«Пром» и ремесленные традиции

По следам завершившейся миланской Недели дизайна: рассказываем об одной из ее главных площадок, районе Тортона, где историческая промзона стала инкубатором для индустрии моды и дизайна.

mainImg
Милан, город, который до конца 70-х годов прошлого века был символом итальянской промышленности, сумел адаптировать свою экономику к современным тенденциям без существенных кризисных моментов. Меняясь подобно североевропейским индустриальным центрам, Милан успешнее, чем другие итальянские города, динамично реагирует на новые вызовы процесса глобализации. В результате экономических, социальных и культурных перемен, мегаполис за последние тридцать лет превратился из промышленного центра в город культуры, искусства, моды и дизайна.

Незадолго до начала нового тысячелетия в Милане была введена система «город-архипелаг», которая упрощает реконструкцию отдельных районов, гибка и может адаптироваться к требованиям текущего момента. Эти планы перемен и недавно приобретенная самостоятельность частных инвесторов привели к тому, что различные международные корпорации, банки и страховые компании стали самыми важными действующими лицами при трансформации города. Крупные проекты, финансируемые из частных средств (Бикока, Порта-Нуова, CityLife, Портелло, Санта-Джулия) произвели эффект домино по всему Милану, где возникли здания, занявшие видное место в мировой архитектурной практике.
Тортона. Фото © Milica Alempic

Наряду с крупными проектами городских преобразований, используется менее агрессивный метод соединения местных и глобальных тенденций, связанный с актуальной темой повторного использования индустриального наследия. Примеры этой новой формы реконструкции – районы Вентура, Изола и, главное, Тортона. Огромные фабричные и складские помещения с их «машинным» шармом стали магнитом для творческих людей – художников, стилистов, дизайнеров и архитекторов. «Соборы» индустриальной эпохи бесспорного эстетического качества получают сначала временные, а затем и постоянные новые функции. Заброшенный завод становится лабораторией, выставочным залом, новым пространством для творчества. Спонтанность развития Тортоны ставит ее в один ряд с районами Сохо в Лондоне или Челси в Нью-Йорке, где идентичность территории определяет именно ее незапланированное и неоднородное развитие.
Тортона. Фото © Milica Alempic
Тортона. Местные лавки. Фото © Milica Alempic

Тортона находится на юге миланского центра, в непосредственной близости от самого старого из работающих сейчас вокзалов Порта-Дженова, в прошлом – генератора развития этой территории. С закрытием и выводом из Тортоны предприятий она стала одним из самых ярких зон ревитализации как в Милане, так и в мире; вокзал при этом послужил физическим барьером, отделяющим район от остального мегаполиса, позволяя ему развивать собственную идентичность. Историческая городская ткань Тортоны – это не только промышленные объекты и жилье для рабочих, но и связанные с ними традиции ремесел и коммерческой деятельности местного масштаба. Новая творческая индустрия вполне допускает их присутствие. Сосуществование городских функций из разных периодов, как и контраст – не только формальный, но и функциональный – создают особый характер Тортоны. В результате всех изменений не редкость встретить одновременно в местном кафе художников, моделей, автомехаников и бизнесменов.
Тортона. Местный любительский театр. Фото © Milica Alempic
Тортона. Фото © Milica Alempic
Тортона. Фото © Milica Alempic

Инициаторами преобразования заброшенных промышленных сооружений в Тортоне были журналы мод и всемирно признанные фотографы моды Флавио Луккини и Фабрицио Ферри. Закрытый завод General Electric превратился в первую фотостудию. Superstudio, как его назвали, расширял свои площади и функциональную программу и на сегодняшний день занимает весь квартал и из фотостудии стал «гибридной единицей», где расположены студии графики, сценографии, производства, школы фотографов, стилистов, дизайнеров и режиссеров, модельные агентства. Разнородную природу сегодняшнего Superstudio определяли различные архитекторы, а окончательную форму ему придал Антонио Читтерио. Проект реконструкции не затронул оригинальный характер здания. Исторические стальные конструкции, фонари, серые бетонные полы – основа, которая дополнена новейшими технологическими решениями.
Superstudio. Фото © Milica Alempic
Superstudio. Фото © Milica Alempic
Superstudio. Фото © Milica Alempic
Superstudio. Фото © Milica Alempic
Superstudio. Фото © Milica Alempic

То, что мода была одной из движущих сил трансформации Тортоны, подтверждается расположением там штаб-квартиры одного из известнейших модельеров – Джорджо Армани. Понимая потенциал района, он устроил в бывшей фабрике Nestlè пространство для выставок, административные и складские помещения, тем самым создав на улице Бергоньоне «оазис Армани». Проект Театра Армани, предназначенного для дефиле, модельер доверил Тадао Андо, обогатив Тортону еще одним громким именем. Затем, к Экспо-2015 был завершен комплекс Armani Silos, отметивший 40-летие основания Giorgio Armani S.P.A.: следуя логике предшествующих проектов, внешний вид бункера сохранили, изменив только его внутреннюю структуру.
Штаб-квартира Armani. Фото © Milica Alempic
Театр Армани по проекту Тадао Андо. Фото © Milica Alempic
Armani Silos. Фото © Milica Alempic
Armani Silos. Фото © Milica Alempic
Armani Silos. Фото © Milica Alempic
Armani Silos. Фото © Milica Alempic

Творческим центром всей Тортоны можно считать бывшую фабрику Ansaldo. Под названием «Город культуры» этот комплекс стал в 1999 предметом международного конкурса с целью создания нового музейного квартала – по образцу Берлина и других европейских городов. По проекту Дэвида Чипперфильда фабрика сохранила свою структуру, и было построено два новых здания – Музей культур (MUDEC) и Музей театра кукол; весь ансамбль объединен новыми горизонтальными и вертикальными связями. Путем сохранения существующих объектов и внедрения новых архитектурных форм и материалов Чипперфильд обрисовывает характер Тортоны как контраст современности и истории.
Комплекс бывшей фабрики Ansaldo. Музей культур Дэвида Чипперфильда. Фото © Milica Alempic
Комплекс бывшей фабрики Ansaldo. Музей культур Дэвида Чипперфильда. Фото © Milica Alempic
Комплекс бывшей фабрики Ansaldo. Музей культур Дэвида Чипперфильда. Фото © Milica Alempic
Комплекс бывшей фабрики Ansaldo. Музей культур Дэвида Чипперфильда. Фото © Milica Alempic
Комплекс бывшей фабрики Ansaldo. Музей культур Дэвида Чипперфильда. Фото © Milica Alempic

Сам Музей культур продолжает ту же логику, от «Агоры», центрального монументального пространства свободной геометрии – к непрозрачными, регулярными выставочными залами. Огромный комплекс ex Ansaldo позволил разместить в своих цехах, помимо прочего, лаборатории и мастерские театра Ла-Скала и инновационный проект Base: более 2000 м2, посвященных культуре и творчеству, где в одно и то же время учатся, работают и развлекаются.
Комплекс бывшей фабрики Ansaldo. Фото © Milica Alempic
Комплекс бывшей фабрики Ansaldo. Фото © Milica Alempic
Комплекс бывшей фабрики Ansaldo. Фото © Milica Alempic
Комплекс бывшей фабрики Ansaldo. Фото © Milica Alempic
Комплекс бывшей фабрики Ansaldo. Фото © Milica Alempic
Комплекс бывшей фабрики Ansaldo. Фото © Milica Alempic
Комплекс бывшей фабрики Ansaldo. Фото © Milica Alempic
Комплекс бывшей фабрики Ansaldo. Фото © Milica Alempic
Комплекс бывшей фабрики Ansaldo. Фото © Milica Alempic

Комплекс бывшего почтового отделения, реконструированный по проекту Марио Кучинеллы, контрастирует своими современными формами с промышленным окружением. Развитие Тортоны способствует появлению современных жилых проектов, к примеру, Tortona 37 бюро Маттео Туна (кроме квартир там есть и офисы) предлагает новый стандарт жилья. Существующий «микс» функций дополняется расположенными там же школой дизайна Domus Academy, Фондом Арнальдо Помодоро, фабриками Giardini и Tod's, Школой комиксов, Свободным театром... В непосредственной близости от основных центров активности молодые художники и профессионалы творческого профиля осваивают опустевшие промышленные сооружения, создавая там собственные студии и давая тому или иному заброшенному двору определенную тему. В дни Салона мебели или Недели моды в соответствии с уже сложившейся практикой творческие люди организуют в Тортоне свои выставки и мероприятия параллельной программы. Причем еще не реконструированные объекты иногда представляют больший интерес, чем обновленные, создавая контрастную «декорацию» из промышленного прошлого и современных дизайна и моды.
Комплекс бывшего почтового отделения. Фото © Milica Alempic
Комплекс бывшего почтового отделения. Фото © Milica Alempic
Комплекс бывшего почтового отделения. Фото © Milica Alempic

Индивидуальный подход к индустриальному наследию порой приводит в Милане к его сносу и новому строительству (Портелло, Порта-Нуова, Бикока), когда все следы прошлого удаляются в соответствии с требованиями глобализованного общества. В других случаях реконструированные промышленные сооружения превращаются в учреждения культуры (Fondazione Prada, HangarBicocca, Frigoriferi Milanesi, Fabbrica del Vapore) или жилье. Тортона отличается от всего остального, потому что это полностью автохтонный образец виртуозной трансформации городского масштаба, где сохранилась гармония со индустриальным прошлым. Успешная ревитализация Тортоны способствует подобным переменам в других районах, например, в Ламбрате и Изоле, переживающих сейчас процесс трансформации.
Дворы района Тортона. Фото © Milica Alempic
Дворы района Тортона. Фото © Milica Alempic
Дворы района Тортона. Фото © Milica Alempic
Дворы района Тортона. Фото © Milica Alempic

11 Апреля 2017

Похожие статьи
Археология модернизма: первая работа Нины Алешиной
Историю модернизма редко изучают так, как XVIII или XIX век – с вниманием к деталям, поиском и атрибуциями. А вот Александр Змеул, исследуя творчество архитектора Московского метро Нины Алешиной, сделал относительно небольшое, но настоящее открытие: нашел ее первую авторскую реализацию. Это вестибюль станции «Проспект Мира» радиальной линии. Интересно и то, что его фасад 1959 года просуществовал менее 20 лет. Почему так? Читайте статью.
Годы метро. Памяти Нины Алешиной
Сегодня, 17 июля, исполняется сто лет со дня рождения Нины Александровны Алешиной – пожалуй, ключевого архитектора московского метро второй половины XX века. За сорок лет она построила двадцать станций. Публикуем текст Александра Змеула, основанный на архивных материалах, в том числе рукописи самой Алешиной, с фотографиями Алексея Народицкого.
Мечта в движении: между утопией и реальностью
Исследование истории проектирования и строительства монорельсов в разных странах, но с фокусом мечты о новой мобильности в СССР, сделанное Александром Змеулом для ГЭС-2, переросло в довольно увлекательный ретро-футуристический рассказ о Москве шестидесятых, выстроенный на противопоставлениях. Публикуем целиком.
Модернизация – 3
Третья книга НИИТИАГ о модернизации городской среды: что там можно, что нельзя, и как оно исторически происходит. В этом году: готика, Тамбов, Петербург, Енисейск, Казанская губерния, Нижний, Кавминводы, равно как и проблематика реновации и устойчивости.
Три башни профессора Юрия Волчка
Все знают Юрия Павловича Волчка как увлеченного исследователя архитектуры XX века и теоретика, но из нашей памяти как-то выпадает тот факт, что он еще и проектировал как архитектор – сам и совместно с коллегами, в 1990-е и 2010-е годы. Статья Алексея Воробьева, которую мы публикуем с разрешения редакции сборника «Современная архитектура мира», – о Волчке как архитекторе и его проектах.
Школа ФЗУ Ленэнерго – забытый памятник ленинградского...
В преддверии вторичного решения судьбы Школы ФЗУ Ленэнерго, на месте которой может появиться жилой комплекс, – о том, что история архитектуры – это не история имени собственного, о самоценности архитектурных решений и забытой странице фабрично-заводского образования Ленинграда.
Нейросказки
Участники воркшопа, прошедшего в рамках мероприятия SINTEZ.SPACE, создавали комикс про будущее Нижнего Новгорода. С картинками и текстами им помогали нейросети: от ChatGpt до Яндекс Балабоба. Предлагаем вашему вниманию три работы, наиболее приглянувшиеся редакции.
Линия Елизаветы
Александр Змеул – автор, который давно и профессионально занимается историей и проблематикой архитектуры метро и транспорта в целом, – рассказывает о новой лондонской линии Елизаветы. Она открылась ровно год назад, в нее входит ряд станцией, реализованных ранее, а новые проектировали, в том числе, Гримшо, Уилкинсон и Макаслан. В каких-то подходах она схожа, а в чем-то противоположна мега-проектам развития московского транспорта. Внимание – на сравнение.
Лучшее, худшее, новое, старое: архитектурные заметки...
«Что такое традиции архитектуры московского метро? Есть мнения, что это, с одной стороны, индивидуальность облика, с другой – репрезентативность или дворцовость, и, наконец, материалы. Наверное всё это так». Вашему вниманию – вторая серия архитектурных заметок Александра Змеула о БКЛ, посвященная его художественному оформлению, но не только.
Иван Фомин и Иосиф Лангбард: на пути к классике 1930-х
Новая статья Андрея Бархина об упрощенном ордере тридцатых – на основе сравнения архитектуры Фомина и Лангбарда. Текст был представлен 17 мая 2022 года в рамках Круглого стола, посвященного 150-летию Ивана Фомина.
Архитектурные заметки о БКЛ.
Часть 1
Александр Змеул много знает о метро, в том числе московском, и сейчас, с открытием БКЛ, мы попросили его написать нам обзор этого гигантского кольца – говорят, что самого большого в мире, – с точки зрения архитектуры. В первой части: имена, проектные компании, относительно «старые» станции и многое другое. Получился, в сущности, путеводитель по новой части метро.
Архитектурная модернизация среды. Книга 2
Вслед за первой, выпущенной в прошлом году, публикуем вторую коллективную монографию НИИТИАГ, посвященную «Архитектурной модернизации среды»: история развития городской среды от Тамбова до Минусинска, от Пицунды 1950-х годов до Ричарда Роджерса.
Архитектурная модернизация среды жизнедеятельности:...
Публикуем полный текст первой книги коллективной монографии сотрудников НИИТИАГ. Книга посвящена разным аспектам обновления рукотворной среды, как городской, так и сельской, как древности, так и современной архитектуре, в частности, в ней есть глава, посвященная Николасу Гримшо. В монографии больше 450 страниц.
Поддержка архитектуры в Дании: коллаборации большие...
Публикуем главу из недавно опубликованного исследования Москомархитектуры, посвященного анализу практик поддержки архитектурной деятельности в странах Европы, США и России. Глава посвящена Дании, автор – Татьяна Ломакина.
Сколько стоил дом на Моховой?
Дмитрий Хмельницкий рассматривает дом Жолтовского на Моховой, сравнительно оценивая его запредельную для советских нормативов 1930-х годов стоимость, и делая одновременно предположения относительно внутренней структуры и ведомственной принадлежности дома.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
От музы до главной героини. Путь к признанию творческой...
Публикуем перевод статьи Энн Тинг. Она известна как подруга Луиса Кана, но в то же время Тинг – первая женщина с лицензией архитектора в Пенсильвании и преподаватель архитектурной морфологии Пенсильванского университета. В статье на примере девяти историй рассмотрена эволюция личностной позиции творческих женщин от интровертной «музы» до экстравертной креативной «героини».
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
Технологии и материалы
Сияние праздника: как украсить загородный дом. Советы...
Украшение дома гирляндами – один из лучших способов создать сказочную атмосферу во время праздников, а продуманная дизайн-концепция позволит использовать праздничное освещение в течение всего года, будь то вечеринка или будничный летний вечер.
Тактильная революция: итальянский керамогранит выходит...
Итальянские производители представили керамогранит с инновационными поверхностями, воссоздающими текстуры натуральных материалов. «LUCIDO Бутик Итальянской Плитки» привез в Россию коллекции, позволяющие дизайнерам и архитекторам работать с новым уровнем тактильности и визуальной глубины.
Тротуарная плитка как элемент ландшафтного проектирования:...
Для архитекторов мощение – один из способов сформировать неповторимый образ пространства, акцентировать динамику или наоборот создать умиротворяющую атмосферу. Рассказываем об актуальных трендах в мощении городских пространств на примере проектов, реализованных совместно с компанией BRAER.
Инновационные технологии КНАУФ в строительстве областной...
В новом корпусе Московской областной детской больницы имени Леонида Рошаля в Красногорске реализован масштабный проект с применением специализированных перегородок КНАУФ. Особенностью проекта стало использование рекордного количества рентгенозащитных плит КНАУФ-Сейфборд, включая уникальные конструкции с десятислойным покрытием, что позволило создать безопасные условия для проведения высокотехнологичных медицинских исследований.
Дизайны дворовых пространств для новых ЖК: единство...
В компании «Новые Горизонты», выступающей на российском рынке одним из ведущих производителей дизайнерских и серийных детских игровых площадок, не только воплощают в жизнь самые необычные решения архитекторов, но и сами предлагают новаторские проекты. Смотрим подборку свежих решений для жилых комплексов и общественных зданий.
Невесомость как конструктив: минимализм в архитектуре...
С 2025 года компания РЕХАУ выводит на рынок новинку под брендом RESOLUT – алюминиевые светопрозрачные конструкции (СПК), демонстрирующие качественно новый подход к проектированию зданий, где технические характеристики напрямую влияют на эстетику и энергоэффективность архитектурных решений.
Архитектурная вселенная материалов IND
​Александр Князев, глава департамента материалов и прототипирования бюро IND Architects, рассказывает о своей работе: как архитекторы выбирают материалы для проекта, какие качества в них ценят, какими видят их в будущем.
DO buro: Сильные проекты всегда строятся на доверии
DO Buro – творческое объединение трех архитекторов, выпускников школы МАРШ: Александра Казаченко, Вероники Давиташвили и Алексея Агаркова. Бюро не ограничивает себя определенной типологией или локацией, а отправной точкой проектирования называет сценарий и материал.
Бриллиант в короне: новая система DIAMANT от ведущего...
Все более широкая сфера применения широкоформатного остекления стимулирует производителей расширять и совершенствовать свои линейки. У компании РЕХАУ их целых шесть. Рассказываем, почему так и какие возможности дает новая флагманская система DIAMANT.
Бюро .dpt – о важности материала
Основатели Архитектурного бюро .dpt Ксения Караваева и Мурат Гукетлов размышляют о роли материала в архитектуре и предметном дизайне и генерируют объекты из поликарбоната при помощи нейросети.
Теневая игра: новое слово в архитектурной солнцезащите
Контроль естественного освещения позволяет создавать оптимальные условия для работы и отдыха в помещении, устраняя блики и равномерно распределяя свет. UV-защита не только сохраняет здоровье, но и предотвращает выцветание интерьеров, а также существенно повышает энергоэффективность зданий. Новое поколение систем внешней солнцезащиты представляет компания «АЛЮТЕХ» – минималистичное и функциональное решение, адаптирующееся под любой проект.
«Лазалия»: Новый взгляд на детскую игровую среду
Игровой комплекс «Лазалия» от компании «Новые Горизонты» сочетает в себе передовые технологии и индивидуальный подход, что делает его популярным решением для городских парков, жилых комплексов и других общественных пространств.
​VOX Architects: инновационный подход к светопрозрачным...
Архитектурная студия VOX Architects, известная своими креативными решениями в проектировании общественных пространств, уже более 15 лет экспериментирует с поликарбонатом, раскрывая новые возможности этого материала.
Свет, легкость, минимализм: поликарбонат в архитектуре
Поликарбонат – востребованный материал, который помогает воплощать в жизнь смелые архитектурные замыслы: его прочность и пластичность упрощают реализацию проекта и обеспечивают сооружению долговечность, а характерная фактура и разнообразие колорита придают фасадам и кровлям выразительность. Рассказываем о современном поликарбонате и о его успешном применении в российской и международной архитектурной практике.
Сейчас на главной
Свет и покой
На юге Тюмени по проекту бюро «Мегалит» построен кремационный комплекс и колумбарный парк. Чтобы внушать посетителям чувство покоя и устойчивости, архитекторы с особым тщанием отнеслись к пропорциям и чистоте линий. Также в «сценарий» здания заложено обилие естественного света и взаимодействие с ландшафтом.
Белая гряда
Для первого этапа реконцепции территории советского пансионата в Анапе бюро ZTA предложило типовой корпус, ритм и пластика которого навеяна рисунками, оставленными ветром на песке. Небольшое смещение ячеек номеров обеспечивает приватность и хороший обзор.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
Нетипичный представитель
Недавно завершившийся 2024 год можно считать годом завершения реализации проекта «Садовые кварталы» в Хамовниках. Он хорошо известен и во многом – знаковый. Далеко не везде удается сохранить такое количество исходных идей, получив в итоге своего рода градостроительный гезамкунстверк. Здесь – субъективный взгляд архитектурного журналиста, а завтра будет интервью с Сергеем Скуратовым.
Карельская обитель
Храм в честь всех карельских святых планируют строить в небольшом поселке Куркиёки, который находится недалеко от границы Карелии и Ленинградской области, на территории национального парка «Ладожские шхеры». Мастерская «Прохрам» предложила традиционный образ и современные каркасные технологии, а также включение скального массива в интерьер здания.
Выкрасить и выбросить
В Парке Горького сносят бывшее здание дирекции у моста, оно же бывший штаб музея GARAGE. В 2018 году его часть обновили в духе современных тенденций по проекту Ольги Трейвас и бюро FORM, а теперь снесли и утверждают, что сохраняют архитектуру конструктивизма.
Параметрия и жизнь
Жилой дом Gulmohar в индийском Ахмадабаде архитекторы бюро Wallmakers выстроили буквально вокруг растущего на участке дерева.
2024: что читали архитекторы
В нашем традиционном новогоднем опросе архитекторы вспомнили много хороших книг – и мы решили объединить их в отдельный список. Некоторые издания упоминались даже несколько раз, что дало нам повод составить топ-4 с короткими комментариями. Берем на вооружение и читаем.
Пресса: Как Игорь Пасечник («НИиПИ Спецреставрация») вместе...
Игорь Пасечник — супергерой петербургской реставрации. Он сумел превратить «ненужный» государственный научно-исследовательский институт в успешную коммерческую организацию «НИиПИ Спецреставрация». Специально для Собака.ru архитектурный критик Мария Элькина узнала, что Теодор Курентзис поставил обязательным условием в реставрации Дома Радио, стоит ли восстанавливать давно разрушенное и что за каллиграффити царапали корнеты на стенах Николаевского кавалерийского училища.
Блеск и пепел
В Русском музее до середины мая работает выставка «Великий Карл», приуроченная к 225-летию художника и окончанию работ по реставрации «Последнего дня Помпеи». Архитектуру доверили Андрею Воронову («Архатака»): он утопил в «пепле» Академические залы и запустил в них лазурный цвет, визуализировал линию жизни и приблизил картины к зрителю, обеспечив свежесть восприятия. Нам понравилось.
Корочка и мякоть
Кафе Aaark на Чистых прудах вдохновлено Италией середины XX века. Студия KIDZ выбрала в качестве концептуальной основы фокаччу, однако уловить это в элегантном ретро-интерьере можно только после пояснения: фактурные штукатурки, темный шпон и алый стол отвечают соответственно за мякоть, корочку и томаты.
От Перово до Новогиреево
В декабре заработала новая выставка проекта «Москва без окраин», рассказывающая об архитектуре районов Перово и Новогиреево. Музей Москвы подготовил гид по объектам, представленным в новой экспозиции. Выставка работает до 9 марта.
Продолжение холма
Для подмосковного гольф-курорта «Шишкино» бюро Futura Architects спроектировало два различных по стилю «острова» с инфраструктурой: бионическое медицинское крыло со зданием-кометой, а также гостевой комплекс, интерпретирующий тему традиционного шале.
Геометрия отдыха
Новый жилой район вьетнамского города Виня получил необычный парк и центр отдыха. Архитекторы бюро MIA Design Studio скрыли все объемы под склонами прямоугольных газонов.
Записки охотника
По проекту архитектурно-художественных мастерских Величкина и Голованова во Владимирской области построен комплекс клуба любителей охоты и рыбалки. Основным материалом для объектов послужил клееный брус, а сужающиеся книзу крестообразные пилоны и металлические клепаные ставни создали необходимую брутальность.
Нейро – мета-
Российский AI-художник Степан Ковалев удостоился упоминания от основателя «гранжа в графическом дизайне» и попал в новый журнал The AI Art Magazine, который теперь издается в Гамбурге, с работой абстрактно-метафизического плана. Что спровоцировало нас немного изучить контекст: и журнал, и другие AI-конкурсы.
Кирпич на вес золота
В конце декабря в Санкт-Петербурге подвели итоги четвертого Кирпичного конкурса, проводимого издательским домом «Балтикум» совместно с компанией «АРХИТАЙЛ Северо-Запад». Принять участие в конкурсе могли молодые архитекторы и дизайнеры до 35 лет. Гран-при 100 тысяч рублей получил проект «Серая кольцевая», разработанный Анастасией Сергеевой и Владиславом Лобко из Санкт-Петербурга. Победителям номинаций досталось по 25 тысяч рублей. Рассказываем подробнее о проектах-победителях.
Нефритовые драгоценности
Бюро Zaha Hadid Architects получило заказ на разработку проекта Центра культуры и искусства реки Цаоэ в китайском Шаосине. В качестве отделочного материала планируется использовать особые керамические панели необычного серо-зеленого оттенка.
Инки и сакура
В интерьере красноярского ресторана N’kei бюро LEFTdesign следует гастрономической концепции, соединяя культуру Японии и Перу. Элементы дизайна отсылают к Радужным горам, золоту инков и цветению сакуры, одновременно сохраняя суровость сибирского края.
Алхимия семян
Для кофейни Slovno в Мае во Владимире Raimer Bureau сочинило фантазийную лабораторию, которую не ожидаешь встретить в обычном торговом центре: с травами и картотекой специй, колбами и склянками, фактурными поверхностями и винтажной мебелью.
Архитектура в кино
Кто не любит рассматривать архитектуру в кино, распознавать «места» или оценивать виртуальные города? Но кто знает, что декорации для Эйзенштейна делал Буров, и им восхищался Корбюзье? И все ли знают виллу Малапарте? А вот Александр Скокан рассматривает архитектуру в кино «олд-скульно», через шедевры модернизма. И еще как героя фильма: где-то здание играет свою кинороль, а где-то, кажется, и человек не нужен.
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Поле жизни
Новый проект от бюро ПНКБ Сергея Гнедовского и Антона Любимкина для Музея-заповедника «Куликово поле» посвящен Полю как таковому, самому по себе. Его исследование давно, тщательно и успешно ведет музей. Соответственно, снаружи форма нового музейного здания мягче, чем у предыдущего, тоже от ПНКБ, посвящённого исторической битве. Но внутри оно уверенно ведет посетителя от светового колодца по спирали – к полю, которое в данном случае трактовано не как поле битвы, а как поле жизни.
Космо-катамино
Бюро MORS ARCHITECTS придумало для компании, которая специализируется на кибербезопасности, офис-головоломку, стимулирующий креативность и азарт: с помощью насыщенных цветов и отсылок к ретрофутуризму.
Дерево и базальт
Бюро Malik Architecture соединило в своем проекте гостиницы Radisson в горах индийского штата Махараштра местные традиции и требования ресурсоэффективности.
Пресса: «Строить в центре в историческом стиле — всегда было...
В Петербурге в 2024 году похоронили проект парка «Тучков буян», на торги выставили тюрьму «Кресты». Конюшенное ведомство, наконец, дождалось начало разработки проекта реставрации, и началось строительство кампуса СПбГУ. «Фонтанка» поговорила с автором ряда ключевых для Петербурга проектов и, наверное, одним из самых известных петербургских архитекторов, главой «Студии 44» Никитой Явейном об итогах года.
Рамка кирпича
По проекту бюро Axis Project на Кубанской набережной в Краснодаре построен офис, который уже взяло в аренду другое бюро – Archivista. Перебрав несколько вариантов, авторы и заказчики остановились на лаконичной форме, сделав ставку на ясность пропорций и выразительность материала – красного кирпича ручной формовки.
Пресса: Лучшие здания, станции и мосты, построенные (или снесенные)...
Новые постройки МГТУ им. Баумана — самая масштабная и противоречивая реализация года. Немецкая слобода, в которой находится Бауманка, представляет собой наслоение самых разных эпох, при этом многие десятилетия пребывала в каком-то подвешенном состоянии, словно ожидая мощного толчка.
Для борьбы со стихией
В японском городе Курасики по проекту Кэнго Кумы создан парк, инфраструктура которого поможет жителям в случае природной катастрофы.