Лиза Шмитц не впервые работает со студентами МАрхИ. Несколько лет назад на биеннале Молодого искусства они вместе представили две пространственные инсталляции под общим названием – «Лабиринт». Первая инсталляция состояла из подвешенных полосок серпантина и кучи прессованной бумаги, а вторая – из бумажных ярко-желтых конусов, символизирующих восприятие формы лабиринта на протяжении всей истории человечества.
В этот раз над созданием орнамента для пространства галереи ВХУТЕМАС думали несколько месяцев. Было отснято очень много материала в МАрхИ. Место выбрано не случайно, потому что хотели сделать что-то такое, что бы было близко духу Архитектурного института. В итоге мотивами для орнамента стали два основных элемента – прямоугольная ручка двери шестидесятых годов и крючок из гардероба, покрытый несколькими слоями краски. При совмещении этих двух элементов в разной последовательности под разным углом получился рисунок, чем-то напоминающий арабскую вязь. В пространстве галереи рисунок расположился оранжевыми точками - на стенах, стульях, и даже поверх плакатов выставки «Города», открывшейся за день до этого.
После целого дня работы над правильным расположением оранжевых кружков на всех возможных поверхностях в галереи, в семь часов вечера работа была завершена. После чего последовала фотосессия «нового» пространства, абсолютно пустого. Его фотографировали с одной, единственно правильной точки зрения. Как только вниз в выставочный зал начали спускаться люди, рисунок нарушился, строго говоря, от него ничего толком не осталось, кроме дробных линий из оранжевых точек, похожих на граффити.
Характерно, что орнамент виден полностью только из одной точки галереи – с высокого парапета, откуда лестницы ведут вниз в выставочное пространство. Отсюда и фотографировали. С других мест открываются отдельные фрагменты, и нет ощущения, что орнамент владеет пространством, он выглядит скорее как украшение. Это ощущение усиливается от контраста оранжевых точек и синих плакатов – фотохроник недавно прошедшего в Каргополе фестиваля «Города». Точки положены поверх всего как елочная мишура.
Задача была более чем основательной, я бы сказала даже «сверх» – изменить пространство с помощью орнамента, да не просто изменить, а еще и перелить в него «дух места» (столь любимый архитекторами вообще и в МАрхИ в частности). То есть задача – архитектурно-художественная, пространственная задача. Название действа говорит само за себя – «Space Installation», монтаж пространства или «пространственная инсталляция». Вроде бы это вполне архитектурный подход, особенно если учесть, что сейчас архитектура увлекается орнаментом.
Орнамент – вещь сильная. Как когда-то продемонстрировал оп-арт, с помощью простого (но агрессивного) рисунка можно увеличить и уменьшить, наклонить, выпрямить и разбить на кусочки. Можно спрятать и подчеркнуть форму, сжать или расширить пространство. Да в умелых руках – это же пятое измерение.
Но ничего подобного в данном случае не происходит. Сначала рисунок теряет смысл, потому что нарисованные загогулины не похожи ни на дверные ручки, ни на гардеробные крючки (на просто крючки похожи, но о слоях краски после перерисовывания говорить сложно). Потом его набрасывают тонким слоем (новогодняя мишура смотрелась бы активнее) по залу, где ненавязчивые оранжевые штучки окончательно теряют связь с прототипом, сохраняя – очень отдаленную – с рисунком. Никакой доминанты орнамента, никаких оптических и эмоциональных эффектов он не производит. По названию инсталляции можно было предположить, что придуманный в долгих мучениях хитроумный рисунок попробует как-то изменить пространство. Ничуть не бывало. Ну просто ни капельки.
Отсюда надо предположить либо – что инсталляция не удалась, так как не происходит предполагаемого художественного впечатления. Либо – что ее смысл заключен в другом. Например, не в пластическом освоении и изменении пространства и не в передаче духа МАрхИ, а – в его кодировании. В зал галереи ВХУТЕМАС был закодирован некий смысл. Дважды. Сначала – когда перерисовывали загогулины ручек и крючков. Потом – когда полученные загогулины дискретно – точками – перенесли на стены и стулья. С раскодированием, откровенно говоря, проблемы. Без объяснений не считывается ни то, ни другое. Зашифрованное послание без «ключа» не считывается. То есть перед нами знак, который придумывали долго, а смысл его утрачивается на глазах, как и он сам – тает, как только в зал входят люди. Этакая короткоживущая знаковая система. Игра.
