Илья Мукосей: «Мы всегда ищем потенциал, скрытый в пространстве»

«… я не вижу проблемы в ограничениях. В значительной степени именно они – и почва под ногами, и стимул для творчества». Илья Мукосей – о «Русском характере», «Парке «Динамо», свободе творчества и Бертольте Брехте.

mainImg
Куратор архитектурного конкурса – фигура во всем конкурсном процессе неоднозначная: он – не эксперт, чье мнение в той или иной степени может повлиять на результат, не член жюри, принимающий решение в пользу того или иного участника. Вероятнее всего, он – соавтор, работающий со всеми участниками одновременно, ибо от того, насколько тщательно он подготовил материалы и сформулировал задание, зависит точность всех принимаемых решений.
Илья Мукосей
Бюро Megabudka – победитель конкурса «Русский характер». Дача во дворе. /Заказчик конкурса – ГК Мортон, орагнизатор – агентство «Правила Общения»/. Иллюстрация предоставлена организаторами конкурса.

Архи.ру: 
– Илья, расскажите, пожалуйста, в чем заключались ваши обязанности куратора конкурсов «Русский характер» и «Парк «Динамо»?

Илья Мукосей:
– В обоих случаях нужно было разработать правила проведения конкурса, а также собрать и обобщить исходные данные для проектирования, подготовить задание для участников. Уже в процессе я должен был отвечать на вопросы конкурсантов, а в конце – провести процедуру приема их работ. Кроме того, в мои обязанности входило проведение семинара для конкурсантов (по «Динамо», так как все участники этого конкурса находились в Москве), ведение заседаний экспертного совета и жюри, общественных обсуждений конкурсных проектов и, в некоторой степени, организация их выставочной судьбы.

Надо сказать, что этими двумя конкурсами, а сейчас уже и третьим, я занимаюсь в дуэте с агентством Юлии Зинкевич и Екатерины Артемьевой «Правила общения», и, на мой взгляд, мы неплохо дополняем друг друга. 
 
Бюро Megabudka – победитель конкурса «Русский характер». Представленный на конкурс moodboard – подборка изображений, иллюстрирующих их представление о том, какой должна быть современная русская архитектура. /Заказчик конкурса – ГК Мортон, орагнизатор – агентство «Правила Общения»/. Иллюстрация предоставлена организаторами конкурса

– А Вы можете сегодня назвать точные сроки принятия решения по конкурсу «Русский характер»?

– В течение трех месяцев после объявления результатов, то есть до конца сентября 2014 года, ГК «Мортон» должна заключить с победителем, бюро «Мегабудка», договор на взаимовыгодных условиях. Думаю, шансы на реализацию велики, хотя постройки в квартале «Бутово парк» стоит ждать не раньше следующего лета. Если же контракт не будет заключен, «Мегабудка» получит денежную компенсацию.

При этом «Мортон» имеет право реализовать – в других своих кварталах – и другие конкурсные проекты. В правилах конкурса предусмотрена процедура урегулирования авторских прав и интересов заказчика. [Интервью проходило в августе 2014. На данный момент (конец октября 2014) бюро «Мегабудка» подписало договор с ГК «Мортон» и ведет диалог с генеральным проектировщиком жилого квартала «Бутово Парк» – прим. Архи.ру ].
 
Бюро Enota (Словения), получившее на конкурсе «Русский характер» приз зрительских симпатий. Представленный на конкурс moodboard – подборка изображений, иллюстрирующих их представление о том, какой должна быть современная русская архитектура. /Заказчик конкурса – ГК Мортон, орагнизатор – агентство «Правила Общения»/. Иллюстрация предоставлена организаторами конкурса

Этой осенью под вашим руководством студенты МАРШа должны будут придумать варианты использования пространства между стадионом «Динамо» и Ленинградским проспектом. Победитель получит приз от «ВТБ Арена парк». Подразумевается ли дальнейшая реализация студенческого проекта-победителя или кто-то параллельно делает реальный проект?

– Основная цель конкурсов, проводимых «ВТБ Арена» – коллекционирование идей. Например, в предыдущем конкурсе, на разработку концепции парка физкультуры и спорта «Динамо», вообще было два победителя: бюро «Практика» и дуэт Александра Константинова и Ильи Заливухина. Их идеи – первые в очереди на воплощение. Не надо, правда, забывать, что еще существует проект Сергея Чобана, который объединяет спортивную, деловую, жилую зону и парк. Пока трудно сказать, в какой степени будет реализован проект Чобана, а в какой – идеи победителей конкурса, но в руководстве «ВТБ Арена» к результатам конкурса относятся не без энтузиазма.

В студенческом конкурсе выше риск не получить интересных и при этом реализуемых решений. На участниках лежит меньший груз ответственности за реалистичность проекта (хотя в в МАРШе и следят, чтобы студенты проектировали «всерьез»). Но такая умеренная привязка к реальности также дает шанс получить более оригинальные и неожиданные решения.

«ВТБ Арена» пробует разные форматы: прошлогодний конкурс был закрытым, для московских профессионалов. Нынешний будет студенческим, в котором не ясно, получится ли что-нибудь интересное или нет. Пока можно сказать, что ВТБ просто поддерживает образовательный процесс. Вот мы набираем группу студентов и играем в конкурс с разных его сторон. Сначала, на этапе исследования, студенты сами соберут исходные данные, подготовят задание, условия – то есть поработают как оператор конкурса, а потом те же студенты переключатся на роль участников, и уже в ее рамках выполнят конкурсные проекты.
 
– Не напоминают ли Вам все эти конкурсы очередную волну «бумажной архитектуры»?

–  Нынешний конкурсный процесс, который начался в значительной степени с приходом Сергея Кузнецова, ее пока напоминает. Потому что ни один из выигравших проектов до конца еще не реализован. Но есть и существенные отличия. «Бумажная архитектура» тридцатилетней давности вообще не подразумевала практической стороны дела. Некоторые из тех проектов можно было скорее отнести к современному искусству, чем к архитектуре. И, конечно, они в большинстве своем были очень литературны, очень зависимы от текста. Мой любимый проект – «Обитаемый колумбарий» Уткина и Бродского, пожалуй, без текста был бы незавершенным.
 
– Предполагается ли какое-то взаимодействие куратора конкурса с архитекторами и заказчиками после того, как выбраны победители?

– Как говорится, «мавр сделал свое дело»… У куратора есть абсолютно четкий круг обязанностей, я их выполняю и ухожу. Буду следить за этими историями уже из простого любопытства. Но у меня нет дальше никаких полномочий.

Что касается «ВТБ Арена», то, поскольку с ними у меня сотрудничество продолжается, мне проще следить за историей «Динамо».
 
zooming
Комплексное благоустройство жилого микрорайона «Западное Кунцево» в Московской области. Студия ПланАР (Илья Мукосей, Наталия Воинова, Надежда Софинская). Проект 2012-13, реализация 2013-14. Изображение предоставлено студией «ПланАР»



– На одной из лекций Вы рассказывали о так называемых «раскрашенных» жилых домах в Раменском. Вы действительно считаете, что граффити может спасти типовые районы от безликости?

– Как один из вариантов – да! Хотя данный способ – один из самых радикальных. Если так раскрасить все типовые районы, наверно, тоже будет плохо. Я бы хотел спросить жителей Раменского, не устают ли они от постоянной атаки сильных ярких красок? Но, думается, они уже привыкли и даже гордятся своим районом.
 
– Тогда скажите, пожалуйста, какие вообще возможности гуманизации городской среды кажутся Вам оптимальными? Хотя граффити, видимо, это наиболее дешевый способ из всех…

– Не сказал бы, что раскрасить фасады огромных панельных домов дешево. Думаю, этот способ по уровню затрат равноценен многим другим. Главное – создать интересную среду. Когда-то, когда мы (студия «ПланАР») только начали заниматься проектом для Марфино, сказали в каком-то интервью, что на наш взгляд, «пространство между зданиями порой важнее самих зданий». Потом выяснилось, что то же самое, слово в слово, говорит и Ян Гейл. Приятно было совпасть со знаменитым урбанистом в таком принципиальном вопросе. Именно в таком убеждении мы до сих пор и пребываем. Чтобы районы перестали быть безликими, нужно, чтобы в каждом из них были свои приемы: в Раменском – одни, в Марфино – другие. И сейчас, кстати, происходит какое-то движение в этом направлении.
 
– Скажите, а есть ли, на Ваш взгляд, какая-то страна или место, которое может служить для нас примером?

– Любопытный пример – этнический парк Superkilen в Копенгагене, который архитекторы BIG Architects, ландшафтные дизайнеры Topotek 1 и художники Superflex реализовали на территории неблагополучного старого пригорода.

Еще я очень уважаю работы голландского бюро Carve, для которого организация городских пространств, парков, спортивных и детских площадок – основное занятие.
 
zooming
Комплексное благоустройство жилого микрорайона «Западное Кунцево» в Московской области. Студия ПланАР (Илья Мукосей, Наталия Воинова, Надежда Софинская). На фото – выезд из подземной автостоянки, превращенный в амфитеатр. Проект 2012-13, реализация 2013-14. Фото предоставлено студией «ПланАР»



– В настоящее время Вы проектируете в квартале «Западное Кунцево», где контекст задан пятиэтажной жилой застройкой. Но Ваши объекты как будто образуют свою, новую и независимую среду. Будете ли Вы как-то «привязывать» ее к новым жилым домам?

– Вам кажется, что наше решение не соответствует контексту? Но о контексте можно говорить, когда вы совершаете интервенцию в существующую застройку. А здесь здания возводятся одновременно с обустройством ландшафта. Получается, что мы вместе с авторами домов формируем этот контекст. И я не считаю, что кто-то под кого-то должен подстраиваться. На самом деле, система, которая работает как единый организм, в том числе совокупность зданий и ландшафт, не обязательно должна быть решена в одной цветовой гамме. Можно и на контрасте работать. У меня не возникает ощущения какого-то противоречия, какой-то борьбы одного с другим. Скорее, это дружеское соревнование.
zooming
Комплексное благоустройство жилого микрорайона «Западное Кунцево» в Московской области. Студия ПланАР (Илья Мукосей, Наталия Воинова, Надежда Софинская). На фото – районный водозаборный узел, расписанный под раннего Миядзаки по эскизам студии «ПланАР». Художник – Алексей «Се» Дудка. Проект 2012-13, реализация 2013-14. Фото предоставлено студией «ПланАР»


 
– Вы занимаетесь проектированием жилых домов и деловых комплексов, совершенствованием пространства жилой среды. Построили клуб-ресторан... Что из всего этого многообразия форм деятельности дает наибольшую творческую свободу?

– Мы с моим партнером, Наталией Воиновой, стараемся не браться за проекты, которые не оставляют места для творческой свободы. Не могу сказать, что к чему-то больше душа лежит, а к чему-то меньше. Мы всегда ищем потенциал, скрытый в пространстве. Потому в интерьере, например, у нас часто появляются дополнительные уровни – то, чего заказчик часто не ждет, но что оказывается очень удобным и увеличивает площадь. В «пространствах между домами» мы всегда стараемся использовать потенциал рельефа, существующую растительность и т.п.
zooming
Кафе-бар «Funky Банки» в Москве. Студия ПланАР (Наталия Воинова, Илья Мукосей), проект 2009-10, реализация 2010. Комментарий Ильи Мукосея: «Сначала появился диагональный мост. Потом – банки. Потом появилось название. Первый клуб, построенный по нашему проекту, в значительной степени состоит из банок. А еще там есть комната с комиксами, туалеты с музыкантами и расписная стена за сценой.» Фото предоставлено студией «ПланАР»
zooming
Кафе-бар «Funky Банки» в Москве. Студия ПланАР (Наталия Воинова, Илья Мукосей), проект 2009-10, реализация 2010. Фото предоставлено студией «ПланАР»

Так вышло, что мы сделали очень успешный, по крайней мере, в плане откликов в прессе, проект для Марфино, и с тех пор регулярно получаем заказы на благоустройство. Волей-неволей пришлось заниматься ландшафтом и малыми формами, – и я считаю, это очень хорошее упражнение. Еще и в том смысле, что можно увидеть его реализацию сравнительно быстро. В Марфино от эскиза беседки до первого готового объекта прошло не больше пары месяцев.
zooming
Комплексное благоустройство жилого микрорайона Марфино в Москве. Студия ПланАР, (Илья Мукосей и Наталия Воинова при участии Владислава и Людмилы Кирпичевых (Эдас Дизайн Студио)). Проект 2010, реализация 2010-11. Фото предоставлено студией «ПланАР»
zooming
Комплексное благоустройство жилого микрорайона Марфино в Москве. Студия ПланАР, (Илья Мукосей и Наталия Воинова при участии Владислава и Людмилы Кирпичевых (Эдас Дизайн Студио)). Проект 2010, реализация 2010-11. Фото предоставлено студией «ПланАР»
zooming
Комплексное благоустройство жилого микрорайона Марфино в Москве. Студия ПланАР, (Илья Мукосей и Наталия Воинова при участии Владислава и Людмилы Кирпичевых (Эдас Дизайн Студио)). Проект 2010, реализация 2010-11. Фото предоставлено студией «ПланАР»

Кроме перечисленного, одним из новых моих интересов являются выставки: в этом году я занимался экспозицией «Конкурсы» на Арх Москве, а потом делал «Тайны московских парков» для Музея Москвы. Там тоже результат видишь необыкновенно быстро. Но творческая свобода жестко ограничена финансами и техническими возможностями площадки. Впрочем, я не вижу проблемы в ограничениях. В значительной степени они – и почва под ногами, и стимул для творчества.
 
Проект «Конкурсы» на Арх Москве 2014 (куратор Елена Гонсалес, дизайнер Илья Мукосей). Фотография Юлии Тарабариной
Проект «Конкурсы», стенд конкурса «Русский характер» (компания Мортон, куратор конкурса и дизайнер экспозиции Илья Мукосей, графический дизайн стенда Александр Закс). Фотография Юлии Тарабариной
Проект «Конкурсы», стенд конкурса «Русский характер» (компания Мортон, куратор конкурса и дизайнер экспозиции Илья Мукосей, графический дизайн стенда Александр Закс). Фото предоставлено организаторами конкурса «Русский характер»

– Наверное, Москву в целом можно воспринимать как масштабное выставочное пространство, где постоянно появляются и исчезают новые объекты?

– Да, это хорошая мысль. Малые и временные формы в городской среде – это такая модель большой архитектуры, на которой можно обкатывать различные приемы.

В миниатюре Брехта «Архитектура» герой сообщает некому архитектору замечательную мысль: «С тех пор, как мощно развились средства уничтожения, Ваши постройки – только попытки, малообязательные предложения. Наглядный материал для дискуссий населения». В случае временных сооружений трагический оттенок этой фразы исчезает.

В Нью-Йорке, например, если хотят что-то опробовать, например, новую пешеходную зону – сначала перекрывают улицу на неделю, делают разметку, какие-то простые вещи расставляют, и смотрят, что будет. Эксперимент – это наше все. Эксперимент в этом смысле лучше конкурса. Может быть, стоит делать больше конкурсов, результатом которых будут такие вот эксперименты, такие пробные шары.

У нас была похожая идея насчет оформления Триумфальной площади. Суть заключалась в том, чтобы превратить эту площадь перед Москомархитектурой в тестовое городское пространство: выставлять там новую городскую мебель, предметы для благоустройства города и пр. Люди на площади могли бы все опробовать, и было бы видно, что хорошо, а что не очень. Это такой способ публичного голосования. Городское руководство могло бы видеть, что людям нравится, и этот опыт можно было бы распространять на другие территории. Такая вот выставка достижений городского благоустройства на Триумфальной. Может быть, еще где-нибудь получится это сделать.
zooming
Arctic Cargo. Комменатрий Ильи Мукосея: "Это мой самый масштабный арт-проект, был сделан для фестиваля Barentz Spektakel в норвежском городе Киркенес. На льду озера был построен почти настоящий аэродром из снега, только в 10 раз меньше. Его можно было воспринимать и как временный памятник полярным летчикам, и как место отправления северного варианта Карго-культа, т.к. немало жителей Севера, подобно тихоокеанским туземцам 1950-х, надеются не на себя, а на стальную птицу, которая принесет им Карго – дефицитные товары, продукты, потепление климата и другие блага, которых они не могут или не хотят добиваться самостоятельно". Изображение предоставлено организаторами фестиваля Barentz Spektakel
Arctic Cargo. Изображение предоставлено Ильей Мукосеем
zooming
СукКАМЕЙКА. Комментарий Ильи Мукосея: «Традиционный шалаш для еврейского праздника Суккот, иронически переосмысленный для условий современного большого города. Как настоящая сукка, он отделен от окружающего мира тремя стенами и дырявой крышей, через которую можно наблюдать звезды. Но, в отличие от сукки, он не домик, а скорее скамейка. К тому же передвижная.» Изображение предоставлено Ильей Мукосеем
СукКАМЕЙКА на «Стрелке». Фотография © Николай Бусыгин / предоставлено проектом «Эшколот»
zooming
СукКАМЕЙКА на «Стрелке». На СукКАМЕЙКе сидит ее автор, Илья Мукосей. Фотография © Николай Бусыгин / предоставлено проектом «Эшколот»

24 Октября 2014

Похожие статьи
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Год 2025: что говорят архитекторы
В опросе по итогам года в 2025 поучаствовали не только архитекторы, но и журналисты профессиональной сферы, и даже один девелопер. Общий итог: среди зарубежных проектов уверенно лидирует музей шейха Зайда от Foster & Partners, среди российских – театр Камала Кенго Кума и Wowhaus. Среди сюжетов и тенденций – увлечение AI. Но есть и очень оригинальные ответы! Как всегда, есть короткие и длинные, по правилам и без – разнообразие велико. Читайте опрос.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Женская доля: что говорят архитекторы
Задали несколько вопросов женщинам-архитекторам. У нас – 27 ответов. О том, мешает ли гендер работе или, наоборот, помогает; о том, как побеждать, не сражаясь. Сила – у кого в упорстве, у кого в многозадачности, у кого в сдержанности... А в рядах идеалов бесспорно лидирует Заха Хадид. Хотя кто-то назвал и соотечественниц.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
Дерево за 15 лет
Поемия АРХИWOOD опрашивает членов своего экспертного совета главной премии: что именно произошло с деревянным строительством за эти годы, какие заметные изменения происходят с этим направлением сейчас и что ждет деревянное домостроение в будущем.
Технологии и материалы
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Десять новых кирпичей ModFormat
Удлиненные кирпичи с терракотовыми оттенками и новая коллекция самых узких в России кирпичей – теперь в арсенале архитекторов. О серийном производстве сложных фактур и разработке новых рассказывает исполнительный директор компании КИРИЛЛ Дмитрий Самылин.
Архитектура тишины
Создание акустического комфорта в школе – комплексная задача, выходящая за рамки простого соблюдения норм. Это проектирование самой образовательной среды, где качество звука напрямую влияет на здоровье, концентрацию и успеваемость. Разбираем, как интегрировать эффективные звукоизоляционные и звукопоглощающие решения в конструкции здания, обеспечивая соответствие СП 51.13330.2011.
Моллирование 2.0
Технология моллирования вышла на новый уровень: больше не нужно выбирать между свободой формы и прочностью закалённого стекла. АО «РСК» разработало метод гравитационного моллирования с последующим химическим упрочнением, которое снимает ключевые технические ограничения.
PRO Тепло: утеплитель, который не стареет
Долговечная и пожаробезопасная альтернатива волокнистым и полимерным утеплителям – каменный утеплитель «PRO Тепло» (D200) торговой марки «ГРАС» – легкий газобетонный блок, который создает вокруг здания прочную и долговечную теплозащитную оболочку. Разбираемся в технологии.
Безуглеродный концепт
MVRDV NEXT – исследовательское подразделение бюро – запустило бесплатный онлайн-сервис CarbonSpace для оценки углеродного следа архитектурных проектов.
Сейчас на главной
Первобытная мощь, или назад в будущее
Говорящее название ресторана «Реликт» вдохновило архитекторов бюро LEFT design на создание необычного интерьера – брутального и немного фантазийного. Представив, как выглядел бы мир спустя годы после исчезновения человечества, они соединили природную эстетику и постапокалиптический дизайн в харизматичный ансамбль.
Священная роща
Петербургский Градостроительный совет во второй раз рассмотрел проект реконструкции крематория. Бюро «Сириус» пошло на компромисс и выбрало другой подход: два главных фасада и торжественная пешеходная ось сохраняются в параметрах, близких к оригинальным, а необходимое расширение технологии происходит в скрытой от посетителей западной части здания. Эксперты сошлись во мнении, что теперь проект можно поддержать, но попросили сберечь сосновую рощу.
Конный строй
На территории ВДНХ открылся крытый конноспортивный манеж по проекту мастерской «Проспект» – современное дополнение к историческим павильонам «Коневодство».
Высотные каннелюры
Небоскреб NICFC по проекту Zaha Hadid Architects для Тайбэя вдохновлен характерными для флоры Тайваня орхидеями рода фаленопсис.
Хартия Введенского
В Петербурге открылся музей ОБЭРИУ: в квартире семьи Александра Ввведенского на Съезжинской улице, где ни разу не проводился капитальный ремонт. Кураторы, которые все еще ищут формат для музея, пригласили поработать с пространством Сергея Мишина. Он выбрал путь строгой консервации и создал «лирическую руину», самодостаточность которой, возможно, снимает вопрос о необходимости какой-либо экспозиции. Рассказываем о трещинках, пятнах и рисунках, которые помнят поэтов-абсурдистов, почти не оставивших материального наследия.
В ритме Бали
Проектируя балийский отель в районе Бингина, на участке с тиковой рощей и пятиметровыми перепадами, архитекторы Lyvin Properties сохранили и деревья, и природный рельеф. Местные материалы, спокойные и плавные линии, нивелирование границ между домом и садом настраивают на созерцательный отдых и полное погружение в окружающий ландшафт.
Манифест натуральности
Студия Maria-Art создавала интерьер мультибрендового магазина PlePle в Тюмени, отталкиваясь от ассоциаций с итальянской природой и итальянским же чувством красоты: с преобладанием натуральных материалов, особым отношением к естественному свету, сочетанием контрастных фактур и взаимодополняющих оттенков.
Сад под защитой
Здание начальной школы и детского сада по проекту бюро Tectoniques в Коломбе, пригороде Парижа, как будто обнимает озелененную игровую площадку.
Маленький домик, русская печка
DO buro разработало линейку модульных домов, переосмысляя образ традиционной избы без помощи наличников или резных палисадов. Главным акцентом стала печь, а основой модуля – мокрый блок, вокруг которого можно «набирать» помещения, варьируя площадь дома.
От усадьбы до квартала
В рамках конкурса бюро TIMZ.MOSCOW подготовило концепцию микрорайона «М-14» для южной части Казани. Проект на всех уровнях работает с локальной идентичностью: кварталы соразмерны земельным участкам деревянных усадеб, в архитектуре используются традиционные материалы и приемы, а концепция благоустройства основана на пяти известных легендах. Одновременно привнесены проверенные временем градостроительные решения: пешеходные оси и зеленый каркас, безбарьерная среда, разнообразные типологии жилья.
Софт дизайн
Студия «Завод 11» разработала интерьер небольшого бабл-кафе Milu в Новосибирске, соединив новосибирский конструктивизм, стилистику азиатской поп-культуры, смелую колористику и арт-объекты. Получилось очень необычное, но очень доброжелательное пространство для молодежи и не только.
Свидетельница эпохи
Вилла Беер, памятник венского модернизма, стала музеем и образовательным центром в результате реставрации и приспособления по проекту бюро cp architecture.
Обзор проектов 1-6 февраля
Публикуем краткий обзор проектов, появившихся в информационном поле на этой неделе. В нашей подборке: здание-луна, дома-бочки и небоскреб-игла.
Красная нить
Проект линейного парка, подготовленный мастерской Алексея Ильина для благоустройства берега реки в одном из жилых районов, стремится соединить человека и природу. Два уровня набережной помогают погрузиться в созерцание ландшафта и одновременно защищают его от антропогенной нагрузки. «Воздушная улица» соединяет функциональные зоны и противоположные берега, а также создает новые точки притяжения: балконы, мосты и даже «грот».
Водные оси
Zaha Hadid Architects представили проект Культурного района залива Цяньтан в Ханчжоу.
Педагогическая и архитектурная гибкость
Экспериментальный проект школы для Парагвая, разработанный испанским бюро IDOM, предлагает не только ресурсоэффективную схему эксплуатации здания, но связанный с ней прогрессивный педагогический подход.
Домашние вулканы
В Петропавловске-Камчатском по проекту бюро АТОМ благоустроена территория у стадиона «Спартак»: половина ее отдана спортивным площадкам, вторая – парку, где может провести время горожанин любого возраста. Все зоны соединяет вело-пешеходный каркас, который зимой превращается в лыжню. Еще одна отличительная черт нового пространства – геопластика, которая помогает зонировать территорию и разнообразить ландшафт.
Тактильный пир
Студия дизайна MODGI Group радикально обновила не только интерьер расположенного в самом центре Санкт-Петербурга кафе, входящего в сеть «На парах», но, кажется, перепрограммировала и его концепцию, объединив в одном пространстве все, за что так любят питерские заведения: исторический антураж, стильный дизайн, возможность никуда не бежать и достойную кухню.
Веретено и нить
Концепцию жилого комплекса «Вэйвер» в Екатеринбурге питает прошлое Паркового района: чтобы сохранить память о льнопрядильной фабрике конца XIX века, бюро KPLN (Крупный план) обращается к теме текстиля и ткацкого ремесла. Главным выразительным приемом стали ленты из перфорированной атмосферостойкой стали – в российских жилых проектах материал в таких объемах, пожалуй, еще не использовался.
Каменный фонарь
В конкурсном проекте православного храма для жилого комплекса в Москве архитекторы бюро М.А.М предлагают открытую городскую версию «монастыря». Монументальные формы растворяются, превращая одноглавый храм в ажурный светильник, а глухие стены «галереи» – в арки-витрины.
Внутренний взор
Для подмосковного поселка с разнохарактерной застройкой бюро ZROBIM architects спроектировало дом, замкнутый на себе: панорамные окна выходят либо на окруженный деревьями пруд, либо в сад внутреннего дворика, а к улице обращены почти полностью глухие стены. Такое решение одновременно создает чувство приватности, проницаемости и обилие естественного света.
Коробка с красками
Бюро New Design разработало интерьер небольшого салона красок в Барнауле с такой изобретательностью и щедростью на идеи, как будто это огромный шоу-рум. Один зал и кабинет превратились в выставку колористических и дизайнерских находок, в которой приятно делать покупки и общаться с коллегами.
От горнолыжных курортов к всесезонным рекреациям
В середине декабря несколько архитектурных бюро собрались, чтобы поговорить на «сезонную» тему: перспективы развития внутреннего горнолыжного туризма. Где уже есть современная инфраструктура, где – только рудименты советского наследия, а где пока ничего нет, но есть проекты и скоро они будут реализованы? Рассказываем в материале.
Pulchro delectemur*
Вроде бы фамилия архитектора – Иванов-Шиц – всем известна, но больше почти ничего... Выставка, открывшаяся в Музее архитектуры, который хранит 2300 экспонатов его фонда, должна исправить эту несправедливость. В будущем обещают и монографию, что тоже вполне необходимо. Пробуем разобраться в архитектуре малоизвестного, хотя и успешного, автора – и в латинской фразе, вынесенной в заголовок. И еще немного ругаем экспозиционный дизайн.
Пресса: Культурный год. Подводим архитектурные итоги — которые...
Для мировой и российской архитектуры 2025-й выдался годом музеев. Были открыты здания новых и старых институций, достроены важные долгострои, историческая недвижимость перевезена с одного места на другое, а будущее отправлено на печать на 3D-принтере.
Каскад форм
Жилой комплекс «Каскад» в Петрозаводске формирует композиционный центр нового микрорайона и отличается повышенной живописностью. Обилие приемов и цвета при всем разнообразии создает гармоничный образ.