English version

Другая Остоженка

Отреагировав на все темы, заданные контекстом, новое банковское здание в Бутиковском переулке не получилось похожим на знаменитых соседей. Напротив: приглядевшись, в нем даже можно увидеть прорыв старой Остоженки в компанию гламурной «золотой мили».

Юлия Тарабарина

Автор текста:
Юлия Тарабарина

14 Марта 2013
mainImg
Проект:
Офисное здание в Бутиковском переулке, 9
Россия, Москва, Бутиковский переулок, вл. 9

Авторский коллектив:
Директор и руководитель авторского коллектива: Александр Скокан,
Главный архитектор проекта: Валерий Каняшин
Ведущий архитектор: Мария Дехтяр
Архитекторы-участники проекта: Мария Елизарова, Борис Елагин, Александра Скачкова
Главный инженер: проекта Алексей Конарев
Инженер-конструктор: Александр Квенцель

2003 — 2008 / 2007 — 2010

Заказчик: UniCredit Bank

Инженеры: ООО «Стройстиль ХХI век»
Генеральный подрядчик: ЗАО «Сетьстрой»
Технический заказчик: ЗАО «Сетьстрой»
Подрядчик по фасадам: НПО «Стеклострой»
Фасадные работы: НПО «Стеклострой»
Алюминиевая фасадная система: REYNAERS aluminium CW50SC
Терракотовые багеты: Terreal Terracotta
Внутренняя отделка: ООО «Гинт-М»
Новый корпус UniCredit банка построен на пересечении Коробейникова и Бутиковского переулка. Для тех, кто хоть сколько-нибудь интересуется современной московской архитектурой, одно только обозначение места значит очень много: к середине 2000-х все профессиональные издания увлеченно обсуждали именно эту часть района Остоженки, и что уж греха таить – именно об этом месте мы прежде всего вспоминаем, слыша пресловутое определение «золотая миля». Слева, справа и по диагонали напротив здесь – постройки бюро «проект Меганом», чуть поодаль два дома Сергея Скуратова. Рядом, в глубине участка, на набережной Москвы-реки – первое здание UniCredit банка (в то время он назывался Международный московский банк), построенное бюро «Остоженка» в 1995 году и тоже изрядно прославленное журналами и профессиональными наградами. Собственно, новый корпус стал продолжением здания 1995 года: в нем разместились офисы администрации банка. Старое и новое здание соединены переходом на уровне второго этажа и парковка у них общая, с одним въездом – здания функционируют как единый организм.
Офисное здание в Бутиковском переулке © АБ Остоженка
Офисное здание в Бутиковском переулке. Генплан © АБ Остоженка
Офисное здание в Бутиковском переулке. План 2 этажа © АБ Остоженка
Офисное здание в Бутиковском переулке. Эскиз © АБ Остоженка
Офисное здание в Бутиковском переулке. Слева новый корпус, справа здание 1995 года © АБ Остоженка
Офисное здание в Бутиковском переулке © АБ Остоженка

«Unicredit банк, бывший Международный московский – это первый частный банк в России, с лицензией номер один. Команда его управленцев интернациональная, принципы работы скорее западные, чем наши. К тому же российские и иностранные руководители контролируют и уравновешивают друг друга, – рассказывает главный архитектор проекта Валерий Каняшин. – С ними было легко и приятно работать, так как вкусы какого-то одного начальника в данном случае не превалировали. Стилистика здания была сразу определена как современная, остальное (в рамках разумного, конечно) заказчики отдали на наше усмотрение. Поэтому удалось сделать нетипичные для стандартного офиса фасады. Если бы заказчик не был международным, здание получилось бы другим.»

Здание, действительно, выглядит непривычно. С первого взгляда даже сложно понять, каким образом архитекторам удалось растворить такую громадину в воздухе и пространстве. Оно подернуто рябью, похоже на призрак или на трехмерное изображение самого себя. Оно не то чтобы совсем, но почти – лишено телесности. К тому же, если мы пройдем мимо, спускаясь к реке по Коробейникову переулку, то будет сложно избавиться от ощущения, что дом слегка, но движется, уклоняется от нас и пропускает вперед.
Офисное здание в Бутиковском переулке © АБ Остоженка

Впрочем, «лишено телесности» не значит совсем бестелесно: материя, из которой соткан этот банк, хотя и тонка, но вполне ощутима, именно она отвечает за эффект легкой  подвижности и одновременно – лоска, современной дороговизны постройки. Эффект сродни китайской ширме: ничего не видно, но в то же время как будто бы и не закрыто. Не навязчиво. Не давит. Да, и еще одна деталь: по ночам оно светится все целиком, как фонарик.
Офисное здание в Бутиковском переулке © АБ Остоженка

Прозрачная непрозрачность получилась благодаря тому, что стеклянные, покрытые мелкой точкой шелкографии фасады здания со стороны улицы закрыты решетками горизонтальных керамических ламелей: тонких полосок терракотового цвета. Полосатое полотно местами разорвано крупными прямоугольниками псевдо-«окон», которые больше обычных окон, возможных в таком здании, раза в два-три. Декоративные проемы асимметрично разбросаны по фасадам, они оживляют и усложняют их ритм, к тому же добавляют сходства с «обычным зданием», с архетипами города, согласно которым домам полагается иметь окна.
Офисное здание в Бутиковском переулке. 3D модель © АБ Остоженка

Кирпичный цвет ламелей попадает в тон старого (1995 года) банковского здания на набережной и отвечает одновременно за цельность ансамбля двух корпусов и за контекстуальную респектабельность: все же мы в центре, а терракотовый цвет – один из самых «исторических». Полосатость тоже попадает в контекст: рядом по Бутиковскому переулку дом, построенный бюро «Проект Меганом», полностью закрытый вертикальными ламелями (еще более призрачный и прозрачный; горизонтальная штриховка здания «Остоженки» по сравнению с ним более ощутима, что логично, так как ей, помимо прочего, следует «держать» угол улицы, а это дело ответственное).
Офисное здание в Бутиковском переулке. Вид из Бутиковского переулка. Слева здание бюро Меганом в Бутиковском переулке, впереди (в перспективе) жилой дом в Коробейниковом и его стеклянная «вилла» © АБ Остоженка
Офисное здание в Бутиковском переулке © АБ Остоженка

Упомянутый угол – пересечение Коробейникова и Бутиковского переулков, – в здании, безусловно, главный. Он, в сущности, играет роль его главного фасада, визитной карточки – прохожий, спускаясь по Коробейникову переулку от Остоженки, увидит этот угол первым. Всю правую сторону переулка здесь занимает здание, построенное (как и упомянутый выше дом с ламелями) Юрием Григоряном – его длинный, покрытый плотным известняком массив «держит» линию переулка. А непосредственно перед перекрестком, на уровне третьего этажа, из плоскости стены выступает стеклянный объем встроенной в дом «городской виллы». Ее стеклянный «айсберг» появился тогда, когда угол Бутиковского и Коробейникова был пустым. Теперь для того, чтобы эта часть переулка не стала затесненной и мрачной, архитекторам «Остоженки» пришлось отступить перед энергичной стеклянной массой.
Офисное здание в Бутиковском переулке. Вид из Коробейникова переулка, со стороны Остоженки © АБ Остоженка

Они сделали это, обманув перспективу с помощью объемов и линий. Коротко говоря, линии верхней и нижней границ полосатых терракотовых экранов перед фасадами не параллельны земле. Они диагонально поднимаются от перекрестка, захватывая целый этаж, и получается, что выходящий к перекрестку угол здания ниже, а дальние углы «взлетают», похожие на  крылья бумажной бабочки или же на стилизованную треугольной галочкой меланхолическую улыбку.
Офисное здание в Бутиковском переулке © АБ Остоженка
Офисное здание в Бутиковском переулке © АБ Остоженка

Причем если по линии Бутиковского прием реализован линейно-декоративно: нижний контур полосатого экрана срезан по косой и до некоторой степени продолжает линейную игру, заложенную в объеме стеклянной «виллы», – то со стороны Коробейникова терракотовая стена отклоняется от красной линии, поворачивая градусов на двадцать влево. При этом цоколь остается на месте, два объема расходятся, как ступеньки винтовой лестницы или как полки подвижной этажерки на одном осевом стержне. Кроме того, двигаясь в глубину переулка, цоколь вырастает с одного до двух этажей, задирая свой острый «нос» вверх.
Офисное здание в Бутиковском переулке © АБ Остоженка
Офисное здание в Бутиковском переулке © АБ Остоженка

Если же мы посмотрим на здание со стороны реки, то отсюда оно покажется составленным из двух объемов, поставленных один поверх другого с диагональным сдвигом – терракотовый угол нависает над цоколем, игра линий превращается в полноценную стереометрическую композицию. Но характерно, что плоскость терракотовой решетки с этой точки зрения выглядит практически как непосредственное продолжение кирпичной стены старого корпуса банка, именно здесь сходство двух зданий особенно ощутимо. Впрочем, его не стоит преувеличивать: «штриховка» нового корпуса сложнее и прозрачнее, а линия его карниза продолжает перспективную игру, на этот раз – усиливая сокращение и делая переулок чуточку короче (визуально, разумеется).
Офисное здание в Бутиковском переулке © АБ Остоженка

В результате пространство Коробейникова переулка, скажем так, расслоилось: внизу продолжается диктат красной линии, а в верхней части оно пошло несколько левее. Между объемом стеклянной «виллы» и банка разыгрывается молчаливый диалог, один наступает, другой отступает, но делает это с не только с достоинством, но и с толком – попутно задавая новое для переулка направление развития пространства: чуть левее, чуть выше, – чем не лестница в небо? Во всяком случае, если идти по переулку не отрывая взгляда от этого здания, – проверено, крутой спуск мостовой покажется несколько неожиданным и как будто бы даже необоснованным. Захочется подпрыгнуть.

Есть у здания банка и еще одна особенность: оно не только внимательнейшим образом рефлексирует среду. Оно еще и отличается от окружающей застройки, причем довольно существенно. Во-первых, Бутиковский стало принято упрекать в том, что он стал «мертвым» переулком; там мало кто живет и по улице ходит преимущественно охрана. Архитекторы, прямо скажем, виноваты в этом меньше всего, но все же – среда получилась специфическая. Здание банка – напротив, по-настоящему живое, занятое работой и востребованное. Как рабочая лошадка среди праздной роскоши.

Во-вторых, и это уже пластическое отличие – здание противопоставляет себя соседним домам с их плотным респектабельным камнем и традиционным кирпичом; с их серьезной репрезентативной «сделанностью». В нем, в противовес соседям, присутствует качество незавершенности: вместо того, чтобы старательно и важно презентовать себя, оно смущенно уклоняется, закрывается, притворяется штриховым эскизом. Асимметричные прорехи разноразмерных «псевдо-окон» в редком  полотне ламелей похожи, с одной стороны, на рваный плащ, а с другой – на старомосковский штакетник. Отчего новый банк может – вполне неожиданно – показаться отзвуком той, старой, деревянной и «непостроенной», непафосной Остоженки, которой уже нет и по которой все так сильно скучают.
Проект:
Офисное здание в Бутиковском переулке, 9
Россия, Москва, Бутиковский переулок, вл. 9

Авторский коллектив:
Директор и руководитель авторского коллектива: Александр Скокан,
Главный архитектор проекта: Валерий Каняшин
Ведущий архитектор: Мария Дехтяр
Архитекторы-участники проекта: Мария Елизарова, Борис Елагин, Александра Скачкова
Главный инженер: проекта Алексей Конарев
Инженер-конструктор: Александр Квенцель

2003 — 2008 / 2007 — 2010

Заказчик: UniCredit Bank

Инженеры: ООО «Стройстиль ХХI век»
Генеральный подрядчик: ЗАО «Сетьстрой»
Технический заказчик: ЗАО «Сетьстрой»
Подрядчик по фасадам: НПО «Стеклострой»
Фасадные работы: НПО «Стеклострой»
Алюминиевая фасадная система: REYNAERS aluminium CW50SC
Терракотовые багеты: Terreal Terracotta
Внутренняя отделка: ООО «Гинт-М»

14 Марта 2013

Юлия Тарабарина

Автор текста:

Юлия Тарабарина
АБ Остоженка: другие проекты
Архсовет Москвы-67
Проект реконструкции советского здания АТС в начале Нового Арбата под гостиницу – от ТПО «Резерв», и жилой комплекс на Шелепихинской набережной – от АБ «Остоженка», были поддержаны архсоветом Москвы 5 августа.
Остоженка: первая виртуальная
Две виртуальные экскурсии, с десяток лекций, интервью и круглых столов – подводим итоги выставки, посвященной 30-летию бюро и знаковому проекту реконструкции московского центра – району Остоженки. Выставка прошла полностью в «карантинном» он-лайн формате. Постарались собрать всё вместе.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Яркое предложение
Концепция развития микрорайонов 7 и 8 в Южно-Сахалинске продолжает работу, начатую концепцией для всего города, также разработанной архитекторами «Остоженки». Можно только удивляться, насколько логично и последовательно идет работа – и насколько ярок результат.
Обитаемая галактика
Компания АПЕКС возглавила работу над проектом масштабного жилого комплекса на севере Москвы, в котором современные подходы к формированию городской застройки сочетаются с продуманными планировочными решениями, узнаваемым обликом и оригинальной концепцией благоустройства.
Лучший – в Латвии
Объявлен лауреат премии союза московских архитекторов – им, как мы и предсказывали, стал Тотан Кузембаев с усадьбой Клаугис, широко известной в узких кругах. Среди номинантов ATRIUM, DNK ag, IND architects, AI architects.
Город в пригороде
Закончено строительство первой очереди микрорайона «Новокрасково». Два квартала задают совершенно иной ритм окружающему пространству поселка: более крупный, но сложный, развитый и пластичный. Городской.
Активация методом мелиорации
Интереснейшая идея пилотного проекта реновации бюро «Остоженка» и Института экономики города – парковки под улицами, совмещенные с коллекторами. Кроме того суть проекта в сохранении ценной зелени, проявлении новой главной улицы и дополнительных улиц-вен.
Типичная аномалия
Оригинальный фасад из стеклянных ламелей принес проекту делового центра на Садовом кольце от бюро «Остоженка» заслуженную победу на конкурсе ArchGlass 2018.
Первая линия
Архитектура нового комплекса по проекту бюро «Остоженка» на Пречистенской набережной вступает в диалог с памятью об истории места и с современным контекстом, в том числе с соседним зданием банка, который 20 лет назад стал для бюро пропуском в большую архитектуру.
Небоскребы вместо мельниц
ЖК в Мукомольном проезде не только прибавит Москве несколько сотен тысяч квадратных метров жилья, но и превратит заброшенную промзону у Шелепихинской набережной в органичную и обжитую часть города, полностью изменив семантику места.
Свет и тень
АБ «Остоженка» строит в подмосковном поселке Красково новый микрорайон – маленький город с башнями, «крепостной стеной» и собственной часовой башней.
Архсовет Москвы–38
Первый в этом году Архитектурный совет отправил на доработку проекты двух жилых комплексов, предложив авторам внимательнее отнестись к их градостроительному решению.
Пикселизация Мытной
Недалеко от Шуховской башни, в окружении уже существующих новых ЖК, завершается строительство башен Sky House, покрытых отчасти прозрачной, отчасти – по-осеннему пёстрой пиксельной кожей.
Раис Баишев: «Я упаковываю пространства»
Один из основателей архитектурного бюро «Остоженка», главный архитектор таких проектов, как здание Международного Московского банка, ЖК в Одинцово и балашихинские «Акварели», – об участи ГАПа, профессиональных предпочтениях и отличии модного от современного.
Точка отсчета
Архитектурное бюро «Остоженка» и ЮниКредит Банк отметили двадцатилетнюю годовщину здания банка на Пречистенской набережной, собравшего в свое время немалый урожай профессиональных и государственных наград.
Лучистая концепция
Опираясь на ландшафтно-визуальное исследование, которое превратилось в самоценную часть концепции, архитекторам АБ «Остоженка» предложили сохранить 85% видов с набережной на Симонов монастырь.
Солнечный удар. Авангард XXI века
Смелая пластическая игра с объемом гигантского жилого дома в Подмосковье: сложный силуэт, впечатляющие ракурсы и – красочное напоминание о том, что авангард это наше всё.
Гений важного места
Архитекторы бюро «Остоженка» исследовали районы Волхонки и предложили не только ряд идей, делающих более зримой историю места, но и новые подходы к работе с историческими центрами российских городов.
Похожие статьи
Здание в шляпе
В программе библиотеки города Тайнань на Тайване по проекту бюро Mecanoo и MAYU – архивы и исторические экспозиции, а также медиатека и «цифровая мастерская».
Спланированный вернакуляр
Концепция жилого района для Самары от датских архитекторов: 2000 квартир, ни одной повторяющейся секции и очень много зеленых и общественных пространств.
К лесу передом
Типовой каркасный дом быстрой сборки с тремя спальнями и детской в антресоли, черный снаружи и белый внутри, спроектирован как для общения с природой, так и между собой. Весь фокус – на открытую террасу. Функции уборки и ухода за участком намеренно минимизированы, – подчеркивают авторы.
Миссия на воде
Плавучая церковь «Бытие» в Лондоне по проекту архитекторов Denizen Works предназначена для жителей переживающих реконструкцию районов на востоке Лондона.
Энергетическое семейство
Жилой комплекс Symphony 34 планируется построить в Савеловском районе Москвы. Он будет состоять из четырех разновысотных башен – от 36 до 54 этажей. Каждая имеет свой образ, но вместе все четыре собраны в единый архитектурный ансамбль, фрагмент нового высотного города за третьим транспортным кольцом.
«Аппетит к современности»
В Париже закончена реконструкция исторической Товарной биржи по проекту Тадао Андо: этой весной там откроется музей современного искусства – произведений из коллекции Франсуа Пино.
Содержание крупнее формы
Музей художественного образования Хуамао близ Нинбо по проекту Алвару Сиза и Карлуша Каштанейра – это компактный темный объем с наполненным светом просторным интерьером.
Пятый элемент
Клубный дом во Всеволожском переулке оперирует сочетанием дорогих фактур камня и металла, погружая их в буйство орнаментики. Дом представляется фантазией на темы театра эпохи модерна и символизма, разновидностью восточной сказки, что парадоксальным образом позволяет ему избежать прямой стилизации и стать отражением одной из сторон современной московской жизни.
Ходить по воде
Благоустройство, которое сделало спальный микрорайон не только комфортным, но и запоминающимся.
Летят перелетные птицы
В Чжухае на южном побережье Китая строится крупный центр искусств по проекту Zaha Hadid Architects: его самая заметная часть, модульный навес, должен напоминать летящих клином перелетных птиц.
Трамплины и патио
Центром усадьбы в Антоновке, спроектированной Романом Леонидовым, стал внутренний двор с перголами, напоминающий хозяину об отдыхе в экзотических странах. Открытые деревянные конструкции подчеркнули устремленные вверх диагонали односкатных крыш.
Башни с талией
Архитекторы Heatherwick Studio спроектировали жилой комплекс 1700 Alberni в Ванкувере – с озелененными балконами и рассчитанными на комфорт пешеходов нижними этажами.
Сложный белый
Спортивный центр на берегу Суздальского озера – редкий пример того, как архитекторы пошли до конца в отстаивании своих идей. Ответом на ограничения участка и пожелания заказчика стала изощренная композиция, уравновешенная чистотой линий и лаконичной отделкой.
Сложение растущего города
Жилой квартал «1147» разместился на границе старого «сталинского» района к северу и активно развивающихся территорий к югу от него. Его образ откликается на эту непростую роль: многосоставные кирпичные фасады – разные у соседних секций, их высота от 9 до 22 этажей, и если смотреть с улицы кажется, что фронт городской застройки из длинных узких объемов складывается в некий сложный ряд прямо у нас на глазах.
Один памятник вместо другого
Новый зал Мойнихана по проекту SOM для Пенсильванского вокзала в Нью-Йорке призван заменить общественные пространства снесенного в 1965 его исторического здания.
Технологии и материалы
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Расширить горизонты
Интерактивные игровые площадки, подключённые к интернету, и активити-парки компании «Новые Горизонты» как яркая часть городской среды.
Красное и черное
ЖК «Береговой» на береговой линии Москвы-реки, в престижном ЗАО, в историческом районе Филевский парк – часть Большого Сити, городской кластер, респектабельный образ которого создан с помощью облицовки клинкером Hagemeister
Ловушка для света
Новый Matelac Silver Crystalvision, стекло нейтрального оттенка с одной матовой и другой зеркальной стороной – удачное решение для современного минималистичного дизайна. Рассматриваем новый продукт в свете других предложений AGC для архитектуры интерьеров.
Праздничное освещение в большом городе
Каждый год с приближением праздников мы можем наблюдать, как преображаются привычные нам места: все стараются украсить пространство и создать праздничное настроение. Огромная роль при этом отводится праздничному освещению. Что это такое и каким образом создать праздничное освещение, мы разберем в этой статье.
Поверхность бархатная, характер нордический
Сочетая несочетаемое, Концерн Wienerberger разработал коллекцию инновационного кирпича Terca Klinker Nordic Line, модели которой названы в честь городов Северной Европы и намекают на скандинавскую архитектуру. Клинкер отличают бархатистые поверхности, прочность и эстетика при доступной цене.
Парк чудес. Сквозной лейтмотив клинкера
В подмосковной частной школе Wunderpark, которую называют российским Хогвартсом, авангардная архитектура проявила магические свойства материалов. Благородный клинкерный кирпич Hagemeister оттенил футуристичность бетона и стекла.
«Том Сойер Фест» возрождает красоту старинных зданий
Вот уже 5 лет в разных регионах России проходит уникальный фестиваль по сохранению архитектурного наследия «Том Сойер Фест». Волонтеры и неравнодушные спонсоры помогают спасти здания, которые долгие годы стояли без реставрации и разрушались. И это не просто старые дома – это наше уходящее достояние. Более 40 городов принимают участие в фестивале. В Нижнем Новгороде партнером «Том Сойер Фест» стала австрийская компания Baumit.
Сейчас на главной
Пресса: Паоло Солери и Arcosanti: как построить Бога
Паоло Солери учился у Фрэнка Ллойда Райта, в художественной коммуне «Талиесин-Вест», и его оттуда выгнали — вероятно, из-за конфликта с Ольгой Ивановной Райт, женой великого мастера. Видимо, логика отталкивания и притяжения привели к тому, что хотя утопия Солери не имеет ничего общего с идеями Райта, сам тип жизни коммуной он воспроизвел.
Возможности ограничений
МАРШ проводит весенний интенсив для архитекторов и кураторов выставок с практикой в реальных музеях. А здесь – его куратор Егор Ларичев объясняет, как полезны архитекторам и кураторам ограничения, и как их много для участников курса. Все, кто не испугается, присоединяйтесь.
Вокзал без границ
Автовокзал в литовском Вилкавишкисе по проекту архитекторов Balčytis Studija «приютил» росшие на его месте старые деревья.
Медная крыша
Архитекторы Sauerbruch Hutton надстроили панельное школьное здание времен ГДР в Берлине деревянной «мансардой» с медной обшивкой.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Отвоевать кусочек парка
Архитекторы MVRDV возведут 25-метровый зеленый «холм» в центре Лондона: как ответ на потерянный здесь в 1960-е уголок Гайд-парка и меняющуюся после пандемии функцию Оксфорд-стрит.
Спланированный вернакуляр
Концепция жилого района для Самары от датских архитекторов: 2000 квартир, ни одной повторяющейся секции и очень много зеленых и общественных пространств.
Здание в шляпе
В программе библиотеки города Тайнань на Тайване по проекту бюро Mecanoo и MAYU – архивы и исторические экспозиции, а также медиатека и «цифровая мастерская».
К лесу передом
Типовой каркасный дом быстрой сборки с тремя спальнями и детской в антресоли, черный снаружи и белый внутри, спроектирован как для общения с природой, так и между собой. Весь фокус – на открытую террасу. Функции уборки и ухода за участком намеренно минимизированы, – подчеркивают авторы.
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Когнитивная урбанистика
Фрагмент из книги Алексея Крашенникова «Когнитивные модели городской среды», посвященной общественным пространствам и наполняющей их социальной активности.
Миссия на воде
Плавучая церковь «Бытие» в Лондоне по проекту архитекторов Denizen Works предназначена для жителей переживающих реконструкцию районов на востоке Лондона.
Энергетическое семейство
Жилой комплекс Symphony 34 планируется построить в Савеловском районе Москвы. Он будет состоять из четырех разновысотных башен – от 36 до 54 этажей. Каждая имеет свой образ, но вместе все четыре собраны в единый архитектурный ансамбль, фрагмент нового высотного города за третьим транспортным кольцом.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
«Аппетит к современности»
В Париже закончена реконструкция исторической Товарной биржи по проекту Тадао Андо: этой весной там откроется музей современного искусства – произведений из коллекции Франсуа Пино.
Иркутск как Дрезден
Фрагмент из книги «Регенерация историко-архитектурной среды. Развитие исторических центров», посвященной возможности применения немецких методик сохранения исторической среды в российских городах.
Содержание крупнее формы
Музей художественного образования Хуамао близ Нинбо по проекту Алвару Сиза и Карлуша Каштанейра – это компактный темный объем с наполненным светом просторным интерьером.