Беседовала:
Дарья Шадчина

Эдуард Кубенский: «Я считаю своим долгом вернуть весну в повестку современной архитектуры»

Куратор «Зодчества» рассказывает о теме, главном спецпроекте и отличиях грядущего фестиваля от прошлых.

27 Августа 2020
С 11 по 13 ноября в Гостином дворе состоится XXVIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году самое масштабное архитектурное событие в нашей стране пройдёт под темой «Вечность». Какой должна быть архитектура, на время или на века? Архитектор – повелитель времени или всего лишь безропотный наблюдатель? Вот лишь немногие из вопросов, которые ставит перед собой кураторский манифест.

О своих непростых отношениях с Вечностью и о том, почему в этом году «Зодчество» станет не просто смотром региональных достижений, нам рассказал куратор фестиваля, сооснователь и главный редактор издательства TATLIN Эдуард Кубенский.
Эдуард Кубенский, куратор фестиваля «Зодчество» 2020
Фотография предоставлена пресс-службой САР

Почему темой фестиваля «Зодчество» выбрана «Вечность»?

В древнегреческой мифологии фигурируют три типа существ: люди, герои и Боги. Жизнь первых – конечна, вторые способны обрести бессмертие, третьи – вечны. В остальном эти три сущности очень похожи: пьют вино, веселятся, соперничают, любят и ненавидят. Если кто-то из них чего-то не умеет, то всегда может этому научиться. Пример тому – любимый нами Дедал (Хрустальный Дедал – главная награда фестиваля «Зодчество» – прим. ред.), постигший искусство полёта. Я не хочу умирать, я хочу быть как Бог!

Другая сторона этой материи заключается в том, что человек теряет ощущение времени в минуты любви, вдохновения, творческого порыва. Только пребывая в процессе созидания, можно ощутить всю полноту бытия. Не зря говорят: «Счастливые часов не наблюдают», ведь счастье дарит вечность. Скажу вам больше – я бы переименовал в «Вечность» фестиваль «Зодчество»!

О каком вечном может идти речь в эпоху «одноразовой ментальности»?

Одноразовое не менее материально, чем многоразовое. Кости динозавров, задуманные природой для однократного применения, намного древнее египетских пирамид, возведённых людьми в надежде на бессмертие. Артефактами нашей эпохи вполне могут стать пластиковые столовые приборы, а вовсе не бриллианты.

Архитектура, будучи искусством материальным, вполне может достичь бессмертия. Однако, не исключено, что «скоро прилетит комета и тогда мы все умрем», как пел Майк Науменко. Я отказываюсь верить, что у мира, в котором мы живём, есть только материальная составляющая. Думаю, существует что-то большее, чего мы пока не в состоянии осознать. Согласитесь, трудно представить себе, что люди постигли абсолютно все тайны бытия, дошли до самого конца? Ведь конца нет, как нет и начала – это и называется вечностью. Мы – часть мира, находящегося в постоянном движении и созидании. И пока созидание не прекращается, мы вечны.

Думаю, в этом и есть высшее предназначение любого архитектора, а вовсе не в авторской табличке на здании. Почему бы нам не довольствоваться актом творчества, отбросив тщеславие? Построенное нами неизбежно превратится в песок, равно как и вилка со словом «вечность» станет лишь звучащим в веках отголоском нашей с вами истории. Как сказал архитектор Илья Чернявский, «Архитектура – это не материалы и не само здание, а только высшее качество сооружаемого. Её смысл в том, как сооружать, а не в том, что и из чего». Я с ним полностью согласен!

Какими способами архитектор может если не достичь вечности, то хотя бы приблизиться к ней?

Чтобы приблизиться к вечности, достаточно взять в руки карандаш. А чтобы её обрести, придётся стать свободным от всевозможных «-измов» и заимствований. Наше сознание забито культурным балластом. Мы постоянно сравниваем себя с Ле Корбюзье, Мисом Ван дер Роэ, Фрэнком Ллойдом Райтом, а некоторые и вовсе до сих пор называют себя модернистами… Пытаясь повторить чужой успех, мы невольно превращаемся в подражателей. А нужно всего лишь дать возможность карандашу в своей руке рисовать то, что «придёт ему в грифель».

Единственный шанс вырваться из этой парадигмы – перестать работать и потреблять. Как только у нас пропадёт необходимость продавать, мы начнём создавать вещи не для кого-то, а исключительно для самих себя. Как идеалист, я мечтаю, что однажды человечество превратится в безработных бездельников, в цивилизацию художников. А если миллиарды людей будут плыть по реке созидания, однажды их обязательно вынесет в море вечности. О том, какое место в новом мире займёт архитектура, можно лишь догадываться, но, думаю, смета перестанет играть решающую роль.

Как тема фестиваля будет отражена в экспозиции и деловой программе?

Я, как человек суеверный, не раз замечал, что озвученные планы имеют свойство проваливаться. Могу лишь сказать, что на «Зодчестве» будет немало текстов. Возможно, в силу специфики моей основной деятельности, а возможно потому, что архитектурные картинки в своем большинстве перестали меня вдохновлять. Я считаю, что фестиваль должен быть в первую очередь манифестацией, а не перечислением достижений отрасли, какими бы впечатляющими они не были.

И всё же, отбросим суеверия. Расскажите о кураторском спецпроекте.

Уговорили! Многие помнят одноразовую пластиковую вилку с надписью «Вечность». С неё всё и началось. Этот образ родился из предыстории моего участия в конкурсе кураторов и темы фестиваля 2019-го года «Прозрачность». Кстати, вышеупомянутая вилка была подарена одному из кураторов прошлогоднего «Зодчества» Владимиру Кузьмину.

Оттачивая свой манифест, я пересматривал любимые фильмы об архитекторах. Каково же было моё удивление, когда в одном из них я обнаружил ту самую вилку! На 51-й минуте картины «Мой архитектор», посвященной Луису Кану, на экране внезапно возникла «Книга сумасшедших кораблей», а вместе с ней – «Корабль из вилок», «Корабль из печенья» и даже «Корабль-сосиска с воткнутыми в неё зубочистками». «Эврика!» – воскликнул я, сидя на даче в уральской глуши. Получив достойное оправдание своего безумия, я решил во что бы то ни стало построить собственный «Корабль из вилок» как иллюстрацию заявленной в манифесте темы «Вечность».

Позже, во время обсуждения концепции фестиваля, первый вице-президент СА России Виктор Логвинов в шутку подрисовал к слову «вечность» еще четыре буквы, получив «(чело)вечность». «Гениально!» – воскликнул я, сидя на этот раз в Союзе архитекторов в Гранатном переулке, и решил во что бы то ни стало построить собственный «Корабль из сосисок с воткнутыми в них зубочистками» как иллюстрацию темы «Человечность».

А потом началась пандемия. Всё вокруг впало в спячку, и даже я немного вздремнул. Приснилось мне, что плыву я на своём «сумасшедшем корабле», а рядом рассекают волны любимые мной архитекторы. Сергей Чобан празднует 300-летие Пиранези на шхуне его имени, Владимир Кузьмин управляет огромным бумажным фрегатом и многие, многие другие: кто под парусом, кто на веслах, а кто и в «разбитом корыте». Проснулся я и предложил каждому построить свой собственный «сумасшедший корабль». К моему огромному удивлению, почти все согласились. Достаточно?

Нет уж, продолжайте! Что ещё интересного ожидается на «Зодчестве 2020»?

Хорошо, расскажу об уже готовом. Перфоманс «Одиночный пикет», вполне соответствующий духу времени, познакомит гостей фестиваля с избранными высказываниями выдающихся советских архитекторов. Цитаты, напечатанные на листах формата А1, будут держать в руках студенты-архитекторы, находящиеся на безопасном расстоянии друг от друга. Фотовыставку некрополей представит Юрий Аввакумов. Тему вечной мерзлоты через творчество советского архитектора Александра Шипкова раскроют архитекторы Асадовы. «Вечную» молодость будут «курировать» Владимир Кузьмин и Владислав Савинкин. Мысли Александра Раппапорта превратятся в бесконечную бумажную волну, от которой каждый желающий сможет отрезать ту часть, которая его наиболее затронет.

Вообще, отличительной чертой «Зодчества» в этом году должно стать обилие текстов. Предыдущие кураторы работали с формами, я же решил сделать акцент на содержании. В некотором роде интеллектуальной платформой фестиваля стали мои Zoom-конференции с Евгенией Репиной и Владимиром Кузьминым. В рамках этих виртуальных встреч возникло предложение заострить внимание на реакции посетителей: представляемые проекты должны менять выражения лиц. Пришло время меняться. Пришло время Весны!

Что вы имеете в виду?

У меня есть теория времён года. Она базируется на том, что существуют некие тридцатилетние периоды, совпадающие с определёнными историческими и культурными «сезонами». Ближайшая «весна» происходила на пике технической революции конца XIX века, в 1895–1925 годах. Это эпоха русского авангарда: расцвет безумных идей, «Чёрный квадрат», революции, автомобили, аэропланы. «Лето» пришлось на период с 1925-го по 1955-й: «урожай» на фасадах, «урожай» в метро, «урожай» в кино, самая кровавая война, самая большая бомба. Потом наступила «осень». Борьба с излишествами в архитектуре – не что иное, как опадание листвы с деревьев. А то, что принято называть «оттепелью», – традиционное «бабье лето».

«Зима», начавшаяся в 1985 году, – это постмодернизм: те же овощи, только в соленьях, те же ягоды, только в вареньях. Снова, как и в конце XIX века, технологическая революция подарила миру новые изобретения, всевозможные гаджеты, интернет и многое другое. А чем ещё заниматься, сидя зимой в избе на печи? Эти постмодернистские заморозки продолжаются до сих пор, хотя по моей теории должны были закончиться еще в 2015-м. Зима в России всегда затяжная, но она не может длиться вечно. Поэтому, как куратор главного в России архитектурного фестиваля, я считаю своим долгом вернуть весну в повестку современной архитектуры.

Как вы стали куратором фестиваля «Зодчество»?

Участие в конкурсе кураторов стало третьим по счёту соревнованием за всю мою творческую жизнь и настоящим испытанием на прочность. Прочитав однажды высказывание Фрэнка Ллойда Райта о том, что «конкурс – это когда одна посредственность судит другую», я долгое время старался избегать участия в подобных мероприятиях. Да и мой учитель, художник Владимир Наседкин как-то раз сказал мне, что участвовать в конкурсе нужно лишь тогда, когда хорошо знаком с председателем жюри (смеётся).

В общем, участие в подобных авантюрах было для меня не характерно, но в этот раз будто «чёрт дернул». «А, – думаю – была не была! Председателя знаю, архитектор я как раз посредственный, да и моя московская командировка совпала с датой защиты кураторских проектов». Я был уверен, что победа будет за мной, недаром же столько совпадений! И вот случилось, победил.

А вообще «Зодчество» – мой дом родной. Я неоднократно делал фестивальные спецпроекты и, не скрою, каждый раз примерял на себя роль куратора, тем более что успел накопить большой опыт проведения подобных мероприятий в Уральском регионе. В конце концов, даже в список членов Союза я попал, став лауреатом смотра-конкурса молодых архитекторов фестиваля «Зодчество-99». Пора бы и долг вернуть.

Что вы думаете по поводу объединения на одной площадке фестивалей «Зодчество» и Best Interior Festival?

Для меня в этом нет никаких противоречий, поскольку я не вижу разницы между экстерьером и интерьером. Я бы сказал, что это две стороны одной стены, разница лишь в температуре окружающего воздуха. Я думаю, нам с Марией Романовой (куратор фестиваля BIF – прим. ред.) крупно повезло. Какие бы фестивали у нас в этом году не получились, они всё равно запомнятся надолго: получатся плохо – поймут, получатся хорошо – похвалят. Вечность штука изменчивая…

27 Августа 2020

Беседовала:

Дарья Шадчина
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Формируя культурную среду
Каждый год тысячи Домов культуры по всей России перестают функционировать, сносятся или перепрофилируются. Единичные примеры успешных реконструкций не могут изменить тенденцию. Без комплексного подхода к модернизации ДК, учитывающего новые запросы общества, их будущее остается под вопросом. О существующей практике развития ДК и поисках новых решений говорили участники конференции «Новые форматы культурных центров», проведенной в рамках фестиваля «Зодчество» командой проекта «Идентичность в типовом».
Власть – советам
На дискуссии «Создавая будущее: инструменты влияния на облик города» вопросы согласования проектов были рассмотрены в разных аспектах, от формального до эмоционального. Андрей Гнездилов и Александра Кузьмина заявили о необходимости вернуть понятие эскизной концепции в законодательное поле.
Живее всех живых
В Гостином дворе открылся фестиваль «Зодчество» с темой «Вечность». Его куратор Эдуард Кубенский заполнил множеством смелых – и вообще разных – инсталляций пространство, освобожденное кризисным временем. Давая тем самым надежду на обновление и утверждая, надо думать, что фестиваль жив.
Технологии и материалы
Energy Ice – стекло, прозрачное как лед
Energy Ice – новое мультифункциональное стекло, отличающееся максимальным светопропусканием. Попробуем разобраться, в чем преимущество новинки от компании AGC
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Сейчас на главной
Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре
«Есть ли места на Олимпе? Сексизм и «звездность» в архитектуре» Дениз Скотт Браун – это результат личного исследования вопросов авторства, иерархической и гендерной структуры профессии архитектора. Написанная в 1975 году, статья увидела свет лишь в 1989, когда был издан сборник "Architecture: a place for women". С разрешения автора мы публикуем статью, впервые переведенную на русский язык.
Смена масштабов
AMO, исследовательское подразделение бюро OMA, разработало декорации для показа ювелирной коллекции Bvlgari в миланской Галерее Виктора Эммануила II.
Кирпич и свет
«Комната тишины» по проекту бюро gmp в новом аэропорту Берлин-Бранденбург тех же авторов – попытка создать пространство не только для представителей всех религий, но и для неверующих.
Сотворение мира
К 60-летию первого полета человека в космос в Калуге открыли вторую очередь Государственного музея истории космонавтики, спроектированную воронежским архитектором Василием Исаевым. Музей космонавтики-2, деликатно вписанный в высокий берег реки Оки, дополнил ансамбль с легендарным памятником архитектуры 1960-х авторства Бориса Бархина, могилой Циолковского в парке и ракетой «Восток» на музейной площади. Основоположник космонавтики Циолковский, мифологический покровитель Калуги, стал главным героем новой музейной экспозиции, парящим в невесомости, как Бог-Отец в картинах Тинторетто.
Пресса: «Важно сохранять здания разных периодов». Суперзвезда...
У Сергея Чобана необычный профессиональный путь: в девяностые годы он добился признания на Западе и только потом стал востребованным в России. И сейчас его гонорары чуть не дотягивают до уровня мировых легенд вроде Нормана Фостера.
Серебро дерева
Спроектированный Níall McLaughlin Architects деревянный посетительский центр со смотровой башней у замка Даремского епископа напоминает о средневековых постройках у его стен.
Грильяж новейшего времени
Офис продаж ЖК «Переделкино ближнее» компании «Абсолют Недвижимость» стал единственным российским победителем французской дизайнерской премии DNA. Особенности строения – треугольный план, рельефная сетка квадратов на фасадах и амфитеатр внутри.
Цифровой «валун»
В Эйндховене в аренду сдан дом, напечатанный на 3D-принтере: это первое по-настоящему обитаемое «печатное» строение Европы.
Этюды о стекле
Жилой комплекс недалеко от Павелецкого вокзала как символ стремительного преображения района: композиция с разновысотными башнями, изобретательная проработка витражей и зеленая долина во дворе.
Место сбора
В Лондоне открылся 20-й летний павильон из архитектурной программы галереи «Серпентайн». Проект разработан йоханнесбургской мастерской Counterspace.
Сила цвета
Три московских выставки, где важную роль в дизайне экспозиции играет цвет: в Новой Третьяковке, Музее русского импрессионизма и «Царицыно».
Умер Готфрид Бём
Притцкеровский лауреат Готфрид Бём, автор экспрессивных бетонных церквей, скончался на 102-м году жизни.
Эстакада в акварели
К 100-летнему юбилею Владимира Васильковского мастерская Евгения Герасимова вспоминает Ушаковскую развязку, в работе над которой принимал участие художник-архитектор. Показываем акварели и эскизы, в том числе предварительные и не вошедшие в финальный проект, и говорим о важности рисунка.
Идейная составляющая
Попытка систематизации идей, представленных в Арх Каталоге недавно завершившейся выставки Арх Москва: критика, констатация, обоснование, отказ, – все в основном лиричное, традиции «бумажной архитектуры», пожалуй, живы.
Летать в облаках
Ресторан в Хибинах как новая достопримечательность: высота 820 над уровнем моря, панорамные виды, эффект левитации и остроумные инженерные решения.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
21+1: гид по архитектурной биеннале в Венеции
В этом году архитектурная биеннале «переехала» в виртуальное пространство: так, 20 национальных экспозиций из 61 представлено в онлайн-формате. Цифровые двойники включают в себя видеоэкскурсии по павильонам, интервью с авторами и записи с церемонии открытия. Публикуем подборку национальных проектов, а также один авторский – от партнера OMA Рейнира де Графа.
Награды Арх Москвы: 2021
В субботу вечером Арх Москва вручила свои дипломы. В этом году – рекордное количество специальных номинаций, а значит, много дипломов досталось проектам с содержательной составляющей.
Вулкан Дефанса
В парижском деловом районе Дефанс достраивается башня HEKLA по проекту Жана Нувеля. От соседей ее отличает силуэт и фасадная сетка из солнцерезов.
Керамические тома
Ажурный фасад новой библиотеки по проекту Dietrich | Untertrifaller в австрийском Дорнбирне покрыт полками с книгами – но не бумажными, а из керамики.
Идеями лучимся / Delirious Moscow
В Гостином дворе открылась 26 по счету Арх Москва. Ее тема – идеи, главный гость – Москва, повсеместно встречаются небоскребы и разговоры о высокоплотной застройке. На выставке присутствует самая высокая башня и самая длинная линейная экспозиция в ее истории. Здесь можно посмотреть на все проекты конкурса «Облик реновации», пока еще не опубликованные.