Загадки русской души

Участникам фестиваля «Зодчество» удалось перевести его опасную тему – идентичность, в единственно адекватную плоскость: нервной рефлексии на грани абсурда. Сохранив невозмутимое выражение лица.

author pht

Автор текста:
Юлия Тарабарина

19 Декабря 2014
mainImg
Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Вдали в центре, светится – павильон Крыма (Курортград), сооружение посвящено архитектору Борису Белозерскому. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Алиса:
– Да и Вы, простите, как-то странно улыбаетесь.
Улыбка кота:
– Стал бы нормальный кот улыбаться, да…
Алиса в стране чудес. Люис Кэрролл / перевод Нины Демура / радиопьеса 1976

Вчера с Гостином дворе открылся фестиваль «Зодчество», закроется он завтра, – уже несколько лет подряд фестиваль длится не четыре, а три дня, так что смотреть его надо быстро.

Фестиваль открывал министр Мединский, при входе улыбаются Ленин и Путин, Хрущев машет башмаком, дальше встречаются «домнаш» и «крымнаш», да и тема – идентичность. Словом, я шла туда в испуге, хотя не без подготовки: всю осень мы опрашивали кураторов спецпроектов об их замыслах. А посетителей мало; кто-то уже назвал фестиваль полупустым. Людей как будто бы с каждым годом их становится все меньше, несмотря на бесплатный вход. А зря. Потому что кураторам, братьям Асадовым, несмотря на их неожиданные представления как об авангарде, так и об идентичности, удалось очень хорошо организовать пространство выставки, что с «Зодчеством» случается не так часто.
Стенд КГА Петербурга. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

В этом году пространство выставки стало гибридом ячеек, несколько лет назад предложенных Юрием Аввакумовым в попытке размерно-пропорциональным способом превратить «Зодчество» в биеннале, – и лабиринта, которым фестиваль был всегда. Гостиный двор заполнен рамками стендов, невысокими, но массивной толщины, выстроенными базиликально вдоль широкого главного нефа, пересекаемого широким же «трансептом». Снаружи стены в основном светло-серые, на них в коридорах между павильонами размещены выставки кураторской программы, внутри – области и ведомства, хотя ближе к концу эта логика меняется. Но – светло, просторно и почти не заметны как слишком пластмассовые выставки, так и пятна китчевой роскоши.

Легкость атмосферы с успехом поддерживают два главных стенда – Москвы и Петербурга: все мы помним ковры, светящиеся полы и прочие дорогие-эффектные затеи; сейчас же московский стенд, посвященный конкурсу Москвы-реки, отделан фанерой, а украшает его макет реки, который институт Генплана уже показывал на «Зодчестве» в прошлом году. Стенд петербургского КГА надо признать лучшим их всех областных и городских: в нем построен очень обобщенный и непафосный, но крупный, по пояса макет центра города. Посетитель бродит между лаконичными тумбами-домами, и может записать на них красным фломастером свои размышления о разных местах; кое-что, для ориентации, уже написано, а собранную на выставке информацию обещают передать прямо в КГА. Интерактив, признаться, никакой, а аттракцион – приятный.
Стенд КГА Петербурга. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
 
Проект Эдуарда Кубенского «Узорник русского авангарда»: каледоскопы можно набирать и покупать собственный набор цветных плашек. Черные – «Черный квадрат», желтые – «майка Маяковского», розовые пирамиды – Мавзолей. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Кураторы обещали, что тематических выставок будет больше, чем когда-либо, и не обманули. Половина из них оказались планшетами на стенах, зато вторая половина развернулась не на шутку. Но начать нужно с темы фестиваля. Ее выбирали коллегиально, и как это бывает, договориться не смогли, – получилось, что «Зодчество» посвящено по меньшей мере одновременно столетию авангарда и поискам идентичности русской архитектуры.

Две фестивальные темы, авангард и идентичность, сосуществуют в центральном пространстве выставки параллельно и совершенно по-разному. Все, что касается авангарда и модернизма, больше похоже на каталог-путеводитель и ощутимо относится к просвещению публики по части истории архитектурного направления, у которого случился юбилей. Фрагменты каталога разбавлены рядом основательных черных киосков, представляющих каждый – один объект послевоенного модернизма и проектом-перформансом Эдуарда Кубенского, где посетителей развлекают калейдоскопами из фигурок «черного квадрата», «майки Маяковского», «окошек Мельникова» и множества других: калейдоскопы можно собирать по вкусу и покупать на память.
Проект Эдуарда Кубенского «Узорник русского авангарда». Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Андрей Костанда, 1 курс МАРШ. Простодушность. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

По сравнению с уже почти разложенным по клеточкам авангардом идентичность – вещь спорная: никто толком не знает, что это такое, хотя многие ее ищут: кто-то свою личную, творческую; кто-то национальную и государственную. Эти последние особенно настораживают: фестиваль уже обвиняли в политизации и возможно не зря. Однако: раньше, на всех прежних «Зодчествах» присутствовали и были очень заметны фрагменты сермяжно-позолоченной самобытности – то казаки, то избушки, – а сейчас ничего подобного почти что нет или во всяком случае не заметно.

Заданный поиск таинственной художественной идентичности получился как-то на удивление правильно, в духе терзаний русской литературы – а это единственный нормальный путь для данной болезненной темы. Вся идентичность ушла в объекты и прекрасно там себя чувствует. Лучшей коллекцией объектов стала – тут я присоединюсь к мнению Юрия Аввакумова, высказанному вчера в фб, – выставка студентов и выпускников школы МАРШ, проект, вынырнувший ниоткуда, почему-то не заявленный заранее среди спецпроектов, хотя заметно, что его готовили: все макеты одного размера и прекрасно раскрывают русскую душу.

Вот, скажем, Андрей Костанда, 1 курс магистратуры, «Простодушность» – лес хаотически расставленных одинаковых палочек, в центре поменьше (все убежали со сцены?), по краям побольше: «символизирует простоту в характере русского человека, но трудно считывается другими народами». Михаил Микадзе, тоже 1 курс, «Становление», призван отразить «…хронически незавершенное состояние российской архитектуры и формализацию отношения управляющих к управляемым» – макет строительных лесов. Мария Куркова – «Забор в Европу». Наталья Саблина: павильон «символизирует прозрачную, но запутанную тонкую организацию души русского человека».
Михаил Микадзе, 1 курс МАРШ. Становление. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Мария Куркова, 1 курс МАРШ. Забор в Европу. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Наталья Саблина, 1 курс МАРШ. Граница между. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Наталья Воинова, Илья Мукосей, архитектурная студия ПланАР. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Замечательным получился проект Елены Петуховой – ей удалось не только собрать видео-суждения многих известных архитекторов о «генетическом коде» их творчества, но и – каждый или почти каждый участник проекта проиллюстрировал свой взгляд объектом-инсталляцией; часть из них создана специально для выставки. Веренице объектов тесно в коридоре между павильонами, они выплескиваются наружу, и от этого не все заметны. Самый незаметный, но на мой взгляд один из лучших – Ильи Мукосея и Натальи Воиновой, стоит перед входом. Зрителю предлагается «чтобы увидеть национальную архитектурную идентичность, внимательно смотреть в центр квадрата в течение 20 секунд, если эффект не достигнут, сделать небольшую паузу и повторить». Вот попросили бы смотреть в центр черного квадрата – не было бы ни смешно, ни интересно. А так – чрезмерная ирония понятна хотя бы потому, что Илья Мукосей ещё летом сам занимался подобной темой – как куратор конкурса «Русский характер», для микрорайона Мортон-Град.
Иван Кожин, «Студия 44». Идентичность. 5 литров. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Все объекты совершенно прекрасны, но после пустого места самые забавные из них – банка соленых огурцов: «Идентичность. Пять литров» Никиты Явейна и золотой топор от Юлия Борисова. Самый загадочный – мутная спиральная сфера, обобщенный купол Василия Блаженного от Алексея Левчука и Владимира Фролова; и если бы не сомнительное утверждение авторов о том, что спиралевидный выпуклый орнамент украшал купола русских церквей в XVI веке (хоть бы спросили кого-нибудь, таких известных примеров совсем немного, точнее один-два), то объект с его запахом клея был бы, надо думать, совершенен.
Алексей Левчук, Владимир Фролов. Сфера. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Юлий Борисов. «Первопричина». Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Объект Левона Айрапетова и Валерии Преображенской. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Сергей Чобан. SPEECH. «Деталь. Псковский кремль. XVI век». Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Объект Веры Бутко и Антона Надточего по мотивам проекта «Земля Олонхо». Чороны (вверху) – подарок из Якутска. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Верхняя часть колонны Максима Атаянца. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Нижняя часть колонны Максима Атаянца. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Объект Андрея Бокова: прялки из личной коллекции. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Объект Дмитрия Буша. Проект «Генетический код» Елены Петуховой. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Андрей и Никита Асадовы. Шуховская башня в виде фонтана дегтя. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Сами кураторы, Андрей и Никита Асадовы, добавили запахов в образ русской идентичности, водрузив в «своей» части экспозиции модель Шуховской башни, из верхушки которой бьет деготь, изображающий, надо думать, нефть. Точно такую же модель башни, только ледяную, братья показывали на Арх Москве летом; видимо зимой актуально что-то горючее. А и то: есть в башне что-то от нефтяной вышки, да и Шухов, как все теперь знают, проектировал в своей время нефтяные резервуары вроде того, в котором сидел товарищ Сухов с женщинами Востока. Деревянный чурбачок и шелковый платок с намеком на алмазы дополняют башню до триады, а на стене написано еще много триад, надо думать, раскрывающих русскую душу, но произвольных, к примеру: оловянный–деревянный–стеклянный.
Проект школы EDAS Владислава Кирпичёва. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру

Бросается в глаза то, что подавляющее большинство авторов не стали искать «актуальную идентичность» в авангарде. Студенты сосредоточились на абстрактных, опять же скорее литературных струнах русской души. Маститые же архитекторы по большей части сделали ставку на иронию разной степени горечи и на воспоминания о своих проектах (что неудивительно, ведь их просили рассказать о генокоде собственного творчества); кажется, один Сергей Чобан показал что-то, похожее на поиск особой пластики, впрочем, в описании он говорит о Пскове и Новгороде, а объект парадоксально похож на капитель Голосова.

Почти никто не стал искать актуальную идентичность в авангарде, как призывали делать кураторы. Это был, вероятно, единственный способ срастить между собой две очень разные темы фестиваля. Об идентичности можно говорить бесконечно, она бывает личная, творческая, национальная, государственная. Странно говорить об имперской идентичности, империя по определению должна бы претендовать на глобальность, а не на идентичность, однако же и такие чудаки находятся в немалом числе. Об архитектурной же национальной идентичности известно, что и русская, и все другие европейские культуры искали ее в XIX и в начале XX века, откликаясь на призыв романтиков, и преимущественно в средневековых образцах. Поиски закончились с появлением авангарда, который заменил национальное глобальным, а всеобщее личным-творческим. Именно поэтому искать национальную идентичность в авангарде по меньшей мере странно. Можно предположить только один адекватный путь: так как авангард делает главной личность и волю художника-творца (см., к примеру, Кандинского, но и не только его), то идентичность надо искать в себе. Но тогда при чем тут национальное? Это объясняет иронию многих объектов на тему.

Теорию же, предложенную Асадовыми, которые обнаружили в русской истории «пять авангардов», начиная с князя Владимира, раскритиковали уже без меня, но мне кажется, тут необходимо кое-что добавить. Эта версия русской архитектурной идентичности выглядит как гибрид романтических поисков историзма – и вынужденной необходимости искать в истории не просто идентичность, а хорошую идентичность. Как если бы академику Солнцеву объяснили, что помимо Теремного дворца есть еще авангард, и он намного чище, народнее, возрождать надо именно его, чтобы прильнуть к источнику. Словом, русские культурные люди сейчас если не знают, то чувствуют: есть плохая идентичность, имперская, псевдо-русская, а есть – хорошая, авангардная, и время от времени, нет-нет да и прорывается надежда на то, что эта, вторая, хорошая идентичность нас спасет от первой, плохой.

Вообще говоря, довольно абсурдное суждение. На «Зодчестве» традиционно присутствует доля абсурда, она не покидает его, как родного; но на этот раз мне показалось, что ее еще и намеренно несколько усилили. И впрямь, кто в здравом уме поверит, что Кижи – это авангард, только потому, что Петр в 1714 году запретил каменное строительство? Да и Путин с Лениным улыбаются как-то странно. И Богородица на картине Петрова-Водкина всплескивает руками в вечном изумлении. Чем страньше – тем лучше.
Влад Савинкин и Владимир Кузьмин собрали макет деревянного зиккурата, построенного ими в этом году в Никола-Ленивце, из трубочек для газировки. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
«АрхСтояние». Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру
Макет Преображенской церкви для выставки деревянного зодчества был доставлен из музея Кижи в Москву на вертолете. Фестиваль «Зодчество» 2014. Фотография © Юлия Тарабарина, Архи.ру


19 Декабря 2014

author pht

Автор текста:

Юлия Тарабарина
comments powered by HyperComments

Статьи по теме: Зодчество 2014

В будущее с надеждой
Итоги спецпроекта «Будущее. Метод» на фестивале «Зодчество»–2014 подводят его куратор Оскар Мамлеев и студенты – участники проекта.
Загадки русской души
Участникам фестиваля «Зодчество» удалось перевести его опасную тему – идентичность, в единственно адекватную плоскость: нервной рефлексии на грани абсурда. Сохранив невозмутимое выражение лица.
Антон Шаталов: «В Сибири для пассионариев наилучшая...
Куратор выставки «Прошлое, настоящее и будущее Красноярска» – о городе, который находится сейчас «на этапе социальной эволюции, когда людям предоставляется безграничный выбор возможностей для проявления себя».
Владислав Кирпичев: «Мы все живем запахами из детства»
Говоря о своей экспозиции на «Зодчестве» 2014, глава школы EDAS Владислав Кирпичев признался, что не делал попыток вписаться в тему фестиваля («актуальное идентичное»), – и между тем, кажется, сказал о ней очень многое.

Технологии и материалы

«Тихий рассвет» – цвет года по версии AkzoNobel
Созданный по итогам масштабных исследований цветовых трендов, проводящихся экспертами со всего мира, этот цвет призван запечатлеть суть того, что делает нас более человечными на заре нового десятилетия.
Разреши себе творить
Бренд DULUX выпустил новую линейку инновационных красок «Легко обновить». В нее вошло всего три продукта, но с их помощью можно преобразить весь дом или квартиру самостоятельно и всего за несколько часов.
Архитекторы из Томска создали мультикомфорт на международном...
По итогам международного архитектурного конкурса «Мультикомфорт от Сен-Гобен» проект российских студентов был отмечен специальным призом. Россия участвует в мероприятии в 8-й раз, но награду получила впервые. Рассказываем, как команде из Томска удалось реализовать концепцию мультикомфортного жилья и чем важен этот конкурс.
Tejas Borja. Революция в керамической черепице
Уникальность производства керамики Tejas Borja – в применении технологии цифровой струйной печати на поверхности черепицы, которая позволяет получить полную имитацию природных материалов: сланца, камня, дерева, цемента, мрамора и других.
Свет и тень
Панели из фиброцемента EQUITONE [linea] – современный материал, который способен вдохновить на творческий эксперимент. Он создан архитекторами, и его главные свойства: контрастная фактура, тактильность и долговечность.
Ключевой элемент
Специально для ЖК «Садовые кварталы» компания «ОртОст-Фасад» разработала материал, сочетающий силу стеклофибробетона и эстетику кирпича. Рассказываем о его особенностях и достоинствах на примере трех новых реализованных корпусов.
Живой дизайн для фасадов
Скучные однообразные фасадные решения уходят в прошлое с появлением новых дизайнерских решений от RHEINZINK: с разнообразием привлекательных вариантов дизайна любая поверхность теперь становится многомерным, несомненно, привлекающим внимание, зрелищем.

Сейчас на главной

Космический ветер
Построенный по проекту бюро ASADOV аэропорт «Гагарин» сочетает выверенную планировочную структуру и культурную программу с авторскими решениями – архитектурным и дизайнерским, в которых угадывается ностальгия по тем временам, когда наша страна шла в светлое будущее и космос был частью жизни каждого.
Пресса: Как в город вернется производство
В том, что постиндустриальный город ничего не производит, есть нечто тревожное. Понятно, что он производит знания и услуги, понятно, что он производит много чего для себя (поэтому пищевая промышленность в Москве даже растет), но как же без всего остального?
Укрупнение
В Гостином дворе открылся очередной фестиваль «Зодчество». Под октябрьским московским солнцем спорят между собой две тенденции: прекрасного будущего и великолепного настоящего.
Между городом и вузом
В Аделаиде на юге Австралии появилась первая постройка Snøhetta на этом континенте: университетский спорткомплекс с актовым залом и открытыми лестницами-трибунами.
«Вечность» переставит всё местами
Куратором «Зодчества» 2020 года назван Эдуард Кубенский с темой «Вечность», об этом сообщил сегодня на пресс-конференции президент САР Николай Шумаков. Программа звучит смело, читайте в нашем материале.
Решетчатая «опора»
Энергоэффективное офисное здание oxxeo с несущим фасадом, одновременно работающим как солнцезащитный экран: проект Rafael de La-Hoz Arquitectos на севере Мадрида.
«Стальная змея»
Основная часть Северного вокзала Кёге, нового транспортного узла для Большого Копенгагена, – это 225-метровый пешеходный мост через шоссе и железнодорожные пути. Авторы проекта – DISSING+WEITLING architecture и COBE.
МАРШ: Fuck Context
Под руководством Наринэ Тютчевой и Екатерины Ровновой бакалавры 2018/2019 учебного года формируют свое отношение к контексту, исследуя Трехгорную мануфактуру.
И вновь о прожиточном минимуме
«Экономичное», но качественное жилье во Франкфурте-на-Майне по образцовому проекту schneider+schumacher рассчитано на арендную плату на треть ниже среднерыночной ставки в этом городе.
Наследие, экология и очень, очень плохие архитекторы
Рассматриваем восемь работ воркшопов, проведенных на «Открытом городе» и один особенно понравившийся дипломный проект студии Евгения Асса. Многие проекты затрагивают актуальные и болезненные темы современности.
Семь рецептов успеха
Участники марафона «Свое бюро» в рамках «Открытого города» рассказали/умолчали о своих удачах/неудачах. На основе их выступлений мы сформулировали семь рецептов, которые точно помогут начать карьеру.
«Скромный шедевр»
Социальный малоэтажный комплекс на сотню семей в Норидже по проекту бюро Mikhail Riches и Кэти Холи получил премию Стерлинга как лучшее здание Британии 2019 года, уникальный дом из пробки награжден как лучший небольшой проект, а национальная железнодорожная компания – как лучший заказчик.
Видный дом
Art View House на открыточном «перекрестке» Мойки и Крюкова канала – еще один эксперимент бюро «Евгений Герасимов и партнеры» с неоклассикой, а также аккуратное завершение архитектурной панорамы в центре города.
Внимание деталям
Почти 150 идей для улучшения городской среды предложили дизайнеры-участники конкурса в рамках выставки «Город: детали», которая прошла в Москве на прошлой неделе. Представляем лучшие из них.
Пресса: Как все превратится в курорт
Если вы посмотрите на мировые проекты благоустройства, то увидите: все составляющие остроту города элементы — канализация, отопление, водопровод, метро, миллионы километров проводов, автомобили, грузовики, склады, больницы, морги, милиция, военные, — все это спрятано ...
Внутренний город
Два дома на территории бывшего завода «Рассвет» – пример тонкой работы с контекстом, формой и, главное, внутренней структурой апартаментов, которая стала, без преувеличения, уникальной для современной Москвы. Они уже неплохо известны профессиональной общественности. Рассматриваем подробно.
«Оптимистическая профессия»
Дублинское бюро Grafton награждено Золотой медалью RIBA. Его основательницы, Шелли МакНамара и Ивонн Фаррелл, курировали венецианскую биеннале архитектуры-2018, а в 2008 стали первыми лауреатами гран-при WAF.
Юбилейное ожерелье
Главная площадь Якутска будет преобразована по проекту консорциума под лидерством ТПО «Резерв». Представляем проекты победителя и призеров недавно завершившегося конкурса.
«Если проанализировать их сходство, становится ясно:...
Кураторы выставки о Джузеппе Терраньи и Илье Голосове в московском Музее архитектуры Анна Вяземцева и Алессандро Де Маджистрис – о том, как миф о копировании домом «Новокомум» в Комо композиции клуба имени Зуева скрывает под собой важные сюжеты об архитектуре, политике, обмене идеями в довоенной и даже послевоенной Европе.
Экстравертный интроверт
Построив в Люблино фитнес-клуб La Salute (в переводе с итальянского «здоровье»), архитекторы бюро ASADOV оздоровили жизнь района, принесли в стандартное окружение авторскую архитектуру и полезные функции. Выразительная тектоника здания подчеркнула спортивную устремленность.
Архи-события: 30 сентября–6 октября
Интерактивная выставка-презентация «Город: детали», два новых лекционных курса в Музее архитектуры, ежегодная конференция об архитектурном образовании и карьере «Открытый город».
Пресса: Последний из главных
Президент Российской академии архитектуры и строительных наук Александр Кузьмин скончался в больнице в ночь на пятницу на 69-м году жизни. О нем — Григорий Ревзин.
Умер Александр Кузьмин
Сегодня ночью не стало Александра Викторовича Кузьмина, президента Российской академии архитектуры и строительных наук, с 1996 по 2012 годы – главного архитектора города Москвы.
Миллионы к миллионам
В Пекине открылся новый аэропорт Дасин по проекту Zaha Hadid Architects и ADP Ingénierie: стартовая «мощность» – 45 млн человек в год, в 2025 – 72 млн, затем – все сто.
Разворот к красоте
Первый приз конкурса Таллинской биеннале на концепцию ревитализации промышленной зоны получила команда российских архитекторов. Авторы разработали генплан, вдохновляясь железнодорожным поворотным кругом, и предложили застройку с «градиентом» приватных и общественных пространств.
Дорога к парку
«Братеевские телепортеры» – навес, который позволил оформить и защитить вход в одноименный парк, и получил недавно спецприз жюри АРХИWOOD. Рассматриваем проект и отчасти – дискуссию экспертов премии вокруг него.
Дом для друзей
Юбилейная, десяти лет от роду, премия АРХИWOOD присудила гран-при Николаю Белоусову за достижения, предложила одну нестандартную номинацию, а главная премия досталась Сергею Мишину за его собственный дом. Рассказываем о победителях и о церемонии.
На реке
Любопытный пример освоения «хипстерской» стилистки в ресторане-дебаркадере, расположенном в центре Ростова-на-Дону: сравнительно лаконичный фасад и крайне насыщенный интерьер.
Как в фотокамере
Недалеко от Осло по проекту BIG построен изогнутый музей-мост – в дополнение к самому крупному в Северной Европе парку скульптур.