От ЗИМа до -изма

В Самаре 13 сентября торжественно, в сопровождении перформанса, спонсированного Сбербанком, была презентована общественности реставрация здания фабрики-кухни, нового филиала Третьяковской галереи. Вашему вниманию – репортаж о промежуточных, но уже вполне значительных, результатах реставрации памятника авангарда.

mainImg
Архитектор:
Ирина Калугина
Анна Калугина
Виталий Стадников
Константин Африкантов
Валентин Пастушенко
Виталий Самогоров
Мастерская:
Центральные научно-реставрационные проектные мастерские (ЦНРПМ)
Robot architects / АБ «Дом»
АБ Пастушенко и Самогорова / PSAB
Проект:
Фабрика-кухня в Самаре. Реставрация
Россия, Самара

Авторский коллектив:
Программа приспособления: Стадников В., Миндлин М., Исаков А., Савченко М.

Проект реставрации, ЦНРПМ. Научный руководитель, ГАП Калугина И.; ГАП: Калугина А., Рудик Т.; РПГ Ившина Д., архитектор Савин А.; главные конструкторы: Макаров С., Дундук М., Арутюнян Л.; ГИП Разуваев А., инженер Дворянов К.

Проект приспособления, «Robot Architects» (АБ Дом); PSAB. ГАП: Стадников В., Африкантов К. РПГ Самогоров В., Пастушенко В., архитекторы Исаков А., Рыбачева О., Сластенин П.; ГИП Африкантов К., Исаков С.

Проект благоустройства: «Robot Architects» (АБ Дом). ГАП Стадников В., ГАП ГИП Африкантов К., архитекторы Скороход М., Козлова О., Иваева А., Федоров О., Герасимова А., Филатов А. Ландшафт: «Сад-парад», Руссу Е.

Авторский надзор: Африкантов К., Стадников В., Иваева А. 

2015 / 2021

Заказчик: Минкульт РФ, Государственная Третьяковская галерея
Подрядичики: Вектор XXI век, ФАРБШТАЙН. ГАП Иваева А.
Здание фабрики-кухни завода имени Масленникова реставрируется для филиала ГТГ с 2019 года; на прошедшей неделе его торжественно презентовали общественности директор Третьяковки Зельфира Трегулова, автор проекта приспособления здания для выставочного комплекса ГТГ Виталий Стадников, руководитель команды реставраторов  ЦНРПМ Ирина Калугина, бывший министр культуры Владимир Мединский и депутат Госдумы РФ Александр Хинштейн.
Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
Фотография: Архи.ру

Презентация факта реставрации здания сопровождалась перформансом хореографа Анны Абалихиной, художника Ксении Перетрухиной и композитора Алексея Сысоева под названием «Утопия на ужин», организованного при спонсорской поддержке Сбербанка и самарской компании по производству сельскохозяйственной техники Пегас Агро.
Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
Фотография: Архи.ру
Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
Фотография: Архи.ру

Перформанс, который на данный момент стал главным событием в жизни нового филиала ГТГ – первого из филиалов, открытых вне Москвы, – был посвящен прежней функции здания. В первой части люди в белых халатах торжественно, с индустриальной регулярностью, раздавали зрителям тарелки с лозунгами авангарда, во второй части люди в черных халатах те же тарелки били об пол. Перформанс показывали зрителям всю неделю, до 17 сентября.  
  • zooming
    1 / 9
    Перформанс на открытии фабрики-кухни в Самаре, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    2 / 9
    Перформанс на открытии фабрики-кухни в Самаре, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    3 / 9
    Перформанс на открытии фабрики-кухни в Самаре, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    4 / 9
    Перформанс на открытии фабрики-кухни в Самаре, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    5 / 9
    Перформанс на открытии фабрики-кухни в Самаре, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    6 / 9
    Перформанс на открытии фабрики-кухни в Самаре, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    7 / 9
    Перформанс на открытии фабрики-кухни в Самаре, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    8 / 9
    Перформанс на открытии фабрики-кухни в Самаре, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    9 / 9
    Перформанс на открытии фабрики-кухни в Самаре, 09.2021
    Фотография: Архи.ру

Теперь реставрационные работы планируется продолжить, поскольку они еще не завершены – зрителям показывали интерьеры части здания, вестибюль, два выставочных зала, зал арт-резиденции и эксплуатируемую кровлю среднего сектора, с которой открывается вид на двор и навесные переходы на тонких бетонных опорах и откуда можно оценить объемную композицию фабрики-кухни.

Здание смотрит отреставрированными фасадами на перекресток Ново-Садовой улицы и проспекта Масленникова, на границе центральной части города и бывших промышленных территорий. Благоустройство завершено со стороны улицы, к юго-западу от памятника авангарда открыт Сад Баланса, тоже часть нового ландшафта, окружающего фабрику-кухню. Но южная и восточная части здания пока закрыты забором и достаточно очевидно, что работы еще продолжаются – впрочем, есть все основания полагать, что они успешно завершатся в обозримое время, так как сделано уже очень много. 
Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
Фотография: Архи.ру
Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
Фотография: Архи.ру

По словам директора ГТГ Зельфиры Трегуловой, «...невзирая на то, что реставрация не закончена еще на 100%, те из вас, кто бывал здесь и видел здание раньше, будут удивлены тем, как оно выглядит сейчас», и в целом эта реставрация «при всех недоделках – настоящее чудо».

Директор также отметила, что здание достаточно сложно приспособить к нуждам современной галереи, однако в ГТГ уже очень хорошо знают, как это сделать, и – что «ни в одном из региональных центров России в ближайший год не возникнет музея такого масштаба и настолько «заточенного» на современные [экспозиционные] функции».
Зельфира Трегулова, директор ГТГ, в парке «Сад баланса» рядом с фабрикой-кухней. Презентация проекта реставрации, 09.2021
Фотография: Архи.ру

С директором Третьяковки надо согласиться – прежде всего потому, что самарская фабрика-кухня – памятник трудной судьбы, за сохранение подлинного здания боролись больше 10 лет, об истории этой борьбы можно прочесть в интервью 2015 года архитектора Виталия Стадникова – главного энтузиаста всей истории сохранения, вдохновителя проекта приспособления и одного из его ведущих авторов. 
Виталий Стадников, архитектор, один из автор проекта приспособления и, в значительной степени, вдохновитель длительной борьбы за сохранение и реставрацию подлинного здания фабрики-кухни в Самаре (в центре) и краевед Илья Сульдин (справа). Презентация проекта реставрации, 09.2021
Фотография: Архи.ру

В 2014 здание передали для филиала ГЦСИ, и архитекторы совместно с Михаилом Миндлиным разработали программу его приспособления к выставочной функции. Памятником регионального значения оно стало в 2013 году, федерального – в 2016. Позднее ГЦСИ вошел в Росизо, а реставрация так и не началась, в 2017 году фабрика-кухня вновь грозила обрушиться – тогда, после народного голосования, проведенного в городе, Минкультуры в 2019 передал фабрику-кухню Третьяковской галерее для ее филиала. Реставрация началась в конце 2019 года и продвигается достаточно быстро. Первая выставка в здании фабрики-кухни, под названием «На вкус и цвет», посвященная теме еды в изобразительном искусстве, запланирована на октябрь 2022 года. Проект реставрации разработан лучшими, без преувеличения, специалистами страны – ЦНРПМ, группой под руководством Ирины Калугиной. Реализацией проекта реставрации занимается МНРХУ.
Ирина Калугина, ЦНПРМ, глава группы, работавшей над проектом реставрации фабрики-кухни. Презентация проекта реставрации, 09.2021
Фотография: Архи.ру

Один из любопытных результатов исследования и реставрации – железобетонный каркас здания, который экспертиза 2009 года оценивала как изношенный на 98%, удалось сохранить и укрепить методом обертывания / обклеивания углеродной тканью, – что можно рассматривать как хороший пример условности ряда экспертиз, опровергаемых практикой в тех случаях, когда желание сохранить здание-памятник действительно есть.

С каркаса сняли небольшой слой внешней поверхности бетона до первых прутьев арматуры, покрыли тканью, которую оштукатурили поверх – таким образом удалось минимизировать утолщение всех конструкций. Столбы каркаса, столбики балюстрад и ребра межэтажных потолков лестничных башен в здании обладали несложной, но достаточно выразительной профилировкой, в частности, углы имели небольшие скосы – все профили реставраторы планируют восстановить поверх укрепительной ткани, сейчас работа еще не закончена, многие формы, которые кажутся простыми, получат впоследствии более сложный профиль. Важнее, что укрепление каркаса завершено в значительной части.
  • zooming
    1 / 4
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    2 / 4
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    3 / 4
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    4 / 4
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру

Фабрика-кухня реставрирована, в основном, на период создания – 1931 год (фабрика-кухня открылась на 50% мощности в январе 1932). Серый цвет и сдержанная конструктивистская пластика в виде рамок, группирующих крупные окна в горизонтальные композиции (ленточных окон здесь нет, но есть окна протяженных пропорций), восстановлены по фотографиям и найденному фрагменту первоначальной штукатурной «шубы». Очищены, до фактуры терраццо, ступени лестниц, в том числе от керамогранита 1990-х. Деревянные окна заказаны российскому производителю по образцам «столярки», сохранившейся в нескольких окнах двора, и выкрашены в подтвержденный исследованиями серый цвет. 
  • zooming
    1 / 6
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    2 / 6
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    3 / 6
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    4 / 6
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    5 / 6
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    6 / 6
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру

В 1944 году, в конце войны, здание было реконструировано: с одной стороны, с целью утепления, так как основным действием стало сужение всех оконных проемов и закладка витражей лестничных башен. С другой стороны, после реконструкции оно приобрело сходство с ампирным дворцом, получив полосатую рустовку фасадов 1 этажа, карнизы, и «сталинский» лепной декор внутри – такую реконструкцию, строго говоря, сложно назвать нацеленной только на практические утепление, так как в ее результатах зримо прослеживаются стилевые предпочтения. Фабрика-кухня, дитя утопий авангарда, стала похожа на какой-то конный двор богатой усадьбы первой половины XIX века. 

Разрушения здания между 2013 и 2018 годами (его даже поджигали, не говоря уже о решетчатой протекавшей кровле) привели к утрате почти всех наружных элементов декора 1944 года, зато открыли для обозрения закладки оконных проемов. 
  • zooming
    1 / 5
    Фабрика-кухня в Самаре. Фотография 2013 года
    Предоставлено Виталием Стадниковым
  • zooming
    2 / 5
    Фабрика-кухня в Самаре. Фотография 2013 года
    Предоставлено Виталием Стадниковым
  • zooming
    3 / 5
    Фабрика-кухня в Самаре. Фотография 2013 года
    Предоставлено Виталием Стадниковым
  • zooming
    4 / 5
    Фабрика-кухня в Самаре. Фотография 2013 года
    Предоставлено Виталием Стадниковым
  • zooming
    5 / 5
    Фабрика-кухня в Самаре. Фотография сделана между 1944 и 1998 годами
    Предоставлено Виталием Стадниковым

Так что в целом неудивительно, что здание решили восстановить на его самый ценный период – 1931/1932 год, максимально проявив авангардные черты и сверяясь с ранними фотографиями.
Северный фасад. Цветовое решение. Фабрика-кухня им. Масленникова. Архитектор Е.Н. Максимова, 1932 г. Проект реставрации
© ЦНРПМ

Во-первых, именно первоначальный замысел делает его ценным, во-вторых, добавления «сталинского» стиля были вторичными наслоениями и не представляют того же веса с точки зрения истории архитектуры. Хотя парадокс легкого превращения авангардной «фабрики» в нечто дворцовое все равно кажется любопытным.

Ценным, однако, представляется решение реставраторов, сохранивших фрагмент арочного портала, со всем его декором, во втором этаже центральной части. Специального решения об уничтожении «сталинского» декора, к счастью, принимать не пришлось, поскольку многое было уничтожено, когда здание в 1990-е служило торговым и офисным центром, было обшито сайдингом и многократно перегорожено внутри; фасады же в значительной степени были уничтожены, когда здание стояло без кровли.

Между тем у сохраненного фрагмента есть не только важное значение с точки зрения современного подхода к реставрации, тяготеющего к сохранению наслоений, но и сильный историко-культурный эффект – внезапная арка с лепниной в лаконичных залах Максимовой приобретает почти метафизическое звучание, как своего рода эмиссар классической Италии – и располагает к размышлениям. Хотя очень хочется просить ГТГ поставить перед ней впоследствии табличку с пояснениями.
  • zooming
    1 / 4
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    2 / 4
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    3 / 4
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    4 / 4
    Лепнина в тимпане арки 1944 года. Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография © Константин Африкантов

Но что ни говори об итальянизирующей лепнине, а раскрытие стеклянных экреров лестничных башен – несомненное благо. 
  • zooming
    1 / 3
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    2 / 3
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    3 / 3
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру

Как и возможность взглянуть с эксплуатируемой кровли – пока что центрального сектора – на веерную композицию переходов объемной композиции, которая, как известно, в плане представляет собой серп и молот. В роли первого выступает дугообразный объем раздаточных, теперь выставочных залов, в роли второго протяженный объем кухонь, в будущем мастерских, детских студий и лекториев ГТГ.
  • zooming
    1 / 3
    План 1 этажа. Фабрика-кухня в Самаре, проект реставрации
    © авторов проекта
  • zooming
    2 / 3
    План 2 этажа. Фабрика-кухня в Самаре, проект реставрации
    © авторов проекта
  • zooming
    3 / 3
    План антресольного яруса и эксплуатируемой кровли. Фабрика-кухня в Самаре, проект реставрации
    © авторов проекта

Заметим, что уподобление здания символу – один из любимых приемов авангарда, они появляются большей частью именно на рубеже 1920-х – 1930-х годов – нельзя исключать того, что «идейный» подход помогал авторам не только найти эффектную геометрию, но и взаимодействовать с партийным начальством, для которого здание-символ было, вероятно, предпочтительнее просто здания. Так что здания-символы спокойно переселились в эстетику постконструктивизма, как, к примеру, это произошло в московском театре Советской Армии. 

Кольцевидная структура, однако, не в меньшей степени обоснована эффективностью распределения еды из одной центральной точки в несколько залов столовых. Согласно предположению Виталия Стадникова, идея могла возникнуть под влиянием круглых хлебозаводов инженера Георгия Марсакова. Лучи навесных переходов очень хороши при взгляде сверху.
  • zooming
    1 / 7
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    2 / 7
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    3 / 7
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    4 / 7
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    5 / 7
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    6 / 7
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    7 / 7
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру

Тонкие пропорции бетонного каркаса здания, предложенные архитектором Екатериной Максимовой, – опять же согласно предположению Виталия Стадникова – восходят к «немецкой» школе работы с железобетоном, которая отличается от чуть более поздних «российско-американских» опытов, связанных прежде всего с военными заводами Альберта Кана, легкостью и изяществом. 

Самые тонкие колонны и самые широкие пролеты перекрытий – до 16 метров, присутствуют в первых этажах и залах юго-западной части, «ручки молота», где согласно проекту планируется разместить ресторан с отдельных входом. В остальных залах толщина колонн варьируется – вероятнее всего, по мнению исследователей фабрики-кухни, в течение двух лет строительные техники менялись, где-то приходилось экономить, где-то конструкции не совпадали, как в зале будущего лектория, «бойка молота», где из-за несовпадения осей колонны во 2 этаже укреплены квадратными постаментами. При строительстве был, помимо железобетона не слишком хорошего качества, использован кирпич с клеймами XIX века: реставраторы связывают его с одним из разобранных в это время в Самаре монастырей, а может быть (но не подтверждено), и со зданием собора.
Кирпич в клеймом XIX века в стенах здания фабрики-кухни
Предоставлено Виталием Стадниковым

Потолки в залах – также разные, в некоторых случаях стены и колонны поддерживают бетон с тонкими балками, в некоторых металл, причем не исключено, что металлические перекрытия поздние. Первоначальные перекрытия были железобетонными, кое-где они сохранились в нижнем ярусе.
  • zooming
    1 / 4
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    2 / 4
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    3 / 4
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    4 / 4
    Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру

Все это, однако, совершенно не отменяет изящества круглящегося пространства светлых залов с рядами колонн и прострелами переходов – несмотря на их рассчитанно-прагматическую эффективность, вполне завораживающих. По словам представителей ГТГ, система раздачи еды по кольцу «серпа» неплохо «ложится» на логику движения посетителей в музейном пространстве, где также требуются большие «прогоны» для общения с искусством и, с другой стороны, возможность быстрых «срезающих» переходов. 
  • zooming
    1 / 7
    Центральный сегмент «серпа», 2 ярус. Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    2 / 7
    Центральный сегмент «серпа», 2 ярус. Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    3 / 7
    Центральный сегмент «серпа», 2 ярус. Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    4 / 7
    Западный сегмент «серпа», 2 ярус. Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    5 / 7
    Центральный зал, «боек молота», 2 ярус, будущее пространство лектория. Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    6 / 7
    Центральный зал, «боек молота», 2 ярус, будущее пространство лектория. Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    7 / 7
    Центральный сегмент «серпа», 2 ярус. Фабрика-кухня в Самаре, 1932. Презентация проекта реставрации, 09.2021
    Фотография © Константин Африкантов

Параллельно с защитой и реставрацией фабрики-кухни шло ее исследование – студент архитектурного факультета самарского Политеха Александр Исаков под руководством идейного лидера самарского неоконструктивизма архитектора Виталия Самогорова изучил биографию Екатерины Максимовой, нашел ее родственников и ее могилу на Ваганьковском кладбище. Магистерская диссертация Исакова опубликована в виде книги в издательстве Tatlin, изложение основных фактов можно найти в статье самарского краеведа Ильи Сульдина. 
  • zooming
    Александр Исаков, автор исследования биографии Е.Н. Максимовой
    Фотография: Архи.ру
  • zooming
    Так называется книга о Максимовой, вышедшая в издательстве Tatlin. Тарелка из перформанса на открытии фабрики-кухни в Самаре, 09.2021
    Фотография: Архи.ру

Отдельный сюжет – благоустройство территории вокруг фабрики-кухни. Завершены: широкий тротуар-сквер вдоль Ново-Садовой улицы со скамейками-двутаврами, под рабочим названием «Сквер Амазонок авангарда», и парк Сад Баланса к юго-западу от здания и сквер со стелой борцам революции рядом с ним. Готовится к завершению северная часть сквера Амазонок, вдоль проспекта Масленникова. 
  • zooming
    1 / 5
    Сквер Амазонок авангарда. Благоустройство территории вокруг фабрики-кухни в Самаре
    Фотография: Архи.ру, 09.2021
  • zooming
    2 / 5
    Сквер Амазонок авангарда. Благоустройство территории вокруг фабрики-кухни в Самаре
    Фотография: Архи.ру, 09.2021
  • zooming
    3 / 5
    Сквер Амазонок авангарда. Благоустройство территории вокруг фабрики-кухни в Самаре
    Фотография: Архи.ру, 09.2021
  • zooming
    4 / 5
    Сквер с памятником борцам революции. Благоустройство территории вокруг фабрики-кухни в Самаре
    Фотография: Архи.ру, 09.2021
  • zooming
    5 / 5
    Сад Баланса. Благоустройство территории вокруг фабрики-кухни в Самаре
    Фотография © Константин Африкантов

Сад Баланса, к югу от сквера Борцов революции, раньше был пустырем, заваленным, в основном, мусором. Согласно первоначальному замыслу авторов [Виталия Стадникова, Михаила Скорохода, Константина Африкантова], в саду должна была течь вода – довольно много воды, если посмотреть на эскизы; но воду пришлось заменить каменным щебнем, который, может быть, весной, будет покрываться водой. 
Фабрика-кухня в Самаре. Эскизы благоустройства прилегающей территории
© авторов / предоставлено Виталием Стадниковым

Две тропинки проложены над воображаемой водой и чуть выше земли, подчеркивая экологичную дистанцированность идущего от природной части сада. В саду уже появились некоторое количество растений, но в основном земля покрыта сосновой корой – планируется, что со временем сад зарастет и будет выглядеть более пышно и «диковато», и рваные, как в Зарядье, края мощения каменных тропинок зарастут травой. Первоначально авторы также рассматривали идею сохранить часть сорняков пустыря, но от нее пришлось отказаться. 
Сад Баланса. Благоустройство территории вокруг фабрики-кухни в Самаре
Фотография: Архи.ру, 09.2021

Ключевая затея – на каменном щебне воображаемой «реки» архитекторы разбросали фрагменты зданий разбираемого сейчас завода имени Масленникова, каменные и кирпичные подлинные «части» завода, отчего ландшафт напоминает римский форум и другие археологические музеи, в которых тропинки приподняты не столько для защиты природы от антропогенного фактора, сколько для безопасности экспонатов под открытым небом.

И кульминация – три подлинные буквы ЗИМ, заимствованные с вывески заводской проходной, расставленные под разными углами на отдельностоящих опорах. По словам Стадникова, в разных ракурсах они должны складываться то в ЗИМ, название завода, то в -ИЗМ, известный суффикс для названия направлений искусства XX (и не только) века. 
  • zooming
    1 / 12
    Сад Баланса. Благоустройство территории вокруг фабрики-кухни в Самаре
    Фотография: Архи.ру, 09.2021
  • zooming
    2 / 12
    Сад Баланса. Благоустройство территории вокруг фабрики-кухни в Самаре
    Фотография: Архи.ру, 09.2021
  • zooming
    3 / 12
    Сад Баланса. Благоустройство территории вокруг фабрики-кухни в Самаре
    Фотография: Архи.ру, 09.2021
  • zooming
    4 / 12
    Фрагмент буквы с проходной ЗИМ, использованной с Саду Баланса. Благоустройство территории вокруг фабрики-кухни в Самаре
    Фотография: Архи.ру, 09.2021
  • zooming
    5 / 12
    Сад Баланса. Благоустройство территории вокруг фабрики-кухни в Самаре
    Фотография: Архи.ру, 09.2021
  • zooming
    6 / 12
    Сад Баланса. Благоустройство территории вокруг фабрики-кухни в Самаре
    Фотография: Архи.ру, 09.2021
  • zooming
    7 / 12
    Фабрика-кухня в Самаре. Эскизы благоустройства прилегающей территории
    © авторов / предоставлено Виталием Стадниковым
  • zooming
    8 / 12
    Фабрика-кухня в Самаре. Эскизы благоустройства прилегающей территории
    © авторов / предоставлено Виталием Стадниковым
  • zooming
    9 / 12
    Фабрика-кухня в Самаре. Эскизы благоустройства прилегающей территории
    © авторов / предоставлено Виталием Стадниковым
  • zooming
    10 / 12
    Фабрика-кухня в Самаре. Эскизы благоустройства прилегающей территории
    © авторов / предоставлено Виталием Стадниковым
  • zooming
    11 / 12
    Сад Баланса. Благоустройство территории вокруг фабрики-кухни в Самаре
    Фотография © Константин Африкантов
  • zooming
    12 / 12
    Сад Баланса. Благоустройство территории вокруг фабрики-кухни в Самаре
    Фотография: Архи.ру, 09.2021

И они складываются. Опять же по словам архитекторов, жители города поначалу скептически отнеслись к «распадающимся» в ракурсе буквам названия завода – но впоследствии приняли идею, особенно после того, как в саду появилось озеленение. И даже: «...этот сад в некотором роде противоположен Крымской набережной», – утверждает Виталий Стадников, – «там парк развлечений, а у нас – тихий медитативный сад, отделенный от человека, сад для созерцания, сад Баланса». 

***


И в перформансе, показанном на открытии, и в городском и парковом ландшафте мы так или иначе сталкиваемся с сильной меланхолической нотой, с попытками осмысления смены формации – воспоминанием об исчезнувшем заводе и о неприменимой в наше время первоначальной функции фабрики-кухни. Смена назначения нередко сопровождает сохранение и реставрацию, оставляя за собой едва ощутимый шлейф размышлений о том, насколько «настоящим» будет здание, если будет работать по-другому. Музей подходит к теме деликатно: перформанс на тему кухни, запланированная выставка на тему еды, выставка фрагментов зданий завода под открытым небом...

Так или иначе, завод почти разрушен, но его самый эффектный сосед – фабрика-кухня – восстановлена, исследована и будет служить мощной культурной институции. Так что даже налет меланхолии, связанный с уходящим индустриальным прошлым, воспринимается позитивно – как победа защитников здания, как еще один штучный, но удачный пример реставрации памятника архитектуры авангарда. 
  • zooming
    1 / 12
    Западный фасад. Фабрика-кухня им. Масленникова. Архитектор Е.Н. Максимова, 1932 г. Проект реставрации
    © ЦНРПМ
  • zooming
    2 / 12
    Северный фасад. Фабрика-кухня им. Масленникова. Архитектор Е.Н. Максимова, 1932 г. Проект реставрации
    © ЦНРПМ
  • zooming
    3 / 12
    Южный фасад. Фабрика-кухня им. Масленникова. Архитектор Е.Н. Максимова, 1932 г. Проект реставрации
    © ЦНРПМ
  • zooming
    4 / 12
    Восточный фасад. Фабрика-кухня им. Масленникова. Архитектор Е.Н. Максимова, 1932 г. Проект реставрации
    © ЦНРПМ
  • zooming
    5 / 12
    Разрез 1-1. Фабрика-кухня им. Масленникова. Архитектор Е.Н. Максимова, 1932 г. Проект реставрации
    © ЦНРПМ
  • zooming
    6 / 12
    Разрез 2-2. Фабрика-кухня им. Масленникова. Архитектор Е.Н. Максимова, 1932 г. Проект реставрации
    © ЦНРПМ
  • zooming
    7 / 12
    Разрез 3-3. Фабрика-кухня им. Масленникова. Архитектор Е.Н. Максимова, 1932 г. Проект реставрации
    © ЦНРПМ
  • zooming
    8 / 12
    Разрез 4-4. Фабрика-кухня им. Масленникова. Архитектор Е.Н. Максимова, 1932 г. Проект реставрации
    © ЦНРПМ
  • zooming
    9 / 12
    Разрез 5-5. Фабрика-кухня им. Масленникова. Архитектор Е.Н. Максимова, 1932 г. Проект реставрации
    © ЦНРПМ
  • zooming
    10 / 12
    Разертка по внутреннему двору. Фабрика-кухня им. Масленникова. Архитектор Е.Н. Максимова, 1932 г. Проект реставрации
    © ЦНРПМ
  • zooming
    11 / 12
    Проект реставрации и приспособления фабрики-кухни в Самаре под Средневолжский филиал ГЦСИ
    © ЦНРПМ Минкультуры РФ / Предоставлено Виталием Стадниковым
  • zooming
    12 / 12
    Проект реставрации и приспособления фабрики-кухни в Самаре под Средневолжский филиал ГЦСИ
    © ЦНРПМ Минкультуры РФ / Предоставлено Виталием Стадниковым
Архитектор:
Ирина Калугина
Анна Калугина
Виталий Стадников
Константин Африкантов
Валентин Пастушенко
Виталий Самогоров
Мастерская:
Центральные научно-реставрационные проектные мастерские (ЦНРПМ)
Robot architects / АБ «Дом»
АБ Пастушенко и Самогорова / PSAB
Проект:
Фабрика-кухня в Самаре. Реставрация
Россия, Самара

Авторский коллектив:
Программа приспособления: Стадников В., Миндлин М., Исаков А., Савченко М.

Проект реставрации, ЦНРПМ. Научный руководитель, ГАП Калугина И.; ГАП: Калугина А., Рудик Т.; РПГ Ившина Д., архитектор Савин А.; главные конструкторы: Макаров С., Дундук М., Арутюнян Л.; ГИП Разуваев А., инженер Дворянов К.

Проект приспособления, «Robot Architects» (АБ Дом); PSAB. ГАП: Стадников В., Африкантов К. РПГ Самогоров В., Пастушенко В., архитекторы Исаков А., Рыбачева О., Сластенин П.; ГИП Африкантов К., Исаков С.

Проект благоустройства: «Robot Architects» (АБ Дом). ГАП Стадников В., ГАП ГИП Африкантов К., архитекторы Скороход М., Козлова О., Иваева А., Федоров О., Герасимова А., Филатов А. Ландшафт: «Сад-парад», Руссу Е.

Авторский надзор: Африкантов К., Стадников В., Иваева А. 

2015 / 2021

Заказчик: Минкульт РФ, Государственная Третьяковская галерея
Подрядичики: Вектор XXI век, ФАРБШТАЙН. ГАП Иваева А.

20 Сентября 2021

Похожие статьи
Анфилада архетипов
Выставка «Архетипы авангарда» в новом здании Третьяковской галереи предлагает посмотреть на творчество русских художников начала XX века под особым ракурсом: экспозиция проводит параллель между художественной революцией и психоанализом. С помощью 12 архетипов кураторы показывают, что за дерзкими экспериментами Малевича, бунтом Родченко и детской искренностью Пиросмани стоят живые люди с узнаваемыми чертами. Архитектура выставки от бюро ХОРА делает идею осязаемой.
Площадь угасшей звезды
«Студия 44» представила на Градостроительном совете проект развития бизнес-центра Leader Tower, известного как первый небоскреб Санкт-Петербурга. Площадь Конституции, где располагается комплекс, в 1930-е годы задумывалась как важный городской ансамбль, но не была завершена, получив достаточно хаотичный облик. Попытка восстановить целостность и сбить масштаб застройки встретила преимущественно одобрение экспертов.
Гипертекст в пространстве
В рамках выставки «Что имеем (не) храним» и Сергей Чобан, и Музей архитектуры, и студия ЧАРТ экспериментируют с экологичным подходом к экспозиционному дизайну, перекличкой тем и даже с публицистическими размышлениями о необходимости сохранения модернизма, корнях современной архитектуры и рождении идей. Все это делает камерную выставку с легким прозрачным дизайном новаторской. Элементы все, как «телесные», так и идейные – знакомы, а вот их сочетание – ново.
Священная роща
Петербургский Градостроительный совет во второй раз рассмотрел проект реконструкции крематория. Бюро «Сириус» пошло на компромисс и выбрало другой подход: два главных фасада и торжественная пешеходная ось сохраняются в параметрах, близких к оригинальным, а необходимое расширение технологии происходит в скрытой от посетителей западной части здания. Эксперты сошлись во мнении, что теперь проект можно поддержать, но попросили сберечь сосновую рощу.
Фокус синергии
В Липецке прошел фестиваль «Архимет», продемонстрировавший новый формат сотрудничества архитекторов, производителей металлических конструкций и региональных властей для создания оригинальных фасадных панелей для программы реконструкции местных школ. Рассказываем о фестивале и показываем работы участников, среди которых ASADOV, IND и другие.
Б – Бенуа
В петербургском Манеже открылась выставка «Все Бенуа – всё Бенуа», которая рассказывает о феномене художественной династии и ее тесной связи с Петербургом. Два основных раздела – зал-лабиринт Александра Бенуа и анфиладу с энциклопедической «Азбукой» архитектор Сергей Падалко дополнил версальской лестницей, хрустальным кабинетом и «криптой». Кураторы же собрали невероятную коллекцию предметов – от египетского саркофага и «Острова мертвых» Бёклина до дипфейка Вацлава Нижинского и «звездного» сарая бюро Меганом.
Ход курдонером
Бюро Intercolumnium представило на Градостроительном совете проект жилого комплекса, который заменит БЦ «Акватория» на Выборгской набережной. Эксперты отметили высокое качество работы, но с сомнением отнеслись к трем курдонерам, а также предложили смягчить контраст фасадов, обращенных к набережной и Кантемировскому мосту.
Тренды выставки «Мебель-2025»: комфорт по-русски
Выставка «Мебель-2025» прошла с 24 по 27 ноября 2025 на новой площадке в МВЦ «Крокус Экспо» и объединила 741 компанию из 8 стран. Экспозиции российских компаний продемонстрировали несколько важных тенденций в сфере общественных и жилых интерьеров.
Ответы провинции
Как нет маленьких ролей, так нет и скучных тем: бюро «Метаформа» совместно с командой музея-усадьбы «Ясная Поляна» придумали и открыли в городке Крапивна Музей Земства и градостроительной истории, куда обязательно стоит доехать, если вы оказались в Туле. В стенах «дома с колоннами» разворачивается энциклопедия провинциальной жизни, в которой нашлось место архитектуре и благоустройству, женскому образованию и инфраструктуре, дорогам и почтовым маркам Фаберже, а также Дэниэлу Рэдклиффу и Тонино Гуэрра. Какие средства и подходы сделали эту энциклопедию увлекательной – рассказываем в нашем материале.
Посыпать пеплом
Еще один сюжет с прошедшего петербургского Градостроительного совета – перестройка крематория. Авторы предложили два варианта, учитывающих сложную технологию и новые цифры. Эксперты сошлись во мнении, что дилемма выбора ложная, а зданию необходим статус памятника и реставрация.
Ной Троцкий и залетный биотек
На прошлой неделе Градостроительный совет Петербурга рассмотрел очередной крупный проект, инициированный структурами «Газпрома». Команда «Спектрум-Холдинг» планирует в три этапа преобразить участок серого пояса на Синопской набережной: сначала приспособят объекты культурного наследия под спортивный и концертный залы, затем построят гостинично-офисный центр и административное здание, а после снизят влияние дымовых труб на панораму. Эксперты отнеслись к новой архитектуре критично.
Непостижимый Татлин
Центр «Зотов» отметил свое трехлетие открытием масштабной выставки «Татлин. Конструкция мира», приуроченной к 140-летию со дня рождения художника Владимира Татлина и демонстрирующей не столько большую часть его уцелевшего наследия, сколько величину и непостижимость его таланта.
Нейронка архитектора
Кто только не говорит об искусственном интеллекте. Наконец-то он вошел в нашу жизнь, и уже год, или два как архбюро используют возможности ИИ. Иначе отстанешь. И обсуждают его, обсуждают. Публикуем небольшой отчет от круглом столе, посвященном ИИ. Он был организован на фестивале Зодчество архитекторами KPLN.
Игра реальности и воображения
Фестиваль «Открытый город» устоялся в своих форматах и приобрел черты повторяемости. Но изучить там есть что, да и для образования он, надо думать, полезен. Не фестиваль ли стал «драйвером» для многочисленных студенческих летних практикумов, все более распространенных? Показываем, как оформлены результаты воркшопов.
Глубокие корни архитектурного авангарда
Выставка «...Веснины. Начало» в Музее архитектуры дает совершенно нетривиальный взгляд на историю трех братьев-авангардистов. Стартуя от города Юрьевца, где они родились, выставка показывает, преимущественно, первую, раннюю часть их работ. О которой многие не знают, а кто-то не думает. Поэтому интересно.
Коридор между мирами
Зодчество 2025 ярко и разнообразно. До того, что создается впечатление пребывания разных аудиторий в разных «слоях»: они соседствуют, не особенно пересекаясь. И слава Богу. Кстати, о божественном: если смотреть на экспозицию в целом, кажется, впервые за историю фестиваля религиозная архитектура занимает на нем какое-то исключительное, фантастически объемное место. Смотрите и читайте наш фоторепортаж с фестиваля.
Такая архитектурная игра
Вчера в Петербурге открылся – второй по счету и обновленный – фестиваль Архитектон. Он рассчитан на целых 10 дней, что для архитектурного фестиваля прямо удивительно. Проходит в Манеже; его тема – Взаимодействие архитектурного цеха с простыми горожанами. Что делается довольно задорно, но в то же время по-питерски сдержанно и элегантно. Экспозиция состоит из 5 выставок, каждая их которых могла бы «потянуть» на отдельный проект. Рассказываем и показываем, что и как смотреть на Архитектоне.
Песнь совриска и пламени
В минувшие выходные в Выксе торжественно открыли пересобранную на новом месте водонапорную башню 1930-х шуховской решетчатой конструкции, две выставки и «детский технопарк». Развиваясь с 2011 в формате фестиваля современного искусства, город в последние годы заметным образом берет «новую планку»: не забывая о совриске, строит детский образовательный центр и университет, планирует вдвое большие вложения в инфраструктуру. Попробовали суммировать все разноплановые наблюдения, от выставок до завода, в формате репортажа. Что прекрасно и чего не хватает?
Модель многоуровневой жизни
Показываем отчет о круглом столе Арх Москвы 2025, посвященном высотному строительству. Он вполне актуален: опытные градо- и башне-строители сошлись на том, что высокие дома стали нормой, и пора переходить от «гвоздиков в панораме» к целым разновысотным и разноуровневым мегаструктурам. Ну, а как иначе?
Краеугольный храм
В московском Музее архитектуры на днях открылась выставка, посвященная всего одному памятнику средневековой русской архитектуры. Зато какому: Георгиевский собор Юрьева-Польского это последний по времени храм, сохранившийся от домонгольского периода. Впрочем, как сказать сохранившийся... Это один из самых загадочных и в то же время привлекательных памятников нашего средневековья. Которому требуется внимание и грамотная реставрация. Разбираемся, почему.
У лесного пруда
Еще один санаторный комплекс, который рассмотрел Градостроительный совет Петербурга, находится недалеко от усадьбы «Пенаты». Исходя из ограничений, связанных с площадью застройки на данной территории, бюро «А.Лен» рассредоточило санаторно-курортные функции и гостиничные номера по 18 корпусам. Проект почти не обсуждался экспертами, однако коэффициент плотности все же вызвал сомнения.
Санаторий в стилях
Градсовет Петербурга рассмотрел проект реконструкции базы отдыха «Маяк», которая располагается на территории Гладышевского заповедника в окружении корабельных сосен. Для многочисленных объектов будущего оздоровительного комплекса бюро Slavyaninov Architects предложило использовать разные стили и единый материал. Мнение экспертов – в нашем репортаже.
По два, по три на ветку. Древолюция 2025
Практикум деревянной архитектуры, упорно и успешно организуемый в окрестностях Галича Николаем Белоусовым, растет и развивается. В этом году участников больше, чем в предыдущем, а тогда был рекорд; и поле тоже просторнее. Изучаем, в какую сторону движется Древолюция, публикуем все 10 объектов.
Звёздный путь
Большие архитектурные фестивали отмеряют, так или иначе, историю постсоветской действительности. Архстояние, определенно, среди них, а юбилейное – особенно. Оно получилось крупным, системным высказыванием, во многом благодаря силе воли куратора этого года Василия Бычкова. Можно его даже понять, в целом, как большой объект, сооруженный, при участии многих коллег, в том числе архитекторов-звезд, в лесу арт-парка Никола-Ленивец – авторства инициатора и бессменного организатора Арх Москвы. Изучаем слои смыслов, виды высказываний – в этот раз они лучше, чем раньше, раскладываются «по полочкам».
Со-общение
В Ruarts Foundation – выставка «Сообщение» с подзаголовском «Другая история фотографии». Она тут изложена честно, «от дагеротипов» до нейронок, – как развитие, так и разрывы исторической ленты подчеркнуты дизайном экспозиции от Константина Ларина и Арсения Бекешко. А вот акценты, как водится, расставлены так, чтобы хронологию «остранить» и превратить в выставку, которая сама по себе произведение.
МАРШоу: разложено по полочкам
Новая выставка МАРШоу превзошла все предыдущие. Она поэтична, материальна, насыщенна, разнообразна – но еще и структурирована, в буквальном смысле многослойна и красива. Сами авторы признают, что вряд ли еще лучше получится когда-нибудь. Мы же с оптимизмом смотрим в будущее и изучаем выставку.
Бродский в кубе
Посмотрели на инсталляцию Александра Бродского IDEA FISSA в выставочном зале музея Иосифа Бродского. Она развивает тему предшествующего объекта, недавно показанного в Милане: там был форум, тут канал; и апеллирует к стихотворению Иосифа Бродского о Флоренции. Хотя на вид – как есть Венеция. Если его правильно, последовательно смотреть, объект вызывает закономерную ах-кульминацию. Но еще интересны хищные птички, шагающие по промышленному городу, в коридорчике справа. Если идете туда, надо коридорчик не пропустить.
ЭКСПО-2025: архитектурный Диснейленд на рукотворном...
В середине апреля в Осаке открылась ЭКСПО-2025. Одно из самых грандиозных международных событий, конкурирующее за внимание десятков миллионов посетителей со всего мира, уже успело собрать немало полярных мнений о качестве архитектуры павильонов, экологическом следе и организации действа. Вашему вниманию – авторский обзор Анастасии Маркитан, она побывала на ЭКСПО лично, выбрала 6 павильонов-фаворитов, и, не ограничиваясь обзором выставки, предлагает лайфхаки для ее посещения.
Приморская волна
Градсовет Петербурга рассмотрел проект санаторного комплекса в Солнечном, представленный руководителем бюро «А.Лен» Сергеем Орешкиным. Экспертам понравилась архитектура, но большие сомнения вызвала среда, которая намекает на вероятность апартаментов: дисперсная застройка, небольшое количество парковочных мест и отсутствие крытого бассейна плохо сочетаются с типологией комплекса.
Технологии и материалы
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Сейчас на главной
Путь к истокам
Бюро SEEU подошло к проекту реконструкции популярного в Калининграде ресторана «Соль» как к исследованию истории края и поиску в нем ключей к построению гармонии между европейской и азиатской дизайнерской традицией и философией.
Зов традиции
Проект современной юрты в Ботаническом саду Алматы казахстанское бюро Cogarts готовило, что называется, для души. Однако в процессе работы подвернулся подходящий конкурс, который способствовал кристаллизации идей. Юрта стала местом для проведения небольших культурных событий и принесла бюро несколько архитектурных премий.
Павильон грибоводства
Бетонный павильон по проекту OMA для выращивания грибов в арт-кампусе Casa Wabi в Мексике задуман также как инкубатор для общественных связей.
Защита чувств
В Нижнем Новгороде объявили победителей 16 архитектурного рейтинга, который проводится в этом городе, как правило, один раз за два года. Напомним, победителя тут съедают в виде торта, что, с одной стороны, забавно, а с другой – не лишено тонкого смысла. Архитекторы взаправду пугаются прежде чем «разрезать свой объект ножом»! И вот наш небольшой репортаж. В победителях 5 бюро и 7 объектов. В премии впервые появилась номинация. Угадайте, угадайте же, кто у нас «Царь горы»?
Бетонный переплет
Жилая башня 900 Saint-Jacques по проекту Chevalier Morales Architectes взаимодействует со достопримечательностями Монреаля и предлагает альтернативу скучным стеклянным высоткам.
Скорлупа под антаблементом
Архитектор Егор Рыбин спроектировал ТРЦ для коттеджного поселка «Боярское» в 30 км от Нижнего Новгорода, прочитав его как парковый павильон. Кирпичные экседры считываются как фрагменты ротонды, а прорастающее сквозь центральную арку дерево символично напоминает о главенстве пейзажа.
Против ветра
Общественно-деловой центр «Графит» построен по проекту бюро FUTURA-ARCHITECTS в новом жилом районе, который развивается за южной границей Санкт-Петербурга, недалеко от Финского залива. Авторы отрефлексировали близость холодного Балтийского моря, придав зданию динамику преодоления и скругленные, словно от ветра и воды, края.
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
Вне стресса
DA bureau продолжает ломать стереотипы и задавать новые тренды. В новом медицинском центре, практикующем биохакинг, они материализовали дизайн, который раньше, если где-то и встречался, то в мультфильмах о воображаемых мирах, светлых и настолько умиротворяющих, что не понятно, где проходит граница между сном и анимированной реальностью.
Игра противоположностей
На месте снесенной пожарной части в Ижевске построен жилой комплекс «Монблан». Авторы проекта из бюро «АП-Групп» собрали композицию из двух объемов, соединив классическую сетку одного с деконструктивистской свободой ломаных форм другого.
Анфилада архетипов
Выставка «Архетипы авангарда» в новом здании Третьяковской галереи предлагает посмотреть на творчество русских художников начала XX века под особым ракурсом: экспозиция проводит параллель между художественной революцией и психоанализом. С помощью 12 архетипов кураторы показывают, что за дерзкими экспериментами Малевича, бунтом Родченко и детской искренностью Пиросмани стоят живые люди с узнаваемыми чертами. Архитектура выставки от бюро ХОРА делает идею осязаемой.
Примечательности в тренде и вне его. Обзор проектов...
На фоне все более отчетливо проявляющихся тенденций к аффектации архитектурного облика большинства новых московских проектов интересно наблюдать размытие понятия авторского почерка, вплоть до полного его исчезновения и попытки некоторых архитекторов отстоять свое право работать в менее техно-эмоциональной манере.
Форма радости
Архитекторы бюро MARAT MAZUR interior design получили необычный заказ – разработать дизайн киоска для продажи мороженого My Gelato в одном из торговых центров, который был бы эффектным, образным, удобным и, самое главное, необычным. И им это удалось.
Вторая жизнь гидроузла
Департамент технического заказчика предложил превратить монументальные руины советского гидроузла в Подольске в кластер экстремальных развлечений. Бетонные скелеты плотин в нем становятся объектами скалолазания, страйкбольными декорациями и скейтпарком.
На сцену приглашаются
Sanjay Puri Architects спроектировали главное здание для индийского университета Prestige: его кровля из 463 платформ служит общественным пространством и сценой.
Симулятор «зеленой» жизни
Представлены проекты финалистов конкурса Shift – версии здания- «достопримечательности» в Роттердаме, где публика сможет на своем опыте оценить достоинства ресурсоэффективного, циклического образа жизни.
Орел или решка
Бюро .dpt создало интерьер бара Nightcall в компактном пространстве флигеля усадьбы Закревского-Савина, построенного в XVIII веке. Но вместо исторических аллюзий они попытались преодолеть законы геометрии и ухитрились совместить в одном объеме два очень разных по дизайну пространства: одно спокойное и солидное, второе – ироничное и богемное.
Консоли, как ни крути
Небоскреб по проекту HENN на тесном участке в шэньчжэньской штаб-квартире IT-компании Kingdee набирает необходимую площадь за счет консольных выносов в верхней части.
От пещеры до звезды
Концепция бюро Ad Hoc победила в закрытом конкурсе на культурно-рекреационный комплекс для норвежского острова. Ненавязчивыми архитектурными решениями авторы проявили силу места: водопад стал частью входной группы, естественная терраса – платформой для смотровой площадки, закат и звездное небо – украшением интерьеров.
Стены помогают
Бюро «Крупный план» (KPLN) выбирает работать в историческом пространстве: для своего офиса команда отреставрировала особняк XIX века, построенный в «кирпичном стиле». Сохраняя замысел авторов и особую атмосферу здания, в котором изначально работал главный инженер Алексеевской насосной станции, архитекторы не стремились к лоску и новодельной завершенности, но заботились о комфорте сотрудников. Подлинные детали вроде изразцовой печи, лепнины и чугунных перил дополнили предметы, изготовленные командой собственноручно: макеты и даже обожженный в печи декор.
Лодка, раскрой паруса
Для нового района в Раменках бюро UNK спроектировало деловой центр, который в зависимости от ракурса напоминает сразу несколько типов судов: от спортивной яхты до фрегата, ледокола или сложенного из листа бумаги кораблика. Видимые за стеклянными фасадами элементы конструктива превращаются в мачты и реи. Первый и последний уровни здания отличаются большей площадью, позволяющей создать эффектные двусветные пространства.
Горный страж
В рамках международного конкурса Артем Агекян разработал проект автономного горного убежища, которое предполагается разместить на высоте около 3000 метров в итальянских Альпах. Форма бивуака учитывает розу ветров и опасность камнепада, градиент цвета делает его одновременно заметным и энергоэффективным.
Карельский разлом
Отель в Карелии, спроектированный архитектурным бюро Chado, вырастает из ландшафта в образе гигантского валуна, расколотого надвое. В центре этой композиции рождается драматичное общественное пространство, напоминающее древнее убежище. Материалом, связывающим рукотворное с природным, становится монолитный бетон, приближенный по оттенку к местным породам.
Обзор проектов 23-28 февраля
На этой неделе мы отдыхали от башен и стеклянных фасадов: в информационном поле замечено несколько камерных проектов в центре Москвы, которым сопутствуют неоклассические фасады, итальянский архитектор, историческая парцелляция и реконструкция соседних зданий. Среди других находок: масштабный проект детской клиники и небезынтересный жилой комплекс в Уфе.
Памяти Валерия Каняшина
В пятницу, 27 февраля ушел из жизни архитектор Валерий Каняшин, сооснователь АБ «Остоженка», автор многих значительных построек в Москве. Публикуем текст Анатолия Белова в память о Валерии Каняшине.
Все красное
Бюро «Лепо» разработало дизайн для ресторана «ЭНСО», в котором экзотическая кулинарная концепция и нестандартное пространственное решение со входом по стеклянному мосту получили свое логичное завершение в виде ярко-алого интерьера, интригующего и харизматичного.
Гипертекст в пространстве
В рамках выставки «Что имеем (не) храним» и Сергей Чобан, и Музей архитектуры, и студия ЧАРТ экспериментируют с экологичным подходом к экспозиционному дизайну, перекличкой тем и даже с публицистическими размышлениями о необходимости сохранения модернизма, корнях современной архитектуры и рождении идей. Все это делает камерную выставку с легким прозрачным дизайном новаторской. Элементы все, как «телесные», так и идейные – знакомы, а вот их сочетание – ново.