Франсиско Мангадо: «Архитектор трансформирует реальность независимо от того, насколько она сложна и груба»

Наваррский архитектор Франсиско Мангадо – о здании как инструменте урбанизации, экспериментах с материалами ВПК и важности архитектурного просвещения для общества.

mainImg
Франсиско Мангадо – основатель бюро Mangado y Asociados в Памплоне и просветительского фонда «Архитектура и общество», знакомящего широкую аудиторию с проблемами современной архитектуры. Мангадо с начала 1980-х годов занимается преподавательской деятельностью, в том числе – в Гарварде, Йеле, Федеральной политехнической школе Лозанны и других ведущих архитектурных вузах мира.

Франсиско Мангадо © Juan Rodriguez



Архи.ру:
– Как, на ваш взгляд, соотносятся природа и архитектура?

Франсиско Мангадо:
– Архитектура – акт создания искусственного в естественной среде. Мне чужда архитектура, которая притворяется частью природы: именно тогда возникают ошибки. Греческие храмы возводились на вершине утеса на берегу Средиземного моря, заявляя о мире человека и помогая увидеть красоту пейзажа. Это пример честного, правильного сочетания естественного и искусственного.

Проект небоскреба в районе Пуэрто-Мадеро в Буэнос-Айресе © Mangado y Asociados



– Проектируемые вами здания задуманы как неотделимая часть среды. К примеру, вы называете свою башню в районе Буэнос-Айреса Пуэрто-Мадеро вертикальным продолжением бульвара, где она появится. Но почему так часто строятся здания, которые никак не связаны с контекстом?

– Одна из главных ошибок современной архитектуры – нацеленность на создание изолированного объекта, как будто проектирование здания подобно созданию скульптуры. Здание связано с тем, что происходит за его пределами, поэтому мы обязаны задумываться об отношениях объекта с внешней средой, о неразрывности личного и общественного пространства.

Я всегда говорю своим студентам – «Не забывайте об урбанизации» – причем не столько о ее физическом проявлении (то есть не об асфальте и многоэтажности), сколько об урбанизации как о качественной трансформации пространства. Здание должно быть инструментом урбанизации, оно должно придавать пространству вокруг него свойства городской среды. То есть когда мы создаем проект, у нас есть шанс повлиять на те процессы, которые происходят вне здания.

Даже самые иерархичные и сухие архитектурные направления сейчас обеспокоились происходящим в городе в целом. Рассуждения о том, что тот или иной объект может быть успешно перемещен в другую среду, вообще в любое пространство, кажутся мне глупыми. Между контекстом и моей целью – преобразованием среды – существует прочная связь. Если я пытаюсь преобразовать среду, мне необходимо использовать те разнообразные средства и регистры, которые существуют в окружении будущей постройки.

Павильон Испании на Всемирной выставке в Сарагосе в 2008 © Pedro Pegenaute
Павильон Испании на Всемирной выставке в Сарагосе в 2008 © Pedro Pegenaute



– Ваше бюро проектировало объекты самых разных типов музеи, выставочные павильоны, в том числе павильон Испании на Всемирной выставке в Сарагосе в 2008, бассейны, гостиницы, офисные здания. Каким принципам вы следуете в своей работе?

– Я стараюсь не следовать определенному «коду». В зависимости от материала, размера площадки и контекста архитектор подбирает необходимые ему архитектурные формы. Концептуальное единство в рамках каждого архитектурного проекта для меня значительно важнее, чем следование постоянному набору принципов.

В моем бюро любой проект начинается с анализа контекста. Контекст и реальность – ключевые ресурсы для проектирования пространства. Архитектор трансформирует реальность независимо от того, насколько она сложна и груба, насколько остро в ней стоят различные проблемы – будь то изменение климата, перенаселенность, дефицит природных или финансовых ресурсов. Проблемы – это удивительные возможности для создания архитектурных проектов.

Другой важный, обязательный этап – определение основополагающей идеи каждого проекта, его программы. Например, при проектировании бассейна я задаюсь вопросом: что такое бассейн? В моем представлении это часть моря, которая находится в здании. Что такое библиотека? В чем ее основное предназначение? В хранении книг или в предоставлении места для чтения? Проектируя музей, для меня первостепенно то, что должно быть в нем размещено. И так далее.

Бассейн в Ла-Корунье © César San Millán Agüera
Бассейн в Ла-Корунье © Roland Halbe
Бассейн кампуса Университета Виго в Оренсе © Roland Halbe
Бассейн кампуса Университета Виго в Оренсе © Pedro Pegenaute



– У вас большой опыт создания проектов в исторических центрах городов – взять, например, недавно завершенный проект музея изобразительных искусств Астурии в Овьедо. Насколько внимательными архитекторы должны быть к историческому слою городской ткани?

– История необычайно ценна. Изучение истории – источник вдохновения для архитектора. Внимание к неизменным, фундаментальным элементам истории позволяет найти пути решения «классических» проблем, с которыми архитекторы продолжают сталкиваться по сей день. Я крайне увлечен эволюцией и структурой истории. Меня интересуют изменения на уровне идей, а не на уровне стилистики. История важна не для повторения образов прошлого, а для обучения и развития на уровне идей.

Музей изобразительных искусств Астурии в Овьедо © Pedro Pegenaute
Музей изобразительных искусств Астурии в Овьедо © Pedro Pegenaute
Музей изобразительных искусств Астурии в Овьедо © Pedro Pegenaute
Музей изобразительных искусств Астурии в Овьедо © Pedro Pegenaute



Разрабатывая проект для Овьедо, я старался понять исторические слои этого города и проявить уважение к ним. От существовавшего на месте строительства исторического сооружения остался только фасад, и его разрушение стало бы разрушением памяти города. Поэтому при возведении нового здания я спроектировал его таким образом, чтобы оно находилось внутри прежнего фасада, не соприкасаясь, но взаимодействуя с ним – подобно разным историческим периодам.

– По вашим проектам была произведена перепланировка площадей Дали в Мадриде и Пе-Берлан в Бордо. И там, и там имелись яркие доминанты – скульптура Исаака Ньютона авторства Сальвадора Дали – в Испании и кафедральный собор – во Франции. Как вы работали с этими проектами?

– Мы, действительно, крайне бережно и внимательно отнеслись к существующим акцентам – собору и ратуше в Бордо и скульптурной композиции в Мадриде. Однако более важным сходством этих проектов была многовековая история существования этих общественных пространств, аккумулировавших в себе массу исторических событий и процессов, которые разворачивались в их границах. Цель перепланировки обеих площадей заключалась в возвращении этих общественных пространств горожанам, поскольку на момент начала нашей работы они использовались преимущественно автомобилистами. Например, территория, где ныне располагается площадь Дали, изначально была важной частью центра Мадрида, но после гражданской войны в Испании это пространство оказалось потерянным для горожан. Решение исправить эту ситуацию было принято совсем недавно, причем эта инициатива исходила не от архитекторов или жителей Мадрида, а от муниципального совета. То есть перепланировка этих двух площадей была способом повторного наделения смыслом общественного пространства, которое на протяжении столетий было ключевым в истории обоих городов. Проектируя, мы старались подчеркнуть символическую и функциональную значимость каждой площади.

Площадь Дали в Мадриде © Roland Halbe
Площадь Дали в Мадриде © Roland Halbe
Площадь Пе-Берлан в Бордо © Roland Halbe
Площадь Пе-Берлан в Бордо © Christian Desile




– С чем вам хочется поэкспериментировать?

– Наверно, среди испанских архитекторов я экспериментировал больше всех – особенно с материалами. Я близок миру производителей материалов и каждый день узнаю что-то новое. При этом мне кажется, что я даже не начинал экспериментировать. С точки зрения функционального типа нового проекта, мне хотелось бы спроектировать церковь.

Конгресс-центр и отель в Пальма-де-Майорка © Juan Rodriguez
Конгресс-центр и отель в Пальма-де-Майорка © Juan Rodriguez



– Какой материал был наиболее сложным для использования в вашей практике?

– Пеноалюминий, который я обнаружил в Канаде. Обычно он используется при изготовлении корпусов автомобилей, грузовиков и танков. Я решил применить его для Дворца конгрессов в Пальма-де-Майорка. Основная сложность заключалась в том, что мы не знали, как алюминий поведет себя вблизи моря. Пеноалюминий недавно использовал Рем Колхас в комплексе Фонда Prada в Милане, но открыл этот материал для архитектуры я. Мне нравится использовать те материалы, которые получили распространение в других сферах, но еще не применяются в архитектуре. С пеноалюминием у архитектора появляется много новых возможностей, этот материал экономичен, но почему-то никто его не использует. Строители очень консервативны.

Археологический музей провинции Алава © Roland Halbe
Археологический музей провинции Алава © Roland Halbe



– Ваше бюро разрабатывает проекты по всей Испании и за ее рубежом, при этом вы базируетесь в Памплоне, столице области Наварра, на самом северо-востоке страны. Сложно ли поддерживать уровень архитектурного бюро мирового класса, находясь далеко от крупных городов?

– Сегодня прекрасные архитектурные проекты можно делать независимо от местоположения офиса: больше нет необходимости жить в столицах. Наша мастерская находится в Памплоне, но я совсем не изолирован, у меня большое влияние в Испании. Большинство моих проектов находятся за пределами Наварры, я перестал строить в своем родном регионе около 15 лет назад.

Тем не менее, к сожалению, я провожу мало времени в Памплоне – в лучшем случае, пару дней в неделю. Часть недели я живу в Мадриде. Когда-то я думал о переезде в большой город, к примеру, в Бостон, где преподавал на тот момент. Но я люблю тишину. Памплона хороша для размышлений и отдыха. За пределами Наварры в жизни больше стресса.

Городской концертный зал Теулады © Roland Halbe
Городской концертный зал Теулады © Roland Halbe



– Вы много преподаете. Какую деятельность – проектирование или преподавание – вы считаете для себя основной?

– Они для меня равнозначны. Пачи Мангадо один – практик и профессор [Пачи – уменьшительное от Франсиско. Прим. Архи.ру]. Я не могу практиковать архитектуру без преподавания, я столькому учусь у своих студентов. Мне говорят: «Ты слишком щедр – столько времени тратишь на преподавание». Четыре года я преподавал в Гарварде, по два года в Йельском и Корнельском университетах, потом – в Федеральной политехнической школе Лозанны, сейчас – в Миланском политехническом институте. Но я преподаю только потому, что параллельно учусь у своих студентов. Должен признаться, что то, что я делаю в текущий момент, мне кажется не очень интересным. В каждом новом проекте мне хочется продвинуться дальше, во мне идет постоянная борьба с самим собой. Каждый проект дает возможность начать с начала – этот дух очень близок молодежи. Мои студенты провоцируют меня критически относиться к собственным работам.

Преподавание и проектирование для меня неотделимы. Если однажды я перестану заниматься проектированием, в тот же день я перестану преподавать, потому что невозможно объяснить, в чем заключается талантливая архитектура, если ты сам не можешь ее создавать.

Дворец конгрессов и концертный зал BALUARTE в Памплоне © Roland Halbe
Дворец конгрессов и концертный зал BALUARTE в Памплоне © Roland Halbe



– Как вы воспринимаете уровень качества архитектурного образования в Испании?

– Архитектурное образование в Испании раньше было довольно хорошим, но сейчас это катастрофа. После экономического кризиса вузы с архитектурной специализацией утратили способность готовить квалифицированные кадры.

– И в Наварре?

– На протяжении последних двух десятилетий лучшие центры архитектурного образования в Испании были в Мадриде и в Наварре – Памплоне. Несколько лет назад я начал реформировать наваррскую школу, но сейчас руководство вуза не проявляет интереса к моему проекту создания там центра подготовки архитекторов нового уровня, поэтому я оттуда ухожу.

– А что это за центр подготовки архитекторов?

– В какой-то момент я решил больше не ездить по разным вузам по всему миру и создать свой собственный. Эта архитектурная школа должна была состоять из трех разных постдипломных программ, в которых архитектура будет преподаваться в связке с другими предметами – экономикой и социологией. Там предполагался очень жесткий отбор – только 60 студентов, не больше. Самые видные испанские архитекторы согласились преподавать со мной в этой школе.

Поликлиника в районе Сан-Хуан в Памплоне © Roland Halbe



– С какой целью вы основали Фонд «Архитектура и общество» (Fundación Arquitectura y Sociedad)?

– Мне нравится думать о Фонде как о открытой для всех школе архитектуры. Фонд создавался для улучшения взаимопонимания между архитекторами и обществом. В частности – для распространения знаний о том, чем мы, архитекторы, занимаемся, о чем и как мы думаем. В последнее время архитекторы были озабочены созданием уникальных объектов для личного продвижения. Общество не знало, почему принимаются те или иные архитектурные решения. Последовала реакция: чьими интересами руководствуется архитектура – системы архитектурных «звезд» или общества в целом?

99% архитектуры делается для общества, поэтому общество вправе требовать от 99% архитекторов, чтобы их проекты интерпретировали реальности, были полезны и красивы. При этом многие архитекторы думают о том, как именно должны служить обществу. Мы живем в обществе удивительной сложности. Эта сложность и делает необходимым создание Фонда как платформы, где общество и архитекторы могли бы вступить в диалог друг с другом. Такой диалог служит напоминанием архитекторам о том, что все возможно делать с красотой, и о том, что они не боги, что задача архитектора – в служении обществу.

– Это весьма трудная миссия.

– Да, было трудно. Я вложил в Фонд все свои сбережения. Архитектура дала мне многое, в том числе в экономическом плане. В какой-то момент я решил, что настало время вернуть полученные мной средства в архитектуру. В 2008 году, когда я открывал этот Фонд, в Испании царил глубокий кризис. Многие друзья говорили, что я сумасшедший, предсказывая, что в кризис я не смогу найти других инвесторов. Сегодня, почти десять лет спустя, Фонд по-прежнему существует и активно участвует в трансформации архитектуры. В 2015 году Фонд получил золотую медаль Высшего совета ассоциаций архитекторов Испании (Consejo Superior de Colegios de Arquitectos de España), в 2016 году на открытии IV международного архитектурного конгресса нашего Фонда присутствовал король Испании – это важные знаки признания. Фонд стал одной из самых значимых испанских архитектурных организаций.

22 Ноября 2016

Беседовала:

Екатерина Михайлова
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Авторский надзор: мытьем да катаньем
Разговор на АрхПароходе 2021 со Стасом Горшуновым: о том, как ему удается добиваться качественной реализации проектов, какие проблемы приходится решать, когда жертвовать гонораром, а когда идти на компромиссы.
ADM 2006–2021
В новой книге-портфолио ADM architects, посвященной 15-летию бюро, 37 проектов, все реализованные или строящиеся. Публикуем интервью с главой бюро Андреем Романовым и сообщаем, что теперь книгу можно купить на ozon.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Технологии и материалы
Чувство города
Бизнес-парк «Ростех-Сити» построен на Северо-Западе Москвы. Разновысотная застройка, облицованная затейливым клинкерным кирпичом разнообразных миксов Hagemeister, придаёт архитектурному ансамблю гуманный масштаб традиционного города.
Великолепный дизайн каждой детали – Graphisoft выпускает...
Обновления версии отвечают пожеланиям пользователей и обеспечивают значительные улучшения при проектировании, визуализации, создании документации и совместной работе в Archicad, BIMx и BIMcloud, что делает Archicad 25 версией, как никогда прежде ориентированной на пользователя
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Кирпич Terca из Эстонии – доступная европейская эстетика
Эстонский кирпич соединяет в себе местные традиции и высокотехнологичное производство мирового уровня под маркой Wienerberger. Технические преимущества облицовочного кирпича Terca особенно ценны в нашем северном климате – благодаря им фасады не потеряют своих эстетических качеств, а постройки будут долговечными.
Прочные основы декора. Методы Hilti для крепления стеклофибробетона
Методы HILTI позволяют украшать фасад сложными объемными формами, в том числе карнизами, капителями, кронштейнами и узорными панелями из стеклофибробетона, отлично имитируя массивные элементы из натурального камня и штукатурки при сравнительно меньшем весе и стоимости.
Дайте ванной право быть главной!
Mix&Match – простой и понятный инструмент для создания «журнального» дизайна ванной комнаты. Воспользуйтесь концепцией от Cersanit с десятками комбинаций плитки и керамогранита разного формата, цвета и фактуры для трендовых интерьеров в разных стилях. Идеально подобранные миксы гармонично дополнят вашу идею и помогут сократить время на создание проекта.
Современная архитектура управления освещением
В понимании большинства людей управлять освещением – это включать, выключать свет и менять яркость светильников с помощью настенных выключателей или дистанционных пультов. Но управление освещением гораздо глубже и масштабнее, чем вы могли себе представить.
Чистота по-австрийски
Самоочищающаяся штукатурка на силиконовой основе Baumit StarTop – новое поколение штукатурок, сохраняющих фасады чистыми.
Кто самый зеленый
14 небоскребов из разных частей света, которые достраиваются или планируются к реализации: уже не такие высокие, но непременно энергоэффективные и поражающие воображение.
Советы проектировщику: как выбрать плоттер в 2021 году
Совместно с компанией HP, лидером рынка широкоформатной печати, рассматриваем тенденции, новые программные и технические решения и формулируем современные рекомендации архитекторам и проектировщикам, которым требуется выбрать плоттер.
Energy Ice – стекло, прозрачное как лед
Energy Ice – новое мультифункциональное стекло, отличающееся максимальным светопропусканием. Попробуем разобраться, в чем преимущество новинки от компании AGC
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Башня превращается
Совместно с нашими партнерами, компанией «АЛЮТЕХ», начинаем серию обзоров актуальных тенденций высотного строительства. В первой подборке – 11 реализованных высоток со всего мира, демонстрирующих завидную приспособляемость к характерной для нашего времени быстрой смене жизненных стандартов и ценностей.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Сейчас на главной
Предчувствие дома
Предметы искусства, ирония, мрамор и природные аллюзии – четыре запоминающихся лобби в московских жилых комплексах.
Феликс Новиков: «Где-то я прочел про себя, что я литературоцентричен....
Вчера Феликс Новиков отпраздновал 94 день рождения. Присоединяемся к поздравлениям и публикуем подборку «Итогов» – отчасти авторское резюме своих работ, отчасти воспоминаний о сотрудничестве с издательствами. Рассказ включает список проектов построек, составлен в первой половине 2021 года, и предваряется небольшим вступительным интервью.
Крыша «фестонами»
Бюро BIG представило проект транспортного узла для шведского города Вестерос: он свяжет разделенные железнодорожными путями части города.
Арктические опыты
СПбГАСУ совместно с Университетом Хоккайдо провел Международную летнюю архитектурную школу, посвященную Арктике. Показываем проекты, придуманные участниками для Териберки, Земли Франца-Иосифа и Кировска.
Поток и линии
Проекты вилл Степана Липгарта в стиле ар-деко демонстрируют технический символизм в сочетании с утонченной отсылкой к 1930-м. Один из проектов бумажный, остальные предназначены для конкретных заказчиков: топ-менеджера, коллекционера и девелопера.
Один раз увидеть
8 короткометражных документальных фильмов на околоархитектурные темы, в том числе: лондонская башня-кооператив 1970-х, японский скульптор Саграда-Фамилия, сборное жилье наших дней и подборка ярких архитектурных фрагментов из художественных лент последних 100 лет.
Проект для неопределенного будущего
Образовательный центр для детей с «органическим» садом и огородом в Мехико задуман как экономически самодостаточный и не просто ресурсоэффективный, а почти автономный. Кроме того, его можно разобрать и использовать все материалы повторно. Авторы проекта – бюро VERTEBRAL.
Лицо производства
«Тепличное хозяйство Ботаника» доверила архитекторам ту область, где они, как правило, востребованы наименьшим образом – территорию современного производственного комплекса, где обычно царят утилитарные, нормативные и недорогие решения.
Старые-новые арки
Напечатанный на 3D-принтере бетонный мост Striatus по проекту Zaha Hadid Architects и специалистов Высшей технической школы ETH Zürich благодаря своей традиционной сводчатой конструкции очень устойчив – в прямом и экологическом смысле.
Арт-трансформер
Art Barn, архив, хранилище работ и рисовальная студия британского скульптора Питера Рэндалла-Пейджа в холмах Девона, способен менять форму в зависимости от текущих нужд, а также сам себя обеспечивает электричеством. Автор проекта – Томас Рэндалл-Пейдж.
Тиана Плотникова: «Наша миссия – разработать user-friendly...
Говорим с основательницей стартапа Uflo – программы, помогающей конвертировать числовые данные в геометрию, о том, что побудило придумать проект, о карьере в крупных зарубежных компаниях и о страхах перед цифровыми технологиями
Связь с прошлым и будущим
Нидерландские мастерские Benthem Crouwel и West 8 выиграли конкурс на проект нового вокзала в Брно: этот архитектурный конкурс стал крупнейшим в истории Чехии.
Авторский надзор: мытьем да катаньем
Разговор на АрхПароходе 2021 со Стасом Горшуновым: о том, как ему удается добиваться качественной реализации проектов, какие проблемы приходится решать, когда жертвовать гонораром, а когда идти на компромиссы.
Образ прощания
Объект MAMA самарских архитекторов Дмитрия и Марии Храмовых стал единственным российским победителем конкурса фестиваля ландшафтных объектов SMACH2021, который проводится на северо-востоке Италии в Доломитовых Альпах.
Новое качество Личного
В Никола-Ленивце Калужской области в эти выходные проходит фестиваль Архстояние с темой «Личное». Главной постройкой фестиваля стал дом «Русское идеальное», спроектированный Сергеем Кузнецовым и реализованный компанией КРОСТ в короткие сроки. Рассматриваем дом и новые объекты Архстояния 2021.
«Место для всех»
Победителем международного конкурса на разработку концепции Приморской набережной в Сочи стал консорциум во главе с UNStudio.
Пресса: "Непостижимое решение". ЮНЕСКО отобрало у Ливерпуля...
ЮНЕСКО решило исключить Ливерпуль из своего Списка всемирного наследия, поскольку городские власти ведут активное строительство в районе доков и порта - архитектурного ансамбля, которое агентство ООН считало важнейшим памятником. В Ливерпуле такое решение называют "непостижимым" и надеются на его пересмотр.
Главный манифест конструктивизма
В Strelka Press выпущена основополагающая для отечественного авангарда книга Моисея Гинзбурга «Стиль и эпоха. Проблемы современной архитектуры» (1924): это совместный издательский проект Института «Стрелка» и Музея «Гараж». Публикуем главу «Конструкция и форма в архитектуре. Конструктивизм».
На берегу очень тихой реки
Проект благоустройства территории ЖК NOW в Нагатинской пойме выходит за рамки своих задач и напоминает скорее современный парк: с видовыми точками, набережной, разнообразными по настроению пространствами и продуманными сценариями «от 0 до 80».
Труд как добродетель
Вышла книга Леонтия Бенуа «Заметки о труде и о современной производительности вообще». Основная часть книги – дневниковые записи знаменитого петербургского архитектора Серебряного века, в которых автор без оглядки на коллег и заказчиков критикует современный ему архитектурно-строительный процесс. Написано – ну прямо как если бы сегодня. Книга – первое издание серии «Библиотека Диогена», затеянной главным редактором журнала «Проект Балтия» Владимиром Фроловым.
Стилисты села
Дизайн-код как способ привести небольшое поселение в порядок к юбилею или крупному событию: борьба с визуальным мусором, поиск духа места и унификация городских элементов.
Диалоги об образовании и карьере
Империалистический заказ и равнодушие к форме, необходимость доучить бывших студентов за свои деньги и скука формального обучения – дискуссия об архитектурном образовании на недавнем Архпароходе, как и многие разговоры на эту тему, местами была отмечена грустью, но не безнадежна и по-своему интересна. Публикуем выдержки из разговора, собранные одним из участников, архитектором и преподавателем Евгенией Репиной.
Плавная консоль
У здания банка в окрестностях ливанского города Сура нет привычных ограждений, а еще Domaine Public Architects удалось добавить в проект небольшую площадь.
Туман над Янцзы
В сети обсуждают новую ленд-арт-инсталляцию Григория Орехова Crossroads, «пешеходную зебру» проложенную художником по воде Москвы-реки 7 июля недалеко от Николиной горы. Рассматриваем несколько недавних работ Орехова – от «перекрестка» 2021 года на реке до «перекрестка» 2020 года в зеркалах «Черного куба», созданного в честь Казимира Малевича в Немчиновке.