English version

Дом с архитектурным сюжетом

Еще в сталинском ампире скульптуры были неотъемлемой частью архитектурного решения. Но уже в 70–80-е годы ХХ века декор сводился в основном к гигантским мозаичным панно. Реализация проекта жилого дома в Хилковом переулке потребовала от архитекторов «Группы АБВ» восстановить основательно подзабытые навыки взаимодействия со скульпторами. Однако главным сюжетом рельефов стала архитектура: фасады разыгрывают перед внимательным зрителем театральные сценки на тему перипетий истории архитектуры.

Автор текста:
Мария Лындина

19 Декабря 2011
mainImg
Строить на Остоженке сложно. С одной стороны, место историческое, накладывает серьезные ограничения на высотность, стилистику, даже форму зданий. С другой – это один из самых престижных и популярных у нынешнего поколения архитекторов район старой Москвы, и качественных современных зданий, задающих высокую планку, здесь, как нигде, много. Впрочем, «звездный» период Остоженки, когда и критики, и защитники наследия только о ней и говорили, прошел где-то в середине двухтысячных. Дом с рельефами, спроектированный и построенный бюро Никиты Бирюкова – закончили прямо перед кризисом, в 2008 году. Возможно, поэтому он не вызвал серьезного резонанса – и совершенно напрасно.

Заказчику – корпорации «Баркли» – принадлежал небольшой участок в тихом Хилковом переулке, ведущем от Остоженки к Москве-реке. На участке располагались два объекта так называемой «средовой застройки». Одноэтажный деревянный дом и двухэтажное кирпичное строение XIX века к категории памятников не относились, находились в довольно плачевном состоянии и при этом занимали практически весь участок, так что сохранить их возможности не было.

Историческая застройка района определила и план и объем здания: видовые и инсоляционные ограничения продиктовали низкую этажность и необычный Z-образный план. В результате образовались небольшая угловая площадь перед основным подъездом и тихий внутренний дворик с противоположной стороны. В него можно попасть, пройдя входной холл насквозь. Здание камерное: на первом этаже, кроме вестибюля, расположены два офисных помещения (около 200 кв.м. каждое), а на верхних всего 27 квартир общей площадью 3200 кв.м.

Однако архитекторам «Группы АБВ» очень хотелось каким-то намеком сберечь хотя бы визуальную память об утраченном наследии. Это желание, а также изучение европейского опыта натолкнуло их на идею создания сложного скульптурного фасада. «Мы решили сделать частью нашего здания скульптурные фрагменты классического декора, – рассказывает главный архитектор проекта Павел Железнов. – В старых европейских городах часто можно встретить дома, в которых в разное время прорубали новые окна, закладывали старые, меняя тем самым рисунок и даже пропорции фасада. Мы тоже включились в такую «игру» разных времен и стилей».

В целом фасад очень современен. Гладкие плоскости так называемого «юрского камня» прорезаны правильной сеткой больших окон. Окна выстроенны в вертикальные ряды, которые чередуются с аккуратными, вытянутыми на всю высоту стен, стеклянными эркерами. Эти, в меру легкие, в меру респектабельные фасады могли бы показаться чересчур сдержанными, если бы не рельефы из шамотной керамики (точно такого же палевого цвета, что и камень), встроенные в плоскость фасада справа или слева от каждого окна.

Рельефы отливали и изготавливали вручную, причем каждый фрагмент состоит из нескольких частей. «Мы долго подбирали подходящий материал, пробовали искусственный бетон, различные композитные смеси, – продолжает Павел Железнов, – но все-таки остановились на натуральном материале – керамике, даже несмотря на то, что никогда раньше не работали с ней».

Рельефные фрагменты утоплены по отношению к плоскостям стен и образуют, таким образом, второй, более тонкий «слой» фасада. Впрочем, слой не так уж и тонок – рельефы высокие, тщательно слеплены и красиво нарисованы, а их верхушки даже выступают за плоскость основного каменного фасада. Однако важнее, что сюжетной основой для всех рельефов стали не человеческие фигуры и не орнаменты (что бывает обычно), а – фрагменты фасада классического здания. Отойдя от дома на некоторое расстояние, чтобы лучше видеть его целиком, мы можем убедиться, что это вовсе не случайный набор красивых архитектурных деталей. Элементы декора расположены очень логично – так, как будто бы дом был римским палаццо XVII века, потом фасад перелицевали на плоский, изменили высоту этажей, в стенах пробили новые окна, но часть рельефов почему-то сохранилась, и даже была расчищена реставраторами.

Похожим образом в римских двориках выглядывают из-под штукатурки фрагменты античных рельефов, в Венеции – новые окна нарушают ритм ажурных готических арок и дробных византийских рельефов. А в Москве реставраторы, расчищая от напластований штукатурки какой-нибудь непримечательный флигель, находят стесанные «хвосты» витиеватых наличников времен царя Алексея Михайловича.

Однако палаццо, изображенное архитекторами на фасадах в Хилкове переулке, в Москве никак не могло появиться: ни в XVII веке, когда тут предпочитали витиеватые наличники, ни в провинциальном XVIII, ни в строгом XIX. И даже в домах Жолтовского, в которых все неуловимо «не так» — не могло. В Риме или Виченце, наоборот, такие палаццо очень даже возможны, но там с  ними никогда не происходили подобные метаморфозы: роскошные рельефы не замазывали и окна поверх не прорубали. Более того, даже если бы кто-нибудь вздумал столь жестоко поступить с палладианским фасадом, он все-равно выглядел бы иначе. (По крайней мере потолки в палаццо XVII века точно, были выше.)

Все это настолько неправдоподобно, что кажется какой-то ошибкой. Но это совершенно сознательный ход, претензии на достоверность не было изначально. А, следовательно, перед нами не имитация, а – инсценировка, спектакль на тему архитектуры, разновидность пластической саморефлексии здания, подробного размышления на тему истории архитектуры. Этот увлекательный и красивый спектакль. Его хочется смотреть очень внимательно, находить на консолях рожицы маскаронов, рядом – фрагменты барочных оконных «ушек» или увитые ленточками гирлянды в духе императора Августа. С другой стороны, такой ход очень корректен и удобен, – он позволяет украсить фасад замечательной лепниной, не прибегая ни к прямой стилизации, ни к затертым постмодернистским эффектам вроде «колонны в стекле».

Этот, музейно-театральный способ размещения классических форм на современном фасаде, делает его «незатертым» и привлекательным – в Москве, и даже за границей таких построек мало. Но в то же время прием следует признать приметой времени – его можно признать характерным для «мыслящей» архитектуры 2000-х. Общую тенденцию можно было бы условно обозначить как «конструирование руин», к ней в 2000-е успели приложить руку и Михаил Филиппов, и Илья Уткин, а после кризиса она как-то иссякла, вытесненная модными идеями устойчивости и экологичности. Но вариант Никиты Бирюкова и Павла Железнова даже в рамках этой тенденции более чем необычен: как правило, речь шла именно об имитации руин, а такой вот инсценировки многократной реконструкции дома Москва точно не знала.

Начатую на фасадах игру архитекторы планировали продолжить в интерьерах общественных пространств дома: входной группы, лифтовых холлов и холлов на этажах. В абсолютно современном интерьере на поверхности стен должны были появиться фрагменты «старинных» росписей. Как будто бы их расчистили при реставрации и поместили в рамку под стекло. К сожалению, эти проектные идеи не были воплощены в жизнь.

А вот обязательный для центра города проект ночной подсветки здания был выполнен. Перед фасадами установили колоннообразные «торшеры», а в мощение у основания фасадов вмонтировали нижнюю подсветку. Кроме того, каждый скульптурный фрагмент получил свой точечный источник освещения, что усложнило и многократно усилило пластическое решение.

Некоторое время назад квартиры в этом доме считались едва ли не самыми дорогими в Москве. Конечно, это следствие специфической экономической ситуации, но факт налицо: российский заказчик здания «премиум-класса» уже не мыслит успеха без не просто качественного, а индивидуального, творческого архитектурного решения, и готов тратить «на излишества» силы, время и средства. И результат не заставляет себя ждать. У современной московской застройки, как у новых зданий, так и у реконструированных, есть один общеизвестный недостаток – они часто неплохо смотрятся издалека, из окна автобуса или машины, но совершенно не выдерживают внимательного, близкого изучения: работа с деталями либо отсутствует вовсе, либо довольно низкого качества. А перед этим домом хочется остановиться и рассмотреть внимательно все мелочи, понять, как сделан фасад. Может быть, скоро вернется и традиция неспешных вечерних прогулок по любимому городу?
«Особняк в Хилковом переулке» © Архитектурная мастерская «Группа АБВ»
Структура фасада
Процесс изготовления рельефов
Изготовленные рельефы в мастерской
«Особняк в Хилковом переулке» © Архитектурная мастерская «Группа АБВ»
«Особняк в Хилковом переулке» © Архитектурная мастерская «Группа АБВ»
zooming
«Особняк в Хилковом переулке» © Архитектурная мастерская «Группа АБВ»
«Особняк в Хилковом переулке» © Архитектурная мастерская «Группа АБВ»
zooming
«Особняк в Хилковом переулке» © Архитектурная мастерская «Группа АБВ»
«Особняк в Хилковом переулке» © Архитектурная мастерская «Группа АБВ»
zooming
«Особняк в Хилковом переулке» © Архитектурная мастерская «Группа АБВ»

19 Декабря 2011

Автор текста:

Мария Лындина
Вдохновленный ретрофутуризмом
Проект реконструкции здания бывшего Дома Связи в начале Нового Арбата, предложенные Никитой Бирюковым, сохраняет пропорции и логику существующей постройки, расчищая и добавляя современности с нотой «ретро», восходящего к технофутуризму 1930-х.
Скромное обаяние
Реконструируя под жилье здание бывшей Сытинской типографии на Пятницкой улице, Никита Бирюков и его команда вступили в неравный бой с техническим заданием, и с другой стороны, вместо кирпично-промышленной природы здания акцентировали буржуазность исходного стиля модерн.
Спортивная нагрузка
Работая с комплексом Match Point, группе АБВ Никиты Бирюкова удалось компактно «упаковать» значительные площади, строго распределив рост и образность между основными функциями: спортивной ареной, жилым домом и небольшим офисом.
Рисование жизни
Выставка художественных работ трёх сотрудников бюро «Группа АБВ» демонстрирует практически все, что интересно рисовать молодым архитекторам. Говорим с куратором и участниками.
Новая перспектива
Многофункциональный комплекс, спроектированный компанией «Группа «АБВ» на участке между Яузой и Большой Почтовой улицей, даст городу не только квадратные метры жилья, но и новый пешеходный маршрут и привлекательное общественное пространство.
С высоты полёта
Для непростого участка в Южном округе столицы Никита Бирюков спроектировал комплекс из четырёх почти нью-йоркских небоскребов, но с учётом московских реалий.
Архсовет Москвы–35
7 октября Архитектурный совет рассмотрел и поддержал проект оперного театра-студии при Московской консерватории, но отправил на доработку офисное здание в Костомаровском переулке.
Архсовет Москвы–32
Архсовет поддержал проект многофункционального жилого комплекса на Большой почтовой улице, но не одобрил предложения по реконструкции гостиницы «Белград».
Архсовет Москвы–13
18 декабря московский Архсовет рассмотрел проекты двух гостиничных комплексов и ТРЦ с wellness-центром, но утвердил из трех лишь один.
Искусство быть непохожим
Архитекторы «Группы АБВ» спроектировали на территории бизнес-парка «Крылатские холмы» здание надземной парковки, совершенно не похожее на офисные корпуса, но образно родственное природному массиву соседнего парка.
Создавая традиции
На Малой Пироговской улице в столице по проекту бюро «Группа АБВ» начато строительство жилого комплекса, в планировке и архитектуре которого обыграны темы старых московских усадеб и прома.
Остров культуры
Архитектурная мастерская «Группа АБВ» выиграла конкурс на разработку концепции многоцелевого общественного центра на острове Сахалин. Два варианта решения этого комплекса выполнили шесть молодых архитекторов бюро.
Деликатный контраст
В 1-м Смоленском переулке архитектурная мастерская «Группа АБВ» проектирует элитный жилой дом. Заказчик настаивал на современной архитектуре этого объекта, а город просил включить в состав комплекса объем, выполненный в историческом стиле. Из необходимости совместить «два в одном» и родился архитектурно-планировочный образ этого дома.
Практичность в теплых тонах
Неподалеку от Красной Пресни готовится к открытию новый офисный центр MARR Plaza. Это здание добавляет к пролетарской эстетике старого промышленного района немецкой респектабельности и прагматизма. А фасад при желании можно рассматривать как постиндустриальный манифест: керамические панели рифмуются с кирпичом фабричных цехов, а полированное тонированное стекло – с дорогими иномарками «белых воротничков».
Деликатный офис
Замороженные в кризис девелоперские проекты начинают постепенно «оттаивать». При этом реанимация зависших строек порой сопровождается радикальной сменой архитектурного стиля. Так, вместо футуристически-стеклянного офисного центра лондонского бюро KPF на Садовом кольце у метро «Серпуховская» (ул. Коровий вал, 5) появится элегантное здание с керамическими фасадами, которые регулярно использует в своих проектах компания Группа АБВ.
Похожие статьи
Эстакада в акварели
К 100-летнему юбилею Владимира Васильковского мастерская Евгения Герасимова вспоминает Ушаковскую развязку, в работе над которой принимал участие художник-архитектор. Показываем акварели и эскизы, в том числе предварительные и не вошедшие в финальный проект, и говорим о важности рисунка.
Летать в облаках
Ресторан в Хибинах как новая достопримечательность: высота 820 над уровнем моря, панорамные виды, эффект левитации и остроумные инженерные решения.
Вулкан Дефанса
В парижском деловом районе Дефанс достраивается башня HEKLA по проекту Жана Нувеля. От соседей ее отличает силуэт и фасадная сетка из солнцерезов.
Керамические тома
Ажурный фасад новой библиотеки по проекту Dietrich | Untertrifaller в австрийском Дорнбирне покрыт полками с книгами – но не бумажными, а из керамики.
Трансформация с умножением
Дворец водных видов спорта в Лужниках – одна из звучных и нетривиальных реконструкций недавних лет, проект, победивший в одном из первых конкурсов, инициированных Сергеем Кузнецовым в роли главного архитектора Москвы. Дворец открылся 2 года назад; приурочиваем рассказ о нем к началу лета, времени купания.
Союз Церкви и государства
Новое здание библиотеки Ламбетского дворца, лондонской резиденции архиепископа Кентерберийского, построено на берегу Темзы напротив Парламента. Авторы проекта – Wright & Wright Architects.
Переговоры среди лепестков
На Венецианской биеннале представлен новый проект Zaha Hadid Architects: модуль-переговорная Alis, подходящий как для интерьеров, так и для использования на открытом воздухе.
Цвет в бетоне и кирпиче
Жилой дом 11-19 Jane Street в Нью-Йорке по проекту бюро Дэвида Чипперфильда развивает архитектурные мотивы исторического района Гринвич-Виллидж.
Курдонеры и конструктивизм
Рассматриваем второй квартал «города в городе» Ligovsky City, построенный по проекту бюро «А.Лен» и сочетающий несколько тенденций, характерных для современной архитектуры города.
Внутри рисованной сетки
При проектировании комплекса апартаментов PLAY в Даниловской слободе архитекторы бюро ADM сделали ставку на образность постройки. Наиболее ярко она проявилась в сложносочиненной сетке фасадов.
Своды и лестницы
В Филадельфии завершилась реконструкция Музея искусств по проекту Фрэнка Гери. Материал исторических и новых частей здания одинаков: золотистый известняк.
Ярусная композиция
Немного Нью-Йорка в Одессе: апарт-комплекс по проекту «Архиматики» с башнями и таунхаусами, площадью и бассейнами.
На соевой траве
Площадь Линкольн-центра в Нью-Йорке превратилась в лужайку из эко-газона: новое общественное пространство станет «главной сценой» для постепенного открытия Метрополитен-оперы, New York City Ballet и Филармонии после карантина.
Белые башни
Жилой комплекс Y-Loft City в городе Чанчжи по проекту пекинского бюро Superimpose Architecture предназначен для поколения Y.
Эстетизация двора
Благоустраивая двор жилого комплекса премиум-класса, бюро GAFA позаботилось не только о соответствующем высокому статусу образе, но и о простых человеческих радостях, а также виртуозно преодолело нормативные ограничения.
Кино под куполом
Музей науки Curiosum с купольным кинотеатром по проекту White Arkitekter расположился в исторической промзоне на севере Швеции, занятой сейчас университетом Умео.
Авангардный каркас из прошлого
В Париже завершилась реконструкция почтамта на улице Лувра по проекту Доминика Перро: почтовая функция сведена к минимуму, вместо нее возникло множество других, включая социальное жилье.
Жук улетел
История проектирования бизнес-центра в Жуковом проезде: с рядом попыток сохранить здание столетнего «холодильника» и современными корпусами, интерпретирующими промышленную тему. Проект уже не актуален, но история, на наш взгляд, интересная.
MasterMind: нейросеть для девелоперов и архитекторов
Программа, разработанная компанией Genpro, способна за полчаса сгенерировать десятки вариантов застройки согласно заданным параметрам, но не исключает творческой работы, а лишь исполняет техническую часть и может быть использована архитекторами для подготовки проекта с последующей передачей данных в AutoCAD, Revit и ArchiCAD.
Шелковые рукава
Металлические ленты Культурного центра по проекту Кристиана де Портзампарка в Сучжоу – парафраз шелковых рукавов артистов куньцюй: для спектаклей этого оперного жанра также предназначен комплекс.
Медные стены, медные баки
Новая штаб-квартира Carlsberg Group в Копенгагене по проекту C. F. Møller получила фасады из медных панелей, напоминающие об исторических чанах для варки пива.
Быть в центре
Апарт-комплекс в центре делового квартала с веерными фасадами и облицовкой с эффектом терраццо.
Авангард на льду
Бюро Coop Himmelb(l)au выиграло конкурс на концепцию хоккейного стадиона «СКА Арена» в Санкт-Петербурге. Он заменит собой снесенный СКК и обещает учесть проект компании «Горка», недавно утвержденный градсоветом для этого места.
Диалог в кирпиче
Новый корпус школы Скиннерс по проекту Bell Phillips Architects к юго-востоку от Лондона продолжает викторианскую традицию кирпичной архитектуры.
Оазис среди офисов
Двор киевского делового центра Dmytro Aranchii Architects превратили в многофункциональную рекреационную зону для сотрудников.
Технологии и материалы
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Сейчас на главной
Серебро дерева
Спроектированный Níall McLaughlin Architects деревянный посетительский центр со смотровой башней у замка Даремского епископа напоминает о средневековых постройках у его стен.
Грильяж новейшего времени
Офис продаж ЖК «Переделкино ближнее» компании «Абсолют Недвижимость» стал единственным российским победителем французской дизайнерской премии DNA. Особенности строения – треугольный план, рельефная сетка квадратов на фасадах и амфитеатр внутри.
Цифровой «валун»
В Эйндховене в аренду сдан дом, напечатанный на 3D-принтере: это первое по-настоящему обитаемое «печатное» строение Европы.
Этюды о стекле
Жилой комплекс недалеко от Павелецкого вокзала как символ стремительного преображения района: композиция с разновысотными башнями, изобретательная проработка витражей и зеленая долина во дворе.
Место сбора
В Лондоне открылся 20-й летний павильон из архитектурной программы галереи «Серпентайн». Проект разработан йоханнесбургской мастерской Counterspace.
Сила цвета
Три московских выставки, где важную роль в дизайне экспозиции играет цвет: в Новой Третьяковке, Музее русского импрессионизма и «Царицыно».
Умер Готфрид Бём
Притцкеровский лауреат Готфрид Бём, автор экспрессивных бетонных церквей, скончался на 102-м году жизни.
Эстакада в акварели
К 100-летнему юбилею Владимира Васильковского мастерская Евгения Герасимова вспоминает Ушаковскую развязку, в работе над которой принимал участие художник-архитектор. Показываем акварели и эскизы, в том числе предварительные и не вошедшие в финальный проект, и говорим о важности рисунка.
Идейная составляющая
Попытка систематизации идей, представленных в Арх Каталоге недавно завершившейся выставки Арх Москва: критика, констатация, обоснование, отказ, – все в основном лиричное, традиции «бумажной архитектуры», пожалуй, живы.
Летать в облаках
Ресторан в Хибинах как новая достопримечательность: высота 820 над уровнем моря, панорамные виды, эффект левитации и остроумные инженерные решения.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
21+1: гид по архитектурной биеннале в Венеции
В этом году архитектурная биеннале «переехала» в виртуальное пространство: так, 20 национальных экспозиций из 61 представлено в онлайн-формате. Цифровые двойники включают в себя видеоэкскурсии по павильонам, интервью с авторами и записи с церемонии открытия. Публикуем подборку национальных проектов, а также один авторский – от партнера OMA Рейнира де Графа.
Награды Арх Москвы: 2021
В субботу вечером Арх Москва вручила свои дипломы. В этом году – рекордное количество специальных номинаций, а значит, много дипломов досталось проектам с содержательной составляющей.
Вулкан Дефанса
В парижском деловом районе Дефанс достраивается башня HEKLA по проекту Жана Нувеля. От соседей ее отличает силуэт и фасадная сетка из солнцерезов.
Керамические тома
Ажурный фасад новой библиотеки по проекту Dietrich | Untertrifaller в австрийском Дорнбирне покрыт полками с книгами – но не бумажными, а из керамики.
Идеями лучимся / Delirious Moscow
В Гостином дворе открылась 26 по счету Арх Москва. Ее тема – идеи, главный гость – Москва, повсеместно встречаются небоскребы и разговоры о высокоплотной застройке. На выставке присутствует самая высокая башня и самая длинная линейная экспозиция в ее истории. Здесь можно посмотреть на все проекты конкурса «Облик реновации», пока еще не опубликованные.
Трансформация с умножением
Дворец водных видов спорта в Лужниках – одна из звучных и нетривиальных реконструкций недавних лет, проект, победивший в одном из первых конкурсов, инициированных Сергеем Кузнецовым в роли главного архитектора Москвы. Дворец открылся 2 года назад; приурочиваем рассказ о нем к началу лета, времени купания.
Союз Церкви и государства
Новое здание библиотеки Ламбетского дворца, лондонской резиденции архиепископа Кентерберийского, построено на берегу Темзы напротив Парламента. Авторы проекта – Wright & Wright Architects.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Пресса: Что не так с новой башней Газпрома в Петербурге? Отвечают...
На этой неделе стало известно, что Газпром собирается построить в Петербург вслед за «Лахта-центром» новую башню — 700-метровое здание. Рассказываем, что думают по поводу новой высотки архитекторы, критики и краеведы.