English version

Львы на стекле

Архитекторы бюро СПИЧ применили прием, известный по петербургским опытам Сергея Чобана – кассеты с рисунком элементов классической архитектуры, напечатанных на стекле, – к реконструкции фасадов типового здания 4 корпуса московской больницы №23. Проект разработан бесплатно, как помощь больнице.

mainImg
Мастерская:
СПИЧ http://www.speech.su
Проект:
Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
Россия, Москва, Яузская улица, 11/6к4

Авторский коллектив:
Сергей Чобан, Игорь Членов, Алина Гарновская, Сергей
Попов (архитектурное бюро СПИЧ)
Фотосъемка архитектурных элементов исторического корпуса: Дмитрий Чистопрудов
Адаптация цветотехнического решения: Владимир Донсков («АКМА»)

2018 — 2019 / 2019 — 2020
В начале XIX века усадьба Ивана Родионовича Баташева, владельца чугунопавильных заводов в Выксе, была самым роскошным дворцом в Заяузье, с видовыми площадками и с тонкими, нестрандартными рельефами на грани раннего и зрелого классицизма. Авторство неизвестно, но дворец приписывают то Василию Баженову, то Шарлю да Вальи (без особенных оснований), то его ученику Родиону Казакову (что уже более вероятно). За работами наблюдал Михаил Кисельников, выпускник и пансионер Академии Художеств, по одним сведениям крепостной Баташевых, по другим купеческий сын; ему же, как считается, принадлежат рельефы фасадов (о рельефах см., например, здесь).
Отреставрированный флигель усадьбы Баташева, фрагмент
Фотография: Архи.ру

Дворец хорошо сохранился, хотя в 1812 году горел. В 1870-е годы усадьбу Баташева продали городу и реконструировали для Яузской больницы; в начале XX века появилось несколько корпусов в духе неоампира серебряного века, автор одного из них – Илларион Иванов-Шиц. В советское время больницу переименовали в Медсантруд, в 1920-е она принадлежала ГПУ, затем медицинским институтам. Сейчас больница названа в честь одного из профессоров, который работал в ней в 1930-е годы, Ипполита Васильевича Давыдковского, патологоанатома, во время войны – организатора системы полевой хирургии.

Иными словами, и больница более чем известна, специализируется на хирургии и неврологии, и дворец – известнейший памятник московского классицизма. Его реставрация началась в 2019 году, вместе с комплексной реконструкцией больницы, и рассматриваемый корпус №4 – часть реконструкции. Шестиэтажное здание построено в 1972 году по типовому проекту серии 2МГ-05-5, на восточной границе территории больницы, вдоль Землянского переулка. Лаконичный панельный корпус белого цвета, функциональная постройка на бывшей дворцовой территории.
Корпус 4, вид до реконструкции. Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского
Фотография: СПИЧ
Корпус 4, вид до реконструкции. Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского
Фотография: СПИЧ

Реконструкция таких зданий в Москве как правило состоит, помимо инженерных и интерьерных работ, в утеплении фасадов, которые покрывают, поверх минеральной ваты, штукатуркой, керамогранитом или, в самом лучшем случае, алюминиевыми кассетами.

Архитекторы СПИЧ предложили вариант более сложный, откликающийся на соседство знаменитого дворца. В рамках благотворительного проекта они бесплатно разработали для больницы проект реконструкции фасадов, основанный на идее, реализованной Сергеем Чобаном 10-15 лет назад в Петербурге, в бизнес-центрах «Лангензипен», «Бенуа» и «Временах года», – стеклянные кассеты с фотографиями исторического декора, нанесенными на стекло с внутренней стороны кассеты.
Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
Фотография © Дмитрий Чистопрудов

Главный вход в 4 корпус расположен с внутренней стороны, с территории больницы. Здесь по сторонам входной группы, к которой ведет пологий пандус, авторы поместили два уникальных отпечатка – увеличенные фотографии рельефов с главной лестницы баташевского дворца, переоформленной после пожара 1812 года под наблюдением Жилярди: «Прощание с воином» и «Возвращение Одиссея».
Прощание с воином (возможная альтернативная интерпретация – знамение Энею оставить Трою. См. дисс. С.М. Царевой). Рельеф парадной лестницы дома Ивана Баташева. Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского
Фотография © Дмитрий Чистопрудов
Возвращение Одиссея. Рельеф парадной лестницы дома Ивана Баташева. Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского
Фотография © Дмитрий Чистопрудов

Эти рельефы несколько более поздние, чем фасадный декор главного дома, они относятся к периоду послепожарного ампира. Именно поэтому моделировка, тонкая и детализированная включая лица и костюмы, легко выдержала увеличение. Подлинные рельефы на лестнице меньше размером, удалены от зрителя и рассчитаны на разглядывание снизу. В напечатанном рисунке они увеличены, хотя и остаются чуть меньше человеческого роста, и максимально приближены: все, кто пройдет мимо на пути ко входу, могут разглядеть детали и даже масштабно сопоставить себя этими фигурами.

Любопытна иллюзия объема: контрастная светотень фотографий подчеркивает рельеф, и в какой-то момент кажется, что фигуры лишь помещены под стекло, как на музейной витрине; но с другой стороны они – рисунок на стекле, и немного напоминают голограмму.
Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
Фотография © Дмитрий Чистопрудов
Возвращение Одиссея, фрагмент шелкографии. Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
Фотография: Архи.ру

Все остальные рельефы, воспроизведенные на стеклянных панелях – декоративные и относятся к внешнему убранству дворца, по всей видимости выполненному пансионером Академии Михаилом Кисельниковым до пожара. Историки отмечают оригинальность этих деталей, вероятно, вдохновленных итальянским опытом крепостного. Действительно, выражения лиц маскаронов – совершенно нетиповые и могут напомнить гримасу на колокольне Santa Maria Formosa в Венеции; не менее интересны композиции с тритонами, трезубцами и «собакой» по центру – из состава лепных украшений главного фасада дворца Баташева.
  • zooming
    1 / 8
    Дворец Ивана Баташева. Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Детали фасада здания начала XIX века
    Фотография © Дмитрий Чистопрудов
  • zooming
    2 / 8
    Дворец Ивана Баташева. Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Детали фасада здания начала XIX века
    Фотография © Дмитрий Чистопрудов
  • zooming
    3 / 8
    Дворец Ивана Баташева. Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Детали фасада здания начала XIX века
    Фотография © Дмитрий Чистопрудов
  • zooming
    4 / 8
    Дворец Ивана Баташева. Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Детали фасада здания начала XIX века
    Фотография © Дмитрий Чистопрудов
  • zooming
    5 / 8
    Дворец Ивана Баташева. Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Детали фасада здания начала XIX века
    Фотография © Дмитрий Чистопрудов
  • zooming
    6 / 8
    Дворец Ивана Баташева. Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Детали фасада здания начала XIX века
    Фотография © Дмитрий Чистопрудов
  • zooming
    7 / 8
    Дворец Ивана Баташева. Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Детали фасада здания начала XIX века
    Фотография © Дмитрий Чистопрудов
  • zooming
    8 / 8
    Дворец Ивана Баташева. Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Детали фасада здания начала XIX века
    Фотография © Дмитрий Чистопрудов

Плюс розетки, декоративные балюстрады и консоли с богатым лиственным рисунком. Все эти элементы стали основой для декора, нанесенного па стеклянные панели, все они гипертрофированы – сильно увеличены в масштабе, и, в основном, потеряли свои места в рамках логики фасада здания классицизма и получили новые.
Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
Фотография © Дмитрий Чистопрудов

Общая логика размещения элементов – декоративная, сродни ковру. Хотя классическая основа в ней также есть: белый параллелепипед с окнами получил вертикали и горизонтали, верх и низ, аттик с розетками и цокольный ярус с консолями. Горизонтали балюстрад прорезают вертикали «пилястр», на всю высоту, они начинаются с консолей и завершаются «капителями»– львами. Для дельфинов с главного, обращенного к переулку, фасада дворца нашлось место на уличном фасаде корпуса.

Шаг увеличения тоже различен: миниатюрные розетки, размещенные в исходном рельефе под окнами, и фрагмент волнистого паттерна увеличены очень сильно, перевернуты относительно их базовой горизонтальной позиции и служат декором «пилястр». Но намеренного «жонглирования» элементами, фрагментирования, игры здесь нет – скорее мотивы, обоснованные соседством классицистического дворца, складываются в некий новый крупный узор со своей внутренней логикой.
Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
Фотография © Дмитрий Чистопрудов

Узор этот похож на гризайль, утопленную в имитирующем травертин золотисто-бежевом тоне, апеллирующем в большей степени к камню классической архитектуры в широком смысле, чем к желтой краске фасадов классицизма. Новый фасад – не попытка превратить корпус 1972 года в подобие дворцового флигеля, он скорее становится неким напоминанием о памятнике, гигантской гравюрой на его тему, подобной оформлению выставки. Попыткой актуализировать ценные рельефы, обратить на них внимание прохожего или пациента. И, конечно же, украсить, насытить фактурой и эмоциями как собственно дом, так и окружение.

Фотографии фасадных рельефов красивы сами по себе, особенно в косом свете и в увеличении. Скульптурная поверхность, задуманная автором, в реальном рельефе сочетается с неровностями, потеками краски, городской копотью – эти два рисунка, задуманный и реальный, накладываются друг на друга и в таком сочетании наделены особенной привлекательностью. Их хочется фотографировать, рассматривать, увеличивать. Любоваться. В сущности это и предлагают нам авторы проекта фасадов корпуса 4 – любоваться рельефами в увеличении, просто проходя мимо. Удивляться, увидев за зарослями американских кленов огромную консоль, то ли рельефную, то ли «нарисованную», но похожую на часть какого-то паркового грота из Италии, где стажировался крепостной архитектор Кисельников.
  • zooming
    1 / 5
    Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
    Фотография © Дмитрий Чистопрудов
  • zooming
    2 / 5
    Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
    Фотография © Дмитрий Чистопрудов
  • zooming
    3 / 5
    Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
    Фотография © Дмитрий Чистопрудов
  • zooming
    4 / 5
    Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
    Фотография © Дмитрий Чистопрудов
  • zooming
    5 / 5
    Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
    Фотография: Архи.ру

У стеклянных кассет есть еще одна особенность: кроме того, что рисунок развит, сложен и точен, – стеклянная поверхность отражает окружение. На изъятые из контекста и увеличенные картинки накладываются тени, отражения соседних зданий, к примеру дворцовых флигелей или церкви Симеона Столпника, и контуры деревьев, – что еще раз усложняет и обогащает рисунок при его непосредственном восприятии.
Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
Фотография: Архи.ру
Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
Фотография: Архи.ру

Конечно, реконструкция фасада ограничена в возможностях и в данном случае стеклянные кассеты помогли лишь немного «собрать» объем здания и недвусмысленно погрузить его в орнаментику. Окна сохранили свои небольшие размеры и узнаваемые пропорции, хотя откосы придали им глубину.
  • zooming
    1 / 7
    Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
    Фотография © Дмитрий Чистопрудов
  • zooming
    2 / 7
    Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
    Фотография © Дмитрий Чистопрудов
  • zooming
    3 / 7
    Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4. Фасад 1. Вид с ул. Яузская
    Проект © СПИЧ
  • zooming
    4 / 7
    Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4. Фасад 2. Вид по Землянскому пер.
    Проект © СПИЧ
  • zooming
    5 / 7
    Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4. Фасад 3 и 4. Вид с Тетеринского переулка и Николоямской улицы
    Проект © СПИЧ
  • zooming
    6 / 7
    Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4. Главный фасад
    Проект © СПИЧ
  • zooming
    7 / 7
    Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4. Фасад по Землянскому пер.
    Проект © СПИЧ

Однако не стоит забывать, что, в сущности, речь шла об утеплении фасадов – а получился новый опыт работы с рельефами, которые, будучи превращены в графику, сохранили и часть признаков скульптуры, поскольку под определенным углом зрения иллюзия объема напоминает о себе. С одной стороны, повтор и тиражирование очевидны, с другой стороны, копирования нет, поскольку мотивы перенесены на иной материал и поняты как часть другой системы, где они заняли другие места. Скорее уж это коллаж с увеличением, сродни подходу коллекционера, рассматривающего интересные ему детали под лупой – и предлагающего прохожему заняться тем же самым.
Мастерская:
СПИЧ http://www.speech.su
Проект:
Городская клиническая больница №23 им. И.В. Давыдовского. Реконструкция корпуса 4
Россия, Москва, Яузская улица, 11/6к4

Авторский коллектив:
Сергей Чобан, Игорь Членов, Алина Гарновская, Сергей
Попов (архитектурное бюро СПИЧ)
Фотосъемка архитектурных элементов исторического корпуса: Дмитрий Чистопрудов
Адаптация цветотехнического решения: Владимир Донсков («АКМА»)

2018 — 2019 / 2019 — 2020

29 Сентября 2020

СПИЧ: другие проекты
Медное зеркало
Разнотоновый блеск «неостановленной» меди, живописные полосы и отпечатки пальцев, натуральный не-архитектурный, «черновой» бетон и пропорции – при изучении здания музея ЗИЛАРТ Сергея Чобана и архитекторов СПИЧ найдется, о чем поговорить. А нам кажется, самое интересное – то, как его построение откликается на реалии самого района. Тот реализован как выставка фасадных высказываний современных архитекторов под открытым небом, но без доступа для всех во дворы кварталов. Этот, то есть музей – наоборот: снаружи подчеркнуто лаконичен, зато внутри феерически блестит, даже образует свои собственные, в любую погоду солнечные, блики.
Грезы Трезини
В Эрмитаже подвели итоги VIII Международной архитектурно-дизайнерской премии «Золотой Трезини». В этом году премию вручали в год 355-летия первого архитектора Санкт-Петербурга Доменико Трезини. Среди победителей много знаковых проектов: от театра Камала до церкви Преображения Господня Кижского погоста. Показываем победителей всех номинаций, а их у «Трезини» аж целых 33.
Зодчество 2025: победители
Не прошло и месяца, а мы публикуем полный список победителей Зодчества. Сильно выступил, как всегда, Петербург – и даже московскому музею Коллекция дали серебро. Среди школьных зданий лидирует ATRIUM и гимназия имени Примакова от Студии 44. Кстати! В этом году наконец вручили «Татлин», награду за проект; что не может не радовать.
Петербург vs Рим
Центр Петербурга, как известно, священен, – но мало кто всерьез знает, где он начинается и заканчивается. Речь не о формальном признаке «от Обводного канала до Большой Невки», а о «вайбе», соответствующем центру города. Реализовав квартал «Невской ратуши» – по проекту, победившему в международном конкурсе – Евгений Герасимов и Сергей Чобан создали на его территории «образ центра». Причем не столько петербургского, сколько общемирового. Это ново, такого в Питере давно не было... Изучаем атмосферу, вспоминаем прообразы, в том числе раздумываем о том, кто и когда назвал Петербург новым Римом. Не зря, получается, идея-то живет.
Всё по плану
Международная премия THE PLAN Award объявила короткие списки финалистов. В пяти различных номинациях присутствуют реализованные проекты российских бюро – сейчас за них можно проголосовать, чтобы увеличить шансы на получение приза зрительских симпатий. Некоторые, как музей «Коллекция» бюро СПИЧ уже успели отметиться в других серьезных премиях, другие менее известны – предлагаем познакомиться.
Чикагские лауреаты 2025
Премия International Architecture Award подвела итоги: в этом году отмечено рекордное количество проектов от российских архитекторов. Коротко рассказываем о победителях номинаций и работах, удостоенных почетного упоминания.
Текстура города: кирпичная облицовка на фасадах многоэтажных...
Все чаще архитекторы и застройщики выбирают для своих высотных жилых комплексов навесные фасадные системы в сочетании с кирпичной облицовкой. Показываем пять таких недавних проектов с использованием кирпича российского производителя BRAER.
Чикагские лауреаты 2024
Премия The International Architecture Awards отметила сразу семь российских проектов – четыре из них стали победителями в различных номинациях, еще три удостоились почетного упоминания. Рассказываем о каждом.
Холст из стекла
Открытие нового корпуса Третьяковской галереи на Кадашевской набережной в мае 2024 года ознаменовало не только расширение знаменитого музея, но и знаковое событие в области использования архитектурного стекла с применением технологии печати. О том, как инновационное остекление расширило границы музейной архитектуры – в нашем материале.
Перезапуск
Блог Анны Мартовицкой перезапустился как видеожурнал архитектурных новостей при поддержке АБ СПИЧ. Обещают новости, особенно – выставки, на которые можно пойти с архитектурным интересом.
IPI Award 2023: итоги
Главным общественным интерьером года стал туристско-информационный центр «Калужский край», спроектированный CITIZENSTUDIO. Среди победителей и лауреатов много региональных проектов, но ни одного петербургского. Ближайший конкурент Москвы по числу оцененных жюри заявок – Нижний Новгород.
Металл с олимпийским характером
Алюминий – материал, сочетающий визуальную привлекательность и вариативность применения с выдающимися механико-техническими свойствами.
Рассказываем о 5 знаковых спорткомплексах, при реализации которых был использован фасадный алюминий компании Cladding Solutions.
Портик нового времени
В начале года в новосибирском аэропорте Толмачево открылся терминал С. Масштабный и прозрачный входной зал со светящимися колоннами внутри умело сочетает лаконизм с яркой фотогеничностью WOW-эффекта. Он – и новый фасад всего комплекса, и точка отсчета планируемой реконструкции, по завершении которой Толмачево станет крупнейшим региональным аэропортом России. Рассматриваем здание в контексте модернистских прототипов как Новосибирска, так и Ленинграда: они собираются в отдельную, не лишенную любопытных нюансов, историю.
Шестиглавый
В Новосибирске объявлены результаты архитектурного рейтинга «Золотая капитель», одной из старейших постсоветских премий. Ее особенность, чтобы не сказать уникальность для российского контекста – в том, что на последнем этапе судейства проекты презентуют и обсуждают. Что довольно увлекательно. Делимся впечатлениями и показываем, кто победил.
Алюминий в историческом городе
Алюминий – современный материал с большим потенциалом для реконструкции и новой архитектуры в контексте исторической застройки: он легкий, прочный, а еще умеет имитировать другие поверхности – например, более дорогую и меняющую со временем цвет медь. Предлагаем несколько удачных примеров из мировой и российской практики.
Золотое сечение: лауреаты 2023
Три высшие награды, включая гран-при, получили в этом году архитекторы СПИЧ. Николай Шумаков отмечает, что хорошие московские архитекторы все больше работают в отдаленных уголках страны. На выставке премии можно было изучить, с архитектурной точки зрения, некоторые крупные, но малоизвестные комплексы. Публикуем список лауреатов Золотого сечения 2023 с небольшими комментариями и репортажем.
Филевский Колизей
Центральная часть МФК «Фили Град», построенная архитекторами SPEECH – пример работы с крупной формой и большой плотностью. То и другое удалось подчинить лаконичной замкнутой форме и жесткой структуре линий: они ритмизуют масштаб математически-рационально, предъявляя его городу как своего рода формулу.
Архсовет Москвы – 78
Совет поддержал проект 400-метровой офисной башни, которая дополнит Сити и станет продолжением моста Багратион. Экспертам понравилась ярусная композиция, «интерактивный» фасад и функциональная насыщенность.
Путь завода
На прошлой неделе в новом центре изучения конструктивизма «Зотов» открылась первая выставка: «1922. Конструктивизм. Начало». Идея создания центра принадлежит Сергею Чобану, а проект ближайших домов, приспособления здания хлебозавода к музейной функции, и дизайн его первой экспозиции архитектор разработал в соавторстве с коллегами по АБ СПИЧ. Мы решили, что такой комплексный проект надо рассматривать целиком – так получился лонгрид о конструктивизме на Пресне, консервации, новациях, многослойном подходе и надежде.
Пластины Багратиона
Обнародован проект нового небоскреба от архитекторов СПИЧ в Москва-Сити. В нем можно увидеть: московские высотки, Чикаго, архитектон Малевича и попытку деконструкции цельного образа московского небоскреба, найденного авторами в недавних предшествующих работах.
Зодчество: лауреаты 2022
В пятницу в Гостином дворе вручили награды фестиваля Зодчество 2022. Хрустальный Дедал достался ЖК Veren Village архитекторов АБ «Остоженка». Татлин, премию за проект, решили не присуждать. Рассказываем, кого наградили, публикуем полный список.
Логика жизни
Световая инсталляция, установленная Андреем Перличем в атриуме башен «Федерации», балансирует на грани между математическим порядком построения и многообразием вариантов восприятия в ракурсах.
Похожие статьи
Тянись, нить
Как вырастить постиндустриальную городскую ткань из места с богатой историей? Примером может служить реставрация производственного корпуса шерстоткацкой фабрики в Москве. Здание удалось сохранить среди новых жилых домов. Сейчас его приспосабливают – частью под креативные офисы, частью под магазины и рестораны.
Стоечно-балочное гостеприимство
Отель Author’s Room по проекту B.L.U.E. Architecture Studio в агломерации Гуанчжоу соединяет для постояльцев отдых на природе с флером интеллектуальности от видного китайского издательства.
В ожидании китайской Алисы
Бюро PIG DESIGN по заказу компании NEOBIO, развивающей в Китае сеть оригинальных игровых центров, создало магическое пространство, насыщенное таким огромным количеством удивительных с визуальной и функциональной точки зрения открытий, что его можно использовать в качестве методического пособия для подготовки архитекторов и дизайнеров.
Фасады «металлик»
Небоскреб Wasl по проекту архитекторов UNS и конструкторов Werner Sobek получил фасады из керамических элементов, не только выделяющие его в ландшафте Дубая, но и помогающие затенять и охлаждать его.
Белые террасы в зеленом предгорье
Бюро «Архивиста» спроектировало гостиничный комплекс для участка на Черноморском побережье между Сочи и Адлером. Архитектурное решение предусматривает интеграцию в сложный рельеф, сохранение природного каркаса и применение инженерных решений, обеспечивающих устойчивость и сейсмобезопасность.
Высший уровень
На верхних этажах самого высокого небоскреба Москва-Сити создано уникальное трехуровневое деловое пространство «F-375». Проект разработан студией VOX Architects, не только создавшей авторский дизайн, но и вместе с командой инженеров и конструкторов сумевшей разрешить огромное количество сложнейших задач, чтобы обеспечить беспрецедентный уровень комфорта и технической оснащенности.
Восточный подход для Запада
В Олимпийском парке королевы Елизаветы II в Восточном Лондоне открыт филиал Музея Виктории и Альберта – V&A East. Реализация его здания по проекту дублинцев O’Donnell+Tuomey заняла более 10 лет.
Конопляный фасад
Жилой комплекс на 81 квартиру в Нанте по проекту бюро Ramdam и Palast сочетает конструкцию из инженерного дерева с фасадами из конопляного бетона.
«Лотус» над пустыней
В Бенгази, втором по величине городе Ливии, российско-сербское бюро Padhod спроектировало многофункциональный центр «Лотус». Биоморфная архитектура здесь работает и как инженерная система – защищает от пыли, создает тень – и как новый урбанистический символ, знаменующий возвращение города к мирной жизни.
Балконы в небо
Компактная жилая башня Cielo в индийском Нагпуре напоминает колос: необычную форму создают придуманные Sanjay Puri Architects двухэтажные балконы.
Офис без границ
Офисное здание Delta под Барселоной задумано авторами его проекта PichArchitects как проницаемое, адаптивное и таким образом готовое к будущим переменам.
Я в домике
Работая над новым зданием школы «Летово Джуниор» – оно открылось для учеников осенью 2025 года в Долине МГУ – архитекторы UNK, следуя за видением заказчика, подчинили как фасады, так и интерьеры теме дома. Множество версий скатных кровель, силуэт города на стеклянных ограждениях, деревянные фактуры и целая серия микропространств для уединения в общественных зонах – к услугам учеников младшей и средней школы. Изучаем новое здание школы – и то, как оно интерпретирует передовые тенденции образовательных пространств.
Под знаком красного
Nefa Architects обустроили образовательный хаб для компании ДКС на территории фабрики «Большевик». Красный амфитеатр в самом центре – рифмуется с биографией места и подает концентрированный сигнал о том, где именно в этом пространстве происходит главное.
Парный разряд
Архитектуру Дворца тенниса, построенного в Лужниках по проекту ПИ «АРЕНА», определили три фактора: соседство бруталистской арены «Дружба», близость Москвы-реки и эстакады моста, а также особенности функции – для размещения кортов необходимы большие площади, обилие света и защита от солнца. Авторы разделили здание на несколько блоков, сыграв на контрасте, который усилили фасады, разработанные совместно с ТПО «Резерв».
Здание-губка
Проектируя модульные спортивный центр и центр искусств Старшей школы Хундин в Шэньчжэне, архитекторы O-Office устанавливали связь с окружающей природой и создавали внутренние связи.
Микродинамика макропроцессов
Учитывая близость многофункционального комплекса SOLOS к парку Сокольники и развитому транспортному узлу, бюро Kleinewelt Аrchitekten заложило в проект двух высотных башен динамику, но свойственную скорее природным явлениям, чем антропогенным объектам. Разобраться в ней без авторских схем не так просто, хотя глаз сразу замечает закономерность и пытается ее раскрыть. Нам показалось, что в одной башне заложен импульс готового раскрыться бутона, а во второй – движения литосферной плиты. Предлагаем разбираться вместе.
Ценность открытого места
Для участка рядом с метро Баррикадная Сергей Скуратов за период 2020–2025 сделал 5 проектов. Два из них победили в закрытых конкурсах заказчика. Пятый не так давно выбрал мэр Москвы для реализации. Проект ярок и пластичен, акцентен, заметен и интересен; что характерно для нашего времени. Однако – он среднеэтажен, невысок. И в своей северо-западной части, у метро и Дружинниковской улицы, формирует комфортный город. А с другой стороны – распахивается, открывая двор для солнечных лучей и формируя пространственную паузу в городской застройке. Как все устроено, какие тут геометрические закономерности и почему так – читайте в нашем материале.
Форма воды
Станцию Кэйп-Флэтс в Кейптауне SALT Architects проектировали как пример качественной индустриальной архитектуры, открыто, если не с гордостью, демонстрирующей свое предназначение.
Сложная композиция
Парк технологий и инноваций Lenovo в Тяньцзине по проекту E Plus Design рассчитан на более чем 3000 сотрудников подразделения исследования и разработки.
Панорама готическая
ЖК «Панорама» известен тем, что никакой панорамы в нем нет, и на него панорамы нет – а есть «смотровая щель», приоткрывающая вид на неоготическую польскую церковь. И собственно прогал – готический, S-образный. И еще именно с этой постройки с Москве началась мода на цветные пиксельные фасады и цветное стекло; но она так и осталась лучшей. Анатолий Белов – об иронии в ЖК «Панорама». Памяти Валерия Каняшина.
К полету готов
В прошлом году в Филях завершилось строительство здания Национального Космического центра по проекту UNK Юлия Борисова, победившему в конкурсе 2019 года. Оно отличается лаконизмом и уверенной ритмичной поступью; формирует улицу и становится акцентом целого ряда городских панорам. А вот что послужило причиной победы проекта, насколько башня похожа на ракету и где там логотип Роскосмоса – читайте в нашем материале.
Симфония воды и кирпича
Жилой комплекс Alter, построенный по проекту Степана Липгарта на излучине реки Охта, служит примером «нарисованного дома»: количество авторских деталей в нем не поддается исчислению, благодаря чему ребра, выступы и выемки формируют живописный силуэт даже без значительного перепада высот. Композиция и материал реагируют на соседство с рекой и краснокирпичным зданием фабрики начала XX века. Также на проект значительно повлияли рекомендации главного архитектора города. Подробности – в нашем материале.
Лыжня от порога
Дом по проекту Mork-Ulnes Architects для семьи с двумя детьми в горах Сьерра-Невада над озером Тахо в Калифорнии сочетает скандинавские и местные мотивы.
Дом-Пингвин
Дом с выгнутым фасадом на Брестской – один из манифестов российского неомодернизма начала 2000-х, скульптура – таком смысле его рассматривает Анатолий Белов, говоря о «разрыве с модернистским каноном и средовым подходом». Не во всем согласны с автором, но взгляд интересный.
Волна и вертикаль
Проект премиального жилого комплекса, разработанный бюро GAFA для участка в Хорошевском районе, реагирует на ограничения – дугу проезда, водоохранную зону реки Ходынки и инсоляционные нормы – изобретательным массингом. Композиция строится на сочетании двух планов: протяженный дом-каре и укрытые за ним три башни создают силуэт и ракурсы, а также семантическую наполненность, которую усиливают фасадные решения. Еще одна особенность – большой приватный двор, дополненный общегородским линейным парком.
Технологии и материалы
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Полы, выращенные бактериями
Нидерландско-американская исследовательская команда представила напольную плитку на основе «биоцемента». Привычный цемент, выполняющий роль вяжущего вещества, авторы заменили на выработанный бактериями известняк. При производстве плитки Mimmik в среду попадает на 60% меньше выбросов – по сравнению с традиционной.
Живой металл
Анодированный алюминий занимает все более заметное место в архитектурных проектах – от жилых комплексов до аэропортов. Его выбирают за выразительный внешний вид и стабильные эксплуатационные характеристики. В России с архитектурным анодированием системно работает завод полного цикла «25 микрон». В статье на примере его технологий и решений разберем, как устроен процесс анодирования и какие свойства делают этот материал востребованным.
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Сейчас на главной
Между фантазией и реальностью: ПАСП & РОСТ
Начинаем публикацию конкурсных проектов ФИЦ биомедицинских и прочих технологий – в проекта, занявшего 6 место. Но Сергей Кузнецов сказал, что «разрыв между участниками был минимальным». А значит, все интересны. Предваряем обзором участка и задач – только так можно понять конкурсные проекты. Проект воронежской команды настроен на практику и удобство, рациональный подход к построению и вероятным трансформациям. Какое у них ключевое решение – читайте в тексте.
За холмами
Бюро Анастасии Томенко спроектировало для участка в районе Жигулевских гор загородный дом. Он одновременно подражает холмистому рельефу и заявляет о своем статусе выразительной скульптурной оболочкой, предлагает уединение и широкие виды, а также разные сценарии использования – от бутик-отеля до частной резиденции.
Фолиант большого архитектора
Олег Явейн написал, а «Студия 44» издала монументальный двухтомник про Александра Никольского. Многие материалы публикуются впервые. Читается, при всей фундаментальности, легко. Личность, и архитектура человека-гиганта (он был большого роста), который пришел к авангарду своим путем и не был готов «отпустить» то, что считал правильным – а о политике не говорил вообще никогда – показана с разных сторон. Читаем, рассуждаем, рассказываем несколько историй. Кое-что цепляет пресловутой актуальностью для наших дней.
Взгляд сверху
Дом “Энигмия” на Новослободской, спроектированный Андреем Романовым и Екатериной Кузнецовой, ADM architects – яркий, нашумевший проект последних месяцев. Соответствуя своему названию, он волшебно блестит и загадочно вырастает, расширяясь вверх. Расспросили девелопера и архитектора.
Переплетение перспектив
В середине апреля в Центральном доме архитектора Москвы прошел очередной Всероссийский архитектурный молодежный фестиваль «Перспектива 2026». Темой этого года стало «Переплетение». Конкурсная программа включала смотр-конкурс среди студентов и молодых архитекторов, а также конкурс на разработку архитектурной концепции многофункционального центра «Город Талантов» в Кемерово. Показываем победителей.
Блоки и коробки
Дом по проекту Studioninedots в новом районе Амстердама раскладывает жизнь семьи с двумя детьми по «коробочкам».
Звенья одной цепи
Бюро ulab разработало проект жилого комплекса, для которого выделен участок на границе с лесным массивом и экотропой «Уфимское ожерелье». Чтобы придать застройке индивидуальности, архитекторы использовали знакомые всем горожанам образы: башни силуэтом и материалом облицовки соотносятся со скальными массивами, а урбан-виллы – с яркими деревянными домиками. Не оставлено без внимания и соседство с советским кинотеатром «Салют» – доминанта комплекса подчеркивает его осевое расположение и использует паттерн фасада как основу для формообразования.
Стоечно-балочное гостеприимство
Отель Author’s Room по проекту B.L.U.E. Architecture Studio в агломерации Гуанчжоу соединяет для постояльцев отдых на природе с флером интеллектуальности от видного китайского издательства.
DELO’вой подход
Компания DELO успешно ведет дела во многих архитектурно-дизайнерских областях. Для того чтобы наилучшим образом представить все свои DELO’вые ипостаси, она создала специальное пространство, в котором торговая, маркетинговая и рабочая функции объединены в единый, очень органичный и привлекательный формат.
Тянись, нить
Как вырастить постиндустриальную городскую ткань из места с богатой историей? Примером может служить реставрация производственного корпуса шерстоткацкой фабрики в Москве. Здание удалось сохранить среди новых жилых домов. Сейчас его приспосабливают – частью под креативные офисы, частью под магазины и рестораны.
IAD Awards 2026
В этом году среди призеров премии International Architecture & Design Awards целая россыпь российских проектов, преимущественно от московских бюро. Рассказываем подробнее об обладателях платиновых наград и показываем всех финалистов из номинации «Архитектура».
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
Северный ветер
Региональные бренды все чаще обзаводятся своими шоу-румами в лучших московских торговых центрах, и это дает возможность не только познакомиться с новыми именами в фэшн-дизайне, но и увидеть яркие произведения интерьерного дизайна от успешных бюро, достигших успеха в своих родных городах и уверенно завоевывающих столичный рынок.
Волна и камень: обзор проектов 20-26 апреля
Новые проекты прошедшей недели – все они, к слову, московские – позволяют говорить об интересе к бионическим формам. Пока что в достаточно простом их проявлении: вас ждем много волнообразных фасадов, изогнутых контуров, а также стилизованные «воронки» бутонов и даже прямые «цитаты» в виде огромных драгоценных камней. Часто подобные приемы кажутся беспочвенно заимствованными, редко – устойчивыми и экологичными.
В ожидании китайской Алисы
Бюро PIG DESIGN по заказу компании NEOBIO, развивающей в Китае сеть оригинальных игровых центров, создало магическое пространство, насыщенное таким огромным количеством удивительных с визуальной и функциональной точки зрения открытий, что его можно использовать в качестве методического пособия для подготовки архитекторов и дизайнеров.
Фасады «металлик»
Небоскреб Wasl по проекту архитекторов UNS и конструкторов Werner Sobek получил фасады из керамических элементов, не только выделяющие его в ландшафте Дубая, но и помогающие затенять и охлаждать его.
Высший уровень
На верхних этажах самого высокого небоскреба Москва-Сити создано уникальное трехуровневое деловое пространство «F-375». Проект разработан студией VOX Architects, не только создавшей авторский дизайн, но и вместе с командой инженеров и конструкторов сумевшей разрешить огромное количество сложнейших задач, чтобы обеспечить беспрецедентный уровень комфорта и технической оснащенности.
Восточный подход для Запада
В Олимпийском парке королевы Елизаветы II в Восточном Лондоне открыт филиал Музея Виктории и Альберта – V&A East. Реализация его здания по проекту дублинцев O’Donnell+Tuomey заняла более 10 лет.
Белые террасы в зеленом предгорье
Бюро «Архивиста» спроектировало гостиничный комплекс для участка на Черноморском побережье между Сочи и Адлером. Архитектурное решение предусматривает интеграцию в сложный рельеф, сохранение природного каркаса и применение инженерных решений, обеспечивающих устойчивость и сейсмобезопасность.
Конопляный фасад
Жилой комплекс на 81 квартиру в Нанте по проекту бюро Ramdam и Palast сочетает конструкцию из инженерного дерева с фасадами из конопляного бетона.
Малыми средствами
Главной архитектурной наградой ЕС, Премией Мис ван дер Роэ, отмечена функциональная «деконструкция» Дворца выставок в бельгийском Шарлеруа, а как работа начинающих архитекторов – спартанские временные помещения для Национального театра драмы в Любляне.
Архивные сокровища
Издательство «Кучково Поле Музеон» продолжило свою серию книг о метро новым сборником «Метро двух столиц: Москва – Будапешт: фотоальбом», в котором собрана богатейшая коллекция архивных и фотоматериалов, а также подробный рассказ о специфике двух очень непохожих метрополитенов: московского и будапештского.
Градостроительство в тисках нормирования?
В рамках петербургского форума «Архитектон» бюро «Эмпейт» и Институт пространственного планирования Республики Татарстан организовали день градостроительства – серию из трех дискуссий. Один из круглых столов был посвящен взаимовлиянию градостроительной теории и нормирования. Принято считать, что регламенты сдерживают развитие городов, препятствует появлению ярких проектов. Эксперты из разных городов и институций нарисовали объемную картину: нормы с трудом, но преодолеваются; бывает, что их гибкость приводит к потере идентичности; зачастую важна воля отдельной личности; эксперимент, выходящий за рамки градостроительного нормирования, все же необходим. Собрали для вас тезисы обсуждения.
В юном месяце апреле. Шанс многообразия
Наш очередной обзор запоздал дней на 10. А что вы хотите, такие перестановки в Москве, хочется только крутить головой и думать, что будет дальше – а также, расскажут ли нам, что будет дальше... В состоянии неполной информированности собираем крохи: проекты заявленные, утвержденные или просто всплывшие в информационном контексте. Получается разнообразно, хочется сказать даже – пестро. Лучшее, и хорошее, и забытое. Махровая эклектика балансирует с пышными fleurs de bon эмотеха на одних качелях.
Всматриваясь вдаль
Гордость за свой город и стремление передать его genius loci во всех своих проектах – вот настоящее кредо каждого питерского архитектора. И бюро ZIMA уверенно следует негласному принципу, без скидок на размеры и функцию, создавая интерьер небольшого магазина модной одежды LESEL так же, как если бы они делали парадную залу.
МАРШ: Шпицберген studio
Проектная студия «Шпицберген studio» 4 курса бакалавриата в 2024/25 учебном году была посвящена исследованию и разработке концепций объектов культурного наследия на архипелаге Шпицберген. Студенты работали с реальным брифом от треста Арктикуголь.
«Лотус» над пустыней
В Бенгази, втором по величине городе Ливии, российско-сербское бюро Padhod спроектировало многофункциональный центр «Лотус». Биоморфная архитектура здесь работает и как инженерная система – защищает от пыли, создает тень – и как новый урбанистический символ, знаменующий возвращение города к мирной жизни.
Школа со слониками
Девелопер «МетроПолис» выступил в несвойственной роли проектировщика при разработке для постконструктивистского детского сада со слониками в московском Щукино концепции реставрации и приспособления под современную школу. Историческое здание дополнит протяженный объем из легковозводимых деревоклееных конструкций. «Пристройку-забор»украсят панно с изображением памятников 1920-1930-х и зеленая кровля. Большим навесом, предназначенным для ожидающих родителей, смогут воспользоваться и посетители городского сквера «Юность».
Балконы в небо
Компактная жилая башня Cielo в индийском Нагпуре напоминает колос: необычную форму создают придуманные Sanjay Puri Architects двухэтажные балконы.
Гипербола в кирпиче
Апарт-комплекс «Маки» – третья очередь комплекса «Инские холмы» в Новосибирске. Проектная артель 2ПБ создала в ней акцент за счет контраста материалов и форм: в кирпичном объеме, тяготеющем к кубу, сделаны два округлых стеклянных «выреза», в которых отражается город. Специально для проекта разработан кирпич особого цвета и формовки. Рельефная кладка в сочетании с фибробетоном, моллированным стеклом и гранитом делают архитектуру «осязаемой». Также пространство на уровне улицы усложнено рельефом.