English version

Раис Баишев: «Я упаковываю пространства»

Один из основателей архитектурного бюро «Остоженка», главный архитектор таких проектов, как здание Международного Московского банка, ЖК в Одинцово и балашихинские «Акварели», – об участи ГАПа, профессиональных предпочтениях и отличии модного от современного.

Беседовала:
Лилия Аронова

mainImg
Архи.ру:
Вы работаете в мастерской с момента основания. История создания «Остоженки» хорошо известна, чтоб не сказать – хрестоматийна. Вот это начало – что оно значило лично для вас?

Раис Баишев:
К тому времени, когда мы перешли из государственных учреждений в свободное плавание, в стране уже созрели условия, чтобы могли возникнуть такие вот частные бюро. Но и мы к тому времени уже имели серьезный опыт работы, и новая ситуация никак не могла освободить нас от обязательств перед профессией. Так что для меня изменилось мало что. Напротив, вместе с большей свободой возросла и ответственность – прямо пропорционально инициативе. Мы начали работать, и команда сложилась. Можно сказать так: самое ценное из прошлой жизни нам удалось перенести в бюро «Остоженка», прежде всего – приверженность командной игре. Это до сих пор остается величайшей ценностью для каждого из нас.

Есть ли у вас некая специализация в рамках бюро?

Вы знаете, это неизбежно возникает везде, где люди работают в команде. Кто-то себя заявляет умеющим делать что-то лучше другого, и это становится его специализацией, его ярлыком, его ярмом, и со временем начинает его возмущать – как же так, ведь я на самом деле ярче, шире, богаче! Но архитектура – такая профессия, что специализаций этих ровно столько, сколько есть настоящих архитекторов. Посмотрите на действительно крупных мастеров – разве можно спутать их работы? Никогда. Это проявления личности, причем неповторимые проявления. Отказаться от этого очень трудно, да и не нужно вовсе отказываться.

А лично вам что ближе?

Участь ГАПа в том, что он отвечает в проекте за все. Тем она и сложна, и тяжела, но и заманчива… Всякая работа состоит из анализа и сборки. Чем шире ты видишь все предпосылки и составляющие предстоящей работы, все векторы, которые на него влияют, не только узкопрофессионального смысла, – тем точнее решается конкретная задача. А дальше вовлекаются действительно некие предпочтения, даже лучше сказать – симпатии. Кому-то нравится работать с плоскостью, кого-то увлекают структуры, которые возникают в процессе работы. Я знаю свой арсенал. Меня интересуют пространство, пластика, взаимодействие с контекстом. Что есть материал для архитектора? Если у живописца это полотно и краски, у скульптора – кусок глины или камня, то у нас это пространство, то есть пустота! Я однажды задался вопросом – в чем моя работа? Я – упаковщик пространств. Я упаковываю пустоту по законам экономики, в соответствии с нормами и правилами, но прежде всего по законам гармонии, чему нас в архитектурной школе учили...
zooming
Раис Баишев. Фотография предоставлена АБ Остоженка
Жилой комплекс «Акварели» © АБ «Остоженка»
Жилой комплекс «Акварели». Многоцветие внутренних дворов. Проект © АБ «Остоженка»

А если говорить о бюро «Остоженка» в целом – есть ли у него собственная ниша?

Тот жанр архитектуры, которым занимается бюро «Остоженка», для нас давно сложился. Мы, естественно, стремимся расширить эти рамки, не забиваться в «нишу», но все равно знаем, что наше, а что не совсем. Для каждого из нас спроектировать индивидуальный жилой дом куда сложнее, чем жилой комплекс на две тысячи квартир. Так или иначе это транслируется вовне, и к нам поступают именно наши заказы – как правило, крупные городские формы. Потому что в чем преуспел – в плену того и находишься.
Жилой комплекс в Одинцово. Дворовые фасады © АБ Остоженка
Жилой комплекс в Одинцово. Дворовые фасады © АБ Остоженка

Существует ли какой-то этап работы, который вам нравится больше других?

Самое завораживающее – когда в самом начале оказываешься один на один с неизвестностью. Это момент, когда человек может забыть о себе перед необъятностью возможных решений. Этот этап – он мне даже снится. И иногда ловишь себя на мысли: что-то давно не было этого ощущения невесомости, этого прекрасного чувства, когда возникает такой детский восторг перед новой игрой. И вслед за неуловимым моментом интуитивного решения начинается долгое воплощение.

Бывает ли, чтобы вы о чем-то жалели – о сделанном или несделанном? Или смотрите на уже реализованный объект и понимаете, что нужно было сделать не так?

Я думаю, это наивно – считать, что можно что-то переделать… Вообще всегда с трепетом ждешь момента между окончанием строительства и почти неизбежным началом искажений объекта, чтобы успеть как-то объяснить самому себе, что же сделано и что не так. Вот в этот момент что-то осознаешь, да. Мне, кстати, довелось уже пережить, что построенное мной когда-то здание было снесено. Со всем хорошим, что в нем было, и с тем, что не случилось. Понадобилась другая функция на этом месте – и снесли. Но мне даже не жалко, знаете. Надо, очевидно, философски к этому относиться – такой вот урок жизни. Чем дальше, тем более временным становится все вокруг. Если раньше вещи делались навечно, то теперь не дай бог кто-то задержится с заменой старого телефона, телевизора, автомобиля на новые. И к архитектуре это тоже относится. Фасады стали заменяться легко, как одежда, что не мыслилось раньше. Но, видимо, это нужно принять как знак времени.

Наверняка в вашей практике как ГАПа были случаи, когда вы сталкивались с теми или иными непредвиденными препятствиями и приходилось их некими нетрадиционными способами обходить…

То, о чем вы говорите, в старину называлось «анекдот». Не в сегодняшнем понимании анекдот, а такая история из жизни, смешная или трогательная даже. Вот прибегает однажды мой заказчик с горящими глазами и говорит: «Так хорошо продается верхний этаж, давайте еще один добавим!»

Или, например, известная история со стеклянным «кармашком» в ограждении террасы Международного Московского банка (ныне ЮниКредит)?

Ну да, это анекдот в хорошем смысле слова. Притча. Но это уже не моя история. И я знаю достаточно много интересных людей, кто сходу расскажет вам множество анекдотов из своей жизни. А может быть, и из моей…
ЮниКредит Банк на Пречистенской набережной © АБ Остоженка
ЮниКредит Банк на Пречистенской набережной © АБ Остоженка
ЮниКредит Банк на Пречистенской набережной © АБ Остоженка
ЮниКредит Банк на Пречистенской набережной. Разрез © АБ «Остоженка»

Тогда я задам более серьезный вопрос – есть ли у вас стилевые предпочтения в архитектуре?

Очень многое зависит от того, какие ценности в нас заложены изначально, что мы ценим из того, что предшествовало нынешней действительности. Например, 1920-е годы, когда наша страна была в авангарде мировой архитектуры. Нам повезло учиться у мастеров, которые в то время создавали новую картину мира. Представьте, сколько эпох они пережили, чтобы преподать нам то, что ценит весь мир, но не ценила страна! Драматичная история отечественной архитектуры благодаря учителям стала для меня сильнейшим личным переживанием еще в студенчестве. И определила, как всякая правда и откровение, приоритеты в жизни и профессии.
Жилой комплекс в Одинцово. Красная арка, прорезающая угол здания, внутри которой поставлен такой же красный жилой дом © АБ Остоженка

Могли бы вы как-то сформулировать свои творческие принципы?

Наверное, они еще в процессе формирования. Конечно же, есть некие убеждения, они складываются из собственной практики и осмысления всего, что мы видим вокруг. Для меня очень важно, чтобы в процессе работы возникало что-то новое. Все, что делается, – это поиск того, чего еще не было. При этом мы стремимся к тому, чтобы не делать модных вещей. Ведь модное – это что? То, что легко проглатывается, копируется, превращается в массовое. Значительно интересней, если удается работать на уровне типологии пространств, помня, что есть небо, земля и Божий свет.

Что еще для вас принципиально важно в работе?

Очень важно правильно выстроить диалог. Сначала с заказчиком. Затем с коллегами. А в конечном счете возникает диалог объекта с контекстом и сам объект начинает диктовать, что ему нужно. И если город «принял» построенное, а заказчик готов продолжить диалог на новые темы – работа удалась. Но в случае неудачи на любом из этих уровней пенять не на кого. Тогда говоришь: «ГАП здесь я. Валите все на меня».

Не страшно?

Не страшно, нет. Знаете, архитектура – это профессия для смелых и отважных.

Большое спасибо за этот разговор. Конечно, мне хотелось бы еще спросить, что у вас на столе сейчас, чем вы в данный момент занимаетесь…

Да тем же самым. Теми же пространствами и их упаковкой. Видимо, это пожизненно. По крайней мере я очень надеюсь. 
Жилой комплекс в Одинцово. Общий вид © АБ Остоженка
Жилой комплекс «Акварели» © АБ «Остоженка»
Жилой комплекс «Акварели» © АБ «Остоженка»
Жилой комплекс «Акварели» © АБ «Остоженка»
Жилой комплекс «Акварели». Макет © АБ «Остоженка»
Жилой комплекс «Акварели». План 1-го этажа © АБ «Остоженка»

28 Октября 2015

Беседовала:

Лилия Аронова
comments powered by HyperComments
Похожие статьи
Феликс Новиков: «Я никогда не предлагал заказчику...
Большое и очень увлекательное интервью с Феликсом Новиковым. О репрессированных родителях, погибшем брате, о переходе от классики к модернизму, об авторстве и соавторстве, о том, как обойти ограничения. По видео связи в Zoom, Hью-Йорк – Рочестер, штат Нью-Йорк, 16-17 Августа, 2021.
Авторский надзор: мытьем да катаньем
Разговор на АрхПароходе 2021 со Стасом Горшуновым: о том, как ему удается добиваться качественной реализации проектов, какие проблемы приходится решать, когда жертвовать гонораром, а когда идти на компромиссы.
ADM 2006–2021
В новой книге-портфолио ADM architects, посвященной 15-летию бюро, 37 проектов, все реализованные или строящиеся. Публикуем интервью с главой бюро Андреем Романовым и сообщаем, что теперь книгу можно купить на ozon.
Видео-разговор об архитектурной атмосфере
В первые дни января 2021 года Елизавета Эбнер запустила @archmosphere.press – проект об архитектуре в Instagram, где она и другие архитекторы рассказывают в видео не длинней 1 минуты об 1 здании в своем городе, в том числе о своих собственных проектах. Мы поговорили с Елизаветой о ее замысле и о достоинствах видео для рассказа об архитектуре.
Сергей Чобан: «Я считаю очень важным сохранение города...
Задуманный нами разговор с Сергеем Чобаном о высотном строительстве превратился, процентов на 70, в рассуждение о способах регенерации исторического города и о роли городской ткани как самой объективной летописи. А в отношении башен, визуально проявляющих социальные контрасты и создающих много мусора, если их сносить, – о регламентации. Разговор проходил за день до объявления о проекте «Лахта-2», так что данная новость здесь не комментируется.
Энди Сноу: «Моя цель – соединить в архитектуре рациональное...
Английский архитектор Энди Сноу стал главным архитектором проектной компании GENPRO. Постройки Энди Сноу в Великобритании, выполненные в составе известных бюро, отмечены международными наградами. В России архитектор принимал участие в проектировании БЦ «Фабрика Станиславского», ЖК iLove и БЦ AFI2B на 2-й Брестской. Энди Сноу сравнил строительную ситуацию в России и Великобритании и поделился своим видением архитектурных перспектив России.
Бюро Никола-Ленивец: «Мы не решаем проблемы, а раскрываем...
Иван Полисский и Юлия Бычкова, управляющие партнеры Бюро Никола-Ленивец – о том, какие проблемы решает социокультурное проектирование, как развивать территории с помощью искусства и почему нельзя в каждом регионе создать свой Никола-Ленивец.
Сергей Скуратов: «Небоскреб это баланс технологий,...
В марте две башни Capital towers достроили до 300-метровой отметки. Говорим с автором самых эффектных небоскребов Москвы: о высотах и пропорциях, технологиях и экономике, лаконизме и красоте супертонких домов, и о самом смелом предложении недавних лет – башне в честь Ле Корбюзье над Центросоюзом.
«Коралловый цветок»
Foster + Partners и девелопер TRSDC разрабатывают масштабный курортный проект на побережье Красного моря в Саудовской Аравии. Об одном из его составляющих, комплексе Coral Bloom, нам рассказали Джерард Эвенден из Foster + Partners и генеральный директор TRSDC Джон Пагано.
Архитектура без истории и без теории?
На днях стало известно о планах радикальной реогранизации НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства (НИИТИАГ) – единственного исследовательского института страны с таким профилем. Сотрудников, по слухам, планируют сократить в 7-8 раз. Мы поговорили с Дмитрием Швидковским, Андреем Боковым, Елизаветой Лихачевой, Андреем Баталовым – о том, чем ценен Институт и почему его все же надо сохранить.
Двадцатый год, нелегкий: что говорят архитекторы
Тридцать архитекторов – о прошедшем 2020 годе, перипетиях, плюсах и минусах «удаленки», новых проектах, постройках и других профессиональных событиях, выставках и результатах конкурсов. Также говорим о перспективах закона об архитектурной деятельности.
Григориос Гавалидис: «Запрос на качественную архитектуру...
Бюро, которое очень быстро, за 5-6 лет, выросло от 3 до 50 архитекторов и теперь работает с крупными ЖК и значительными мастер-планами «городов-спутников» Подмосковья. Основано греком из города Салоники. Григориос Гавалидис считает скучной работу с частными домами на островах, говорит по-русски как москвич и мечтает сделать московскую городскую среду комфортной, разнообразной и безопасной – как в Греции.
Владимир Григорьев: «Панельная застройка везде одинакова,...
В Санкт-Петербурге стартовал открытый конкурс «Ресурс периферии», участникам которого предлагается разработать концепцию повышения качества среды жилых кварталов 1970-1990-х годов. Выясняем подробности у главного архитектора города.
Андрей Асадов: «На концептуальном этапе надо сразу...
Исследуем главный витраж саратовского аэропорта «Гагарин», составленный из стеклопакетов, наклоненных под углом и образующих «воронку» над входом. Обсуждаем особенности витражных конструкций, а также поиск технологии, которая позволит реализовать красивое архитектурное решение, не пожертвовав надежностью и стоимостью объекта.
Виталий Лутц: «Работа над ЗИЛом была очень интересна...
Недавно Архсовет в неформальном режиме обсудил мастер-план территории ЗИЛ-Юг, разработанный на основе ППТ Института Генплана, утвержденного в 2016 году. Об истории и особенностях проектов 2011-2017 рассказывает их непосредственный участник и руководитель.
Архитектор в девелопменте
Девелоперские компании берут в команду архитекторов, а порой создают целые архитектурные подразделения внутри своей структуры: о роли, значении, возможностях архитектора в сфере девелопмента Архи.ру и Институт «Стрелка», изучающий эту непростую тему в течение года, поговорили с архитекторами, которые работают в девелопменте, и другими специалистами.
Новый опыт: истории четырех бюро
Беседуем с архитекторами, которые долгое время были заняты в сфере дизайна интерьеров, индивидуального жилого строительства и инсталляций, но недавно реализовали свой первый крупный объект: Faber Group с вокзалом в Иваново, Павел Стефанов и Ольга Яковлева с крематорием в Воронеже, Архатака с ТЦ Галерея SM в Петербурге и Хора с реконструкцией Национальной библиотеки Татарстана.
Москомархитектура: итоги года. Часть I
Шесть коротких интервью: с Никитой Токаревым, Кириллом Теслером, Сергеем Георгиевским, Николаем Переслегиным, Филиппом Якубчуком и основателями бюро ARCHSLON Татьяной Осецкой и Александром Саловым.
Амир Идиатулин: «Главное – объект должен быть тебе...
IND architects стали ньюсмейкерами завершающегося года: выиграли два иностранных конкурса, поучаствовали в трех международных консорциумах, завершили реконструкцию здания первого детского хосписа в Москве для фонда Нюты Федермессер. Основатель и руководитель бюро Амир Идиатулин – об основных принципах работы: самым важным архитекторы считают увлеченность темой, стремятся к универсальности, с жюри и заказчиками не заигрывают, стоимость работы рассчитывают по человеко-часам.
Юлий Борисов: «Мы должны быть гибкими, но не терять...
Особенность развития архитектурной компании UNK project – в постоянном поэтапном росте и спланированном изменении структуры. Это тяжело, но эффективно. Юлий Борисов рассказал нам о недавней трансформации компании, о ее сформулированных ценностях и миссии, а также – о пользе ТРИЗ для конкурсной практики, личностном росте и сложностях роста бюро, параллелизме рационального расчета и иррационального творчества, упорстве и осознанности.
ATRIUM: «Один довольный заказчик должен приносить тебе...
Вера Бутко и Антон Надточий, известные 20 лет назад смелыми проектами интерьеров и частных домов, сейчас строят большие жилые районы в Москве, участвуют в конкурсах наравне с западными «звездами», активно работают со значительными проектами не только в России, но и на постсоветском пространстве. Мы поговорили с архитекторами об их творческом пути, его этапах и истории успеха.
Технологии и материалы
Клинкерная брусчатка Penter: универсальное решение для...
Природная естественность – вот главная характеристика эстетических качеств клинкерной брусчатки Penter. Действительно, она изготавливается из глины без добавления искусственных красителей, а потому всегда органично смотрится в любом ландшафте. В сочетании с лаконичной традиционной формой это позволяют применять ее для самого широкого спектра средовых разработок – от классицизирующих до новаторских.
Долина Муми-троллей
Компания «Новые Горизонты» представила тематические площадки, созданные по мотивам знаменитых историй Туве Янссон и при участии законных правообладателей: голубая башня, палатка, бревно-тоннель и другие чудеса Муми-Долины.
Секреты городского пейзажа
В творчестве известного архитектора-неоклассика Михаила Филиппова мансардные окна VELUX используются практически во всех проектах, начиная с его собственной квартиры и мастерской и заканчивая монументальными ансамблями в центре Москвы и Тюмени. Об умном применении мансардных окон и их связи с силуэтом городских крыш мастер дал развернутый комментарий порталу archi.ru.
Золотисто-медное обрамление
Откосы окон и входные порталы, обрамленные панелями из алюминия Sevalcon, завершают и дополняют архитектурный образ клубного дома «Долгоруковская 25», построенного в неорусском стиле рядом с колокольней Николая Чудотворца.
Как защитить деревянную мебель в доме и на улице: разновидности...
Деревянные изделия ручной работы не выходят из моды, а потому деревянную мебель используют как в интерьерах, так и для оборудования уличных зон отдыха. В этой статье расскажем, как подобрать оптимальный защитный состав для деревянных изделий.
Русское высотное
Последние несколько лет в России отмечены новой волной интереса к высотному строительству, не просто высокоплотному, а именно башням. Об одной из них известно, что ее высота будет 703 м, что вновь претендует на европейский рекорд. Но дело, конечно, не только в высоте – происходит освоение нового формата: башен на стилобате, их уже достаточно много. Делаем попытку систематизировать самые новые из построенных небоскребов и актуальные проекты.
Чувство города
Бизнес-парк «Ростех-Сити» построен на Северо-Западе Москвы. Разновысотная застройка, облицованная затейливым клинкерным кирпичом разнообразных миксов Hagemeister, придаёт архитектурному ансамблю гуманный масштаб традиционного города.
Великолепный дизайн каждой детали – Graphisoft выпускает...
Обновления версии отвечают пожеланиям пользователей и обеспечивают значительные улучшения при проектировании, визуализации, создании документации и совместной работе в Archicad, BIMx и BIMcloud, что делает Archicad 25 версией, как никогда прежде ориентированной на пользователя
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Кирпич Terca из Эстонии – доступная европейская эстетика
Эстонский кирпич соединяет в себе местные традиции и высокотехнологичное производство мирового уровня под маркой Wienerberger. Технические преимущества облицовочного кирпича Terca особенно ценны в нашем северном климате – благодаря им фасады не потеряют своих эстетических качеств, а постройки будут долговечными.
Прочные основы декора. Методы Hilti для крепления стеклофибробетона
Методы HILTI позволяют украшать фасад сложными объемными формами, в том числе карнизами, капителями, кронштейнами и узорными панелями из стеклофибробетона, отлично имитируя массивные элементы из натурального камня и штукатурки при сравнительно меньшем весе и стоимости.
Дайте ванной право быть главной!
Mix&Match – простой и понятный инструмент для создания «журнального» дизайна ванной комнаты. Воспользуйтесь концепцией от Cersanit с десятками комбинаций плитки и керамогранита разного формата, цвета и фактуры для трендовых интерьеров в разных стилях. Идеально подобранные миксы гармонично дополнят вашу идею и помогут сократить время на создание проекта.
Современная архитектура управления освещением
В понимании большинства людей управлять освещением – это включать, выключать свет и менять яркость светильников с помощью настенных выключателей или дистанционных пультов. Но управление освещением гораздо глубже и масштабнее, чем вы могли себе представить.
Чистота по-австрийски
Самоочищающаяся штукатурка на силиконовой основе Baumit StarTop – новое поколение штукатурок, сохраняющих фасады чистыми.
Кто самый зеленый
14 небоскребов из разных частей света, которые достраиваются или планируются к реализации: уже не такие высокие, но непременно энергоэффективные и поражающие воображение.
Советы проектировщику: как выбрать плоттер в 2021 году
Совместно с компанией HP, лидером рынка широкоформатной печати, рассматриваем тенденции, новые программные и технические решения и формулируем современные рекомендации архитекторам и проектировщикам, которым требуется выбрать плоттер.
Сейчас на главной
Шкала времени Кумертау
Проект-победитель конкурса Малых городов: с помощью малых форм архитекторы рассказывают историю возникшего на буроугольном разрезе поселения, активируют центральную улицу и готовят почву для насыщенной социальной жизни.
Дерево живет и регулярно побеждает
Невзирая на вирусы и прочих короедов современная русская деревянная архитектура демонстрирует чудеса выживаемости. Определен шорт-лист премии АРХИWOOD – 12-й по счету. Куратор премии Николай Малинин представляет финалистов.
Buena vista
Проект частного дома в Подмосковье архитектор Роман Леонидов назвал Buena Vista, то есть хороший вид по-испански. И действительно, великолепный вид откроется не только из дома с бельведером, стоящего на возвышении, но и сама вилла на холме предназначена для созерцания из партера парка. В общем, буэна виста и бельведер, с какой стороны ни посмотреть.
Кирпичный текстиль
На фасадах офисного здания по проекту Make Architects в Солфорде – кирпичная кладка, имитирующая традиционные для этого города ткани.
Большая Астрахань live
Гибкое улучшение связности территорий, развитие полицентричности, улучшение качества жизни, экологичные инновации – все эти решения проекта-победителя конкурса на мастер-план Астраханской агломерации, разработанного консорциумом под руководством Института Генплана Москвы, основаны на синтезе профессиональных аналитических инструментов, позволяющих оценивать последствия решений в динамике, и общения с жителями города.
Архив архитектуры
В Музее архитектуры открылась выставка «Профессия – реставратор», первая из экспозиций, приуроченных к будущему юбилею. Нетрадиционная тема позволяет показать работу не самых заметных, но очень важных для музея людей – тех, кто восстанавливает предметы и готовит их к хранению и показу.
Вода для жизни
Пятый, а значит юбилейный по счету форум «Среда для жизни» прошел в Нижнем Новгороде сразу после юбилейных торжеств, посвященных 800-летию города, и стал, в сущности, частью празднования. В то же время среди показанных проектов лидировали решения, связанные с временно затопляемыми территориями, что можно признать одной из актуальных тенденций нашего времени.
Градсовет Петербурга 8.09.2021
Градсовет рассмотрел новый вариант перестройки станции метро «Фрунзенская»: проект от московских архитекторов, Единый диспетчерский центр и противоречивый традиционализм.
Медовая горка
Проект-победитель конкурса Малых городов для города Куртамыш: террасированный парк, который дает возможность по-новому проводить досуг
Традиции орнамента
На фасаде павильона для собраний по проекту OMA при синагоге на Уилшир-бульваре в Лос-Анджелесе – узор, вдохновленный оформлением ее исторического купола.
Кочевники и пряности
Два проекта павильона ресторана катарской кухни, который мог появиться в Экспофоруме: не отработанный в Петербурге формат временной архитектуры, способный пропустить в город более смелые решения.
Магистры ЯГТУ 2021: «Тени забытых предков»
Работы выпускников кафедры архитектуры Ярославского государственного технического университета: анализ сталинской архитектуры, возвращение к жизни города-призрака, актуализация советских гаражей и маршрут по исправительно-трудовому лагерю.
Домики в кронах
Свайные гостевые домики по проекту бюро aoe обеспечивают постояльцам близость к природе и уединение.
Дерево с удостоверением
Объявлены финалисты премии за постройки из сертифицированной древесины WAF 2021. Среди них: самое крупное CLT-здание в США, микро-библиотека в Индонезии, офисный комплекс в Сиднее и киоск в Гонконге.
Химические реакции
Проект-победитель конкурса Малых городов раскрывает многогранность Щекино: в нем нашлось место Анне Карениной и Игорю Талькову, космонавтам и шахтерам, равно как и богатой природе тульского края, безбарьерной среде и разным видам досуга.
Диалектический манифест
Высотный ЖК MOD, строительство которого начато в Марьиной роще рядом с территорией, на которой запланирована штаб-квартира РЖД, откликается на «центральный» контекст будущего городского окружения и в то же время позиционируется авторами как «манифест модернистских минималистичных принципов в архитектуре».
Мечта Азимова
Проект DNK ag победил в конкурсе на АГО Национального центра физики и математики в Сарове, проведенного корпорацией Росатом совместно с МГУ, РАН и Курчатовским институтом.
Ре-Школа 2021: Соловки
Третий учебный год Ре-Школа посвятила Соловецкому архипелагу и подготовке жизнеспособной концепции сохранения трех объектов на Банном озере. Об эмоциональных и по-настоящему научных открытиях, которые состоялись за два семестра, рассказывает руководитель школы Наринэ Тютчева.
Околоземное пространство
Новый терминал аэропорта в Кемерово «Леонов» построен в «космические» сроки, несмотря на пандемию. Он стал одним из важных элементов стремительного развития города и зримо отразил свое посвящение первому выходу человека в открытый космос, как в интерьерах, так и на фасадах. Его главные «фишки»: эффект звездного неба и открытость.
В дуэте с ареной
Жилой комплекс West Half по проекту ODA в Вашингтоне построен рядом с бейсбольным стадионом и учитывает все аспекты такого соседства, включая свою «роль» в телетрансляциях матчей.