Лужайка бородачей

Раньше её называли Никсоновой лужайкой, а теперь можно вот так. Размышляем о контрасте между памятником и благоустройством от AI-architects.

Юлия Тарабарина

Автор текста:
Юлия Тарабарина

mainImg
Архитектор:
Василий Сошников
Мастерская:
AI-architects https://ai-ar.ch/
Проект:
Благоустройство Боровицкой площади
Россия, Москва

Авторский коллектив:
Александр Томашенко, Иван Колманок

4.2016 / 11.2016
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
«А нам остаются круги на воде»
Андрей Макаревич, Спускаясь к великой реке

«Статуй был как статуй»
А. и Б. Стругацкие, Град обреченный

Неделю назад я съездила на Боровицкую площадь посмотреть, как она там с новым памятником и благоустройством от AI-architects. На площади было людно: посетители, преимущественно предпенсионного возраста, фотографировались вокруг памятника, обсуждали горельефы за ним, зримо доказывая вечную популярность нарратива. Люди группировались и на противоположной стороне Моховой: одни выясняли, как перейти на другую сторону площади, другие – что за дворец такой на холме над ними. Пашков дом, дом Пашкова… Кто такой Пашков? Пожилых посетителей разбавляли группы юношей в куртках с надписью Russia на спине. Происходящее напоминало стихийный, хотя необычно тихий митинг коммунистов.
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Военно-историческое общество, которое поставило памятник, постаралось и расписало брандмауэр дома напротив лицами Минина и Пожарского – и лидеры второго ополчения, и бронзовый князь имеют схожее выражение лиц, между князьями Дмитрием Михайловичем и Владимиром Святославичем возникает какое-то напряжение, большие круглые глаза отрешённо смотрят куда-то по косой вверх – не иначе как ожидают прибытия космической расы бородачей из новой книги Пелевина. Солдат из Трептов парка, нарисованный на соседнем брандмауэре, закругляет картину окончательно: Боровицкая площадь идеологически освоена; куда там Кремлю или Пашкову дому, тут вовсю работает монументальная пропаганда, поддержанная, как справедливо заметил Рустам Рахматуллин, статуями Александра I и патриарха Гермогена «тоже с крестом» в Александровом саду.
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Об особенностях получившейся скульптуры Салавата Щербакова сказано так много, что не хочется повторять. Она крупновата, и непонятно, дорабатывали болванку после уменьшения высоты или оставили как была. Густо покрыта орнаментом в духе реалистического историзма XIX века, от которого скульптура ушла недалеко, разве что XIX век не позволял, кажется, себе устанавливать памятники такого размера так близко к зрителю, но и тут многое объяснимо: данный князь есть результат довольно механистичного условного переноса Св. Владимира, воспетого Михаилом Афанасьевичем Булгаковым, условного присвоения его Москвой и в этом смысле повторяет истории строительства храмов – Новых Иерусалимов, только с обратным знаком: если Новые Иерусалимы возвышают Святую землю и поклоняются ей, то здесь перенос, по-видимому, не подразумевает почитания первоисточника. Надо ведь было запросить в Киеве модель памятника, тогда перенос был бы точнее. Вот патриарх Никон же запросил модель Иерусалимского храма в свое время. Словом, памятник спорный, как стыдливо определяют его те, кто не хочет вступать в спор и ругать.

Дискурс разделился, таким образом, на три примерно потока: одни по служебной обязанности пиарят памятник, другие ругают и дискутируют – этих больше всего, это основная ветка. Третья самая маленькая: тут хвалят благоустройство «Никсоновой лужайки», интонационно отделяя его от «спорного памятника». И невдомёк им, что это вещи довольно-таки неразделимые, они уже вместе. Но тоже понятно почему: памятник плохой, благоустройство хорошее, надо разделить их по смыслу, иначе, как говорил Высоцкий про «Робин Гуда» – «фильм плохой, баллады хорошие, поэтому баллады надо убрать».

Итак, Никсонова лужайка, все домики на которой снесли в 1972 году, после миллиона терзаний: планов строительства депозитария музеев Кремля и княжеских скитаний, теперь благоустроена под памятник. Москомархитектуры провёл прогрессивный конкурс, куда пригласил 20 молодых и перспективных архитекторов. На работу дали всего неделю. В финал вышло семь бюро, победили AI-architects: Александр Томашенко и Иван Колманок, – и это большой успех в любом случае, сделать площадь в самом центре Москвы. Проект реализован достаточно быстро, его главной идеей было символически изобразить круги на воде, из которой якобы выходит крестившийся князь. В связи с чем возникает крамольная мысль: а нельзя ли снабдить площадь механизмом, который убирал бы памятник под землю – условную воду, и выдвигал бы его вверх, символически крестя язычника, при проезде мимо, скажем, правительственных делегаций. Было бы очень сюжетно, с одной стороны – deus ex machina, с другой – ансамбль в остальное время был бы лишь благоустроенной площадью… Но это фантазии, конечно, кто же будет рыть такую глубокую яму.

Архитекторы предлагали сделать вокруг постамента Владимира небольшой пруд-бассейн, чтобы памятник окутывался паром, ночью – светящимся. Идея выхода из воды становилась таким образом буквальной. Но с бассейном не получилось, хотя была бы отличная перекличка с бывшим бассейном «Москва» – многие ещё помнят, как он парил зимой. Ограничились подсветкой, вообще подсветка в этом проекте играет самую креативную роль и архитекторы, по их словам, приложили много усилий для того, чтобы не упрощать проект при реализации. Просчитали геометрию лампочек, вмонтированных в траву, подсветили ступеньки, опирающиеся на железобетонную конструкцию, заложили возможность разных программ мигания лампочек – праздничную, например. Вокруг постамента вместо бассейна сделали световой контур, похожий на нимбы-обручи с картин Врубеля – где-то его уже назвали нимбом. В дождливый или снежный день свет от кольца должен создавать мерцание капель вокруг князя, который символически выходит из воды.
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Боровицкая площадь, 11.2016. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
zooming
Первоначальный вариант благоустройства Боровицкой площади под памятник Св. Владимиру © НИиПИ Иститут градостроительного и системного проектирования / archsovet.msk.ru

Так что – невозможно оторвать благоустройство от памятника, любая добросовестная работа, а она в случае с благоустройством, очевидно, добросовестная и креативная, должна в наше время не только учитывать, а и проживать контекст, пропускать его через себя, осмыслять и преобразовывать, реагировать. А уж такой контекст, который в самом центре площадки и для которого собственно делается благоустройство – уважающий себя архитектор вообще не может не учесть, это и не контекст даже, а сюжет, главная тема. Поэтому дистанцироваться – невозможно, хотя и слияния не происходит. Как уже было сказано, даже информационные потоки – один мощный, о памятнике, и другой слабый, о площади, – идут параллельно, причем второй с оговоркой: «можно сколько угодно спорить».

Что получилось? Получилось, мягко говоря, контрастно. Как Пашков дом и памятник – вещи из разных миров, и именно поэтому слабо памятнику испортить дом, невозможно в принципе, с дома как с гуся вода, он лучше, – восторг людей, которые пришли посмотреть на памятник и про дом ничего не знали, и может быть впервые по-настоящему увидели его – одно из подтверждений этому. Хотя оно не значит, конечно, что за чистоту и красоту Боровицкой площади не стоило бороться. Так вот, площадь и памятник, как площадь и дом – вещи из разных измерений и порядков.

Памятник архаичен лет на 130 с перебором, идеологичен. И московский, и киевский памятники – примеры русофильства, пережившего сейчас полтора века. Площадь же, как и, в общем-то, дом – примеры западнической культуры, той её части, которая идёт совершенно в ногу со временем и от этого качественна и привлекательна. Их соединение – механистическое, не соединение, а сосуществование, похоже на то, что происходит в обществе: одни со щами в бороде и потрясанием ржавыми мускулами …ммм, бронзовыми мечами, другие на сигвеях среди лип. Встречаясь, обычно в интернете, они подчас страшно ругаются, но есть и другая позиция – игнорирования друг друга, а также малых дел. Если чего-то, ну, к примеру, памятника, нельзя избежать, то нужно хотя бы площадь сделать по европейским стандартам и для людей. Но бесконфликтно. Окутать сияющими брызгами, ещё раз показать проезжающей правительственной делегации – и москвичам, конечно, и москвичам – возможности современного урбанистического подхода к городскому пространству, как это лаконично и впечатляюще. Обычно в нашей реальности бородатая и урбанистическая пропаганда существуют раздельно, не очень замечая друг друга, а тут сошлись очень тесно и умудряются вроде бы не конфликтовать.

Но во-первых, для такого памятника органичнее архаичный вариант постановки: с мраморными лестницами, балюстрадами, бронзовыми фонарями, досками, капителями. Что-то подобное террасам, окружающим ХХС. Предыдущий проект ИГСП был ближе к этому идеалу, но всё равно оставался чересчур лаконичным, хотя и выпукло демонстрировал небольшой размер доставшейся князю горки.

Во-вторых, дело малое, но хорошее оказывается в подчинённом положении, в буквальном и переносном смысле «у ног» бронзового памятника. Архитекторы предлагали сделать наземный переход перед метро – идею не поддержали. Поэтому идею обустройства существующей стихийной тропинки не удалось полностью реализовать, закруглить в маршрут. О тропинке надо сказать отдельно. В современной урбанистической культуре, которая начала формироваться где-то в 70-е – 80-е годы в том числе и в Москве, обустройство стихийных тропинок – одна из важных идей. Эта культура в идеале даже не направляет потоки, а сама следует за ними, проявляя удивительное по нашим временам народничество, реинкарнацию идеи XIX века, когда на народ не смотрят свысока, стремясь его, тупой, обмануть или, наоборот, научить, организовать и возглавить. В стихийной воле народа, которая выражается, к примеру, в протоптанном коротком пути, видят некий идеал совершенства, в данном случае практицизма. Нам тяжело ходить вокруг – мы идём напрямик, а архитектор принимает это решение, ну, практически как волю Божию – значит, здесь дорога и нужна. Логика эта очень симпатичная, и, повторюсь, ей уже больше сорока лет, наверное. Она как вишенка на торте украшает разные проекты. Но она совершенно противоположна идее парадного памятника, к которому надо подходить по парадной лестнице напрямик. Здесь получилось так, что бывшая народная тропа, а теперь лестница умеренно-парадная с признаками амфитеатра подходит к памятнику сбоку: пафосный памятник встал на народную тропу, но как-то боком. Подойти с парадной точки, гладя анфас, невозможно: что, конечно, прежде всего результат переносов – памятник планировали поставить над рекой, а поставили на лужайке, к которой даже подойти от Волхонки, куда князь смотрит, толком нельзя, а только посмотреть. Нарушены все каноны, и конечно, из-за общественного мнения, сбора подписей против – т.е. тут тоже сыграла своё народная воля, но она пошла поперек памятника, так что органично не получилось.

К слову напрашивается сравнение киевского и московского памятника: тот, времени уваровской триады, скромнее: князь держит крест, но снимает перед городом (Днепром? землей?) шапку. Никакого в помине меча. Наш «московский» князь шапки не ломает – негоже, видно, да и меч у него практически уже наготове. Если посмотреть на позу, то следующим движением должен бросить крест и выхватить меч правой рукой. Ох. То, что при довольно нелепой постановке памятник теперь смотрит аккурат на юго-запад, т.е. точно на Киев, тоже факт. Памятник – результат большого пафоса и множества последующих компромиссов: с одной стороны, хочется вырядится в парчу и бархат и перед народом как-то шапки не ломать, а с другой стороны – множество обстоятельств. Так хоть пешеходный переход делать не будем. Так что урбанистическим в полной мере проект благоустройства сделать не удалось, не удалось выстроить городские связи.

Вот и бродят любопытствующие по тротуару перед Пашковым домом, ищут переход, которого не сделали. Идти короче всего от выхода из подземного перехода перед Кутафьей башней, по Манежной улице, чьи дворы архитекторы тоже предлагали каким-то образом открыть, и тоже не удалось, – идти 370 м. Или из метро «Боровицкая» налево, огибая тот же переход, на Манежную – 710 м – хотя между выходом из метро и памятником 95 м по прямой и наземный переход сделал бы путь кратчайшим. Можно идти от метро направо, где, перейдя Знаменку и Волхонку, по лестнице спуститься под Каменный мост и пройти под ним – 670 м, но мы же гуляем? Здесь идеи урбанистики, которая в идеальном варианте стремится сделать хорошо для человека-пешехода и превращает город в тусовку под открытым небом, входят в противоречие с идеей поклонения: Владимир-то святой, а следовательно по идее его изображение может быть предметом паломничества, хотя конечно тип такого паломничества в основе скорее католический, но и неважно. А если урбанистика думает о коротких и удобных путях, чтобы остались силы тусоваться, то паломничество, как известно, требует длинного пути пешком – до Киева или Иерусалима. В данном случае появление памятника сокращает путь до Киева, но совсем упрощать путь паломника неправильно, и идея сокращения, двух минут от метро, в неё не вписывается. Паломник должен подходить вокруг, с уважением; а не пробегать мимо рысцой по тропинке и уже точно не тусоваться. Сейчас у памятника в основном фотографируются и рассматривают рельефы, но это эффект открытия новой достопримечательности. Задержаться тут можно только для произнесения речей или слушания экскурсии. Скамеек нет, а хиппи и даже хипстерам под носом у кремлевской охраны явно не место. В сущности, главный маршрут – по ступенькам с венками для возложения или с экскурсоводом из Александровского сада, от Гермогена и Александра I, по плану монументальной пропаганды-2. Так что и специфика европейского типа благоустройства меняется, теряет свои части. Но не перестает быть контрастной памятнику: в сети уже давно обсудили, что в центре такой площади может быть что угодно: идея кругов на воде настолько абстрактна, что нейтральна к содержанию. А только так и выживешь: будучи к содержанию нейтральным. 
Архитектор:
Василий Сошников
Мастерская:
AI-architects https://ai-ar.ch/
Проект:
Благоустройство Боровицкой площади
Россия, Москва

Авторский коллектив:
Александр Томашенко, Иван Колманок

4.2016 / 11.2016

14 Ноября 2016

Юлия Тарабарина

Автор текста:

Юлия Тарабарина
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Победа прагматиков? Хроники уничтожения НИИТИАГа
НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства сопротивляется реорганизации уже почти полгода. Сейчас, в августе, институт, похоже, почти погиб. В недавнем письме президенту РФ ученые просят перенести Институт из безразличного к фундаментальной науке Минстроя в ведение Минобрнауки, а дирекция говорит о решимости защищать коллектив до конца. Причем в «обстановке, приближенной к боевой» в институте продолжает идти научная работа: проводят конференции, готовят сборники, пишут статьи и монографии.
Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре
«Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре» Дениз Скотт Браун – это результат личного исследования вопросов авторства, иерархической и гендерной структуры профессии архитектора. Написанная в 1975 году, статья увидела свет лишь в 1989, когда был издан сборник "Architecture: a place for women". С разрешения автора мы публикуем статью, впервые переведенную на русский язык.
ВХУТЕМАС versus БАУХАУС
Дмитрий Хмельницкий о причудах историографии советской архитектуры, о роли ВХУТЕМАСа и БАУХАУСа в формировании советского послевоенного модернизма.
Еще одна история
Рассказ Феликса Новикова о проектировании и строительстве ДК Тракторостроителей в Чебоксарах, не вполне завершенном в девяностые годы. Теперь, когда рядом, в парке построено новое здание кадетского училища, автор предлагает вернуться в идее размещения монументальной композиции на фасадах ДК.
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Вавилонская башня культуры?
Реконструкция ГЭС-2 для Фонда V-A-C по замыслу Ренцо Пьяно в центре Москвы – яркий пример глобальной архитектуры, льстящей заказчику, но избежать воздействия сложного контекста этот проект все же не может.
WAF 2019: в ожидании финала
Говорим c авторами проектов, вышедших в финал премии WAF: об их взгляде на фестиваль, о проектах и вероятных способах презентации.
Пять вредных вопросов
Интернет-издание Fast Company попыталось выяснить, какие вопросы лучше не задавать самому себе, чтобы не растерять свой творческий потенциал. К разговору о проблеме подключились специалисты, которые исследуют творчество или работу мозга.
Сергей Кузнецов: «Архитектура – мягкая сила для продвижения...
О карьере молодых архитекторов, том, как развивать новый профессиональный ландшафт и о главных препятствиях при реализации проектов главный архитектор Москвы рассказал на лекции, прошедшей в рамках образовательного проекта «Открытый город» на площадке МИТУ-МАСИ. На лекции собралось более 300 студентов из разных профильных вузов и архитектурных факультетов столицы.
Уже не избушки
Сформирован шорт-лист премии АРХИWOOD-2018. Сегодня стартует «народное» голосование премии. О номинантах рассказывает куратор премии Николай Малинин.
Городские сады
В проекте реновации кварталов в районе Хорошево-Мневники архитекторы UNK project использовали принцип подобия, в меньшем масштабе повторяя композиционное и функциональное построение, характерное для всей Москвы
Заметки о двадцати
Мы достаточно подробно – настолько, насколько это возможно сейчас, рассказали о конкурсных проектах пилотных площадок реновации, теперь можно немного и порассуждать.
Шесть измерений
Перевод эссе Шимона Матковски, партнера бюро «Blank Architects», посвященного «теории шести измерений», отвечающих за хорошую архитектуру. Полезно молодым архитекторам; главный совет – думать головой.
Леон Крие
Публикуем остроумный очерк об одном из самых противоречивых архитекторов наших дней – Леоне Крие – из книги Деяна Суджича «B как Bauhaus: Азбука современного мира», выпущенной издательством Strelka Press.
Эталон качества
Архи.ру запускает проект «Эталон качества», главными элементами которого станут большая экспозиция с авторскими инсталляциями и круглый стол на фестивале «Зодчество», а также серия видео-интервью с рядом ведущих российских архитекторов.
Технологии и материалы
Delabie идет в школу
Рассказываем о дизайнерских и инженерных разработках компании Delabie, которые могут быть полезны при обустройстве санузлов в детских учреждениях: блокировка кипятка, снижение расхода воды, самоочищение и многое другое.
Клинкерная брусчатка Penter: универсальное решение для...
Природная естественность – вот главная характеристика эстетических качеств клинкерной брусчатки Penter. Действительно, она изготавливается из глины без добавления искусственных красителей, а потому всегда органично смотрится в любом ландшафте. В сочетании с лаконичной традиционной формой это позволяют применять ее для самого широкого спектра средовых разработок – от классицизирующих до новаторских.
Долина Муми-троллей
Компания «Новые Горизонты» представила тематические площадки, созданные по мотивам знаменитых историй Туве Янссон и при участии законных правообладателей: голубая башня, палатка, бревно-тоннель и другие чудеса Муми-Долины.
Секреты городского пейзажа
В творчестве известного архитектора-неоклассика Михаила Филиппова мансардные окна VELUX используются практически во всех проектах, начиная с его собственной квартиры и мастерской и заканчивая монументальными ансамблями в центре Москвы и Тюмени. Об умном применении мансардных окон и их связи с силуэтом городских крыш мастер дал развернутый комментарий порталу archi.ru.
Золотисто-медное обрамление
Откосы окон и входные порталы, обрамленные панелями из алюминия Sevalcon, завершают и дополняют архитектурный образ клубного дома «Долгоруковская 25», построенного в неорусском стиле рядом с колокольней Николая Чудотворца.
Как защитить деревянную мебель в доме и на улице: разновидности...
Деревянные изделия ручной работы не выходят из моды, а потому деревянную мебель используют как в интерьерах, так и для оборудования уличных зон отдыха. В этой статье расскажем, как подобрать оптимальный защитный состав для деревянных изделий.
Русское высотное
Последние несколько лет в России отмечены новой волной интереса к высотному строительству, не просто высокоплотному, а именно башням. Об одной из них известно, что ее высота будет 703 м, что вновь претендует на европейский рекорд. Но дело, конечно, не только в высоте – происходит освоение нового формата: башен на стилобате, их уже достаточно много. Делаем попытку систематизировать самые новые из построенных небоскребов и актуальные проекты.
Чувство города
Бизнес-парк «Ростех-Сити» построен на Северо-Западе Москвы. Разновысотная застройка, облицованная затейливым клинкерным кирпичом разнообразных миксов Hagemeister, придаёт архитектурному ансамблю гуманный масштаб традиционного города.
Великолепный дизайн каждой детали – Graphisoft выпускает...
Обновления версии отвечают пожеланиям пользователей и обеспечивают значительные улучшения при проектировании, визуализации, создании документации и совместной работе в Archicad, BIMx и BIMcloud, что делает Archicad 25 версией, как никогда прежде ориентированной на пользователя
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Кирпич Terca из Эстонии – доступная европейская эстетика
Эстонский кирпич соединяет в себе местные традиции и высокотехнологичное производство мирового уровня под маркой Wienerberger. Технические преимущества облицовочного кирпича Terca особенно ценны в нашем северном климате – благодаря им фасады не потеряют своих эстетических качеств, а постройки будут долговечными.
Прочные основы декора. Методы Hilti для крепления стеклофибробетона
Методы HILTI позволяют украшать фасад сложными объемными формами, в том числе карнизами, капителями, кронштейнами и узорными панелями из стеклофибробетона, отлично имитируя массивные элементы из натурального камня и штукатурки при сравнительно меньшем весе и стоимости.
Дайте ванной право быть главной!
Mix&Match – простой и понятный инструмент для создания «журнального» дизайна ванной комнаты. Воспользуйтесь концепцией от Cersanit с десятками комбинаций плитки и керамогранита разного формата, цвета и фактуры для трендовых интерьеров в разных стилях. Идеально подобранные миксы гармонично дополнят вашу идею и помогут сократить время на создание проекта.
Современная архитектура управления освещением
В понимании большинства людей управлять освещением – это включать, выключать свет и менять яркость светильников с помощью настенных выключателей или дистанционных пультов. Но управление освещением гораздо глубже и масштабнее, чем вы могли себе представить.
Чистота по-австрийски
Самоочищающаяся штукатурка на силиконовой основе Baumit StarTop – новое поколение штукатурок, сохраняющих фасады чистыми.
Кто самый зеленый
14 небоскребов из разных частей света, которые достраиваются или планируются к реализации: уже не такие высокие, но непременно энергоэффективные и поражающие воображение.
Сейчас на главной
Камертон озера
Новый жилой комплекс в Тюмени спроектирован при участии французских архитекторов, сочетает башню с таунхаусами и домиками на крыше, но прежде всего настроен на озеро, которое способно подарить ощущение загородной жизни.
В кольцах пандусов
Словенские архитекторы ENOTA и косовское бюро OUD+ Architects выиграли конкурс на проект спортивного центра в Приштине.
Градостроительные опыты
Этим летом Институт Генплана Москвы при поддержке Москомархитектуры провел стажировку-воркшоп для студентов и молодых архитекторов в новом расширенном формате. Задачей было предложить свежий взгляд на несколько территорий города, рассматриваемых сейчас специалистами института. Дипломами наградили четыре проекта, гран-при получил «самый запоминающийся».
Выставки больших надежд
В Strelka Press выпущено русскоязычное издание книги Ника Монтфорта «Будущее. Принципы и практики созидания». Публикуем отрывок о Всемирных выставках в Нью-Йорке 1939/40 и 1964 годов, где экспозиция General Motors «Футурама» представляла эффектную картину ближайшего будущего.
Длинный дом
Общественный центр по проекту бюро smartvoll должен вернуть оживление в сердце австрийской деревни Гросвайкердорф.
Архитектура СССР: измерение общее и личное
Новая книга Феликса Новикова «Образы советской архитектуры» представляет собой подборку из 247 зданий, построенных в СССР, которые автор считает ключевыми. Коллекция сопровождается цитатами из текстов Новикова и других исследователей, а также очерками истории трех периодов советской архитектуры, написанными в жанре эссе и сочетающими объективность с воспоминаниями, личный взглядом и предположениями.
От импрессионизма до фотореализма
В галерее Catacomba в Малом Власьевском переулке до 29 сентября открыта выставка рисунков студентов МАРХИ. Преподаватели отбирали неформальные креативные работы разных направлений. Публикуем несколько рисунков с выставки.
Контекст и детали
Финалистов премии Стерлинга-2021, британского «здания года», объединяет внимание к деталям и контексту – как и претендентов на награды RIBA за лучшие жилье и малый проект начинающего архитектора. Публикуем все три «коротких списка».
От ЗИМа до -изма
В Самаре 13 сентября торжественно, в сопровождении перформанса, спонсированного Сбербанком, была презентована общественности реставрация здания фабрики-кухни, нового филиала Третьяковской галереи. Вашему вниманию – репортаж о промежуточных, но уже вполне значительных, результатах реставрации памятника авангарда.
Печатные, но наполовину
В Техасе выставили на продажу дома, возведенные при помощи 3D-принтера. Приобрести высокотехнологичное жилище можно за 745 000 долларов.
Шкала времени Кумертау
Проект-победитель конкурса Малых городов: с помощью малых форм архитекторы рассказывают историю возникшего на буроугольном разрезе поселения, активируют центральную улицу и готовят почву для насыщенной социальной жизни.
Дерево живет и регулярно побеждает
Невзирая на вирусы и прочих короедов современная русская деревянная архитектура демонстрирует чудеса выживаемости. Определен шорт-лист премии АРХИWOOD – 12-й по счету. Куратор премии Николай Малинин представляет финалистов.
Buena vista
Проект частного дома в Подмосковье архитектор Роман Леонидов назвал Buena Vista, то есть хороший вид по-испански. И действительно, великолепный вид откроется не только из дома с бельведером, стоящего на возвышении, но и сама вилла на холме предназначена для созерцания из партера парка. В общем, буэна виста и бельведер, с какой стороны ни посмотреть.
Кирпичный текстиль
На фасадах офисного здания по проекту Make Architects в Солфорде – кирпичная кладка, имитирующая традиционные для этого города ткани.
Большая Астрахань live
Гибкое улучшение связности территорий, развитие полицентричности, улучшение качества жизни, экологичные инновации – все эти решения проекта-победителя конкурса на мастер-план Астраханской агломерации, разработанного консорциумом под руководством Института Генплана Москвы, основаны на синтезе профессиональных аналитических инструментов, позволяющих оценивать последствия решений в динамике, и общения с жителями города.
Архив архитектуры
В Музее архитектуры открылась выставка «Профессия – реставратор», первая из экспозиций, приуроченных к будущему юбилею. Нетрадиционная тема позволяет показать работу не самых заметных, но очень важных для музея людей – тех, кто восстанавливает предметы и готовит их к хранению и показу.
Вода для жизни
Пятый, а значит юбилейный по счету форум «Среда для жизни» прошел в Нижнем Новгороде сразу после юбилейных торжеств, посвященных 800-летию города, и стал, в сущности, частью празднования. В то же время среди показанных проектов лидировали решения, связанные с временно затопляемыми территориями, что можно признать одной из актуальных тенденций нашего времени.
Градсовет Петербурга 8.09.2021
Градсовет рассмотрел новый вариант перестройки станции метро «Фрунзенская»: проект от московских архитекторов, Единый диспетчерский центр и противоречивый традиционализм.
Медовая горка
Проект-победитель конкурса Малых городов для города Куртамыш: террасированный парк, который дает возможность по-новому проводить досуг
Традиции орнамента
На фасаде павильона для собраний по проекту OMA при синагоге на Уилшир-бульваре в Лос-Анджелесе – узор, вдохновленный оформлением ее исторического купола.
Кочевники и пряности
Два проекта павильона ресторана катарской кухни, который мог появиться в Экспофоруме: не отработанный в Петербурге формат временной архитектуры, способный пропустить в город более смелые решения.
Магистры ЯГТУ 2021: «Тени забытых предков»
Работы выпускников кафедры архитектуры Ярославского государственного технического университета: анализ сталинской архитектуры, возвращение к жизни города-призрака, актуализация советских гаражей и маршрут по исправительно-трудовому лагерю.
Домики в кронах
Свайные гостевые домики по проекту бюро aoe обеспечивают постояльцам близость к природе и уединение.
Дерево с удостоверением
Объявлены финалисты премии за постройки из сертифицированной древесины WAF 2021. Среди них: самое крупное CLT-здание в США, микро-библиотека в Индонезии, офисный комплекс в Сиднее и киоск в Гонконге.