Новый мемориальной центр, согласно конкурсному заданию, должен расположиться вблизи территории бывшего лагеря Аушвиц I, а ныне – тихого и современного центра Освенцима, небольшого польского городка на сорок тысяч жителей, где уже ничто не напоминает о событиях тех лет. И состав будущего центра, по условиям конкурса, должен помимо мемориального музея включать множество общественно значимых пространств: большой актовый зал, театр, творческие мастерские и учебные аудитории.
Руководители бюро Arch group Алексей Горяинов и Михаил Крымов, поначалу вдохновившись идеей проектирования музея Освенцима как таковой, позднее пришли к выводу о том, что предложенное задание уводит участников от памяти о великой трагедии – и отказались от участия в соревновании. Не участвуя в конкурсе, архитекторы между тем все же создали собственный проект музея Освенцима, исключительно мемориального, воплотив в этой работе свои представления об экспозиции такого рода. Таким образом, проект, не ориентированный ни на реализацию, ни даже на участие в конкурсе, можно причислить к «бумажным», – в сущности, он представляет собой концептуальную штудию важной темы.
Мемориальный комплекс Освенцим © Arch group
Мемориальный комплекс Освенцим.Ситуационный план © Arch group
Мемориальный комплекс Освенцим.План © Arch group
В своем проекте Алексей Горяинов и Михаил Крымов расположили музей у стен сохраненного в существующем мемориальном комплексе лагеря Аушвиц II. Архитекторы вытянули галереи своего музея тонкой нитью вдоль дороги, ведущей в лагерь, а основное музейное пространство спрятали под землю, чтобы не отвлекать внимания посетителей от вида на лагерь с его длинными оградами и мрачными бараками. На поверхность выведена лишь верхняя галерея. Она полностью стеклянная и по форме сама напоминает барак, а потому не выбивается из окружения.
Мемориальный комплекс Освенцим.Разрез © Arch group
Мемориальный комплекс Освенцим.Разрез © Arch group
«Прививка от зла» – так называют свой проект авторы, предлагая, по их собственным словам, пересмотреть саму суть традиционных музеев Холокоста. Там в основе музейных экспозиций, как правило, лежат переживания, рассказы и фотографии жертв, и каждый посетитель, проникаясь чувством ужаса, невольно ставит себя на их место. Посещать такие музеи психологически очень сложно. Далеко не все люди в состоянии посмотреть и малую часть экспозиций. Михаил Крымов поясняет: «Жертва не выбирает свою участь. А вот палачами люди становятся добровольно, самостоятельно делая выбор и подчас не замечая, где находится точка невозврата. О палачах не принято говорить в таких местах, но, к сожалению, практически каждый посетитель этого музея, поставленный в определенные условия, мог оказаться не только на месте жертвы, но и на месте палача. Документальное изображение результатов произошедшего и того, как обычные люди становятся их виновниками, сможет предотвратить новые преступления».
Исследования психологов, проведенные как после войны, так и в недавнее время, успешно подтверждают одну из прописных истин: зло есть в каждом из нас. К примеру, в эксперименте Аша 75% испытуемых легко соглашались с заведомо ошибочным мнением большинства. В эксперименте Милгрема 87,5% испытуемых «убивали» жертву электрическим током, просто подчиняясь авторитету ученого. В Стенфордском тюремном эксперименте студенты, получившие роль охранников, уже через два дня проявили садистские наклонности. Эти эксперименты были повторены в разных странах и неопровержимо доказали универсальность результатов. «Я уверен, что если бы участникам эксперимента объяснили его суть, показали результаты, а затем попросили повторить все сначала, то процент готовых выполнить приказ был бы существенно ниже, – говорит Алексей Горяинов, – именно снижение этих пугающих цифр, прививка к приятию зла и подчинению ему должно, на наш взгляд, стать основной миссией музейно-мемориального комплекса».
Мемориальный комплекс Освенцим. «Путь палача» © Arch group
Осознание того, что внутри музея посетителя ждет столкновение со страшной реальностью, приходит уже на входе, расположенном вблизи главных ворот лагеря. Входная музейная группа – это серый бетонный тоннель, постепенно уходящий под землю. В длинной узкой галерее, которая в конце сходится в маленькую точку, нет естественного света. Общая протяженность давящего коридора, погруженного в полумрак – около 400 метров, но другой дороги посетителю не предложено и каждый, кто вошел, должен пройти по этому маршруту. Архитекторы понимают его как своего рода чистилище, откуда никто не выйдет прежним. Между тем кроме гнетущей атмосферы внутри нет никаких ужасных свидетельств, повествующих о жертвах Освенцима, никаких деталей, которые могут оттолкнуть и испугать человека, вызвать отвращение и убить желание осмыслить произошедшее.
Подземный коридор – это «путь палача», изображение жизни обычных людей. Сохранившиеся документы и фотографии позволяют выстроить такую экспозицию от начала и до конца: вот человек живет в красивом доме, слушает музыку, сажает цветы, получает образование, воспитывает детей, добивается первых успехов. В какой-то момент появляются свидетельства о его вступлении в партию, новом назначении, переводе. Постепенно этот человек становится частью одного сминающего все на своем пути механизма. Дальше – война, Освенцим и бесконечный конвейер трупов. Таким образом, перед глазами посетителя выстраивается вся жизнь палачей, включая те моменты, когда они могли остановиться, но почему-то этого не сделали.
Экспозиция прерывается инсталляциями с результатами описанных выше психологических экспериментов, напоминая людям об опасности стать причастными к злу. Сам посетитель оказывается вовлеченным в процесс, участвуя в ряде простых тестов, составленных профессиональными психологами, которые наглядно показывают, насколько легко манипулировать людьми, сбивая их с правильного пути.
Мемориальный комплекс Освенцим. Монумент жертвам лагеря © Arch group
Пройдя весь долгий путь, посетитель попадает в большой зеркальный зал, в центре которого установлен шестиметровый стеклянный куб, доверху наполненный мобильными телефонами. По мысли авторов, телефонов должно быть полтора миллиона, что соответствует примерному количеству убитых в лагере (точные цифры до сих пор неизвестны). Авторы намеренно используют предмет современности в противовес представленным в существующем музее Освенцима настоящим вещам, отнятым у узников (очки, зубные щетки, кисточки для бритья). Мобильный телефон, имеющийся сегодня почти у каждого человека, становится привязкой к настоящему дню, он словно говорит, что и сегодня население планеты не застраховано от повторения трагедии. Огромное количество мерцающих экранов призвано дать представление о масштабах произошедшего, многократно приумножаясь в бесчисленных зеркальных отражениях. Куб – это монумент жертвам Освенцима, а его отражения – память обо всех случаях геноцида.
Мемориальный комплекс Освенцим. Зеркальный зал © Arch group
Вокруг зеркального зала следует пандус, ведущий вверх, на поверхность земли, где под стеклянным куполом устроена «Галерея памяти» – памяти о жертвах лагеря. Главным «экспонатом» галереи становится сам лагерь, жуткая панорама которого открывается перед глазами посетителей во всем своем объеме: вышки, ограды, первая линия бараков, где содержались сотни тысяч людей, пятна фундаментов и лес поднимающихся в небо печных труб. Именно здесь появляется осознание реальности трагедии, о которой рассказывалось в подземелье, физическое соприкосновение с ней. Противоположная от лагеря стеклянная стена галереи несет на себе сохранившиеся списки и фотографии узников. О большинстве убитых даже не было сделано записей, их отправляли в газовые камеры сразу по прибытии в Освенцим. Память о них авторы проекта решили запечатлеть в бесконечных рядах маленьких, трехсантиметровых человеческих силуэтов. Это еще одна попытка дать представление современному человеку о чудовищных событиях, происходивших в этом месте. Покидая «Галерею памяти», посетитель снова оказывается перед главными воротами Аушвица II, откуда могли бы начинаться экскурсии уже по территории подлинного лагеря.
Мемориальный комплекс Освенцим. Галерея Памяти © Arch group
Отдельная часть экспозиции – комната под названием «Черный зал», которая располагается также под землей, сразу за зеркальным залом. В ней представлена традиционная экспозиция музеев Холокоста с изображением всех ужасов лагеря. Это помещение намеренно вынесено отдельным блоком, как необходимая, но не обязательная часть экспозиции. Человек сам для себя решает, стоит ли посещать этот зал и брать ли туда детей, которых увиденное может сильно шокировать. Здесь очень важно избежать чувства отвращения от изображения изможденных узников, которое не позволяет относиться к ним как к реальным людям. Отвращение является биологической защитной реакцией человека, блокирует центр эмпатии и все другие чувства. Все нацистские режимы использовали этот прием, вызывая отвращение к тому или иному народу, переставая называть человека человеком и тем самым оправдывая свои преступления.
«Мы не хотим, чтобы посетитель переставал видеть людей как в палачах, так и в их жертвах. И те и другие – люди, – заключают авторы проекта. – Нам хотелось бы, чтобы музей вызвал правильные переживания, чтобы, посетив его, человек получил свой опыт, пусть очень тяжелый, но по-настоящему полезный».
Опыт проектирования такого музея, даже без выхода за рамки поля концептуальных размышлений в сферу реального проектирования, безусловно, очень важен, – как и опыт изучения границ податливости человеческой психологии, беспомощности перед пропагандой, запросто обнаруживающий в почти любом человеке зверя, готового искать врагов по названным кем-то признакам. Тема обостренно-болезненная, неприятная, но актуальная. В какой момент мы становимся причастными к убийству? Когда мы делаем первую уступку своей совести ради карьеры, успеха, благополучия? Насколько вообще преодолимы проблемы массовой психологии, и, главное – возможна ли описанная авторами проекта «прививка от зла», лечится ли болезнь слепой ненависти? Ответов на эти вопросы, надо думать, ни у кого нет. Но попытки излечения делать, по-видимому, надо.
