Раскрытие сути

Реконструкция здания для театра, тем более нацеленного на синтез традиции и новации, – задача сложная и увлекательная, но вполне логичная для специализирующегося на общественных пространствах бюро Wowhaus.

author pht

Автор текста:
Юлия Тарабарина

mainImg

Мастерская:

WOWHAUS

Проект:

«Электротеатр Станиславский»
Россия, Москва, Тверская ул., 23

Авторский коллектив:

Руководители мастерской: Дмитрий Ликин, Олег Шапиро. Ведущий архитектор проекта: Михаил Козлов. Архитекторы: Мария Гулида, Виктория Кудрявцева, Ольга Лебедева, Анастасия Маслова, Дарья Мельник, Мария Панова, Анна Прошкуратова, Ольга Рокаль, Александра Черткова



2013 – 2014
26 января в Москве торжественно открыли «Электротеатр Станиславский». Архитектурное бюро Wowhaus реконструировало для театра комплекс зданий по адресу Тверская, 23 в сжатые сроки – приблизительно за год после прихода в Драматический театр имени К.С. Станиславского нового худрука – Бориса Юхананова, который затеял ребрендинг театра и обновление его помещений. Первая часть нового названия театра Юхананова заимствована от «Электротеатра АРС», устроенного в этом здании в 1915 году ювелиром Абрамом Гехтманом – в то время «электротеатрами» называли кинозалы. В новом названии слово «электротеатр» звучит не столько ретроспективно, сколько задиристо; столь же загадочное впечатление производит и логотип, с портретом Станиславского в электрической лампочке – по словам Юхананова, смысл в том, что обновленный театр «несёт свет». Одна из главных задач театра – «синтез радикального поиска <…> с классической театральной традицией», обновление «не ломает, а бережно сохраняет дух места» – говорится в пресс-релизе театра. Сказанное относится не только к труппе, из которой никто не ушел, но и к архитектурному проекту.

Здание было построено в 1874 году и поначалу в нем располагались «меблированные комнаты». В 1915–1916 архитектор Павел Заболоцкий перестроил его в стиле неоампир для «электротеатра» Гехтмана: фасад того времени сохранился почти целиком, а интерьеры фойе были переделаны в 1950-е годы, когда здание передвигали для расширения Тверской. Сейчас театр занимает несколько зданий: дом №23 1915 года, позднее достроенный длинным корпусом в глубину двора, соседний дом №25 по Тверской; ему также принадлежит несколько небольших корпусов, очень хозяйственного вида, во дворе.
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Здания театра им. К.С. Станиславского (Тверская, 23-25). Предоставлено авторами проекта
Главный фасад. Проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Все это, состыкованное достаточно хаотично, к моменту обновления находилось в не слишком прочном состоянии – архитекторам и конструкторам пришлось уже после начала работ несколько раз корректировать проект, дополнительно укрепляя исторические конструкции, которые местами держались «на честном слове». Опять же в процессе работы выяснилось, что проложенные во дворе теплотрассы требуется убрать под землю силами городских властей, что замедлило реализацию проекта – обустройство двора и малой сцены пришлось отложить на вторую очередь работ. Между тем процесс реконструкции оказался хотя и сложным, но увлекательным, – признаются архитекторы: в частности, удалось обнаружить одну из рельс, с помощью которых здание передвигали при расширении Тверской улицы. Реконструкцию удалось провести быстро, как благодаря усилиям всех, кто работал над проектом, так и потому, что ее оплачивали из частных средств.
План. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Главным сюжетом реконструкции, так как она предназначалась для вполне экспериментального театра, стала, конечно же, сцена. Из коробки главной сцены удалили все зрительские места, превратив ее в совершенно пустое, а точнее – открытое для разнообразных трансформаций пространство. Стулья для зрителей теперь можно расставлять как угодно; можно сидеть на деревянном полу.

«Зрительный зал как бы завис в пространстве, – рассказывает Олег Шапиро. – У него нет места для колосников: сверху расположен репетиционный зал и административные помещения, а снизу фойе и кафе. Поэтому мы поместили все конструкции, необходимые для подвешивания декораций, в верхней части существующего объема сцены; в частности, 120 лебедок, расположенных по сторонам от коробки зала, позволяют разместить сценические конструкции и декорации в любой части пространства. К этой же решетке крепится видео, аудио и прочая техника» – у этой сцены множество возможностей с точки зрения современного театра, предполагающего разнообразные нестандартные ходы, из которых соучастие зрителя в спектакле – наверное, самое простое из того, что приходит на ум.

Площадь коробки главной сцены – 423,9 м2, она протяженная и высокая. Стены покрыты белыми гипсовыми панелями зигзагообразной формы, идеальной для хорошей акустики; перед ними, с небольшим зазором – прямоугольная решетка тонких черных стоек; визуально она поддерживает тему столь же клетчатой конструкции потолка, а практически служит для крепления светильников, обращенных к белым стенам, чья ребристая форма добавляет бестелесной световой сети отчетливую нотку эксцентричности (предусмотрено более трехсот вариантов освещения, в том числе разного цвета с разной динамикой изменения подсветки).
Основной зал. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Основной зал, проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Основная сцена (основной зал), с восстановленным балконом. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Основной зал. Вид из-под балкона. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Иными словами, инаковость пространства главной сцены зритель ощутит сразу, как только попадет внутрь. Входя, мы оказываемся внутри театральной машины: если Мейерхольд, к примеру, устанавливал свой круг с механизмами в центре сцены, то здесь зрители и актеры в центре, а машина вокруг, и все они играют какую-то, каждый свою, роль в режиссерском замысле. Не то чтобы этот эффект был абсолютно новым – он скорее следует за тенденциями современного театра; окружающая зрителей механизация театрального пространства может напомнить цирк, к примеру, на проспекте Вернадского. Не то чтобы все механизмы были открыты – вероятно, это будет зависеть от спектакля; но сама по себе черная решетка с подсветкой ребристых стен уже создает ощущение максимальной открытости, разоблаченности и минимальной декорированности театра – во многом противоположное классическому театру, построенному на маскировке. К примеру известно, что недавно восстановленный барочный гипсовый декор в зрительном зале Большого театра также служил и служит для улучшения акустики; здесь же вместо позолоченных завитков – белизна, геометрически простая, хотя сложно освещенная форма и нечто перед ней, отчасти похожее на строительные леса, на нестертые линии перспективного построения рисунка, а в сущности – проявляющее структурную основу театра, неизбежно привязанного к сетке пространственных конструкций. Попадая в зрительный зал – он же сцена, зрители оказываются внутри расчерченного и подготовленного для представления, освоенного человеческим воображением пространства, почти что внутри перспективного построения картины. Скажу больше того: зрители попадают внутрь этой структуры сразу, как только входят в театр, но об этом – чуть позже.

Единственный классический элемент в зале – балкон, предмет охраны; он красный с изысканным деревянным поручнем.
Основной зал. Вид с балкона, хорошо видны конструкции потолка. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Всё остальное здание, точнее несколько зданий, выстроенных вокруг ядра сцены, существуют следующим образом. Фасад, разумеется, тщательно восстановлен, включая новые, имитирующие исторические, двери; стеклопакеты обрамлены деревянными рамами. Внутри, с одной стороны, повсеместно взаимодействуют между собой тщательно очищенные элементы старой архитектуры и подчеркнуто аккуратные новые включения. С другой стороны, архитекторы, по их собственным словам, смотрели на здание глазами актеров, которые называют нижние помещения гардеробов «адом», а сцену «раем». Действительно, устроенный в прежде пустовавшем подвале гардероб уже начиная с ведущей вниз лестницы не чужд «адского пламени»: стены покрыты панелями полированной меди (вспоминаем сковородки), свет в лампах точечного света – теплый. Впрочем, тонкий юмор под силу разглядеть разве что предупрежденному и внимательному зрителю; к тому же в театре он вполне уместен, настраивает на фантастический лад. Рассуждая дальше таким же образом можно представить черные пластиковые трубки перед входом как напоминание о трубах архангелов, хотя они больше похожи не флейту Пана – что тоже, строго говоря, не чуждо театру, особенно такому, который намерен соединять классику и современность. Не зря же первый спектакль в новом здании – «Вакханки» Еврипида в переводе Анненского и постановке грека Теодороса Терзопулоса.
Гардероб, -1 этаж. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Спуск в гардероб на -1 этаж; стены покрыты панелями красной меди. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Лестница, ведущая с первого этажа (уровень улицы и фойе) на второй этаж (уровень сцены). «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Между тем с архитектурной точки зрения интересны не столько ссылки на дионисийские мистерии и их роль в образе рая равно как и ада, сколько – взаимодействие архитекторов Wowhaus с пространством и деталями исторического здания и города. Здесь прежде всего бросается в глаза то, что весь сохранившийся классицистический декор, а это кессоны с розетками на потолке и балюстрады лестниц, архитекторы отчистили от множества слоев краски полностью и снова не покрасили, а покрыли прозрачным лаком. Хорошо видно, что элементы декора слеплены из каменной крошки, довольно крупной, с чечевичное зерно – можно пощупать руками. Конечно же, первоначально эта фактура требовала хотя бы одного слоя краски, она не предназначалась для обозрения – архитекторы раскрывают ее, устраивая для зрителей своего рода «археологический театр» – и добиваются нужного эффекта: фойе, хотя и не буквально, стало похожим на музей, на античную руину, хотя весь декор не то чтобы очень ценный, сталинский. Зато классицизирующий, что пришлось очень кстати.
Вход в основной зал. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Лестница и вид на вход в основной зал. «Электротеатр Станиславский».Фотография © Илья Иванов, 2014
Второй похожий, и даже более радикальный жест раскрытия старого здания для зрителей – столбы в фойе первого этажа, в том самом здании-пристройке, примкнувшем в свое время к зданию Заболоцкого со стороны двора. Первоначально архитекторы планировали, буквально следуя образу «электротеатра», сделать столбы светящимися на всю высоту. В конечном счете они поступили иначе – полностью раздели металлические стержни опор и оставили их как есть, покрасив черной краской вместе с заклепками и припаянными кусками металла, призванными, собственно, поддерживать декоративную «кожу» столбов. Словом, совершеннейшее экорше. Благодаря которому пространство фойе, насытившись металлом, стало похоже на цех старинного завода, к примеру где-нибудь на Красном Октябре и возник опять же несколько театрализованный, усиленный неряшливостью сварки эффект промышленного помещения, превращенного в культурное.
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе и бар Noor. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе (хорошо видны металлические столбы и подвижные перегородки). «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Параллельно рядам опор в фойе движутся прикрепленные на направляющих к потолку автоматизированные перегородки, а освещенность варьируется в широком диапазоне. Все подготовлено для устройства здесь выставок, перформансов, мини-постановок, к примеру, подготавливающих зрителей к основному спектаклю или даже самостоятельных. Таким образом главное фойе не просто предваряет сцену как банальный вестибюль, а развивает и в чем-то повторяет ее возможности; оно само – тоже отчасти сцена. Есть и элемент почти буквального сходства: клетки кессонов дублированы сеткой металлических тяг с подсветкой, направленной на потолок и высвечивающей его геометрическую логику – похоже на черные полоски с отраженной стенами подсветкой в зале. Черная сетка – общий прием – объединяет доступные зрителям пространства в нечто целое, структурно единое – напоминает о том, что все мы находимся внутри трехмерного пространства, которое легче всего понять, расчертив на клетки. И одновременно противопоставляет пышный кессон простой и техничной современной тяге с ее простой и ясной задачей, прямо как у театра – нести свет.

Вестибюль первого этажа будет доступен для всех, не только для зрителей с билетами. Даже за посещение проводимых в нем выставок решено не брать билеты. Утрату двух ресторанов, раньше существовавших в первом этаже театра, компенсирует бар Noor; также уже открыт книжный магазин, которым занимается команда проекта «Порядок слов» из Петербурга. Еще из практического: в здании, вытянутом по Тверской к Мамоновскому переулку, разместились шесть репетиционных залов; театр получил собственные цеха по изготовлению декораций и костюмов; в здании провели систему вентиляции, которой не было, и полностью поменяли всю инженерию. Уютно оборудованы грим-уборные, где на потолках – с намеком, воспроизведена старая карта звездного неба, а в коридоре – укрупненный эскиз Юхананова к одному из спектаклей.

Но вернемся к проекту. Как уже было сказано, все сделанное – первая очередь. Вторая, реализация которой вынужденно задержалась, в частности, из-за теплотрассы во дворе, предполагает размещение в небольшом отдельном флигеле Малой сцены театра и полное благоустройство двора. Идеи те же: пространство будет разнообразным, автоматизировано-трансформируемым и многофункциональным. Сейчас небольшой двор театра – неряшливый (особенно его уродуют трубы теплотрассы), но характерный пример внутренних городских пространств московского центра. Пройти в него можно слева от главного входа в театр.
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе. Проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Театральный двор. Проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Двор планируется окружить несколькими ярусами металлических галерей – они напоминают одновременно пожарные лестницы, балконы южных городов и продолжают сетку черной металлической структуры, так понравившуюся нам внутри. Как будто каркас современного театра не только врос в здание, но и пророс наружу.
Взаимосвязь театральных пространств. «Электротеатр Станиславский» © Wowhaus
Длинную грань коробки Малой сцены планируется придвинуть к той стене реконструируемого во дворе сарайчика, которая примыкает к пространству двора. И сделать эту стену раскрывающейся. Таким образом зимой, когда во дворе холодно, Малая сцена будет небольшим закрытым пространством для небольшого числа зрителей, а летом зрительным залом станет двор, галереи – галеркой, а сцена окажется расположена более привычным образом. Во двор можно будет попасть как из фойе первого этажа, так и по улице.
Театральное пространство. Взаимосвязь общественных пространств. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Театральное пространство. Связь городского пространства и пространства театрального двора. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Малая сцена с раскрытой южной стеной, обращенной ко двору. Проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Малая сцена. Проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
«Электротеатр Станиславский». Малая сцена © Wowhaus
Появление такого театра – вполне логичный шаг в развитии архитектурного бюро Wowhaus, которое не строит ни офисов, ни жилья, ни даже ТЦ, а специализируется на общественных пространствах разной степени сложности. Архитекторы начали свою карьеру с театра «Практика» на Патриарших; затем был двор «Стрелки», который стал одним из лучших пространств для концертов и лекций в Москве и, к сожалению, скоро будет закрыт; «Зеленый театр», и еще несколько амфитеатров, в частности, встроенный недавно в пространство берлинской архитектурной галереи. Словом, тема театра как апофеоза общественного пространства, о чем хорошо знали еще римляне, архитекторам Wowhaus близка и знакома. В данном случае мы, кроме того, имеем дело с реконструкцией исторического здания и здесь хотелось бы акцентировать несколько более глубокое, чем обычно, разоблачение элементов старой архитектуры здания, сознательное акцентирование «древности». Не имея в своем распоряжении милой сердцу современного театрала античной руины, архитекторы пошли по пути русского ампира: откопали древности среди Москвы, пусть ее там немного и она не очень древняя – но образ, сродни театральной декорации, получился.

К слову сказать, интерьеры непарадных, административных и технических помещений театра решены намного спокойнее: ровный цвет стен, уют и комфорт, стены изредка оживлены графикой; спокойная рабочая жизнь, место для отдыха. Пространства, предназначенные для показа – наоборот, обладают всеми признаками того, что в обыденном сознании связано с театральным закулисьем. Пустить зрителя за кулисы фактически или образно давно стало одним из любимых приемов театра – но в данном случае интересно то, что этот прием подхвачен и усилен архитектурой, которая начинает «раздевать» здание, снимая с него чуть больший, чем обыкновенно требуется при реставрации, слой штукатурки, позволяя зрителям наблюдать не только театр как бы изнутри, но и архитектуру – так же, до некоторой степени вывернутой наизнанку.
 
План 1 этажа. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Планы 2 и 3 этажей. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе и спуск в гардероб. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Лестница, из гардероба в фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Лестница перед входом в основной зал, вид в сторону Тверской улицы. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Вход в фойе 1 этажа с улицы. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Строение 1, план подвала. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 1, план 1 этажа. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 1, план 2 этажа. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 1, план 3 этажа. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 1, план 4 этажа. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 1, разрез. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Схема внутренних связей. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Основной зал. Проект. Перспектива и разрез. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Зал Малой сцены, проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Фойе малой сцены, проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Планы строения 2, 3 и галерей двора. «Электротеатр Станиславский» © Wowhaus
План и разрез западной части галерей двора. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 2, планы 1 и 2 этажей. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 2, план на отметке +6,480 и разрез. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 3 (Малая сцена), план по антресолям. «Электротеатр Станиславский» © Wowhaus
Строение 3 (Малая сцена), продольный разрез. «Электротеатр Станиславский» © Wowhaus
Малая сцена, поперечный разрез. «Электротеатр Станиславский» © Wowhaus


Мастерская:

WOWHAUS

Проект:

«Электротеатр Станиславский»
Россия, Москва, Тверская ул., 23

Авторский коллектив:

Руководители мастерской: Дмитрий Ликин, Олег Шапиро. Ведущий архитектор проекта: Михаил Козлов. Архитекторы: Мария Гулида, Виктория Кудрявцева, Ольга Лебедева, Анастасия Маслова, Дарья Мельник, Мария Панова, Анна Прошкуратова, Ольга Рокаль, Александра Черткова



2013 – 2014

06 Февраля 2015

author pht

Автор текста:

Юлия Тарабарина

Технологии и материалы

Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.
Размером с 30 футбольных полей
«Зеленый квартал» – энергоэффективный, инновационный и самый дорогой градостроительный проект Казахстана, разработкой которого занималась международная команда: британское архитектурное бюро Aedas, американская инженерная компания AECOM и строительный холдинг из Казахстана BI Group.
Японские технологии на родине дымковской игрушки
В Кирове появился новый 15-этажный жилой дом, спроектированный московским архитектором Алексеем Ивановым. Для отделки фасада использовались японские панели KMEW, предназначенные специально для высотного строительства.
Переплетение и контраст
Два московских проекта, в которых архитекторы сочетают панели с разными фактурами из фиброцемента EQUITONE, добиваясь выразительности фасадов.
Вентиляционная створка Venta – современное решение...
Venta обеспечивает безопасное и быстрое проветривание помещений, не создавая сквозняков. Она идеально комбинируется с остекленными и глухими элементами большой площади, а гибкая интеграция системы в любой фасад объекта является отличным решением для архитекторов и проектировщиков.
«Тихий рассвет» – цвет года по версии AkzoNobel
Созданный по итогам масштабных исследований цветовых трендов, проводящихся экспертами со всего мира, этот цвет призван запечатлеть суть того, что делает нас более человечными на заре нового десятилетия.

Сейчас на главной

Культурная встреча на высоте
В Берлине заложен первый камень 150-метрового небоскреба Alexander Tower на Александерплац: архитекторы – Ortner & Ortner Baukunst, заказчик – российский девелопер «МонАрх».
Сжигая мосты
В конце зимы на Масленице в Никола-Ленивце сожгут мост по проекту архитектурного бюро KATARSIS. Рассказываем об итогах конкурса на лучший арт-объект.
Нагатино: четыре истории
Проект застройки западной части Нагатинского полуострова бюро «Гинзбург Архитектс» начинало разрабатывать четыре раза, послойно накладывая на территорию одну концепцию за другой и формируя уникальный городской кейс. Рассматриваем все четыре, начиная с сотрудничества с Уильямом Олсопом.
За художественную ценность
В Петербурге наградили победителей архитектурно-дизайнерской премии «Золотой Трезини», девиз которой – «Недвижимость как искусство». Представляем 18 лучших проектов.
Яркое предложение
Концепция развития микрорайонов 7 и 8 в Южно-Сахалинске продолжает работу, начатую концепцией для всего города, также разработанной архитекторами «Остоженки». Можно только удивляться, насколько логично и последовательно идет работа – и насколько ярок результат.
Взять под козырек
Архитектор Роман Леонидов, спроектировавший «усадьбу Завидное» в Подмосковье, перенес в область частного дома мотивы общественных сооружений и придал ему футуристический хайтековый акцент.
Отель-древо
В Бретани строится гостиница в форме дерева: на его ветках размещены номера-капсулы из алюминиевых профилей компании BEMO.
Под сенью Папы Римского
Архбюро Мезонпроект построило мастерскую для Зураба Церетели во дворе дома на Пятницкой, напротив церкви Климента Папы Римского. Мягкий экомодернизм соединился с чертами ар деко.
Долг городу
Гостиничный комплекс в Монпелье на юге Франции по проекту бюро Мануэль Готран возвращает городу часть использованного им участка как общественную террасу.
Изящество простоты
Микс из восточной архитектуры и принципов ленинградского градостроительства: как мастерская «Евгений Герасимов и партнеры» поднимает планку для массового жилья.
Третья жизнь модернизма
Zaha Hadid Architects представили проект реконструкции вестибюля модернистской башни в центре Лондона: это офисное здание 1970-х с 2015 года превращено в дорогое жилье.
Образцовый офис
Штаб-квартира девелопера Amvest в Амстердаме по проекту Firm architects: показательное рабочее пространство, которое должно, помимо прочего, снизить число прогулов.
Кому в Москве жить комфортно
Конференция «Комфортный город»-2019, организованная Москомархитектурой в дизайн-кластере Artplay, сконцентрировалась на психологии. Аудитория даже поучаствовала в социо-психологическом опросе, и результат – неожиданный.
От Сочи до Владивостока
Представляем победителей ежегодного сочинского смотра-конкурса «АрхРазрез». Среди лучших – проекты из Москвы, Иркутска, Владивостока, Смоленска и других городов.
Архитектор в администрации
Говорим с несколькими выпускниками программы Архитекторы.рф, запущенной Институтом «Стрелка» и ДОМом.рф, – а именно с теми из них, кто после обучения устроился на работу в городские органы власти.
BIF: лауреаты 2019
Представляем полный список награжденных и отмеченных проектов национальной премии «Лучший интерьер», которая прошла в рамках Best Interior Festival.
Петербургский коллаж
Выставка «Российская архитектура. Новейшая эра» расширена петербургским контентом. Предлагаем впечатления о ней и архитектурном процессе последних тридцати лет из первых рук – от участников.
Градсовет 20.11.2019
Неожиданные иностранцы проектируют офис для JetBrains, а отечественные архитекторы закрывают вид на краснокирпичный модерн: очередной градсовет Петербурга.
Архсовет Москвы-64
20 ноября Архсовет отверг проект ТРЦ около Преображенской площади от компании «Подземпроект» и утвердил проект дома в Большом Николоворобинском переулке Сергея Скуратова, по соседству с его же Арт-Хаусом.
Путь эмоций
Два молодых архитектора из ОСА о первом самостоятельном проекте для бюро и выработанном творческом подходе.
Стереомир инженера Шухова
До 19 января в Музее архитектуры проходит выставка-ретроспектива наследия выдающегося инженера Владимира Шухова – симбиоз огромной исследовательской работы и красивой художественной метафоры, придуманной «Архитекторами Асс».
Пресса: Григорий Ревзин: «В Москве не осталось исторической...
Партнер КБ Стрелка, архитектурный критик, урбанист Григорий Ревзин рассказал Илье Иванову о хрущевках как эманации социалистического образа города будущего, антисемитизме в позднем СССР и о Москве как глобальном общероссийском айсберге, на который все пытаются взобраться.
Предложение знака
Карен Сапричян предложил для штаб-квартиры РЖД, о планах строительства которой на территории Рижского грузового терминала стало известно весной текущего года, три небоскреба с буквами аббревиатуры компании.
Тучков буян: эксперты о главном парке Петербурга
Стартовал конкурс на концепцию парка «Тучков буян», а вместе с ним – страхи, сомнения и большие надежды. В рамках культурного форума архитекторы и чиновники разбирались, как подступиться к первому за долгие годы зеленому пространству, а мы приводим не самые очевидные мнения.
Пресса: «Зачем вам эти руины?»: что происходит со старыми советскими...
39 советским кинотеатрам Москвы приходится нелегко: один за другим их закрывают, перепродают, демонтируют. Все они вошли в программу реконструкции, которую осуществляет ADG Group, и скоро будут переделаны в «районные центры». Местные жители и историки архитектуры против. «Афиша Daily» разобралась в ситуации.
Третий масштаб
На сложном участке в Одинцовском округе Подмосковья «Студия 44» спроектировала вторую очередь гимназии им. Е.М. Примакова – школу с мощным демократическим пафосом и архитектурой в духе итальянского рационализма.
Музей на семи ветрах
В Шанхае на берегу реки Хуанпу построен музей Уэст-Банд. Авторы проекта – David Chipperfield Architects. Первые пять лет там будет показывать свои выставки Центр Помпиду.
Изгибы дюн
Комплекс апартаментов в Сестрорецке с криволинейными формами и выдающейся инфраструктурой, позволяющей охарактеризовать место как парк здоровья или дачу нового типа.