Архитектурное образование: тренды нового сезона

МАРШ, МАРХИ, школа Сколково и руководители проектов дополнительного обучения рассказали нам о том, что меняется в образовании архитекторов. На что повлиял уход иностранных вузов, что будет с российской архитектурной школой, к каким дополнительным знаниям стремиться.

mainImg
Как и всё на свете, образование подчиняется общим законам жизни. Проблемы и тенденции у него такие же – от глобальных до локальных, как географически, так и хронологически. И было бы хорошо, если бы единственным трендом было, к примеру, увлечение пространством meta и рост ценности самообразования. Надеемся, что подборка высказываний экспертов разных областей, от «топовых» архитектурных вузов до представителей смежных профессий, будет интересна тем, кто учится или планирует учиться. 

 
Мыслить шире

zooming

Никита Токарев,
директор Архитектурной школы МАРШ:
 

«Архитектурное образование в мире очень разное, и заметно отличается и от страны к стране, и между школами. В России в принципе не так много учебных программ в архитектуре. В британском образовании, с которым я связан последние 10 лет, очень заметна озабоченность климатическими и экологическими проблемами: декарбонизацией, экономией ресурсов, ресайклингом материалов и повторным использованием зданий. Второй явный тренд – это коллаборации, командная работа, в том числе междисциплинарная, «живые» проекты в разных формах, вовлечение клиентов, пользователей и представителей профессионального сообщества в процесс учебного проектирования. Наконец, повышенное внимание уделяется ответственности и самостоятельности студентов, рефлексии и развитию всего спектра soft skills. Основной акцент делается на гуманитарное знание и исследование как обязательную составляющую и основу любого архитектурного проекта. Эти черты характерны и для школы МАРШ.
 
Вынужденная приостановка международных партнерств, выход из Болонской системы, конечно, ставят под вопрос перспективы развития архитектурного образования в России. Современное образование должно «мыслить глобально, действовать локально», поддерживая культурные аспекты, давать возможность студентам и преподавателям свободно перемещаться и обмениваться идеями, обеспечивать взаимное признание дипломов и трудоустройство по всему миру.
 
Во-первых, как решение мы видим много возможностей в регионах, на которые раньше обращали мало внимания: Турция, Китай, Юго-Восточная Азия, Индия, Латинская Америка. Возможно, будущее архитектуры в XXI веке зависит именно от этих стран и регионов. Во-вторых, мы можем адаптировать опыт британских учебных программ к нашей российской почве – у МАРШа для этого есть все основания. Вместе с другими школами университета креативных индустрий Universal University мы получаем российскую лицензию на высшее образование, создавая программу бакалавриата, соответствующую российскому стандарту и международной архитектурной практике. Следующий шаг – это поиск новых академических партнеров и разработка программ с двойным дипломом. В нынешней международной обстановке – это дело не быстрое».
 

 
Заботиться об экологии и выбирать практику

zooming

Наталья Благовидова,
кандидат архитектуры, доцент,
профессор кафедры «Градостроительство» МАРХИ:

 
«Парадигма современного архитектурного образования призывает к принятию нестандартных творческих решений в профессии. С появлением в МАРХИ квалификации магистр по направлениям архитектура и градостроительство к уже традиционным кафедрам прибавились пять новых, задействованных в магистратуре.
 
Архитектура и строительство оказывают большое влияние на экологию городской среды. В 2013 году в МАРХИ по инициативе проректора по научной работе Георгия Васильевича Есаулова была разработана и утверждена концепция экологического образования, цель которой – сформировать экологическое мышление на всех этапах учебного процесса и задействовать в проектировании технологии экологического строительства. В процессе учебы мы предлагаем студентам разработать экспериментальную и инновационную эскиз-идею – эко-клаузуру. Так студент готовится к внедрению природных процессов в структуру архитектурно-градостроительных объектов и обеспечению безопасности и экологической устойчивости урбанизированной среды, которую они проектируют.
 
Еще одна важная инновация в МАРХИ – это создание добровольного студенческого научного объединения. Основные цели – создать условия для развития научного потенциала и сформировать у студентов исследовательские компетенции. Коллективу пока еще нет и года, но его участники уже проявили себя: приняли участие во Всероссийском фестивале «Архитектурное наследие», а сейчас готовятся провести градостроительный анализ в Ельце. Среди задач: работа с культурным наследием в архитектурной практике России, встраивание креативных индустрий в городские пространства, вовлечение жителей и составление ментального портрета города.
Современное архитектурное образование ставит архитектора, градостроителя и дизайнера в положение соучастника проектирования города, как одного из горожан. Сегодняшний архитектор должен понять, что он тоже горожанин».

zooming

Елена Баженова,
кандидат архитектуры,
заведующая кафедрой «Архитектурная практика» МАРХИ:

 
«Современный мир меняется настолько быстро, что архитектор продолжает учиться и после вуза. Есть три специальности в мире, для которых обязательна  профессиональная «доподготовка» на практике после окончания высшей школы – так называемая «интернатура». Это врачи, адвокаты/юристы и архитекторы. Во всем мире архитектор, получивший высшее архитектурное образование, еще не архитектор, он магистр или бакалавр архитектуры. Чтобы получить статус архитектора, молодой специалист должен пройти практическую стажировку в течение 2-3 лет работы полного дня в архитектурной мастерской или проектной группе, после чего он будет готов к сдаче квалификационного экзамена на право называться «Архитектор», т.е. подписывать чертежи, открыть свою частную мастерскую, указывать на визитной карточке квалификацию «Архитектор».
У архитектурных компаний есть запрос на специалистов, которые смогут вести любую стадию проекта, но таких по определению не выпускает архитектурная школа – это академические, а не практические знания. В советское время интернатуру заменяла работа младшим архитектором в проектном институте в течение 2-3 лет. Сегодня в нашей стране необходимо понимание, что процесс подготовки полноценных архитекторов нуждается в периоде полноценной  профессиональной адаптации на практике.
 
Сейчас особенностью любого профессионального развития является деятельность на «стыке» компетенций – если хочется расти и быть востребованным, нужно развиваться и после окончания профильного высшего учебного заведения и собирать компетенции по разным направлениям. Например, получить базовые знания по менеджменту и финансам, чтобы в будущем открыть свое бюро. Современный мир предлагает так много приложений в области деятельности для архитектора, что совершенно не обязательно всю жизнь чертить. Получив свой первый пятилетний опыт работы, разобравшись в процессах, архитектор может пойти в менеджмент, девелопмент, развитие современных  стройматериалов, программирования, преподавание».
 

 
Разбираться в программах

zooming

Катерина Андреевских-Устюжанина,
преподаватель модулей «Компьютерная графика» и
«Профессиональные навыки» в Архитектурной школе МАРШ:

 
«Образовательная программа у студентов очень насыщенная, а время стоит денег, поэтому я показываю быстрые способы, как решать отдельные задачи. В работе со студентами я хочу показать, что в одной программе можно сделать почти всё, если знать, как реализовать свою идею и сэкономить время. Важно не умение «двигать кнопки», а верный выбор инструментов и понимание алгоритма действий.
 
Например, студенты делают рендеры деревянных конструкций. Предварительный этап – проанализировать задачу. Нужно понять, какое должно быть дерево (матовое или глянцевое, обработанное или не обработанное), используется ли дополнительно металл, как передается материал (цвет, свет). Только потом можно приступать к реализации.
 
Уход зарубежных поставщиков ПО с российского рынка не ставит нас в безвыходную ситуацию – можно работать с аналогами. Пока мы не до конца понимаем, сможем ли полностью найти замену, но уверена, что в ближайшее время справимся с этой сложной задачей. Зная логику работы основных типов софта, освоить можно любую программу».

 
Непрерывно учиться

zooming

Екатерина Панова,
CEO коммуникационного агентства Plan the Best
 
Непрерывное образование – это новая норма. Стандартная система: школа-институт-работа – безнадежно устарела. Образовательный процесс в современном мире не заканчивается с получением диплома, а продолжается всю жизнь. Сегодня сложно быть успешным без умения учиться и сознательно развивать карьерный трек. Благодаря современным технологиям можно «лавировать» между разными профессиями в течение жизни, приобретать и обновлять свои навыки и менять направление работы.
 
Подход к обучению различается между тремя поколениями современной молодежи. Первые предпочитают работать самостоятельно, используя традиционные методы обучения (мастер-классы, семинары, курсы). Но ценят и удобство онлайн-формата, поэтому в конечном итоге выбирают смешанные методы.
 
Миллениалы балансируют между аналоговым и цифровым миром. Они первые приняли тот факт, что учиться нужно всю жизнь, причем не для получения диплома, а для личностного роста и карьерного развития. Все чаще они рассматривают краткосрочные образовательные программы и воркшопы, совмещая работу и учебу.
 
Зумеры родились в мире интернета и не смогут вспомнить свою жизнь без смартфонов и компьютеров. Они предпочитают практику, видео-контент, социальное обучение. Мотивация дня них – не деньги, а возможность узнать нечто большее, удивительное, уникальное и быть в этом специалистом. часто это не учитывается работодателем.
 
Раньше не так много профессий требовали постоянного совершенствования. Специальность архитектора отличалась тем, что нельзя было достичь вершины: либо постоянный рост и новые навыки, либо стагнация и откат. Но требования к современному архитектору изменились с учетом новой жизненной парадигмы. Система life-long learning, выходящая за рамки традиционного образования, дает возможность «допрыгнуть» куда бы то ни было. Главное не терять фокус и понимать свою цель, к которой хочется прийти, чтобы все курсы, лекции и практика вели по верному пути. Осознанный подход к обучению дальше ведет архитектора по более короткому и эффективному пути в профессии».

  
Повышать квалификацию

zooming

Арсений Афонин,
архитектор, основатель и партнер
образовательного проекта «Софт Культура»:

 
«Как правило, все основное образование в России живет по постсоветской системе, которая не сильно изменилась за последние 30-40 лет. Необходимый набор предметов спускается «сверху» и вузы еле успевают его отдать. Программы обновляются достаточно медленно, поэтому студенты очень часто «добирают» недостающие знания и навыки факультативно и на свой выбор. Дополнительные курсы можно пройти и в институте, если преподаватели готовы вне обязательной программы давать дополнительные знания. Такой опыт тоже есть. Но поскольку на наши услуги до сих пор есть стабильный спрос, можно сделать вывод, что студенты часто занимаются самообразованием вне учебы.
 
Ученики Софт Культуры делятся на две группы. Первые – действующие студенты, которые пытаются компенсировать недостатки фундаментального образования. Вторая группа – взрослые, которым нужно «прокачать» те или иные навыки в профессии. Технологии обновляются и вместе с ними совершенствуется процесс проектирования, задача архитектора – успеть за изменениями.
 
Для запуска собственного архитектурного бюро точно не хватит базового архитектурного образования. Здесь нужны компетенции малого и среднего предпринимателя. Мне знакомы руководители архитектурных бюро, которые шли на бизнес-программы в Сколково и аналогичные школы, где для обучения не так важно, в какой индустрии ты работаешь.
 
Дополнительное образование сейчас существует преимущественно в онлайн-формате. Например, мы собрали все наши прошедшие курсы в один архив и продаем их по низкой цене для тех, кто хотел разобраться в какой-то теме, но не готов идти на полноценный курс. Параллельно на платформе регулярно запускаются программы с дистанционным сопровождением преподавателей и работой в группах».
 
zooming

Дарья Маргеева,
директор образовательного центра Точка:
 
«Градостроительство – междисциплинарная область на стыке архитектуры и географии, поэтому архитекторам не всегда хватает знаний, чтобы успешно развиваться в своем деле. Практикующие архитекторы, градостроители, представители девелоперов приходят к нам за дополнительным знанием, ориентированным на практику. Мы разбираем, как устроена сложная градостроительная документация, особенности нормативно-правовых актов и учимся сразу применять это в работе. Поскольку нормы регулярно обновляются, знания тоже нужно постоянно актуализировать – непрерывный образовательный процесс».
 
zooming

Катерина Гувакова,
модератор бизнес-программ в бизнес-школе Сколково:
 
«C архитекторами мы работали в рамках Стартап Академии и на программе Практикум. На программы приходят предприниматели, и среди них как молодые архитекторы с бизнес-идеями, так и достаточно опытные владельцы собственных бюро – их большинство. Как правило, вторые достигли  плато в развитии, либо видят ограниченность своей ниши. Для этого архитекторы обращаются к бизнес-образованию. Основной запрос участников – спроектировать свой следующий, принципиально новый по качеству, шаг развития в бизнесе.
 
Более молодое поколение часто приходит с целью создания некой цифровой модели бизнеса, более старшее – первоначально рассматривает несколько опций, в том числе выбирая технологии. Например, на последней программе Практикума мы очень много говорили про будущее архитектуры в метавселенной, что является пока неизведанной, но очень привлекательной темой в международном пространстве. Помимо прочих позитивных моментов для развития, во время обучения архитекторы находятся в непрерывном «переопылении» с представителями другого бизнеса: обсуждая вопросы будущего совместно, они получают совсем другую, более объемную перспективу для следующего шага в бизнесе».

09 Сентября 2022

Похожие статьи
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
Дерево за 15 лет
Поемия АРХИWOOD опрашивает членов своего экспертного совета главной премии: что именно произошло с деревянным строительством за эти годы, какие заметные изменения происходят с этим направлением сейчас и что ждет деревянное домостроение в будущем.
Марина Егорова: «Мы привыкли мыслить не квадратными...
Карьерная траектория архитектора Марины Егоровой внушает уважение: МАРХИ, SPEECH, Москомархитектура и Институт Генплана Москвы, а затем и собственное бюро. Название Empate, которое апеллирует к словам «чертить» и «сопереживать», не должно вводить в заблуждение своей мягкостью, поскольку бюро свободно работает в разных масштабах, включая КРТ. Поговорили с Мариной о разном: градостроительном опыте, женском стиле руководства и даже любви архитекторов к яхтингу.
Технологии и материалы
Обновленный шоу-рум LUCIDO: рабочая среда для архитектора
Бутик Итальянской Плитки LUCIDO, расположенный в особняке на Пречистенке, завершил реконструкцию. Задача обновления – усилить функциональность пространства как инструмента для профессиональной работы с материалом. В новой экспозиции сделан акцент на навигацию, сценарии освещения и демонстрацию крупных форматов в условиях, приближенных к реальному интерьеру.
Стальное зеркало терруара
Архитектурная мастерская «АКАНТ» превратила здание винодельни в Краснодарском крае в оптическую иллюзию при помощи полированной нержавеющей стали «СуперЗеркало» от компании «Орнамита». Материал позволяет играть со светом и восприятием объемов, снижать теплопоглощение и создавать объекты-магниты, привлекающие яркой образностью, оставаясь при этом практичным и ремонтопригодным решением.
Осознанный выбор
С каждым годом, с каждой новой научной и технологической разработкой и запуском в производство новых полимерных материалов с улучшенными качествами сфера их применения расширяется. О специфике и форматах применения полимерных материалов в современной общественной архитектуре, включая самые сложные и масштабные объекты, такие как стадионы, мы поговорили с заместителем генерального директора по проектированию ПИ «АРЕНА» Алексеем Орловым.
Сёрфборд для жилья
Гавайская архитектурная фирма Hawaii Off-Grid занялась производством строительных блоков из досок для сёрфинга. Разработка призвана побороть проблему нехватки жилья на островах и чрезмерных отходов сёрфинг-индустрии.
Бетон со знаком «минус»
В США разработали заполнитель для бетона с «отрицательным» содержанием углерода. Технология позволяет «запечатывать» CO₂ в минералах и использовать их в качестве заполнителей для бетонных смесей.
Японцы нашли ключ к «зеленому» стеклу из древесины
Исследователи из Университета Осаки разработали технологию получения прозрачной древесины без использования пластиковых компонентов и объяснили физику процесса, открывающую путь к управлению свойствами материала.
​Полимеры: завтрашний день строительства
Современная архитектура движется от статичных форм к адаптивным зданиям. Ключевую роль в этой трансформации играют полимерные материалы: именно они позволяют совершить переход от архитектуры как сборки деталей – к архитектуре как созданию высокоэффективной «оболочки». В статье разбираем ключевые направления – от уже работающих технологий до горизонтов в 5-10 лет.
Земля плюс картон
Австралийские исследователи, вдохновившись землебитной архитектурой, разработали собственный строительный материал. В его основе – традиционный для землебитной технологии грунт и картонные трубы. Углеродный след такого материала в четыре раза «короче», чем след бетона.
Цифровой дозор
Ученые Пермского Политеха автоматизировали оценку безопасности зданий с помощью ИИ. Программное решение для определения технического состояния наружных стен кирпичных зданий анализирует 18 критических параметров, таких как ширина трещин и отклонение от вертикали, и присваивает зданию одну из четырех категорий состояния по ГОСТ.
Палитра возможностей. Часть 2
В каких проектах и почему современные архитекторы используют такой технологичный, экономичный и выразительный материал, как панели поликарбоната? Продолжаем мини-исследование и во второй части обзора анализируем мировой опыт.
Технадзор с дрона
В Детройте для выявления тепловых потерь в зданиях стали использовать беспилотники. Они обнаруживают невидимые человеческому глазу дефекты, определяют степень повреждения и выдают рекомендации по их устранению.
Палитра возможностей
Продолжаем наш специальный проект «От молекулы до здания» и представляем вашему вниманию подборку объектов, построенных по проектам российских архитекторов, в которых нестандартным образом использованы особенности и преимущества поликарбонатов.
Поглотитель CO₂
Немецкие ученые разработали метод вторичной переработки сверхлегкого бетона. Новый материал активно поглощает углекислый газ – до 138 кг CO₂ на тонну – и дает ответ на проблему огромных объемов строительных отходов.
Новая материальность: как полимеры изменили язык...
Текучие фасады, прозрачные оболочки весом в сотни раз меньше стекла, «пассивные дома» – сегодня все это стало возможным благодаря активному применению полимеров. Этим обзором мы открываем спецпроект «От молекулы до здания», где разбираемся, как полимерные композиты, светопрозрачные конструкции и теплоизоляционные системы расширяют возможности проектирования и становятся самостоятельным языком архитектуры.
Юбилейный год РЕХАУ
В этом году компания РЕХАУ отметила две знаковые даты – 30 лет с момента открытия первого представительства в Москве и 20 лет со дня запуска завода в поселке Гжель Московской области. За эти годы компания превратилась в одного из ключевых игроков строительного рынка и лидера оконной отрасли России, предлагая продукцию по трем направлениям: оконные технологии и светопрозрачные конструкции, инженерные системы, а также мебельные решения.
​Формула Real Brick
Минеральная плитка ручной формовки белорусского производителя Real Brick выходит на российский рынок как альтернатива европейской. Технология заводского пропила под системы НВФ позволяет экономить до 40% бюджета проекта на логистике и монтаже.
​Вертикаль, линия, сфера: приемы игровых пространств
В современных ЖК и городских парках детская площадка – все чаще полноценный архитектурный объект. На примерах проектов компании «Новые Горизонты» рассматриваем, какие типологии и приемы позволяют проектировать игровые пространства как доминанты, организующие среду и создающие идентичность места.
«Марсианская колония» на ВДНХ
Компания «Шелби», используя концептуальные идеи освоения красной планеты от Айзека Азимова и Илона Маска, спроектировала для ВДНХ необычный плейхаб. «Марсианская колония» разместится рядом с легендарным «Бураном» и будет состоять из нескольких модулей, которые предложат детям игровые сценарии и образы будущего.
Материал как метод
Компания ОРТОСТ-ФАСАД стоит у истоков фасадной индустрии. За 25 лет пройден путь от мокрых фасадов и первого в России НВФ со стеклофибробетоном до уникальных фасадов на подсистеме собственного производства, где выносы СФБ элементов превышают три метра. Разбираемся, какие технологические решения позволяют СФБ конкурировать с традиционными системами и почему выбор единого подрядчика – наилучший вариант для реализации фасадов со сложной архитектурой.
Сейчас на главной
Павильон грибоводства
Бетонный павильон по проекту OMA для выращивания грибов в арт-кампусе Casa Wabi в Мексике задуман также как инкубатор для общественных связей.
Защита чувств
В Нижнем Новгороде объявили победителей 16 архитектурного рейтинга, который проводится в этом городе, как правило, один раз за два года. Напомним, победителя тут съедают в виде торта, что, с одной стороны, забавно, а с другой – не лишено тонкого смысла. Архитекторы взаправду пугаются прежде чем «разрезать свой объект ножом»! И вот наш небольшой репортаж. В победителях 5 бюро и 7 объектов. В премии впервые появилась номинация. Угадайте, угадайте же, кто у нас «Царь горы»?
Бетонный переплет
Жилая башня 900 Saint-Jacques по проекту Chevalier Morales Architectes взаимодействует со достопримечательностями Монреаля и предлагает альтернативу скучным стеклянным высоткам.
Скорлупа под антаблементом
Архитектор Егор Рыбин спроектировал ТРЦ для коттеджного поселка «Боярское» в 30 км от Нижнего Новгорода, прочитав его как парковый павильон. Кирпичные экседры считываются как фрагменты ротонды, а прорастающее сквозь центральную арку дерево символично напоминает о главенстве пейзажа.
Против ветра
Общественно-деловой центр «Графит» построен по проекту бюро FUTURA-ARCHITECTS в новом жилом районе, который развивается за южной границей Санкт-Петербурга, недалеко от Финского залива. Авторы отрефлексировали близость холодного Балтийского моря, придав зданию динамику преодоления и скругленные, словно от ветра и воды, края.
Следуя за ландшафтом
На черноморском побережье в черте Стамбула строится жилой район Ion Riva. Мастерплан разработан Snøhetta, также в проекте заняты BIG и MVRDV.
Вне стресса
DA bureau продолжает ломать стереотипы и задавать новые тренды. В новом медицинском центре, практикующем биохакинг, они материализовали дизайн, который раньше, если где-то и встречался, то в мультфильмах о воображаемых мирах, светлых и настолько умиротворяющих, что не понятно, где проходит граница между сном и анимированной реальностью.
Игра противоположностей
На месте снесенной пожарной части в Ижевске построен жилой комплекс «Монблан». Авторы проекта из бюро «АП-Групп» собрали композицию из двух объемов, соединив классическую сетку одного с деконструктивистской свободой ломаных форм другого.
Анфилада архетипов
Выставка «Архетипы авангарда» в новом здании Третьяковской галереи предлагает посмотреть на творчество русских художников начала XX века под особым ракурсом: экспозиция проводит параллель между художественной революцией и психоанализом. С помощью 12 архетипов кураторы показывают, что за дерзкими экспериментами Малевича, бунтом Родченко и детской искренностью Пиросмани стоят живые люди с узнаваемыми чертами. Архитектура выставки от бюро ХОРА делает идею осязаемой.
Примечательности в тренде и вне его. Обзор проектов...
На фоне все более отчетливо проявляющихся тенденций к аффектации архитектурного облика большинства новых московских проектов интересно наблюдать размытие понятия авторского почерка, вплоть до полного его исчезновения и попытки некоторых архитекторов отстоять свое право работать в менее техно-эмоциональной манере.
Форма радости
Архитекторы бюро MARAT MAZUR interior design получили необычный заказ – разработать дизайн киоска для продажи мороженого My Gelato в одном из торговых центров, который был бы эффектным, образным, удобным и, самое главное, необычным. И им это удалось.
Вторая жизнь гидроузла
Департамент технического заказчика предложил превратить монументальные руины советского гидроузла в Подольске в кластер экстремальных развлечений. Бетонные скелеты плотин в нем становятся объектами скалолазания, страйкбольными декорациями и скейтпарком.
На сцену приглашаются
Sanjay Puri Architects спроектировали главное здание для индийского университета Prestige: его кровля из 463 платформ служит общественным пространством и сценой.
Симулятор «зеленой» жизни
Представлены проекты финалистов конкурса Shift – версии здания- «достопримечательности» в Роттердаме, где публика сможет на своем опыте оценить достоинства ресурсоэффективного, циклического образа жизни.
Орел или решка
Бюро .dpt создало интерьер бара Nightcall в компактном пространстве флигеля усадьбы Закревского-Савина, построенного в XVIII веке. Но вместо исторических аллюзий они попытались преодолеть законы геометрии и ухитрились совместить в одном объеме два очень разных по дизайну пространства: одно спокойное и солидное, второе – ироничное и богемное.
Консоли, как ни крути
Небоскреб по проекту HENN на тесном участке в шэньчжэньской штаб-квартире IT-компании Kingdee набирает необходимую площадь за счет консольных выносов в верхней части.
От пещеры до звезды
Концепция бюро Ad Hoc победила в закрытом конкурсе на культурно-рекреационный комплекс для норвежского острова. Ненавязчивыми архитектурными решениями авторы проявили силу места: водопад стал частью входной группы, естественная терраса – платформой для смотровой площадки, закат и звездное небо – украшением интерьеров.
Стены помогают
Бюро «Крупный план» (KPLN) выбирает работать в историческом пространстве: для своего офиса команда отреставрировала особняк XIX века, построенный в «кирпичном стиле». Сохраняя замысел авторов и особую атмосферу здания, в котором изначально работал главный инженер Алексеевской насосной станции, архитекторы не стремились к лоску и новодельной завершенности, но заботились о комфорте сотрудников. Подлинные детали вроде изразцовой печи, лепнины и чугунных перил дополнили предметы, изготовленные командой собственноручно: макеты и даже обожженный в печи декор.
Лодка, раскрой паруса
Для нового района в Раменках бюро UNK спроектировало деловой центр, который в зависимости от ракурса напоминает сразу несколько типов судов: от спортивной яхты до фрегата, ледокола или сложенного из листа бумаги кораблика. Видимые за стеклянными фасадами элементы конструктива превращаются в мачты и реи. Первый и последний уровни здания отличаются большей площадью, позволяющей создать эффектные двусветные пространства.
Горный страж
В рамках международного конкурса Артем Агекян разработал проект автономного горного убежища, которое предполагается разместить на высоте около 3000 метров в итальянских Альпах. Форма бивуака учитывает розу ветров и опасность камнепада, градиент цвета делает его одновременно заметным и энергоэффективным.
Карельский разлом
Отель в Карелии, спроектированный архитектурным бюро Chado, вырастает из ландшафта в образе гигантского валуна, расколотого надвое. В центре этой композиции рождается драматичное общественное пространство, напоминающее древнее убежище. Материалом, связывающим рукотворное с природным, становится монолитный бетон, приближенный по оттенку к местным породам.
Обзор проектов 23-28 февраля
На этой неделе мы отдыхали от башен и стеклянных фасадов: в информационном поле замечено несколько камерных проектов в центре Москвы, которым сопутствуют неоклассические фасады, итальянский архитектор, историческая парцелляция и реконструкция соседних зданий. Среди других находок: масштабный проект детской клиники и небезынтересный жилой комплекс в Уфе.
Памяти Валерия Каняшина
В пятницу, 27 февраля ушел из жизни архитектор Валерий Каняшин, сооснователь АБ «Остоженка», автор многих значительных построек в Москве. Публикуем текст Анатолия Белова в память о Валерии Каняшине.
Все красное
Бюро «Лепо» разработало дизайн для ресторана «ЭНСО», в котором экзотическая кулинарная концепция и нестандартное пространственное решение со входом по стеклянному мосту получили свое логичное завершение в виде ярко-алого интерьера, интригующего и харизматичного.
Гипертекст в пространстве
В рамках выставки «Что имеем (не) храним» и Сергей Чобан, и Музей архитектуры, и студия ЧАРТ экспериментируют с экологичным подходом к экспозиционному дизайну, перекличкой тем и даже с публицистическими размышлениями о необходимости сохранения модернизма, корнях современной архитектуры и рождении идей. Все это делает камерную выставку с легким прозрачным дизайном новаторской. Элементы все, как «телесные», так и идейные – знакомы, а вот их сочетание – ново.
Площадь угасшей звезды
«Студия 44» представила на Градостроительном совете проект развития бизнес-центра Leader Tower, известного как первый небоскреб Санкт-Петербурга. Площадь Конституции, где располагается комплекс, в 1930-е годы задумывалась как важный городской ансамбль, но не была завершена, получив достаточно хаотичный облик. Попытка восстановить целостность и сбить масштаб застройки встретила преимущественно одобрение экспертов.