А.Г. Токарев

Автор текста:
А.Г. Токарев

Пространство индустриализации и конструктивизма – рабочий поселок завода «Сельмашстрой»

Пространство индустриализации и конструктивизма – рабочий поселок завода «Сельмашстрой»

     Экскурсии по объектам конструктивизма в Ростове-на-Дону постепенно становятся традицией. В прошлом году маршрут был проложен через исторический центр города – архитектура конструктивизма рассматривалась во взаимодействии с историческим контекстом. (http://archi.ru/lib/publication.html?id=1850569880&fl=5&sl=1). Взаимовлияние традиций и новаций стало главным предметом обсуждения. Осмотренные памятники последовательно раскрывали изменения в методе проектирования того времени, изменения в профессиональном мышлении – от традиции к новациям.

      Функциональный метод конструктивизма, по выражению М.Гинзбурга, предусматривал развитие объекта изнутри-наружу, от функциональных процессов к форме. Контекст исторического города антагонистичен проектной программе конструктивизма. Для конструктивизма идеальные пространственные условия – вообще отсутствие контекста. 

      Именно в таких практически идеальных условиях на северо-восточной окраине Ростова создавался завод-гигант Сельмашстрой (ныне Ростсельмаш) и прилегающий к нему поселок, который и стал объектом апрельской экскурсии этого года.

      Крупнейший в Европе завод сельхозмашиностроения был построен с 1927 – по 1931 гг. Проект завода разрабатывался в Ленинграде в Государственном Институте по проектированию Металлических заводов. По окончании строительства зам. главного инженера Сельмашстроя американец Де-Вульф утверждал, что завод по целому ряду показателей (оборудование, освещенность цехов) не имел равных в мире. «Нет в мире лучшего завода с точки зрения строительства и оборудования». Подтверждением столь высокой оценки завода и его продукции стала награда 1937 г. – Гран-при на международной выставке в Париже. Одновременно с заводом в этот же период в первую пятилетку индустриализации был возведен жилой поселок Сельмашстроя. 

      Радиально-кольцевая планировочная структура поселка не создавалась специально для завода, но являлась составной частью ранее намеченного для застройки жилого района.     

      Рабочий поселок создается с расчетом на 25 тысяч жителей с развитой системой культурно-бытового обслуживания. На обширной территории за несколько лет планируется и строится около сотни зданий жилого и общественного назначения. Многоквартирные секционные жилые дома, общежития, гостиница, Дом Культуры, амбулатория, фабрика-кухня, школа-семилетка, детские сады, ясли, столовая, баня, прачечная, молочная кухня и женская консультация, кооперативный магазин. На территории самого завода кроме производственных корпусов, были выстроены здания управления, проходная и фабрично-заводское училище. Все эти здания возведены в характерных для конструктивизма формах.

      Жилые кварталы поселка, застраиваемые с 1927 по 1931 гг., являются наглядным примером эволюции планировочной структуры от периметральной к строчной застройке. И именно на принципах строчной застройки формировалось большинство жилых кварталов.

      Маршрут экскурсии пролегал в прямом направлении по улице 1-й Конной Армии, в обратном направлении по Металлургической улице. Несколько километров пути и 3 часа затраченного времени позволили лишь бегло осмотреть застройку поселка. 

      Первые жилые дома в поселке Сельмашстроя были выстроены по проекту 1927 г. в кварталах между улицами 1-й Конной Армии и проспектом Сельмаша. Планировка этих кварталов все еще создавалась под влиянием традиции – регулярных градостроительных принципов. 

      Жилые дома располагаются по периметру кварталов вдоль красной линии, формируя целостность пространственных границ квартала и улиц. Архитектура 2-этажных жилых домов отличается характерной для 1927 г. активной пластикой – системой ризалитов, раскреповок, сложными щипцеобразными завершениями, разнообразием размеров и форм оконных проемов. И фасадные и планировочные решения возникли под явным влиянием модерна. К сожалению, из 10 первоначально возведенных жилых домом этого квартала взору участников экскурсии предстало только 3 сохранившихся. Остальные были уничтожены не столько даже гитлеровской бомбардировкой, сколько плодами реконструкций последних двух десятилетий. 

Застройка соседнего квартала между улицами 1-й Конной Армии, Металлургической, Вильнюсской и Поляничко, осуществленная по проектам 1928 – 29 гг., представляет собой наглядный пример произошедших кардинальных изменений в формообразовании. Процессы рационализации и удешевления напрямую отразились на архитектуре жилых домов, которые решены в форме упрощенного прямоугольного объема с минимальным количеством выступов и отсутствием пластики поверхности фасадов. Как следует из документов, большинство из выстроенных в 1928 – 30-е гг. жилых домов поселка Сельмашстроя имели в своей основе разработанные в центре типовые проекты. В северной части квартала жилые дома располагаются вдоль красной линии улицы Вильнюсской. Однако на южной стороне квартала дома поставлены торцами к улице Поляничко – характерный принцип строчной застройки.

Важно отметить, что 3-4 этажные секционные жилые дома на 18, 23 и 48 квартир, которыми застраивался поселок, имели центральные водопровод, канализацию, отопление. В квартирах были предусмотрены все необходимые удобства, наличествовали кухни, ванные, уборные. Пресловутые бараки для сезонных рабочих существовали на Сельмашстрое непродолжительное время и к окончанию строительства завода и поселка на их месте были выстроены многоквартирные секционные дома со всеми удобствами.

      Продвигаясь далее по улице 1-й Конной Армии, экскурсанты подошли к физическому центру рабочего поселка. На пересечении с Матросской улицей, ведущей к проходной завода, сконцентрировалось большинство общественных зданий – Дом Культуры, столовая, магазин, ясли, прачечная, баня. В настоящее время сохранилась лишь баня и прачечная, хотя внешний вид и этих объектов предстал экскурсантам в частично измененном виде. 

      При дальнейшем продвижении было определено место, на котором к 1932 г. было выстроено клубное здание – Дом Культуры на 4 тыс. человек. К сожалению, увидеть его смогли только на фотографии – он был полностью разрушен в период войны. Дом Культуры включал театральный зрительный зал, библиотеку на 60 тыс. томов, различные клубные и другие помещения. Крупные геометрические формы, расчленяющие асимметричный объем, сочетание глухих поверхностей стены с ленточным вертикальным и горизонтальным остеклением, круглыми окнами придавали зданию характерный образ конструктивистских построек (по некоторым сведениям, не подтвержденными достоверными документами, к проекту мог иметь отношение Я.Корнфельд). 

      Главное клубное здание Сельмашстроя замыкало одноименную улицу – Клубную, вокруг которой сконцентрировалось одиннадцать 48-квартирных секционных жилых домов, выстроенных по типовому проекту «Стройкома» (№№ 91, 107) и хорошо сохранившихся до нынешнего времени. 

      И Клубная и соседняя Студенческая улицы застроены на принципах строчной застройки. 

      Строчная застройка, получившая широкое распространение в начале 1930-х гг. полностью стирала границы между уличным и внутриквартальным пространством. Планировочная структура квартала в этот период характеризуется аморфностью, в отличие от целостности квартала середины 20-х гг. Размывание границы между уличным и внутриквартальным пространством выражала равнозначность городских пространств. Равнозначность явилась противоположностью иерархичности и целостности – основным системным принципам, свойственным регулярному градостроительству, сохранявшимся вплоть до начала 1930-х гг. 

      Во многом справедливая критика строчной застройки основывалась на ее «казарменности», отсутствии разнообразия пространственных впечатлений. Однако в случае с застройкой Сельмашстроя этот недостаток был снят за счет разнообразия формы кварталов и их сравнительно небольших размеров. Улицы пересекают застройку под разными углами. Соответственно и строки домов направлены под разными углами к улице. Получился неожиданный пространственный эффект – если в одном направлении открывается пространственная перспектива, то в другом она обязательно прерывается постановкой протяженных фасадов зданий под углом к воспринимающему зрителю. Монотонность и равномерность оборачиваются здесь пространственным разнообразием и живописностью. 

      Организованная группа в 40 человек, перетекающая по поселку, неизменно привлекала к себе внимание местных жителей, некоторые из которых вступали в диалог, дополняя экскурсовода новыми сведениями и гипотезами. Старейшие жители Студенческой улицы в виду неустойчивой погоды укрылись в своих конструктивистских жилищах. Однако прошлой весной они свидетельствовали о послевоенной жизни своих домов. О том, как дворовое пространство (если только придомовое пространство в строчной застройке можно назвать двором) было наполнено общественной, культурной жизнью, в которой дети выступали одними из главных участников. Как и в центральной части Ростова, на Сельмаше летом двор выступал для детей и как место отдыха, и как место воспитания и просвещения (показ кино, на который сбегались из других дворов, художественная самодеятельность) и даже местом сна. В жаркие летние ночи жители домов выносили матрацы и спали на придомовой территории, чувствуя себя в полной безопасности.

      На обратном пути экскурсия прошла по Металлургической улице с севера на юг. На пути шествия участники экскурсии осмотрели школу-гигант, выстроенную вместимостью до 4.500 учащихся. «Кузница кадров Сельмаша», как ее называли, ввиду своего чрезмерного объема, еще до войны была разделена на 2 школы. Конструктивистская стилистика сохранилась на дворовых фасадах школы, уличные же фасады оформлены в формах послевоенного ампира.

      Рационализация средств выразительности в некоторых кварталах Сельмашстроя компенсировалась разнообразием объемно-планировочных решений. Активная объемная пластика застройки в квартале по улице Металлургической вблизи улицы Ильича создается за счет уступчатой, пилообразной композиции плана. Постановка зданий под углом к улице формирует активную пластику выступающих прямоугольных и цилиндрических объемов.

      В поселке Сельмашстроя сохранились целые фрагменты застройки тех лет, практически без вкраплений последующих десятилетий. Характерно также то, что конструктивистская застройка выработала своеобразный генетический код, который позволил развиваться району в послевоенный период восстановления города, на заложенных в 1920-е гг. началах. Так, комплекс зданий по улице Воровского, выстроенных с нуля в 1940-е гг., несмотря на кардинальную смену к этому времени приоритетов в сторону классики, несет на себе все основные признаки конструктивизма. 

      Около сотни капитальных зданий возведенных с 1927 по 1931 гг., большинство из которых сохранилось и предстало взору участников экскурсии, отражают архитектурно-градостроительные концепции тех лет, а сам Сельмашстрой – воплощенную волю молодого государства к саморазвитию.


Ситуационный план
Ситуационный план
Планировка квартала
Планировка квартала

17 Мая 2012

А.Г. Токарев

Автор текста:

А.Г. Токарев
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Бетонный Мадрид
Новая серия фотографа Роберто Конте посвящена не самой известной исторической странице испанской архитектуры: мадридским зданиям в русле брутализма.
Реновация городской среды: исторические прецеденты
Публикуем полный текст коллективной монографии, написанной в прошедшем 2020 году сотрудниками НИИТИАГ и посвященной теме, по-прежнему актуальной как для столицы, так и для всей страны – реновации городов. Тема рассмотрена в широкой исторической и географической перспективе: от градостроительной практики Екатерины II до творчества Ричарда Роджерса в его отношении к мегаполисам. Москва, НИИТИАГ, 2021. 333 страницы.
Конкурсный проект комбината газеты «Известия» Моисея...
Первая часть исследования «Иван Леонидов и архитектура позднего конструктивизма (1933–1945)» продолжает тему позднего творчества Леонидова в работах Петра Завадовского. В статье вводятся новые термины для архитектуры, ранее обобщенно зачислявшейся в «постконструктивизм», и начинается разговор о влиянии Леонидова на формально-стилистический язык поздних работ Моисея Гинзбурга и архитекторов его группы.
Леонидов и Ле Корбюзье: проблема взаимного влияния
Памяти Юрия Павловича Волчка. Статья готовилась к V Хан-Магомедовским чтениям «Наследие ВХУТЕМАС и современность». В ней рассматривается проблема творческого взаимодействия Ле Корбюзье и Ивана Леонидова, раскрывающая значение творчества Леонидова и школы ВХУТЕМАСа, которую он представляет, для формирования основ формального языка архитектуры «современного движения».
Неизвестный проект Ивана Леонидова: Институт статистики,...
Публикуем исследование архитектора Петра Завадовского, обнаружившего неизвестную работу Ивана Леонидова в коллекции парижского Центра Помпиду: проект Института статистики существенно дополняет представления о творческой эволюции Леонидова.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
Идентичность в типовом
Архитекторы из бюро VISOTA ищут алгоритм приспособления типовых домов культуры, чтобы превратить их в общественные центры шаговой доступности: с устойчивой финансовой программой, актуальным наполнением и сохраненной самобытностью.
«Это не башня»
Публикуем фото-проект Дениса Есакова: размышление на тему «серых бетонных коробок», которыми в общественном сознании стали в наши дни постройки модернизма.
Что не так с офисами открытого типа
Офисы свободного плана экономят деньги компаний-владельцев и помогают им выглядеть эффектней, но это практически единственное их достоинство. При этом работодатели любят «опен-спейс», а их сотрудники – не очень.
«Седрик Прайс придумывал архитектуру, которая может...
Саманта Хардингхэм – о британском архитекторе-визионере послевоенных десятилетий Седрике Прайсе и его самом важном проекте – Дворце развлечений. Ее лекция была частью конференции «Архитектор будущего», проведенной Институтом «Стрелка» в партнерстве с ДОМ.РФ.
«Работа с сопротивлением»
Публикуем отрывок из книги Ричарда Сеннета «Мастер» о постижении сути мастерства – в градостроительстве, инженерном искусстве, стрельбе из лука. Книга вышла на русском языке в издательстве Strelka Press.
Крепости «Красной Вены»
Многочисленные дома для рабочих, построенные в Вене социал-демократическими бургомистрами в 1923–1933, положили начало ее сильной традиции муниципального жилья. Массивы «Красной Вены» – в фотографиях Дениса Есакова.
Макеты в масштабе 1:1
Поселок Веркбунда в Вене, идеальное социальное жилье, построенное ведущими европейскими архитекторами для выставки 1932 года – в фотографиях Дениса Есакова.
Будущее вчера и сегодня
Публикуем статью Александра Скокана, впервые появившуюся в прошедшем году в Академическом сборнике РААСН: о Будущем, как его видели в 1960-е, о НЭР, и о том будущем, которое наступило.
Руины Лондона. Часть II
Продолжаем публикацию эссе историка архитектуры Александра Можаева, посвященного практике сохранения остатков старинных зданий в Лондоне. На этот раз речь о средневековье.
Руины Лондона. Часть I
Архитектор и историк Александр Можаев – о лондонской практике сохранения и экспонирования археологического наследия в свете недавнего открытия музея храма Митры. В сравнении с московскими утратами выглядит особенно остро.
Технологии и материалы
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Цвет – это жизнь
Теория цвета и формы была важным учебным модулем в Баухаусе, где художники и архитекторы активно использовали теорию цвета Гёте и добились того, чтобы цвет стал неотъемлемой частью современной жизни. Шведы из Natural Colour Academy предложили палитру Color Trends 2020, собственную цветовую систему, которая задает цветовые стандарты для всех возможностей применения в новом десятилетии.
Сейчас на главной
Районные ряды
Один из вариантов общественного пространства шаговой доступности, способного заменить ушедшие в прошлое дома культуры.
Пресса: Вальтер Гропиус и Bauhaus: трансформация жизни в фабрику
Это школа искусства (с Василием Кандинским в роли профессора), скульптуры, дизайна (где он, собственно, и был изобретен как самостоятельная деятельность), театра — Баухауc не сводится к архитектуре. Но в архитектуре Баухауса можно выделить три этапа развития утопии
Территория детства
Проект образовательного комплекса в составе второй очереди застройки «Испанских кварталов» разработан архитектурным бюро ASADOV. В основе проекта – идея создания дружелюбной и открытой среды, которая сама по себе воспитывает и формирует личность ребенка.
Новая идентичность
Среди призеров конкурса на концепцию застройки бывшей промышленной территории в чешском городе Наход – российское бюро Leto architects. Представляем все три проекта-победителя.
Человек в большом городе
В проекте масштабного жилого комплекса архитекторы GAFA сделали акцент на двух видах общественного пространства: шумных улицах с кафе и магазинами – и максимально природном, визуально изолированном от города дворе. То и другое, работая на контрасте, должно сделать жизнь обитателей ЖК EVER насыщенной и разнообразной.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Живой рост
Масштабный жилой комплекс AFI PARK Воронцовский на юго-западе Москвы состоит из четырех башен, дома-пластины и здания детского сада. Причем пластика жилых домов – активна, они, как кажется, растут на глазах, реагируя на природное окружение, прежде всего открывая виды на соседний парк. А детский сад мил и лиричен, как сахарный домик.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Из кино в метро
Трансформация советского кинотеатра «Ереван» в Единый диспетчерский центр метрополитена: параметрические фасады, медиаэкраны и центр мониторинга в бывшем зрительном зале.
86 арок
В жилом комплексе Westbeat по проекту бюро Studioninedots на западе Амстердама обширный подиум вмещает многофункциональное общественное и коммерческое пространство для нужд жителей района.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
Модульный «Круг»
Комплекс The Circle по проекту бюро Riken Yamamoto & Field Shop в аэропорту Цюриха соединяет в себе, как в маленьком городе, офисы, магазины, клинику, отель и конференц-центр.
Стеклянный шар, золотой цилиндр
В Лос-Анджелесе завершено строительство музея Киноакадемии по проекту Ренцо Пьяно и его бюро RPBW: основой проекта стал универмаг в стиле ар деко. Открытие запланировано на эту осень.
Ценность подиума
В китайской штаб-квартире компании Schindler в Шанхае по проекту Neri&Hu проблема разобщенности производственных и офисных корпусов решена с помощью выразительного подиума.
Ажур и резьба
Жилой комплекс в Уфе с мостиком-эспланадой, разнообразными балконами и декором, имитирующим деревянные наличники. Дом отмечен Золотым знаком Зодчества-2020.
Фрагменты Тулузы
Новое здание школы экономики по проекту бюро Grafton продолжает богатые кирпичные традиции Тулузы, благодаря которым ее называют «Розовым городом».
Чтение на «ковре-самолете»
Историческая библиотека университета Граца получила «надстройку» с 20-метровым консольным выносом по проекту Atelier Thomas Pucher: там разместились читальные залы.
Масштаб 1:1
Пять разноплановых объектов бюро «А.Лен», снятых на квадрокоптер: что нового может рассказать съемка с высоты.
Сицилийские горизонты
Выбранный по итогам международного конкурса проект административного комплекса области Сицилия в Палермо задуман как ансамбль из дерева и стали с садом на шестом этаже.
Пресса: Модернизированная сельская идиллия: Джозеф Ганди...
В 1805 году британский архитектор Джозеф Майкл Ганди опубликовал две книги, «Проекты коттеджей, коттеджных ферм и других сельских построек» и «Сельский архитектор». Этот жанр — сборники проектов сельских домов — среди архитекторов уважением не пользуется, люди строили и сейчас строят такие дома без помощи архитектора. Немногие числят Ганди в истории архитектурной утопии, из недавно опубликованных назову прекрасную книгу Тессы Моррисон «Утопические города 1460–1900». Но, видимо, именно с Ганди начинается особая линия новоевропейской утопии — утопии сельской жизни
Музей в «холодной куртке»
Корпус Киндер Хьюстонского музея изобразительных искусств по проекту Steven Holl Architects: фасады из полупрозрачного стекла отражают 70% солнечного жара.
Красный дом
В районе Новослободской появился Maison Rouge – комплекс апартаментов по проекту ADM, который продолжает начатую БЦ «Атмосфера» волну обновления квартала в сторону улицы Палиха
Эффект оживления
Проект Останкино Business Park разработан для участка между существующей станцией метро и будущей станцией МЦД, поэтому его общественное пространство рассчитано в равной степени на горожан и офисных сотрудников. Комплекс имеет шансы стать катализатором развития Бутырского района.