Ирина Маркина, куратор фестиваля «Архитектурное наследие»
Архитектор, реставратор, проректор Института искусства реставрации, государственный эксперт в области историко-культурной экспертизы, академик Академии архитектурного наследия, советник президента СА России, председатель Совета по наследию СА России
Архитектор, реставратор, проректор Института искусства реставрации, государственный эксперт в области историко-культурной экспертизы, академик Академии архитектурного наследия, советник президента СА России, председатель Совета по наследию СА России
В чем идея всероссийского фестиваля «Архнаследие»?
Это первый всероссийский смотр-конкурс работ, связанных с архитектурным наследием. Смотры-конкурсы по наследию проходили и проходят в регионах – Москве, в Санкт-Петербурге, Тобольске и других. Но они существуют изолированно. Всероссийский фестиваль «Архнаследие» задуман не только как смотр-конкурс работ, но и как платформа для обмена опытом специалистов всей страны. Может быть, в Приморском крае или Хабаровском нет такого уровня памятников, как Александровский дворец в Царском селе, проект реставрации которого разрабатывает «Студия 44» (он был отмечен золотым дипломом фестиваля).
АБ «Студия 44». Проект реставрации Александровского дворца в Царском селе © Предоставлено PR-службой фестиваля
АБ «Студия 44». Проект реставрации Александровского дворца в Царском селе © Предоставлено PR-службой фестиваля
АБ «Студия 44». Проект реставрации Александровского дворца в Царском селе © Предоставлено PR-службой фестиваля
Но реставраторы региона, удаленного от центра теперь имеют возможность продемонстрировать свое мастерство по сохранению объектов культурного наследия и одновременно изучить инновационные методики. В рамках фестиваля была сформирована большая деловая программа: круглые столы, мастер-классы, лекции и дискуссии, конференции – их участники смогли глубоко проработать вопросы сохранения архитектурного наследия и уехали, обогащенные этими знаниями.
Можно на примере какого-то проекта сказать об уровне реставрации в России?
В рамках конкурса «Лучший объект культурного наследия и развития» работало представительное жюри. В жюри вошли доктора архитектуры и искусствоведения, эксперты Минкультуры России, академики РААСН, реставраторы высшей категории, такие как Елена Валерьевна Степанова, Мария Владимировна Нащокина, Лариса Валерьяновна Лазарева, Лев Николаевич Лавренов и другие – просто олимп российской реставрации.
Уровень конкурсных работ очень высокий. Например, комплекс зданий ТЭЦ во Пскове, памятник конструктивизма, реставрация комплекса с приспособлением под жилье. Что интересно в этой работе? Во-первых, исследовательская часть, которая отвечает на вопрос, что является объектом реставрации, а что элементом приспособления. Один из главных критериев определения подлинности – это предмет охраны. Без этого документа мы, аттестованные эксперты, не имеем права оценивать проекты. Предмет охраны разрабатывают историки, искусствоведы, архитекторы. В России действуют национальные стандарты. Они регламентируют количество, качество и полноту разделов проектов сохранения объектов культурного наследия. В проекте реставрации ТЭЦ все было сохранено, включая строительные конструкции.
АБ «Студия 44». Проект реставрации ТЭЦ под ЖК во Пскове © Предоставлено PR-службой фестиваля
АБ «Студия 44». Проект реставрации ТЭЦ под ЖК во Пскове © Предоставлено PR-службой фестиваля
АБ «Студия 44». Проект реставрации ТЭЦ под ЖК во Пскове © Предоставлено PR-службой фестиваля
Расскажите о наградах «Архнаследия».
Санкт-Петербург увез практически все золотые дипломы. «Студия 44» под руководством Никиты Явейна награждена за проект воссоздания Китайского театра в Царском селе. Театр расположен в так называемой «китайской деревне». Семья императора Николая II активно его использовала, смотрели модные театральные постановки. Пока здание находится в руинированном состоянии. Театр был разрушен в войну. Сегодня проведены тщательные исследования в архивах, собраны фотографии прошлых лет. На конкурсе была представлена его трехмерная модель. Очень тактично показано колористическое решение фасадов театра. Современные архитекторы частенько любят пристроить к памятнику что-нибудь или для красоты или с целью увеличения строительных объемов. В проекте реставрации Китайского театра отсутствуют домыслы. Это полное повторение объекта на начало ХХ века. При реализации мы получим полностью воссозданный в его идентичности объект наследия.
АБ «Студия 44». Проект реставрации Китайского театра в Царском селе с приспособлением под музейную функцию © Предоставлено PR-службой фестиваля
АБ «Студия 44». Проект реставрации Китайского театра в Царском селе с приспособлением под музейную функцию © Предоставлено PR-службой фестиваля
А материалы и технологии начала ХХ века будут соблюдены?
Безусловно. Никакого железобетона, никаких современных полимерных материалов (это, в основном, штукатурные и окрасочные материалы по европейским лицензиям, их допустимо применять в реставрации объектов ХХ века, которые строили с использованием цементных растворов и железобетона). А в Китайском театре производственные реставрационные фирмы должны сохранить кирпичную кладку на связующем известковом растворе без использования цемента. Если связующие – известковые, в штукатурном слое должна присутствовать известь.
Считается, что сегодня утеряны секреты ремесленного мастерства. Кто будет делать памятники? Эти ремесленники есть?
Это вопрос дискуссионный. У нас нет статистики по реставраторам-производственникам. Сколько фирм и коллективов, которые профессионально реставрируют, например, памятники деревянного зодчества? Их раз, два и обчелся. Строительный университет готовит главных инженеров строительного производства. Опыт они приобретают на практике реставрации. А те, кто работает руками, – каменщики, белокаменщики, металлисты, жестянщики, живописцы – еще существуют, но эти профессии вымирающие. В некоторых колледжах готовят таких специалистов, однако отследить количество а, тем более, качество – тяжело. В Москве работает 26 архитектурно-реставрационный колледж и еще несколько по стране, но их выпускники после окончания обучения не находят себе работу. В реставрационные фирмы их не берут, потому что нет заказов. Когда реставрационная фирма выигрывает тендер, не известно, сколько в ней и каких реставраторов. Сейчас Министерство культуры проводит рейды, смотрит квалификацию производственников. Бывает, что компанию лишают лицензии.
Например, Изборская крепость XI – XIII веков. Фирма, выигравшая тендер, привлекла неквалифицированных рабочих. В результате испорчена древняя валунная кладка. Приостановлены работы. Михаил Мильчик зафиксировал это, и фирме пришлось возвращать в бюджет государства серьезные суммы.
Есть планы по возрождению ремесленного искусства?
Планы-то есть, но вне планового хозяйства контролировать процесс подготовки кадров крайне тяжело. Если бы это было поставлено на уровень государственной задачи, другое дело. Была бы правительственная программа: подготовить определенное количество специалистов, для этого открыть столько-то учебных заведений. Но в рыночной экономике спрос рождает предложение. А у нас реставрируемых объектов – единицы.
Какая пропорция по России реставрируемых объектов к тем, что входят в реестр памятников?
Вот смотрите, в каталоге около 50 проектов. На всю Российскую Федерацию это крайне мало, поэтому возникает вопрос: для того чтобы отреставрировать все памятники – а их более ста тысяч, – необходимы средства. Здесь показаны работы, где профинансирована разработка проекта либо государством, либо частным инвестором. Из этих объектов в ближайшее время будет реставрирована примерно одна четверть. Это совсем чуть-чуть! На этом количестве объектов системное ремесленное образование не создашь.
На сегодняшний день есть региональный маленький бюджет и федеральный бюджет, тоже не очень большой. Вот выделили около 1,5 триллионов рублей на сохранение, но это капля в море. Все равно спасибо, что государство довело до конца финансирование проектных работ по Китайскому театру и Александровскому дворцу в Царском селе. На следующий год Александровский дворец откроют, там все делается хорошо. Но это федеральные деньги Министерства культуры.
А вот «Скоропечатню Левенсона» в Трехпрудном переулке в Москве авторства Федора Шехтеля финансировал частный инвестор, за свои деньги реставрировал фасады и частично интерьеры. Приспособил здание под офисы с изменением облика интерьеров. Но мы ему благодарны, потому что сохранилось здание.
С.В. Конев, Е.Ю.Конева (ГАП), П.И.Швечихин (ГИП). Реставрация фасадов бывшей скоропечатни «Товарищества А.Левенсон» Предоставлено PR-службой фестиваля
Как жюри выносило решение о Гран При?
Гран-При получили разработчики проекта сохранения Ново-Иерусалимского монастыря в Истре. Воссоздание исторического облика комплекса и его приспособление под действующий монастырь. Часть профинансировало государство, часть – РПЦ. В разработке проекта участвовали Г. Медведева, С. Демидов, Б. Могинов, С. Куликов – опытнейшие реставраторы страны – это цвет национальной реставрации. Проектная работа – очень объемная, хотя без постоянного финансирования, но у нас реставраторы – подвижники. Они просто совершили маленький подвиг, и все члены жюри в один голос сказали, что это Гран-При. Были сделаны исследования и проекты на все прясла крепостных стен, шатры и башни (Могинов Б.М.). Он также награжден памятной медалью Союза архитекторов России им. П.Д. Барановского.
Сейчас, после закрытия фестиваля, Союз архитекторов России направляет письма в правительство Российской федерации, Госдуму России, в правительства городов и регионов, чтобы работы реставраторов были отмечены наградами.
Коллектив ФГУП ЦНРПМ получает Гран При фестиваля «Архнаследие» за воссоздание исторического облика Воскресенского Ново-Иерусалимского монастыря © Предоставлено PR-службой фестиваля
Воскресенский Новоиерусалимский монастырь. Авторы воссоздания 2014-2017 гг. – ВГУП ЦНРПМ. Фотография Архи.ру, 2017
Воскресенский Новоиерусалимский монастырь. Авторы воссоздания 2014-2017 гг. – ВГУП ЦНРПМ. Фотография Архи.ру, 2017
Воскресенский Новоиерусалимский монастырь. Авторы воссоздания 2014-2017 гг. – ВГУП ЦНРПМ. Фотография Архи.ру, 2017
Сейчас урбанизм в фаворе, по всей стране пытаются развивать города и территории. У исторического памятника такой мощный культурный и символический потенциал! А что если возрождение территорий начинать с наследия? Может, есть смысл привлекать к реставрации и другие министерства?
Думаю, да. В свое время мною была выдвинута такая формула: «Сохранение архитектурного наследия сегодня – грант устойчивого развития города в будущем». Отдельный объект наследия – безусловно, символ. Но хотелось бы видеть его в восстановленной исторической среде. На «Архнаследии» был представлен конкурс «Регионы России»: проекты по восстановлению исторической среды города. И такой объект привезла Тульская область – «Проект регенерации исторического Белёва». За эту работу Тульская область получила золотой диплом. По проекту предполагается полностью восстановить Белевский Кремль, а одно-двухэтажную историческую застройку сохранить для будущих поколений. Реставраторы выявили историческую планировку, поработали над комплексами улиц и площадей, посмотрели, каким образом благоустроить эти территории, какие функции привнести в эти пространства, чтобы создать комфортную среду. Очень хорошо развивается кондитерский промысел белевской пастилы. Но остановиться в городе негде. В советское время там была одна гостиница, всегда закрытая – вдруг кто из «обкома» приедет – и дом колхозника. Теперь множество гостевых домов будут открыты прямо в историческом центре.
Госучреждение культуры Тульской области «Центр по охране и использованию памятников истории и культуры». Проект регенерации исторической части г. Белёва в Тульской области © Предоставлено PR-службой фестиваля
Какие еще технологии реставрации показали на «Архнаследии»?
Реставрация исторического ландшафта. Например, ЦПКИО им. Горького в Москве. Это комплекс советских 1930-х годов. Здесь интересна не только архитектура, но и садово-парковые решения. Они получили серебряный диплом за работу по цветникам, малым архитектурным формам, за возврат планировочной структуры, разрушенной в девяностые. Важно отметить, что в Москве есть структуры, которые готовы реставрировать и благоустраивать парки, потому что между объектом и Департаментом культуры города Москвы сформирована такая организация, как «Горпарк». Вообще объекты ХХ века – благодатная тема, потому что почти всегда хорошо документированы. Спасибо Музею архитектуры им. А.В. Щусева, что они сохранили фонды. Все реставраторы там находят бесценную информацию.
