English version

Раскрытие сути

Реконструкция здания для театра, тем более нацеленного на синтез традиции и новации, – задача сложная и увлекательная, но вполне логичная для специализирующегося на общественных пространствах бюро Wowhaus.

Юлия Тарабарина

Автор текста:
Юлия Тарабарина

mainImg
Архитектор:
Дмитрий Ликин
Олег Шапиро
Мастерская:
WOWHAUS http://wowhaus.ru/
Проект:
«Электротеатр Станиславский»
Россия, Москва, Тверская ул., 23

Авторский коллектив:

Руководители мастерской: Дмитрий Ликин, Олег Шапиро. Ведущий архитектор проекта: Михаил Козлов. Архитекторы: Мария Гулида, Виктория Кудрявцева, Ольга Лебедева, Анастасия Маслова, Дарья Мельник, Мария Панова, Анна Прошкуратова, Ольга Рокаль, Александра Черткова



2013 / 2014
26 января в Москве торжественно открыли «Электротеатр Станиславский». Архитектурное бюро Wowhaus реконструировало для театра комплекс зданий по адресу Тверская, 23 в сжатые сроки – приблизительно за год после прихода в Драматический театр имени К.С. Станиславского нового худрука – Бориса Юхананова, который затеял ребрендинг театра и обновление его помещений. Первая часть нового названия театра Юхананова заимствована от «Электротеатра АРС», устроенного в этом здании в 1915 году ювелиром Абрамом Гехтманом – в то время «электротеатрами» называли кинозалы. В новом названии слово «электротеатр» звучит не столько ретроспективно, сколько задиристо; столь же загадочное впечатление производит и логотип, с портретом Станиславского в электрической лампочке – по словам Юхананова, смысл в том, что обновленный театр «несёт свет». Одна из главных задач театра – «синтез радикального поиска <…> с классической театральной традицией», обновление «не ломает, а бережно сохраняет дух места» – говорится в пресс-релизе театра. Сказанное относится не только к труппе, из которой никто не ушел, но и к архитектурному проекту.

Здание было построено в 1874 году и поначалу в нем располагались «меблированные комнаты». В 1915–1916 архитектор Павел Заболоцкий перестроил его в стиле неоампир для «электротеатра» Гехтмана: фасад того времени сохранился почти целиком, а интерьеры фойе были переделаны в 1950-е годы, когда здание передвигали для расширения Тверской. Сейчас театр занимает несколько зданий: дом №23 1915 года, позднее достроенный длинным корпусом в глубину двора, соседний дом №25 по Тверской; ему также принадлежит несколько небольших корпусов, очень хозяйственного вида, во дворе.
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Здания театра им. К.С. Станиславского (Тверская, 23-25). Предоставлено авторами проекта
Главный фасад. Проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus

Все это, состыкованное достаточно хаотично, к моменту обновления находилось в не слишком прочном состоянии – архитекторам и конструкторам пришлось уже после начала работ несколько раз корректировать проект, дополнительно укрепляя исторические конструкции, которые местами держались «на честном слове». Опять же в процессе работы выяснилось, что проложенные во дворе теплотрассы требуется убрать под землю силами городских властей, что замедлило реализацию проекта – обустройство двора и малой сцены пришлось отложить на вторую очередь работ. Между тем процесс реконструкции оказался хотя и сложным, но увлекательным, – признаются архитекторы: в частности, удалось обнаружить одну из рельс, с помощью которых здание передвигали при расширении Тверской улицы. Реконструкцию удалось провести быстро, как благодаря усилиям всех, кто работал над проектом, так и потому, что ее оплачивали из частных средств.
План. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus

Главным сюжетом реконструкции, так как она предназначалась для вполне экспериментального театра, стала, конечно же, сцена. Из коробки главной сцены удалили все зрительские места, превратив ее в совершенно пустое, а точнее – открытое для разнообразных трансформаций пространство. Стулья для зрителей теперь можно расставлять как угодно; можно сидеть на деревянном полу.

«Зрительный зал как бы завис в пространстве, – рассказывает Олег Шапиро. – У него нет места для колосников: сверху расположен репетиционный зал и административные помещения, а снизу фойе и кафе. Поэтому мы поместили все конструкции, необходимые для подвешивания декораций, в верхней части существующего объема сцены; в частности, 120 лебедок, расположенных по сторонам от коробки зала, позволяют разместить сценические конструкции и декорации в любой части пространства. К этой же решетке крепится видео, аудио и прочая техника» – у этой сцены множество возможностей с точки зрения современного театра, предполагающего разнообразные нестандартные ходы, из которых соучастие зрителя в спектакле – наверное, самое простое из того, что приходит на ум.

Площадь коробки главной сцены – 423,9 м2, она протяженная и высокая. Стены покрыты белыми гипсовыми панелями зигзагообразной формы, идеальной для хорошей акустики; перед ними, с небольшим зазором – прямоугольная решетка тонких черных стоек; визуально она поддерживает тему столь же клетчатой конструкции потолка, а практически служит для крепления светильников, обращенных к белым стенам, чья ребристая форма добавляет бестелесной световой сети отчетливую нотку эксцентричности (предусмотрено более трехсот вариантов освещения, в том числе разного цвета с разной динамикой изменения подсветки).
Основной зал. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Основной зал, проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Основная сцена (основной зал), с восстановленным балконом. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Основной зал. Вид из-под балкона. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014

Иными словами, инаковость пространства главной сцены зритель ощутит сразу, как только попадет внутрь. Входя, мы оказываемся внутри театральной машины: если Мейерхольд, к примеру, устанавливал свой круг с механизмами в центре сцены, то здесь зрители и актеры в центре, а машина вокруг, и все они играют какую-то, каждый свою, роль в режиссерском замысле. Не то чтобы этот эффект был абсолютно новым – он скорее следует за тенденциями современного театра; окружающая зрителей механизация театрального пространства может напомнить цирк, к примеру, на проспекте Вернадского. Не то чтобы все механизмы были открыты – вероятно, это будет зависеть от спектакля; но сама по себе черная решетка с подсветкой ребристых стен уже создает ощущение максимальной открытости, разоблаченности и минимальной декорированности театра – во многом противоположное классическому театру, построенному на маскировке. К примеру известно, что недавно восстановленный барочный гипсовый декор в зрительном зале Большого театра также служил и служит для улучшения акустики; здесь же вместо позолоченных завитков – белизна, геометрически простая, хотя сложно освещенная форма и нечто перед ней, отчасти похожее на строительные леса, на нестертые линии перспективного построения рисунка, а в сущности – проявляющее структурную основу театра, неизбежно привязанного к сетке пространственных конструкций. Попадая в зрительный зал – он же сцена, зрители оказываются внутри расчерченного и подготовленного для представления, освоенного человеческим воображением пространства, почти что внутри перспективного построения картины. Скажу больше того: зрители попадают внутрь этой структуры сразу, как только входят в театр, но об этом – чуть позже.

Единственный классический элемент в зале – балкон, предмет охраны; он красный с изысканным деревянным поручнем.
Основной зал. Вид с балкона, хорошо видны конструкции потолка. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014

Всё остальное здание, точнее несколько зданий, выстроенных вокруг ядра сцены, существуют следующим образом. Фасад, разумеется, тщательно восстановлен, включая новые, имитирующие исторические, двери; стеклопакеты обрамлены деревянными рамами. Внутри, с одной стороны, повсеместно взаимодействуют между собой тщательно очищенные элементы старой архитектуры и подчеркнуто аккуратные новые включения. С другой стороны, архитекторы, по их собственным словам, смотрели на здание глазами актеров, которые называют нижние помещения гардеробов «адом», а сцену «раем». Действительно, устроенный в прежде пустовавшем подвале гардероб уже начиная с ведущей вниз лестницы не чужд «адского пламени»: стены покрыты панелями полированной меди (вспоминаем сковородки), свет в лампах точечного света – теплый. Впрочем, тонкий юмор под силу разглядеть разве что предупрежденному и внимательному зрителю; к тому же в театре он вполне уместен, настраивает на фантастический лад. Рассуждая дальше таким же образом можно представить черные пластиковые трубки перед входом как напоминание о трубах архангелов, хотя они больше похожи не флейту Пана – что тоже, строго говоря, не чуждо театру, особенно такому, который намерен соединять классику и современность. Не зря же первый спектакль в новом здании – «Вакханки» Еврипида в переводе Анненского и постановке грека Теодороса Терзопулоса.
Гардероб, -1 этаж. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Спуск в гардероб на -1 этаж; стены покрыты панелями красной меди. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Лестница, ведущая с первого этажа (уровень улицы и фойе) на второй этаж (уровень сцены). «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014

Между тем с архитектурной точки зрения интересны не столько ссылки на дионисийские мистерии и их роль в образе рая равно как и ада, сколько – взаимодействие архитекторов Wowhaus с пространством и деталями исторического здания и города. Здесь прежде всего бросается в глаза то, что весь сохранившийся классицистический декор, а это кессоны с розетками на потолке и балюстрады лестниц, архитекторы отчистили от множества слоев краски полностью и снова не покрасили, а покрыли прозрачным лаком. Хорошо видно, что элементы декора слеплены из каменной крошки, довольно крупной, с чечевичное зерно – можно пощупать руками. Конечно же, первоначально эта фактура требовала хотя бы одного слоя краски, она не предназначалась для обозрения – архитекторы раскрывают ее, устраивая для зрителей своего рода «археологический театр» – и добиваются нужного эффекта: фойе, хотя и не буквально, стало похожим на музей, на античную руину, хотя весь декор не то чтобы очень ценный, сталинский. Зато классицизирующий, что пришлось очень кстати.
Вход в основной зал. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Лестница и вид на вход в основной зал. «Электротеатр Станиславский».Фотография © Илья Иванов, 2014

Второй похожий, и даже более радикальный жест раскрытия старого здания для зрителей – столбы в фойе первого этажа, в том самом здании-пристройке, примкнувшем в свое время к зданию Заболоцкого со стороны двора. Первоначально архитекторы планировали, буквально следуя образу «электротеатра», сделать столбы светящимися на всю высоту. В конечном счете они поступили иначе – полностью раздели металлические стержни опор и оставили их как есть, покрасив черной краской вместе с заклепками и припаянными кусками металла, призванными, собственно, поддерживать декоративную «кожу» столбов. Словом, совершеннейшее экорше. Благодаря которому пространство фойе, насытившись металлом, стало похоже на цех старинного завода, к примеру где-нибудь на Красном Октябре и возник опять же несколько театрализованный, усиленный неряшливостью сварки эффект промышленного помещения, превращенного в культурное.
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе и бар Noor. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе (хорошо видны металлические столбы и подвижные перегородки). «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014

Параллельно рядам опор в фойе движутся прикрепленные на направляющих к потолку автоматизированные перегородки, а освещенность варьируется в широком диапазоне. Все подготовлено для устройства здесь выставок, перформансов, мини-постановок, к примеру, подготавливающих зрителей к основному спектаклю или даже самостоятельных. Таким образом главное фойе не просто предваряет сцену как банальный вестибюль, а развивает и в чем-то повторяет ее возможности; оно само – тоже отчасти сцена. Есть и элемент почти буквального сходства: клетки кессонов дублированы сеткой металлических тяг с подсветкой, направленной на потолок и высвечивающей его геометрическую логику – похоже на черные полоски с отраженной стенами подсветкой в зале. Черная сетка – общий прием – объединяет доступные зрителям пространства в нечто целое, структурно единое – напоминает о том, что все мы находимся внутри трехмерного пространства, которое легче всего понять, расчертив на клетки. И одновременно противопоставляет пышный кессон простой и техничной современной тяге с ее простой и ясной задачей, прямо как у театра – нести свет.

Вестибюль первого этажа будет доступен для всех, не только для зрителей с билетами. Даже за посещение проводимых в нем выставок решено не брать билеты. Утрату двух ресторанов, раньше существовавших в первом этаже театра, компенсирует бар Noor; также уже открыт книжный магазин, которым занимается команда проекта «Порядок слов» из Петербурга. Еще из практического: в здании, вытянутом по Тверской к Мамоновскому переулку, разместились шесть репетиционных залов; театр получил собственные цеха по изготовлению декораций и костюмов; в здании провели систему вентиляции, которой не было, и полностью поменяли всю инженерию. Уютно оборудованы грим-уборные, где на потолках – с намеком, воспроизведена старая карта звездного неба, а в коридоре – укрупненный эскиз Юхананова к одному из спектаклей.

Но вернемся к проекту. Как уже было сказано, все сделанное – первая очередь. Вторая, реализация которой вынужденно задержалась, в частности, из-за теплотрассы во дворе, предполагает размещение в небольшом отдельном флигеле Малой сцены театра и полное благоустройство двора. Идеи те же: пространство будет разнообразным, автоматизировано-трансформируемым и многофункциональным. Сейчас небольшой двор театра – неряшливый (особенно его уродуют трубы теплотрассы), но характерный пример внутренних городских пространств московского центра. Пройти в него можно слева от главного входа в театр.
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе. Проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Театральный двор. Проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus

Двор планируется окружить несколькими ярусами металлических галерей – они напоминают одновременно пожарные лестницы, балконы южных городов и продолжают сетку черной металлической структуры, так понравившуюся нам внутри. Как будто каркас современного театра не только врос в здание, но и пророс наружу.
Взаимосвязь театральных пространств. «Электротеатр Станиславский» © Wowhaus

Длинную грань коробки Малой сцены планируется придвинуть к той стене реконструируемого во дворе сарайчика, которая примыкает к пространству двора. И сделать эту стену раскрывающейся. Таким образом зимой, когда во дворе холодно, Малая сцена будет небольшим закрытым пространством для небольшого числа зрителей, а летом зрительным залом станет двор, галереи – галеркой, а сцена окажется расположена более привычным образом. Во двор можно будет попасть как из фойе первого этажа, так и по улице.
Театральное пространство. Взаимосвязь общественных пространств. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Театральное пространство. Связь городского пространства и пространства театрального двора. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Малая сцена с раскрытой южной стеной, обращенной ко двору. Проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Малая сцена. Проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
«Электротеатр Станиславский». Малая сцена © Wowhaus

Появление такого театра – вполне логичный шаг в развитии архитектурного бюро Wowhaus, которое не строит ни офисов, ни жилья, ни даже ТЦ, а специализируется на общественных пространствах разной степени сложности. Архитекторы начали свою карьеру с театра «Практика» на Патриарших; затем был двор «Стрелки», который стал одним из лучших пространств для концертов и лекций в Москве и, к сожалению, скоро будет закрыт; «Зеленый театр», и еще несколько амфитеатров, в частности, встроенный недавно в пространство берлинской архитектурной галереи. Словом, тема театра как апофеоза общественного пространства, о чем хорошо знали еще римляне, архитекторам Wowhaus близка и знакома. В данном случае мы, кроме того, имеем дело с реконструкцией исторического здания и здесь хотелось бы акцентировать несколько более глубокое, чем обычно, разоблачение элементов старой архитектуры здания, сознательное акцентирование «древности». Не имея в своем распоряжении милой сердцу современного театрала античной руины, архитекторы пошли по пути русского ампира: откопали древности среди Москвы, пусть ее там немного и она не очень древняя – но образ, сродни театральной декорации, получился.

К слову сказать, интерьеры непарадных, административных и технических помещений театра решены намного спокойнее: ровный цвет стен, уют и комфорт, стены изредка оживлены графикой; спокойная рабочая жизнь, место для отдыха. Пространства, предназначенные для показа – наоборот, обладают всеми признаками того, что в обыденном сознании связано с театральным закулисьем. Пустить зрителя за кулисы фактически или образно давно стало одним из любимых приемов театра – но в данном случае интересно то, что этот прием подхвачен и усилен архитектурой, которая начинает «раздевать» здание, снимая с него чуть больший, чем обыкновенно требуется при реставрации, слой штукатурки, позволяя зрителям наблюдать не только театр как бы изнутри, но и архитектуру – так же, до некоторой степени вывернутой наизнанку.
 
План 1 этажа. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Планы 2 и 3 этажей. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе и спуск в гардероб. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Лестница, из гардероба в фойе. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Лестница перед входом в основной зал, вид в сторону Тверской улицы. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Вход в фойе 1 этажа с улицы. «Электротеатр Станиславский». Фотография © Илья Иванов, 2014
Строение 1, план подвала. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 1, план 1 этажа. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 1, план 2 этажа. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 1, план 3 этажа. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 1, план 4 этажа. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 1, разрез. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Схема внутренних связей. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Основной зал. Проект. Перспектива и разрез. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Зал Малой сцены, проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Фойе малой сцены, проект. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Планы строения 2, 3 и галерей двора. «Электротеатр Станиславский» © Wowhaus
План и разрез западной части галерей двора. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 2, планы 1 и 2 этажей. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 2, план на отметке +6,480 и разрез. «Электротеатр Станиславский». 2014 © Wowhaus
Строение 3 (Малая сцена), план по антресолям. «Электротеатр Станиславский» © Wowhaus
Строение 3 (Малая сцена), продольный разрез. «Электротеатр Станиславский» © Wowhaus
Малая сцена, поперечный разрез. «Электротеатр Станиславский» © Wowhaus
Архитектор:
Дмитрий Ликин
Олег Шапиро
Мастерская:
WOWHAUS http://wowhaus.ru/
Проект:
«Электротеатр Станиславский»
Россия, Москва, Тверская ул., 23

Авторский коллектив:

Руководители мастерской: Дмитрий Ликин, Олег Шапиро. Ведущий архитектор проекта: Михаил Козлов. Архитекторы: Мария Гулида, Виктория Кудрявцева, Ольга Лебедева, Анастасия Маслова, Дарья Мельник, Мария Панова, Анна Прошкуратова, Ольга Рокаль, Александра Черткова



2013 / 2014

06 Февраля 2015

Юлия Тарабарина

Автор текста:

Юлия Тарабарина
WOWHAUS: другие проекты
Архитектура и ноосфера, или шесть идей для архитектора...
«Жизнь и судьба архитектурной идеи» – так называлось ток-шоу, цикл авторских выступлений архитекторов – участников АРХ-каталога, организованный в рамках деловой программы АРХ-Москвы. В нем приняли участие архитекторы Илья Заливухин, Юлий Борисов, Олег Шапиро, Константин Ходнев, Влад Савинкин и Владимир Кузьмин. Предлагаем вашему вниманию конспект дискуссии.
Полосатое решение
Об интерьерах ТЦ «Багратионовский» и немного об истории строительства одного из примеров смешанных общественно-торговых прострнаств нового типа, в последнее время популярных в Москве.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Социо-биология ландшафта
Список новых типологий общественных пространств и объектов вновь пополнился благодаря бюро Wowhaus. На этот раз команда предложила кардинально новый для России подход к созданию места общения людей и животных
Сеанс городской терапии
Новый вход в парк Горького с Ленинского проспекта, спроектированный и построенный архитекторами Wowhaus, продолжает заложенные когда-то теми же авторами тенденции раскрытия парка городу, хотя он и не чужд тонкого переосмысления его традиций.
Civitas ludens*
Тула, город суровых оружейников, получил новую набережную – релакс-пространство постиндустриального типа. Оно живо реагирует на все вызовы контекста, осмысляя их легко и непринужденно, как игру, а не нравоучение. Центр города «заиграл» – красками, пространством, множеством поведенческих вариантов. Ну и для детей масса необычных развлечений.
Шитье по контексту
Монорельс – транспортное или зрелищное сооружение? Обслуживание убыточно, для города он чемодан без ручки. Интерны Wowhaus поработали над проектом превращения монорельса в Моносад – гигантский (5 км) убранистический аттракцион, подхватывающий местные и городские сюжеты как функционально, так и образно.
10 аэропортов
В стране интенсивно строят и реконструируют здания аэропортов: российские и иностранные архитекторы, причем нередко интерьеры получаются интереснее наружности, а иногда и фасад неплох. Рассматриваем 7 построек и 3 проекта по следам круглого стола с Арх Москвы.
Красный парк
Бюро Wowhaus превратило парк в центре Москвы в замечательное пространство для отдыха и занятий спортом, где каждый найдет место для себя, следуя за ориентирами красного цвета.
На семи холмах
Семь инсталляций для фестиваля фейерверков в Москве, многоэтажный плот в Выксе – эти и другие проекты реализовала команда интернов четвертой интернатуры Wowhaus.
Рекультивация городского центра
Проект благоустройства набережной в центре Тулы включает очистку реки, создание музейного квартала, развитие пешеходных и визуальных связей, равно как и постиндустриальной экономики туристического центра. Он возвращает старому городу структуру столетней давности, переосмысленную с учетом принципов современной урбанистики.
Мир радости
Вторая очередь Городской фермы на ВДНХ дополнила ландшафтно-архитектурный ансамбль сразу несколькими постройками, обыгрывающими характерный ассоциативный подход к созданию тематических павильонов.
ДК поколения Y
Архитекторы Wowhaus завершили строительство Инновационно-культурного центра в Калуге. Несмотря на то, что программа в процессе проектирования менялась со скоростью устаревания инноваций, архитекторам удалось справиться с ситуацией, превратив здание в плотный «узел» разнообразных культурных и спортивных пространств с гибким функционалом.
Уникальное общее
Представляем видеозапись круглого стола, проведенного Archi.ru на АРХ МОСКВА NEXT! В разговоре о новых форматах общественных пространств и методиках их создания приняли участие представители ведущих архитектурных бюро Москвы.
Пути аскезы
Малая сцена «Электротеатра Станиславский» развивает идеи, заложенные в архитектуре главного здания, в свете подчеркнуто-брутального лаконизма, а может быть даже «аскезы». В ее театральном понимании, конечно.
Политех паркового периода
Множество мостов, амфитеатр и перекладка секретных сетей: о том, как архитекторы Wowhaus переработали концепцию благоустройства территории Политехнического музея, предложенную в 2011 Дзьюнья Исигами.
Музейная экспансия
Публикуем статью историка архитектуры Марины Хрусталевой о стратегиях развития московских и петербуржских музеев, опубликованную в тематическом номере журнала «Проект Россия» – «Культура» (№ 80, июнь 2016).
Подсчёт по осени
Прошедшей осенью и в конце лета 2016 издано шесть монографий известных архитектурных мастерских: ADM, UNK project, Wowhaus, Арт-Бля, бюро Евгения Герасимова, Цимайло & Ляшенко. Рассказываем обо всех.
Территория коммуникации
Новый офис бюро Wowhaus в Центре дизайна и архитектуры Artplay – не только максимально удобное рабочее пространство, но и воплощение творческих принципов архитекторов, их понимания философии общественной территории.
Убежище для Шекспира
Разговор с победителем конкурса «Дом для Шекспира», архитектором бюро Wowhaus Есбергеном Сабитовым и руководителем мастерской Олегом Шапиро о том, как башня стала домом для великого драматурга.
Похожие статьи
Плавная консоль
У здания банка в окрестностях ливанского города Сура нет привычных ограждений, а еще Domaine Public Architects удалось добавить в проект небольшую площадь.
Еще один конструктор
В Мангейме началось строительство жилого комплекса по проекту MVRDV и производителя сборных домов Traumhaus. Он должен дать будущим обитателям максимум разнообразия и кастомизации по доступной цене, что в свою очередь позволит создать там живое сообщество соседей.
Ажурные узоры
Манчестерский Еврейский музей приобрел после реконструкции по проекту Citizens Design Bureau новый корпус с орнаментом на фасаде: он напоминает о культуре сефардов.
Зигзаг фасада
Офисное здание в Майнце защищает новый район на Рейне от шума порта. Авторы проекта – MVRDV и morePlatz.
Стальная живопись
Панели из нержавеющей стали на «Башне» Фрэнка Гери в арт-центре LUMA в Арле задуманы как мазки кисти Ван Гога.
Стеклянное облако
На морском курорте Циньхуандао на северо-востоке Китая строится «Облачный центр» по проекту пекинского бюро MAD.
Путь света
В знаменитый дворец императора Нерона – «Золотой дом» в Риме – теперь ведет новый вход по проекту Stefano Boeri Architetti.
Импортная типология
Комплекс доступного жилья с начальной школой по проекту бюро Henley Halebrown в лондонском районе Хакни основан на «центральноевропейском» типе жилой башни.
Силуэт прошлого
Внутренний двор музея и библиотеки в Цзяшане на востоке Китая напоминает силуэтом традиционную печь для обжига керамики, которыми славился этот город.
Штрихи современности
Открылся после реконструкции музей истории Парижа – Карнавале: в команде проекта архитекторы Snøhetta отвечали за новшества.
Обратная пропорция
В Центре инноваций INES университета чилийской области Био-Био по замыслу архитекторов Pezo von Ellrichshausen пространства для совместной и индивидуальной работы обратно пропорциональны друг другу.
Геометрические игры
В Мохали, городе-спутнике Чандигарха, архитекторы Studio Ardete снабдили офисное здание выразительным фасадом с асимметричными балконами, оставшись в жестких рамках бюджета.
Смена масштабов
AMO, исследовательское подразделение бюро OMA, разработало декорации для показа ювелирной коллекции Bvlgari в миланской Галерее Виктора Эммануила II.
Сотворение мира
К 60-летию первого полета человека в космос в Калуге открыли вторую очередь Государственного музея истории космонавтики, спроектированную воронежским архитектором Василием Исаевым. Музей космонавтики-2, деликатно вписанный в высокий берег реки Оки, дополнил ансамбль с легендарным памятником архитектуры 1960-х авторства Бориса Бархина, могилой Циолковского в парке и ракетой «Восток» на музейной площади. Основоположник космонавтики Циолковский, мифологический покровитель Калуги, стал главным героем новой музейной экспозиции, парящим в невесомости, как Бог-Отец в картинах Тинторетто.
Кирпич и свет
«Комната тишины» по проекту бюро gmp в новом аэропорту Берлин-Бранденбург тех же авторов – попытка создать пространство не только для представителей всех религий, но и для неверующих.
Серебро дерева
Спроектированный Níall McLaughlin Architects деревянный посетительский центр со смотровой башней у замка Даремского епископа напоминает о средневековых постройках у его стен.
Цифровой «валун»
В Эйндховене в аренду сдан дом, напечатанный на 3D-принтере: это первое по-настоящему обитаемое «печатное» строение Европы.
Этюды о стекле
Жилой комплекс недалеко от Павелецкого вокзала как символ стремительного преображения района: композиция с разновысотными башнями, изобретательная проработка витражей и зеленая долина во дворе.
Место сбора
В Лондоне открылся 20-й летний павильон из архитектурной программы галереи «Серпентайн». Проект разработан йоханнесбургской мастерской Counterspace.
Эстакада в акварели
К 100-летнему юбилею Владимира Васильковского мастерская Евгения Герасимова вспоминает Ушаковскую развязку, в работе над которой принимал участие художник-архитектор. Показываем акварели и эскизы, в том числе предварительные и не вошедшие в финальный проект, и говорим о важности рисунка.
Летать в облаках
Ресторан в Хибинах как новая достопримечательность: высота 820 над уровнем моря, панорамные виды, эффект левитации и остроумные инженерные решения.
Вулкан Дефанса
В парижском деловом районе Дефанс достраивается башня HEKLA по проекту Жана Нувеля. От соседей ее отличает силуэт и фасадная сетка из солнцерезов.
Керамические тома
Ажурный фасад новой библиотеки по проекту Dietrich | Untertrifaller в австрийском Дорнбирне покрыт полками с книгами – но не бумажными, а из керамики.
Трансформация с умножением
Дворец водных видов спорта в Лужниках – одна из звучных и нетривиальных реконструкций недавних лет, проект, победивший в одном из первых конкурсов, инициированных Сергеем Кузнецовым в роли главного архитектора Москвы. Дворец открылся 2 года назад; приурочиваем рассказ о нем к началу лета, времени купания.
Технологии и материалы
Великолепный дизайн каждой детали – Graphisoft выпускает...
Обновления версии отвечают пожеланиям пользователей и обеспечивают значительные улучшения при проектировании, визуализации, создании документации и совместной работе в Archicad, BIMx и BIMcloud, что делает Archicad 25 версией, как никогда прежде ориентированной на пользователя
Стильная сантехника для новой жизни шедевра русского...
Реставрация памятника авангарда – ответственная и трудоемкая задача. Однако не меньший вызов представляет необходимость приспособить экспериментальный жилой дом конца 1920-х годов к современному использованию, сочетая актуальные требования к качеству жизни с лаконичной эстетикой раннего модернизма. В этом авторам проекта реставрации помогла сантехника немецкого бренда Duravit.
Кирпич Terca из Эстонии – доступная европейская эстетика
Эстонский кирпич соединяет в себе местные традиции и высокотехнологичное производство мирового уровня под маркой Wienerberger. Технические преимущества облицовочного кирпича Terca особенно ценны в нашем северном климате – благодаря им фасады не потеряют своих эстетических качеств, а постройки будут долговечными.
Прочные основы декора. Методы Hilti для крепления стеклофибробетона
Методы HILTI позволяют украшать фасад сложными объемными формами, в том числе карнизами, капителями, кронштейнами и узорными панелями из стеклофибробетона, отлично имитируя массивные элементы из натурального камня и штукатурки при сравнительно меньшем весе и стоимости.
Дайте ванной право быть главной!
Mix&Match – простой и понятный инструмент для создания «журнального» дизайна ванной комнаты. Воспользуйтесь концепцией от Cersanit с десятками комбинаций плитки и керамогранита разного формата, цвета и фактуры для трендовых интерьеров в разных стилях. Идеально подобранные миксы гармонично дополнят вашу идею и помогут сократить время на создание проекта.
Современная архитектура управления освещением
В понимании большинства людей управлять освещением – это включать, выключать свет и менять яркость светильников с помощью настенных выключателей или дистанционных пультов. Но управление освещением гораздо глубже и масштабнее, чем вы могли себе представить.
Чистота по-австрийски
Самоочищающаяся штукатурка на силиконовой основе Baumit StarTop – новое поколение штукатурок, сохраняющих фасады чистыми.
Кто самый зеленый
14 небоскребов из разных частей света, которые достраиваются или планируются к реализации: уже не такие высокие, но непременно энергоэффективные и поражающие воображение.
Советы проектировщику: как выбрать плоттер в 2021 году
Совместно с компанией HP, лидером рынка широкоформатной печати, рассматриваем тенденции, новые программные и технические решения и формулируем современные рекомендации архитекторам и проектировщикам, которым требуется выбрать плоттер.
Energy Ice – стекло, прозрачное как лед
Energy Ice – новое мультифункциональное стекло, отличающееся максимальным светопропусканием. Попробуем разобраться, в чем преимущество новинки от компании AGC
Стать прозрачнее
Zabor modern предлагает ограждения европейского типа: из тонких металлических профилей, функциональные, эстетичные и в достаточной степени открытые.
Башня превращается
Совместно с нашими партнерами, компанией «АЛЮТЕХ», начинаем серию обзоров актуальных тенденций высотного строительства. В первой подборке – 11 реализованных высоток со всего мира, демонстрирующих завидную приспособляемость к характерной для нашего времени быстрой смене жизненных стандартов и ценностей.
Прочность без границ
Инновационный фибробетон Ductal®, превосходящий по прочности и долговечности большинство строительных материалов, позволяет создавать как тончайшие кружевные узоры перфорированных фасадов, так и бархатистые идеальные поверхности большеформатной облицовки.
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Сейчас на главной
Арт-трансформер
Art Barn, архив, хранилище работ и рисовальная студия британского скульптора Питера Рэндалла-Пейджа в холмах Девона, способен менять форму в зависимости от текущих нужд, а также сам себя обеспечивает электричеством. Автор проекта – Томас Рэндалл-Пейдж.
Тиана Плотникова: «Наша миссия – разработать user-friendly...
Говорим с основательницей стартапа Uflo – программы, помогающей конвертировать числовые данные в геометрию, о том, что побудило придумать проект, о карьере в крупных зарубежных компаниях и о страхах перед цифровыми технологиями
Связь с прошлым и будущим
Нидерландские мастерские Benthem Crouwel и West 8 выиграли конкурс на проект нового вокзала в Брно: этот архитектурный конкурс стал крупнейшим в истории Чехии.
Авторский надзор: мытьем да катаньем
Разговор на АрхПароходе 2021 со Стасом Горшуновым: о том, как ему удается добиваться качественной реализации проектов, какие проблемы приходится решать, когда жертвовать гонораром, а когда идти на компромиссы.
Образ прощания
Объект MAMA самарских архитекторов Дмитрия и Марии Храмовых стал единственным российским победителем конкурса фестиваля ландшафтных объектов SMACH2021, который проводится на северо-востоке Италии в Доломитовых Альпах.
Новое качество Личного
В Никола-Ленивце Калужской области в эти выходные проходит фестиваль Архстояние с темой «Личное». Главной постройкой фестиваля стал дом «Русское идеальное», спроектированный Сергеем Кузнецовым и реализованный компанией КРОСТ в короткие сроки. Рассматриваем дом и новые объекты Архстояния 2021.
«Место для всех»
Победителем международного конкурса на разработку концепции Приморской набережной в Сочи стал консорциум во главе с UNStudio.
Пресса: "Непостижимое решение". ЮНЕСКО отобрало у Ливерпуля...
ЮНЕСКО решило исключить Ливерпуль из своего Списка всемирного наследия, поскольку городские власти ведут активное строительство в районе доков и порта - архитектурного ансамбля, которое агентство ООН считало важнейшим памятником. В Ливерпуле такое решение называют "непостижимым" и надеются на его пересмотр.
Главный манифест конструктивизма
В Strelka Press выпущена основополагающая для отечественного авангарда книга Моисея Гинзбурга «Стиль и эпоха. Проблемы современной архитектуры» (1924): это совместный издательский проект Института «Стрелка» и Музея «Гараж». Публикуем главу «Конструкция и форма в архитектуре. Конструктивизм».
На берегу очень тихой реки
Проект благоустройства территории ЖК NOW в Нагатинской пойме выходит за рамки своих задач и напоминает скорее современный парк: с видовыми точками, набережной, разнообразными по настроению пространствами и продуманными сценариями «от 0 до 80».
Труд как добродетель
Вышла книга Леонтия Бенуа «Заметки о труде и о современной производительности вообще». Основная часть книги – дневниковые записи знаменитого петербургского архитектора Серебряного века, в которых автор без оглядки на коллег и заказчиков критикует современный ему архитектурно-строительный процесс. Написано – ну прямо как если бы сегодня. Книга – первое издание серии «Библиотека Диогена», затеянной главным редактором журнала «Проект Балтия» Владимиром Фроловым.
Стилисты села
Дизайн-код как способ привести небольшое поселение в порядок к юбилею или крупному событию: борьба с визуальным мусором, поиск духа места и унификация городских элементов.
Диалоги об образовании и карьере
Империалистический заказ и равнодушие к форме, необходимость доучить бывших студентов за свои деньги и скука формального обучения – дискуссия об архитектурном образовании на недавнем Архпароходе, как и многие разговоры на эту тему, местами была отмечена грустью, но не безнадежна и по-своему интересна. Публикуем выдержки из разговора, собранные одним из участников, архитектором и преподавателем Евгенией Репиной.
Плавная консоль
У здания банка в окрестностях ливанского города Сура нет привычных ограждений, а еще Domaine Public Architects удалось добавить в проект небольшую площадь.
Туман над Янцзы
В сети обсуждают новую ленд-арт-инсталляцию Григория Орехова Crossroads, «пешеходную зебру» проложенную художником по воде Москвы-реки 7 июля недалеко от Николиной горы. Рассматриваем несколько недавних работ Орехова – от «перекрестка» 2021 года на реке до «перекрестка» 2020 года в зеркалах «Черного куба», созданного в честь Казимира Малевича в Немчиновке.
Неоконюшня
На территории ВДНХ появится новый конноспортивный манеж: его авторы обращаются к традиционной для типологии форме и материалам, трактуя их как современный парковый павильон.
Еще один конструктор
В Мангейме началось строительство жилого комплекса по проекту MVRDV и производителя сборных домов Traumhaus. Он должен дать будущим обитателям максимум разнообразия и кастомизации по доступной цене, что в свою очередь позволит создать там живое сообщество соседей.
Градсовет Петербурга 15.07.2021
Архитекторы предложили обновить торговый центр в петербургском Купчино, вдохновляясь снежными пиками Балканских гор. Эксперты отнеслись к идее прохладно.
Галька на берегу
Проект аэропорта в Геленджике от АБ «Цимайло, Ляшенко и Партнеры» стал единственным российским победителем премии Architizer A+Awards 2021 года.
Стратегия преображения
Публикуем 8 проектов реконструкции построек послевоенного модернизма, реализованных за последние 15 лет Tchoban Voss Architekten и показанных в галерее AEDES на недавней выставке Re-Use. Попутно размышляя о продемонстрированных подходах к сохранению того, что закон сохранять не требует.
Ажурные узоры
Манчестерский Еврейский музей приобрел после реконструкции по проекту Citizens Design Bureau новый корпус с орнаментом на фасаде: он напоминает о культуре сефардов.