Никита Бирюков: «Архитектура стала слишком прагматичной»

Руководитель архитектурной мастерской АБВ – о качестве, чистоте и цвете в архитектуре, а также о Европе и Азии в московском архитектурном ландшафте.

Беседовала:
Анна Гараненко

22 Августа 2011
mainImg
Мастерская:
Архитектурная мастерская «Группа АБВ»
Архи.ру: Название мастерской АБВ – означает «Андреев, Бирюков, Воронцов»? Расскажите, пожалуйста, как появилась ваша мастерская.

Никита Бирюков: Мы создали частную мастерскую совместно с Александром Гаркаевым еще в 1980-е годы под крылом Союза архитекторов РСФСР. Тогда это помогало, и многие известные сейчас архитекторы основали бюро именно там: Михаил Хазанов, Александр Асадов. Затем мой партнер уехал из страны, а я создал «Б-студию» (Бирюков-студию) и некоторое время был в свободном плавании, после чего оказался в проектном институте. После самостоятельной работы пребывание там показалось мне чудовищным…

В 1992 году, почти 20 лет назад, мы создали АБВ – Павел Андреев, Алексей Воронцов и я. Мастерская много раз трансформировалась в зависимости от формы собственности и различных жизненных проблем. Потом сложилось так, что Павел Андреев ушел в «Моспроект» и пытался реализовывать себя там, для Алексея в какой-то момент стала интересной работа в ГлавАПУ. Долгое время на мне была и хозяйственная, и творческая часть. Когда мастерская переехала в построенное нами здание в Филипповском переулке, я почувствовал, что в существующем виде компания стала мне некомфортна и инициировал разделение. Оно было мирным: мы поделили офис, бренд АБВ был выкуплен и отошел ко мне. Сейчас общаемся по делам, но каждый живет своей жизнью. Что касается вкусового вектора, то он стал совершенно другим.

Каким именно? 
Я бы сказал, что он стал более европейским. Я условно для себя подразделяю сегодняшнюю новую московскую архитектуру на «азиатскую» и «европейскую» – мне ближе вторая: простая, строгая и  чистая, без «кошмариков».

Ваше творческое кредо – минимализм?
Мне нравится четкая, честная архитектура. В свое время в Москомархитектуре меня даже немного  «пилили» за излишнюю жесткость. Что касается кредо, то я довольно эклектичен. У меня нет жестких пристрастий. Даже музыка мне нравится разная: и «Лед Зеппелин», и Чайковский. Я абсолютно не понимаю, когда люди говорят: «Только так и не иначе». В разные моменты жизни мне нравились готика, конструктивизм, постмодерн. Когда учился в институте, идеалом была Япония – собирался жить в пустой комнате и спать на циновке. Когда повзрослел, время внесло свои коррективы-диапозон расширился, и я стал терпимее. Мне нравится немецкая архитектура, хотя она временами суховата. 

Каким образом – фактурой, цветом?
По-разному. В «Седьмом небе» у Останкинского пруда мы использовали керамику, я вообще очень люблю этот материал за теплоту. Первый офисный дом «Волна» с этим материалом мы сделали вдохновившись одной фотографией узла стены здания в Лондоне. В свое время я сделал много фотографий деталей, узлов различных домов. Обожаю узлы. В дальнейшем стали оттачивать эту тему. В отделке особняка в Хилковом переулке были использованы блоки, изготовленные вручную из шамотной глины. Сейчас строим интересный дом на Коровьем валу. Прежний заказчик собирался строить по проекту англичан, довел здание до нулевого цикла, потом наступил кризис, далее клиент продал актив. Стеклянное здание, которое должно было там появиться по первоначальному замыслу, вызывало у меня внутренний протест, я рад, что его не построили. Новый заказчик дал нам карт-бланш, мы изменили дом: добавили цвет, использовали мою любимую керамику.
Недавно начали заниматься жилым домом в Смоленском переулке. Там мы тоже стремимся внести разнообразие. Дом довольно жесткий и, смягчая тему, усложняем фактуру с помощью рельефов в камне.

Классическая тема вам совсем не близка?
Я не чужд и классики; когда-то мне даже нравился постмодернизм, хотя это быстро прошло. Однако я считаю, что языком классической архитектуры надо либо уверенно владеть, либо честно и точно его срисовать. Хуже, когда люди не владеют азбукой, но все равно пытаются интерпретировать. Так и возникают неуместные башенки или того хуже – прямые колонны без энтазиса высотой по пять этажей.

Порой классика – вынужденная мера, например, при строительстве в историческом центре.
Да, у нас в практике был такой случай – здание в Казарменном переулке, 13, расположенное рядом с Екатерининскими казармами. Внутри это очень современный и европейский по духу дом. А главный фасад у него абсолютно французский, сделанный по образцу домов османовского Парижа. Клиент настаивал на такой стилизации, поскольку был уверен, что ему не удастся согласовать фасад в современном варианте. Ведь еще лет десять – пятнадцать назад, в центре позитивно воспринималась архитектура, выполненная в класическом контексте. Потихоньку общественное мнение стало смягчаться. Сегодня, если дом грамотный, то он почти никогда не встречает сопротивления.

Вы действительно приходитесь родственником Осипу Бове?
Я нет , но мой отчим – является ветвью этого рода. Я многим благодарен  этой  семье. Однажды, кстати, даже нашел фамильный перстень Бове. На Комсомольской площади (сейчас на этом месте универмаг «Московский») сносили дома, среди них был доходный дом семьи по линии Бове. Прежняя власть оставила комнаты, в которых жили прежние владельцы , и вот там, в пустой квартире , перед сносом, в шкафу, нашелся перстень – печатка Иосифа. По другой линии мой отчим – химик , это семья Ворожцовых: дедушка и прадедушка занесены в Большую советскую энциклопедию.

Почему Вы стали архитектором? 
Мы жили в высотке на Красных воротах, у нас было много знаменитых соседей. В том числе и ее автор, архитектор Душкин. Мощный был дядька. Помню, как он в гараже ремонтировал свою «Волгу». Тогда вся академическая тусовка «лежала» под машинами – крутили гайки, обсуждали ракеты, науку... Такой мужской клуб. Родители посмотрели, как я болтаюсь в промежуточном состоянии, а может быть, пообщались с Душкиным, и решили направить меня в архитектуру. До этого меня тянуло заниматься дизайном – очень хорошо шла живопись, цвет чувствовал. Сейчас я не жалею, все сложилось хорошо, грех жаловаться.

С наступлением кризиса и уходом Юрия Лужкова в Москве закончилась целая градостроительная эпоха. Как вы оцениваете ее итоги?
На мой взгляд, то, что произошло с Москвой, чудовищно. Я даже не могу понять, откуда это всплыло. До этого все было более-менее ясно: конструктивизм, сталинский ампир. Даже когда в 60-х «почистили» декор, это тоже было понятно. Архитектурная мысль была профессиональна. А потом как будто ядерный взрыв случился: появилась чудовищная, дремучая азиатчина – крендельки какие-то, кошмар…

Ваша версия, почему это произошло? 
В профессии была нарушена эволюция. Раньше архитекторы много лет работали, набирались опыта, и, получив доступ к заказам, уже не позволяли себе вопиющих безобразий. Были мощные творческие единицы. И вдруг оказалось, что можно все, тормозов нет. На городе потренировались и девелоперы, и архитекторы. Бедовые люди нашли друг друга – вот и результат. Еще, конечно, плохую службу городу сослужили деньги – сфера была чересчур прибыльна, наркотики не надо было продавать.

Сейчас работать проще или сложнее?
С одной стороны, произошло своего рода очищение от того азиатского угара, который испортил город. С другой стороны, сейчас, конечно же, очень сложно работать. Многие разорились, и прибыль тех архитектурных бюро, которые продолжают работать сейчас,    в лучшем случае нулевая. Заказчики после потерь, связанных с кризисом, считают каждую копейку, и многие стремятся уменьшить оплату труда архитекторов до минимума.  Мне это не совсем понятно: арендные и прочие ставки уже почти вернулись на прежний уровень, все цены, на продукты и прочее не только не уменьшились, но даже выросли – почему же архитекторам надо платить меньше? Это не рынок. Это – базар.

Кроме того, проектирование сейчас стало очень, чересчур прагматичным. Мы в течение последнего года занимались только тем, что высчитывали сантиметры полезной площади, чтобы «отжать» максимум. Клиенты не хотят пожертвовать даже 200 кв. метрами для того, чтобы немного увеличить, раскрыть по вертикали пространство вестибюля. Это понятная особенность коммерческого строительства. Но от засилья прагматических задач наступает тоска, никакая архитектурная мысль не может развиваться в таких условиях.
Качественная архитектура может появиться только тогда, когда заказчик будет готов «платить за воздух», организацию хотя бы минимального общественного пространства внутри здания и за качественные материалы для фасада. Невозможно же смотреть на дома, построенные из пенопласта! К сожалению, эта участь и нас не миновала.

Вы реализовались как профессионал?
Думаю, да. Мне практически ни за один дом не стыдно. Недавно, мы опять получили CRE Awards, премия в области коммерческой недвижимости,  «архитектора года» за Marr Plaza, офисное здание на улице Сергея Макеева, 13. Любопытно, что заказчик этого здания не был опытным девелопером и не слишком вторгался в процесс, а значит, не экономил каждую копейку. У нас, в некотором смысле, были развязаны руки, а дом в результате получился коммерчески очень эффективным. Клиенты уже продали его целиком Норникелю, и не остались в накладе.

При работе в мастерской Вы всегда настаиваете на собственных архитектурных решениях или даете коллегам-подчиненным некоторую степень свободы?
На мой взгляд, время персонифицированных архитекторов в больших и сложных домах прошло. Когда человек говорит: «Я сделал»,- в это не очень верится. В любой компании есть человек, который рулит, и есть рядом люди, которые исповедуют близкие идеи. Не могу сказать про все дома, что они «мои» – это общая кухня, сплав, «бульон», который формируется в компании. Поэтому я предпочитаю говорить: «Мы».
Никита Бирюков
zooming
Фото Ю. Пальмина с сайта www.drumsk.ru
zooming
Фото Ю. Пальмина с сайта www.drumsk.ru
Бизнес-центр «Волна Tауэр». Реализация, 2005 © Архитектурная мастерская «Группа АБВ»
Бзнес-центр «Волна Тауэр». 2005
Бизнес-центр «Волна Tауэр». Реализация, 2005 © Архитектурная мастерская «Группа АБВ»
Жилой дом в Смоленском переулке. 2009
Жилой дом в Смоленском переулке. 2009
Жилой комплекс «Дом на Покровском бульваре». 2007
zooming
«Особняк в Хилковом переулке» © Архитектурная мастерская «Группа АБВ»
Дом в Хилковом переулке. 2008
«Особняк в Хилковом переулке» © Архитектурная мастерская «Группа АБВ»
«Особняк в Хилковом переулке» © Архитектурная мастерская «Группа АБВ»
Жилой комплекс «Седьмое небо». 2008
Жилой комплекс «Седьмое небо». 2008
Жилой комплекс «Седьмое Небо». Реализация, 2008 © Архитектурная мастерская «Группа АБВ»
Бизнес-центр Marr Plaza, ул. Сергея Макеева. 2008
Бизнес-центр Marr Plaza, ул. Сергея Макеева. 2008
Мастерская:
Архитектурная мастерская «Группа АБВ»

22 Августа 2011

Беседовала:

Анна Гараненко
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
ADM 2006–2021
В новой книге-портфолио ADM architects, посвященной 15-летию бюро, 37 проектов, все реализованные или строящиеся. Публикуем интервью с главой бюро Андреем Романовым и сообщаем, что теперь книгу можно купить на ozon.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Технологии и материалы
Кирпич Terca из Эстонии – доступная европейская эстетика
Эстонский кирпич соединяет в себе местные традиции и высокотехнологичное производство мирового уровня под маркой Wienerberger. Технические преимущества облицовочного кирпича Terca особенно ценны в нашем северном климате – благодаря им фасады не потеряют своих эстетических качеств, а постройки будут долговечными.
Прочные основы декора. Методы Hilti для крепления стеклофибробетона
Методы HILTI позволяют украшать фасад сложными объемными формами, в том числе карнизами, капителями, кронштейнами и узорными панелями из стеклофибробетона, отлично имитируя массивные элементы из натурального камня и штукатурки при сравнительно меньшем весе и стоимости.
Дайте ванной право быть главной!
Mix&Match – простой и понятный инструмент для создания «журнального» дизайна ванной комнаты. Воспользуйтесь концепцией от Cersanit с десятками комбинаций плитки и керамогранита разного формата, цвета и фактуры для трендовых интерьеров в разных стилях. Идеально подобранные миксы гармонично дополнят вашу идею и помогут сократить время на создание проекта.
Современная архитектура управления освещением
В понимании большинства людей управлять освещением – это включать, выключать свет и менять яркость светильников с помощью настенных выключателей или дистанционных пультов. Но управление освещением гораздо глубже и масштабнее, чем вы могли себе представить.
Чистота по-австрийски
Самоочищающаяся штукатурка на силиконовой основе Baumit StarTop – новое поколение штукатурок, сохраняющих фасады чистыми.
Кто самый зеленый
14 небоскребов из разных частей света, которые достраиваются или планируются к реализации: уже не такие высокие, но непременно энергоэффективные и поражающие воображение.
Советы проектировщику: как выбрать плоттер в 2021 году
Совместно с компанией HP, лидером рынка широкоформатной печати, рассматриваем тенденции, новые программные и технические решения и формулируем современные рекомендации архитекторам и проектировщикам, которым требуется выбрать плоттер.
Energy Ice – стекло, прозрачное как лед
Energy Ice – новое мультифункциональное стекло, отличающееся максимальным светопропусканием. Попробуем разобраться, в чем преимущество новинки от компании AGC
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Башня превращается
Совместно с нашими партнерами, компанией «АЛЮТЕХ», начинаем серию обзоров актуальных тенденций высотного строительства. В первой подборке – 11 реализованных высоток со всего мира, демонстрирующих завидную приспособляемость к характерной для нашего времени быстрой смене жизненных стандартов и ценностей.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Сейчас на главной
Пресса: Как государство стало утопией. Григорий Ревзин о Платоне...
Платон не создавал утопии. Три диалога Платона — «Государство», «Политик» и «Законы» — это общая философия государства, а вовсе не утопии, философия, без которой невозможна европейская теория власти. Но представить историю утопии без Платона тоже не получается. Луис Мамфорд в своей истории утопии написал, что платоническое государство целиком основано на идеалах спартанской казармы, в этом смысле можно сказать, что все утописты вышли из шинели Платона.
Новое качество Личного
В Никола-Ленивце Калужской области в эти выходные проходит фестиваль Архстояние с темой «Личное». Главной постройкой фестиваля стал дом «Русское идеальное», спроектированный Сергеем Кузнецовым и реализованный компанией КРОСТ в короткие сроки. Рассматриваем дом и новые объекты Архстояния 2021.
«Место для всех»
Победителем международного конкурса на разработку концепции Приморской набережной в Сочи стал консорциум во главе с UNStudio.
Пресса: "Непостижимое решение". ЮНЕСКО отобрало у Ливерпуля...
ЮНЕСКО решило исключить Ливерпуль из своего Списка всемирного наследия, поскольку городские власти ведут активное строительство в районе доков и порта - архитектурного ансамбля, которое агентство ООН считало важнейшим памятником. В Ливерпуле такое решение называют "непостижимым" и надеются на его пересмотр.
Главный манифест конструктивизма
В Strelka Press выпущена основополагающая для отечественного авангарда книга Моисея Гинзбурга «Стиль и эпоха. Проблемы современной архитектуры» (1924): это совместный издательский проект Института «Стрелка» и Музея «Гараж». Публикуем главу «Конструкция и форма в архитектуре. Конструктивизм».
На берегу очень тихой реки
Проект благоустройства территории ЖК NOW в Нагатинской пойме выходит за рамки своих задач и напоминает скорее современный парк: с видовыми точками, набережной, разнообразными по настроению пространствами и продуманными сценариями «от 0 до 80».
Труд как добродетель
Вышла книга Леонтия Бенуа «Заметки о труде и о современной производительности вообще». Основная часть книги – дневниковые записи знаменитого петербургского архитектора Серебряного века, в которых автор без оглядки на коллег и заказчиков критикует современный ему архитектурно-строительный процесс. Написано – ну прямо как если бы сегодня. Книга – первое издание серии «Библиотека Диогена», затеянной главным редактором журнала «Проект Балтия» Владимиром Фроловым.
Стилисты села
Дизайн-код как способ привести небольшое поселение в порядок к юбилею или крупному событию: борьба с визуальным мусором, поиск духа места и унификация городских элементов.
Диалоги об образовании и карьере
Империалистический заказ и равнодушие к форме, необходимость доучить бывших студентов за свои деньги и скука формального обучения – дискуссия об архитектурном образовании на недавнем Архпароходе, как и многие разговоры на эту тему, местами была отмечена грустью, но не безнадежна и по-своему интересна. Публикуем выдержки из разговора, собранные одним из участников, архитектором и преподавателем Евгенией Репиной.
Плавная консоль
У здания банка в окрестностях ливанского города Сура нет привычных ограждений, а еще Domaine Public Architects удалось добавить в проект небольшую площадь.
Туман над Янцзы
В сети обсуждают новую ленд-арт-инсталляцию Григория Орехова Crossroads, «пешеходную зебру» проложенную художником по воде Москвы-реки 7 июля недалеко от Николиной горы. Рассматриваем несколько недавних работ Орехова – от «перекрестка» 2021 года на реке до «перекрестка» 2020 года в зеркалах «Черного куба», созданного в честь Казимира Малевича в Немчиновке.
Неоконюшня
На территории ВДНХ появится новый конноспортивный манеж: его авторы обращаются к традиционной для типологии форме и материалам, трактуя их как современный парковый павильон.
Еще один конструктор
В Мангейме началось строительство жилого комплекса по проекту MVRDV и производителя сборных домов Traumhaus. Он должен дать будущим обитателям максимум разнообразия и кастомизации по доступной цене, что в свою очередь позволит создать там живое сообщество соседей.
Градсовет Петербурга 15.07.2021
Архитекторы предложили обновить торговый центр в петербургском Купчино, вдохновляясь снежными пиками Балканских гор. Эксперты отнеслись к идее прохладно.
Галька на берегу
Проект аэропорта в Геленджике от АБ «Цимайло, Ляшенко и Партнеры» стал единственным российским победителем премии Architizer A+Awards 2021 года.
Стратегия преображения
Публикуем 8 проектов реконструкции построек послевоенного модернизма, реализованных за последние 15 лет Tchoban Voss Architekten и показанных в галерее AEDES на недавней выставке Re-Use. Попутно размышляя о продемонстрированных подходах к сохранению того, что закон сохранять не требует.
Ажурные узоры
Манчестерский Еврейский музей приобрел после реконструкции по проекту Citizens Design Bureau новый корпус с орнаментом на фасаде: он напоминает о культуре сефардов.
Дворцовый переворот
Еще один ДК, который возвращает к жизни команда «Идентичность в типовом», на этот раз – в Ельце. Согласно программе, универсальные решения встречаются с локальными особенностями, благодаря чему появляется новая точка притяжения.
В ритме квартальной застройки
На прошедшей неделе состоялась презентация жилого комплекса «ТЫ И Я» на северо-востоке Москвы. По ряду параметров он превышает заявленный формат комфорт-класса, и, с другой стороны, полностью соответствует популярной в Москве парадигме квартальной застройки, добавляя некоторые нюансы – новый вид общественных пространств для жильцов и квартиры с высокими потолками в первых этажах.
Игра в кубе
В Minecraft создана виртуальная копия двух зданий Дарвиновского музея: модернистского и постмодернистского, типично-«лужковского». Можно гулять как снаружи, так и по залам.
Зигзаг фасада
Офисное здание в Майнце защищает новый район на Рейне от шума порта. Авторы проекта – MVRDV и morePlatz.
Стальная живопись
Панели из нержавеющей стали на «Башне» Фрэнка Гери в арт-центре LUMA в Арле задуманы как мазки кисти Ван Гога.