Архитекторы АПЕКС: «Должны появиться новые Шуховы и Шехтели»

Архитекторы АПЕКС читают в школе МАРШ курс Creative BIM. Мария Фадеева разбиралась, что такое креативный BIM, и какой была бы архитектура без компьютеров.

author pht

Беседовала:
Мария Фадеева

mainImg
zooming
Поиск формы © Проектное бюро АПЕКС
Иван Анохин, Ольга Лебедева, Андрей Дермейко,
авторы курса “Creative BIM” в МАРШ 

В начале февраля в МАРШ прошел трехдневный курс «BIM в проектном бюро. С чего начать?». Это начало совместного эксперимента Московской архитектурной школы и компании АПЕКС по переосмыслению роли технологий в процессе проектирования и преподавания. Преподавания как архитекторам, так и тем, кто управляет проектным процессом. Вторым, куда более длительным этапом станет трехмесячный интенсив «Creative BIM», в ходе которого авторы курса: Ольга Лебедева, Иван Анохин и Андрей Дермейко хотят воспроизвести полноценный командный процесс проектирования от эскиза до рабочей виртуальной модели, которая позволит реализовать объект – летний павильон для Artplay – в натуре. Партнерами стройки выступят компании Gradas, Guardian, Schüco и Каптехнострой. Разбираемся в специфике заявленного эксперимента.
Рабочий процесс в бюро © Проектное бюро АПЕКС

Архи.ру:
– Я бы хотела начать наш разговор с понимания предмета вашего преподавания. Что такое креативное информационное моделирование зданий? Мне всегда казалось, что BIM – технология суровая и для творчества не особо годится, скорее нужна для его оформления в строительную документацию.

Андрей Дермейко:
– Мы хотим показать, как творческий процесс разработки концепции и технический процесс подготовки документации могу быть увязаны друг с другом. В фокусе курса – проектируемый объект, соответственно, возможности программ будут изучаться с обязательным практическим применением к тем идеям, которые сгенерируют участники. В свою очередь, исследование и выбор подходящего софта сможет подсказать новые направления для развития концепции.

Вследствие маркетинговой политики вендоров и производителей программного обеспечения, а также фрагментированности информации в сети у людей складывается впечатление, что BIM – это «какой-то софт». В действительности же BIM – это технология, и список программ, которые позволяют работать по этой технологии, довольно широк. И мы хотим рассмотреть, в рамках курса, разные программы, чтобы наши слушатели, разработав идею в модели, смогли передать материалы непосредственно на стройку: подрядчику, производителю.
Рабочий процесс в бюро © Проектное бюро АПЕКС
Рабочий процесс в бюро © Проектное бюро АПЕКС
Иван Анохин:
– Для нас среда BIM – это единое пространство творчества, виртуальный мир, в котором взаимовыгодно сосуществуют все участники процесса. Наш курс не подразумевает изучение программ как набора инструментов, он призван смоделировать деятельность проектной группы: от этапа концепции до перерезания ленточки на воплощенном объекте. Именно поэтому мы сначала провели короткий интенсив о внедрении BIM в проектное бюро. В то же время, верно, что в плане «строгости» этой технологии – требования к гигиене среды высоки, это не «автокад» или лист бумаги, на котором рисуется план, а потом копируется для проверки другой планировки. Мы постараемся показать принципы работы в таких условиях на базе аккумулированного АПЕКСом опыта не только проектирования, но и управления проектом, удаленного взаимодействия с коллегами, включая зарубежных.
ГЭС-2. Взрыв-схема демонтируемых и сохраняемых частей здания © Проектное бюро АПЕКС
– Как я понимаю, это тот подход, благодаря которому вашей компании удается быть столь эффективными на рынке. Зачем же вы будете других учить тому, что позволяет выигрывать в конкуренции за заказчика?

Ольга Лебедева:
– АПЕКС – многопрофильная компания, направление преподавания – еще одна ступень развития коллектива, расширения наших навыков. За счет курса сотрудники вовлекаются в образовательную работу: чтение лекций, разработка программы курса, преподавание, участие в промежуточных показах в качестве членов жюри...

Андрей Дермейко:
– Кроме того, это способ влияния на информационное поле, возможность двигать отрасль и экономику, как бы пафосно ни звучало.

Иван Анохин:
– Для нас как для активно развивающейся компании интересно и расширять свои горизонты в современных технологиях, и делиться своими наработками с коллегами по цеху. Такого образовательного продукта еще не было на рынке.

Ольга Лебедева:
– Этот курс в числе прочего – еще и возможность расширить наш кадровый ресурс, предварительно предоставив обучение и базу для командной работы. Знание софта всегда можно будет подтянуть, а вот понимание процесса от начала до конца и умение работать с командой и производством – реально ценные знания сотрудников.
ГЭС-2. Перевод лазерного сканирования здания в BIM-модель © Проектное бюро АПЕКС
– Какова ваша личная мотивация при разработке и ведении этого курса?

Иван Анохин:
– Я много лет занимался арт-проектами и участвовал в образовательных семинарах. Мне интересно применить этот опыт в BIM формате, позволяющем создать высокотехнологичный объект.

Андрей Дермейко: 
– Каждый раз обучая кого-то, ты учишься сам и наводишь порядок в своей голове. Это дополнительный повод систематизации своих знаний. К тому же я давно не преподавал вне АПЕКСа – надо изнутри изучать происходящее на рынке в целом, в том числе, для коррекции стратегии развития компании.

– Ольга, у тебя, кажется, нет еще опыта преподавания?

Ольга Лебедева:
– В рамках вуза еще нет, но давно хотелось начать. В рамках бюро это постоянный процесс собственного обучения и передачи знаний команде. Накоплен большой опыт, за 14 лет я поработала в нескольких крупных московских бюро, училась в Колумбийском университете, увидела и испытала на себе многообразие методов и работы и обучения. Хочется делиться.

Меня захватывает идея показать за такой короткий срок весь процесс работы от идеи до реализации – ведь обычно это занимает больше года, а на крупных объектах несколько лет. Хочется показать, что каждый этап работы – концепция, проект, выпуск документации, производство, стройка – все интересно и может доставлять радость от процесса.

Соблазн использования большого количества программ, особенно в конце в роли заказчика – тоже не последний стимул. И, конечно, возможность реализации объекта с серьезными партнерами, готовыми предоставить лучшие материалы и качественное производство – об этом можно только мечтать. Не будь я соавтором курса, сама бы пошла учиться у нас.
ЖК на Долгоруковской улице. BIM-модель c послойным отображением элементов здания © Проектное бюро АПЕКС
– Андрей сказал о широком списке программ, входящих в среду BIM. Сколько их, и какой процент вы используете в ходе курса?

Андрей Дермейко:
– Существует международная некоммерческая организация Building Smart, которая занимается разработкой и поддержкой IFC – универсального нейтрального обменного формата, обеспечивающего совместимость софта в BIM среде. На их сайте перечислены все программы, которые сертифицированы для работы с этим форматом. Сейчас в списке более пятидесяти наименований, но он постоянно пополняется. Плюс существует определенная типология: одни программы созданы для проектирования, то есть создания информации, другие для ее анализа, третьи – для управления и преобразования...
ЖК на Долгоруковской улице. Взрыв-схема слоев фасада © Проектное бюро АПЕКС
Иван Анохин:
– Стоит отметить, что кроме специализированных программ есть те, которые могут просто подключаться к ней, к примеру, всем нам знакомый Excel. Он хорошо вписывается и помогает при параметризировании, снятии информации, описании.
Перспективный вид, созданный на основе BIM-модели комплекса на Долгоруковской улице © Проектное бюро АПЕКС
Андрей Дермейко:
– И позволяет представить заказчику данные в том виде, в котором он привык их читать. А это очень важно. Мы говорим не только о программах, но и о работе команды, способах обмена информацией, ее получения, генерации и управления. Об огромном спектре сценариев.

В курсе мы рассчитываем коснуться семи-восьми программ.

– Мне как журналисту импонирует упоминание понятия информации. Но для непривычного уха не звучит ли это слишком абстрактно в отношении архитектуры, как материального объекта, состоящего из окон, дверей, кирпичиков...

Андрей Дермейко:
– Но их ведь нет без параметров. Собственно и в классическом рукотворном чертеже мы видим набор линий, и их прочтение зависит лишь от интерпретации какой-то совокупности линий как стены, а иной в качестве проема. Что наполняет их смыслом? Умение читать: кто-то записал информацию на лист, а другой расшифровал.

Иван Анохин:
– Информационная модель здания отличается от чертежа тем, что мы можем оперировать не только тремя измерениями, но и такими параметрами как время, финансовая модель... При должной настройке модели возможно снимать достаточно большие массивы информации от спецификаций или схем раскладки нетиповых элементов – до смет и временных графиков.
– Судя по вашим описаниям, BIM как технология уже состоялась, и ждать от нее чего-то абсолютно переворачивающего архитекторский быт больше не стоит. Или инновационный потенциал этой среды не исчерпан?

Андрей Дермейко:
– И правда, в последнее время нет речи о каком-то принципиально новом поколении программного обеспечения, конкуренция больше строится на работе с деталями. Но если мы говорим о влиянии BIM на архитектуру, то трансформация строительного этапа только начинается: работа с 3D-принтерами, выход на площадку роботов. BIM модель как база данных обладает гораздо большим потенциалом для последующей автоматизации строительства, чем чертеж. Конечно не завтра, но тут еще произойдет много интересного.

– А если BIM исчезнет, то станет ли ваша архитектура другой?

Ольга Лебедева:
– Моя лично вряд ли. Я делала сложные проекты, пока училась, без компьютера вручную до пятого курса. Бесспорно, без BIM все математические расчеты окажется сложнее производить, но я буду больше рисовать, получать наслаждение от процесса черчения руками, а количество чертежей максимально сократится. И, конечно, будет больше макетов.

А вот архитектура проектного бюро, крупные комплексы, большие масштабы, сложные реконструкции, инженерные сооружения – сильно зависят от скорости обработки и выдачи документации, от объемов, от высокой точности чертежей всех смежных дисциплин и единой базы всех участников процесса. И тут уже невозможно представить себе сегодня такой процесс без BIM среды. Такой архитектуры просто не будет, потому что по времени процесс будет растянут настолько, что станет не рентабельным.

Иван Анохин:
– В целом моя архитектура останется такой же. Архитектурный образ, в первую очередь, – продукт нас самих, он рождается в нашем воображении. На данный момент процесс работы с бумагой относится только к самым первым этапам формирования образа.

Компьютер предоставляет достаточно большой инструментарий для проверки идей на жизнеспособность.
Вопрос в другом: компьютерные технологии кардинально меняют сроки проектирования, причем не всегда в лучшую сторону. С одной стороны, BIM ускоряет работу, это запрос рынка. С другой стороны, ускорение не всегда становится синонимом продуманности и проработанности. Необходим баланс. Собственно его нахождение – между количеством времени, затраченным на формирование образа, фильтрацию идей, продумывание до мелочей всех узлов, деталей и технологией самого процесса – стало бы ответом на твой предыдущий вопрос о перспективе развития. Должны появиться новые Шуховы и Шехтели.

Если BIM исчезнет, я с радостью возьму карандаш, но буду скучать по свободе абстрактного формотворчества и простоте решения рутинных задач.

15 Марта 2018

author pht

Беседовала:

Мария Фадеева

Поставщики, технологии

GRADAS Партнерами строительства летнего павильона Artplay, упомянутого в интервью, выступают компании Gradas, Guardian и другие.
Guardian Glass
Schueco
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Японские технологии на родине дымковской игрушки
В Кирове появился новый 15-этажный жилой дом, спроектированный московским архитектором Алексеем Ивановым. Для отделки фасада использовались японские панели KMEW, предназначенные специально для высотного строительства.
Переплетение и контраст
Два московских проекта, в которых архитекторы сочетают панели с разными фактурами из фиброцемента EQUITONE, добиваясь выразительности фасадов.
Вентиляционная створка Venta – современное решение...
Venta обеспечивает безопасное и быстрое проветривание помещений, не создавая сквозняков. Она идеально комбинируется с остекленными и глухими элементами большой площади, а гибкая интеграция системы в любой фасад объекта является отличным решением для архитекторов и проектировщиков.
«Тихий рассвет» – цвет года по версии AkzoNobel
Созданный по итогам масштабных исследований цветовых трендов, проводящихся экспертами со всего мира, этот цвет призван запечатлеть суть того, что делает нас более человечными на заре нового десятилетия.
Разреши себе творить
Бренд DULUX выпустил новую линейку инновационных красок «Легко обновить». В нее вошло всего три продукта, но с их помощью можно преобразить весь дом или квартиру самостоятельно и всего за несколько часов.
Архитекторы из Томска создали мультикомфорт на международном...
По итогам международного архитектурного конкурса «Мультикомфорт от Сен-Гобен» проект российских студентов был отмечен специальным призом. Россия участвует в мероприятии в 8-й раз, но награду получила впервые. Рассказываем, как команде из Томска удалось реализовать концепцию мультикомфортного жилья и чем важен этот конкурс.

Сейчас на главной

Отдых на Желтой реке
Бутик-отель Lost Villa шанхайской мастерской DAS Lab на границе Внутренней Монголии повторяет форму традиционного местного поселения.
Кирпич старый и новый
В центре Манчестера строится жилой квартал KAMPUS по проекту Mecanoo на 533 квартиры: жилье, кафе и магазины расположатся в новых корпусах и исторических складах из кирпича, а также в бетонной башне 1960-х годов.
Пресса: Где будет центр
Сейчас город — это прежде всего его центр, центром он опознается и остается в голове. Город будущего требует деконструкции центра настоящего. Вопрос: а будет ли у него другой центр?
Консоли над полем
Школьное здание по проекту BIG в пригороде Вашингтона составлено из пяти раскрывающихся как веер ярусов, облицованных белым глазурованным кирпичом.
Бегство из Вавилона
Заметки об инсталляции Александра Бродского для книг Анны Наринской – «Невавилонской библиотеке» в Центре толерантности.
«Вариации на тему»
Плавучие дома по проекту Attika Architekten на канале в центре Нидерландов получили фасады из фиброцементных панелей EQUITONE [natura].
Тонкая игра
Клубный дом в Большом Козихинском, – пример архитектурного разговора о методах и источниках стилизации, врастающей в современные тенденции. С ярким акцентом, вдохновленным работой Льва Бакста для «Дягилевских сезонов».
Профсоюзное движение
В Британии основан профсоюз архитекторов и всех других сотрудников архитектурных бюро, включая секретарей, менеджеров, техников.
Визит в вечную мерзлоту
Архитекторы Snøhetta представили проект посетительского центра The Arc при Всемирном хранилище семян и Мировом архиве на Шпицбергене.
Пресса: Гидроэлектробазилика
Знаменитый итальянский архитектор Ренцо Пьяно и команда фонда V-A-C, основанного бизнесменом Леонидом Михельсоном, рассказали о будущем, пожалуй, самого амбициозного культурного проекта последних лет — ГЭС-2.
Опыты для ржавого ожерелья
Вторая российская молодежная архитектурная биеннале в Казани была посвящена реконструкции промзон. 30 финалистов выполнили проекты для двух конкретных участков столицы Татарстана. Представляем проекты победителей.
Вырасти свой сад
Конгресс World Urban Parks, прошедший в Казани, получился больше про общественные места и энергичных людей, чем собственно про парки. Публикуем самое интересное и полезное из того, что удалось услышать и увидеть.
Велосипеды под холмами
Новая площадь по проекту COBE на кампусе Копенгагенского университета – это холмистый ландшафт, где есть стоянки для велосипедов, театр под открытым небом и «влажные биотопы».
Три корабля
Павильон Италии на Экспо-2020 в Дубае спроектировали архитекторы CRA-Carlo Ratti Associati, Italo Rota Building Office и matteogatto&associati.
Течение краски
В Медийном центре парка Зарядье открылась выставка четырех художников, рисующих города: Альваро Кастаньета, Томаса Шаллера, Сергея Чобана и Сергея Кузнецова. Впервые в Москве такого рода выставка сопровождается иммерсивной экспозицией.
Мозаика функций
Комплекс Agora по проекту Ropa & Associés в Меце на востоке Франции соединил в себе медиатеку, общественный центр и «цифровое» рабочее пространство.
Книги в саду
Бюро «А.Лен» и KCAP Architects&Planners спроектировали для Воронежа жилой комплекс, вдохновляясь Иваном Буниным и пейзажами средней полосы. Получилось современно и свежо.
Комиксы на фасаде
В бывшей мюнхенской промзоне открылось многофункциональное здание WERK12 по проекту MVRDV: сейчас оно вмещает рестораны, фитнес-клуб и офисы, но подходит и для любого другого использования.
Космический ветер
Построенный по проекту бюро ASADOV аэропорт «Гагарин» сочетает выверенную планировочную структуру и культурную программу с авторскими решениями – архитектурным и дизайнерским, в которых угадывается ностальгия по тем временам, когда наша страна шла в светлое будущее и космос был частью жизни каждого.
Пресса: Как в город вернется производство
В том, что постиндустриальный город ничего не производит, есть нечто тревожное. Понятно, что он производит знания и услуги, понятно, что он производит много чего для себя (поэтому пищевая промышленность в Москве даже растет), но как же без всего остального?
Укрупнение
В Гостином дворе открылся очередной фестиваль «Зодчество». Под октябрьским московским солнцем спорят между собой две тенденции: прекрасного будущего и великолепного настоящего.
Между городом и вузом
В Аделаиде на юге Австралии появилась первая постройка Snøhetta на этом континенте: университетский спорткомплекс с актовым залом и открытыми лестницами-трибунами.
«Вечность» переставит всё местами
Куратором «Зодчества» 2020 года назван Эдуард Кубенский с темой «Вечность», об этом сообщил сегодня на пресс-конференции президент САР Николай Шумаков. Программа звучит смело, читайте в нашем материале.
Решетчатая «опора»
Энергоэффективное офисное здание oxxeo с несущим фасадом, одновременно работающим как солнцезащитный экран: проект Rafael de La-Hoz Arquitectos на севере Мадрида.
«Стальная змея»
Основная часть Северного вокзала Кёге, нового транспортного узла для Большого Копенгагена, – это 225-метровый пешеходный мост через шоссе и железнодорожные пути. Авторы проекта – DISSING+WEITLING architecture и COBE.