Николай Белоусов: «Наша задача – дать студентам поверить в себя»

20 июля стартует очередной практикум по современной деревянной архитектуре «Древолюция». В преддверии этого события мы встретились с идеологом и куратором проекта, Николаем Белоусовым.

mainImg
Почему вы увлеклись работой с деревом и стали специализироваться на деревянной архитектуре? Это был осознанный выбор или все произошло случайно?

Как и многие наши склонности, все идет из детских воспоминаний и впечатлений. Половина моего детства прошла в подмосковном поселке НИЛ, в классической деревянной даче, такой же, как и большинство домов в поселке: изначально срубленной, а потом многократно достроенной и перестроенной. Поселок НИЛ – это был особый, неповторимый мир, с удивительной атмосферой дачной жизни и ощущением, что лучше деревянного дома нет ничего.

Потом, уже в студенческие годы, учась в архитектурном институте, мы много ездили на обмеры и путешествовали по русскому Северу. А лет сорок назад абсолютно случайно мы с друзьями купили несколько домов в заброшенной деревне в 700 километрах от Москвы, на северо-восточной границе Костромской области, рядом со славным городом Кологрив. Нам пришлось на протяжении нескольких лет самим восстанавливать дома, учиться валить лес, перекладывать венцы, менять фундаменты, класть печи. Недостаток знаний мы поначалу восполняли энтузиазмом и куражом. Но постепенно, мы все основательнее погружались в предмет, изучили всю доступную литературу в Ленинской библиотеке и Библиотеке иностранной литературы. Кроме того, немало справочников по деревянной архитектуре было и в нашей семейной библиотеке благодаря разносторонним интересам моего прадеда. Постепенно, я уже мог выступать в роли эксперта и с удовольствием помогал друзьям не только с ремонтом, но и когда они просили меня помочь с проектированием нового дома или дачи. И не раз это приводило к неожиданным результатам: людям так нравилось жить за городом, что они меняли свой уклад, чтобы проводить как можно больше времени там.

Затем наступило время, когда я руководил собственной мастерской и занимался большими проектами в Москве и Париже. Еще лет пять дерево оставалось моим хобби. Но в 2002 году я понял, что хочу заниматься именно деревянной архитектурой, к которой у меня всегда лежала душа. Я закрыл бюро и начал создавать собственную компанию по проектированию и строительству деревянных домов. Я очень хорошо видел все сложности и проблемы их изготовления и одновременно понимал, какие необъятные возможности таит в себе эта технология, если использовать традиционные и разрабатывать новые, современные приемы работы с деревом. Каков потенциал сруба и всех соединений, таких как: «ласточкин хвост», скрытые пазы и так далее, что можно изменить или скомбинировать по-новому, и как это все повлияет на формообразование. Чтобы мои проекты не зависели от низкоквалифицированных и не заинтересованных в качестве конечного результата плотников, мы решили создать собственное производство и купили брошенную машинно-тракторную станцию под Галичем.
zooming
  • zooming
    1 / 7
    Древолюция 2016. Команда «В ДИНАмиКе». Объект: Скульптурная группа «Раскол». Древолюция2016 Авторы: Черемнова Анна, Дудина Ксения, Кузина Анастасия, Мухин Дмитрий, Сметанин Илья. Фото: Анастасия Кузина
    © Древолюция
  • zooming
    2 / 7
    Древолюция 2016. Объект: «Тропа Мёбиуса» Авторы: Подагуц Галина, Покатович Александра, Сотникова Ксения, Шевчук Полина
    © Древолюция
  • zooming
    3 / 7
    Древолюция 2017. Объект: «Липовый чай». Авторы: Алымова Мария, Костерин Алексей, Крутиков Иван, Кудряков Денис, Николаев Александр, Репина Ольга, Таслунов Александр
    © Древолюция
  • zooming
    4 / 7
    Древолюция 2017. Объект: «О.Р.» Авторы: Воротникова Ксения, Жернакова Наталья, Посадский Ян, Сущин Александр, Черемнова Анна
    © Древолюция
  • zooming
    5 / 7
    Древолюция 2017. Объект: «ПРО… СУХАНОВО» Авторы: Выборова Дарья, Левченко Мария, Николаенков Антон, Пуренков Антон
    © Древолюция
  • zooming
    6 / 7
    Древолюция 2017. Объект: «СКЕЛЕТ ПРОШЛОГО (КАРКАС БУДУЩЕГО)» Авторы: Полищук Мария, Разумовский Ярослав, Ушаков Алексей, Яковлева Мария, Алексей Колесов
    © Древолюция
  • zooming
    7 / 7
    © Древолюция

Она расположена в удивительном месте – на одной из самых высоких точек в Костромской области, прямо на водоразделе ручьев и рек, часть из которых течет на юг и впадает в Волгу и дальше в Каспийское море, а другая – на север, в Северную Двину и Белое море. Прекрасное место, открытое солнцу и ветрам, в окружении лесов, самое подходящее для обработки конструкций для деревянных домов. Выстроенная производственная система позволила нам иметь ту деревянную архитектуру, которую мы презентуем нашим заказчикам, показываем на всех выставках.
  • zooming
    1 / 4
    Дом Николая Белоусова на заводе под Галичем
    © Древолюция
  • zooming
    2 / 4
    На производстве под Галичем
    © Проект ОБЛО
  • zooming
    3 / 4
    На производстве под Галичем
    © Проект ОБЛО
  • zooming
    4 / 4
    «Древолюция 2003» на заводе под Галичем
    © Древолюция

Вы не ограничились развитием собственного бизнеса. В какой момент и почему возникла идея «Древолюции»?

Изучая тему, исследуя традиций русской деревянной архитектуры, я понял, насколько ограниченна и не развита вся эта отрасль в нашей стране сейчас и как мало специалистов, умеющих и стремящихся работать с деревом. Ни в одном архитектурном вузе не читают курс деревянной архитектуры, молодым архитекторам просто негде узнать о ее возможностях. Сначала я хотел выпускать журнал по деревянной архитектуре, а потом пришла идея создания своеобразной школы при нашем заводе. И уже в 2003 году у нас под Галичем прошла первая «Древолюция». Изначально я хотел сделать постоянно действующую летнюю школу-практику для архитекторов и студентов, где они могли бы изучать секреты владения деревом, этим очень сложным, живым, единственным возобновляемым из всех существующих строительных материалов. Но организовать трехмесячный курс было очень сложно, поэтому мы разработали концепцию двухнедельного практикума, которая вот уже пятнадцать лет практически не меняется.

Суть идеи заключается в продуманном сочетании теории и практики. Студенты и молодые архитекторы оказываются в необычной среде, где они учатся понимать дерево и работать с ним. В начале им читают лекции по истории деревянной архитектуры. Одновременно, они изучают технологический процесс: способы соединения деревянных элементов, крепеж, конструктивные особенности древесины и различных пиломатериалов. Также они исследуют предлагаемую в качестве полигона территорию и пытаются сформировать свои представления о ней, о том, что этой территории нужно, что они могут ей предложить, какие проблемы решить, используя дерево. Пять дней они проектируют свои объекты и защищают их перед жюри, которое фактически дает допуск к реализации.

Следующие полторы недели участники практикума реализуют свои проекты. Составляется спецификации на пило- и лакокрасочные материалы, крепеж и так далее. Наши партнеры – производители инструментов предоставляют их участникам бесплатно. Все эти две недели, с утра до вечера, я провожу с участниками, консультируя, объясняя им, в какое место можно и в какое нельзя крутить шурупы и множество других нюансов. В конце практикума проходит общая презентация построенных объектов для основного жюри, в которое традиционно входят мои друзья: знаменитые архитекторы и авторитетные эксперты, занимающиеся деревянной архитектурой. Авторы рассказывают о процессе создания проекта: от первой мысли, первого наброска и до реализованного объекта. И самое главное – студенты формулируют свое ощущение соответствия или не соответствия финального результата изначальному образу. Вечером последнего дня жюри объявляет свое решение и вручает дипломы лауреатам. По правилам практикума, жюри имеет право не присуждать первый приз, но это бывает очень редко. Празднование проходит совместно, так что у молодых архитекторов есть возможность пообщаться с членами жюри и, мне кажется это очень важным, потому что создает ощущение общности и выводит конкурсантов сразу на уровень профессионального разговора, не как с учителями или «звездами», а как с коллегами. Благодаря такому формату практикума, все участники получают в свое портфолио реализованный объект, что всегда значимо для архитекторов, и опыт прохождения всего цикла воплощения архитектурного проекта. Кроме того, я горжусь тем, что работы студентов «Древолюции» получают первые премии и на АрхиWOOD, и на «Зодчестве», и на конкурсах ландшафтной архитектуры. Значит, наши усилия по достоинству оценивают не только люди, вовлеченные в наш процесс, но и широкий круг профессионалов, абсолютно не ангажированных.
  • zooming
    1 / 3
    Дом «Ловушка для солнца». Московская обл., поселок «Зеленая роща». Архитектурная мастерская Николая Белоусова: Николай Белоусов, Николай Соловьев. 2014.
    Фотография © Алексей Народицкий
  • zooming
    2 / 3
    Дом у озера. Архитектурная мастерская Николая Белоусова: Николай Белоусов, Владимир Белоусов. 2018.
    © Древолюция
  • zooming
    3 / 3
    Загородный дом в Завидово. Поселок Завидово, Тверская область. Архитектурная мастерская Николая Белоусова: Николай Белоусов, Владимир Белоусов. 2018.
    © Древолюция

Чему вы отдаете приоритет в построении программы «Древолюции»: овладению навыками работы с деревом или креативным поискам студентов и экспериментам с формой?

Моя задача – дать студентам возможность поверить в себя, научить их уважать себя и раскрыться. Большее за две недели сделать очень сложно, слишком маленький срок. И достигается эта цель в ходе напряженного образовательного и творческого процесса, благодаря которому студенты устанавливают глубокую ассоциативную связь со средой и облекают эту связь в архитектурную форму из дерева.
В этом отношении очень показательными стали результаты прошлогоднего практикума, который прошел в Лесном тереме Асташово, в Чухломском районе Костромской области. Каждый из созданных год назад объектов, помимо высокого художественного качества и, в отдельных случаях, практической функции, нес в себе глубокий философский смысл. Например, в проекте «Дом пророс», получившем гран-при, авторам: Ксении Дудиной, Настасье Ивановой, Дмитрию Мухину, Яну Посадскому, – удалось как бы проститься с тем, что уже ушло и не вернется.

Призраки умершей деревни и рассыпавшихся домов улетают, взмахивая, словно крыльями, веерами стропил. И сделано это безупречно и с архитектурной, и с ландшафтной точки зрения. Или двенадцатиметровые качели, объект «Над», созданные той же командой, были вдохновлены полетом ласточек, живущих в тереме, даже тогда, когда он был почти разрушен. Эта конструкция дает возможность человеку оторваться от земли, от рутины и взлететь, как птица над лесом.
  • zooming
    1 / 3
    «Древолюция 2003» на заводе под Галичем
    © Древолюция
  • zooming
    2 / 3
    «Древолюция 2003» на заводе под Галичем
    © Древолюция
  • zooming
    3 / 3
    «Древолюция 2003» на заводе под Галичем
    © Древолюция

Все объекты рассказывали свои собственные истории, и при этом они достаточно скрупулезно, внимательно проработаны в деталях: в примыканиях, в пересечениях, в вопросах обеспечения пространственной жесткости. Это крайне важный для меня показатель того, что на нашем практикуме студенты не занимаются экспериментами ради экспериментов, а учатся создавать деревянную архитектуру и делать это осмыслено, конструктивно и технологически грамотно. Студенты, молодые архитекторы пересматривают свое восприятие дерева, начинают чувствовать его по-новому.

С чем, на ваш взгляд, связана все возрастающая популярность дерева во всем мире? Из-за развития новых технологий, благодаря которым расширяются возможности по применению деревянных конструкций, или из-за экологии и вопросов ресурсосбережения?

Я всегда студентам и молодым архитекторам говорю, что дерево – это первый материал, который люди начали обрабатывать, выйдя из пещер. Именно из дерева люди начали строить дома для защиты от неблагоприятной среды. За прошедшие тысячелетия технология развивалась, подарив такие шедевры, как деревянные храмы русского Севера, достигающие тридцатиметровой высоты. Но у нас эта традиция не развивается в том масштабе и с тем уровнем государственной поддержки, как это происходит в мире, особенно в европейских странах. Они давно осознали, что строить из дерева дешево и экологично. Там по закону предписывается строить из дерева дома для инвалидов, дома престарелых, детские сады, ясли, и так далее, потому что в деревянных объектах дети меньше болеют, лучше учатся.

Но самая главная причина, по которой я считаю, что за деревом будущее, – восполняемость этого ресурса. Мы строим из дерева дом и за время жизни этого дома вырастет больше деревьев, чем было срублено. Никакой другой строительный материал не может быть восполнен: ни песок, ни глина, ни камень, ни железная руда, не появятся за следующие тысячелетия. Нужны миллиарды лет, чтобы получился простой песок.
  • zooming
    1 / 4
    «Дом порос» / команда АПИЛ ПИЛА
    © Древолюция
  • zooming
    2 / 4
    «Дом порос» / команда АПИЛ ПИЛА
    © Древолюция
  • zooming
    3 / 4
    «НАД» / Команда АПИЛ ПИЛА
    © Древолюция
  • zooming
    4 / 4
    «НАД» / Команда АПИЛ ПИЛА
    © Древолюция

Как вы оцениваете динамику изменения интереса к дереву на основании опыта преподавания в МАРШ и проведения «Древолюции»?

Интерес постоянно растет. В МАРШе вот уже три года я веду преддипломный семестровый курс по дереву у магистров. И могу сказать, что ребята делают невероятные работы, с макетами, с деталями в крупном масштабе, и с показным материалом.

Создается впечатление, что молодым архитекторам очень не хватает возможности поработать с деревом и как только она появляется, они начинают фонтанировать идеями.
  • zooming
    1 / 5
    Древолюция 2015. Объект: Ива с дуплом. Авторы: Стрельников Дмитрий, Бахышев Тимур, Мельникова Ольга, Радченко Светлана. Фото: Ника Демидова
    © Древолюция
  • zooming
    2 / 5
    Древолюция 2015. Объект: Театр теней. Авторы: Дейкин Алексей, Щербаков Фёдор, Яковлев Антон, Сайфутдинов Сафиулла, Журкина Мария, Стаканкова Екатерина, Новикова Анна, Александров Федот, Ковалёв Дмитрий, Александров Андрей, Портнова Оксана, Хохлов Владислав, Грибанова Анастасия. Фото: Ника Демидова
    © Древолюция
  • zooming
    3 / 5
    Объект: Четыре татами. Команда4. Авторы: Боброва Анастасия, Герасимчук Надежда, Грибанова Анастасия, Колесов Никита, Наумов Леонид, Пестрякова Екатерина, Руднева Валерия
    © Древолюция
  • zooming
    4 / 5
    Древолюция 2016. Объект: «Дом призрак». Команда WOODсток. Автор: Долженкова Алина (СПб), Егорычев Егор, Колесов Алексей, Овчинникова Елизавета, Стаханова Евгения, Улько Александр
    © Древолюция
  • zooming
    5 / 5
    Древолюция 2016. Команда 171. Объект: «Отзвук» Авторы: Иванова Анастасия, Медведенко Николай, Никитин Артем, Степанов Артем, Чугреев Всеволод, Шакурьянова Альфия
    © Древолюция

Аналогичная ситуация с «Древолюцией». Благорая работе всей команды и, в первую очередь, организационного куратора Ольги Старковой год от года количество желающих принять участие в практикуме постоянно растет, как и количество публикаций о проекте. В этом году мы получили рекордное число заявок – свои проекты-заявки прислали 56 команд. Это 117 человек. И, хотя я изначально планировал пригласить к участию лишь 30 студентов, пришлось увеличить квоту до 45. Всего мы планируем сделать 5-6 объектов, которые мы будем презентовать 4 августа. Приглашаю всех в Арт-Плей.
 

17 Июля 2019

Похожие статьи
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Год 2025: что говорят архитекторы
В опросе по итогам года в 2025 поучаствовали не только архитекторы, но и журналисты профессиональной сферы, и даже один девелопер. Общий итог: среди зарубежных проектов уверенно лидирует музей шейха Зайда от Foster & Partners, среди российских – театр Камала Кенго Кума и Wowhaus. Среди сюжетов и тенденций – увлечение AI. Но есть и очень оригинальные ответы! Как всегда, есть короткие и длинные, по правилам и без – разнообразие велико. Читайте опрос.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Женская доля: что говорят архитекторы
Задали несколько вопросов женщинам-архитекторам. У нас – 27 ответов. О том, мешает ли гендер работе или, наоборот, помогает; о том, как побеждать, не сражаясь. Сила – у кого в упорстве, у кого в многозадачности, у кого в сдержанности... А в рядах идеалов бесспорно лидирует Заха Хадид. Хотя кто-то назвал и соотечественниц.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
Дерево за 15 лет
Поемия АРХИWOOD опрашивает членов своего экспертного совета главной премии: что именно произошло с деревянным строительством за эти годы, какие заметные изменения происходят с этим направлением сейчас и что ждет деревянное домостроение в будущем.
Проникновение?
Фонтан не фонтан, таран не таран, скамейка не скамейка, архив не архив, в коридор входить не рекомендуется: Древолюция 2019 года прошла на Арт Плее, оставив кластеру шесть объектов, не лишенных экзистенциальной печали.
В теме окна
Идеи восьми команд, отобранных для фестиваля «Древолюция», с комментариями жюри. Победители будут работать над новыми проектами в конце июля, на сей раз в Арт Плее на Сыромятнической.
«Древолюция» в гостях у сказки
В этом году фестиваль «Древолюция» забрался даже не на территорию заброшенной усадьбы: недавно отреставрированный русский терем в Костромской области окружен километрами девственного леса. За две недели молодые архитекторы успели сначала в ней прорасти, а потом уйти в полный отрыв.
Пресса: Таврический сад обзавелся деревянными спусками к...
Уникальные деревянные объекты, созданные во время фестиваля-практикума по деревянной архитектуре «Древолюция» в художественно-промышленной академии им. А.Л. Штиглица, появились в Таврическом саду.
Технологии и материалы
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Универсальная совместимость
Клинкерная плитка азербайджанского производителя Sultan Ceramic для навесных вентфасадов получила техническое свидетельство Минстроя РФ. Материал совместим с распространенными подсистемами НФС и имеет полный пакет документации для прохождения экспертизы. Разбираем характеристики и возможности применения.
Как локализовать производство в России за два года?
Еще два года назад Рокфон (бизнес-подразделение компании РОКВУЛ) – производитель акустических подвесных потолков и стеновых панелей – две трети ассортимента и треть исходных материалов импортировал из Европы. О том, как в рекордный срок удалось локализовать производство, рассказывает Марина Потокер, генеральный директор РОКВУЛ.
Город в цвете
Серый асфальт давно перестал быть единственным решением для городских пространств. На смену ему приходит цветной асфальтобетон – технологичный материал, который архитекторы и дизайнеры все чаще используют как полноценный инструмент в работе со средой. Он позволяет создавать цветное покрытие в массе, обеспечивая долговечность даже к высоким нагрузкам.
Формула изгиба: кирпичная радиальная кладка
Специалисты компании Славдом делятся опытом реализации радиальной кирпичной кладки на фасадах ЖК «Беринг» в Новосибирске, где для воплощения нестандартного фасада применялась НФС Baut.
Напряженный камень
Лондонский Музей дизайна представил конструкцию из преднапряженных каменных блоков.
Сейчас на главной
Элитарная археология
Проект ЖК ROOM на Малой Никитской бюро WALL строит на сочетании двух сюжетов, которые обозначает как Музей и Артефакт. Музей – это двухэтажный кирпичный корпус, объемами схожий с флигелем городской усадьбы княгини Марии Гагариной, расположенным на участке. Артефакт – шестиэтажная «скульптура» с фасадами из камня и окнами разных вариаций. Еще один элемент – галерея: подобие внутренней улицы, которая соединяет новую архитектуру с исторической.
Из земли и палок
Стены детского центра «Парк де Лож» в Эври бюро HEMAA возвело из грунта, извлеченного при строительстве тоннелей метро Большого Парижа.
Юрты в предгорье
Отель сети Indigo у подножия Тяньшаня, в Или-Казахском автономном округе на северо-востоке Китая, вдохновлен местными культурой и природой. Авторы проекта – гонконгское бюро CCD.
Жемчужина на высоте
Архитекторы MVRDV добавили в свой проект башни Inaura VIP-салон в виде жемчужины на вершине, чтобы выделить ее среди других небоскребов Дубая.
Уроки конструктивизма
Показываем проект офисного здания на пересечении улицы Радио с Бауманской мастерской Михаила Дмитриева: собранное из чистых объёмов – эллипсоида, куба и перевернутой «лестницы» – оно «встаёт на цыпочки», отдавая дань памятникам конструктивизма и формируя пространство площади.
Пресса: Архитектура без будущего: какие здания Россия потеряла...
Прошлый год стал одним из самых заметных за последнее десятилетие по числу утрат архитектурных памятников XX в. В Москве и регионах страны были снесены десятки зданий, имеющих историческую и градостроительную ценность. «Ведомости. Город» собрал наиболее заметные архитектурные утраты года.
Пресса: «Пока не сменится поколение, не видать нам деревянных...
Лауреат российских и международных премий в области деревянного зодчества архитектор Тотан Кузембаев рассказал «Москвич Mag», почему сейчас в городах не строят дома из дерева, как ошибаются заказчики, что за полвека испортило архитектурный облик Москвы и сколько лет должно пройти, чтобы россияне оценили дерево как лучший строительный материал.
Сдержанность и тайна
Для благоустройства территории премиального ЖК Holms в Пензе архитектурное бюро «Вещь!» выбрало путь сдержанности, не лишенной выдумки: в цветниках спрятаны атмосферные светильники, прогулочную зону украшают кинетические скульптуры, а зонировать пространства помогают перголы. Все малые архитектурные формы разработаны с нуля.
Баланс асимметричных пар
Здание Госархива РФ, спроектированное и реализованное Владимиром Плоткиным и архитекторами ТПО «Резерв» в Обнинске – простое и сложное одновременно. Отчего заслуживает внимательного разбора. Оно еще раз показывает нам, насколько пластичен, актуален для современности и свеж в новых ракурсах авторского взгляда набор идей модернистской архитектуры. Исследуем паттерны суперграфики, композиционный баланс и логику. Считаем «капитанские мостики». Дочитайте до конца и узнаете, сколько мостиков и какое пространство там лучшее.
Сады и змеи
Архитекторами юбилейного, 25-го летнего павильона галереи «Серпентайн» в Лондоне стали мексиканцы Исабель Абаскаль и Алессандро Арьенсо из бюро Lanza Atelier.
Лаборатория стихий
На берегу озера Кабан в Казани бюро АФА реализовало проект детского пространства, где игра строится вокруг исследования. Развивая концепцию благоустройства Turenscape, архитекторы превратили территорию у театра Камала в последовательность природных ландшафтов – от «Зарослей» с песком до «Отмели» с ветряками и «Высоких берегов» со скалодромом. Ключевой элемент – вода, которую можно направлять, слушать и чувствовать.
Плетение Сокольников
Высотное жилое строительство в промзонах стало за последние годы главной темой московской архитектуры. Башни вырастают там и тут, вопрос – какие они. Проект жилого комплекса «КОД Сокольники», сделанный архитекторами АБ «Остоженка», – вдумчивый. Авторы внимательны к истории места, связности городской ткани, силуэту и видовым характеристикам. А еще они предложили мотив с лиричным названием «шарф». Неофициально, конечно... Изучаем объемное построение и крупный декор, «вытканный», в данном случае, из террас и балконов.
Браслет цвета зеленки
MVRDV завершили свой пятый проект для ювелирной компании Tiffany & Co. Бутик с ребристым стеклянным фасадом фирменного цвета открылся в Пекине.
Передача информации
ABD architects представил проект интерьеров нового кампуса Центрального университета в здании Центрального телеграфа на Тверской улице. В нем максимально последовательно и ярко проявились основные приемы и методы формирования современной образовательной среды.
Рестораны с историей
Рестораны в наш век перестали быть местом, куда приходят для того, чтобы утолить голод – они в какой-то степени заменили краеведческие музеи и стали культурным поводом для посещения того или иного города, а мы с вами дружно и охотно пополнили ряды многочисленных гастропутешественников.
Они сказали «Да!»
Da Bureau выпустило в издательстве Tatlin книгу, которая суммирует опыт 11 лет работы: от первых проектов и провалов до престижных наград, зарубежных заказов и узнаваемого почерка. Раздел-каталог с фотографиями реализованных интерьеров дополняет история успеха в духе «американской мечты». Что сделало ее реальность – рассказываем в рецензии.
Алмазная огранка
Реконструкция концертного зала Нальмэс и камерного музыкального театра Адыгеи имени А.А. Ханаху, выполненная по проекту PXN Architects, деликатно объединила три разных культурных кода – сталинского дома культуры, модернистской пристройки 1980-х и этнические мотивы, сделав связующим элементом фирменный цвет ансамбля – красно-алый.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Ликвидация дефицита
В офисном комплексе Cloud 11 по проекту Snøhetta в Бангкоке на кровле подиума устроен общедоступный парк: он должен помочь ликвидировать нехватку зеленых зон в городе.
Слагаемые здоровья
Одним из элементов бренда сети медицинских клиник «Атлас» выступают интерьеры, созданные бюро Justbureau с учетом дизайн-кода и современных подходов к оформлению оздоровительных пространств, которые должны обеспечивать комфорт и позитивную атмосферу.
Сад на Мосфильмовской
Жилой комплекс «Вишневый сад», спроектированный AI Studio, умелая интервенция в контекст Мосфильмовской улицы, спокойная и без вычурности, но элитарная: отличается качеством реализованных решений и работой с территорией.
Разрыв шаблона
Спроектировать интерьер завода удается мало кому. Но архитекторы бюро ZARDECO получили такой шанс и использовали его на 100%, найдя способ при помощи дизайна передать амбициозность компании и высокотехнологичность производства на заводе «Скорса».
Барокко 2.0
Студия ELENA LOKASTOVA вдохновлялась барочной эстетикой при создании интерьера бутика Choux, в котором нарочитая декоративность деталей сочетается с общим лаконизмом и даже футуристичностью пространства.
Отель на вулкане
Архитектурное бюро ESCHER из Челябинска поучаствовало в конкурсе на отель для любителей конного туризма в кратере потухшего вулкана Хроссаборг в Исландии. Главная цель – выйти за рамки привычного контекста и предложить новую архитектуру. Итог – здание в виде двух подков, текучие формы которого объединяют четыре стихии, открывают виды на пейзажи и создают условия для уединения или общения.
Огороды у кремля
Проект благоустройства берега реки Коломенки, разработанный бюро Basis для участка напротив кремля в Коломне, стал победителем конкурса «Малых городов» в 2018 году. Идеи для малых архитектурных форм авторы черпали в русском деревянном зодчестве, а также традиционной мебели. Планировка функциональных зон соотносится с историческим использованием земель: например, первый этап с регулярной ортогональной сеткой соответствует типологии огорода.
Пресса: «Сегодня нужно массовое возмущение» — основатель...
место того чтобы приветствовать выявление археологических памятников, застройщики часто воспринимают их как препятствия. По словам одного из основателей общественного движения «Архнадзор» Рустама Рахматуллина, в этом суть вечного конфликта между градозащитниками с одной стороны и строителями с другой.
Год 2025: что говорят архитекторы
В опросе по итогам года в 2025 поучаствовали не только архитекторы, но и журналисты профессиональной сферы, и даже один девелопер. Общий итог: среди зарубежных проектов уверенно лидирует музей шейха Зайда от Foster & Partners, среди российских – театр Камала Кенго Кума и Wowhaus. Среди сюжетов и тенденций – увлечение AI. Но есть и очень оригинальные ответы! Как всегда, есть короткие и длинные, по правилам и без – разнообразие велико. Читайте опрос.