Евгений Асс: Работа администрации уже идет, так что в этом смысле школа открыта. Общественная презентация состоится 10 апреля, и это будет первым знаком появления нашей школы на свет. Затем в рамках «Арх-Москвы» состоится еще одна презентация, и с этого момента мы начнем принимать заявления, на основании которых будем отбирать студентов. Ну, и заключительным этапом открытия школы следует, наверно, считать первый день занятий, то есть первое октября.
Архи.ру: Что будет представлять собой МАРШ?
Е.А.: Это магистратура, иными словами, двухлетнее обучение для тех, кто уже обладает степенью бакалавра.
Никита Токарев: Наша школа интегрирована в европейскую систему образования. Интересно что в других областях российского образовании эти процессы происходят уже давно. К примеру, степенью MBA никого не удивишь. А в архитектурной сфере ничего подобного ранее не было. Мы уверены, что пора эту ситуацию менять.
Е.А.: Факт выделения нашей школы в качестве post-graduate структуры сам по себе очень важен. Обычно студенты, получившие диплом бакалавра, по инерции продолжают учиться в тех заведениях, в которых они его получили. А ведь далеко не все из них обладают энергией и должной мотивацией для того, чтобы быть специалистами. Бывает и наоборот: учебное заведение уже не вполне соответствует их устремлениям и амбициям, однако, доучившись до конца шестого года, люди волей не волей получают диплом, как бы вымучив его. Так вот те, кто после четвертого курса считают для себя важным, интересным и ценным получить образование в другом ВУЗе, теперь могут придти учиться к нам. И в этом смысле мы считаем, что наша школа рассчитана на совершенно определенный тип студентов – более мотивированных, более самостоятельных и ответственных.
Если говорить о содержательной составляющей, то мы ориентируемся на те курсы, которые существуют в мире, в частности, в Европе. Мы ориентируемся на довольно широкий спектр авторских программ и планируем привлечь к преподаванию ведущих российских, а в перспективе и зарубежных преподавателей. В общем, мы довольно далеко уходим от той модели образования, которая традиционно применялась в России. В частности, наша образовательная конструкция будет опираться на модульную систему. Это важная инновация для всего российского архитектурного образования.
Н.Т.: Мы взяли за основу программу post-graduate по архитектуре London Metropolitan University (LMU), но сразу поняли, что копировать ее досконально невозможно и не нужно. Оставив формальные признаки – набор предметов, продолжительность курса, – мы адаптировали программу к нашим реалиям. В этом и есть суть затеянного эксперимента: это не полная копия, а со-творчество, на которое университет охотно идет и с интересом наблюдает за тем, что получится.
Архи.ру: А почему было привлечено именно это учебное заведение?
Е.А.: Мы пробовали наладить контакт со многими институциями, и российскими, и зарубежными. Но, как говорится, во всех великих событиях есть элемент случайности. Нашу встречу с замечательным Робертом Маллом, деканом архитектурного факультета LMU, можно считать счастливой случайностью. Он приехал в Москву со студентами, и мы, прознав об этом, назначили ему встречу. Идея о создании школы сразу захватила его, и он легко согласился способствовать ее реализации. Надо отметить, что за LMU я вообще наблюдаю довольно давно. Там преподают два блестящих всемирно известных архитектора – Флориан Бейгл, руководитель Architecture Research Unit, и Рауль Бунсхотен (Raoul Bunschoten), выдающийся архитектор-концептуалист и художник. И если раньше я наблюдал за их деятельностью со стороны, то теперь мы оказались в одной упряжке.
Н.Т.: Важно также сказать о втором партнерстве: наша школа находится в рамках образовательного кластера, который формируется в ArtPlay на базе Британской высшей школы дизайна. В кластер также будут входить школа кино и школа музыки. С нашей точки зрения, это важное обстоятельство – помещение архитектуры в контекст современной визуальной культуры и современных медиа. Мы предусматриваем для студентов возможность пользоваться в процессе учебы теми ресурсами, которые предоставляет кластер. Если человек хочет заниматься фотографией – он может пойти в фотостудию, хочет заниматься моделированием – для это тоже найдутся средства. Если, скажем, для проекта нужно снять видео-ролик, мы поможем студенту найти необходимое оборудование и преподавателя.
Архи.ру: Как давно родилась идея о создании школы и сколько времени потребовалось на ее реализацию?
Н.Т.: Идея у Евгения Асса родилась давно. А с момента начала плотной работы прошло всего 4 месяца. Встреча с Робертом Маллом состоялась в ноябре 2011-го года. С Александром Аврамовым, руководителем Британской школы дизайна, мы повстречались немного раньше, в октябре.
Е.А.: Вообще идея возникла еще 25 лет назад, когда в рамках МАрхИ появилась Мастерская экспериментального учебного проектирования (МЭУП). Это было попыткой создания, пускай и внутри структуры МАрхИ, институции, ориентированной на современные и актуальные методики. Дальше, когда идея мастерской потребовала выхода за пределы МАрхИ, я стал думать о создании нового учебного заведения и разговоры об этом вел с конца 1990-х годов. А реализовать это удалось лишь совсем недавно.
Архи.ру: Вы упомянули МЭУП. Можно ли считать МАРШ преемницей мастерской?
Е.А.: Меня всегда интересовали эксперименты и поиски внутри архитектурного и учебного процессов. На момент своего создания мастерская была очень революционной и новаторской, но она, конечно, далека от тех моделей, которые мы разрабатываем сегодня. Тогда речь шла о том, как изменить программу МАрхИ, приспособив ее к новым реалиям, как изменить структуру образования, уделив особое внимание визуальной культуре и художественной практике. Со временем мастерская развивалась, у нас появилось много новых идей, фактически мы вышли на новые уровни понимания архитектурного образования и так подошли к созданию новой архитектурной школы.
Мастерская была локальным экспериментом внутри большой и довольно инерционной машины института. То, что мы делаем сегодня, это не совсем преемственный продукт, это новый продукт, но он не мог бы состояться без того огромного опыта (20 с лишним лет!), который дала мастерская.
Н.Т.: Теперь мастерская станет одной из проектных студий внутри МАРШа. Так как мы будем работать в школе не только в качестве руководителей, но и в качестве преподавателей, то, конечно, что-то из курса мастерской найдет отражение и в программе нашей студии.
Архи.ру: Каким образом будет осуществляться отбор студентов?
Е.А.: Наличие степени бакалавра – это формальный признак, чтобы быть рассмотренными в качестве претендента. Далее необходимо предоставить портфолио. И уже по результатам отбора портфолио мы будем приглашать людей на собеседование. Никаких ограничений по национальности и гражданству нет. Учиться могут все на общих условиях.
В Европе применяется практика, когда степень бакалавра студент получает в одной области, а на магистра подает в другой. Мы, к сожалению, пока не можем на это пойти. У нас нет уверенности, что за два года можно сделать архитектора из другого специалиста. Но архитектура и сама сегодня разделяется на несколько специальностей: объемное проектирование, градостроительство, дизайн среды, реконструкция и реставрация – и бакалавров всех этих специальностей мы готовы принимать. По окончании нашей магистратуры студенты получат диплом архитектор широкого профиля – post-graduate diploma in architecture.
Н.Т.: Чем шире направление, тем проще найти работу выпускникам. Если мы зададим более узкие рамки, то возможностей трудоустройства будет меньше. Для нас важно познакомить студентов с как можно более широким кругом задач.
Е.А.: Мы предполагаем, что наш курс будет включать все сферы архитектурной деятельности. В частности, будет курс урбанистики, ландшафтной архитектуры, менеджмента и т.д. Иными словами, все необходимые знания для работы в различных сферах архитектуры мы предоставим.
Архи.ру: Можно ли говорить о том, что по сравнению с МАрхИ студенты МАРШа будут обладать более широкими знаниями?
Е.А.: Основное отличие – это углубленный аналитический подход. Наши студенты должны будут серьезно и основательно исследовать окружающую их действительность. Подобное погружение в реальность мы считаем основополагающим для того подхода, который мы исповедуем, и который, мы надеемся, будет укоренен в нашей школе.
Н.Т.: Примерно половина времени, отведенного на курс проектирования, будет посвящена аналитической работе, вторая половина – проектной. Такая пропорция задана английской программой, и мы считаем этот подход правильным. Кроме того, мы предусматриваем большой курс теории и истории, включающий также идеологические и философские предпосылки архитектуры и призванный дать студентам четкое понимание, что архитектура должна быть мотивированной. Особое внимание будет уделено и вопросу интеграции в проектную деятельность усилий разных специалистов. К слову, в российском архитектурном образовании на данный момент нет аналога курсу integrated design study, призванному учитывать вклад в проект каждого из вовлеченных специалистов, будь то конструктор, социолог, транспортник, климатолог и т.д. Студенты в своих дневниках должны фиксировать, что эти люди привнесли в проект, и тем самым обосновывать свои архитектурные решения.
Архи.ру: Насколько сильной будет загруженность студентов?
Е.А.: Загруженность будет довольно большая, но тут надо сразу заметить, что принципиальная особенность нашей школы – очень высокая степень самостоятельности студентов, это апелляция к сознательности и желанию студентов учиться. Я всегда придерживался точки зрения, что архитектуре нельзя научить, но научиться можно. И эту мысль мы продвигаем в нашей школе.
Н.Т.: Семестры в нашей школе будут длится по 15 недель. Таким образом, учебный период будет с октября по май. Средняя загрузка будет составлять 6 академических часов в день. Всего таких «контактных» дней, когда студент получает знания непосредственно от преподавателя, будет 4. Один день остается свободным, но предполагается, что это будет не дополнительный выходной день, а время для самостоятельной работы.
Е.А.: Причем, эта работа должна быть отражена в отчетной документации, то есть в дневниках, которые студенты будут нам сдавать в конце каждого семестра. Увеличению самостоятельности будет также способствовать тот факт, что мы не станем формировать устойчивые учебные группы на весь курс, как это принято в российских ВУЗах. Вместо этого вокруг определенного преподавателя формируются учебные студии сроком на один семестр или год, если речь идет о дипломном проекте. Студенты имеют возможность выбирать преподавателя, но не имеют права оставаться у него же с началом нового семестра.
Н.Т.: Таким образом студенты смогут познакомиться с разными методиками и подходами к архитектуре, с новыми личностями. В перспективе мы хотим, чтобы и другие курсы давали возможность выбора, но это уже организационная задача, сразу ее решить не удается. Однако в дальнейшем курсов по выбору студентов должно стать больше.
Архи.ру: Какие возможности будете давать диплом МАРШ?
Е.А.: Это будет диплом, признанный во всем мире. Соответственно, он позволит студентам начать профессиональную карьеру в любой точке земного шара. Но возможности архитектора зависят не только от диплом, но и от его личных способностей и возможностей. И что касается персональных возможностей, то мы надеемся, что наши выпускники будут прилежными студентами и к моменту окончания школу будут обладать всеми необходимыми навыками для начала карьеры.
Н.Т.: Многие иностранные фирмы, которые работают в России, очень заинтересованы в сотрудниках, которые имели бы диплом западного образца о соответствующем уровне образования и при этом владели бы русским языком и были погружены в российский контекст. KCAP, OMA и прочие компании если и не сражаются за таких сотрудников, то по крайней мере охотно их к себе принимают.
Я думаю, что и в России европейский диплом будет востребован. После вступления в ВТО конкуренция между нашими и зарубежными архитекторами будет только обостряться. А значит, нашим коллегам здесь надо будет искать сотрудников, которые могли бы работать на соответствующем уровне и эту конкуренцию выдерживать.
Архи.ру: К чему надо быть готовым в финансовом плане тем, кто собирается поступать в вашу школу?
Е.А.: Обучение у нас платное. Мы рассчитываем на частные спонсорские влияния, но они скорее всего будут целевыми – на библиотеку, оборудование и т.д., – и гранты для студентов с хорошей успеваемостью. А в целом, все расходы будут покрываться за счет денег, поступающих к нам от студентов. Стоимость пока что еще обсуждается, но в любом случае она едва ли ли будет намного превышать стоимость контрактного обучения в МАрхИ.
Евгений Асс и Никита Токарев
