Все это – далеко не только форма

Российские архитекторы DNK ag участвовали в симпозиуме по естественному свету и устойчивому развитию, который компания Velux провела в Париже. Говорим с Натальей Сидоровой и Даниилом Лоренцем о затронутых на конференции исследованиях в области медицины, строительных технологий и здоровой среды.

mainImg
Симпозиум Velux, прошедший в 2019 году в Париже – восьмой по счету. Тема форумов, проводимых компанией ежегодно – естественный свет и роль в создании проектов устойчивого развития – от города до квартиры и офиса. На этот раз среди российских участников симпозиума Velux оказались архитекторы, со-основатели DNK ag Наталья Сидорова и Даниил Лоренц. Они рассказали нам о сюжетах и впечатлениях, о долгосрочном планировании, биоритмах, запросе на высокотехнологичные решения в России и многом другом. 

Типология будущего
Работы бюро DNK ag хорошо известны. Из последних можно отметить такие весомые и эффектные, как проект жилого квартала в Сколково, дома в ЗИЛАРТ, клубный комплекс «Рассвет LOFT Studio». Сюда уже можно добавить и победу в конкурсе на проект кампуса на крыше здания на бывшей территории завода «Севкабель» в Петербурге. Архитекторы в 2019 также курировали интенсив PRO «Re(New) Практикум по реконструкции зданий» школы МАРШ, и этот курс собрал слушателей в два раза больше, чем предполагалось.
Клубный комплекс РАССВЕТ LOFT*Studio, 3.34
Фотография © DNK ag, Илья Иванов
Клубный комплекс РАССВЕТ LOFT*Studio, 3.34
Фотография © DNK ag, Илья Иванов

Как пересекалось с вашим опытом то, что обсуждалось в Париже? – первый вопрос я задала Наталье Сидоровой.

Мы не представляли, что это будет за конференция, но она превзошла наши ожидания по информативности именно профессиональной, широте охвата проблематики. Мы выбирали выступления по своему интересу – начиная от исследовательской части, практики, каких-то экспериментальных работ, примеров проектирования. Все обсуждения – вокруг натурального света, с которым непосредственно связан Velux. C экологическим подходом ко всему, что касается проектирования в сфере архитектуры, градостроительства. Это про воздух и климат, ландшафты и зелень. Статистические данные, инженерно-технические разработки. Про архитектурные типологии будущего, которые связаны напрямую с социальными аспектами, здоровьем людей. Большой респект организатором этого глобального мероприятия! И само место для конференции было выбрано не случайно – реконструированное здание в районе Маре: залы были пронизаны дневным светом, и это вдохновляло и соответствовало духу конференции.

Вы сказали «типология будущего». Что имеется в виду?

Я вспомнила выступление Карлы Камиллы Йорт (Carla Cammilla Hjort). Это такая женщина-огонь, создатель творческой лаборатории Space 10 в Копенгагене, которая занимается исследованиями для IKEA. Перед ней была поставлена задача: подумать на 20–30 лет вперед, чтобы ответить на вопрос: какой может быть стратегия будущего? Для компании, занимающейся обустройством дома, важно понимать, каким будет это жилье. И Карла Камилла рассказывала о своих социологических исследованиях, о том, как люди из разных поколений видят себя в будущем, что они готовы разделить друг с другом. Фокус ее интереса – на формировании нового сообщества, полезного для каждого участника и для всей планеты.

Она урбанистка?

Нет. Представляет себя как диджей, художник, дизайнер, просто такой креативный человек. Ее лаборатория разработала проект – не про мебель! – с деревянными модульными домами, где можно будет жить, как на городской ферме, выращивая какие-нибудь растения… По сути, генерируется образ жизни людей через 20 лет. Чем люди будут заниматься, какие у них будут интересы, как они будут взаимодействовать, в каких пространствах?

Быть может, это маркетинговые разработки?

Нет. Это связано с долгосрочным прогнозированием. А поскольку работа – для крупной компании, нужно быть чрезвычайно ответственным. Это не просто маркетинг.

Сценарный подход? Уместно ли такое определение?

Сценарный подход – мы тоже с этим работаем. Надо понимать, какие сообщества возникают, где они собираются, во что это выльется, когда они увеличиваются. Либо они вырастают в кластеры или, наоборот, люди постепенно обособляются. Один из мировых трендов сегодняшнего дня: архитекторы работают не только с формой, и все это далеко не только форма. Прежде всего, все закручивается вокруг людей, сценария их жизни, их поведения. Одновременно решаются два вопроса: анализ формы и параллельно – а кто те люди, которые сюда придут? Может быть, уже через год все изменится, и надо проектировать не из кирпича, а, может быть, что-то временное, а потом еще раз временное, и только потом нечто постоянное. Одна из главных задач сейчас в каждом проекте – понять ход игры.
Из презентации на симпозиуме Velux «Дневной свет и энергия» Никола Мишлена, архитектора и градостроителя, партнера-основателя бюро ANMA (Франция). В ходе реконструкции здания XIX века акцент сделан на спираль центральной лестницы и купол, видимый со всех внутренних уровней. Библиотеку перестраивали в середине 1950-х, но по проекту 2014 года внутренним объемам возвращены первоначальные свойства, этажи теперь располагаются по периметру атриума.
Из презентации на симпозиуме Velux «Многослойный город» Расмуса Аструпа, архитектора бюрл SLA (Дания), и Фредерика Шартье, архитектора, партнера бюро Chartier-Dalix Architects (Франция). В проекте бюро SLA здания с покрытыми растительностью крышами и фасадами и с зеленым внутренним двором будто сливаются с природой. Эта эффектная картинка подкреплена научным обоснованием по выбору растений, расчетами по интеграции дневного света и естественной вентиляции.

Разные биоритмы
На парижской встрече Velux выступали самые разные специалисты. Например, один докладчик рассказывал про циркадные часы. Два года назад Нобелевскую премию по физиологии присудили ученым, исследовавшим так называемые «циркадные ритмы», и вот уже эта тема представлена вниманию проектировщиков.

Рассказывает Даниил Лоренц:
Это про то, как естественный свет влияет на биоритмы человека. В пределах одного часового пояса свет приходит по-разному: в начале – раньше, и люди там встают раньше. В конце часового пояса приходится просыпаться, когда свет еще не так ярок. И это очень сильно влияет на психическое состояние человека, на его здоровье. На конференции были приведены результаты исследования на примере Германии, но можно заметить, что при тех расстояниях разница все-таки не так сильно выражена, как если бы подсчеты велись между Москвой и Санкт-Петербургом. У каждого человека есть циркадные часы, а одновременно задается внешний ритм обычных часов. При этом солнце – на разных высотах в одно и то же время в пределах одного часового пояса...

А как это может повлиять на работу архитектора?

Просто нужно учитывать этот аспект. Все связано со светом. Для человека важен как дневной свет, так и достаточное количество темноты. Нужно понимать, для какой цели проектируется здание. Свет в разных ситуациях играет разную роль. Переход день–ночь у человека связан с выработкой разных гормонов: одни для релаксации, другие – для бодрости. Чтобы человек полноценно работал, отдыхал, ему нужно обеспечить соответствующие условия. Ночью – затемнять окна, днем нужен яркий свет.

И речь не только об окнах, – продолжает Наталья Сидорова. – Были выступления, связанные с инженерными, технологическими решениями, когда какой-нибудь верхний фонарь превращается в произведение искусства. Когда при реконструкции старого здания или памятника архитектуры нужно включить новые элементы, в том числе большое остекление так, чтобы конструкции воспринимались максимально нейтрально. Один из примеров продемонстрировал французский инженер-архитектор, инженер-конструктор: он делает остекление на феерическом уровне! В проекте реконструкции административного здания XVIII века Отель-де-ла-Марин на парижской площади Согласия – это памятник архитектуры – перекрывали двор, в который никогда не попадает солнце, но так, что осветили его, организовали главный вход. Идею условно обозначили как «люстра дневного света». Исходный образ – кристалл, потому этот верхний фонарь – со сложным решением стекол: они перенаправляют свет. Действительно, фонарь напоминает огромную хрустальную люстру, висящую на световой кровле: через точную инженерию выражена концептуальная идея.

Есть ли у нас заказ на подобные решения?

Это трудоемкое, дорогое и высокотехнологичное дело. Сложное проектирование, моделирование, разработка, особая материально-техническая база. Я не отрицаю, что у нас есть Кулибины, но высокие технологии в строительстве пока встречаются нечасто.

Может, запрос не изучен?

Дело не только во внешних эффектах, а в понимании, для чего нужны подобные «усложнения». Был проект, показывающий, как воздух натуральным образом охлаждал пространство: потоки перенаправлялись на проходы с большим количеством остекления. Были рассчитаны отверстия… Такие задачи у нас, чаще всего, никто и не ставит. Потому что такое нужно долго проектировать. Это не связано с быстрой окупаемостью денег. Экологические вопросы – долгие истории.

Как долго?

Не меньше 10 лет. Экологические дома – лет 20-30. У нас на такие сроки никто не задумывается. Перспектива рассчитана на 5–7 лет. Иначе не интересно.
Концепция общественно-делового кампуса на крыше производственного корпуса Б на территории «Севкабель Порт». Вид с воды
© Архитектурная группа DNK ag
Концепция общественно-делового кампуса на крыше производственного корпуса Б на территории «Севкабель Порт». Внутренний двор офисов
© Архитектурная группа DNK ag
Из презентации на симпозиуме Velux Цуя Кая, профессора Университета Цинхуа (Китай). На фотографии – музей кирпичного производства в деревне Чжуцзядянь (уезд Куньшань, КНР), реконструкция кирпичного завода. Архитектурное бюро Цуя Кая Land-Based Rationalism D-R-C
Фото © Haian Guo

Время уже что-то вложило в эту территорию
Симпозиум Velux, посвященный естественному свету и здоровым домам проходил в здании бывшего рынка. История Карро-дю-Тампль в историческом районе Маре в центре Парижа – пример успешного и качественного редевелопмента. Этот рынок на металлическом ажурном каркасе построен в 1868, в 1980-х получил статус памятника, а в начале XXI века началось его перепрофилирование в соответствии с запросом на культурно-спортивный центр. В 2014 Карро-дю-Тампль открыли после реконструкции, сообщив об этом в том числе и во всех популярных путеводителях по столице.

Архитекторы бюро DNK на встрече в Париже особое внимание обращали на проекты редевелопмента. Примеров было немало: от Бельгии до Китая. В Поднебесной в одном очень широком большепролетном здании вынимали в кровле отдельные фрагменты черепицы, чтобы обеспечить в залах верхний свет. Где-то добавляли мансарды, возводили стеклянные купола.

Поскольку тема редевелопмента актуальна и в России, есть ли здесь какие-то наши особенности и различия?

Наталья Сидорова:
В нашей стране эта тема сравнительно новая. Мы можем ориентироваться на то, что уже пройдено и сделано в мире за последние 10–15 лет. Многие заказчики даже не представляют, как поступать со старыми территориями, не задумываются о том, что история добавляет существенную стоимость месту, и это востребовано. Такую стоимость ничем другим не восполнить: время уже что-то вложило в эту территорию. Заказчика важно убедить и увлечь – и на Западе тоже, только там много готовых примеров вокруг: конкуренты готовы к смелым решениям. У нас же – «короткие деньги», примеров для подражания мало, никто не хочет рисковать. Это не только в редевелопменте – и в остальной архитектуре. Хотя, с другой стороны, иногда у нас могут быть более необычные ходы, которые находишь, пытаясь решить проблему «дешево и сердито». Нетривиальные идеи нужны везде.

Поиски решений идут на интуиции или за счет каких-то своих невероятных творческих возможностей?

Задействуем все по максимуму: и интуицию, и невероятные творческие возможности. А еще подключаем специалистов разных профилей, различных консультантов, которые просчитывают программу и наполнение. Синергия заказчика, наша, других специалистов.

Удалось ли в Париже вдохновиться чем-то еще, помимо симпозиума?

Да, наконец, добрались до Филармонии в Ла-Виллет. У Нувеля всегда читается художественный жест, четко проявленный, но функция здания при этом не страдает. Из огорчений: Эйфелева башня стала исключенным из города пространством с проходным режимом. И это неприятно. А вот Институт арабского мира показался ничуть не устаревшим: вневременное здание – выглядит очень актуально. Мы зашли внутрь, поскольку там тоже все завязано на свете: квадратные панно на фасаде с фотоэлементами, способными менять уровень освещенности и рисунок проемов в интерьере. Несмотря на то, что титановые диафрагмы давно требуют ремонта, и мы помним, как это все выглядело в 90-е, солнце в этом гениальном пространстве раскрывалось!

Будет ли продолжаться ваш курс по редевелопменту в МАРШе?

Мы взяли передышку. Преподавание – это тяжелая работа, но мы очень довольны. Мы отработали систему: приглашали специалистов, знакомили с инструментарием, творческими решениями. Обучение прошли не только архитекторы, но и несколько представителей заказчиков, строители. Была девушка-инженер из бюро, которое конструирует солнечные батареи для летательных аппаратов.
Из презентации на симпозиуме Velux Каролин Карманн, исследовательницы Федеральной политехнической школы (EPFL) в Лозанне (Швейцария). Каролин Карманн четыре года работала консультантом по дневному свету в бюро Transsolar в Штутгарте, затем год – старшим научным сотрудником инженерной фирмы ARUP в Лондоне. На симпозиуме она рассказала о своих исследованиях: как предлагаемый визуальный комфорт может соответствовать предпочтениям и интересам людей, основанных на их субъективных и поведенческих реакциях
Из презентации на симпозиуме Velux «Визуальный восторг» Лизы Хешонг, независимого консультанта, члена совета директоров Ecology Action (США)

Пересечения
Известный мировой тренд – дома с озеленением, включением природы. Расмус Аструп из парижского бюро SLA рассказывал на симпозиуме об исследованиях видов растений, которые можно включить в архитектуру, в город, какие конструкции для этого важно предусмотреть, как правильно растения посадить. Бюро SLA предлагает такой дом – с большим количеством зеленых террас, разных уровней, общественных площадок. Дом уже строится.

Похожий проект разрабатывали и на спецкурсе в МАРШе: редевелопмент московского завода «Плутон» – с экологическом кластером, активным «озеленением» внешнего и внутреннего пространства. Учебный проект, но с учетом возможной реализации.

На встрече в мастерской DNK ag, на «Красном Октябре», Даниил Лоренц показал старый планшет с презентацией 2002 года: «Весь мир из твоего окна». К одной выставке придумали такую штуку: экран в окне, по подписке можно заказать любой вид онлайн. Самим было интересно, делали концепт, даже не думали, что это будет реальностью. Правда, в репортаже о той выставке прошла информация: фирма DNK ag разрабатывает новые технологии. Надо было запатентовать... Удивительно, а теперь, спустя почти 20 лет на парижской встрече в 2019 был представлен успешный проект по разработке видов из окна – со встраиваемыми панелями. К слову, эта же идея мелькнула в каком-то недавнем отечественном фильме, где такие окна демонстрировали герою Михаила Ефремова.

В одном из выступлений на симпозиуме в Париже ставился вопрос: может ли естественное освещение формировать архитектуру? Ответ очевиден, особенно если иметь в виду здания со стеклянными фасадами, которые красиво растворялись в небе на слайде докладчика. Но световые вибрации можно наблюдать не только на стекле, но даже на кирпичном фасаде. Создать нечто, убеждающее в их присутствии.

Так бюро DNK ag спроектировало луч. Интуитивно заложили в проект, устраивая обычный, казалось бы, фонарь. Луч – как художественное высказывание, а живет самостоятельной жизнью. Этот луч – солнечный круг – стал логотипом проекта «Рассвет LOFT*STUDIO», он проявлен в оформлении центральной входной зоны. Ребристый козырек, прорезанный верхним фонарем, отбрасывает на стены «полосатое пятно», которое двигается по фасаду вслед за солнцем. Вечерняя подсветка входной зоны повторяет эту же тему, а в тамбуре дублируется подвесным светильником, который высвечивает на поверхности круг.
zooming
Сколково. Квартал 1 – D2. Внутренний двор. DNK ag – в числе победителей конкурса на проект концепции жилой застройки района Технопарк. Как объяснил Даниил Лоренц, «по генплану, разработанному французским бюро Valode & Pistre Architectes, кварталы – круглые, исходя из этой данности и необходимости обеспечить эффективный выход площадей, апартаменты выстроены по кругу. Внутренняя территория – свободная. Из каждой квартиры чужие окна напротив – далеко. Были выполнены психологические исследования: когда человек думает, то смотрит на важные для него предметы и в окно… Неслучайно один из вопросов конференции Velux касался вида из окна.
© DNK ag
zooming
Несколько эпизодов симпозиума в Париже
Фото предоставлено Мариной Прозаровской, компания Velux

Поставщики, технологии

VELUX (Велюкс)

10 Января 2020

Похожие статьи
«Наутилус» спорный, но бесспорно наш
Интервью, взятое Еленой Леонидовной Косоренковой у архитектора Алексея Ростиславовича Воронцова. О капроме, девяностых как свободе и символе эпохи. Каком именно? По словам Алексея Воронцова, никакой ИИ «Наутилус» спроектировать не сможет.
Олег Шапиро: «Мы проектируем жизнь целиком, во всем...
Wowhaus давно уже не специализируется на «благоустройстве». Одна из новых тем – неоиндустриализация. Другая – большие мастер-планы. Но и с Парком Горького работа вновь идет. Только более системная и масштабная. В этом интервью – одновременно вспоминаем Колхаса, Стрелку, историю внимания к «городской среде» – и выясняем, чем именно сейчас занят Wowhaus и как устроена его работа. Из 9 подразделений и 160, примерно, сотрудников.
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Технологии и материалы
Материал для эксперимента: полимеры в общественном...
Этим текстом мы открываем новый цикл статей о полимерах в современной архитектуре. Его тема – не столько сферы применения того или иного материала, сколько изменение его архитектурного статуса. В четырех статьях мы попробуем рассмотреть этот вопрос на разных масштабах – от общественного пространства и реконструкции до частного дома и выставочной архитектуры.
Уличная мебель как микроархитектура
Работая с современной городской средой, архитекторы остро ощущают дефицит мафов «с собственным лицом». Две-три универсальные линейки и каталог из двадцати типовых позиций – не всегда то, что хотелось бы при создании сложного многослойного пространства. Выходом становятся коллаборации архитектора и производителя. PUNTOGROUP за последние несколько лет выстроили несколько таких партнёрств – с бюро CORE, TESLER ARCHITECTS, Каримом Рашидом.
Tarkett: инновации, экспертиза и инструменты для архитекторов...
В современной архитектуре и дизайне выбор напольных покрытий выходит далеко за рамки эстетики. Сегодня это комплексное решение, объединяющее дизайн, функциональность, заботу о здоровье людей и экологическую ответственность. Tarkett, мировой лидер в производстве напольных покрытий с 1886 года, предлагает профессионалам именно такой подход: продукция компании – это продуманная система, способная трансформировать пространство, повышать его безопасность и комфорт.
Моллированное стекло в архитектуре: формы и возможности
Моллированное стекло позволяет не только реализовать сложную геометрию фасадной оболочки: плавные закругления могут влиять на распределение ветровых нагрузок. Рассмотрим возможности технологии на примере проектов Российской Стекольной Компании.
Дары аквакультуры
Китайская студия BENTU Design разработала отделочные панели из ила рыбоводческих прудов. Основа материала – прудовый ил, который перерабатывают в геополимерный материал без высокотемпературного обжига.
Динамичный фасад: игра света с нержавеющей сталью
Нержавеющая сталь – один из немногих фасадных материалов, который может менять восприятие объёма за счет эффектов отражения и игры со светом. Это материал с сильной собственной эстетикой, но чтобы его потенциал реализовался, а не обернулся проблемами на этапе эксплуатации, важно понимать технологические особенности – от выбора марки стали и обработки поверхности до конструктива крепления.
Собрать, утеплить, разобрать
Мастерская CO Adaptive разработала The Block – модульную систему из списанной древесины с уже встроенной изоляцией, которая ставится изнутри здания и создаёт дополнительный теплоизоляционный контур.
Лава и мониторы
Итальянские дизайнеры Matteo Thun & Partners разработали коллекцию «вулканической» интерьерной плитки. В её основе – обрезки плит из лавового камня с вулкана Этна.
Керамическое плетение
Американская Studio WE разработала CeraShingle – модульную систему керамической фасадной облицовки, в которой серийность не означает полного повторения элементов. Черепицы размером около 400 × 130 мм печатаются из глины роботизированной установкой по цифровой модели. При этом они могут различаться рельефом, кривизной, перфорацией и рисунком поверхности.
Инвестиция в долговечность: керамическая плитка с...
Керамическая плитка с пазами (пропилами) появилась на российском рынке как ответ на запрос, который давно существовал в практике: получить скрытое крепление на вентфасаде без ручной доработки плитки на площадке. KERAMA MARAZZI первой наладила промышленный выпуск такого продукта в России.
Дыхание термитника
TerraMound – экспериментальный проект керамической стены, созданной по образу вентиляционных систем термитников. Разработанный в лондонской школе Бартлетта Рамешвари Джонналагедда, прототип использует пористую глину и испарительное охлаждение для пассивного климат-контроля без кондиционеров.
Клинкер с идеальной геометрией
Клинкерная плитка для навесных вентилируемых фасадов азербайджанского производителя Sultan Ceramic – рассчитана на здания высотой до 100 метров и уже прошла проверку на многоэтажных объектах в России. Разбираем ключевые характеристики материала, от технологии производства до полного пакета документации для госэкспертизы.
Пять миллионов «аналоговых пикселей»
Итальянская компания SICIS завершила реконструкцию винодельни Flora Springs в долине Напа. Главным материалом обновления стала мозаика: для отделки фасада и интерьера использовали 5 млн цветных элементов. Из цветных кусочков дизайнеры компоновали абстрактные орнаменты и сюжетные панно. Среди источников вдохновения – римская богиня Флора, «Рождение Венеры» Боттичелли и парк Гуэль Антонио Гауди.
Зеленая гостиная: ресторан-павильон в саду «Аквариум»
На месте сгоревшего ресторана в Саду «Аквариум» возведен новый павильон-ресторан с витражами, ажурными решётками и террасой на крыше. Изумрудные фасады выполнены из металлических конструкций производства «Алкотек». При разработке технических решений специалисты конструкторского бюро компании учли особенности архитектурной концепции и условия реализации объекта в исторической среде.
LVL-брус в интерьере: конструкционный материал как...
LVL-брус чаще воспринимают как материал для несущих конструкций большепролетных сооружений: межэтажных перекрытий, стропильных систем, трехшарнирных рам и других инженерных узлов. Однако область его применения включает и декоративные решения, как производство мебели, дверей, лестниц, витражей. Архитектор может работать с одним материалом сразу и как с конструкцией, и как с эстетической частью интерьера.
ZENITART: российская система зенитных фонарей и дымоудаления
Зенитный фонарь – это конструкция, которую закладывают в проект один раз, а здание эксплуатирует десятилетиями. Она формирует световую среду, влияет на энергобаланс и может быть частью системы противодымной вентиляции. Компания «Неон-Арт» выводит на рынок собственную линейку под брендом ZENITART.
Ветер, солнце и бетон
Henning Larsen запустили технологический стартап Nflection и платформу jifto – инструмент для экологического анализа в реальном времени. Архитекторы смогут оценивать «природное настроение» окружающей среды перед проектированием.
Дом из бутылки
В MIT испытали ферменную систему перекрытий, напечатанную на 3D-принтере из переработанного пластика. По жёсткости конструкция соответствует строительным нормам США, но заметно дороже деревянных аналогов.
Вакуумный стеклоблок: как сделать фасад теплее и легче
Архитекторам и проектировщикам приходится одновременно обеспечивать соответствие нормативным требованиям по теплозащите, сохранять максимум естественного света в помещениях и вписываться в жёсткие бюджетные рамки. Вакуумный стеклоблок – возможность решить эти задачи. Он имеет исключительные теплотехнические характеристики, оставаясь лёгким светопрозрачным решением.
Тень как соавтор: архитектура света за пределами фасада
Долгое время свет за пределами здания решал одну задачу – подсветить то, что видно лишь днём. Сегодня работа с уличным освещением всё чаще строится по другому принципу: свет не заливает территорию, а выбирает, что показать, а что оставить в тени. Тень становится частью решения, как форма светильника или цветовая температура. На нескольких реализованных проектах, где используется уличное освещение Maytoni, можно увидеть, как по-разному этот принцип работает в исторической среде, в современном ландшафте и в городском общественном пространстве.
Сейчас на главной
Зеркало для гор
На горнолыжном курорте Лех в Австрийских Альпах открылась водно-зеркальная инсталляция по проекту Snøhetta: она заняла крышу станции канатной дороги.
Шум воды против ковша?
Две в половиной недели осталось, чтобы посетить первую микро-выставку в НКО Перовский архив. Там дают послушать маленькую пластинку с шумом фонтана, который так никогда и не построили на территории фабрики театральной фабрики. Микро-объект – как предстатель за сохранность здания перед программой КРТ. Ммм... Может и сработает.
Глитч и веер
Еще один проект жилого комплекса по программе реновации от бюро Continuum, на этот раз – на улице Окружная. Два высотных корпуса-близнеца смещены в глубину участка, а масштаб пешеходной среды определяет стилобат. В основе фасадного решения – смещение ритма вертикалей и веерно-ступенчатая пластика.
Архитектура как часть ландшафта
Бюро DNK ag разработало проект премиального отеля в горах как живописную композицию из индивидуальных «вилл», формирующих компактный городок, в которой архитектура, ландшафт и инфраструктура работают как единое целое.
Не только K-Pop: архитектура корейских кафе. II. Память...
Продолжаем серию публикаций о южнокорейских кафе-кофейнях. За последние годы их число в стране достигло более 100 тысяч: кофейни стали не только важным культурным и социальным феноменом, но и своеобразной лабораторией современной корейской архитектуры. В 2-й части рассказываем о кафе в реконструированных зданиях – индустриальных и традиционных.
Бенгази: город как система поддержки
Концепция мастер-плана Бенгази до 2050 года, разработанная Проектным бюро ДА для международной инициативы GCUPI-B, предлагает рассматривать восстановление города как формирование целостной «поддерживающей среды». Ее основу составляют взаимосвязанные социокультурный, градоэкологический, транспортный и производственно-инновационный каркасы.
Об эффективности специализированных институтов
В преддверии публикации материала, подытоживающего дискуссию на тему «Градостроительная теория: кризис институций», публикуем текст Игоря Бондаренко, бывшего директора НИИТИАГ – посвященный непростой ситуации в российской архитектурной науке.
Об Узбекистане с любовью
Завершившаяся в 2025 году реставрация Национального павильона Узбекистана на ВДНХ порой напоминала детектив, порой – драму. Многие архитектурные детали, казалось, были безвозвратно утрачены, 25-метровая ротонда не сегодня-завтра должна была рухнуть, о нюансах декора приходилось догадываться по секундным кадрам из цветного документального фильма. Но архитектурному бюро «МВ-ПРОЕКТ» удалось распутать клубок проблем и буквально заново собрать один из самых грациозных ансамблей ВДНХ.
Инженеры пухового платка
По проекту бюро KOSMOS достроен пассажирский терминал международного аэропорта «Оренбург». Концепция, вдохновленная красотой и функциональностью пухового платка, воплощена с помощью стальных конструкций, из которых сплетается трехмерная невесомая оболочка, «накинутая» на основной стеклянный объем. Кристаллическая проницаемая структура формирует и внутренние пространства, дополненные теплыми деталями: деревянными креслами, индивидуальными сценариями освещения, лемехом и даже «обоями» в зоне приема багажа.
Золото на зеленом
Бюро Antonio Virga Architecte реконструировало здание медиатеки для коммуны Сен-Манде под Парижем, смело добавив к строгому фасаду элементы из золотистого анодированного алюминия.
Крутятся шестеренки
Детский технопарк в Новом Уренгое включает 11 лабораторий, где изучают космос, робототехнику, биотехнологии и другие актуальные направления. Следуя за функцией, ПИ АРЕНА выбрал форму, которая во многом наследует традициям модернизма: в архитектурном решении можно усмотреть супрематические композиции, интерпретацию «Шестигранника» Ивана Жолтовского и модульность метаболизма.
Маленькая выставка с большим потенциалом
Музей архитектуры начинает коллекционировать современность. Об этом заявляет выставка «Депозитарий современности. Архитектура XXI века – в собрание музея». Сама по себе небольшая, она служит стартом инициативы по отбору и включению в коллекцию ГНИМА графики тех проектов, которые музей и куратор Анна Мартовицкая определят как «синонимы современности». Смотрим выставку, вспоминаем «Строение №», сравниваем, размышляем.
Доступная аренда на острове роскоши
Stefano Boeri Architetti победили в конкурсе на проект комплекса доступного жилья в городе Ивиса на Ибице: их замысел Sa Casa реагирует на местный жилищный кризис, где 4 млн туристов в год вытесняют коренных островитян с рынка аренды.
Общее дело возрождения
С середины сентября до конца октября идет прием заявок на III Национальную премию «Наследие дороже» – 2026, которая присуждается проектам и инициативам, направленным на сохранение и возрождение исторических объектов. Награждаются как бизнес-проекты, так и общественные инициативы.
Первостроителям Петербурга
Инициативный проект Петера Элверума и Ангелины Стукалиной предлагает воссоздать фрагмент природной среды, которую могли видеть строители Петербурга, заставшие у берегов Невы непроходимые леса. Тем самым будут обеспечены мемориальная и общественная функция скверу, на территории которого случайно было обнаружено коллективное захоронение XVIII века. После окончания археологических работ это место превратилось в полузаброшенную транзитную зону.
АРХИWOOD-17: дендрохронология
АРХИWOOD подвел итоги: впервые с 2022 года жюри присудило гран-при, раздав также несколько специальных призов и войдя в резонанс с мнением народа в двух номинациях. Дерево в этом году выступает как материал, соединяющий пространства и эпохи: в списках есть несколько неоклассических утопий, возвращающих идиллию усадебной жизни, строившийся более десяти лет дом-вернакуляр, «Парфенон» с колоннами из сосен и баней-целлой, восставший из пепла феникс, целых две башни-бани. Предлагаем познакомиться со всем списком победителей – уверены, многое вам захочется увидеть собственными глазами!
Спортивный драйв
ONE MORE STUDIO разработало комплексный дизайн нового центра для любителей падела на Ходынском бульваре в Москве, превратив его пространство, посвященное культу здоровья и радости жизни, в место, где можно испытать драйв и удовольствие от игры, а затем отдохнуть в комфортной обстановке.
Подъем с остановками
Башня для наблюдения за перелетными птицами на болотах Чэньху в Ухане задумана шанхайским бюро Xiang Architects как «посредница» между человеком и природой.
Маяк на утесе
Один из кварталов масштабного района «Деснаречье», который возводится в Новой Москве, проектирует архитектурное бюро «Крупный план» (KPLN). Участок имеет свои преимущества и сложности: с одной стороны – близость реки и выразительный ландшафт, с другой – магистраль и перепад высот. Авторы проекта решили подчеркнуть существующую «фактуру» места: на естественной возвышенности разместили доминанту в виде башни-маяка, сделали стилобат продолжением утеса, а в архитектуре секционной застройки отрефлексировали близость реки.
Архитектура геологического формата
«Геологически»-природная форма для крупных комплексов – одна из важных тем нашего времени, она подходит для больших объемов много лучше, чем пилястры и карнизы... Вот и проект с географическим названием «Широта 54», предложенный Раисом Баишевым и архитекторами АБ «Остоженка», «прорастает» в глубь земли сохраняемым оврагом, а вверх пластинами домов, похожих на меловые горы, с пещерами дворов-террас, встроенных в объем. Особенность – много открытых для горожан и жителей общих пространств, задуманное качественное строительство. Большие стекла, даже кондиционирование центральное. Изучаем в контексте.
Новая деревня
Бюро Rhizome представило проект коттеджного поселка, строительство которого запланировано рядом с горнолыжным курортом в Ленинградской области. Вместо расчерченных на сегменты участков архитекторы предложили более естественную среду, напоминающую небольшой северный городок. Чтобы добиться непринужденного разнообразия, авторы разработали несколько типологий домов и вспомогательных объектов, выстроили иерархию приватных и общественных пространств, а также использовали материалы и цвета, характерные для финских мыз и деревень.
Пресса: Вечернее интервью: художник Николай Полисский — о...
Николай Полисский учился в Ленинграде — и там стал частью группы «Митьки». Был живописцем, затем занялся, как многие в девяностые, искусством, близким к концептуальному. Но в 2000 году в калужской деревне Никола-Ленивец, где у него дача, он решил слепить много снеговиков. И с этой работы у Полисского началась совсем другая жизнь.
Между небом и бетоном
Архитекторы Vari создали на трех верхних уровнях общественного центра RICHAUS в Чунцине рекреационное и торговое пространство aa market, организованное как сад на крыше.
Пространство дизайна
В Москве появилось новое постоянно действующее выставочное пространство IDEAL DESIGN SPACE, где дизайнеры, архитекторы, заказчики, поставщики и производители смогут найти все необходимое и даже больше. Главная цель пространства – стать источником вдохновения и местом для профессионального общения.
Зажигать для тебя маяки
В Мурманске завершился фестиваль-практикум «Мурманистика. Города Арктики». Одним из его итогов стали 10 объектов, построенных командами студентов, чтобы активизировать отрезок будущей тропы, которая рассматривается как альтернатива городской набережной. Объекты преимущественно деревянные, одни более функциональные, другие – сугубо художественные, но все отсылают к особенностям городской жизни за полярным кругом. Рассказываем о фестивале и объектах.
Дом длиною в улицу
Проектируя жилой комплекс для Нижнего Новгорода, бюро СИВИЛ столкнулось с непростыми ограничениями участка. Единственно возможную меридиональную посадку дома архитекторы обыграли с помощью ступенчатого плана, который подчеркивают различия в материалах отделки фасадов. Перепад высот и арка, соединяющая две зеленые территории, дополнили композицию и сформировали выразительный силуэт комплекса.
Элемент равновесия
Проект жилого дома по программе реновации от бюро Continuum создает на Лодочной улице ансамбль: вместе с другим новым высотным зданием он фланкирует четырехэтажную постройку сталинской эпохи, выстраивая ритмичную композицию. Пластические и фасадные решения – трехчастное построение, веерное смещение объемов и комплементарная колористика – также родственны соседней башне.
Стальные покрывала для Майами
В Майами началось строительство Sweetbird North – офисного здания по проекту Snøhetta, чей фасад образован как будто наполненной ветром стальной «вуалью». Оболочка, защищая от ураганов и солнца, постоянно меняет свой облик на свету, а за ней прячутся зеленые террасы и офисы.
Искусство полного цикла
Школа требует порядка, регламента и дисциплины, а творчество – свободы, эксперимента и импровизации. В здании Сибирской высшей школы музыкального и театрального искусства в Кемерово бюро «МВ-ПРОЕКТ» попыталось примирить эти противоречия: заключить сложную и изменчивую творческую жизнь в строгую, рационально организованную архитектурную форму.