Двойная жизнь фасада

Алексей Горяинов и Михаил Крымов предложили «виртуальную» реставрацию памятников архитектуры как одно из решений проблемы старого центра Москвы.

Автор текста:
Лилия Аронова

22 Мая 2015

Объект

Архитектура

Архитектор:

Мастерская:

Arch group http://arch-group.ru/

Проект:

«Архитектурный спиритизм». Проект реновации имущественного комплекса
Россия, Москва, [переулки в районе Петровского бульвара]

Авторский коллектив:
Архитекторы: Михаил Крымов, Алексей Горяинов, Константин Кухранов, Виталий Вербицкий, Мария Фетискина, Андрей Зубков, Екатерина Щелокова, Илья Васильев, Ирина Кочук

2014 — 2014

Нет в современном градостроительстве понятия более дискуссионного, чем пресловутый «дух старой Москвы». Существует ли он в принципе, где его искать, можно ли сохранить и надо ли восстанавливать, кто виноват и что делать – на эти новые «проклятые вопросы» русской интеллигенции архитекторы и чиновники, журналисты и активисты, москвичи и гости столицы отвечают по-разному, равнодушных нет. Руководители бюро «Arch group» Михаил Крымов и Алексей Горяинов – разумеется, не исключение. Горяинов уверен, что никакого genius loci в классическом понимании в Москве давно не осталось и не стоит себя обманывать, Крымов менее категоричен – «есть все-таки пара улочек на Китай-городе», но в ответе на главный вопрос – «что делать» – они, как и положено соавторам, едины: «В историческом центре надо строить не-разрушающие среду объекты, но делать это современными методами, современным языком».

zooming — «Архитектурный спиритизм». Проект реновации имущественного комплекса © Arch Group

Поэтому когда архитекторам предложили поучаствовать в закрытом конкурсе на реконструкцию исторического жилого здания в районе Петровского бульвара, они восприняли эту задачу не в последнюю очередь как возможность выразить свою принципиальную позицию. К тому же реконструкция – это вообще их история, они перестраивают много, успешно и интересно. Правда, чаще речь идет о реновации промышленных или офисных зданий, которые сами по себе ни архитектурной, ни культурной ценности не представляют. Здесь же картина другая. Конкурсный объект – двухэтажный дом с внутренним двором в районе Петровского бульвара, – уже много лет находится в предаварийном состоянии. Он не раз перестраивался и надстраивался, так что реконструировать первоначальный облик вряд ли представляется возможным. Впрочем, если бы такая задача и ставилась, Горяинов и Крымов за нее не взялись бы: научной реставрацией они не занимаются. Однако изначально заявленная заказчиком идея звучала заманчиво: в окружении исторической застройки (рядом – винные погреба Депре, напротив – дом, где родилась Софья Ковалевская) предлагалось построить нечто современное, но при этом, разумеется, учитывающее контекст. Задача противоречивая, тем и интересная. Невозможно заново создать старое – это аксиома: получится очередной мертворожденный симулякр из тех, какие руководители «Arch group» невежливо именуют «зомби» и «мутантами». Но старое, даже безвозвратно утраченное, можно вспомнить, вызвать из небытия, воссоздать пусть и не в буквальном смысле, но в графическом, призрачном, прозрачном. И лучше всего для подобной «материализации чувственных идей» подходит стекло – материал творчески активный, абстрактный, многовариантный и при этом безукоризненно современный.

Итак, главным сюжетом, определившим и визуальную образность, и культурологический посыл проекта, стал оригинальный (именно в таком воплощении аналогов ему в российской практике, кажется, не существует) двойной фасад. По обеим внешним стенам здания перед существующим фасадом (его предлагается отреставрировать, но без «погружения» – просто привести в порядок то, что есть сейчас) появляется сплошной стеклянный экран. На него авторы предлагают нанести изображения памятников архитектуры, уничтоженных за последние несколько десятков лет – тонкий смысловой ход, который не имеет шансов быть прочитанным широкой публикой, но греет душу авторов. Причем на фасады должны попасть не просто плоские картинки: архитекторы планировали отобрать фотографии объектов, подходящих с точки зрения стилистики и графических параметров, разыскать чертежи, сделать трехмерные модели, реалистично их отрендерить и тогда уже впечатать в стекло. То есть всё-таки заняться реставрацией, пусть и виртуальной, но выведенной на уровень художественного приема. «Достаточно лаконичная, но честная история», – говорит Михаил Крымов.

Добавим: недешевая (что нормально для нестандартной качественной архитектуры) и непростая в реализации и эксплуатации. Впрочем, по словам Алексея Горяинова, легких путей они и не ищут: «Наши проекты обычно не отличаются прямолинейной простотой, но нас это не пугает – мы умеем отрабатывать сложные моменты». Планарный безрамный фасад держится на спайдерах, рисунок впечатан между двумя слоями стекла – а значит, не сотрется и не запачкается с годами; проблему ухода за внутренней стороной экрана авторы проекта предлагают решить радикально: создать по периметру герметичный контур, чтобы пыль и грязь внутрь просто не проникали. При этом система второго фасада имеет и несомненные преимущества: регулирует перепады температур, обеспечивает шумо- и пылеизоляцию, защищает от ветра. Что же касается визуального эффекта, то он, как говорится, «всех денег стоит». Ажурный полупрозрачный рисунок тонко и неоднозначно взаимодействует с пластикой оригинального внутреннего фасада (обрамление окон, карнизы – архитектурных элементов не так много, но они есть), третьей составляющей картины, как это всегда бывает со стеклянными поверхностями, становится окружающая среда – небо, солнце, облака. Днем картина одна, ночью совсем другая: подсвеченный второй план становится «главным героем», рисунок стеклянного экрана не исчезает вовсе, но становится ещё более призрачным.

Согласно архитектурно-планировочному решению первый этаж здания отдается под кафе и магазины, на втором размещаются квартиры (вдобавок к существующим авторы предлагают прорубить дополнительные окна); кроме того, надстраивается еще один, мансардный, этаж с двухуровневыми апартаментами. С мансардами у авторов проекта отношения сложные – типичный для таких надстроек изломанный силуэт крыши им решительно не нравится. Так что, поставив перед собой задачу «побороть мансардность», архитекторы нашли изящное решение, разбив обычную скатную кровлю цезурами террас. Благодаря этому при взгляде с улицы верхний уровень приобретает ритмичность, но не распадается на отдельные участки из-за объединяющего весь объем и защищающего террасы от шума и пыли стеклянного экрана с рисунком. А зелень, которую можно высадить на террасах, еще больше обогатит визуальный ряд.

Закрытый внутренний двор дома – хоть и неглубокий, но всё же колодец; поэтому, чтобы будущие жители не были вынуждены смотреть друг другу в окна, архитекторы пустили по внутреннему периметру второго этажа теплую застекленную галерею, по которой из лестнично-лифтового блока можно дойти до дверей квартир. Вместе с этим ходом на усложнение вертикальных поверхностей работают такие же, как по внешнему периметру, террасы мансардных апартаментов плюс связанные с ними стеклянные блоки, с помощью которых авторы проекта решают вопрос нависания скатных потолков на втором уровне апартаментов. Внутренний двор архитекторы превращают в уютное рекреационное пространство с газонами, деревьями и террасами из деревянных настилов. Благодаря широкой арке (вход для пешеходов по проекту соседствует с рампой-съездом в подземный этаж, отданный под парковку) двор хорошо видно с улицы – симпатичный штрих, добавляющий к образу дома ощущение уютной и современной жилой среды.

Выбирая название для своего проекта, Алексей Горяинов и Михаил Крымов остановились на «Архитектурном спиритизме». Что ж – в таком воплощении реинкарнация «духа старой Москвы», кажется, имеет полное право на существование.