Сохранение изменений и изменение сохранения

Экспозицией венецианской биеннале, привлекшей особое внимание публики в этом году, стала выставка Cronocaos от обладателя «Золотого Льва» Рема Колхаса и его бюро ОМА. Ее тема — проблема сохранения наследия, которая, несмотря на свою актуальность, совершенно выпала из сферы интересов современных архитекторов и, как напоминают организаторы выставки, впервые поднимается на биеннале со времен «Присутствия прошлого» Портогези — первой венецианской архитектурной выставки, состоявшейся в 1980.

Беседовал:
Тимур Шабаев

mainImg
В отличие от многих других выставок на нынешнем биеннале, создатели Cronocaos не гнались за визуальными эффектами и изысками дизайна, но, наоборот, старалась произвести эффект покинутости и заброшенности, создавая тем самым особую атмосферу для восприятия материала.

Выставка, разместившаяся в бывшем итальянском павильоне (ныне ставшим Палаццо делле Эспозициони) в Джардини, заняла два зала. В первом находится инсталляция из различных артефактов — фотографий мест и зданий, картотек с проектами и текстами, а также мебелью: столами и стульями фашистского периода из Мюнхенского Haus der Kunst (о нем еще будет сказано ниже) и огромной подушки из «дома в Бордо», постройки Колхаса 1998 года, уже (!) получившей от местных властей статус памятника.
Вид экспозиции Cronocaos. Фото © OMA
zooming
Вид экспозиции Cronocaos. Фото предоставлено Тимуром Шабаевым
Второй зал целиком отдан исследовательской части. Подвешенные к потолку шеренги плакатов делили пространство на пять «нефов», посвященных различным темам: современным тенденциям в охране памятников, побочным эффектам сохранения наследия и его «черным дырам» — игнорируемым периодам и объектам. Среди последних особое место заняло наследие модернизма середины 20 века, в первую очередь, массовая застройка, которую сносят сейчас по всей Европе, включая Россию. Несмотря на заявления инициаторов сноса, что эти жилые массивы стали криминогенными зонами, их слишком дорого реконструировать, они не удобны и не нравятся жителям, создатели выставки утверждают, что причина ненависти к архитектуре 1960–1980-х кроется в глубокой зависти к прежней вере в социальные эксперименты. И если сейчас, с ослаблением общественного сектора и расцветом капитализма архитекторы экспериментируют исключительно ради своего продвижения на рынке, то раньше они делали это для блага людей.
Вид экспозиции Cronocaos. Фото предоставлено Тимуром Шабаевым
Также на примере собственных проектов представлены два противоположных подхода к сохранению: не изменять практически ничего, кроме стратегии использования, как в проектах реконструкции аэропорта в Цюрихе или Эрмитажа в Петербурге, или же — на примере проекта для парижского района Дефанс — использовать возможности, которые открывает снос. В этом разделе авторы призывают робота Валли, чтобы очистить планету от «незначительного вселенского мусора» (Insignificant Universal Junk), освободить города из плена неразрешимых проблем и открыть пространство для нового строительства, и в качестве дополнения к Конвенции ЮНЕСКО о Всемирном наследии, предлагают свой собственный документ — Конвенцию о сносе Всемирного Культурного Мусора (Convention Concerning The Demolition Of World Cultural Junk).
zooming
Вид экспозиции Cronocaos. Фото предоставлено Тимуром Шабаевым
Наконец, на противоположной от входа стене располагались сделанные на манер отрывного календаря буклеты с историями различных проектов ОМА, связанных с «сохранением», среди которых можно было найти и конкурсный проект реконструкции парламента Нидерландов 1978 года, и недавние петербургские проекты для Эрмитажа и Апраксина двора, а также совсем свежее предложение по реконструкции исторического комплекса Фондако деи Тедески («Немецкого двора») в Венеции.
 
Вернувшись в Роттердам после поездки на биеннале, я побеседовал с одним из архитекторов ОМА, руководителем проектов Cronocaos и Фондако Ипполито Пестеллини (Ippolito Pestellini) и попросил его ответить на мои вопросы.
 
Тимур Шабаев: Выставка поднимает множество вопросов, связанных с сохранением, но не дает ответов на них. Какова же цель этой выставки и почему она называется Cronocaos?
 
Ипполито Пестеллини: Наша выставка и не ставила перед собой цели дать ответы, она скорее показывает всю неопределенность темы охраны наследия в наши дни, проливает свет на ее различные аспекты. Через собственные проекты мы показываем, как проблемы сохранения могут быть разрешены в различных контекстах, но у нас нет четкого набора правил, как нужно работать с историческим наследием.
Название выставки передает неразбериху, лежащую в основе системы охраны памятников в наши дни, то замешательство по отношению к прошлому, которое сейчас существует в умах. Одна из целей выставки — показать «хронохаотический» эффект сохранения наследия. И здесь я хочу привести в качестве примера один из экспонатов, плакат с фотографией новой улицы американского города, которая, тем не менее, выглядит, как если бы она была построена сто пятьдесят лет назад. Так как на ней находится памятник, нормы предписывали архитекторам новых зданий делать фасады в исторических стилях. В итоге получается размывание границы между новым и старым, и исторический памятник теряет свое реальное значение. Конечно, это всего лишь один из примеров, и «хронохаос» может проявлять себя совершенно по-разному, но все эти проявления могут быть описаны, как отношение между «ностальгией» и «памятью» —рост первой ведет к убыванию второй. Этот конфликт лежит в основе всей теории Рема Колхаса о сохранении наследия.
Экспозиция в первом зале выставки как раз дает примеры такого забвения «памяти», выборочного подхода к прошлому, когда неугодные, не вписывающиеся в «ностальгический» образ воспоминания просто стираются, как например, интерьеры Haus der Kunst в Мюнхене. История этого здания — это попытка стереть память, психологическое сопротивление прошлому. После Второй Мировой войны вся мебель из этого нацистского музея была выброшена, интерьеры выкрасили белой краской, а само здание обсадили деревьями, так, что оно почти перестало быть видно. Своего рода виртуальный снос.
zooming
Вид экспозиции Cronocaos. Фото предоставлено Тимуром Шабаевым
ТШ: Каким образом, на твой взгляд, разрешается конфликт между модернизацией и сохранением в проектах бюро? Как бы ты описал подход ОМА к охране наследия?
 
ИП: Во всех проектах ОМА особо важное значение занимает вопрос аутентичности. Наши проекты, как бы они ни были радикальны и современны, встраиваются в исторический контекст. Но делают они это не подражая контексту, а оставляя свой собственный след, как часть его исторических наслоений. Они создают новый момент истории — это прямая противоположность «хронохаосу». Но я бы не сказал, что существует какой-либо определенный рецепт для сохранения памятников, единый дискурс по этому поводу. Каждый проект ОМА, связанный с историческим наследием, по-разному реагирует на существующие условия и дает разные ответы. Так, в проекте для Эрмитажа модернизация достигнута только с помощью новых кураторских стратегий, без какой-либо перестройки здания, а в проекте реконструкции Фондако здание подвергается довольно сильной трансформации.
Еще один подход к сохранению и трансформации, но только уже на уровне города — это стратегия охраны наследия для Пекина. Рем был очарован типологией традиционных пекинских домов хутун, которые с помощью минимальных средств создают городскую ткань и генерируют очень специфическую и мощную культуру. В итоге, ОМА предложила планировочную схему в виде абстрактной сетки из точек, в которых бы модернизация разрешалась на все 100%, а между ними сохранялась существующая традиционная типология — бедная, но жизнеспособная, способная изменяться и приспосабливаться к новым условиям. И это, как мне кажется, интересный подход к устойчивому развитию города, позволяющий ему как бы воспроизводить себя изнутри, не разрастаясь и не добавляя новых «знаковых» зданий в местах, которые и без того уже <> насыщены.
Еще один вопрос, затрагиваемый выставкой — это законодательство, которое зачастую совершенно не оставляет место для модернизации ни в какой форме. Как в примере с ливийским городом Гадамес, из которого полностью ушла жизнь, после того как он был объявлен объектом наследия ЮНЕСКО, так и в случае с венецианскими палаццо, многие из которых стоят пустыми, поскольку закон запрещает адаптировать их к современным функциям, мы имеем дело с негативными последствиями внедрения в жизнь норм сохранения наследия. Мы считаем, что охранное законодательство нужно менять так, чтобы оно оставляло место для определенной степени вмешательства. Но для этого нужна смелость и высокий уровень ответственности со стороны людей, принимающих решения. Так, наример, вокруг проекта реконструкции Фондако, ведутся дискуссии с участием многих политиков, и мы стараемся убедить их в правильности наших решений.
zooming
Вид экспозиции Cronocaos. Фото предоставлено Тимуром Шабаевым
ТШ: Так что же будет сохранено, а что добавлено в здании Фондако?

ИП: Как и проект для Пекина, Фондако — это сохранение изменений. Вся история здания — это череда разнообразных трансформаций. С 1228 года оно дважды переживало пожар, было несколько раз перестроено в соответствии с нуждами своего времени. Так и сейчас мы адаптируем его к новой функции универмага: изменяем кровлю и создаем там общественную террасу — уникальное пространство для Венеции, своего рода площадь с видом на Гранд-канал; также мы добавляем эскалаторы, которые будут доставлять людей из внутреннего двора на кровлю здания; и, наконец, предлагаем стратегию сноса — освобождаем здание от наименее ценных перегородок, датируемых в основном 1930-ми годами, создавая площади для торговли. При этом, наиболее ценные и сохранные промещения здания – угловые залы останутся абсолютно нетронутыми.  Еще мы предлагаем наполнить универмаг графикой — современным прочтением старой традиции фресок, воспоминанием о том времени, когда здание было полностью покрыто живописью.
zooming
Вид экспозиции Cronocaos. Фото предоставлено Тимуром Шабаевым
ТШ: Фондако станет первым универмагом в Венеции, а также, пожалуй, первым светским интерьерным общественным пространством такого размера в этом городе. Считаешь ли ты, что проект открывает новую страницу в венецианской истории? Какое влияние на город он окажет?

ИП: Безусловно, как и любой другой город Италии, Венеция — это город церквей. Но он также является и городом торговли. В XV веке Фондако был рынком, и теперь, в XXI веке универмаг возобновляет эту традицию. И это я говорю не для того, чтобы оправдать наши действия, но для того чтобы показать, что мы не приносим в здание чуждую для него функцию.
Современная Венеция — это, прежде всего, центр притяжения для туристов. Так что, на мой взгляд, политики должны составить список ключевых проектов, которые бы могли работать как на благо жителей города, так и для туристов. Фондако может стать именно таким проектом: сочетая коммерческую составляющую с общественным пространством, здание будет работать как для горожан, так и для гостей Венеции.
Я считаю, что наш план может служить примером того, что разрабатывать проекты сохранения наследия можно и по-другому, а также примером политической смелости и ответственности, которую нужно взять на себя, чтобы работать в исторической застройке. Конечно никто не утверждает, что дворцы Ка д'Оро или Палаццо Дукале должны быть перестроены, но я уверен, что здания, подобные Фондако, вполне могут быть трансформированы.
И, если в 1990-х архитекторы ОМА заявляли, что Европа будет изменена через модернизацию, то теперь мы говорим, что она будет модернизирована через сохранение наследия.

Ипполито Пестеллини Лапарелли (Ippolito Pestellini Laparelli) является главным архитектором проектов в OMA (Office for Metropolitan Architecture) и его исследовательском отделе AMO с 2007 года. Он участвовал в большом количестве проектов, включая Aramco Cultural Center в Саудовской Аравии, Ryad al Fasialiah II Towers в ОАЭ, штаб-квартиры G*Star, Taipei performing Arts Center, комплекса De Rotterdam, реконструкции Mercati Generali в Риме и Euromilano/Bovisa в Милане.
Кроме этого, Ипполито руководил различными творческими иннициативами компании Prada: он занимался оформлением показов Prada и Miu Miu, их видеодокументацией, стратегической концепцией представления Prada в сети Интернет, специальными мероприятиями и выставками, различными публикациями.
С ноября 2009 Ипполито руководит проектом сохранения и стратегическим програмным исследованием для Фондако деи Тедески в Венеции.
До OMA * AMO Ипполито сотрудничал с компанией Studio and Partners (Милан) и Rosa Studio (Милан). Получил архитектурное образование в Миланском политехническом университете и Техническом университете в Делфте.
zooming
Рем Колхас показывает Норману Фостеру экспозицию Cronocaos. Фото © Baunetz
Вид экспозиции Cronocaos. Фото предоставлено Тимуром Шабаевым
zooming
Взаимоотношение между «памятью» и «ностальгией» в сфере сохранения наследия © OMA
zooming
Проект реконструкции Фондако деи Тедески © OMA
zooming
Проект реконструкции Фондако деи Тедески. Фрески © OMA
zooming
Проект реконструкции Фондако деи Тедески © OMA
zooming
Проект реконструкции Фондако деи Тедески © OMA
zooming
Проект реконструкции Фондако деи Тедески. Внутренний двор - кинотеатр © OMA
zooming
Проект реконструкции Фондако деи Тедески. Эскалаторы во дворе © OMA
zooming
Ипполито Пестеллини. Фото предоставлено Тимуром Шабаевым


19 Октября 2010

Беседовал:

Тимур Шабаев
comments powered by HyperComments

Статьи по теме: XII Архитектурная биеннале в Венеции

Эффект в пространстве
Биеннале прошла, похваставшись 170 тысячами посетителей; воспоминания и фотографии остались. Предлагаем еще раз вспомнить про биеннале и посмотреть на картинки с выставки.
Сохранение изменений и изменение сохранения
Экспозицией венецианской биеннале, привлекшей особое внимание публики в этом году, стала выставка Cronocaos от обладателя «Золотого Льва» Рема Колхаса и его бюро ОМА. Ее тема — проблема сохранения наследия, которая, несмотря на свою актуальность, совершенно выпала из сферы интересов современных архитекторов и, как напоминают организаторы выставки, впервые поднимается на биеннале со времен «Присутствия прошлого» Портогези — первой венецианской архитектурной выставки, состоявшейся в 1980.
Метаморфозы больше не в моде
Вчера в Венеции состоялось выступление Курта Форстера, куратора биеннале 2004 года. Форстер, предложивший шесть лет назад для главной архитектурной выставки мира тему «Метаморфозы», каялся и убеждал собравшихся в том, что за метамофозами на самом деле ничего нет, никакой пользы. Он призывал архитекторов заняться проблемами более насущными, чем формообразование – рассказывает обозреватель Архи.ру Анна Мартовицкая.
Архитектурные параллели
В «параллельную программу» венецианской биеннале вошли как проекты, имеющие к архитектуре самое опосредованное отношение, так и выставки, которым самое место — среди ее ключевых событий.
Люди встречаются
В заключение обзора российских проектов на биеннале – несколько слов о выставке «Кабинет директора» и несколько фотографий, сделанных в день открытия превью биннале, 26 августа.
Разум и чувства на архитектурном поле
Президент Венецианской биеннале Паоло Баратта заявил на открывшей выставку пресс-конференции, что главная задача любой экспозиции – вызывать в зрителе эмоции. Если исходить из этого немного неожиданного для руководителя такого интеллектуального мероприятия постулата, можно взглянуть на главную архитектурную выставку с неожиданной стороны.
Погружение в архитектуру
Вчера, 26 августа, венецианская биеннале архитектуры открылась для журналистов в режиме так называемого превью. Еще два дня выставку будут показывать прессе, в субботу раздадут «Золотых львов», и начиная с воскресенья она будет доступна для всех желающих. Публикуем первый, беглый обзор главной части выставки. Кураторскую экспозицию Арсенала Кадзуйо Сэдзима превратила в одно большое архитектурное произведение, посвященное творческому осмыслению пространства бывшей Кордери; массивные интерьеры ответили на эти заигрывания взаимностью и стали выглядеть как будто лучше, чем обычно.
Мост в мир высокой моды
Архитектурная мастерская SPEECH разработала концепцию регенерации вышневолоцкой швейной фабрики «Аэлита». Поскольку это действующее производство, архитекторы решили его не перепрофилировать, а наоборот поддержать, создав рядом с фабрикой outlet-центр.
Утопия в павильоне
26 августа состоялось открытие экспозиции павильона России на XII венецианской биеннале архитектуры. Проект «Фабрика Россия», посвященный возрождению промышленной архитектуры и шире – общественной жизни города Вышнего Волочка, проект, интриговавший архитектурную общественность более полугода, наконец представлен зрителям.
Ажурные узоры будущего
Архитектурной мастерской «Евгений Герасимов и партнеры» в Вышнем Волочке досталась фабрика «Парижская коммуна». На ее территории архитекторы разместили конгресс-центр, отель, жилой дом и школу искусств.
В круге земном
ТПО «Резерв» было приглашено в проект для работы над образом одного из самых крупных и известных предприятий Вышнего Волочка – фабрикой Рябушинских. Бывшее текстильное производство архитекторы превратили в Музей познания мира и технико-развлекательный парк.
Обитаемый остров
Рассказом о концепции регенерации исторического центра Вышнего Волочка, разработанной бюро «Сергей Скуратов Architects», мы открываем серию публикаций о проектах участников экспозиции Российского павильона на XII Международной биеннале архитектуры в Венеции. Сергей Скуратов – единственный из участников «российской архитектурной сборной», кто в процессе работы над проектом переработал кураторское задание, поменяв и место расположения объекта, и его функциональное наполнение.
Лицом к большой воде
Архитектурная мастерская «Студия 44» в рамках проекта «Фабрика Россия» работала над концепцией регенерации хлопчатобумажного комбината «Пролетарский Авангард». Его территорию с водной системой Вышнего Волочка архитекторы связали с помощью нового канала, так что после реконструкции бывшее производство превратится в маленькую Венецию.

Технологии и материалы

Японские технологии на родине дымковской игрушки
В Кирове появился новый 15-этажный жилой дом, спроектированный московским архитектором Алексеем Ивановым. Для отделки фасада использовались японские панели KMEW, предназначенные специально для высотного строительства.
Переплетение и контраст
Два московских проекта, в которых архитекторы сочетают панели с разными фактурами из фиброцемента EQUITONE, добиваясь выразительности фасадов.
Вентиляционная створка Venta – современное решение...
Venta обеспечивает безопасное и быстрое проветривание помещений, не создавая сквозняков. Она идеально комбинируется с остекленными и глухими элементами большой площади, а гибкая интеграция системы в любой фасад объекта является отличным решением для архитекторов и проектировщиков.
«Тихий рассвет» – цвет года по версии AkzoNobel
Созданный по итогам масштабных исследований цветовых трендов, проводящихся экспертами со всего мира, этот цвет призван запечатлеть суть того, что делает нас более человечными на заре нового десятилетия.
Разреши себе творить
Бренд DULUX выпустил новую линейку инновационных красок «Легко обновить». В нее вошло всего три продукта, но с их помощью можно преобразить весь дом или квартиру самостоятельно и всего за несколько часов.
Архитекторы из Томска создали мультикомфорт на международном...
По итогам международного архитектурного конкурса «Мультикомфорт от Сен-Гобен» проект российских студентов был отмечен специальным призом. Россия участвует в мероприятии в 8-й раз, но награду получила впервые. Рассказываем, как команде из Томска удалось реализовать концепцию мультикомфортного жилья и чем важен этот конкурс.

Сейчас на главной

Предложение знака
Карен Сапричян предложил для штаб-квартиры РЖД, о планах строительства которой на территории Рижского грузового терминала стало известно весной текущего года, три небоскреба с буквами аббревиатуры компании.
Тучков буян: эксперты о главном парке Петербурга
Стартовал конкурс на концепцию парка «Тучков буян», а вместе с ним – страхи, сомнения и большие надежды. В рамках культурного форума архитекторы и чиновники разбирались, как подступиться к первому за долгие годы зеленому пространству, а мы приводим не самые очевидные мнения.
Пресса: «Зачем вам эти руины?»: что происходит со старыми советскими...
39 советским кинотеатрам Москвы приходится нелегко: один за другим их закрывают, перепродают, демонтируют. Все они вошли в программу реконструкции, которую осуществляет ADG Group, и скоро будут переделаны в «районные центры». Местные жители и историки архитектуры против. «Афиша Daily» разобралась в ситуации.
Третий масштаб
На сложном участке в Одинцовском округе Подмосковья «Студия 44» спроектировала вторую очередь гимназии им. Е.М. Примакова – школу с мощным демократическим пафосом и архитектурой в духе итальянского рационализма.
Музей на семи ветрах
В Шанхае на берегу реки Хуанпу построен музей Уэст-Банд. Авторы проекта – David Chipperfield Architects. Первые пять лет там будет показывать свои выставки Центр Помпиду.
Изгибы дюн
Комплекс апартаментов в Сестрорецке с криволинейными формами и выдающейся инфраструктурой, позволяющей охарактеризовать место как парк здоровья или дачу нового типа.
Отдых на Желтой реке
Бутик-отель Lost Villa шанхайской мастерской DAS Lab на границе Внутренней Монголии повторяет форму традиционного местного поселения.
Кирпич старый и новый
В центре Манчестера строится жилой квартал KAMPUS по проекту Mecanoo на 533 квартиры: жилье, кафе и магазины расположатся в новых корпусах и исторических складах из кирпича, а также в бетонной башне 1960-х годов.
Пресса: Где будет центр
Сейчас город — это прежде всего его центр, центром он опознается и остается в голове. Город будущего требует деконструкции центра настоящего. Вопрос: а будет ли у него другой центр?
Консоли над полем
Школьное здание по проекту BIG в пригороде Вашингтона составлено из пяти раскрывающихся как веер ярусов, облицованных белым глазурованным кирпичом.
Бегство из Вавилона
Заметки об инсталляции Александра Бродского для книг Анны Наринской – «Невавилонской библиотеке» в Центре толерантности.
«Вариации на тему»
Плавучие дома по проекту Attika Architekten на канале в центре Нидерландов получили фасады из фиброцементных панелей EQUITONE [natura].
Тонкая игра
Клубный дом в Большом Козихинском, – пример архитектурного разговора о методах и источниках стилизации, врастающей в современные тенденции. С ярким акцентом, вдохновленным работой Льва Бакста для «Дягилевских сезонов».
Профсоюзное движение
В Британии основан профсоюз архитекторов и всех других сотрудников архитектурных бюро, включая секретарей, менеджеров, техников.
Визит в вечную мерзлоту
Архитекторы Snøhetta представили проект посетительского центра The Arc при Всемирном хранилище семян и Мировом архиве на Шпицбергене.
Пресса: Гидроэлектробазилика
Знаменитый итальянский архитектор Ренцо Пьяно и команда фонда V-A-C, основанного бизнесменом Леонидом Михельсоном, рассказали о будущем, пожалуй, самого амбициозного культурного проекта последних лет — ГЭС-2.
Опыты для ржавого ожерелья
Вторая российская молодежная архитектурная биеннале в Казани была посвящена реконструкции промзон. 30 финалистов выполнили проекты для двух конкретных участков столицы Татарстана. Представляем проекты победителей.
Вырасти свой сад
Конгресс World Urban Parks, прошедший в Казани, получился больше про общественные места и энергичных людей, чем собственно про парки. Публикуем самое интересное и полезное из того, что удалось услышать и увидеть.
Велосипеды под холмами
Новая площадь по проекту COBE на кампусе Копенгагенского университета – это холмистый ландшафт, где есть стоянки для велосипедов, театр под открытым небом и «влажные биотопы».
Три корабля
Павильон Италии на Экспо-2020 в Дубае спроектировали архитекторы CRA-Carlo Ratti Associati, Italo Rota Building Office и matteogatto&associati.
Течение краски
В Медийном центре парка Зарядье открылась выставка четырех художников, рисующих города: Альваро Кастаньета, Томаса Шаллера, Сергея Чобана и Сергея Кузнецова. Впервые в Москве такого рода выставка сопровождается иммерсивной экспозицией.
Мозаика функций
Комплекс Agora по проекту Ropa & Associés в Меце на востоке Франции соединил в себе медиатеку, общественный центр и «цифровое» рабочее пространство.
Книги в саду
Бюро «А.Лен» и KCAP Architects&Planners спроектировали для Воронежа жилой комплекс, вдохновляясь Иваном Буниным и пейзажами средней полосы. Получилось современно и свежо.
Комиксы на фасаде
В бывшей мюнхенской промзоне открылось многофункциональное здание WERK12 по проекту MVRDV: сейчас оно вмещает рестораны, фитнес-клуб и офисы, но подходит и для любого другого использования.