Марк Акопян: «Развитие темы стадионов не прекратится»

Говорим с куратором выставки «Архитектура стадионов» в Музее архитектуры о стадионах ЧМ18, а также о типологии, тенденциях и истории строительства стадионов.

mainImg
На тему грядущего Чемпионата Мира некоторое время уже проходят выставки, лекции, дискуссии. В чем отличие экспозиции выставки в Музее Архитектуры?

Особенность выставки в том, что мы говорим про архитектуру стадионов как про художественную проблему. Стадионы становятся объектом футуристического интереса, и наша выставка посвящена именно истории идей.

Это первая выставка, посвященная истории и современным практикам такого строительства. Нам важно показать, что не только к ЧМ18 в России возводятся новые стадионы, у нас есть почти вековая история спортивного строительства. Лучшие архитекторы, такие как Ладовский, Колли, Власов, Никольский проектировали стадионы иногда и больше десятка лет, и такие мастера есть и сегодня, например, Дмитрий Буш, Андрей Боков, и из-под них вырастает новое поколение специалистов.

Методы архитектурного проектирования в России подвергаются критике со всех сторон, но нам есть чем гордиться. Поэтому мы не стали ограничиваться исторической частью выставки, нам хотелось проявить преемственность «большой» архитектуры в сегодняшнем дне.
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА
Марк Акопян. Предоставлено МА
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА

Выставка – это не завершение исследовательского процесса, наоборот, повод для того, чтобы пригласить людей к обсуждению архитектуры спортивных сооружений. Архитектура стадионов интересна и как исторический как феномен, и как современная тенденция. В ней реализуются самые передовые технологии: строительные, инженерные, информационные, цифровые, и стадион – это то сооружение, которое воплощает в себе авангард современной архитектуры.
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА

Какие мероприятия, запланированные на время выставки, вы бы хотели особо отметить?

В рамках выставки у нас запланирована экскурсионная программа, в том числе на нескольких иностранных языках для гостей. Лекторий музея архитектуры подготовил обширную образовательную программу, в которой примут участие ведущие специалисты по истории спорта и архитектуры. В рамках выставки издан расширенный каталог, в котором мы исследуем не только историю и современные тенденции в архитектуре стадионов, но и пытаемся заглянуть в будущее.
«Архитектура стадионов» в Музее архитектуры. Предоставлено МА
zooming
Казань-арена. Фото: Stanislavgubaydullin via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 3.0

Что на ваш взгляд, как куратора выставки, объединяет стадионы к ЧМ18, кроме требований FIFA? Что делает их единым явлением? Чем стадионы, приготовленные к ЧМ, отличаются от предшествующих, стадионов девяностых и нулевых? 

Ну, начнем с того, что в девяностые стадионы не строились. Первый крупный стадион в новой России после развала советского союза был построен в Москве в 2002 году – это Локомотив, чисто футбольный стадион, он задал вектор современному спортивному строительству. До этого, несмотря на то, что футбол стал уже в 1960-е – 1980-е главным событием на стадионе, специальных футбольных стадионов у нас в стране не было – по инерции они строились с беговыми дорожками. Так что «Локомотив» – уже стадион нового века, нового времени.
zooming
Стадион «Фишт»
© ГК «Олимпстрой»

А от советских стадионов?

Помимо уже названного момента с отсутствием специализации стадионов под конкретный вид спорта, было еще несколько важных отличий.

В советской архитектуре стадион был полностью открытым сооружением, отсутствовал навес над трибунами, защищающий зрителей от неблагоприятных погодных условий. Этот элемент впервые появился в олимпийском стадионе в Мюнхене в 1972-ом году и стал обязательной частью объемно-планировочного решения. Сегодня конструкция навеса-оболочки, его форма, примененные при строительстве инженерные решения являются визитной карточкой стадиона.
zooming
Футбольный стадион «РЖД Арена»
© Моспроект-4

Также с самых первых проектов и вплоть до эпохи позднего модернизма советские стадионы не имели второго яруса трибун, что было вызвано идеологическими соображениями: считалось, что второй ярус появился в планировочном решении в результате необходимости рассадить бедных и богатых, то есть из-за капиталистического подхода к спорту. Поэтому второй ярус трибун начинает появляться в проектах только с 1970-х годов, когда из архитектуры постепенно уходит идеология и стадиону возвращается его зрелищная функция.

Есть существенная разница в подходе к оформлению фасада. Если говорить про эпоху авангарда, то фасады трибун были оформлены конструктивистски, с выявлением опоры; в 1930-1950-е годы же появляется декоративный фасад, который становится смысловым и идеологическим элементом: он был оформлен в национальных мотивах, так чтобы мы четко могли узнать принадлежность стадиона к какой-либо ССР; в эпоху модернизма от фасада опять отказываются, конструкции снова становятся главным элементом выразительности. Важно понимать, что тогда у стадионов не было клубной принадлежности, хотя на них и тренировались конкретные команды, – в оформлении фасадов мы не видим отсылок к цветам сборных, такие черты могли появиться только в эпоху рыночной экономики, когда спортивные сооружения становятся частью имиджа, и каждый спортивный клуб стремится подчеркнуть, что у него свой особенный стадион.
Д.Н. Чечулин. Проект оформления парадного подъезда к стадиону «Динамо» с павильонами метро. Перспектива, 1937. Бумага, карандаш, акварель, белила 59х145
Олимпийский стадион в Мюнхене. Фото: 2014 Olympiastadion Munich via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 3.0
Д.М. Иофан, Н.П. Заплетин, С.А. Гельфельд, при участии И. Степанова. Консультант С.П. Зверинцев Центральный стадион им. И.В. Сталина. 2-ой конкурс. Аксонометрия, 1933. Бумага, карандаш, цветная тушь, акварель 85,5x180,5
А.В. Андриасян, Г.А. Исабекян, С.Н. Сусоколов, Н.Е. Цыганков, консультант П.В. Ратов. Центральный стадион им. И.В. Сталина. 2-ой конкурс. Аксонометрия, 1933. Бумага, карандаш, цветной карандаш, тушь, акварель 118x143
zooming
А.Ф. Хряков. Рисунок «На стадионе», 1954. Бумага, карандаш, акварель, белила 20х70
М.П. Бубнов и др. Проект реконструкции Лужников к Олимпиаде. Панорама со стороны Москва-реки 1979. Бумага, карандаш, тушь, гуашь, аппликация 103x600

Сегодня очень популярно применение навесного фасада, который скрывает конструктивное решение стадиона, при этом фасад превращается в самостоятельный элемент, позволяющий реализовать любые дизайнерские решения.

Стадионы, которые участвуют в ЧМ18, не похожи друг на друга, тогда как в прошлом стадионы, построенные в один временной промежуток, были стилистически близки между собой. В XX веке разнообразие типов и стилей спортивных сооружений было результатом развития во времени их типологии, все же 12 стадионов, участвующих в ЧМ18, различны по своей архитектурной сумме.

У нас есть пример стадиона в Калининграде, в решении которого применен навесной фасад из сине-белых полос, отсылающих нас к футбольному клубу Балтика и к морской тематике, или пример стадиона в Саранске, в котором фасад как будто надувной и состоит из разноцветных сегментов, или например стадион в Самаре, который представляет из себя пологий купол, в котором выявлены конструктивные узлы из треугольных сегментов, накрывающий практически весь стадион, и так же есть стадион в Екатеринбурге, представляющий интересное решение в реконструкции, когда новая конструкция нанизывается на овал старого стадиона.

Эти стадионы показывают разные подходы к пластике, что делает каждый из них уникальным, и это тот случай, когда удалось избежать типологизации и однотипности в облике крупных арен, которые подготавливают одновременно для одного события.
Л.Я. Лангман, Л.З. Чериковер. Центральный стадион им. И.В. Сталина. 1-ый конкурс. Аксонометрия, 1932. Бумага, карандаш, тушь, акварель 107x109
zooming
Мордовия-арена. Фото: Эрзянин via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 3.0
Стадион в Калининграде. Фото: Dmitry Rozhkov via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 3.0
zooming
Космос-арена в Самаре. Фото: Muffi via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 3.0

За последние 10 лет в России можно отметить бум строительства стадионов. Как вы думаете, означает ли это, что следующее десятилетие стадионы совсем не будут строиться?

Я так не думаю. Для того, чтобы строить стадионы, нужно два фактора: первый – это устаревание предыдущей инфраструктуры, то есть когда технологию сооружения нужно обновлять, второй – появление нового повода для такого строительства. В 1930-е годы случалось, что стадионы строили на месте авангардных, или стадионы 1920-х переделывали, чтобы переодеть конструктивистское сооружение в классическую форму, то же самое было в послевоенное время, когда стадионы должны были стать площадками для парадов. В 1960-е годы футбол становится самым значимым видом коллективного спорта, появляется институт «боления за команду», и уже возникает необходимость строить именно для футбола большие арены.

Сегодня повод – это снова футбол, и именно для него строятся стадионы, но спустя какое-то время настанет некий критический срок годности старых стадионов, и возникнет потребность в их перестройке. Многие из стадионов, которые строятся сейчас, не предназначены для участия в чемпионате: например, стадион Динамо, или небольшой стадион на 10 тысяч зрителей в Раменском, стадион в Грозном – Ахмат-арена, стадион в Каспийске.

Стадионы строятся и обновляются. К ЧМ18 были реализованы действительно крупные проекты, но важно замечать, что есть и просто рядовое строительство стадионов, не говоря уже о том, что помимо них есть и другая спортивная архитектура. Поэтому я думаю, что возможен спад интереса к строительству стадионов, и он абсолютно естественен, но развитие темы не прекратится, потому что на спорт всегда есть запрос и у нас есть сейчас мастера проектирования спортивных сооружений.
zooming
Футбольный стадион «Екатеринбург Арена»
Фотография: Lobachev27 via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY 4.0
Реконструкция стадиона «Динамо». ВТБ Арена Парк. Проект
© David Manica, Manica Architecture
Стадион Раменское
zooming
Ахмат-арена

Кстати об обновлении устаревшей инфраструктуры. Реконструкция стадионов широко распространена в последнее время как отдельное направление строительства. Какие подходы к реконструкции существуют в Европе, какие применяются у нас?

Этих подходов по большому счету три. Первый – самый болезненный, когда сносится старый стадион и на его месте возводится новый. Из мировых примеров наверно самый яркий – это стадион Уэмбли в Лондоне, который снесли несмотря на его историческую ценность, а на его месте построили новый, такой же по архитектурному качеству. Особенно такая практика распространена среди клубных стадионов. У нас такие примеры тоже есть, – стадион «Санкт-Петербург», возведенный на месте стадиона-холма имени Кирова. Второй подход к реконструкции связан с сохранением значительной части здания, – как правило сохраняют фасад и полностью меняют внутреннюю начинку сооружения. Здесь яркий пример это московские Лужники, исторический облик которых, задуманный Власовым еще в 1956 году, удалось сохранить без изменений, при этом полностью изменив стадион внутри. Сейчас «Лужники» – это футбольный стадион, отвечающий всем мировым стандартам. Похожий пример – стадион Маракана в Бразилии, который так же был значительно реконструирован к чемпионату мира, и в котором остался по сути только остов от старого стадиона, внутри же все было обновлено.Третий подход – это перманентное обновление стадиона в процессе эксплуатации, когда из года в год в рутинном режиме стадион все время реконструируют – в один год меняют систему полива газона, в другой год обновляют интерьеры VIP-лож, в третий год телевизионную инфраструктуру.
стадион в Каспийске
zooming
Стадион Уэмбли. Фото: M(e)ister Eiskalt via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 3.0
zooming
Стадион «Лужники». Фото: Комплекс градостроительной политики и строительства города Москвы via Wikimedia Commons. Лицензия Лицензия CC BY-SA 4.0
zooming
Стадион Маракана в Бразилии. Фото: Erica Ramalho via Wikimedia Commons. Лицензия CC-BY-3.0-BR
zooming
Стадион «Санкт-Петербург». Фото: Godot13 via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 4.0

Есть и четвертый подход, но это исключение из правил, а не устоявшаяся практика реконструкции – когда клуб переезжает на новую площадку, а старый стадион остается памятником архитектуры и используется как парк-музей. Как пример можно привести олимпийский стадион в Мюнхене. Клуб Бавария (Bayern) переехал на новую площадку – Альянс-Арену, а старый стадион остался как памятник, архитектурный парк – место для туристов и рекреационный объект под открытом небом. Это очень редкий пример и такой подход применение только к каким-то действительно значительным сооружениям, и когда есть консенсус между строителями, девелоперами, городом, спортивным клубом.
zooming
Альянс-Арена. Фото: Maximilian Dörrbecker via Wikimedia Commons. Лицензия CC BY-SA 2.5

13 Июня 2018

Похожие статьи
«Наутилус» спорный, но бесспорно наш
Интервью, взятое Еленой Леонидовной Косоренковой у архитектора Алексея Ростиславовича Воронцова. О капроме, девяностых как свободе и символе эпохи. Каком именно? По словам Алексея Воронцова, никакой ИИ «Наутилус» спроектировать не сможет.
Олег Шапиро: «Мы проектируем жизнь целиком, во всем...
Wowhaus давно уже не специализируется на «благоустройстве». Одна из новых тем – неоиндустриализация. Другая – большие мастер-планы. Но и с Парком Горького работа вновь идет. Только более системная и масштабная. В этом интервью – одновременно вспоминаем Колхаса, Стрелку, историю внимания к «городской среде» – и выясняем, чем именно сейчас занят Wowhaus и как устроена его работа. Из 9 подразделений и 160, примерно, сотрудников.
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Пресса: Чемпионское дело: в Москве пройдет выставка спортивной...
В конце мая в Государственном музее архитектуры имени А. В. Щусева открывается выставка «Архитектура футбольных стадионов. От авангарда к современности», приуроченная к XXI чемпионату мира по футболу. Экспозиция будет состоять из двух частей — исторической и современной. Последняя расскажет о 12 стадионах, которые уже в июне примут матчи чемпионата в 11 российских городах.
Технологии и материалы
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Дом из бутылки
В MIT испытали ферменную систему перекрытий, напечатанную на 3D-принтере из переработанного пластика. По жёсткости конструкция соответствует строительным нормам США, но заметно дороже деревянных аналогов.
Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче
Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Префабрикация плюс ТИМ: новая логистика стройки
Доля префабрицированных зданий в России – всего 6%. При этом производство домокомплектов растёт на 15–20% в год, а ТИМ с 2025 года стал обязательным. Рынок уже созрел для рывка, но настоящая эффективность возникает только в том случае, когда информационная модель становится не просто документом, а производственным заданием для завода.
LOGICFALZ: комплексные решения для фальцевой кровли с...
Фальцевая кровля – долговечная, геометрически гибкая и визуально выразительная система, которая, однако, требует внимательной работы инженеров. Ошибки оборачиваются протечками, перерасходом материала и переделками уже на готовой кровле. Компания ТЕХНОНИКОЛЬ выходит на рынок фальца с комплексом готовых систем LOGICFALZ, где инженерное сопровождение – базовая составляющая.
Комплексные системы в музейном строительстве: опыт...
Пермская художественная галерея наконец переехала в здание, спроектированное специально под музейные функции. За впечатляющей архитектурой стоит не менее серьёзная инженерная история: десятки тысяч квадратных метров специализированных систем, подобранных индивидуально под каждую зону здания – от подземных фондохранилищ с особым микроклиматом до криволинейных поверхностей общественных пространств.
Новый стандарт индустрии: как AIG меняет рынок стекла
Зеленоватый оттенок обычного стекла – давно известная особенность материала, которую архитекторы воспринимали как данность. Чем толще стекло и чем масштабнее конструкция, тем заметнее этот эффект – и тем сильнее он расходится с проектным замыслом. Технологический ответ на этот вызов – первая в России линия производства просветленного стекла с минимальным содержанием оксидов железа Crystalvision. Компания AIG переводит на него всю свою продуктовую линейку.
Инженерная древесина вместо бетона: LVL-брус для детских...
LVL – конструкционный материал, который отлично работает там, где нужны большие пролёты, заводская точность и скорость монтажа. В частности, для строительства инфраструктуры детского отдыха, которая должна сочетать безопасность, долговечность и высокие темпы строительства. Смотрим опыт модернизации детских лагерей Тверской области: новые корпуса с каркасом из LVL собирались за считаные дни и вводились в эксплуатацию за сезон.
ЖК «Регенбоген»: как история места определила выбор...
В концепции проекта ЖК «Регенбоген» на Васильевском острове (архитектор Сергей Шустерман, бюро Astragal) промышленное наследие района стало отправной точкой. В дизайн-коде фасадов нашла отражение азбука Морзе, а сами фасады выполнены из полноформатного кирпича и плитки: такое решение позволило реализовать сложный объект в условиях исторического центра Петербурга.
Оттенки квартала: клинкер ModFormat на фасадах СберСити
Квартал В17 в Рублево-Архангельском – один из первых реализованных фрагментов нового московского района, который Сбер строит с нуля. Архитектурное бюро МЛА+ выбрало для облицовки периметральных корпусов клинкерную плитку ModFormat завода «КС Керамик». Три цвета, один формат и большая работа по подбору оттенков – разбираемся, как это решение работает в масштабе квартала.
Модульный стандарт фасадных решений
Модульная фасадная система МАНУФОРМ предлагает новый подход к облицовке зданий, в полной мере раскрывая потенциал технологии НВФ: вместо штучной плитки – крупноформатный блок заводской готовности. Эксклюзивные фактуры коллекций, цельные углы, элементы декора и фирменные затирочные составы сочетаются с технологическим превосходством при монтаже. Разбираемся, как это работает и что это дало архитекторам на примере пяти реализованных объектов.
Ингмар Витвицкий: «Сегодня стекло полноценно формирует...
Когда архитектор выбирает остекление, он работает сразу на двух уровнях: создаёт выразительный силуэт и продумывает будущую эксплуатацию фасада. Как эстетика и функционал стекла складываются в цельный замысел, рассказывает основатель и руководитель архитектурно-строительного бюро «Ингмар» – Ингмар Витвицкий.
Сейчас на главной
Зачем подстанции бирюза?
Powerhouse Company и Studio RAP попытались сделать подстанцию в нидерландском Бевервейке арт-ориентиром с помощью керамического панно, но эта попытка подать «пром» как искусство вызывает скорее вопросы, чем восхищение.
Волны крыш
В Сучжоу открылся Музей современного искусства – первый реализованный проект художественного музея от BIG, как его позиционируют сами архитекторы.
Антракт на крыше
Под конец лета в Петербурге появилось новое место, откуда можно любоваться городом с высоты: Новая сцена Александринского театра открыла для посетителей пространство крыши, где можно выпить кофе, послушать лекцию или посмотреть спектакль. Проект приспособления разработали студенты петербургских вузов под присмотром «Студии 44» и Евгения Новосадюка.
Внутри воспоминаний
Санкт-Петербург собирает коллекцию интерьеров авторства замечательного архитектора и художника Александра Бродского. К музею «Полторы комнаты» и кафе «Пища династии Минь» в этом году добавилось еще одно место, называющееся просто «Шалман». И пока вы вспоминаете значение этого сленгового слова, мы с удовольствием представляем вам пространство, дающее посетителям буквальную возможность оказаться внутри произведения искусства.
Золотая медаль МАРХИ 2026. Итоги
1 сентября в МАРХИ вручают Золотые медали 2026 выпускного года. В этом году их обладателями стали: в категории «магистр» Денис Дудин с кафедры «Архитектура промышленных сооружений», а в категории «бакалавр» Варвара Жукова с кафедры «Архитектура жилых зданий». Показываем работы победителей.
Буква рядом с Малевичем
Проект Карена Сапричяна для Сколково возник еще в 2018 году как часть многолетней серии небоскребов-букв. Теперь, на фоне закрытого международного конкурса на вторую очередь кампуса Московской школы управления, автор вернулся к концепции и вновь предлагает башню с гигантской S в качестве вертикального акцента рядом с комплексом Дэвида Аджайе.
Обилие углов
Комплекс социального жилья в Сан-Франциско по проекту OMA вписан в окружение исторических таунхаусов с помощью складчатого фасада.
Архетип вместо декора
Как легенды Татарстана становятся частью современной архитектуры: в интерьерах ЖК «Зилант Премьер» студия BLOK переосмыслила образы Зиланта и Белого Барса.
Следующая фаза или подземные эксперименты. Часть...
Способность к постоянной эволюции – это одно из особых качеств московского метрополитена. Особый интерес представляет непрекращающийся поиск нового дизайна для строящихся станций метро. Недавний триумф нескольких проектов, реализованных по итогам конкурсов, кажется, вдохновил город на дальнейшие эксперименты, но уже без состязательной компоненты и, в большинстве случаев, без имен авторов проектов.
Романтика петербургского двора
Подход «Студии 44» к редевелопменту территории винного завода «Ливиз» кажется важным для Петербурга прецедентом: архитекторы приспосабливают не только объекты культурного наследия, но и другие дореволюционные здания, раскрывая их характерные черты и снабжая новой функцией – общественной или жилой. Новая архитектура сплетается со старой, формируя набор ясных или намеренно усложненных городских пространств. Кварталы разных типологий дополняет пешеходный променад, который делает среду проницаемой и оживленной. И все это – под знаменем романтики и ностальгии по историческому городу.
Новая элегия
Всегда любопытно рассматривать объекты, которые архитекторы строят для себя – кажется, именно они говорят об авторском подходе лучше всего. Беседку, дополнившую пруд на загородном участке Сергея Никешкина, отличает изящное конструктивное решение, динамичный силуэт и детали, изготовленные архитектором вручную. Кроме того, в объеме постройки спрятано техническое помещение, которое обеспечивает фильтрацию воды.
Впечатляющая линия
Бюро CONTINUUM изучило связь между характером скайлайна и впечатлением, которое город производит на людей. Выяснилось, что линия горизонта участвует в формировании эмоционального образа города, хоть и не объясняет его полностью. А еще это инструмент, с которым можно работать при проектировании. Рассказываем о методологии и других выводах.
Архитектура на расстоянии вытянутой руки
В рамках летней практики студенты МАРХИ из архитектурной лаборатории Kleinewelt Architekten отправились в Царское Село. Формальный повод – обмеры казарм, построенных в начале ХХ века – дал гораздо больше, чем кроки и чертежи. Стремянки и рулетки стерли дистанцию между будущими архитекторами и материальностью здания, превратив работу в расследование и серию открытий. Почему девиз «Лезьте и трогайте» важен для всех, кто хочет понимать архитектуру, – рассказывают участники практики.
Бульвар течет
Бюро А4 выстроило пространство бульваров первой очереди ЖК «Шагал» как единый нарратив: от первого шага до площади-водоворота в его кульминации – всё подчинено логике движущейся воды, воплощённой в планировке, озеленении и авторских малых формах.
Памяти Андрея Оболенского
Архитектор храмостроитель Андрей Николаевич Оболенский умер 24 августа 2026. Вчера его отпевали в церкви Преображения при Храме Христа Спасителя, реализованной по его проекту. Оболенский известен прежде всего как архитектор ХХС, но если смотреть точнее – он, в частности был инициатором программы строительства часовен, а не новоделов, на месте утраченных храмов, а также составления нормативов. Его, вероятно, можно назвать «движителем» развития храмовой архитектуры постсоветского времени.
Не все перемелется
Пражское бюро mar.s architects превратило в ЖК старую мельницу в деревне близ Ческе-Будеёвице, проявив уважение к истории и духу места.
Будущее науки
Открылась выставка проектов конкурса на новое здание ФИЦ. Она скорее техническая, 2 дня в неделю 2 сеанса по 30 минут. Одновременно объявлено о планах следующей выставки по следам того же конкурса, в Сколково. И о планах использовать проекты финалистов не только для ФИЦ, а для реконструкции других зданий, связанных с научной работой.
Связующая нить
Создавая интерьер многофункциональной чайной «Нитка», архитекторы бюро PAUM создали оригинальное пространство, в котором ассоциации со знаменитым Чайным домом Перлова, расположенным по соседству, переведены на актуальный и немного ироничный дизайнерский язык, презентующий новое прочтение почти забытой типологии.
Голос Амура
Бюро «МВ-ПРОЕКТ» выиграло конкурс на фасады Хабаровского краевого академического музыкального театра. Архитекторы выступили смело: предложили впечатляющую волнообразную оболочку, вдохновленную водами Амура, а также озелененные террасы на кровле, чем и заслужили абсолютное большинство голосов от горожан. Рассказываем подробнее о концепции, ее реализуемости и образной емкости, которая позволяет находить отсылки к Ивану Айвазовскому и Кацусика Хокусаю.
Пятеро в ЖК, не считая павильона
Портовое, индустриальное прошлое амстердамского района Бёйкслотерхам вдохновило Powerhouse Company, Orange Architects и NEXT на использование стали, стекла, бетона и кортена в жилом комплексе KAAP из пяти корпусов и павильона.
Стиль как фантом и фактор единения
Московский архитектурный рынок середины 2020-х годов отличает жестокая конкуренция в сочетании с отсутствием внятных правил игры. Борьба за заказы идет нешуточная. И все же в одном вопросе игроки этого рынка проявляют поразительное единодушие: все как один выступают против внедрения единого архитектурного стиля. Соответствующую позицию, если верить инсайдерам, высказали топовые архитекторы столицы, приглашенные в конце мая-начале июня на серию неформальных встреч с представителями городских властей. Собственно, и на первом из двух круглых столов про стиль в рамках последней «Арх Москвы», организованном бюро «Эмпейт» совместно с бюро «Остоженка», – «А был ли мальчик? Стиль как фантом и фактор единения» – зодчие не особо стеснялись в выражениях, отстаивая свое право работать в оригинальной творческой манере. Предлагаем ознакомиться с тезисами той дискуссии.
Цветы для Елецианцев
До 18 октября в Ельце проходит фестиваль современного искусства «Арт-Елец» с темой «Культурный слой». Еще не поздно успеть. Надувные цветы Павла Зуданова, железная башня Константина Ларина, гигантские коклюшки Анны Рымарь – вашему вниманию подробный и вдохновенный рассказ Юлии Зинкевич с множеством цитат участников. И да – жителей Ельца иногда называют елецианцами.
Театр для фигуристов или Cherchez la femme
Ледовые дворцы по своей типологии близки к промышленным зданиям: огромные безоконные залы, минимум архитектурных излишеств. Проектируя Navka Arena, Юлий Борисов и архитекторы UNK не стали бороться с утилитарной природой сооружения, но собрали всю образную часть проекта в одном месте – на центральном фасаде. Параболический козырек, монументальная скульптура-фигуристка и ее нарисованная перфорацией тень превратили обычную спортивную «коробку» в архитектурное высказывание о льде, движении и театре.
Акценты для ландшафта
Две постройки с широким спектром функций на озере Лаолихай во Внутренней Монголии по мысли пекинского бюро BUZZ | Büro Ziyu Zhuang «кадрируют» степной ландшафт.
Театр времен
Бюро Ahmadullin Architects предложило для села Верхотор на юге Республики Башкортостан парк, в котором руины заводского комплекса XVIII века становятся частью ландшафта. Проект победил во Всероссийском конкурсе комфортной городской среды 2023 года
С ювелирной точностью
До 4 октября в Государственном музее архитектуры проходит выставка «Федор Шехтель. Грезы русского модерна», приуроченная к столетию со дня смерти архитектора. В парадной анфиладе усадьбы Талызиных собрали две с половиной сотни экспонатов – графику, фотографии, макеты, мебель, книги и семейные реликвии.
Три слагаемых простоты
DO buro продолжает развивать собственный стиль, исследующий эмоциональные глубины смеси минимализма, брутализма и легкого намека на свингующие 60-е. Очередным доказательством успешности этого коктейля стал интерьер флагманского магазина бренда Sanchy.
Глазастое оригами
В проекте ЖК Jezero на словенском курорте Блед бюро Enota интерпретировало традиционный для региона Гореньска тип дома.
Жилье в спичечном коробке
Город Эйндховен в Нидерландах – центр технологий и инноваций. И именно здесь, почти назло индустриальной эстетике, по заказу жилищной ассоциации Trudo, появилось почти полностью деревянное здание Matchbox, спроектированное бюро KAAN.
Грани нового города: проекты SEZAR GROUP в Большом Сити
В Большом Сити формируется новая городская панорама, а вместе с ней – новые представления о том, каким может быть жилье в мегаполисе. На территории Большого Сити порядка 30 га – проекты SEZAR GROUP; по мнению аналитиков, на данный момент компания – ключевой девелопер этого масштабного проекта. По изучению портфеля из реализуемых компанией объектов можно проследить процесс рождения нового города на месте крупных промзон. А заодно поставить «точку» градостроительной программы ММДЦ «Москва-Сити», где SEZAR GROUP застраивает два последних участка.