Можно ли спасти арку?

Поговорили об «Арке Артплея» 1865 года с Ильей Заливухиным, Михаилом Блинкиным и Рустамом Рахматуллиным. Итог – три совершенно разные позиции.

Юлия Тарабарина

Беседовала:
Юлия Тарабарина

mainImg
Мастерская:
ИнтерМост http://intermost.info
Проект замены арки над Сыромятническим проездом был опубликован на сайте его авторов, компании Интермост. В понедельник вечером он стал известен в соцсетях, появившись вначале в твиттере Несобянин, а затем в неофициальном паблике МЦД (который, по словам пресс-службы, не имеет к организации никакого отношения).
zooming
Реконструкция каменного железнодорожного путепровода через Сыромятнический проезд
проект компании Интермост

Арка, через которую многие проходили по пути в центр дизайна Artplay, оказалась горячо любима, и проект ее сноса, сам по себе, мягко говоря, примитивный, всколыхнул сети буквально за несколько часов. Кто только не высказался в его защиту: вот пост Ильи Яшина, а вот Павла Гнилорыбова. Несколько заметных СМИ сделали обзоры мнений, высказанных в сетях: The-VillageМедузаАфишиStrelka Mag.

Можно подписать две петиции: на change.org и на podpisi.org.
Арка над Сыромятническим проездом
Фотография: Архи.ру, 18.06.2020
Арка над Сыромятническим проездом
Фотография: Архи.ру, 18.06.2020

Неудивительно, что проект исчез с сайта Интермоста уже во вторник. Но, как справедливо заметила Медуза, сохранился в кеше. Москомархитектуры, тоже во вторник, распространил пресс-релиз, в котором говорится, что «проект не получал <...> АГР <...> ни в представленном виде, ни в каком-либо другом». Компания РЖД, которая занимается расширением путей, сообщила Агентству городских новостей «Москва», что проект «только разрабатывается и будет проходить все необходимые согласования».

Мост планируется расширить от существующих 6 до 8 путей для МЦД-2 и МЦД-4, а трамвайные пути под ним, которые сейчас уложены редким способом «сплетения» из-за узкой арки, превратить в два обычных, дополнив автомобильной полосой и тротуаром.
  • zooming
    1 / 4
    Арка над Сыромятническим проездом
    Фотография: Архи.ру, 18.06.2020
  • zooming
    2 / 4
    Арка над Сыромятническим проездом
    Фотография: Архи.ру, 18.06.2020
  • zooming
    3 / 4
    Арка над Сыромятническим проездом
    Фотография: Архи.ру, 18.06.2020
  • zooming
    4 / 4
    Арка над Сыромятническим проездом
    Фотография: Архи.ру, 18.06.2020

Арка, действительно очень обаятельная и атмосферная, построена в 1865 году, тогда же, когда и Андроньевский виадук из классического вида на монастырь. Она дейстительно – нетипичное для Москвы явление, и волна возмущения в соцсетях выглядит вполне понятной и обоснованной. Хотя надо думать, что если бы рядом не было знаменитого культурного кластера, судьба постройки без охранного статуса на пути интересов федерального проекта столичного общественного транспорта была бы предрешена. А сейчас, видите ли, ничего еще толком не известно. Возникает противоречие: либо душевная историческая арка, либо общественный транспорт мегаполиса.

Мы поговорили в тремя экспертами: один за сохранение, другой за снос, третий уверен, что можно сохранить арку и обеспечить МЦД новыми мощностями.
***

zooming
Рустам Рахматуллин,
Координатор Общественного движения «Архнадзор»:

«Участок Центрального диаметра на отрезке от Трех вокзалов до Андроникова монастыря я бы назвал самым проблемным для градозащиты в сезоне 2019-2020 годов. Перечень проблем включает в себя Каланчевский путепровод, Андроников путепровод через Яузу, который иногда ошибочно называют Золоторожским мостом, и все, что между ними. Здесь уже состоялись сносы двух домов с номерами 8 по Новой и Старой Басманным улицам (см. обзор сносов в «Афише», – прим. ред.). Во время карантина нам удалось только дистанционно остановить эти сносы на некоторое время, чтобы сделать обмеры. Флигель усадьбы Балк-Полевых на Новой Басманной был обмерен вручную, а обмеры доходного дома Варенцова на Старой Басманной, насколько знаю, сделаны официально и лазерным методом. Затем оба дома были утрачены.

Каланчевский путепровод в результате нескольких туров переговоров получил третье решение и второй АГР с девизом «Больше Щусева». Конечно, это не воссоздание и не достройка по Щусеву в полной мере: сочетание арочной фермы с каменной аркадой – совcем новый образ, но других вариантов у нас не было.

Андроникову виадуку только что отказано в постановке на охрану по заявке 2007 года. Не знаю, чья была заявка, ее подавали до основания «Архнадзора». Вероятно, в связи с угрозой пристройки дополнительного пути на отдельных опорах, что и произошло в 2008 году. Пристройка была сделана с юга и изуродовала общую классическую панораму Андроникова монастыря с этим арочным мостом 1865 года.
Андроньевский виадук, вид с юга, 2009
Фотография: Архи.ру, 18.06.2020
Южная пристройка к Андроньевскому виадуку, 2009
Фотография: Архи.ру, 18.06.2020

Увы, действующее правительство Москвы не принимает мостовые переходы и некоторые другие инженерные объекты на охрану, чтобы не препятствовать любой, даже самой теоретической реконструкции. Заявка 2007 года не помешала стройке, а нынешний отказ, вероятно, говорит о желании соблюсти видимость закона при новом увеличении числа путей. По нашей информации, на этот раз пути на новых опорах появятся с севера, а пути с юга будут расширены. Отступы на новых опорах позволяют сохранить мост физически, но исключают его обозрение. Сегодня, 18 июня 2020 года, на Андрониковом мосту и на смежной с ним насыпи начались какие-то работы. При этом мы не находим никакой градостроительной документации, никаких согласований.
  • zooming
    1 / 3
    Андроньевкий мост
    Фотография: Архи.ру, 18.06.2020
  • zooming
    2 / 3
    Андроньевкий мост
    Фотография: Архи.ру, 18.06.2020
  • zooming
    3 / 3
    Андроньевкий виадук начало строительных работ
    Фотография: Архи.ру, 18.06.2020

Так что угроза трамвайному тоннелю в Сыромятническом проезде – только часть проблемы расширения путей и реконструкции мостовых переходов от Каланчевки до Яузы. Арка тоннеля построена по отдельному проекту, но одновременно с Андрониковым виадуком, в 1865 году. Между ними 350 м и общая насыпь. Они определенно принадлежат к единому комплексу инженерных построек середины XIX века. Попытка поставить арочный тоннель на охрану, как я уже сказал, при нынешнем правительстве Москвы обречена. Заявка на охрану – серьезное усилие. В этой ситуации его следует перенаправить на критику самой практики мэрии отказывать в охране несомненным инженерным памятникам.

Согласно комментариям Москомархитектуры, никакой проект в Сыромятниках не согласован, то есть материалы, появившиеся в сети, не имеют юридического статуса. Добавлю, что проект МЦД – федеральный. Москва фактически принимает к сведению федеральный ППТ, в частности красные линии, но выпускает АГР на отдельные проектные предложения. Таков АГР Каланчевского путепровода, согласованный главным архитектором города.

То, что мы видели вчера на сайте проектировщика в Сыромятниках, напомнило первоначальный вариант нового Каланчевского путепровода. Он попросту сносился и строился на бетонных опорах со сквозными проходами. Можно сравнить вчерашние картинки с соседним проездом, ближе к Курскому вокзалу, по Верхней Сыромятннической улице, где мы видим простое бетонное перекрытие, техническое сооружение безо всякой образности.



Если в случае с Каланчевским путепроводом нам удалось изменить проект в сторону максимального сохранения старины, почему бы не сделать это и в Сыромятниках, и на Яузе.

Мы готовы к переговорам с заказчиком и проектировщиком, подобные тем, которые нам удалось провести по Каланчевке. К слову, проектировщик в Сыромятниках другой, и формулу переговоров придется строить заново».
***

zooming

Михаил Блинкин,
директор Института экономики транспорта и транспортной политики НИУ ВШЭ:

«Вот что скажу в ответ на ваш вопрос про арку 1865 года постройки, через которую я много раз проезжал, направляясь по известным вам адресам.

Лет десять назад на Питерском форуме я участвовал в разговоре на аналогичную тему со знаменитым каталонским архитектором Хосе Асебильо (Josep Acebillo). Бывший главный архитектор Барселоны шокировал русских, и прочих европейских, собеседников суждением, которое я цитирую по памяти, но – гарантирую – без нарушения смысла: «Решение о сносе старинной постройки – такой же творческий акт архитектора, как проектирование чего-то нового. В Барселоне я дал добро на снос примерно 30% общей совокупности объектов старой (иногда очень старой!) недвижимости при непременном сохранении знаковых зданий, определяющих облик города. Приезжайте и посмотрите: вроде бы неплохо получилось!».

С моей точки зрения рассматриваемая арка, с учетом скверного уровня текущего содержания и ремонта последних 100 лет, никакой культурно-исторической ценности уже, увы, не представляет. Однако я четко осознаю, что данное суждение – это не более, чем суждение рядового горожанина, не имеющего (в отличие от архитектора!) прав на «творческий акт». С прагматической стороны дела, где я имею право на профессиональное суждение, снос тем более необходим. Что больше всего меня беспокоит в подобных вопросах – это отсутствие четкой институциональной рамки для их разрешения. Такая рамка необходима для ведения корректной профессиональной дискуссии с доказательным обсуждением вопроса о том, что в каждом конкретном случае город теряет, и что приобретает.

Видите ли вы там, в районе этой арки, возможность грамотного и талантливого проектирования с сохранением арки?

Скорее всего, невозможно. Оговорку, «скорее всего», я делаю по причине весьма неглубокой погруженности в детали проекта».
***


zooming
Илья Заливухин,
архитектор, градостроитель, АБ ЯYЗАПРОЕКТ

«Я работаю на Артплее, часто хожу через эту арку. И не вижу никаких противоречий: арка должна быть сохранена и МЦД должен развиваться.

При развитии города необходимо прежде всего сохранять два важнейших вида инфраструктуры: социальную, которая включает в себя культурное наследие, и экологическую инфраструктуру. Транспорт, третий по значимости вид инфраструктуры, по моему убеждению, должен их учитывать, то есть: туннели должны быть проложены под лесопарками, мосты и инженерные сооружения должны быть спроектированы с учетом культурного наследия.

Как это сделать? Во-первых, современные технологии XXI века позволяют сделать все, что угодно. Возможно, какую-то часть городского бюджета следовало бы направить на проектирование и строительство более изящного, тонкого мостового перехода, который, к примеру, прошел бы вторым полотном на переднем плане, но позволил бы сохранить эту арку. Я уверен, что технически можно решить любую проблему, главное – поставить задачу.

Совершенно очевидно, что отказываться от создания Московского центрального диаметра ради сохранения арки смысла нет. Не знаю, есть ли другие варианты его трассировки в этом месте. Если туннель важен, а он важен, то можно найти другое решение. Если трассировку изменить нельзя, если нельзя построить качественное и современное инженерное сооружение, выделив на него бюджет, – то не исключу, что проблему можно решить даже через оптимизацию расписания поездов. Согласовать интересы ведомств, ответственных за пассажирские и грузовые перевозки и использовать пути более эффективно, как это сделано в Париже и Берлине, где много поездов проходит по одной колее, и расширяются они только на вокзалах. Мы почему-то прокладываем дополнительные пути, тогда как если подумать, то, вероятно, можно было бы поставить больше поездов на одни рельсы. К слову говоря, комплексный мастер-план Москвы, сторонником которого я являюсь, мог бы помочь урегулировать интересы разных департаментов. Тогда, может быть, и не пришлось бы ничего сносить. Надо рассмотреть разные технические возможности, но я уверен, что найти решение, в котором историческая арка будет сохранена, а МЦД получит все необходимые мощности, вполне возможно. Если захотеть».
Мастерская:
ИнтерМост http://intermost.info

18 Июня 2020

Юлия Тарабарина

Беседовала:

Юлия Тарабарина
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Константин Акатов: «Обновленная территория – увлекательное...
Интервью с победителем международного конкурса на мастер-план долины реки Степной Зай в Альметьевске, руководителем проекта, заместителем генерального директора «Обермайер Консульт» Константином Акатовым.
Сергей Труханов: «Главное – найти решение, как реализовать...
Как изменятся наши рабочие пространства? Можно ли подготовить свои офисы к подобным ситуациям в будущем? Что для современных офисов актуально в целом? Как работать с международными компаниями и какую архитектурную типологию нам всем еще только предстоит для себя открыть?
Звучание фасада
Инсталляция «Классная игра» художника Марины Звягинцевой превратила фасад школы на севере Москвы в клавиатуру рояля и переосмыслила место школьного здания в городской среде. Публикуем интервью Марины о ее методе работы с архитектурой.
Технологии и материалы
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Сейчас на главной
Здесь и сейчас
Три примера быстровозводимой модульной архитектуры для города и побега из него: растущие офисы, гастромаркет с признаками дома культуры и хижина для созерцания.
Себастиан Треезе стал лауреатом премии Дрихауса 2021...
Молодому немецкому бюро Sebastian Treese Architekten присуждена премия Ричарда Дрихауса в области традиционной архитектуры. Денежный номинал премии – 200 000 долларов USA, и она позиционируется как альтернатива премии Прицкера: если первую вручают в основном модернистам, то эту – архитекторам-классикам.
Семь часовен
Семь деревянных часовен в долине Дуная на юго-западе Германии по проекту семи архитекторов, включая Джона Поусона, Фолькера Штааба и Кристофа Мэклера.
Крупицы золота
В Доме архитектора в Гранатном переулке открылся фестиваль «Золотое сечение». Рассматриваем планшеты. Награждать обещают 22 апреля.
Разлинованный ландшафт
Кладбище словацкого города Прешов по проекту STOA architekti играет роль не только некрополя, но и рекреационной зоны для двух жилых районов.
Гипер-крыша и гипер-земля
Dominique Perrault Architecture и Zhubo Design Co выиграли конкурс на проект Института дизайна и инноваций в Шэньчжэне: его главное здание напоминает мост длиной более 700 метров.
Парк Швейцария
Проект парка «Швейцария» в Нижнем Новгороде, созданный достаточно молодым, но известным и международным бюро KOSMOS, вызвал в городе много споров и даже протестов, настолько острых, что попытка провести на нашей платформе профессиональное обсуждение тоже не удалась. Публикуем проект как есть.
Районные ряды
Один из вариантов общественного пространства шаговой доступности, способного заменить ушедшие в прошлое дома культуры.
Пресса: Вальтер Гропиус и Bauhaus: трансформация жизни в фабрику
Это школа искусства (с Василием Кандинским в роли профессора), скульптуры, дизайна (где он, собственно, и был изобретен как самостоятельная деятельность), театра — Баухауc не сводится к архитектуре. Но в архитектуре Баухауса можно выделить три этапа развития утопии
Территория детства
Проект образовательного комплекса в составе второй очереди застройки «Испанских кварталов» разработан архитектурным бюро ASADOV. В основе проекта – идея создания дружелюбной и открытой среды, которая сама по себе воспитывает и формирует личность ребенка.
Новая идентичность
Среди призеров конкурса на концепцию застройки бывшей промышленной территории в чешском городе Наход – российское бюро Leto architects. Представляем все три проекта-победителя.
Человек в большом городе
В проекте масштабного жилого комплекса архитекторы GAFA сделали акцент на двух видах общественного пространства: шумных улицах с кафе и магазинами – и максимально природном, визуально изолированном от города дворе. То и другое, работая на контрасте, должно сделать жизнь обитателей ЖК EVER насыщенной и разнообразной.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Живой рост
Масштабный жилой комплекс AFI PARK Воронцовский на юго-западе Москвы состоит из четырех башен, дома-пластины и здания детского сада. Причем пластика жилых домов – активна, они, как кажется, растут на глазах, реагируя на природное окружение, прежде всего открывая виды на соседний парк. А детский сад мил и лиричен, как сахарный домик.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Из кино в метро
Трансформация советского кинотеатра «Ереван» в Единый диспетчерский центр метрополитена: параметрические фасады, медиаэкраны и центр мониторинга в бывшем зрительном зале.
86 арок
В жилом комплексе Westbeat по проекту бюро Studioninedots на западе Амстердама обширный подиум вмещает многофункциональное общественное и коммерческое пространство для нужд жителей района.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
Модульный «Круг»
Комплекс The Circle по проекту бюро Riken Yamamoto & Field Shop в аэропорту Цюриха соединяет в себе, как в маленьком городе, офисы, магазины, клинику, отель и конференц-центр.
Стеклянный шар, золотой цилиндр
В Лос-Анджелесе завершено строительство музея Киноакадемии по проекту Ренцо Пьяно и его бюро RPBW: основой проекта стал универмаг в стиле ар деко. Открытие запланировано на эту осень.
Ценность подиума
В китайской штаб-квартире компании Schindler в Шанхае по проекту Neri&Hu проблема разобщенности производственных и офисных корпусов решена с помощью выразительного подиума.
Ажур и резьба
Жилой комплекс в Уфе с мостиком-эспланадой, разнообразными балконами и декором, имитирующим деревянные наличники. Дом отмечен Золотым знаком Зодчества-2020.