Эксперимент, в котором мы живем

Одна из первых экскурсий весенних Дней архитектуры показала москвичам архитектуру, еще не ставшую историей: здания 1960-80-х, обживаемые нами как нечто обыкновенное. Но самый обычный панельный дом становится уникальным, когда выясняется, что он первый в своем роде. А «странные» здания институтов, выстроенные на закате советской эпохи, вдруг перестают быть нелепыми и обретают смысл, когда повнимательней присмотришься к их устройству. И все это оказывается частью огромного замысла по планированию жилой среды нового качества. Таков юго-запад.

author pht

Автор текста:
Наталья Коряковская

07 Апреля 2009
mainImg

Точкой отсчета экскурсионного маршрута стало символическое для юго-запада место – знаменитый 8-й квартал Новых Черёмушек, с которого в конце 1950-х, собственно, и началось освоение этого округа экспериментальными комплексами жилой и общественной архитектуры. В последующие два десятилетия именно юго-запад стал площадкой для внедрения инновационных, хотя и типовых, серий панельных и блочных жилых домов с сопутствующей типовой же инфраструктурой. Наряду с этим – еще и уникальных общественных зданий, образовательных и научно-исследовательских институтов, культурных учреждений, где обкатывались новые принципы в организации разнообразных жизненных процессов.
 
Самый обычный с виду двор у станции метро «Академическая», обстроенный со всех сторон почерневшими панельными и блочными домами, оказался инкубатором новых типовых серий – здесь они представлены все сразу. Например, первый дом керамзитно-панельной серии, нехарактерно 4-хэтажный, с геометрическим рисунком у карниза, бетонными оконными наличниками, расширенными проемами окон и проржавелыми кронштейнами для ящиков с цветами – предполагалось вертикальное озеленение. Эти дома потом исчезли из серии. В том же дворе – пионеры 9-12-тиэтажной блочной застройки, рядом – представитель экспериментальной серии 5-этажек из кирпича. Любопытной деталью внутренней планировки тут были ширмы, отделявшие кухню от столовой.

О некогда масштабном и красивом замысле с тщательным благоустройством, на которое в 1960-е сюда приезжали любоваться иностранные делегации, сегодня напоминают пруд, полуразвалившийся фонтан в центре двора, декоративные экраны – решетки и крестовидные фонари, остатки былого «города-сада». 

Пока шли к автобусу, миновали удивительным образом сохранившийся уголок советской культуры – рядом с кинотеатром «Ракета», который, кстати, вместе с соседним универмагом представляет собой часть типовой инфраструктуры того же времени, толпился блошиный рынок. Если б не современные панельные гиганты на другой стороне улицы, на месте 10 квартала Новых Черемушек, то можно было бы подумать, что в этом райончике так с 1960-х ничего и не изменилось.

Самым впечатляющим объектом экскурсии можно было бы назвать уникальный дом преподавателей, стажеров и аспирантов МГУ на улице Шверника ( Н. Остерман, А. Петрушкова, И. Канаева и др.). Он потрясает своими размерами, острой, динамичной композицией и, конечно, чрезвычайно смелым замыслом, возрождающим в 1970-е принципы домов-коммун 1920-х гг. Автор этого проекта Н. Остерман задумывал выстроить не общежитие, а именно жилой дом, организовав саму жизнь по строго выверенной схеме с обобществлением быта. Два 16-тиэтажных корпуса- книжки с квартирами для холостых и малосемейных (812 квартир разного типа) развернуты друг к другу углами, раскрывая свои «крылья» в разных плоскостях. В центре они объединены общественным блоком, где до сих пор функционирует столовая. Работает и оздоровительный корпус с открытым бассейном. За остекленными проемами галереи общественного блока ходили туда-сюда студенты, играли в теннис, и вообще, несмотря на то, что ремонта тут с момента постройки не было, здание выглядит живым. Кстати, если говорить о планировке квартир, то тут, конечно, не было экстремальных условий 1920-х, санузлы в них есть, была разработана даже специальная встроенная мебель, правда вот вместо кухни знакомая нам по 1920-м кухонная ниша.

Когда к 1971 г. комплекс был возведен, решено было отдать его аспирантам под гостиницу-общежитие, идея дома-коммуны, в общем-то, провалилась – слишком натужной и малореализуемой она теперь казалась.

Одним из ведущих архитекторов того времени, фамилия которого не раз появлялась в рассказе нашего экскурсовода Дениса Ромодина, был Яков Белопольский, оставивший по себе довольно много интересных зданий, правда, в разработке типовых серий он тоже активно участвовал. Крупный ансамбль был задуман Белопольским на пересечении Профсоюзной ул. и Нахимовского проспекта. Именно здесь, если обратить внимание на застройку Профсоюзной, пролегает граница двух эпох в жилой застройке района, строгая периметральная 1950-х годов сменяется более свободной.

Ансамбль составили три здания – это ИНИОН (Институт научной информации по общественным наукам), Центральная научно-медицинская библиотека и здание ЦЭМИ (Центральный экономико-математический институт). В кубическом здании ИНИОН (Я.Б. Белопольский, Е.П. Вулых, Л.В. Мисожников) с характерной для 1970-х «гармошкой» в основании, основное освещение происходит через верхние световые люки, которые, между тем, впервые появились в библиотеках Алвааро Аалто, в т.ч. в знаменитой библиотеке Выборга. Есть тут и еще одна любопытная деталь – это обустройство водоема рядом со зданием, с пешеходным мостиком над ним. Водоем, к сожалению, многие годы заброшен, но вообще, это один из любимых приемов Белопольского, который появляется, например, и в здании цирка.

Здание ЦЭМИ (в проектировании которого Белопольский не участвовал; этот знаменитый проект делали Л. Павлов, Г. Дембовская, И. Ядров) разделено на две половинки, одна часть отдана машинам (ЭВМ), другая – людям (проектные мастерские). Интересно, что проект этого НИИ имеет свое «математическое значение» – за его основу взят модуль – декоративное панно с изображением ленты Мебиуса на фасаде, размер которого равен одной миллионной части радиуса земли.

Экскурсантам посчастливилось попасть в интерьеры Дворца пионеров на Воробьевых горах. Об этом удивительном ансамбле многое написано и сказано, и за рубежом он тоже известен. А вот запланированный здесь изначально дворец по проекту И. Жолтовского наверняка мало кому знаком. Архитектор – неоклассик сориентировал громадную парадную композицию из двух крыльев с курдонером на улицу Косыгина, чтобы здание обозревалось с берега Москвы-реки.

Но к реализации приняли все-таки более современный проект молодых архитекторов – Ф. Новикова, И. Покровского, В. Егерева, которые, кстати, участвовали в экспериментальной застройке Зеленограда. В их проекте дворец сместился вглубь территории, где был развернут потрясающий ландшафтный ансамбль, собравший лучшее, что было придумано к тому времени в планировке подобных учреждений. Он включает множество корпусов и площадок, но главных два: один в виде «расчески» – к длинному телу приставлены перпендикулярно пять корпусов, другой – отдельно стоящий концертный зал.

Мы попали внутрь длинного корпуса и прошли его весь насквозь, вспомнив давно забытые ощущения детства – кружки там активно работают и в воскресение, бегают и кричат дети, дворец живет. Причем, живет в тех же интерьерах, что и полвека назад, тут мало что изменилось. Мы миновали цепь светлых и разнообразных пространств, напомнивших задуманные еще Весниными интерьеры Дворца культуры ЗИЛ с их свободными планировками, просторными залами, многоуровневыми помещениями. Аутентичные детали узнаются сразу – это тонкие колонки галерей, керамические вставки на лестничной клетке, особое остекление – все «то самое», из 1960-х.

Дворец пионеров, между тем, был частью большого замысла по созданию напротив территории МГУ «острова детства и юношества», который вскоре дополнили театр Наталии Сац и цирк. Последний первоначально тоже проектировал Жолтовский в своем духе – это была гигантская тяжелая ротонда. Нам же известен совсем другой образ этого здания – за основу нового цирка архитекторы Ефим Вулых и Яков Белопольский взяли схему традиционного шапито, «развесив» шатер из металлических конструкций над стеклянными стенами. Внутренние стены облицованы зеркалом, что опять же подчеркивает эфемерность границы с наружным пространством. По контрасту с легким зданием цирка сделан комплекс служебных помещений с малым манежем, который авторы упрятали в тяжелый стилобат, облицевав его диким гранитом.

За экспериментальными сериями 1960-70-х годов наш автобус отправился в уникальный район Тропарево-Никулино, из которого в те годы сделали своего рода площадку для апробации новых принципов организации жилой среды. Дома здесь располагаются живописными группами, и все они разные  – полураскрытые книжки, трилистники, призмы. Тут недалеко к московской олимпиаде 1980 года была отстроена знаменитая Олимпийская деревня (Е. Стамо). Для съехавшихся со всего мира спортсменов предлагали все самое передовое – блочные дома имели улучшенную планировку, импортную встроенную мебель, кухонные гарнитуры с посудомоечными машинами. Все это потом досталось жильцам.

Планировочным центром района Тропарево должен был стать комплекс учебных зданий – МГИМО, сельскохозяйственной академии и академии общественных наук. Сельскохозяйственная академия – это последний проект Якова Белопольского 1989 года, здание в форме кристалла, превратившееся, к сожалению, в один из перестроечных долгостроев. Иначе сложилась судьба комплекса академии общественных наук, спроектированной Михаилом Посохиным. Ныне ее занимает управление делами президента, так что здание поддерживается в идеальном состоянии. Академия включает три башни гостиниц для учащихся, обращенные к улице Академика Анохина, и уникальный по планировке блок учебных сооружений, прорезанный уютными внутренними двориками со стеклянными лестницами. Наш экскурсовод Денис Ромодин бывал внутри, и по его впечатлению, там сохранилась атмосфера 1970-х, с лаковыми полами и красными ковровыми дорожками.

В соседнем южном округе расположился еще один уникальный район – Северное Чертаново, задуманный как самостоятельный город в городе (М. Посохин, Л. Дюбек, А. Шапиро, Ю. Иванов и др.). Тут даже нумерация домов идет не по улицам, а в целом – район, номер дома и корпус. Это еще одна попытка создания образцовой среды с благоустроенными дворами, где нет ни одной машины – все в гаражах, домами комфортной и необычной планировки. Первый такой дом со встроенной мебелью, чешской сантехникой, пневматическим шведским мусоропроводом и регулируемой системой теплоснабжения показался властям чересчур буржуазным. Остальные дома делали попроще, типовыми. Хотя пневматические мусоропроводы в проектах остались – туда, по воспоминаниям жильцов, вскоре вместо аккуратных пакетиков стали сбрасывать все что угодно – и новогодние елки, и даже небольшие телевизоры. Корпуса напоминают обычные блочные, но имеют неожиданное сплошное остекление нижних этажей, где есть пространства для колясок и лыж, а также нестандартные шестигранные козырьки над подъездами.

Все, что показали на этой замечательной экскурсии – наше недавнее прошлое, которое уже вошло в учебники по архитектуре, но еще не успело войти в наше сознание в качестве сколько-нибудь ценных объектов. Осознание этой ценности приходит лишь тогда, когда уходишь от бытового взгляда и рассматриваешь все это на уровне архитектурного замысла, как поле не до конца реализованного эксперимента. Эта архитектура, о которой мы привыкли говорить уничижительно, несомненно, имела большой потенциал, и в ней было место как смелым дерзаниям, так и уже найденным решениям в организации жизненной среды принципиально нового качества.

Дом преподавателей, стажеров и аспирантов МГУ на ул. Шверника. Фото Натальи Коряковской
Дом преподавателей, стажеров и аспирантов МГУ на ул. Шверника.
Дом преподавателей, стажеров и аспирантов МГУ на ул. Шверника.
Дом преподавателей, стажеров и аспирантов МГУ на ул. Шверника.
Дом преподавателей, стажеров и аспирантов МГУ на ул. Шверника.
Дворец пионеров на Воробьевых горах
Дворец пионеров на Воробьевых горах
Дворец пионеров на Воробьевых горах
Дворец пионеров на Воробьевых горах
Дворец пионеров на Воробьевых горах
Дворец пионеров на Воробьевых горах
Дворец пионеров на Воробьевых горах
Дворец пионеров на Воробьевых горах
Дворец пионеров на Воробьевых горах
ЦЭМИ /Центральный экономико-математический институт. На дальнем плане слева
ИНИОН
Детский музыкальный театр Наталии Сац
Детский музыкальный театр Наталии Сац
Детский музыкальный театр Наталии Сац
Северное Чертаново


07 Апреля 2009

author pht

Автор текста:

Наталья Коряковская
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.
«Сен-Гобен» приглашает студентов спроектировать...
Компания «Сен-Гобен» объявила о старте шестнадцатого по счету архитектурного конкурса «Мультикомфорт». Студентам архвузов предлагается разработать концепцию «устойчивого» развития территории бывшего завода в пригороде Парижа, Сен-Дени.
Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.

Сейчас на главной

Новое время Советской площади
Благоустройство центральной площади Гаврилова Посада, профинансированное из трех источников и призванное помочь городу стать туристическим, выглядит современно и ставит задачи осмысления местной идентичности.
Метод обнимания
TreeHugger, небольшой павильон информационного туристического центра бюро MoDusArchitects, вступая в диалог с архитектурным и природным окружением, сам становится новой достопримечательностью предальпийского городка в итальянском Трентино-Альто-Адидже.
Мёд и медь
Архитектор Роман Леонидов спроектировал подмосковный Cool House в райтовском духе, распластав его параллельно земле и подчеркнув горизонтали. Цветовая композиция основана на сопоставлении теплого медового дерева и холодной бирюзовой меди.
Пресса: Почему индустриальное домостроение оставит будущее...
О будущем жилья невозможно говорить, пытаясь обойти стену, в которую оно упирается,— массовое индустриальное домостроение. Если модель массового индустриального домостроения сохранится, то это довольно простое будущее, которое более или менее сводится к настоящему.
СКК: сохранять, крушить, копировать?
Мы поговорили с петербургскими архитекторами о ситуации вокруг обрушенного СКК – здания, купол которого по чистоте формы и инженерного замысла сравнивают с римским Пантеоном, только выполненным в металле. Что, однако, не помогло ему получить статус памятника и защиту от сноса.
Лучи знаний
Школа в Подмосковье, архитектуру которой определяет учебная программа, природное окружение, а также желание использовать только честные материалы.
Кружево из углепластика
Три портала по проекту Асифа Хана для Экспо-2020 в Дубае при высоте в 21 метр сооружены из нитей сверхлегкого углепластика и не требуют дополнительной несущей конструкции.
Арктический вуз
Новое крыло Арктического колледжа на острове Баффинова Земля на севере Канады. Авторы проекта – Teeple Architects из Торонто.
Критическая масса прогресса
20-й по счету летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» спроектируют молодые женщины-архитекторы из ЮАР – бюро Counterspace; их постройка будет посвящена социальным и экологическим темам.
Парки Татарстана, часть I: лучшие городские
Цветущий бульвар вместо парковки, авторские МАФы, экологические решения, равно как и ностальгические фонтаны и площадки для фотосессий новобрачных – в первой части путеводителя по паркам Татарстана, посвященной новым городским пространствам.
Сокольники: ковер из кирпича
Архитекторы бюро Megabudka опубликовали свой проект Сокольнической площади в деталях и с объяснениями всех мотивов. Рассматриваем проект и призываем голосовать за него в «Активном гражданине». Очень хочется, чтобы победила архитектурная версия.
Три январские неудачи Бьярке Ингельса
Основатель BIG подвергся критике из-за деловой встречи с бразильским президентом, известным своими крайне правыми взглядами и отрицанием экологических проблем Амазонии, лишился поста главного архитектора в WeWork и был отстранен от участия в проектировании небоскреба для нью-йоркского ВТЦ.
Кирпичные шестигранники
Башни Hoxton Press по проекту Karakusevic Carson и Дэвида Чипперфильда на границе лондонского Сити – коммерческое жилье, «субсидирующее» реновацию социального жилого массива рядом.
Одновременное развитие экономики и кино
В бывшем здании центрального рынка Монтевидео уругвайское бюро LAPS Arquitectos разместило штаб-квартиру Латиноамериканского банка развития CAF, национальную синематеку, легендарный бар и общественное пространство.
Москва 2050: деревянные высотки и летающий транспорт
Более 40 студентов представили видение Москвы будущего в недавно открывшейся галерее Шухов Лаб и на Биеннале архитектуры и урбанизма в Шэньчжэне. Рассказываем об итогах воркшопа «Москва 2050» и показываем работы участников.
Рестораны вместо лучших реставраторов страны?
Минкульт выдал ЦНРПМ предписание переехать до 1 марта. Не исключено, что после разорительного переезда научной реставрации в стране не останется. Говорим со специалистами, публикуем письмо сотрудников министру культуры.
Глэм-карьер
Благоустройство подмосковного озера от бюро Ai-architects: эко-школа, глэмпинг и всесезонные развлечения.
Красный зиккурат
Многоквартирный дом Cascade Villa в Алмере по проекту бюро CROSS Architecture снаружи – кирпичный, а во внутреннем дворе – обшит деревом.
Арт-депо
Офисное здание на набережной Обводного канала в Санкт-Петербурге по проекту архитектора Артема Никифорова – это тонкая вариация на тему кирпичной промышленной архитектуры XIX и ХХ века с рядом художественных изобретений, хорошим строительным и ремесленным качеством.
Будущее не дремлет
Выставка Европейского культурного центра в ГНИМА это коллекция современных пространств разной степени общественности. Подборка довольно случайная, но интересная, а в последнем зале пугают потопом, античным форумом, зиккуратами и вигвамами.
«Единорог в лесу»
Почему, в отличие от произведений известных художников и автографов писателей, дом, спроектированный Ф.Л. Райтом или Тадао Андо, выгодно продать очень сложно? В нем неудобно жить или недвижимость от знаменитых архитекторов переоценена?
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Розовый слон
В Лос-Анджелесе построен флагманский магазин одежды The Webster по проекту Дэвида Аджайе. Для внешней и внутренней отделки британский архитектор использовал окрашенный бетон.
Архи-события: 3–9 февраля
«Кто хочет стать миллионером» для архитекторов и дизайнеров, новый интенсив в МАРШ и экскурсия с плаванием от «Москвы глазами инженера».
Пресса: Великое переселение
В последнюю неделю января 2020-го в стране активно обсуждают реновацию устаревшего жилья — вернее, возможность запуска подобных программ в российских регионах. В одном из первых своих интервью на посту вице-премьера Марат Хуснуллин отметил, что реновацию можно запустить в городах-миллионниках.
Умер Андрей Меерсон
Признанный мастер советского модернизма, автор «Лебедя» и самого красивого московского дома «на ножках» на Беговой, но и автор неоднозначного стилизаторского Ритц Карлтон на Тверской – тоже.
Неиссякаемый источник
VIP-зоны аэропорта – настоящее раздолье для цвета, пластики, образности и творческой фантазии архитекторов. Рассматриваем четыре бизнес-зала и один VIP-терминал ростовского аэропорта «Платов»: все они так или иначе осмысляют контекст: южное солнце, волны речной воды, восход над степным горизонтом и золото сарматов.
Кольцо на озере Сайсары
Здание филармонии и театра якутского эпоса на священном озере вписано в эпический круг и включает три объема, уподобленных традиционному жилищу. Кровля уподоблена аласу – якутской деревне вокруг озера. При столь интенсивной смысловой насыщенности проект сохраняет стереометрическую абстрактность и легкость формы, оперируя прозрачностью, многослойностью и отражениями.
Вертикальные татами
Фасады офисного здания Torre Patria-Hipódromo по проекту Карлоса Ферратера и его бюро OAB в Гвадалахаре на западе Мексики подчинены модульной конструктивной сетке, которая упорядочивает и окружающее пространство нового района.
Умер Александр Ларин
Автор академического хореографического училища на 2-й Фрунзенской и знаменитой аптеки в Орехово-Борисово, нескольких нетиповых детских садов типового времени, учитель и коллега многих известных сегодняшних архитекторов.
Идентичность в типовом
Архитекторы из бюро VISOTA ищут алгоритм приспособления типовых домов культуры, чтобы превратить их в общественные центры шаговой доступности: с устойчивой финансовой программой, актуальным наполнением и сохраненной самобытностью.
Век бетона
23 января исполнилось 100 лет Готфриду Бёму, первому немецкому лауреату Притцкеровской премии и создателю церквей и ратуш, напоминающих скульптуры из бетона. Он каждый день бывает в бюро и наставляет сыновей-архитекторов.
Архитектура эфемерности
На проспекте Вернадского поблизости от станции метро появилась высотная доминанта, давшая новое звучание округе: бизнес-центр «Академик» по проекту UNK project раскрыл в форме архитектуры смыслы местных топонимов.
Центр мега-выставок
Новый международный выставочный центр по проекту Valode & Pistre в «близнеце» Гонконга мегаполисе Шэньчжэнь может считаться крупнейшим в мире.