Группа АВО!, Вологда: «Наполнить пространство новым смыслом»

Молодые архитекторы из группы АВО! рассказали Архи.ру о жизни объектов «Активации», о новой жизни старой вологодской библиотеки и о своих планах.

mainImg
Объект «Красный пляж», построенный в рамках проекта «Активация» в 2012 году. Авторы: Надежда Снигирева, Маргарита Иванова, Татьяна Белова. Фото: Егор Клочков.
zooming
Объект «Красный пляж», построенный в рамках проекта «Активация» в 2012 году. Авторы: Надежда Снигирева, Маргарита Иванова, Татьяна Белова. Фото: www.facebook.com/pages/AVO-group/
Объединение АВО! – это команда молодых профессионалов в области средовой архитектуры, дизайна и программирования социальных коммуникаций, основанная в сентябре 2011 года. Первый состав АВО! сложился во время работы над проектом «Активация», который прошел в рамках «Дней архитектуры 2012» в Вологде, но неофициально многие участники дружили и работали друг с другом уже много лет. (Два из пяти объектов, построенных для «Активации»: «Красный пляж» и «Треугольный сад», стали победителями премии АрхиWood 2013 года в номинации «Дизайн городской среды».) Сейчас состав команды трансформируется, приходят новые люди: студенты-архитекторы, строители, дизайнеры. Но всех их объединяет одна вещь: желание не только обсуждать и проектировать, но и доводить проекты до финального завершения, участвовать в строительстве, видеть практический результат. Команда отдельного проекта на сегодняшний день составляет 5-10 человек; куратором команды выступает Михаил Приемышев.

Программа фестиваля «Дни Архитектуры» этого года, проходившего в Вологде с 29 мая по 2 июня 2013 года, кроме основных мероприятий включала в себя и параллельную программу АВО! – «Активный Уикенд», направленную на развитие и популяризацию объектов, построенных в рамках проекта «Активация». Мы поговорили с молодыми архитекторами о том, как сегодня горожане взаимодействуют с объектами и о трудностях в общении с административными структурами, возникающих на пути к развитию современных городских пространств.
Объект «Треугольный сад», построенный в рамках проекта «Активация» в 2012 году. Авторы: Вера Смирнова + студенты. Фото: www.facebook.com/pages/AVO-group/
Архи.ру:
– Спустя год после «Активации» стали ли горожане смелее проявлять активность в использовании этих общественных пространств? 


Михаил Приемышев:
Думаю да. Но не на всех объектах. Очень популярным у горожан стал объект «Красный пляж» (авторы проекта: Надежда Снигирева, Маргарита Иванова, Татьяна Белова): он находится у воды, с него открывается прекрасный вид. Его используют как причал, на нем ловят рыбу и еще это стало очень популярным местом для фотосессий.

Площадка «Треугольный сад» (куратор: Вера Смирнова, она же курировала в прошлом году весь проект «Активация»), расположенная недалеко от нашего Политеха – ВГТУ, изначально проектировалась как открытый университет: место, предназначенное для студенческой жизни, для открытых дискуссий, лекций. Мы мечтаем, что когда-нибудь здесь будут проходить архитектурные защиты. Сейчас же студенты сидят здесь между парами, на переменах, устраивают мини-пикники. Это очень удобное пространство. Ты непросто сидишь на рядах, как в аудитории. Ты можешь выбрать любую удобную для себя позу: можешь лечь, облокотиться на парапеты.
Объект «Бульвар раскладушек». Авторы: Лев Анисимов + студенты. Фото: Алексей Курбатов
Вера Смирнова: Когда я приехала в Вологду через год (уже год Вера учится в Университете Штата Канзас, США – прим. Архи.ру), сразу же в глаза бросились бабушки, сидящие на лавках на Каменном мосту на «Бульваре раскладушек» (архитектор Лев Анисимов + студенты). На таком длинном и пустом транзите очень удобно сесть и передохнуть если ты устал или взять еды в соседнем кафе и перекусить по пути на работу. В этом и была идея всего проекта.
Объект «Городские подмостки». Фото: www.facebook.com/pages/AVO-group/
Светлана Попова-Знаменская: Еще очень интересный объект рядом с Драматическим театром – «Городские подмостки».  В том месте проходит транзит с улицы через Драматический театр к реке. Зимой пандус этого объекта использовали вместо лестницы, это, конечно, гораздо удобнее.  Мы обратили внимание, что дворник даже лестницу больше не чистит, он чистит пандус.
Объект «Новый пейджер», построенный в рамках проекта «Активация» в 2012 году. Авторы: Михаил Приёмышев + студенты. Фото: www.facebook.com/pages/AVO-group/
– Продолжаете ли курировать объекты, построенные в рамках Дней архитектуры в Вологде 2012 года, следить за ними, развивать?

Михаил: Да. У нас есть один проект – «Новый пейджер» – с ним есть реальная проблема: у него оказался один закрытый угол и он начинает превращаться в публичный туалет. Мы хотим этот угол трансформировать, раскрыть его. В наших интересах, чтобы эти объекты не создавали проблем и не ухудшали те места, в которых они расположены.

Татьяна Белова:  В этом году решили модернизировать площадку «Треугольный сад» – буквально недавно здесь появился навес. Во время мероприятий под этим навесом сзади натягивается экран, на фоне которого выступают спикеры.

Михаил: В остальных объектах есть тоже многое, что нужно доделывать. Сейчас  мы боремся с администрацией: хотим, чтобы они подписали нам проекты электрики, выделили средства и поставили объекты на баланс. На данный момент объекты не убирают – это серьезная проблема. В основном, мы делаем это собственными силами: устраиваем субботники, зовем неравнодушных ребят.
Объект «Треугольный сад», построенный в рамках проекта «Активация» в 2012 году. Авторы: Вера Смирнова + студенты. Фото: Егор Клочков.
Объект «Треугольный сад», построенный в рамках проекта «Активация» в 2012 году. Авторы: Вера Смирнова + студенты. Фото: www.facebook.com/pages/AVO-group/
– То есть взаимодействие, взаимопонимание, которое было налажено между вами и администрацией в прошлом году, во время строительства объектов, теперь потеряно?

Михаил: Оно было краткосрочным.

Светлана: Нам просто позволяли этим заниматься. Мы ходили согласовывали, показывали, они соглашались. Это была наша инициатива, а администрация не противилась. Поэтому когда объекты поставили, администрация не знала что с ними делать. Они просто не задумывались, что могут возникнуть проблемы с той же уборкой.

Михаил: Эти пять объектов содержать на собственные средства мы постоянно не можем. Бесконечно искать спонсоров для каких-либо обновлений тоже весьма затруднительно. А диалога с администрацией пока не выходит.

Принимали ли горожане участие в развитии объектов и происходит ли сейчас взаимодействие вас – архитекторов и жителей города?

Михаил: На Днях архитектуры в Вологде 2012 у нас не было  прямого контакта с жителями. Мы и не ставили такой задачи. Проводились исследования, анкетирование, опросники. Мы много наблюдали за жителями: куда и как они ходят, где сворачивают, по каким ступенькам любят спускаться. 

Светлана: Мне кажется, что поначалу люди даже не понимали, для чего это делается. Мы выставляли макеты объектов в администрации города и в библиотеке. Наши макеты были сделаны на высоком уровне, но, тем не менее, горожане спрашивали: «А что это? Это скамейки? Вы делаете скамейки?»

Надежда Снигирева: Да, журналисты называют наши объекты «креативные скамейки».

Михаил: Понятие «общественное пространство» кажется людям непонятным и диким. Сейчас конечно между нами, нашими объектами и горожанами есть пропасть. Несмотря на то, что негатива нет, особенного понимания, что на этих объектах делать – нет тоже. Может быть у людей не сложилась пока традиция проводить время на улице активно и творчески.

Надежда: Когда мы строили эти объекты, жители подходили и спрашивали нас: «А это будет бесплатно?». В сознании людей нет понимания того, что можно прийти на любую площадку провести какое-то мероприятие и тебе за это ничего не будет. Люди пассивны, они не хотят иметь ничего общего с активным преобразованием среды. Видимо «коллективное» слишком навязывалось раньше и горожане просто устали от этого.

Вера: Но в других городах России молодые ребята также работают над вовлечением жителей в городские процессы, активности. Сейчас происходит такая мощная волна городских соучастий и социальных проектов, люди начинают потихоньку привыкать и адаптироваться под другой, сначала не привычный для них, образ жизни. Так что культура потихоньку меняется. Но все же, эти подвижки – это уже большой успех для России, для нашей культуры.
Объект «Треугольный сад», построенный в рамках проекта «Активация» в 2012 году. Авторы: Вера Смирнова + студенты. Фото: www.facebook.com/pages/AVO-group/
Михаил: Идеальной площадкой для взаимодействия с населением мы видим социальный институт ТОС – Территориальное Общественное Самоуправление. Жители сплочаются на одной территории, это фиксируется на законодательном уровне и люди за эту территорию ответственны: предлагают администрации варианты решения сложившихся проблем или проекты по улучшению территории. Мы бы хотели взаимодействовать с этим институтом и работать не просто с населением, а уже с сформированным сообществом. Но напрямую нам этого сделать не удалось. Мы решили попробовать сделать это через администрацию: предлагали, делали презентации, разработали концепцию развития трех ТОСов в Вологде, но пока не пошло. Может быть это был отчасти такой политических момент.

Надежда: ТОС – это очень административная структура. Нам не удалось возбудить интерес руководителей ТОС к нашим объектам. Это удивительно, ведь мы не предлагали им платить нам деньги, мы бы сами нашли спонсоров. Цель была в том, чтобы вместе сделать хорошее дело.

Михаил: Вологду еще не накрыло волной современных подходов в работе с населением и проектировании общественных пространств. Средовое проектирование в Вологде сейчас доверяют одной коммерческой проектной организации, которой конечно не выгодно вмешательство ребят, которые делают все практически бесплатно.

Надежда: Мы хотим отработать методы взаимодействия с администрацией через людей, через общество. Обычно соучастие возникает, когда сообщество начинает что-либо требовать от города, от архитекторов, тогда политика проектирования меняется. У нас по-другому: нет активных сообществ, по крайней мере пока, и мы думаем, может быть попытаться самим их сгенерировать. Мы боимся, что если провести точно такую же «Активацию», без работы над ошибками, без взаимодействия с жителями, то через год-два эти объекты могут быть снесены как морально устаревшие. Поэтому стратегию нужно менять.
Детская библиотека № 9 в Вологде. Улица Чернышевского, дом 15. Фото: vk.com/club41765084
– Собираетесь ли вы организовывать в Вологде какие-либо новые общественные пространства?

Михаил: Да. Как раз сейчас мы работаем с интересным местом – это детская библиотека и пространство, которое ее окружает. Библиотека находится в деревянном доме, памятнике архитектуры. В сентябре ему будет 100 лет. Само слово «библиотека» ассоциируется с чем-то неинтересным, с атавизмом. Мы хотим наполнить пространство двора новым смыслом. Также хотим интегрировать в это пространство несколько помещений библиотеки на первом этаже. Мы видим в этом месте потенциал для общения вологодской креативной молодежи.

Надежда: У нас очень много людей, которые своими руками делают действительно классные вещи, но они не знают куда с этим идти, где показать. А там будет место, где можно бесплатно продемонстрировать плоды своего творчества.

Библиотека действительно старая, а ее территория – лакомый кусок для застройщиков. Градозащитники конечно много говорят и пишут о ценности этого здания. Но кроме этого мы хотели сделать его действительно нужным, поднять общественность на его защиту.
Детская библиотека № 9 в Вологде. Улица Чернышевского, дом 15. Фото: vk.com/club41765084
Пикник VOICES. Фото: Евгения Бубякина
Михаил: Этот проект у нас идет под девизом «Меньше слов – больше дела». Пока мы работаем над ним в формате DIY (Do It Yourself), не привлекали еще никаких спонсоров. Сейчас мы очистили территорию, корчуем пни, делаем свайный фундамент . Нам помогают студенты-архитекторы и все, кто хочет сделать что-то своими руками. Когда люди видят, что мы не просто готовы поделиться теоретическими знаниями о том, как сделать общественное пространство, но и сами готовы строить его своими руками, люди зажигаются, приходят нам помогать. От этого появляется большая ответственность за объект: ты не просто пришел на все готовое, а сам участвовав в появлении этого пространства.

– Вам интересно работать только с общественными пространствами?

Михаил: Конечно АВО! интересны не только общественные пространства. Но пока мы не планируем строить что-то масштабное, глобальное. Маленькими проектами мы хотим «набрать массу», чтобы и жители и администрация испытывали к нам больше доверия. С момента «Активации» в прошлом году мы пока больше ничего не строили и нас начали подзабывать.

Например, с 5 по 9 июля в Вологде проходил международный фестиваль молодого европейского кино VOICES и мы работали с ними в партнерстве. В рамках фестиваля в воскресенье, 7 июля, прошёл пикник, для которого мы разрабатывали средовой брендинг, строили малые формы, интересные объекты.
Пикник VOICES. Фото: Евгения Бубякина
Объект «Красный пляж», построенный в рамках проекта «Активация» в 2012 году. Авторы: Надежда Снигирева, Маргарита Иванова, Татьяна Белова. Фото: www.facebook.com/pages/AVO-group/
Надежда:  Свои следующие проекты мы бы хотели сделать с учетом ошибок, которые мы допустили на предыдущих. Например, взаимодействие с жителями, активное их включение с самых первых этапов проектирования. Тогда администрации сложнее будет отрекаться от проекта – будет контроль со стороны горожан-участников.

Михаил: У нас нет задачи всю Вологду заполонить общественными пространствами. Эти пространства появились как реакция, ответ на то, что в нашем городе негде собраться на улице, кроме как на лавочке или в кафе. Здесь были некрасивые негативные пространства, а теперь – чистота, зелень, дерево, галька, птички поют.
Объект «Треугольный сад», построенный в рамках проекта «Активация» в 2012 году. Авторы: Вера Смирнова + студенты. Фото: www.facebook.com/pages/AVO-group/
– Новые проекты, над которыми вы сейчас работаете тоже выполнены из дерева?

Михаил: В основном – да. Мы стараемся работать с деревом.

Светлана: Мы его, в каком-то роде, даже пропагандируем.

Михаил: Вологда утратила пару лет назад статус деревянного города и мы его стараемся вернуть, показать, что из дерева можно строить современную архитектуру, стараемся разрушить миф, что дерево – это не долговечный материал.

Светлана: Горожане считают, что если деревянная архитектура – то непременно старый гниющий барак. Люди стараются снести эти постройки и построить на их месте здания из кирпича или монолита. У нас есть градозащитники, которые ведут активную деятельность, стараясь сохранить старую деревянную архитектуру. Мы же стараемся продемонстрировать, что кроме этого можно и развивать новую архитектуру из дерева.

Вера: Самое главное, что мы видим, что дерево – это мощный образ нашего города, и при разумном развитии мы можем поддержать дух Вологды, как деревянной столицы России. Но самое интересное и уникальное, что сохраняя историческое деревянное наследие и создавая новые современные деревянные постройки, мы создадим необыкновенный стиль который привлечет туристов со всех стран и изменит отношение к городу горожан. Но такая серьезная идея нового и старого в дереве возможна только при разумном городском развитии, сплоченной работе властей, частного бизнеса, жителей и креативных молодых специалистов. Что конечно очень сложно, но, все таки, возможно. – Ваша победа в премии АрхиWood, как вы считаете, поможет ли сделать вашу деятельность более эффективной при взаимодействии с администрацией и популярной среди горожан?

Светлана: Простым людям, я думаю, все равно. А в разговоре с администрацией – да, надеемся, что поможет. Только вот, кажется, администрация была не в курсе, что мы стали лауреатами премии.

Михаил: Премия АрхиWood – это признание в широких архитектурных кругах, российских и может быть даже зарубежных. Это инструмент для внутреннего взаимодействия, для поиска партнеров и спонсоров.

Надежда: Когда мы съездили на АрхиWood, мы увидели, что существует своя тусовка деревянных архитекторов: это очень сплоченное сообщество, они общаются, соревнуются друг с другом на специальных премиях. И это стимул для развития деревянной архитектуры. В Вологде такого сообщества, сплоченного одним интересом, нет.

Вера: Я думаю, что отношение администрации и людей к победе на АрхиWood будет особо не заметным, но самое главное здесь – это помощь с другой стороны. Например, со стороны «известных деревянных архитекторов» может прийти уважение и помощь, если мы попросим, и тогда уже и администрация заинтересуется, так как для них важны такие контакты.

08 Августа 2013

Похожие статьи
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
Дерево за 15 лет
Поемия АРХИWOOD опрашивает членов своего экспертного совета главной премии: что именно произошло с деревянным строительством за эти годы, какие заметные изменения происходят с этим направлением сейчас и что ждет деревянное домостроение в будущем.
Марина Егорова: «Мы привыкли мыслить не квадратными...
Карьерная траектория архитектора Марины Егоровой внушает уважение: МАРХИ, SPEECH, Москомархитектура и Институт Генплана Москвы, а затем и собственное бюро. Название Empate, которое апеллирует к словам «чертить» и «сопереживать», не должно вводить в заблуждение своей мягкостью, поскольку бюро свободно работает в разных масштабах, включая КРТ. Поговорили с Мариной о разном: градостроительном опыте, женском стиле руководства и даже любви архитекторов к яхтингу.
Пресса: В Вологде возрождают интерес к деревянной архитектуре
В течение 5 дней в Вологде проходил фестиваль Дни архитектуры. В этом году ведущей темой стало развитие современной деревянной архитектуры в Вологодской области, а девизом – "Деревянная архитектура здесь и сейчас".
Пресса: Новые герои: Организаторы «Дней архитектуры в Вологде»...
В рамках второго ежегодного фестиваля «Дни архитектуры в Вологде», проходившего с 16 по 22 мая этого года, стартовал проект «Активация», организатором которого выступило объединение молодых архитекторов Вологды АВО. Ребята направили свою деятельность на преображение внешнего облика города и попытку привлечь внимание горожан к проблемам средовой архитектуры.
Активация Вологды
Юлия Зинкевич, руководитель проекта АРХИWOOD, беседует о «Днях Архитектуры в Вологде» с их создателями – Александром Дудневым и Константином Гудковым.
Технологии и материалы
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Сейчас на главной
Ячейка и кривуля
Детский сад, построенный по проекту BuroMoscow в столичном ЖК Грин парк, удачно балансирует между языком модернизма и эстетикой сделанного цветными карандашами рисунка. Кубический объем с регулярной фасадной сеткой отсылает к сортеру – развивающей игрушке, помогающей в числе прочего почувствовать форму. Роль объемных фигурок для сортировки играют залы, которые выбиваются из общей матрицы и делают элегантные фасады чуть менее серьезными. Яркий цвет этих залов сообщает нежный рефлекс помещениям холлов и групповых комнат, преимущественно белых. Среди других находок: отсутствие забора, встроенные в фасад скамейки и кадки для цветов, деревянные створки на панорамных окнах.
Между лучшим и нужным. Обзор новых проектов за 9–15...
Припозднились мы слегка с обзором проектов за прошедшую неделю, но зато выходим ведь, да? На сей раз нет «засилья башен», а есть каждой твари по паре, в том числе и творческих высказываний, даже с подвывертом, как то бывает у ряда авторов. Грустные новости – о сносе АТС на Большой Ордынке. Не смогли пойти по пути похожей АТС на Басманной, а ведь могли.
Путь к истокам
Бюро SEEU подошло к проекту реконструкции популярного в Калининграде ресторана «Соль» как к исследованию истории края и поиску в нем ключей к построению гармонии между европейской и азиатской дизайнерской традицией и философией.
Зов традиции
Проект современной юрты в Ботаническом саду Алматы казахстанское бюро Cogarts готовило, что называется, для души. Однако в процессе работы подвернулся подходящий конкурс, который способствовал кристаллизации идей. Юрта стала местом для проведения небольших культурных событий и принесла бюро несколько архитектурных премий.
Павильон грибоводства
Бетонный павильон по проекту OMA для выращивания грибов в арт-кампусе Casa Wabi в Мексике задуман также как инкубатор для общественных связей.
Защита чувств
В Нижнем Новгороде объявили победителей 16 архитектурного рейтинга, который проводится в этом городе, как правило, один раз за два года. Напомним, победителя тут съедают в виде торта, что, с одной стороны, забавно, а с другой – не лишено тонкого смысла. Архитекторы взаправду пугаются прежде чем «разрезать свой объект ножом»! И вот наш небольшой репортаж. В победителях 5 бюро и 7 объектов. В премии впервые появилась номинация. Угадайте, угадайте же, кто у нас «Царь горы»?
Бетонный переплет
Жилая башня 900 Saint-Jacques по проекту Chevalier Morales Architectes взаимодействует со достопримечательностями Монреаля и предлагает альтернативу скучным стеклянным высоткам.
Скорлупа под антаблементом
Архитектор Егор Рыбин спроектировал ТРЦ для коттеджного поселка «Боярское» в 30 км от Нижнего Новгорода, прочитав его как парковый павильон. Кирпичные экседры считываются как фрагменты ротонды, а прорастающее сквозь центральную арку дерево символично напоминает о главенстве пейзажа.
Против ветра
Общественно-деловой центр «Графит» построен по проекту бюро FUTURA-ARCHITECTS в новом жилом районе, который развивается за южной границей Санкт-Петербурга, недалеко от Финского залива. Авторы отрефлексировали близость холодного Балтийского моря, придав зданию динамику преодоления и скругленные, словно от ветра и воды, края.
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
Вне стресса
DA bureau продолжает ломать стереотипы и задавать новые тренды. В новом медицинском центре, практикующем биохакинг, они материализовали дизайн, который раньше, если где-то и встречался, то в мультфильмах о воображаемых мирах, светлых и настолько умиротворяющих, что не понятно, где проходит граница между сном и анимированной реальностью.
Игра противоположностей
На месте снесенной пожарной части в Ижевске построен жилой комплекс «Монблан». Авторы проекта из бюро «АП-Групп» собрали композицию из двух объемов, соединив классическую сетку одного с деконструктивистской свободой ломаных форм другого.
Анфилада архетипов
Выставка «Архетипы авангарда» в новом здании Третьяковской галереи предлагает посмотреть на творчество русских художников начала XX века под особым ракурсом: экспозиция проводит параллель между художественной революцией и психоанализом. С помощью 12 архетипов кураторы показывают, что за дерзкими экспериментами Малевича, бунтом Родченко и детской искренностью Пиросмани стоят живые люди с узнаваемыми чертами. Архитектура выставки от бюро ХОРА делает идею осязаемой.
Примечательности в тренде и вне его. Обзор проектов...
На фоне все более отчетливо проявляющихся тенденций к аффектации архитектурного облика большинства новых московских проектов интересно наблюдать размытие понятия авторского почерка, вплоть до полного его исчезновения и попытки некоторых архитекторов отстоять свое право работать в менее техно-эмоциональной манере.
Форма радости
Архитекторы бюро MARAT MAZUR interior design получили необычный заказ – разработать дизайн киоска для продажи мороженого My Gelato в одном из торговых центров, который был бы эффектным, образным, удобным и, самое главное, необычным. И им это удалось.
Вторая жизнь гидроузла
Департамент технического заказчика предложил превратить монументальные руины советского гидроузла в Подольске в кластер экстремальных развлечений. Бетонные скелеты плотин в нем становятся объектами скалолазания, страйкбольными декорациями и скейтпарком.
На сцену приглашаются
Sanjay Puri Architects спроектировали главное здание для индийского университета Prestige: его кровля из 463 платформ служит общественным пространством и сценой.
Симулятор «зеленой» жизни
Представлены проекты финалистов конкурса Shift – версии здания- «достопримечательности» в Роттердаме, где публика сможет на своем опыте оценить достоинства ресурсоэффективного, циклического образа жизни.
Орел или решка
Бюро .dpt создало интерьер бара Nightcall в компактном пространстве флигеля усадьбы Закревского-Савина, построенного в XVIII веке. Но вместо исторических аллюзий они попытались преодолеть законы геометрии и ухитрились совместить в одном объеме два очень разных по дизайну пространства: одно спокойное и солидное, второе – ироничное и богемное.
Консоли, как ни крути
Небоскреб по проекту HENN на тесном участке в шэньчжэньской штаб-квартире IT-компании Kingdee набирает необходимую площадь за счет консольных выносов в верхней части.
От пещеры до звезды
Концепция бюро Ad Hoc победила в закрытом конкурсе на культурно-рекреационный комплекс для норвежского острова. Ненавязчивыми архитектурными решениями авторы проявили силу места: водопад стал частью входной группы, естественная терраса – платформой для смотровой площадки, закат и звездное небо – украшением интерьеров.
Стены помогают
Бюро «Крупный план» (KPLN) выбирает работать в историческом пространстве: для своего офиса команда отреставрировала особняк XIX века, построенный в «кирпичном стиле». Сохраняя замысел авторов и особую атмосферу здания, в котором изначально работал главный инженер Алексеевской насосной станции, архитекторы не стремились к лоску и новодельной завершенности, но заботились о комфорте сотрудников. Подлинные детали вроде изразцовой печи, лепнины и чугунных перил дополнили предметы, изготовленные командой собственноручно: макеты и даже обожженный в печи декор.
Лодка, раскрой паруса
Для нового района в Раменках бюро UNK спроектировало деловой центр, который в зависимости от ракурса напоминает сразу несколько типов судов: от спортивной яхты до фрегата, ледокола или сложенного из листа бумаги кораблика. Видимые за стеклянными фасадами элементы конструктива превращаются в мачты и реи. Первый и последний уровни здания отличаются большей площадью, позволяющей создать эффектные двусветные пространства.
Горный страж
В рамках международного конкурса Артем Агекян разработал проект автономного горного убежища, которое предполагается разместить на высоте около 3000 метров в итальянских Альпах. Форма бивуака учитывает розу ветров и опасность камнепада, градиент цвета делает его одновременно заметным и энергоэффективным.
Карельский разлом
Отель в Карелии, спроектированный архитектурным бюро Chado, вырастает из ландшафта в образе гигантского валуна, расколотого надвое. В центре этой композиции рождается драматичное общественное пространство, напоминающее древнее убежище. Материалом, связывающим рукотворное с природным, становится монолитный бетон, приближенный по оттенку к местным породам.
Обзор проектов 23-28 февраля
На этой неделе мы отдыхали от башен и стеклянных фасадов: в информационном поле замечено несколько камерных проектов в центре Москвы, которым сопутствуют неоклассические фасады, итальянский архитектор, историческая парцелляция и реконструкция соседних зданий. Среди других находок: масштабный проект детской клиники и небезынтересный жилой комплекс в Уфе.
Памяти Валерия Каняшина
В пятницу, 27 февраля ушел из жизни архитектор Валерий Каняшин, сооснователь АБ «Остоженка», автор многих значительных построек в Москве. Публикуем текст Анатолия Белова в память о Валерии Каняшине.