Оскар Мамлеев: «Основной акцент и надежда – на молодых»

Оскар Мамлеев о своем кураторском проекте «Будущее. Метод» на фестивале «Зодчество» 2014.

author pht

Беседовала:
Нина Фролова

mainImg
Спонсор спецпроекта «Будущее. Метод» на фестивале «Зодчество» 2014 – компания Roca.

zooming
Оскар Мамлеев. Фото предоставлено архитектурной школой МАРШ

Архи.ру:
– Как вы решили стать куратором выставки в составе «Зодчества»? И какая основная идея у вашей экспозиции?

Оскар Мамлеев:
– Распространено восприятие этого фестиваля как очень традиционной «выставки достижений народного хозяйства», и я сам относился к «Зодчеству» так же. Но мне нравятся Андрей и Никита Асадовы – очень энергичные люди и очень разные. Когда я узнал, что в этом году они курируют фестиваль, и познакомился с их концепцией, я согласился принять участие, так как всегда стараюсь поддерживать тех, кто пытается внести новизну в годами неизменные стереотипы.

Предполагается, что в фестивале, приуроченном в этот раз к столетию конструктивизма, будет три раздела – о прошлом, настоящем и будущем российской архитектуры. Что такое прошлое, мы знаем, настоящее мы можем сейчас видеть вокруг нас, а будущее –сложный вопрос. Мне поручили раздел с условным названием «Будущее. Метод». На самом деле, вопрос «Что такое архитектура будущего в России?» несколько риторический, и иные коллеги на него отвечали мне с большим удивлением, причем удивление вызывала сама идея о специфике российской архитектуры. Так, один немецкий архитектор, с которым я согласен, возразил, что в XIX веке что в Вене, что в Москве, что в других европейских городах существовали похожие тенденции на каждом этапе, от ампира до стиля модерн. А мы в России всегда пытаемся найти свою специфику не только в архитектуре, но и во всех остальных сферах.

Если говорить серьезно, то будущее наше – это молодежь, студенты, молодые архитекторы. Все будет зависеть от того, насколько они будут правильно научены, насколько ответственно и с пониманием они будут подходить к своей профессии. Какие они будут, такой будет и наша жизнь, и наша архитектура. А если говорить с улыбкой, то я вспоминаю книгу Георгия Голубева «Подземный урбанизм», где первой иллюстрацией идет картина 1906 года под названием «Москва 1966 года». Она очень смешная: чуть модернизированные машины начала XX века, дирижабли. И так же сложно предсказать при все ускоряющихся, происходящих в геометрической прогрессии изменениях, что в действительности нас ждет завтра. Технологии очень быстро развиваются, что сильно влияет на архитектуру.
 
Не только работа...Фотография предоставлена Оскаром Мамлеевым

– Тогда что же вы будете показывать на своей выставке?

– Первый раздел – «Метод» – посвящен трем, с моей точки зрения, наиболее характерным учебным мастерским – ТАФ и архитектурному колледжу Александра Ермолаева, школе МАРШ Евгения Асса и самарской мастерской Сергея Малахова и Евгении Репиной. Конечно, есть замечательные педагоги и в Московском архитектурном институте, но они работают по методике, придуманной много лет назад и очень сложно меняющейся: их порой даже критикуют за то, что они нарушают порядок, который царит в МАРХИ. А из названных мной трех мастерских каждая имеет свою оригинальную методику, и именно потому мне хотелось показать именно эти учебные центры.

Вторую часть выставки можно с иронией назвать «Провокация». Есть такие архитекторы как Александр Бродский, чьи работы вызывают улыбку: глядя на них, можно предположить, что в будущем мы будем собирать на помойке старые рамы и из них строить водочные павильоны. Кроме Бродского, я задал вопрос об архитектуре будущего замечательной компании – «Обледенению архитекторов», Василию Сошникову, молодым архитекторам – участникам и победителям конкурса NEXT и других важных конкурсов. Будут также показаны очень интересные эскизы Левона Айрапетова и Валерии Преображенской к их павильону России на ЭКСПО-2010 в Шанхае. Понятно, что при реализации некоторые первоначальные идеи, нюансы были утеряны, и потому очень интересно посмотреть на те первые наброски – как авторами трактован образ России. Завершающий раздел экспозиции – это ответы известных российских и зарубежных, именитых и молодых архитекторов на вопрос – что такое архитектура будущего.

Однако мне хочется, чтобы экспозиция получилась живой. Я хочу пригласить студентов из нескольких городов, которые бы в течение трех дней фестиваля поработали над образом будущей архитектуры России. Я очень рассчитываю на этот живой семинар, потому что у нас уже есть опыт прошлого лета, когда на фестивале «Арт-Овраг» в городе Выкса мы пригласили ребят из нескольких архитктурных школ. И они в течение пяти дней «с нуля» сделали очень интересные предложения по теме фестиваля.
 
С голландским архитектором Раулем Бунсхоттеном в архитектурной школе Дюссельдорфа. Фотография предоставлена Оскаром Мамлеевым

– Но как именно соотносятся тема метода и тема будущего – ведь, судя по вашему замыслу, выставка охватит более широкие пласты, чем архитектурное образование?

– Мне хотелось, чтобы эта выставка и ее основная идея не были прямым ответом на вопрос про российскую архитектуру будущего. Это, скорее, постановка вопроса, заставляющая задуматься и каждого ответить по-своему. Ведь мнения опрошенных мной архитекторов тоже разнятся: каждый «респондент» затрагивает свой аспект. И это как раз получается очень педагогично, когда мы не говорим, что это должно быть только так и никак иначе. На самом деле преподаватель – это не ментор, который говорит студенту, как надо делать, чтобы тот беспрекословно исполнил его наставления. Педагог – это навигатор, который направляет студента в определенную сторону, постоянно заставляет его думать, искать решения. Хотелось бы, чтобы в этом разделе соблюдался этот принцип, чтобы люди посмотрели выставку и впитали в себя то, что они там увидели, где-то улыбнулись, где-то задумались и сделали свой вывод. Это гораздо важнее, чем ставить их перед фактом.
 
Проектный семинар в Германии. Фотография предоставлена Оскаром Мамлеевым

– Кто же будут эти люди, которые будут размышлять над вашей экспозицией?

– Она обращена ко всем, кто интересуется архитектурой, но в первую очередь – к молодежи.

– К архитектурной молодежи?

– Не только к ней. Я вижу, как успешно функционирует институт «Стрелка», где люди совершенно разных профессий, закончившие разные институты, получают сумму разнообразных знаний. И, точно так же, любым креативным людям было бы интересно посмотреть эту выставку, получить информацию и сделать вывод.
 
Студенты МАРХИ в Стокгольме. Фотография предоставлена Оскаром Мамлеевым

– То есть это обращено к «аудитории будущего»?

– Да. Основной акцент и надежда – на молодых.

– Как ваша выставка – и вы сами – относитесь к теме «Зодчества»  нынешнего года – «актуальное идентичное»?

– Я не очень понимаю смысл поиска идентичности российской архитектуры. Я не могу представить себе, чтобы все архитекторы работали в одном ключе и воплощали собой некую российскую специфику, какая бы она ни была – хорошая или плохая. Есть российские архитекторы, имеющие «свое лицо» и отличающиеся от западных коллег –Александр Бродский, Алексей Бавыкин, Левон Айрапетов, неоклассики… Мне кажется, что идентичность заключена в персоналиях, каждая из которых представляет из себя что-то необычное. Корни и среда обитания могут породить архитектуру конкретных архитекторов-индивидуальностей, а не общий для всех «знаменатель». Если говорить обо мне, то у меня любимыми архитекторами были и остаются Юрий Григорян и Сергей Скуратов. Я не скажу, что они специфически российские архитекторы, это архитекторы очень высокого европейского уровня, и я очень люблю и их лично, и их архитектуру.
 
Со студентами Шведского Королевского Университета. Фотография предоставлена Оскаром Мамлеевым

– Следует ли сейчас искать идентичность и уникальность или логичнее было бы сосредоточиться на качестве жизни? Или на общечеловеческих проблемах, забыв про своеобразие?

– Логичнее сосредоточиться как раз на качестве жизни и на общечеловеческих проблемах. О своеобразии, наверное, не стоит забывать, но посвятить себя при этом созданию комфортной среды обитания. Прекрасные новые жилые районы в Хельсинки и Стокгольме – это для меня идеал. Там нет ничего такого, что бы потрясало с точки зрения архитектуры, но качество среды там очень высоко. И вот альтернатива: я только что был в Баку, видел Центр Гейдара Алиева Захи Хадид, для Азербайджана довольно странный объект, хотя Хадид, безусловно, замечательный архитектор. Но меня потрясло другое сооружение – «Пламенные башни», спроектированные международной фирмой HOK как символ Азербайджана. Когда со стороны набережной смотришь на город, спокойная застройка поднимается в горы, и вдруг – такой кракен, который готов поглотить Старый Баку. Особенно вечером, с динамической подсветкой – это жутковатое зрелище. Конечно, архитектуру нужно делать более гуманной.

– В чем особенность, уникальность вашего метода?

– Особенности, а тем более уникальности у моей методики нет. Как и мастера-педагоги, которые будут представлены на выставке, я считаю, что самое главное – это воспитывать творческих, думающих и ответственных людей.
 
Семинар с немецким архитектором и инженером Вернером Зобеком. Фотография предоставлена Оскаром Мамлеевым


17 Ноября 2014

author pht

Беседовала:

Нина Фролова
comments powered by HyperComments

Статьи по теме: Зодчество 2014

В будущее с надеждой
Итоги спецпроекта «Будущее. Метод» на фестивале «Зодчество»–2014 подводят его куратор Оскар Мамлеев и студенты – участники проекта.
Загадки русской души
Участникам фестиваля «Зодчество» удалось перевести его опасную тему – идентичность, в единственно адекватную плоскость: нервной рефлексии на грани абсурда. Сохранив невозмутимое выражение лица.
Антон Шаталов: «В Сибири для пассионариев наилучшая...
Куратор выставки «Прошлое, настоящее и будущее Красноярска» – о городе, который находится сейчас «на этапе социальной эволюции, когда людям предоставляется безграничный выбор возможностей для проявления себя».
Владислав Кирпичев: «Мы все живем запахами из детства»
Говоря о своей экспозиции на «Зодчестве» 2014, глава школы EDAS Владислав Кирпичев признался, что не делал попыток вписаться в тему фестиваля («актуальное идентичное»), – и между тем, кажется, сказал о ней очень многое.

Технологии и материалы

Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.
Выйти в цвет
Рассказываем, как с помощью краски из новой линейки DULUX «Легко обновить» самостоятельно и за один день покрасить двери или окна.
Проектируя устойчивое будущее
Глава «Сен-Гобен» в России, Украине и странах СНГ, Антуан Пейрюд выступил на Дне инноваций в архитектуре и строительстве с докладом о подходах компании к устойчивому развитию. В интервью Archi.ru Антуан Пейрюд рассказал о роли инновационных материалов в иконических зданиях Фрэнка Гери, Жана Нувеля, Кенго Кумы и других известных архитекторов. Также состоялась презентация звукоизоляционных систем «Сен-Гобен» и общение специалистов BIM с архитекторами по поводу трансфера данных по строительным материалам и решениям.
«Сен-Гобен» приглашает студентов спроектировать...
Компания «Сен-Гобен» объявила о старте шестнадцатого по счету архитектурного конкурса «Мультикомфорт». Студентам архвузов предлагается разработать концепцию «устойчивого» развития территории бывшего завода в пригороде Парижа, Сен-Дени.
Теплоизоляция ПЕНОПЛЭКС® для подземного строительства
Освоение подземного пространства – общемировой тренд, в мегаполисах под землей растут целые города. По версии книги рекордов Гиннесса, крупнейший подземный торговый комплекс в мире – Path в Торонто. Для его создания проложено более 30 км тоннелей.
Камин как аттрактор, или чем привлечь покупателя элитной...
Вода и огонь – две удивительные природные субстанции – влекущие, завораживающие, приковывающие взгляд. В человеческом жилище они давно завоевали свое место, и, если вода выполняет сугубо техническую функцию, огонь в камине вместе с теплом дарит визуальное наслаждение.

Сейчас на главной

Метод обнимания
TreeHugger, небольшой павильон информационного туристического центра бюро MoDusArchitects, вступая в диалог с архитектурным и природным окружением, сам становится новой достопримечательностью предальпийского городка в итальянском Трентино-Альто-Адидже.
Мёд и медь
Архитектор Роман Леонидов спроектировал подмосковный Cool House в райтовском духе, распластав его параллельно земле и подчеркнув горизонтали. Цветовая композиция основана на сопоставлении теплого медового дерева и холодной бирюзовой меди.
Пресса: Почему индустриальное домостроение оставит будущее...
О будущем жилья невозможно говорить, пытаясь обойти стену, в которую оно упирается,— массовое индустриальное домостроение. Если модель массового индустриального домостроения сохранится, то это довольно простое будущее, которое более или менее сводится к настоящему.
СКК: сохранять, крушить, копировать?
Мы поговорили с петербургскими архитекторами о ситуации вокруг обрушенного СКК – здания, купол которого по чистоте формы и инженерного замысла сравнивают с римским Пантеоном, только выполненным в металле. Что, однако, не помогло ему получить статус памятника и защиту от сноса.
Лучи знаний
Школа в Подмосковье, архитектуру которой определяет учебная программа, природное окружение, а также желание использовать только честные материалы.
Кружево из углепластика
Три портала по проекту Асифа Хана для Экспо-2020 в Дубае при высоте в 21 метр сооружены из нитей сверхлегкого углепластика и не требуют дополнительной несущей конструкции.
Арктический вуз
Новое крыло Арктического колледжа на острове Баффинова Земля на севере Канады. Авторы проекта – Teeple Architects из Торонто.
Критическая масса прогресса
20-й по счету летний павильон лондонской галереи «Серпентайн» спроектируют молодые женщины-архитекторы из ЮАР – бюро Counterspace; их постройка будет посвящена социальным и экологическим темам.
Парки Татарстана, часть I: лучшие городские
Цветущий бульвар вместо парковки, авторские МАФы, экологические решения, равно как и ностальгические фонтаны и площадки для фотосессий новобрачных – в первой части путеводителя по паркам Татарстана, посвященной новым городским пространствам.
Сокольники: ковер из кирпича
Архитекторы бюро Megabudka опубликовали свой проект Сокольнической площади в деталях и с объяснениями всех мотивов. Рассматриваем проект и призываем голосовать за него в «Активном гражданине». Очень хочется, чтобы победила архитектурная версия.
Три январские неудачи Бьярке Ингельса
Основатель BIG подвергся критике из-за деловой встречи с бразильским президентом, известным своими крайне правыми взглядами и отрицанием экологических проблем Амазонии, лишился поста главного архитектора в WeWork и был отстранен от участия в проектировании небоскреба для нью-йоркского ВТЦ.
Кирпичные шестигранники
Башни Hoxton Press по проекту Karakusevic Carson и Дэвида Чипперфильда на границе лондонского Сити – коммерческое жилье, «субсидирующее» реновацию социального жилого массива рядом.
Одновременное развитие экономики и кино
В бывшем здании центрального рынка Монтевидео уругвайское бюро LAPS Arquitectos разместило штаб-квартиру Латиноамериканского банка развития CAF, национальную синематеку, легендарный бар и общественное пространство.
Москва 2050: деревянные высотки и летающий транспорт
Более 40 студентов представили видение Москвы будущего в недавно открывшейся галерее Шухов Лаб и на Биеннале архитектуры и урбанизма в Шэньчжэне. Рассказываем об итогах воркшопа «Москва 2050» и показываем работы участников.
Рестораны вместо лучших реставраторов страны?
Минкульт выдал ЦНРПМ предписание переехать до 1 марта. Не исключено, что после разорительного переезда научной реставрации в стране не останется. Говорим со специалистами, публикуем письмо сотрудников министру культуры.
Глэм-карьер
Благоустройство подмосковного озера от бюро Ai-architects: эко-школа, глэмпинг и всесезонные развлечения.
Красный зиккурат
Многоквартирный дом Cascade Villa в Алмере по проекту бюро CROSS Architecture снаружи – кирпичный, а во внутреннем дворе – обшит деревом.
Арт-депо
Офисное здание на набережной Обводного канала в Санкт-Петербурге по проекту архитектора Артема Никифорова – это тонкая вариация на тему кирпичной промышленной архитектуры XIX и ХХ века с рядом художественных изобретений, хорошим строительным и ремесленным качеством.
Будущее не дремлет
Выставка Европейского культурного центра в ГНИМА это коллекция современных пространств разной степени общественности. Подборка довольно случайная, но интересная, а в последнем зале пугают потопом, античным форумом, зиккуратами и вигвамами.
«Единорог в лесу»
Почему, в отличие от произведений известных художников и автографов писателей, дом, спроектированный Ф.Л. Райтом или Тадао Андо, выгодно продать очень сложно? В нем неудобно жить или недвижимость от знаменитых архитекторов переоценена?
Арки, ворота, окна, проемы, пустоты, дырки
В архитектуре АБ «Остоженка», особенно в крупных комплексах, значительную роль играют арки, организующие пространство и массу: часто большие, многоэтажные. В публикуемой статье Александр Скокан размышляет о роли и смысле масштабных цезур, проемов и арок.
Розовый слон
В Лос-Анджелесе построен флагманский магазин одежды The Webster по проекту Дэвида Аджайе. Для внешней и внутренней отделки британский архитектор использовал окрашенный бетон.
Архи-события: 3–9 февраля
«Кто хочет стать миллионером» для архитекторов и дизайнеров, новый интенсив в МАРШ и экскурсия с плаванием от «Москвы глазами инженера».
Пресса: Великое переселение
В последнюю неделю января 2020-го в стране активно обсуждают реновацию устаревшего жилья — вернее, возможность запуска подобных программ в российских регионах. В одном из первых своих интервью на посту вице-премьера Марат Хуснуллин отметил, что реновацию можно запустить в городах-миллионниках.
Умер Андрей Меерсон
Признанный мастер советского модернизма, автор «Лебедя» и самого красивого московского дома «на ножках» на Беговой, но и автор неоднозначного стилизаторского Ритц Карлтон на Тверской – тоже.
Неиссякаемый источник
VIP-зоны аэропорта – настоящее раздолье для цвета, пластики, образности и творческой фантазии архитекторов. Рассматриваем четыре бизнес-зала и один VIP-терминал ростовского аэропорта «Платов»: все они так или иначе осмысляют контекст: южное солнце, волны речной воды, восход над степным горизонтом и золото сарматов.
Кольцо на озере Сайсары
Здание филармонии и театра якутского эпоса на священном озере вписано в эпический круг и включает три объема, уподобленных традиционному жилищу. Кровля уподоблена аласу – якутской деревне вокруг озера. При столь интенсивной смысловой насыщенности проект сохраняет стереометрическую абстрактность и легкость формы, оперируя прозрачностью, многослойностью и отражениями.
Вертикальные татами
Фасады офисного здания Torre Patria-Hipódromo по проекту Карлоса Ферратера и его бюро OAB в Гвадалахаре на западе Мексики подчинены модульной конструктивной сетке, которая упорядочивает и окружающее пространство нового района.
Умер Александр Ларин
Автор академического хореографического училища на 2-й Фрунзенской и знаменитой аптеки в Орехово-Борисово, нескольких нетиповых детских садов типового времени, учитель и коллега многих известных сегодняшних архитекторов.
Идентичность в типовом
Архитекторы из бюро VISOTA ищут алгоритм приспособления типовых домов культуры, чтобы превратить их в общественные центры шаговой доступности: с устойчивой финансовой программой, актуальным наполнением и сохраненной самобытностью.
Век бетона
23 января исполнилось 100 лет Готфриду Бёму, первому немецкому лауреату Притцкеровской премии и создателю церквей и ратуш, напоминающих скульптуры из бетона. Он каждый день бывает в бюро и наставляет сыновей-архитекторов.
Архитектура эфемерности
На проспекте Вернадского поблизости от станции метро появилась высотная доминанта, давшая новое звучание округе: бизнес-центр «Академик» по проекту UNK project раскрыл в форме архитектуры смыслы местных топонимов.
Центр мега-выставок
Новый международный выставочный центр по проекту Valode & Pistre в «близнеце» Гонконга мегаполисе Шэньчжэнь может считаться крупнейшим в мире.
Театрально-музыкальный круг
Масштабный и амбициозный проект главного театрально-концертного комплекса Подмосковья, победитель конкурса, объединяет три зала, двор – общественную площадь, консерваторское училище, гостиницы. Он обещает стать заметным центром фестивалей классической музыки для всей страны.