Краткая история «Острова Хомбройх»

О музейном ансамбле близ Дюссельдорфа, где собраны постройки Тадао Андо, Алваро Сиза и Раймунда Абрахама.

27 Декабря 2016

Мнение

Современное искусство Архитектура

Примерно в сорока минутах езды на автомобиле от Дюссельдорфа в направлении города Нойс находится музей «Остров Хомбройх». Известное сначала преимущественно в пределах Германии, всемирную популярность это место получило после того, как американский журнал «Art News» включил его в 2004 году в свой список «10 супермузеев, о которых вы ничего не слышали».

zooming — Begiari V. Эдуардо Чиллида © Елизавета Клепанова

Музей был основан в 1987 немецким коммерсантом Карлом-Генрихом Мюллером (1936 – 2007). Его личность окружена слухами и даже легендами; о нем написано несколько книг. СМИ при его жизни часто обсуждали то, что у него только один костюм и никакого интереса к роскошной жизни, и что все немалые средства, заработанные торговлей недвижимостью, он вкладывает в Хомбройх и покупку новых произведений искусства. Мюллер, действительно, с маниакальной увлеченностью занимался развитием своего детища: в какой-то момент он даже закрыл свой основной бизнес и стал отдавать сто процентов своего времени и финансов острову.

Все началось в конце XX века, когда господин Мюллер приобрел на окраине Нойса небольшую усадьбу и объявил ее островом. Островом это место в пойме реки Эрфт можно назвать лишь метафорически, ведь водная преграда, отделяющая усадьбу от окружающей территории, преодолевается буквально одним прыжком. Но Мюллер все же настаивал на том, что Хомбройх – это остров (причем в немецком языке это слово – женского рода, и в своих стихотворных посвящениях музею автор обращается к нему, как к женщине), замечая, «что здесь все происходит не так, как в обыденной жизни».

Превращением бывших сельхозугодий в музей с искусственными прудами, садами и цветниками занимался друг Мюллера, ландшафтный архитектор Бернхард Корте. Вообще, «команда Хомбройха» полностью состояла из друзей и единомышленников коллекционера, и, по их собственным отзывам, отношения между ними можно было назвать семейными. Другой друг и соратник Мюллера, скульптор Эрвин Хеерих, создал выставочные павильоны для масштабного художественного собрания, созданного коллекционером за многие годы. Нужно отметить одну деталь, к которой мы вернемся чуть позже: большая часть сооружений «острова» выстроена им из старого темного голландского кирпича с «историей» – от разобранных ранее построек.

На «Острове Хомбройх» нет никаких подписей к произведениям искусства, а сами они соседствуют друг с другом, не подчиняясь хронологии или принципу направлений и стилей. Оттого этот музей искусствоведы причисляют к гедонистическим: здесь не имеет большого значения авторство работы или ее принадлежность к определенному времени, важно лишь наслаждение, которое получает от нее зритель. В эпоху музеев, носящих либо просветительский, либо смешанный, просветительско-гедонистический, характер (таких большинство) проект Мюллера выделяется на общем фоне. Помимо выставочных павильонов, на «Острове Хомбройх» есть кафе, несколько домов, где работают и живут художники, пространство для выставок и концертов, а также Дом творчества, в качестве которого используется «Розовый дом» – первоначальное здание усадьбы.

В 1995 Карл-Генрих Мюллер купил и присоединил к музею территорию бывшей ракетной базы НАТО (она прекратила свою работу в 1989). Во все буклеты и каталоги по «Острову Хомбройх» вошел плакат с ее КПП, гласящий: «Внимание! Охраняемая военная зона!» и подробно описывающий запрещенные действия, включая фотосъемку. Когда Мюллер впервые посетил купленный им участок и увидел этот перечень, то принял решение разрешить здесь абсолютно все и открыть эту новую часть музея для бесплатного посещения 24 часа в сутки. Военное прошлое территории никак не отрицается, к примеру, адрес фонда «Остров Хомбройх» – Raketenstation Hombroich, 4, а постройки базы не снесли, а переделали: к примеру, под резиденции, где живут литераторы, архитекторы, художники, получающие от фонда гранты. Этот фонд был основан после того, как у Мюллера закончились средства на содержание музея, и он подарил его земле Северный Рейн – Вестфалия, городу и округу Нойс. Коллекционер же был бессменным председателем попечительского совета фонда до самой своей смерти. На «Ракетной базе Хомбройх» можно увидеть и новые здания – по проектам Тадао Андо, Алваро Сиза, Раймонда Абрахама и других видных мастеров, но обо всем – по порядку.

Тадао Андо был приглашен посетить ракетную базу Мюллером и настолько вдохновился идеей коллекционера, что начал делать эскизы возможных проектов для этой территории. Некоторые наброски понравились семье Ланген, которая решила заказать архитектору здание музея для их коллекции произведений искусства «классического» модернизма, Японии и других стран Азии, Магриба, доколумбовой Америки. Впоследствии Марианне Ланген замечала, что постройка Андо «была самым дорогим и масштабным произведением, приобретенным ею в свою коллекцию».

То, что Фонд Ланген спроектирован именно Тадао Андо, считывается моментально: сценографическая организация пространства вокруг музея с вишневыми деревьями, полукруглой четырехметровой стеной с прорезанным в ней порталом, неглубоким бассейном с прозрачной водой, само здание из стекла, стали и бетонных панелей размером с татами ясно отражают почерк архитектора. На первом этаже, кроме совсем крошечной зоны портье и кафе, расположена длинная и узкая галерея, задуманная Андо как «пространство спокойствия» специально для экспозиции азиатского искусства. Под землей находятся залы модернизма и временных выставок. Фонд Ланген – это, безусловно, красивое, продуманное и в хорошем смысле театральное здание, но искусство там бледнеет на фоне архитектуры. Здание обладает гораздо большей мощью и энергетикой и совсем не служит обрамлением для экспонатов: наоборот, они теряются на его фоне. Интересный факт: большинство посетителей приходят в Фонд Ланген ради его здания, а не художественной коллекции. Экспозиция здесь, кстати, совершенно не подчиняется гедонистической концепции «Острова Хомбройх» и скрупулезно подписана и рассортирована по эпохам, стилям и прочим характеристикам.

Следующий архитектурный объект Ракетной базы, на котором хотелось бы остановиться – это здание музея архитектуры – архива работ Эрвина Хеериха по проекту Алваро Сиза. Чуть выше мы упоминали, что большая часть зданий «Острова Хомбройх» была возведена Хеерихом из вторичного использованного голландского кирпича. Сиза также использует этот материал в своем павильоне, делая метафорический реверанс в сторону этого скульптора. Направляясь к этому зданию, нужно пройти через заросший яблоневый сад с плодами крайне странного цвета и размера, а также «пигментными пятнами» на кожуре. Эти фрукты довольно страшного вида, висящие на уровне глаз или валяющиеся под ногами, создают не самую комфортную атмосферу, и в том числе из-за них в павильон влюбляешься не с первого взгляда. Однако это чувство постепенно приходит, когда обходишь его несколько раз и внимательно рассматриваешь детали, которым здесь уделено большое внимание.

В отличие от Фонда Ланген, архитектура архива Хеериха не подавляет, а мимикрирует. Несмотря на декларируемую открытость Хомбройха, двери большинства павильонов Ракетной базы все же заперты, и, чтобы заглянуть в постройку Сиза, нужно исхитриться – найти верный угол зрения и избежать бликов и рефлексов. Тогда становится ясно, что внутри здание отделано древесиной, а комнаты, читающиеся уже по внешнему объему – светлые, просторные и обращенные к природе.

Еще один знаковый проект Ракетной базы Хомбройх, о котором нельзя не сказать отдельно – это последняя работа Раймунда Абрахама, американского архитектора австрийского происхождения, по его собственному определению – «убежденного формалиста». Абрахам ушел из жизни в 2010 и так и не увидел свой проект «Дома музыки» полностью реализованным. Его завершением руководила дочь архитектора, Уна. Здание рассчитано на проживание и репетиции четырех музыкантов, поэтому иногда его еще называют «Дом-квартет». Здесь есть четыре двухэтажные репетиционные комнаты, студия, четыре жилых помещения, библиотека, внутренний двор и небольшой подземный концертный зал со вторым светом. В центре наклонной круглой крыши диаметром 33 метра вырезан треугольник с длиной каждой из сторон в 17 метров. Одна из вершин треугольника указывает на смотровую башню, оставшуюся от базы НАТО. На данный момент проект Абрахама не используется по назначению и закрыт для посещения. Проект Абрахама для Ракетной базы относят к его лучшим работам, которые также включают здание Австрийского культурного форума в Нью-Йорке.

«Ракетная база Хомбройх» сегодня кажется не по-немецки неухоженным местом. Часть павильонов выглядят почти заброшенными, подходы к ним заросли, а когда-то привлекательный Hortus conclusus – «монастырский сад» – и вовсе переживает не лучшие свои времена. Атмосфера «Острова Хомбройх», в целом, далека от гармоничной: музей пугает своей безлюдностью и звенящей тишиной, хотя в резиденциях по-прежнему живут литераторы и художники.

Формально самостоятельный, Фонд Ланген взимает плату за вход, также платить придется и за билеты в часть павильонов Хомбройха – вопреки изначальному замыслу Мюллера о безвозмездном наслаждении искусством для всех. Фонд «Остров Хомбройх» периодически жалуется на недостаток средств на содержание своих владений, но гранты творческим людям выдаются по-прежнему, а у «Дома музыки» Абрахама ведутся строительные работы. Кажется, дело тут вовсе не в деньгах, а в том, что Хомбройх потерял так любившего свое детище хозяина.

27 Декабря 2016

Автор текста:

Елизавета Эбнер

Похожие статьи

Мнение

Оправдание добра, или как не промотать наследство

Книга доктора искусствоведения, академика Марии Нащокиной «Апология наследия» – всеобъемлющий труд, собравший под одной обложкой острые проблемы сохранения наследия в нашей стране и за рубежом. Глубокий научный подход сочетается в ней со смелостью говорить правду, порой нелицеприятную, и предлагать здравые решения. Публикуем рецензию и отрывок из книги.

Мнение

«Чужие» в городе

Мы попросили у Александра Скокана комментарий по итогам 2025 года – а он прислал целую статью, да еще и посвященную недавно начатому у нас обсуждению «уместности высоток» – а говоря шире, контрастных вкраплений в городскую застройку. Получился текст-вопрос: почему здесь? Почему так?

Мнение

Константин Трофимов: «Нас отсеяли по формальному...

В финал конкурса на концепцию вестибюля станции метро «Лиговский проспект-2» вышло 10 проектов, 2 самостоятельно снялись с дистанции, а еще 11 не прошли конкурс портфолио, который отсекал участие молодых или иногородних бюро. Один из таких участников – «Архитектурная мастерская Трофимовых», главный архитектор которой четыре года работал над проектом Высокоскоростной железнодорожной магистрали, но не получил шанса побороться за вестибюль станции метро. О своем опыте и концепции рассказал руководитель мастерской Константин Трофимов.

Мнение

Угадай мелодию

Архитектурная премия мэра Москвы позиционирует себя как представляющая «главные проекты года». Это большая ответственность – так что и мы взяли на себя смелость разобраться в структуре побед и не-побед 2025 года на примере трех самых объемных номинаций: офисов, жилья, образования. Обнаружился ряд мелких нестыковок вроде не названных авторов – и один крупный парадокс в базисе эмотеха. Разбираемся с базисом и надстройкой, формулируем основной вопрос, строим гипотезы.

Мнение

Казус Нового

Для крупного жилого района DNS City был разработан мастер-план, но с началом реализации его произвольно переформатировали, заменили на внешне похожий, однако другой. Так бывает, но всякий раз обидно. С разрешения автора перепубликовываем пост Марии Элькиной.

Мнение

«Рынок неистово хочет общаться»

Арх Москва уже много лет – не только выставка, но и форум, а в этом году количество разговоров рекордное – 200. Человек, который уже пять лет успешно управляет потоком суждений и амбиций – программный директор деловой программы выставки Оксана Надыкто – проанализировала свой опыт для наших читателей. Строго рекомендовано всем, кто хочет быть «спикером Арх Москвы». А таких все больше... Так что и конкуренция растет.

Мнение

Опровержение и сравнение: конкурс красноярского театра

Начали писать опровержение – ошиблись, при рассказе о проекте Wowhaus, который занял 1 место, с оценкой объема сохраняемых конструкций, из-за недостатка презентационных материалов – а к опровержению добавилось сравнение с другими призерами, и другие проекты большинства финалистов. Так что получился обзор всего конкурса. Тут, помимо разбора сохраняемых разными авторами частей, можно рассмотреть проекты бюро ASADOV, ПИ «Арена» и «Четвертого измерения». Два последних старое здание не сохраняют.

Мнение

ЛДМ: быть или не быть?

В преддверии петербургского Совета по сохранению наследия в редакцию Архи.ру пришла статья-апология, написанная в защиту Ленинградского дворца молодежи, которому вместо включения в Перечень выявленных памятников грозит снос. Благодарим автора Алину Заляеву и публикуем материал полностью.

Мнение

Теряющая смысл интеллигентность

На днях журналистам показали здание хлебозавода №5, обновленного по проекту Сергея Чобана. Публикуем размышления Григория Ревзина об этом проекте.

Мнение

Пользы не сулит, но выглядит безвредно

Мы попросили Марию Элькину, одного из авторов обнародованного в августе 2020 года письма с критикой законопроекта об архитектурной деятельности, прокомментировать новую критику текста закона, вынесенного на обсуждение 19 января. Вывод – законопроект безвреден, но архитектуру надо выводить из 44 и 223 ФЗ.

Мнение

Буян и суд

Новость об отмене парка Тучков буян уже неделю занимает умы петербуржцев. В отсутствие каких-либо серьезных подробностей, мы поговорили о ситуации с архитекторами парка и судебного квартала: Никитой Явейном и Евгением Герасимовым.

Мнение

Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: Европа и отказ от формы

Рассматривая тематические павильоны и павильоны европейских стран, Григорий Ревзин приходит к выводу, что «передовые страны показывают, что архитектура это вчерашний день», главная тенденция состоит в отсутствии формы: «произведение это процесс, лучшая вещь – тусовка вокруг ничего».

Мнение

Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: Россия и Америка

Следующий пост Григория Ревзина из серии об ЭКСПО 2020 посвящен сравнению павильонов США и России. Оно получилось в пользу России.

Мнение

Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: «страны с проблематичной...

Продолжаем публиковать тексты Григория Ревзина об ЭКСПО 2020. В следующий сюжет попали очень разные павильоны от Белоруссии до Израиля, и даже Сингапур с Бразилией тоже здесь. Особняком стоит Польша: ее автор считает «играющей в первой лиге».

Мнение

Григорий Ревзин об ЭКСПО 2020: арабские страны

Серия постов Григория Ревзина об ЭКСПО 2020 на fb превратилась в пространный, остроумный и увлекательный рассказ об архитектуре многих павильонов. С разрешения автора публикуем эти тексты, в первом обзоре – выставка как ярмарка для чиновников и павильоны стран арабского мира.

Мнение

Помпиду наизнанку

Ренцо Пьяно и ГЭС-2 уже сравнивали с Аристотелем Фиораванти и Успенским собором. И правда, она тоже поражает высотой и светлостию, но в конечном счете оказывается самой богатой коллекцией узнаваемых мотивов стартового шедевра Ренцо Пьяно и Ричарда Роджерса, Центра Жоржа Помпиду в Париже. Мотивы вплавлены в сетку шуховских конструкций, покрашенных в белый цвет, и выстраивают диалог между 1910, 1971 и 2021 годом, построенный на не лишенных плакатности отсылок к главному шедевру. Базиликальное пространство бывшей электростанции десакрализуется практически как сам музей согласно концепции Терезы Мавики.

Мнение

Спасение Саут-стрит глазами Дениз Скотт Браун

Любое радикальное вмешательство в городскую ткань всегда вызывает споры. Джереми Эрик Тененбаум – директор по маркетингу компании VSBA Architects & Planners, писатель, художник, преподаватель, а также куратор выставки Дениз Скотт Браун «Wayward Eye» на Венецианской биеннале – об истории масштабного проекта реконструкции Филадельфии, социальной ответственности архитектора, балансе интересов и праве жителей на свое место в городе.

Мнение

Победа прагматиков? Хроники уничтожения НИИТИАГа

НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства сопротивляется реорганизации уже почти полгода. Сейчас, в августе, институт, похоже, почти погиб. В недавнем письме президенту РФ ученые просят перенести Институт из безразличного к фундаментальной науке Минстроя в ведение Минобрнауки, а дирекция говорит о решимости защищать коллектив до конца. Причем в «обстановке, приближенной к боевой» в институте продолжает идти научная работа: проводят конференции, готовят сборники, пишут статьи и монографии.

Мнение

Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре

«Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре» Дениз Скотт Браун – это результат личного исследования вопросов авторства, иерархической и гендерной структуры профессии архитектора. Написанная в 1975 году, статья увидела свет лишь в 1989, когда был издан сборник "Architecture: a place for women". С разрешения автора мы публикуем статью, впервые переведенную на русский язык.

Мнение

Пять главных больных тем охраны наследия

В преддверии фестиваля «Архитектурное наследие» публикуем несколько мнений – Ирины Крымовой, Ирины Маркиной и Петра Черненко – об актуальных российских проблемах в области охраны наследия.

Мнение

ВХУТЕМАС versus БАУХАУС

Дмитрий Хмельницкий о причудах историографии советской архитектуры, о роли ВХУТЕМАСа и БАУХАУСа в формировании советского послевоенного модернизма.

Мнение

Архитектурный протекционизм по-шведски

Башни-близнецы бюро OMA в Стокгольме не получили главную архитектурную награду Швеции: это не просто каприз жюри, объясняет Елена Волкова.

Мнение

Еще одна история

Рассказ Феликса Новикова о проектировании и строительстве ДК Тракторостроителей в Чебоксарах, не вполне завершенном в девяностые годы. Теперь, когда рядом, в парке построено новое здание кадетского училища, автор предлагает вернуться в идее размещения монументальной композиции на фасадах ДК.

Мнение

Игорь Каширин: «Давайте раздвигать границы, а не сужать...

Архитектор Игорь Каширин – о проекте закона об архитектурной деятельсноти.

Мнение

Михаил Бейлин: «Закон даёт архитекторам призрачные...

Соонователь CITIZENSTUDIO – о законопроекте об архитектурной деятельности.

Мнение

Закон об архитектурной деятельности: ответ Николая...

Публикуем текст письма президента САР и СМА Н.И. Шумакова – ответ на письмо архитекторов о проекте Закона об архитектурной деятельности, обнародованное недавно.

Мнение

Феликс Новиков: ответ Сергею Кузнецову

Ответ на ответ главного архитектора Москвы, опубликованный на прошлой неделе.

Мнение

Сергей Скуратов: «Школа должна была стать жемчужиной...

Говорим с Сергеем Скуратовым о результатах конкурса на здание в центре комплекса, которым архитектор занимается с 2006 года. Показываем не победивший конкурсный проект и делаем попытку изучить случай.

Мнение

О недостроенном Новокировском проспекте и недостроенной...

Воспоминания Феликса Новикова об истории одного из его ключевых, но многострадальных проектов.

Мнение

К проблеме хронологии сталинской архитектуры

Дмиртий Хмельницкий – о том, что советский конструктивизм последних лет был, на самом деле, сталинской архитектурой: «по социальному смыслу, типологии и функциональному содержанию».

Технологии и материалы

LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...

Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.

Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...

Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.

Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла

Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.

Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...

LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.

ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...

В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.

Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити

Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.

Модульный стандарт фасадных решений

Модульная фасадная система МАНУФОРМ предлагает новый подход к облицовке зданий, в полной мере раскрывая потенциал технологии НВФ: вместо штучной плитки – крупноформатный блок заводской готовности. Эксклюзивные фактуры коллекций, цельные углы, элементы декора и фирменные затирочные составы сочетаются с технологическим превосходством при монтаже. Разбираемся, как это работает и что это дало архитекторам на примере пяти реализованных объектов.

Ингмар Витвицкий: «Сегодня стекло полноценно формирует...

Когда архитектор выбирает остекление, он работает сразу на двух уровнях: создаёт выразительный силуэт и продумывает будущую эксплуатацию фасада. Как эстетика и функционал стекла складываются в цельный замысел, рассказывает основатель и руководитель архитектурно-строительного бюро «Ингмар» – Ингмар Витвицкий.

Прованс от KERAMA MARAZZI: тихая роскошь в камне, керамике...

KERAMA MARAZZI выпустила коллекцию «Прованс» – полноценную систему для интерьеров и экстерьеров, объединяющую под одним именем керамогранит и настенную плитку, сантехнику и мебель, фирменные обои и панели сверхкрупных форматов.

VIZIO: панорамное остекление в российском климате –...

Панорамное остекление в России продают как европейскую историю успеха. Но европейские системы испытываются при -10°C, а зимней ночью в Подмосковье температура опускается ниже -20°C. И это не единственное место, где импортная логика расходится с отечественной реальностью. Ответом на эти вызовы стала первая российская премиальная система VIZIO от Ergohaus.

Малые формы – большая ответственность

Скамейка в парке или урна у входа в жилой комплекс – кажется, что это последний штрих, который можно решить в конце работы над проектом. Такая логика порождает большинство проблем с малыми архитектурными формами: несоответствие реального изделия задуманному, невозможность воспроизвести тираж через год, преждевременный износ. Разбираемся, как производственный цикл влияет на архитектурный результат – вместе с компанией «Хоббика».

Стекло тонкой настройки: ЖК High Life и Phoenix Crystalvision

Стекло в архитектуре – не только символ прозрачности и свободы, но прежде всего сложный инженерный материал с четко заданными свойствами. Чем масштабнее проект и выразительнее пластика фасадов, тем более индивидуальным становится подход к остеклению. ЖК High Life – пример такой точной настройки стекла под архитектурную задачу.

Игровая архитектура нового поколения

В рамках реконструкции парка «Сокольники» компания «Новые Горизонты» спроектировала и построила шесть современных игровых пространств. Одно из них – игровой комплекс «Гнёзда» высотой 9,5 метров – уже стало новой архитектурной доминантой входной зоны парка. Масштабный проект объединил авторскую игровую архитектуру и инклюзивные решения, рассчитанные на детей с разным уровнем мобильности. Разбираем архитектурные и инженерные решения.

Материал для идеала

Предлагаем вспомнить 9 павильонов, представленных на Арх Москве коллаборациями архитекторов и производителей. Часть из них традиционно исследует выразительные возможности того или иного материала через создание инсталляций, иногда весьма эффектных. Но есть и более сложные объекты: например, вполне функциональная капсула для отдыха от бюро Asadov и ArchSkin или же целый музей кирпича от дебютанта выставки BRAER, который привлек Музей архитектуры имени А.В. Щусева и бюро Хора.

Кукуруза и каррарский мрамор

Мексиканская дизайн-студия Manufactura разработала композитный материал для 3D-печати. В его основе – отходы переработки кукурузы и минеральная смесь с добавлением каррарского мрамора. По мнению авторов, материал способен снизить углеродную нагрузку на 70%.

Дома А-Класса на Арх Москве

Рассматриваем некоторые стенды кластера «Дома А-Класса», который занял одну четвертую часть всей Арх Москвы, и отмечаем две тенденции. Первая: попытка сблизить архитектуру с природой с помощью материалов и ланшафтных решений. Вторая: раскрыть важность инженерных коммуникаций, которые создают комфорт и не вторгаются в архитектурные решения.

Иллюзорные преграды

Архитекторы давно ищут способы сделать здания визуально невесомыми, но прочными. Обычное стекло тяжелое и хрупкое, альтернативным решением стали светопрозрачные полимеры: ETFE, ПВХ-мембраны, поликарбонат. Они открыли эпоху фасадов-«вуалей» и крыш-«подушек». Разбираем шесть проектов, чтобы показать все преимущества этих материалов.

Песчаные дюны на потолке

Дизайнерский тандем Armstrong DUNE Supreme TG 15/90 и подвесной системы КНАУФ Силуэт – создает современный атмосферный дизайн помещения при помощи нестандартной графики потолка.

Мегалиты на перспективу

В MIT разработали коллекцию бетонных элементов – они совмещают функции мебели и ограждающих конструкций. Объекты – несмотря на размеры и массу – можно легко перемещать и поворачивать, адаптируя пространство под меняющиеся потребности домовладельцев. Срок службы каждого из девяти предметов серии – 1000 лет.

Материализация образа

Технические новации иногда появляются благодаря воображению архитектора-визионера. Примером может служить интерьер Медиацентра в парке «Зарядье», в котором главным элементом стала фантастическая подвесная конструкция из уникального полимера. Об истории проекта Медиацентра мы поговорили с его автором Тимуром Башкаевым (АБТБ) и участником проекта, светодизайнером Софьей Кудряковой, директором по развитию QPRO.

Сейчас на главной

send.project

Преодоление себя

Разрабатывая интерьер спортивного клуба Jet Arena, архитекторы бюро Osetskaya.Salov смогли преодолеть границы брутальности и найти новые выразительные приёмы для мира непрекращающейся борьбы с человеческой ленью и гедонизмом.

Объект

Ряды не поредели

В комплексе Центра искусств Aranya и общественной столовой по проекту Vector Architects в Гуанчжоу сохранена и включена в ансамбль старая баньяновая аллея.

Премия

Слишком много кирпича

Пять из шести зданий-финалистов Премии Стерлинга, претендующих на звание лучшей постройки Великобритании-2026, выстроены из кирпича в жестких рамках хорошего вкуса, но без оригинальности. Исключением стал стеклянный офисный «кубик» Ренцо Пьяно в его привычном стиле.

Рецензия

Маленькая книга прощания

Изданная архитекторами «Остоженки» книга о Валерии Каняшине очень небольшая, помещается на ладони как записная книжка или походный альбом для рисования. В сочетании с микротиражом это дает не-гламурное и совсем не репрезентативное издание «для друзей». Но как тонко в нем замиксованы проекты, тексты, фотографии и рисунки: вероятно, именно так можно, изучая творческий путь, немного понять человека.

Конкурс

WAF 2026: кто в коротком списке

Всемирный фестиваль архитектуры объявил списки финалистов, среди которых есть 8 заявок от российских бюро – в два раза больше, чем в прошлом году. И это если не считать два проекта от берлинского офиса Сергея Чобана. Помимо него бороться за призы будут бюро KPLN, Wowhaus, CHADO, Front Architecture, MAXX-architects и Kerimov Architects.

Объект

Прерия на крыше

В прерии штата Северная Дакота открылась президентская библиотека Теодора Рузвельта по проекту Snøhetta: живя в этих местах, он задумался об охране окружающей среды, что привело к созданию системы национальных парков США.

Пресса: «Кирпич про кирпич»: новый номер Todigest-2026

Серию изданий, исследующих практику применения того или иного материала в архитектуре и дизайне, Анна Мартовицкая и Денис Дмитриенко продолжили внушительным — почти 800-страничным — кирпично-красным томом, посвященным кирпичу и керамике.

Объект

Win-win

Для Перми открытие нового здания художественной галереи – хранительницы знаменитой деревянной скульптуры – означает завершение 35-летней эпопеи с поиском места коллекции, сформировавшейся и разросшейся, имея в качестве «базы» только лишь пространство городского собора. Сергей Чобан называет этот проект одной из самых своих важных работ в России и подчеркивает его анти-«иконичность» в пользу уместности. Съездили в Пермь, изучили здание и масштабную экспозицию музея; рассказываем. Как и другие музейные проекты Сергея Чобана, он выстроен современно – в том смысле, что новое и старое не просто сосуществуют, но и, работая на контрасте, поддерживают друг друга и заостряют наше восприятие комплекса.

Работы студентов

Бакалавры ЯГТУ 2026: мозаика новой реальности

Кафедра Архитектуры Ярославского государственного технического университета выбрала для публикации на Архи.ру восемь выпускных работ. Авторы исследовали территории, расположенные от Мурманска до Аргентины, которые объединяет общее свойство – сложный контекст. В одном случае это суровый ландшафт – Арктика, Заполярье или воды мирового океана, страдающего от пластика. В другом – многослойная и иногда драматичная история.

send.project

Даешь мультифункциональность!

Там, где одна функция не может аккумулировать достаточный клиентский поток, гибкость в использовании пространства и расширение функционала за счёт каких то близких по формату опций способны кардинально изменить экономику. Пример – новое общественное пространство и кафе Quercus от студии WA project.

send.project

Дисциплина модуля

Мастерская «Гикало Купцов Архитекторы» спроектировала для частной базы отдыха в Камчатском крае дом для персонала, рассчитанный на 10 человек. Здание из клееного бруса деликатно дополняет композицию гостевого комплекса: глухой блок с хозяйственными помещениями одновременно скрывает жилую часть от глаз посетителей и формирует приватную зону для террасы с купелью. Помимо постирочной с системой хранения дом включает пять ячеек жилых комнат, из которых открывается вид на тундру.

send.project

Состояние полета

Студия PAR в рамках сотрудничества с компанией GATE31 нашла архитектурное выражение ключевых ценностей известного российского бренда одежды через презентацию понятий легкости и мобильности в образах и формах, ассоциирующихся с путешествиями.

Объект

Творческие амбиции автовладельцев

Бюро OOIIO перепрофилировало заброшенную фабрику кухонной мебели в Леганесе под Мадридом в автоцентр с ярким, авторским решением.

send.project

Водопад в лесу

Проект спального корпуса лечебно-рекреационного центра от бюро PORT, созданный в рамках реконструкции санатория имени Артёма в подмосковной Фирсановке, – попытка вернуть к жизни одну из старейших российских здравниц.

Объект

Партитура для 12-й линии

Дом «Амо», построенный по проекту Степана Липгарта на Васильевском острове, соединяет три мотива: курдонер, двор-пьяцетту и заимствованные у архитектуры Ренессанса образы, которые позволили сделать современный многоквартирный комплекс более гуманистичным, развивающим тему индивидуальности в жилой архитектуре. В этом помог набор в меру стандартизированных элементов – филенки, усложненные орнаментом, выполненным в технике сграффито; «линейка» карнизов и профилей, а также штучные элементы декора. Комплекс включает жилую и гостиничную части, которые обрамляют отреставрированный деревянный особняк братьев Брёмме.

Объект

Зеленый кратер

Жилой комплекс La Vallée Verte по проекту MVRDV в Бордо предлагает современную трактовку сложной геометрии и узких улиц исторического города.

Пост знакомства

Новый партнер Архи.ру – архитектурная мастерская...

send.project

Капсула у реки

Бюро Arch(e)type спроектировало концертный зал в Нагатинском затоне – на берегу Москвы-реки, рядом с парком развлечений «Остров Мечты». Архитекторы сравнивают его с технологической капсулой или исследовательским модулем – формой, работающей на предвкушение нового опыта.

Репортаж

Красная вечеринка

Вашему вниманию – светская хроника неформальной части процедуры вручения архитектурной премии Москвы, которая состоялась вчера во дворе «дома культуры» ГЭС-2 при участии главы ДГП Владислава Овчинского.

Репортаж

Архитекторы действительно бегали

За пять лет фестиваль «Не только архитектор» вырос из небольшой встречи в коворкинге KLAUZURA в одну из самых необычных профессиональных площадок Петербурга. Здесь спорят об архитектуре, экспериментируют с форматами общения и, кажется, всерьез пытаются доказать, что хороший – нескучный – разговор иногда не менее важен, чем хорошая выставка.

Пресса: Хороший город там, где есть выбор?

Бывший главный архитектор Самары о страхе потерять Безымянку и будущем исторического центра.

in memoriam

Памяти Виталия Стадникова

Ушел из жизни Виталий Стадников: архитектор, градозащитник, историк авангарда и модернизма, главный архитектор Самары в 2012–2013, инициатор разработки регламентов исторического поселения города.

send.project

Истинное сокровище

Студия Елены Локастовой создала для бутика Lindeza Jewelry в Дубае концептуальный интерьер, воплощающий идею драгоценности как идеальной геометрической формы, идеального качества исполнения и максимальной концентрации идеального, по мнению прекрасной половины человечества, цвета.

Объект

Освоение облаков

В головном кампусе китайского IT-гиганта Tencent в Шэньчжэне открылся центр «Тэнъюнь». Архитекторы MAD выразили амбиции заказчика через мотив покорения облаков.

Объект

Прекрасные перспективы

От любого рабочего места в новом здании Национального банка Казахстана по проекту ZHA в Астане открывается вид на зимний сад в атриуме.

Новость

Премия неизвестного архитектора

ДГП Москвы объявил о старте голосования за проекты, реализованные в 2025. Премия существует 26 лет, народное голосование проводится с 2015 года. Раньше мы ее не замечали, а теперь – на фоне турбулентности – заметили и рассмотрели. Это неплохой путеводитель по новостройкам города. Жаль, что половина, а то и больше – эстетически никакие, невыразительные, а у другой половины не указаны или попросту не известны авторы. А впрочем, может, половина потому не эстетична, что не указаны авторы? Как-то это связано, может быть?

Результаты конкурса

Оптимальные пространства или работа по высшему разряду

В конце мая 2026 года, в финале форума «Бизнес и Дизайн Диалог» состоялась церемония подведения итогов Премии Best Office Awards/«Офисы Нового Поколения», на которой были объявлены лучшие проекты рабочих и общественных пространств, в которой эстетика так же важна, как комфорт и эффективность.

Объект

Речной фасад

Жилой комплекс «Премиум» построен по проекту архитектурного бюро «Крупный план» (KPLN) в подмосковном городе Пушкино, на берегу реки Серебрянки. Две башни поддерживают масштаб высотной застройки, сложившейся в 2000-х годах, но предлагают более крупную форму, которая успешнее работает на дальние ракурсы, а также систему контрастов и приемов, реагирующих на соседство с водой. Одна из находок авторов – металлические диски, которые закрывают корзины кондиционеров и играют роль декоративного слоя.

Исследование

Фабрика театральной косметики

В Перово планируют подать заявку на статус выявленного объекта наследия для «Фабрики театральной косметики» – здание «сталинской» стилистики, завершенное в 1956 году, но решенное все в том же, с излишествами, духе. Самое интересное – трагедийные маскароны среди рельефов. А ведь не театр! Публикуем историко-архитектурное исследование, составленное для фабрики Тиграном Арутюняном и его коллегами.

Объект

Янтарь в бетонных скалах

Архитекторы Syntaxis превратили 9-метровое лобби бизнес-центра «МАУНТ» в городскую гостиную, где холодный монолит фасадов сочетается с теплой световой композицией, вдохновленной природным янтарем. Второй совместный проект с девелопером FORMA стирает границы между транзитом и отдыхом и предлагает сценарии для работы без привязки к рабочему столу.