Загадки русской души

Участникам фестиваля «Зодчество» удалось перевести его опасную тему – идентичность, в единственно адекватную плоскость: нервной рефлексии на грани абсурда. Сохранив невозмутимое выражение лица.

author pht

Автор текста:
Юлия Тарабарина

19 Декабря 2014
mainImg
Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Вдали в центре, светится – павильон Крыма (Курортград), сооружение посвящено архитектору Борису Белозерскому. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Алиса:
– Да и Вы, простите, как-то странно улыбаетесь.
Улыбка кота:
– Стал бы нормальный кот улыбаться, да…
Алиса в стране чудес. Люис Кэрролл / перевод Нины Демура / радиопьеса 1976

Вчера с Гостином дворе открылся фестиваль «Зодчество», закроется он завтра, – уже несколько лет подряд фестиваль длится не четыре, а три дня, так что смотреть его надо быстро.

Фестиваль открывал министр Мединский, при входе улыбаются Ленин и Путин, Хрущев машет башмаком, дальше встречаются «домнаш» и «крымнаш», да и тема – идентичность. Словом, я шла туда в испуге, хотя не без подготовки: всю осень мы опрашивали кураторов спецпроектов об их замыслах. А посетителей мало; кто-то уже назвал фестиваль полупустым. Людей как будто бы с каждым годом их становится все меньше, несмотря на бесплатный вход. А зря. Потому что кураторам, братьям Асадовым, несмотря на их неожиданные представления как об авангарде, так и об идентичности, удалось очень хорошо организовать пространство выставки, что с «Зодчеством» случается не так часто.
Стенд КГА Петербурга. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

В этом году пространство выставки стало гибридом ячеек, несколько лет назад предложенных Юрием Аввакумовым в попытке размерно-пропорциональным способом превратить «Зодчество» в биеннале, – и лабиринта, которым фестиваль был всегда. Гостиный двор заполнен рамками стендов, невысокими, но массивной толщины, выстроенными базиликально вдоль широкого главного нефа, пересекаемого широким же «трансептом». Снаружи стены в основном светло-серые, на них в коридорах между павильонами размещены выставки кураторской программы, внутри – области и ведомства, хотя ближе к концу эта логика меняется. Но – светло, просторно и почти не заметны как слишком пластмассовые выставки, так и пятна китчевой роскоши.

Легкость атмосферы с успехом поддерживают два главных стенда – Москвы и Петербурга: все мы помним ковры, светящиеся полы и прочие дорогие-эффектные затеи; сейчас же московский стенд, посвященный конкурсу Москвы-реки, отделан фанерой, а украшает его макет реки, который институт Генплана уже показывал на «Зодчестве» в прошлом году. Стенд петербургского КГА надо признать лучшим их всех областных и городских: в нем построен очень обобщенный и непафосный, но крупный, по пояса макет центра города. Посетитель бродит между лаконичными тумбами-домами, и может записать на них красным фломастером свои размышления о разных местах; кое-что, для ориентации, уже написано, а собранную на выставке информацию обещают передать прямо в КГА. Интерактив, признаться, никакой, а аттракцион – приятный.
Стенд КГА Петербурга. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
 
Проект Эдуарда Кубенского «Узорник русского авангарда»: каледоскопы можно набирать и покупать собственный набор цветных плашек. Черные – «Черный квадрат», желтые – «майка Маяковского», розовые пирамиды – Мавзолей. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Кураторы обещали, что тематических выставок будет больше, чем когда-либо, и не обманули. Половина из них оказались планшетами на стенах, зато вторая половина развернулась не на шутку. Но начать нужно с темы фестиваля. Ее выбирали коллегиально, и как это бывает, договориться не смогли, – получилось, что «Зодчество» посвящено по меньшей мере одновременно столетию авангарда и поискам идентичности русской архитектуры.

Две фестивальные темы, авангард и идентичность, сосуществуют в центральном пространстве выставки параллельно и совершенно по-разному. Все, что касается авангарда и модернизма, больше похоже на каталог-путеводитель и ощутимо относится к просвещению публики по части истории архитектурного направления, у которого случился юбилей. Фрагменты каталога разбавлены рядом основательных черных киосков, представляющих каждый – один объект послевоенного модернизма и проектом-перформансом Эдуарда Кубенского, где посетителей развлекают калейдоскопами из фигурок «черного квадрата», «майки Маяковского», «окошек Мельникова» и множества других: калейдоскопы можно собирать по вкусу и покупать на память.
Проект Эдуарда Кубенского «Узорник русского авангарда». Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Андрей Костанда, 1 курс МАРШ. Простодушность. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

По сравнению с уже почти разложенным по клеточкам авангардом идентичность – вещь спорная: никто толком не знает, что это такое, хотя многие ее ищут: кто-то свою личную, творческую; кто-то национальную и государственную. Эти последние особенно настораживают: фестиваль уже обвиняли в политизации и возможно не зря. Однако: раньше, на всех прежних «Зодчествах» присутствовали и были очень заметны фрагменты сермяжно-позолоченной самобытности – то казаки, то избушки, – а сейчас ничего подобного почти что нет или во всяком случае не заметно.

Заданный поиск таинственной художественной идентичности получился как-то на удивление правильно, в духе терзаний русской литературы – а это единственный нормальный путь для данной болезненной темы. Вся идентичность ушла в объекты и прекрасно там себя чувствует. Лучшей коллекцией объектов стала – тут я присоединюсь к мнению Юрия Аввакумова, высказанному вчера в фб, – выставка студентов и выпускников школы МАРШ, проект, вынырнувший ниоткуда, почему-то не заявленный заранее среди спецпроектов, хотя заметно, что его готовили: все макеты одного размера и прекрасно раскрывают русскую душу.

Вот, скажем, Андрей Костанда, 1 курс магистратуры, «Простодушность» – лес хаотически расставленных одинаковых палочек, в центре поменьше (все убежали со сцены?), по краям побольше: «символизирует простоту в характере русского человека, но трудно считывается другими народами». Михаил Микадзе, тоже 1 курс, «Становление», призван отразить «…хронически незавершенное состояние российской архитектуры и формализацию отношения управляющих к управляемым» – макет строительных лесов. Мария Куркова – «Забор в Европу». Наталья Саблина: павильон «символизирует прозрачную, но запутанную тонкую организацию души русского человека».
Михаил Микадзе, 1 курс МАРШ. Становление. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Мария Куркова, 1 курс МАРШ. Забор в Европу. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Наталья Саблина, 1 курс МАРШ. Граница между. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Наталья Воинова, Илья Мукосей, архитектурная студия ПланАР. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Замечательным получился проект Елены Петуховой – ей удалось не только собрать видео-суждения многих известных архитекторов о «генетическом коде» их творчества, но и – каждый или почти каждый участник проекта проиллюстрировал свой взгляд объектом-инсталляцией; часть из них создана специально для выставки. Веренице объектов тесно в коридоре между павильонами, они выплескиваются наружу, и от этого не все заметны. Самый незаметный, но на мой взгляд один из лучших – Ильи Мукосея и Натальи Воиновой, стоит перед входом. Зрителю предлагается «чтобы увидеть национальную архитектурную идентичность, внимательно смотреть в центр квадрата в течение 20 секунд, если эффект не достигнут, сделать небольшую паузу и повторить». Вот попросили бы смотреть в центр черного квадрата – не было бы ни смешно, ни интересно. А так – чрезмерная ирония понятна хотя бы потому, что Илья Мукосей ещё летом сам занимался подобной темой – как куратор конкурса «Русский характер», для микрорайона Мортон-Град.
Иван Кожин, «Студия 44». Идентичность. 5 литров. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Все объекты совершенно прекрасны, но после пустого места самые забавные из них – банка соленых огурцов: «Идентичность. Пять литров» Никиты Явейна и золотой топор от Юлия Борисова. Самый загадочный – мутная спиральная сфера, обобщенный купол Василия Блаженного от Алексея Левчука и Владимира Фролова; и если бы не сомнительное утверждение авторов о том, что спиралевидный выпуклый орнамент украшал купола русских церквей в XVI веке (хоть бы спросили кого-нибудь, таких известных примеров совсем немного, точнее один-два), то объект с его запахом клея был бы, надо думать, совершенен.
Алексей Левчук, Владимир Фролов. Сфера. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Юлий Борисов. «Первопричина». Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Объект Левона Айрапетова и Валерии Преображенской. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Сергей Чобан. SPEECH. «Деталь. Псковский кремль. XVI век». Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Объект Веры Бутко и Антона Надточего по мотивам проекта «Земля Олонхо». Чороны (вверху) – подарок из Якутска. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Верхняя часть колонны Максима Атаянца. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Нижняя часть колонны Максима Атаянца. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Объект Андрея Бокова: прялки из личной коллекции. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Объект Дмитрия Буша. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Андрей и Никита Асадовы. Шуховская башня в виде фонтана дегтя. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Сами кураторы, Андрей и Никита Асадовы, добавили запахов в образ русской идентичности, водрузив в «своей» части экспозиции модель Шуховской башни, из верхушки которой бьет деготь, изображающий, надо думать, нефть. Точно такую же модель башни, только ледяную, братья показывали на Арх Москве летом; видимо зимой актуально что-то горючее. А и то: есть в башне что-то от нефтяной вышки, да и Шухов, как все теперь знают, проектировал в своей время нефтяные резервуары вроде того, в котором сидел товарищ Сухов с женщинами Востока. Деревянный чурбачок и шелковый платок с намеком на алмазы дополняют башню до триады, а на стене написано еще много триад, надо думать, раскрывающих русскую душу, но произвольных, к примеру: оловянный–деревянный–стеклянный.
Проект школы EDAS Владислава Кирпичёва. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Бросается в глаза то, что подавляющее большинство авторов не стали искать «актуальную идентичность» в авангарде. Студенты сосредоточились на абстрактных, опять же скорее литературных струнах русской души. Маститые же архитекторы по большей части сделали ставку на иронию разной степени горечи и на воспоминания о своих проектах (что неудивительно, ведь их просили рассказать о генокоде собственного творчества); кажется, один Сергей Чобан показал что-то, похожее на поиск особой пластики, впрочем, в описании он говорит о Пскове и Новгороде, а объект парадоксально похож на капитель Голосова.

Почти никто не стал искать актуальную идентичность в авангарде, как призывали делать кураторы. Это был, вероятно, единственный способ срастить между собой две очень разные темы фестиваля. Об идентичности можно говорить бесконечно, она бывает личная, творческая, национальная, государственная. Странно говорить об имперской идентичности, империя по определению должна бы претендовать на глобальность, а не на идентичность, однако же и такие чудаки находятся в немалом числе. Об архитектурной же национальной идентичности известно, что и русская, и все другие европейские культуры искали ее в XIX и в начале XX века, откликаясь на призыв романтиков, и преимущественно в средневековых образцах. Поиски закончились с появлением авангарда, который заменил национальное глобальным, а всеобщее личным-творческим. Именно поэтому искать национальную идентичность в авангарде по меньшей мере странно. Можно предположить только один адекватный путь: так как авангард делает главной личность и волю художника-творца (см., к примеру, Кандинского, но и не только его), то идентичность надо искать в себе. Но тогда при чем тут национальное? Это объясняет иронию многих объектов на тему.

Теорию же, предложенную Асадовыми, которые обнаружили в русской истории «пять авангардов», начиная с князя Владимира, раскритиковали уже без меня, но мне кажется, тут необходимо кое-что добавить. Эта версия русской архитектурной идентичности выглядит как гибрид романтических поисков историзма – и вынужденной необходимости искать в истории не просто идентичность, а хорошую идентичность. Как если бы академику Солнцеву объяснили, что помимо Теремного дворца есть еще авангард, и он намного чище, народнее, возрождать надо именно его, чтобы прильнуть к источнику. Словом, русские культурные люди сейчас если не знают, то чувствуют: есть плохая идентичность, имперская, псевдо-русская, а есть – хорошая, авангардная, и время от времени, нет-нет да и прорывается надежда на то, что эта, вторая, хорошая идентичность нас спасет от первой, плохой.

Вообще говоря, довольно абсурдное суждение. На «Зодчестве» традиционно присутствует доля абсурда, она не покидает его, как родного; но на этот раз мне показалось, что ее еще и намеренно несколько усилили. И впрямь, кто в здравом уме поверит, что Кижи – это авангард, только потому, что Петр в 1714 году запретил каменное строительство? Да и Путин с Лениным улыбаются как-то странно. И Богородица на картине Петрова-Водкина всплескивает руками в вечном изумлении. Чем страньше – тем лучше.
Влад Савинкин и Владимир Кузьмин собрали макет деревянного зиккурата, построенного ими в этом году в Никола-Ленивце, из трубочек для газировки. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
«АрхСтояние». Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Макет Преображенской церкви для выставки деревянного зодчества был доставлен из музея Кижи в Москву на вертолете. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру


0

19 Декабря 2014

author pht

Автор текста:

Юлия Тарабарина
comments powered by HyperComments

Статьи по теме: Зодчество 2014

В будущее с надеждой
Итоги спецпроекта «Будущее. Метод» на фестивале «Зодчество»–2014 подводят его куратор Оскар Мамлеев и студенты – участники проекта.
Загадки русской души
Участникам фестиваля «Зодчество» удалось перевести его опасную тему – идентичность, в единственно адекватную плоскость: нервной рефлексии на грани абсурда. Сохранив невозмутимое выражение лица.
Антон Шаталов: «В Сибири для пассионариев наилучшая...
Куратор выставки «Прошлое, настоящее и будущее Красноярска» – о городе, который находится сейчас «на этапе социальной эволюции, когда людям предоставляется безграничный выбор возможностей для проявления себя».
Владислав Кирпичев: «Мы все живем запахами из детства»
Говоря о своей экспозиции на «Зодчестве» 2014, глава школы EDAS Владислав Кирпичев признался, что не делал попыток вписаться в тему фестиваля («актуальное идентичное»), – и между тем, кажется, сказал о ней очень многое.

Технологии и материалы

Condair – партнёр архитекторов
Награждать архитекторов деловыми профессиональными поездками мы решили на постоянной основе. Это даст возможность архитекторам совершенствоваться, получать новые знания и посмотреть на мир с позиции людей, создающих качественный воздух в архитектурных пространствах.
Life Challenge 2020: проекты российских архитекторов борются...
Стартовал международный конкурс Baumit на лучшие европейские фасады Life Challenge 2020, в котором принимают участие более 300 работ из 25 стран. Раз в два года профессиональное жюри выбирает самый яркий и неповторимый проект. В этом году за престижную премию будут бороться российские архитекторы. С февраля по апрель также проходит открытое голосование за лучшее оформление здания.
ArchYouth-2020: объявлены победители III сезона
Каждый из победителей детально разобрался в тонкостях остекления своего проекта, правильно рассчитал формулы стеклопакетов, подобрал стёкла и профильные системы.
Английский кирпич в московских Кадашах
Кирпич IBSTOCK Bristol Brown A0628A, привезенный компанией «Кирилл» прямо из Великобритании для фасадов ЖК «Монополист» в Кадашах, стал для комплекса, нового, но вписанного в контекст и расположенного рядом с известнейшим шедевром конца XVII века, основой для сдержанно-историчной и в то же время современной образности.
Измеряй и фиксируй
Лазерный сканер Leica BLK360 – самый компактный из существующих, но в то же время достаточно мощный: за короткое время с его помощью можно провести высокоточные обмеры и создать 3D-модель объекта. Как прибор, который легко помещается в рюкзак или сумку, ускоряет процесс проектирования, снижает риски и помогает экономить – в нашем материале.

Сейчас на главной

Паломничество в страну ар-деко
В ЖК «Маленькая Франция» на 20-й линии Васильевского острова Степан Липгарт собеседует с автором Нового Эрмитажа, мастерами Серебряного века и советского ар-деко на интересные профессиональные темы: дом с курдонером в историческом Петербурге, баланс стены и витража в архитектонике фасада. Перед вами результаты этой виртуальной беседы.
Дом в порту
Жилой комплекс на Двинской улице – первый случай современной архитектуры на Гутуевском острове. Бюро «А.Лен» подробно исследует контекст и создает ориентир для дальнейших преобразований района.
Дюжина видео-каналов в спину карантинному времени
Все вокруг советуют, как провести период изоляции с пользой. Мы собрали для вас YouTube-каналы, которые помогут не только скоротать время, но и узнать что-то новое, полезное – 12 об архитектуре, и еще несколько просто интересных. И БГ, если кто не видел.
Вместо плаца – парк
Архитекторы ChartierDalix приспособили исторические казармы Лурсин для юридического факультета университета Париж I: главную роль там играет созданный на месте плаца парк.
Взлетная полоса
Проект-победитель конкурса Малых городов для Гатчины: линейный парк в большом микрорайоне и возвращение памяти о первом военном аэродроме России.
Градсовет удалённо / 25.03.2020
Градсовет впервые за историю своего существования работал дистанционно: обсуждали «готичный» бизнес-центр и эскиз жилого комплекса на севере города. Мы попытались подготовить удаленный же репортаж и заодно расспросить петербургских архитекторов о работе он-лайн.
Жилье с поддержкой
Комплекс MLK1101 в Лос-Анджелесе по проекту Lorcan O’Herlihy Architects – это жилье для бездомных ветеранов вооруженных сил, «хронических» бездомных и семей без места жительства.
Баланс уплотнения
Мастерская Анатолия Столярчука проектирует дом, который вынужденно доминирует над окружающей застройкой, но стремится привести сложившуюся среду к гармонии и развитию.
Сечение «Армады»
Клубный дом в историческом центре Екатеринбурга превращает разновысотность в основу образа: скос его силуэта созвучен скатным кровлям старых зданий, но он же становится ярким и современным пластическим акцентом.
Умер Майкл Соркин
Скончался американский архитектор, урбанист и публицист Майкл Соркин – второй, после Витторио Греготти, крупный архитектурный деятель, ставший жертвой коронавируса.
Александра Черткова: «Для нас принципиально важно...
В преддверии выставки «Город: детали», которая должна была открыться сегодня на ВДНХ, а теперь перенеслась на неопределенный срок, архитектор и партнер бюро «Дружба» Александра Черткова рассказала об основных принципах создания комфортного пространства для детей, ключевых трендах в проектировании детских площадок, а также о том, как москвичи принимают участие в городском развитии.
Очевидные неочевидности на улицах Нью-Йорка
Публикуем 7 главок из новой книги Strelka Press «Код города. 100 наблюдений, которые помогут понять город» Анне Миколайт и Морица Пюркхауэра – собрания замеченных авторами закономерностей, которые пригодятся при проектировании городской среды.
Каменная мозаика
Универмаг Galleria по проекту бюро OMA в южнокорейском Квангё получил «мозаичный» фасад из 12 000 гранитных и 2500 стеклянных треугольников.
Салют Кикоину!
Проект-победитель конкурса Малых городов для Новоуральска прославляет знаменитого физика, а также превращает бульвар на окраине в одно из главных общественных пространств.
WAF: «Оскар», но архитектурный
Говорим с авторами трех проектов, собравших награды WAF: редевелопента Бадаевского завода – Herzog & de Meuron, ЖК «Комфорт Таун» – Архиматика, и Парка будущих поколений в Якутске – ATRIUM.
Лестница без конца
Берлинское бюро Barkow Leibinger создало декорации для постановки оперы «Фиделио» Людвига ван Бетховена в венском Театре ан дер Вин. Режиссер – Кристоф Вальц, дважды лауреат «Оскара» за роли в фильмах Квентина Тарантино.
Пресса: Выживет ли урбанистика в России
Урбанистика сегодня в России — синоним воровства. Если человек посадил дерево или построил дом, то понятно зачем. Чтобы стибрить, вот зачем. Отсюда вопрос об урбанизме в России будущего — по крайней мере, если мы исходим из надежды, что дальше должно быть как-то лучше,— решается однозначно: его не будет <...>
Мрамор среди домн
Библиотека Люксембургского университета на территории бывшего сталелитейного завода – это перестроенное мастерской Valentiny Hvp Architects хранилище для руды.
Ключевое слово: «телеработа»
Архитекторы, профильные СМИ и вузы по всему миру реагируют на ситуацию пандемии, пытаясь обезопасить сотрудников и студентов, сохранив учебный и рабочий процесс. Говорим с руководителями нескольких московских бюро об их планах удаленной работы, а также рассказываем, как реагируют на эпидемию архитекторы мира.
Дискуссия о Дворце пионеров
Публикуем концепцию комплексного обновления московского Дворца Пионеров Феликса Новикова и Ильи Заливухина, и рассказываем о его обсуждении в Большом зале Москомархитектуры 4 марта.
«Дом бездомных»
Католический приют для социально незащищенных людей в деревне на юго-востоке Польши построен по проекту бюро xystudio с бережным отношением к окружающей среде.
Драгоценное пространство
Evotion design и T+T architects сообщили о завершении интерьера штаб-квартиры Сбербанка на Кутузовском проспекте. В центре атриума здесь парит переговорная-«Диамант», и все похоже на шкатулку с драгоценностями, в том числе высокотехнологичными.
Берег Дона
Проект из числа победителей конкурса Малых городов посвящен благоустройству берега реки Дон в промышленой части городка Данков, небольшого, но экономически успешного.
Реконструкция с чувством
Перед стартом курса МАРШ Re(New), слушатели которого будут работать со зданиями Хлопкопрядильной фабрики, куратор Дарья Минеева рассуждает о смысле и путях реконструкции.
Живописное жилье
В новом нью-йоркском комплексе Denizen Bushwick – 900 квартир, из которых 20% доступных, а высокую плотность смягчает монументальное искусство, озеленение и разнообразная инфраструктура. Авторы проекта – бюро ODA.
Верста на соляных берегах
Пешеходный маршрут с уклоном в туризм и исторические реконструкции, но не без спорта: проект-победитель конкурса Малых городов для Соликамска.
Большая маленькая победа
В небольшой по масштабу школе в Домодедове бюро ASADOV_ мастерски справилось с ограничениями в виде скромного бюджета и жестких лимитов площади, спроектировав светлые классы, гуманные рекреации и даже многосветный атриум с амфитеатром, ставший центром школьной жизни.
Чандигарх: фрагменты модернистской утопии
Публикуем фотографии и эссе Роберто Конте об архитектуре Чандигарха – от прославленного Капитолия Ле Корбюзье до менее известных жилых домов, кинотеатров, вузовских корпусов авторства его соратников и последователей.
Здание как Интернет
В культурно-общественном центре Forum Groningen по проекту NL Architects на севере Нидерландов можно бродить и находить информацию по всем областям знаний так же свободно, как во Всемирной сети.
Высокая горка
Начинаем публикацию проектов, победивших в конкурсе «Исторические поселения и малые города». Первый присланный – проект для Новохопёрска. Он соединяет две части города, вписан в пешеходные маршруты и эффектно использует ландшафтные красоты.
АБ Крупный план: «Важно, чтобы форма не была случайной,...
Беседа с Сергеем Никешкиным и Андреем Михайловым, партнерами-сооснователями архитектурно-инжиниринговой компании «Крупный план» – о ее структуре и истории развития, принципах, поиске формы и понятии современности.
Коворкинг под вуалью
Бюро Cano Lasso Arquitectos дало фасаду лондонского коворкинга полимерную «вуаль», а интерьер превратило в фантастический ландшафт – в соответствии с идеями заказчика, борющейся со скукой арендаторов компании Second Home.
Искушение традицией
В вилле по проекту Simone Subissati Architects в итальянской области Марке соединены геометрия традиционных сельских домов и идеи радикальной архитектуры 1970-х.
Градсовет 4.03.2020
Как паркинг привел к разговору об энергоэффективности, а памятник Федору Ушакову поднял проблему восстановления собора.
Социо-биология ландшафта
Список новых типологий общественных пространств и объектов вновь пополнился благодаря бюро Wowhaus. На этот раз команда предложила кардинально новый для России подход к созданию места общения людей и животных
Старое и новое на техасском солнце
Промышленный комплекс начала XX века в пригороде столицы Техаса Остина, сохранив свой облик, вместил после реконструкции по проекту бюро Cushing Terrell рестораны, магазины, учреждения сервиса и общественные пространства.