Николай Белоусов: «Наша задача – дать студентам поверить в себя»

20 июля стартует очередной практикум по современной деревянной архитектуре «Древолюция». В преддверии этого события мы встретились с идеологом и куратором проекта, Николаем Белоусовым.

mainImg
Почему вы увлеклись работой с деревом и стали специализироваться на деревянной архитектуре? Это был осознанный выбор или все произошло случайно?

Как и многие наши склонности, все идет из детских воспоминаний и впечатлений. Половина моего детства прошла в подмосковном поселке НИЛ, в классической деревянной даче, такой же, как и большинство домов в поселке: изначально срубленной, а потом многократно достроенной и перестроенной. Поселок НИЛ – это был особый, неповторимый мир, с удивительной атмосферой дачной жизни и ощущением, что лучше деревянного дома нет ничего.

Потом, уже в студенческие годы, учась в архитектурном институте, мы много ездили на обмеры и путешествовали по русскому Северу. А лет сорок назад абсолютно случайно мы с друзьями купили несколько домов в заброшенной деревне в 700 километрах от Москвы, на северо-восточной границе Костромской области, рядом со славным городом Кологрив. Нам пришлось на протяжении нескольких лет самим восстанавливать дома, учиться валить лес, перекладывать венцы, менять фундаменты, класть печи. Недостаток знаний мы поначалу восполняли энтузиазмом и куражом. Но постепенно, мы все основательнее погружались в предмет, изучили всю доступную литературу в Ленинской библиотеке и Библиотеке иностранной литературы. Кроме того, немало справочников по деревянной архитектуре было и в нашей семейной библиотеке благодаря разносторонним интересам моего прадеда. Постепенно, я уже мог выступать в роли эксперта и с удовольствием помогал друзьям не только с ремонтом, но и когда они просили меня помочь с проектированием нового дома или дачи. И не раз это приводило к неожиданным результатам: людям так нравилось жить за городом, что они меняли свой уклад, чтобы проводить как можно больше времени там.

Затем наступило время, когда я руководил собственной мастерской и занимался большими проектами в Москве и Париже. Еще лет пять дерево оставалось моим хобби. Но в 2002 году я понял, что хочу заниматься именно деревянной архитектурой, к которой у меня всегда лежала душа. Я закрыл бюро и начал создавать собственную компанию по проектированию и строительству деревянных домов. Я очень хорошо видел все сложности и проблемы их изготовления и одновременно понимал, какие необъятные возможности таит в себе эта технология, если использовать традиционные и разрабатывать новые, современные приемы работы с деревом. Каков потенциал сруба и всех соединений, таких как: «ласточкин хвост», скрытые пазы и так далее, что можно изменить или скомбинировать по-новому, и как это все повлияет на формообразование. Чтобы мои проекты не зависели от низкоквалифицированных и не заинтересованных в качестве конечного результата плотников, мы решили создать собственное производство и купили брошенную машинно-тракторную станцию под Галичем.
zooming
  • zooming
    1 / 7
    Древолюция 2016. Команда «В ДИНАмиКе». Объект: Скульптурная группа «Раскол». Древолюция2016 Авторы: Черемнова Анна, Дудина Ксения, Кузина Анастасия, Мухин Дмитрий, Сметанин Илья. Фото: Анастасия Кузина
    © Древолюция
  • zooming
    2 / 7
    Древолюция 2016. Объект: «Тропа Мёбиуса» Авторы: Подагуц Галина, Покатович Александра, Сотникова Ксения, Шевчук Полина
    © Древолюция
  • zooming
    3 / 7
    Древолюция 2017. Объект: «Липовый чай». Авторы: Алымова Мария, Костерин Алексей, Крутиков Иван, Кудряков Денис, Николаев Александр, Репина Ольга, Таслунов Александр
    © Древолюция
  • zooming
    4 / 7
    Древолюция 2017. Объект: «О.Р.» Авторы: Воротникова Ксения, Жернакова Наталья, Посадский Ян, Сущин Александр, Черемнова Анна
    © Древолюция
  • zooming
    5 / 7
    Древолюция 2017. Объект: «ПРО… СУХАНОВО» Авторы: Выборова Дарья, Левченко Мария, Николаенков Антон, Пуренков Антон
    © Древолюция
  • zooming
    6 / 7
    Древолюция 2017. Объект: «СКЕЛЕТ ПРОШЛОГО (КАРКАС БУДУЩЕГО)» Авторы: Полищук Мария, Разумовский Ярослав, Ушаков Алексей, Яковлева Мария, Алексей Колесов
    © Древолюция
  • zooming
    7 / 7
    © Древолюция

Она расположена в удивительном месте – на одной из самых высоких точек в Костромской области, прямо на водоразделе ручьев и рек, часть из которых течет на юг и впадает в Волгу и дальше в Каспийское море, а другая – на север, в Северную Двину и Белое море. Прекрасное место, открытое солнцу и ветрам, в окружении лесов, самое подходящее для обработки конструкций для деревянных домов. Выстроенная производственная система позволила нам иметь ту деревянную архитектуру, которую мы презентуем нашим заказчикам, показываем на всех выставках.
  • zooming
    1 / 4
    Дом Николая Белоусова на заводе под Галичем
    © Древолюция
  • zooming
    2 / 4
    На производстве под Галичем
    © Проект ОБЛО
  • zooming
    3 / 4
    На производстве под Галичем
    © Проект ОБЛО
  • zooming
    4 / 4
    «Древолюция 2003» на заводе под Галичем
    © Древолюция

Вы не ограничились развитием собственного бизнеса. В какой момент и почему возникла идея «Древолюции»?

Изучая тему, исследуя традиций русской деревянной архитектуры, я понял, насколько ограниченна и не развита вся эта отрасль в нашей стране сейчас и как мало специалистов, умеющих и стремящихся работать с деревом. Ни в одном архитектурном вузе не читают курс деревянной архитектуры, молодым архитекторам просто негде узнать о ее возможностях. Сначала я хотел выпускать журнал по деревянной архитектуре, а потом пришла идея создания своеобразной школы при нашем заводе. И уже в 2003 году у нас под Галичем прошла первая «Древолюция». Изначально я хотел сделать постоянно действующую летнюю школу-практику для архитекторов и студентов, где они могли бы изучать секреты владения деревом, этим очень сложным, живым, единственным возобновляемым из всех существующих строительных материалов. Но организовать трехмесячный курс было очень сложно, поэтому мы разработали концепцию двухнедельного практикума, которая вот уже пятнадцать лет практически не меняется.

Суть идеи заключается в продуманном сочетании теории и практики. Студенты и молодые архитекторы оказываются в необычной среде, где они учатся понимать дерево и работать с ним. В начале им читают лекции по истории деревянной архитектуры. Одновременно, они изучают технологический процесс: способы соединения деревянных элементов, крепеж, конструктивные особенности древесины и различных пиломатериалов. Также они исследуют предлагаемую в качестве полигона территорию и пытаются сформировать свои представления о ней, о том, что этой территории нужно, что они могут ей предложить, какие проблемы решить, используя дерево. Пять дней они проектируют свои объекты и защищают их перед жюри, которое фактически дает допуск к реализации.

Следующие полторы недели участники практикума реализуют свои проекты. Составляется спецификации на пило- и лакокрасочные материалы, крепеж и так далее. Наши партнеры – производители инструментов предоставляют их участникам бесплатно. Все эти две недели, с утра до вечера, я провожу с участниками, консультируя, объясняя им, в какое место можно и в какое нельзя крутить шурупы и множество других нюансов. В конце практикума проходит общая презентация построенных объектов для основного жюри, в которое традиционно входят мои друзья: знаменитые архитекторы и авторитетные эксперты, занимающиеся деревянной архитектурой. Авторы рассказывают о процессе создания проекта: от первой мысли, первого наброска и до реализованного объекта. И самое главное – студенты формулируют свое ощущение соответствия или не соответствия финального результата изначальному образу. Вечером последнего дня жюри объявляет свое решение и вручает дипломы лауреатам. По правилам практикума, жюри имеет право не присуждать первый приз, но это бывает очень редко. Празднование проходит совместно, так что у молодых архитекторов есть возможность пообщаться с членами жюри и, мне кажется это очень важным, потому что создает ощущение общности и выводит конкурсантов сразу на уровень профессионального разговора, не как с учителями или «звездами», а как с коллегами. Благодаря такому формату практикума, все участники получают в свое портфолио реализованный объект, что всегда значимо для архитекторов, и опыт прохождения всего цикла воплощения архитектурного проекта. Кроме того, я горжусь тем, что работы студентов «Древолюции» получают первые премии и на АрхиWOOD, и на «Зодчестве», и на конкурсах ландшафтной архитектуры. Значит, наши усилия по достоинству оценивают не только люди, вовлеченные в наш процесс, но и широкий круг профессионалов, абсолютно не ангажированных.
  • zooming
    1 / 3
    Дом «Ловушка для солнца». Московская обл., поселок «Зеленая роща». Архитектурная мастерская Николая Белоусова: Николай Белоусов, Николай Соловьев. 2014.
    Фотография © Алексей Народицкий
  • zooming
    2 / 3
    Дом у озера. Архитектурная мастерская Николая Белоусова: Николай Белоусов, Владимир Белоусов. 2018.
    © Древолюция
  • zooming
    3 / 3
    Загородный дом в Завидово. Поселок Завидово, Тверская область. Архитектурная мастерская Николая Белоусова: Николай Белоусов, Владимир Белоусов. 2018.
    © Древолюция

Чему вы отдаете приоритет в построении программы «Древолюции»: овладению навыками работы с деревом или креативным поискам студентов и экспериментам с формой?

Моя задача – дать студентам возможность поверить в себя, научить их уважать себя и раскрыться. Большее за две недели сделать очень сложно, слишком маленький срок. И достигается эта цель в ходе напряженного образовательного и творческого процесса, благодаря которому студенты устанавливают глубокую ассоциативную связь со средой и облекают эту связь в архитектурную форму из дерева.
В этом отношении очень показательными стали результаты прошлогоднего практикума, который прошел в Лесном тереме Асташово, в Чухломском районе Костромской области. Каждый из созданных год назад объектов, помимо высокого художественного качества и, в отдельных случаях, практической функции, нес в себе глубокий философский смысл. Например, в проекте «Дом пророс», получившем гран-при, авторам: Ксении Дудиной, Настасье Ивановой, Дмитрию Мухину, Яну Посадскому, – удалось как бы проститься с тем, что уже ушло и не вернется.

Призраки умершей деревни и рассыпавшихся домов улетают, взмахивая, словно крыльями, веерами стропил. И сделано это безупречно и с архитектурной, и с ландшафтной точки зрения. Или двенадцатиметровые качели, объект «Над», созданные той же командой, были вдохновлены полетом ласточек, живущих в тереме, даже тогда, когда он был почти разрушен. Эта конструкция дает возможность человеку оторваться от земли, от рутины и взлететь, как птица над лесом.
  • zooming
    1 / 3
    «Древолюция 2003» на заводе под Галичем
    © Древолюция
  • zooming
    2 / 3
    «Древолюция 2003» на заводе под Галичем
    © Древолюция
  • zooming
    3 / 3
    «Древолюция 2003» на заводе под Галичем
    © Древолюция

Все объекты рассказывали свои собственные истории, и при этом они достаточно скрупулезно, внимательно проработаны в деталях: в примыканиях, в пересечениях, в вопросах обеспечения пространственной жесткости. Это крайне важный для меня показатель того, что на нашем практикуме студенты не занимаются экспериментами ради экспериментов, а учатся создавать деревянную архитектуру и делать это осмыслено, конструктивно и технологически грамотно. Студенты, молодые архитекторы пересматривают свое восприятие дерева, начинают чувствовать его по-новому.

С чем, на ваш взгляд, связана все возрастающая популярность дерева во всем мире? Из-за развития новых технологий, благодаря которым расширяются возможности по применению деревянных конструкций, или из-за экологии и вопросов ресурсосбережения?

Я всегда студентам и молодым архитекторам говорю, что дерево – это первый материал, который люди начали обрабатывать, выйдя из пещер. Именно из дерева люди начали строить дома для защиты от неблагоприятной среды. За прошедшие тысячелетия технология развивалась, подарив такие шедевры, как деревянные храмы русского Севера, достигающие тридцатиметровой высоты. Но у нас эта традиция не развивается в том масштабе и с тем уровнем государственной поддержки, как это происходит в мире, особенно в европейских странах. Они давно осознали, что строить из дерева дешево и экологично. Там по закону предписывается строить из дерева дома для инвалидов, дома престарелых, детские сады, ясли, и так далее, потому что в деревянных объектах дети меньше болеют, лучше учатся.

Но самая главная причина, по которой я считаю, что за деревом будущее, – восполняемость этого ресурса. Мы строим из дерева дом и за время жизни этого дома вырастет больше деревьев, чем было срублено. Никакой другой строительный материал не может быть восполнен: ни песок, ни глина, ни камень, ни железная руда, не появятся за следующие тысячелетия. Нужны миллиарды лет, чтобы получился простой песок.
  • zooming
    1 / 4
    «Дом порос» / команда АПИЛ ПИЛА
    © Древолюция
  • zooming
    2 / 4
    «Дом порос» / команда АПИЛ ПИЛА
    © Древолюция
  • zooming
    3 / 4
    «НАД» / Команда АПИЛ ПИЛА
    © Древолюция
  • zooming
    4 / 4
    «НАД» / Команда АПИЛ ПИЛА
    © Древолюция

Как вы оцениваете динамику изменения интереса к дереву на основании опыта преподавания в МАРШ и проведения «Древолюции»?

Интерес постоянно растет. В МАРШе вот уже три года я веду преддипломный семестровый курс по дереву у магистров. И могу сказать, что ребята делают невероятные работы, с макетами, с деталями в крупном масштабе, и с показным материалом.

Создается впечатление, что молодым архитекторам очень не хватает возможности поработать с деревом и как только она появляется, они начинают фонтанировать идеями.
  • zooming
    1 / 5
    Древолюция 2015. Объект: Ива с дуплом. Авторы: Стрельников Дмитрий, Бахышев Тимур, Мельникова Ольга, Радченко Светлана. Фото: Ника Демидова
    © Древолюция
  • zooming
    2 / 5
    Древолюция 2015. Объект: Театр теней. Авторы: Дейкин Алексей, Щербаков Фёдор, Яковлев Антон, Сайфутдинов Сафиулла, Журкина Мария, Стаканкова Екатерина, Новикова Анна, Александров Федот, Ковалёв Дмитрий, Александров Андрей, Портнова Оксана, Хохлов Владислав, Грибанова Анастасия. Фото: Ника Демидова
    © Древолюция
  • zooming
    3 / 5
    Объект: Четыре татами. Команда4. Авторы: Боброва Анастасия, Герасимчук Надежда, Грибанова Анастасия, Колесов Никита, Наумов Леонид, Пестрякова Екатерина, Руднева Валерия
    © Древолюция
  • zooming
    4 / 5
    Древолюция 2016. Объект: «Дом призрак». Команда WOODсток. Автор: Долженкова Алина (СПб), Егорычев Егор, Колесов Алексей, Овчинникова Елизавета, Стаханова Евгения, Улько Александр
    © Древолюция
  • zooming
    5 / 5
    Древолюция 2016. Команда 171. Объект: «Отзвук» Авторы: Иванова Анастасия, Медведенко Николай, Никитин Артем, Степанов Артем, Чугреев Всеволод, Шакурьянова Альфия
    © Древолюция

Аналогичная ситуация с «Древолюцией». Благорая работе всей команды и, в первую очередь, организационного куратора Ольги Старковой год от года количество желающих принять участие в практикуме постоянно растет, как и количество публикаций о проекте. В этом году мы получили рекордное число заявок – свои проекты-заявки прислали 56 команд. Это 117 человек. И, хотя я изначально планировал пригласить к участию лишь 30 студентов, пришлось увеличить квоту до 45. Всего мы планируем сделать 5-6 объектов, которые мы будем презентовать 4 августа. Приглашаю всех в Арт-Плей.
 

17 Июля 2019

Похожие статьи
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Женская доля: что говорят архитекторы
Задали несколько вопросов женщинам-архитекторам. У нас – 27 ответов. О том, мешает ли гендер работе или, наоборот, помогает; о том, как побеждать, не сражаясь. Сила – у кого в упорстве, у кого в многозадачности, у кого в сдержанности... А в рядах идеалов бесспорно лидирует Заха Хадид. Хотя кто-то назвал и соотечественниц.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
Дерево за 15 лет
Поемия АРХИWOOD опрашивает членов своего экспертного совета главной премии: что именно произошло с деревянным строительством за эти годы, какие заметные изменения происходят с этим направлением сейчас и что ждет деревянное домостроение в будущем.
Марина Егорова: «Мы привыкли мыслить не квадратными...
Карьерная траектория архитектора Марины Егоровой внушает уважение: МАРХИ, SPEECH, Москомархитектура и Институт Генплана Москвы, а затем и собственное бюро. Название Empate, которое апеллирует к словам «чертить» и «сопереживать», не должно вводить в заблуждение своей мягкостью, поскольку бюро свободно работает в разных масштабах, включая КРТ. Поговорили с Мариной о разном: градостроительном опыте, женском стиле руководства и даже любви архитекторов к яхтингу.
Андрей Чуйков: «Баланс достигается через экономику»
Екатеринбургское бюро CNTR находится в стадии зрелости: кристаллизация принципов, системность и стандартизация помогли сделать качественный скачок, нарастить компетенции и получать крупные заказы, не принося в жертву эстетику. Руководитель бюро Андрей Чуйков рассказал нам о выстраивании бизнес-модели и бонусах, которые дает архитектору дополнительное образование в сфере управления финансами.
Василий Бычков: «У меня два правила – установка на...
Арх Москва начнется 22 мая, и многие понимают ее как главное событие общественно-архитектурной жизни, готовятся месяцами. Мы поговорили с организатором и основателем выставки, Василием Бычковым, руководителем компании «Экспо-парк Выставочные проекты»: о том, как устроена выставка и почему так успешна.
Проникновение?
Фонтан не фонтан, таран не таран, скамейка не скамейка, архив не архив, в коридор входить не рекомендуется: Древолюция 2019 года прошла на Арт Плее, оставив кластеру шесть объектов, не лишенных экзистенциальной печали.
В теме окна
Идеи восьми команд, отобранных для фестиваля «Древолюция», с комментариями жюри. Победители будут работать над новыми проектами в конце июля, на сей раз в Арт Плее на Сыромятнической.
«Древолюция» в гостях у сказки
В этом году фестиваль «Древолюция» забрался даже не на территорию заброшенной усадьбы: недавно отреставрированный русский терем в Костромской области окружен километрами девственного леса. За две недели молодые архитекторы успели сначала в ней прорасти, а потом уйти в полный отрыв.
Пресса: Таврический сад обзавелся деревянными спусками к...
Уникальные деревянные объекты, созданные во время фестиваля-практикума по деревянной архитектуре «Древолюция» в художественно-промышленной академии им. А.Л. Штиглица, появились в Таврическом саду.
Технологии и материалы
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Универсальная совместимость
Клинкерная плитка азербайджанского производителя Sultan Ceramic для навесных вентфасадов получила техническое свидетельство Минстроя РФ. Материал совместим с распространенными подсистемами НФС и имеет полный пакет документации для прохождения экспертизы. Разбираем характеристики и возможности применения.
Как локализовать производство в России за два года?
Еще два года назад Рокфон (бизнес-подразделение компании РОКВУЛ) – производитель акустических подвесных потолков и стеновых панелей – две трети ассортимента и треть исходных материалов импортировал из Европы. О том, как в рекордный срок удалось локализовать производство, рассказывает Марина Потокер, генеральный директор РОКВУЛ.
Город в цвете
Серый асфальт давно перестал быть единственным решением для городских пространств. На смену ему приходит цветной асфальтобетон – технологичный материал, который архитекторы и дизайнеры все чаще используют как полноценный инструмент в работе со средой. Он позволяет создавать цветное покрытие в массе, обеспечивая долговечность даже к высоким нагрузкам.
Формула изгиба: кирпичная радиальная кладка
Специалисты компании Славдом делятся опытом реализации радиальной кирпичной кладки на фасадах ЖК «Беринг» в Новосибирске, где для воплощения нестандартного фасада применялась НФС Baut.
Напряженный камень
Лондонский Музей дизайна представил конструкцию из преднапряженных каменных блоков.
LVL брус – для реконструкций
Реконструкция объектов культурного наследия и старого фонда упирается в ряд ограничений: от весовых нагрузок на ветхие стены до запрета на изменение фасадов. LVL брус (клееный брус из шпона) предлагает архитекторам и конструкторам эффективное решение. Его высокая прочность при малом весе позволяет заменять перекрытия и стропильные системы, не усиливая фундамент, а монтаж возможен без применения кранов.
Гид архитектора по нормам пожаростойкого остекления
Проектировщики регулярно сталкиваются с замечаниями при согласовании светопрозрачных противопожарных конструкций и затянутыми в связи с этим сроками. RGC предлагает решение этой проблемы – закаленное противопожарное стекло PyroSafe с пределом огнестойкости E60, прошедшее полный цикл испытаний.
Конструктор фасадов
Показываем, как устроены фасады ЖК «Европейский берег» в Новосибирске – масштабном проекте комплексного развития территории на берегу Оби, реализуемом по мастер-плану голландского бюро KCAP. Универсальным приемом для создания индивидуальной архитектуры корпусов в микрорайоне стала система НВФ с АКВАПАНЕЛЬ.
Сейчас на главной
Пресса: «Сегодня нужно массовое возмущение» — основатель...
место того чтобы приветствовать выявление археологических памятников, застройщики часто воспринимают их как препятствия. По словам одного из основателей общественного движения «Архнадзор» Рустама Рахматуллина, в этом суть вечного конфликта между градозащитниками с одной стороны и строителями с другой.
Год 2025: что говорят архитекторы
В опросе по итогам года в 2025 поучаствовали не только архитекторы, но и журналисты профессиональной сферы, и даже один девелопер. Общий итог: среди зарубежных проектов уверенно лидирует музей шейха Зайда от Foster & Partners, среди российских – театр Камала Кенго Кума и Wowhaus. Среди сюжетов и тенденций – увлечение AI. Но есть и очень оригинальные ответы! Как всегда, есть короткие и длинные, по правилам и без – разнообразие велико. Читайте опрос.
Европейский подход
Дом-«корабль» Ренцо Пьяно на намыве в Монте-Карло его автор сравнивает в кораблем, который еще не сошел со стапелей. Недостроенным кораблем. Очень похоже, очень. Хочется даже сказать, что мы тут имеем дело с новым уровнем воплощения идеи дома-корабля: гибрид буквализма, деконструкции и высокого качества исполнения деталей. Плюс много общественного пространства, свободный проход на набережную, променад, магазины и эко-ответственность, претендующая на BREEAM Excellent.
Восходящие архитектурные звезды – кто, как и зачем...
В рамках публичной программы Х сезона фестиваля Москомархитектуры «Открытый город» прошел презентационный марафон «Свое бюро». Основатели молодых, но уже достигших успеха архитектурных бюро рассказали о том, как и почему вступили на непростой путь построения собственного бизнеса, а главное – поделились советами и инсайдами, которые будут полезны всем, кто задумывается об открытии своего дела в сфере архитектуры.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Медное зеркало
Разнотоновый блеск «неостановленной» меди, живописные полосы и отпечатки пальцев, натуральный не-архитектурный, «черновой» бетон и пропорции – при изучении здания музея ЗИЛАРТ Сергея Чобана и архитекторов СПИЧ найдется, о чем поговорить. А нам кажется, самое интересное – то, как его построение откликается на реалии самого района. Тот реализован как выставка фасадных высказываний современных архитекторов под открытым небом, но без доступа для всех во дворы кварталов. Этот, то есть музей – наоборот: снаружи подчеркнуто лаконичен, зато внутри феерически блестит, даже образует свои собственные, в любую погоду солнечные, блики.
Пресса: Города обживают будущее
Журнал «Эксперт» с 2026 года запускает новый проект — тематическую вкладку «Эксперт Урбан». Издание будет посвящено развитию городов и повышению качества жизни в них на основе мирового и российского опыта. В конце 2025 редакция «Эксперт.Урбана» подвела итоги года вместе со специалистами в области урбанистики и пространственного развития.
Экономика творчества: архитектурное бюро как бизнес
В рамках деловой программы фестиваля Москомархитектуры «Открытый город» прошел паблик-ток «Архитектура как бизнес». Три основателя архитектурных бюро – Тимур Абдуллаев (ARCHINFORM), Дарья Туркина (BOHAN studio) и Алексей Зародов (Syntaxis) – обсудили специфику бизнеса в сфере архитектуры и рассказали о собственных принципах управления. Модерировала встречу Юлия Зинкевич – руководитель коммуникационного агентства «Правила общения», специализирующегося на архитектуре, недвижимости и урбанистике.
На берегу
Комплекс, спроектированный Андреем Анисимовым на берегу Волги – редкий пример православной архитектуры, нацеленной на поиск синтеза: современности и традиции, разного рода исторических аллюзий и сложного комплекса функций. Тут звучит и Тверь, и Москва, и поздний XVIII век, и ранний XXI. Красивый, смелый, мы таких еще не видели.
Видение эффективности
В Минске в конце ноября прошел II Международный архитектурный форум «Эффективная среда», на котором, в том числе, подвели итоги организованного в его рамках конкурса на разработку эффективной среды городского квартала в городе Бресте. Рассказываем о форуме и победителях конкурса.
Медийность как стиль
Onda* (design studio) спроектировала просторный офис для платформы «Дзен» – и использовала в его оформлении приемы и элементы, характерные для новой медиакультуры, в которой визуальная эффектность дизайна является обязательным компонентом.
Тонкая настройка
Бюро SUSHKOVA DESIGN создало интерьер цветочной студии в Перми, с тактом и деликатностью подойдя к пространству, чья главная ценность заключалась в обилии света и эффектности старинной кладки. Эти достоинства были бережно сохранены и даже подчеркнуты при помощи точно найденных современных акцентов.
Яркое, народное
Десятый год Wowhaus работают над новогодним украшением ГУМа, «главного», ну или во всяком случае, самого центрального, магазина страны. В этом году темой выбрали Дымковскую игрушку: и, вникнув в историю вопроса, предложили яркое, ярчайшее решение – тема, впрочем, тому прямо способствует.
Кинотрансформация
B.L.U.E. Architecture Studio трансформировало фрагмент исторической застройки города Янчжоу под гостиницу: ее вестибюль устроили в старом кинотеатре.
Вторая ось
Бюро Земля восстановило биологическую структуру лесного загородного участка и спроектировало для него пешеходный маршрут. Подняв «мост» на высоту пяти метров, архитекторы добились нового способа восприятия леса. А в центре расположили домик-кокон.
«Чужие» в городе
Мы попросили у Александра Скокана комментарий по итогам 2025 года – а он прислал целую статью, да еще и посвященную недавно начатому у нас обсуждению «уместности высоток» – а говоря шире, контрастных вкраплений в городскую застройку. Получился текст-вопрос: почему здесь? Почему так?
Подлесок нового капрома
Сообщение по письмам читателей: столовую Дома Пионеров превратили в этакий ресторанчик. Казалось бы, какая мелочь. Обратимая, скорее всего. Но она показывает: капром жив. Не остался в девяностых, а дает новую, модную, молодую поросль.
Правда без кавычек
Редакционный корпус комбината «Правда» отреставрируют, приспособив под дизайн-отель. К началу работ издательство «Кучково поле Музеон» выпустило книгу «Дом Правды. На первой полосе архитектуры» об истории знакового здания и его создателе Пантелеймоне Голосове.
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Фокус синергии
В Липецке прошел фестиваль «Архимет», продемонстрировавший новый формат сотрудничества архитекторов, производителей металлических конструкций и региональных властей для создания оригинальных фасадных панелей для программы реконструкции местных школ. Рассказываем о фестивале и показываем работы участников, среди которых ASADOV, IND и другие.
Коридор лиминальности
Роман Бердник спроектировал для Смоленского кладбища в Санкт-Петербурге входную группу, которая помогает посетителю настроиться на взаимодействие с пространством памяти и печали. Работа готовилась для кирпичного конкурса, но материал служит отсылкой и к жизнеописанию святой Ксении Петербургской, похороненной здесь же.
Полки с квартирами
При разработке проекта многоквартирного дома на озере Лиси под Тбилиси Architects of Invention вдохновлялись теоретической работой студии SITE и офортом Александра Бродского и Ильи Уткина.
Б – Бенуа
В петербургском Манеже открылась выставка «Все Бенуа – всё Бенуа», которая рассказывает о феномене художественной династии и ее тесной связи с Петербургом. Два основных раздела – зал-лабиринт Александра Бенуа и анфиладу с энциклопедической «Азбукой» архитектор Сергей Падалко дополнил версальской лестницей, хрустальным кабинетом и «криптой». Кураторы же собрали невероятную коллекцию предметов – от египетского саркофага и «Острова мертвых» Бёклина до дипфейка Вацлава Нижинского и «звездного» сарая бюро Меганом.
Вопрос дефиниции
Приглашенным редактором журнала Domus в 2026 станет Ма Яньсун, основатель ведущего китайского бюро MAD. 10 номеров под его руководством будут посвящены поиску нового, релевантного для 2020-х определения для понятия «архитектура».
Образы Италии
Архитектурная мастерская Головин & Шретер подготовила проект реконструкции Инкерманского завода марочных вин. Композиция решена по подобию средневековой итальянской площади, где башня дегустационного зала – это кампанила, производственно-складской комплекс – базилика, а винодельческо-экскурсионный центр – палаццо.