц, что вполне естественным образом помогало бы и Москве и Петербургу. Но не только это.

На мой взгляд, важно создать механизм, при котором заниматься памятниками будет выгодно. Однажды спросил немецких коллег: «Есть ли у вас очередь на снятие статуса памятника?» Они ответили: «У нас есть очередь на присвоение статуса памятника». В Европе это дает всевозможные льготы – в частности, по коммунальным, налоговым и земельным платежам.

Сейчас важно сделать так, чтобы в центре Петербурга люди жили в нормальных, комфортных условиях, сохраняя, однако, родовые свойства поселения, когда жестко регламентировались очень простые градостроительные понятия – квартал, брандмауэр, высота карниза, высота конька и другие элементы, сохранившие неповторимую среду города. Но новое – неизбежность.

Любая ткань ветшает, рвется, вопрос в том, как мы умеем её чинить и залечивать. Мы же не штопаем бежевый свитер синими нитками. Умение нежно работать с исторической   тканью города, с материалом, масштабом, размером и регламентом – это и есть искусство работать в исторической среде.

В Северной столице традиционно все постройки, возведенные до 1917-го года, являются предметом особого внимания. На мой взгляд, не может какая-то дата, пусть даже самых крупных политических и исторических событий, быть мерилом качества архитектуры. Искусство живет по другим законам, независимым от флагов на улице. Так неужели мы не способны сегодня создать авторитетную экспертную группу, оценить все здания и сооружения и предъявить окончательный на сегодня список объектов культурного наследия? Объекты нужно активно защищать не тогда, когда их разрушают, а тогда, когда они разрушаются.

В Петербурге один из сильнейших в стране архитектурных цехов и сильное градозащитное движение. Но защитники появляются, когда есть нападающие. Вопрос – кто нападает? Точно не архитекторы.

Сохранение наследия – это приспособление зданий под современное использование. Очень сложно работать с внутренностями дома, потому что все ветшает, деревянные перекрытия гниют и приходят в негодность. Конечно, сейчас технологии позволяют сделать инъекции, превращающие дерево в железо. Но, к сожалению, технологии эти очень дороги, использовать их целесообразно на объектах всемирного наследия, находящихся под охраной ЮНЕСКО (например, Преображенский собор или часовня Муромского монастыря в Кижах). Для рядовых же зданий эти технологии необоснованно затратны.

В Петербурге и в Нижнем Новгороде часто можно встретить ветхие, сгнившие изнутри здания. Если это памятник, снести его – уголовное дело, а воссоздать без разбора самого сооружения тоже уже невозможно. Понятие реконструкции ушло из закона, остался термин «приспособление». Так давайте определимся, что такое приспособление в физическом понимании этого слова.

– Вы были главным архитектором Нижегородской области и первым замом главного архитектора Москвы А.В.Кузьмина. Что дал вам этот опыт?

Все, что было в Нижнем Новгороде и Москве, применимо и в Петербурге. Проблема инфраструктуры, тем более проблема отставания инфраструктур – транспортной, социальной и инженерной, для всех городов одинакова.

Строится огромное количество квадратных метров недвижимости. Вопрос – какой и где. Появляются довольно странные с точки зрения архитектуры и здравого смысла вещи, которые делают города больными. Москве в этом отношении не повезло больше всех. У остальных ещё есть шанс не повторить сценария столицы.

Очевидно, что чем мощнее инвестиционный поток, тем жестче его надо регулировать (не останавливая), иначе он может быть опасен для города. Столицы должны уже признать это необходимостью.

Конечно, система расселения – очень сложный вопрос. Задумавшись о местах приложения труда в микрорайонах и спальных районах, которых возводится все больше, возможно, стоит вспомнить советский опыт. Однако, не только отсутствие рабочих мест в спальных районах составляет серьезную проблему, но и то, как выглядят в Москве сегодняшние так называемые зоны стабилизации. В них нет необходимой инфраструктуры, и, в первую очередь, социальной.

Градостроительная аксиома – чем плотнее город насыщен инфраструктурными объектами, тем меньше пробок. Ведь людям не надо выезжать на основные магистрали, чтобы попасть на работу. Все, что нужно для жизни, они находят внутри микрорайонов и вообще могут ходить пешком. В микрорайоне должны быть и рабочие места, и детские сады, и школы, и фитнес, и торговые площади, и поликлиники.

Совершенно отдельная тема – парковки. Вроде бы все уже придумано, надо лишь грамотно использовать европейские и азиатские наработки. С пробками борются во всем мире, используя разнообразные мероприятия: ограничения, чет-нечет, запрет на покупку машины, если нет парковочного места, высокую цену парковки в центре, тарификацию и привлечение инвесторов в строительство парковок. И, конечно, особое место отводится общественному транспорту. Он должен быть высокого качества, только в этом случае люди на него пересядут.

Многие автомобилисты игнорируют общественный транспорт, предпочитая по три часа стоять в пробках, потому что в автобусах не комфортно и тесно. Уповая на общественный транспорт, мы должны понимать, что он должен превратиться в коммуникацию – ведь человеку нужно просто переехать из одной точки в другую. Человек, живущий в многоквартирном доме, не строит себе персональный лифт, все ездят на одном, хотя и приходится его немного подождать. Важно, чтобы в лифте было чисто и просторно. То же и с транспортом в городе – нужно, чтобы он ходил так же часто, как и лифт, для этого сейчас делаются выделенные полосы. Это очевидная вещь, но многие на неё не обращают внимание.

Я четко понимаю, что мне интересно заниматься реальным городом. За мега-проектами мы часто забываем о существующем городе – а у него свои болячки и проблемы – инфраструктурные, транспортные, социальные, которые требуют решений. Мне кажется, именно на вопросы города нынешнего, живущего сегодня, сейчас, обращают внимание власти Петербурга.

Согласно известной градостроительной аксиоме город состоит из трех вещей: люди, камни, нормы. Можно, не разрушив ни одного камня, с помощью продуманных норм сделать жизнь людей комфортной. В Петербурге много вопросов, которые ждут ответа – от особенностей формулировок нормативных актов до вопросов реконструкций и реставраций в историческом центре.

Беседовала Анна Домрачева
Интервью подготовлено для газеты «СА» Союза архитекторов России.
Олег Рыбин, главный архитектор Санкт-Петербурга. Фотография представлена редакцией газеты «СА»

30 Апреля 2013

Беседовала:

Анна Домрачева
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
ADM 2006–2021
В новой книге-портфолио ADM architects, посвященной 15-летию бюро, 37 проектов, все реализованные или строящиеся. Публикуем интервью с главой бюро Андреем Романовым и сообщаем, что теперь книгу можно купить на ozon.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Технологии и материалы
Великолепный дизайн каждой детали – Graphisoft выпускает...
Обновления версии отвечают пожеланиям пользователей и обеспечивают значительные улучшения при проектировании, визуализации, создании документации и совместной работе в Archicad, BIMx и BIMcloud, что делает Archicad 25 версией, как никогда прежде ориентированной на пользователя
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Кирпич Terca из Эстонии – доступная европейская эстетика
Эстонский кирпич соединяет в себе местные традиции и высокотехнологичное производство мирового уровня под маркой Wienerberger. Технические преимущества облицовочного кирпича Terca особенно ценны в нашем северном климате – благодаря им фасады не потеряют своих эстетических качеств, а постройки будут долговечными.
Прочные основы декора. Методы Hilti для крепления стеклофибробетона
Методы HILTI позволяют украшать фасад сложными объемными формами, в том числе карнизами, капителями, кронштейнами и узорными панелями из стеклофибробетона, отлично имитируя массивные элементы из натурального камня и штукатурки при сравнительно меньшем весе и стоимости.
Дайте ванной право быть главной!
Mix&Match – простой и понятный инструмент для создания «журнального» дизайна ванной комнаты. Воспользуйтесь концепцией от Cersanit с десятками комбинаций плитки и керамогранита разного формата, цвета и фактуры для трендовых интерьеров в разных стилях. Идеально подобранные миксы гармонично дополнят вашу идею и помогут сократить время на создание проекта.
Современная архитектура управления освещением
В понимании большинства людей управлять освещением – это включать, выключать свет и менять яркость светильников с помощью настенных выключателей или дистанционных пультов. Но управление освещением гораздо глубже и масштабнее, чем вы могли себе представить.
Чистота по-австрийски
Самоочищающаяся штукатурка на силиконовой основе Baumit StarTop – новое поколение штукатурок, сохраняющих фасады чистыми.
Кто самый зеленый
14 небоскребов из разных частей света, которые достраиваются или планируются к реализации: уже не такие высокие, но непременно энергоэффективные и поражающие воображение.
Советы проектировщику: как выбрать плоттер в 2021 году
Совместно с компанией HP, лидером рынка широкоформатной печати, рассматриваем тенденции, новые программные и технические решения и формулируем современные рекомендации архитекторам и проектировщикам, которым требуется выбрать плоттер.
Energy Ice – стекло, прозрачное как лед
Energy Ice – новое мультифункциональное стекло, отличающееся максимальным светопропусканием. Попробуем разобраться, в чем преимущество новинки от компании AGC
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Башня превращается
Совместно с нашими партнерами, компанией «АЛЮТЕХ», начинаем серию обзоров актуальных тенденций высотного строительства. В первой подборке – 11 реализованных высоток со всего мира, демонстрирующих завидную приспособляемость к характерной для нашего времени быстрой смене жизненных стандартов и ценностей.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Сейчас на главной
Тиана Плотникова: «Наша миссия – разработать user-friendly...
Говорим с основательницей стартапа Uflo – программы, помогающей конвертировать числовые данные в геометрию, о том, что побудило придумать проект, о карьере в крупных зарубежных компаниях и о страхах перед цифровыми технологиями
Связь с прошлым и будущим
Нидерландские мастерские Benthem Crouwel и West 8 выиграли конкурс на проект нового вокзала в Брно: этот архитектурный конкурс стал крупнейшим в истории Чехии.
Авторский надзор: мытьем да катаньем
Разговор на АрхПароходе 2021 со Стасом Горшуновым: о том, как ему удается добиваться качественной реализации проектов, какие проблемы приходится решать, когда жертвовать гонораром, а когда идти на компромиссы.
Образ прощания
Объект MAMA самарских архитекторов Дмитрия и Марии Храмовых стал единственным российским победителем конкурса фестиваля ландшафтных объектов SMACH2021, который проводится на северо-востоке Италии в Доломитовых Альпах.
Новое качество Личного
В Никола-Ленивце Калужской области в эти выходные проходит фестиваль Архстояние с темой «Личное». Главной постройкой фестиваля стал дом «Русское идеальное», спроектированный Сергеем Кузнецовым и реализованный компанией КРОСТ в короткие сроки. Рассматриваем дом и новые объекты Архстояния 2021.
«Место для всех»
Победителем международного конкурса на разработку концепции Приморской набережной в Сочи стал консорциум во главе с UNStudio.
Пресса: "Непостижимое решение". ЮНЕСКО отобрало у Ливерпуля...
ЮНЕСКО решило исключить Ливерпуль из своего Списка всемирного наследия, поскольку городские власти ведут активное строительство в районе доков и порта - архитектурного ансамбля, которое агентство ООН считало важнейшим памятником. В Ливерпуле такое решение называют "непостижимым" и надеются на его пересмотр.
Главный манифест конструктивизма
В Strelka Press выпущена основополагающая для отечественного авангарда книга Моисея Гинзбурга «Стиль и эпоха. Проблемы современной архитектуры» (1924): это совместный издательский проект Института «Стрелка» и Музея «Гараж». Публикуем главу «Конструкция и форма в архитектуре. Конструктивизм».
На берегу очень тихой реки
Проект благоустройства территории ЖК NOW в Нагатинской пойме выходит за рамки своих задач и напоминает скорее современный парк: с видовыми точками, набережной, разнообразными по настроению пространствами и продуманными сценариями «от 0 до 80».
Труд как добродетель
Вышла книга Леонтия Бенуа «Заметки о труде и о современной производительности вообще». Основная часть книги – дневниковые записи знаменитого петербургского архитектора Серебряного века, в которых автор без оглядки на коллег и заказчиков критикует современный ему архитектурно-строительный процесс. Написано – ну прямо как если бы сегодня. Книга – первое издание серии «Библиотека Диогена», затеянной главным редактором журнала «Проект Балтия» Владимиром Фроловым.
Стилисты села
Дизайн-код как способ привести небольшое поселение в порядок к юбилею или крупному событию: борьба с визуальным мусором, поиск духа места и унификация городских элементов.
Диалоги об образовании и карьере
Империалистический заказ и равнодушие к форме, необходимость доучить бывших студентов за свои деньги и скука формального обучения – дискуссия об архитектурном образовании на недавнем Архпароходе, как и многие разговоры на эту тему, местами была отмечена грустью, но не безнадежна и по-своему интересна. Публикуем выдержки из разговора, собранные одним из участников, архитектором и преподавателем Евгенией Репиной.
Плавная консоль
У здания банка в окрестностях ливанского города Сура нет привычных ограждений, а еще Domaine Public Architects удалось добавить в проект небольшую площадь.
Туман над Янцзы
В сети обсуждают новую ленд-арт-инсталляцию Григория Орехова Crossroads, «пешеходную зебру» проложенную художником по воде Москвы-реки 7 июля недалеко от Николиной горы. Рассматриваем несколько недавних работ Орехова – от «перекрестка» 2021 года на реке до «перекрестка» 2020 года в зеркалах «Черного куба», созданного в честь Казимира Малевича в Немчиновке.
Неоконюшня
На территории ВДНХ появится новый конноспортивный манеж: его авторы обращаются к традиционной для типологии форме и материалам, трактуя их как современный парковый павильон.
Еще один конструктор
В Мангейме началось строительство жилого комплекса по проекту MVRDV и производителя сборных домов Traumhaus. Он должен дать будущим обитателям максимум разнообразия и кастомизации по доступной цене, что в свою очередь позволит создать там живое сообщество соседей.
Градсовет Петербурга 15.07.2021
Архитекторы предложили обновить торговый центр в петербургском Купчино, вдохновляясь снежными пиками Балканских гор. Эксперты отнеслись к идее прохладно.
Галька на берегу
Проект аэропорта в Геленджике от АБ «Цимайло, Ляшенко и Партнеры» стал единственным российским победителем премии Architizer A+Awards 2021 года.
Стратегия преображения
Публикуем 8 проектов реконструкции построек послевоенного модернизма, реализованных за последние 15 лет Tchoban Voss Architekten и показанных в галерее AEDES на недавней выставке Re-Use. Попутно размышляя о продемонстрированных подходах к сохранению того, что закон сохранять не требует.
Ажурные узоры
Манчестерский Еврейский музей приобрел после реконструкции по проекту Citizens Design Bureau новый корпус с орнаментом на фасаде: он напоминает о культуре сефардов.
Дворцовый переворот
Еще один ДК, который возвращает к жизни команда «Идентичность в типовом», на этот раз – в Ельце. Согласно программе, универсальные решения встречаются с локальными особенностями, благодаря чему появляется новая точка притяжения.