Будущее как гражданский долг, но не только

Павильоны Италии, Великобритании, Германии, Нидерландов и Франции на венецианской биеннале весьма свободно трактуют заданную куратором тему о встречах в архитектурном пространстве.

Нина Фролова

Автор текста:
Нина Фролова

09 Сентября 2010
mainImg
В этом году зрителям был торжественно представлен павильон Италии, расположенный в северо-западной части Арсенала, рядом с садом Делле Верджини. Итальянские выставки проводились там и ранее – два года назад на архитектурной биеннале в этих залах показывали выставку 12 проектов итальянского жилья. Теперь же пространство реконструировали, расширили (в 2009 году с 800 до 1800 метров), и назвали Итальянским павильоном. Ликвидировав таким образом путаницу между «павильоном Италии» в Джардини, где уже давно выставлялись не национальные, а международные участники (он теперь назван Палаццо делле Эспозициони) и национальной итальянской экспозицией, которая наконец-то получила статус «павильона».

Такое событие необходимо было отметить «знаковой» выставкой, которую и не преминул организовать куратор, обладатель премии биеннале за критику 2006 года Лука Молинари (Luca Molinari). Под заголовком «Ailati. Размышления из будущего» он показал панорамный обзор итальянской архитектуры «вчера, сегодня и завтра». Он попытался найти корни проблемы, отмечаемой повсеместно: с конца 1980-х годов Италия потеряла свои сильные позиции в международной архитектурной сфере и, за исключением Ренцо Пьяно и, в меньшей степени, Массимилиано Фуксаса, ее архитекторы мало строят за рубежом и не привлекают живого внимания публики. За последние 20 лет не появилось ни одного крупного труда итальянского теоретика, а в границах самой страны неуклонно падает архитектурное качество построек; архитектура превратилась в общественном мнении в нечто неважное, в отрасль прикладного искусства и потеряла свою «национальную идентичность». Молинари призывает вернуть ей гражданское значение и способность влиять на жизнь людей, а также хочет взглянуть по-новому на проблемы проектирования, выбрав для такого подхода кодовое слово Ailati — зеркальное отражение Italia. Молинари очерчивает события профессиональной и общественной сферы 1990-2010 в информативной инсталляции «Амнезия» (имеется в виду «выпадение» итальянской архитектуры из исторического процесса): там можно узнать, что в течение последних 20 лет ушли многие виднейшие деятели послевоенной поры, от Альдо Росси до Этторе Соттсаса, а также стартовала эпоха дигитальной архитектуры, молодое поколение стало гораздо более мобильным, и больше качественных построек начало появляться в провинции, чем в традиционных культурных и экономических центрах.

Второй раздел, «Лаборатория Италия» демонстрирует потенциал работающих сейчас архитекторов: в 10 подразделах (в том числе: «Реально ли построить нечто качественное с бюджетом 1000 евро/м2?» или «Что следует делать с имуществом, конфискованным у мафии?») показаны 40 наиболее интересных проектов последних трех лет: уже реализованных или находящихся на последней стадии строительства. Подробно проиллюстрированная экспозиция надолго приковывает к себе внимание.

Однако самой яркой, хотя и наименее познавательной частью итальянской выставки стала секция будущего, «Италия 2050». Молинари создал ее в сотрудничестве с редакцией итальянского Wired, сотрудники которой порекомендовали ему 14 ведущих ученых, профессионалов медиа сферы, режиссеров, художников, определяющих облик будущего сегодня. Каждый из них представил свое видение страны и мира через 40 лет, и эти идеи были воплощены в материальной форме с помощью 14 дизайнеров и архитекторов. Получившиеся объекты расставлены на высокой платформе; чтобы лучше рассмотреть их, к каждому следует подниматься по специальной лестнице. Такое решение выставки придает ей интригу, хотя связь напоминающих абстрактные скульптуры сооружений с светящимися указателями-пояснениями «Материя/антиматерия», «Удовольствия/чувства» и т. д. кажется в лучшем случае трудноуловимой. Впрочем, в специальном выпуске Wired напечатан подробный путеводитель по этой части экспозиции. В целом, итальянский павильон — несомненно, один из самых удачных национальных «вкладов» в биеннале, зрелищная часть в нем прямо пропорциональна достойному внимания содержанию, и единственным вопросом без ответа остается следующий: каким образом все это разнообразие соотносится с темой биеннале «Люди встречаются в архитектуре» и главным для нее мотивом пространства?

Впрочем, такой же вопрос можно задать и британцам: название их экспозиции «Вилла Франкенштейн» вполне можно трактовать как намек на ее многочастность. Кураторы «сшили» ее из разных кусков точно так же, как Франкенштейн — своего монстра. Но официальная версия более безопасна: это отсылка к Джону Рескину — его жалобе на то, что влияние его книг породило архитектурных «чудовищ» в форме домов и пабов в средневековом (в т. ч. венецианском) вкусе по всей Англии. Действительно, центральное место в павильоне занимают записные книжки Рескина, проиллюстрированные фотографиями Венеции XIX века. Но к ним добавлена экспозиция, посвященная экосистеме венецианской лагуны, снабженная чучелами птиц и аквариумом с флорой ее соленых болот, а также сектор трибун Олимпийского стадиона 2012 в Лондоне в масштабе 1:10, служащий местом проведения семинаров. Под ним устроена еще одна выставка, посвященная движению за равные права женщин в Италии и за ее пределами. Этого всего было бы достаточно, но кураторы не забыли не только женщин, но и детей: перед ступенями павильона для них забетонирован мелкий бассейн (на месте лужи, «облюбовавшей» эту часть суши), а художник Лотти Чайлд (Lottie Child) организовала совместно с венецианской детворой проект «Уличное образование», посвященный безопасности и развлечениям на улицах города. Все это с трудом объединено общей темой влияния Венеции на англичан, прямого и опосредованного (т. е. через Рескина).

Немецкие кураторы, напротив, восприняли девиз биеннале буквально: их павильон превратился в место для встреч в прямом смысле слова. Это «Красный салон» для бесед на архитектурную тему, украшенный 182 рисунками архитекторов, критиков, художников, которых специально для выставки попросили выразить средствами графики свои «архитектурные желания»: ведь названием экспозиции выбрано почти непереводимое Sehnsucht — желание, тоска. Так кураторы попытались получить «снимок» или «слепок» внутреннего мира современного немецкого архитектора. Центральный салон дополняют четыре «символических» пространства: «Зеркальный зал», «Комната с видом», «Темная комната» и «Пустота» (впрочем, последняя не совсем пуста: там установлен небольшой экран с абстрактным произведением видеоарта), а также аудио-инсталляция «Венеция» студии U5 — запись характерных для этого города шумов и звуков. Все это должно наводить на размышления, будить желания, создавать впечатления — то есть работать с «тонкими материями». Но также запланирована вполне традиционная серия симпозиумов и круглых столов, которые тоже должны внести свой вклад в понимание внутреннего мира архитектора и через него — всей архитектуры. Несомненно, это неожиданный выход из положения: уход от архитектуры в мир идей и желаний, из реального пространства — в ментальную сферу. Но для такого смелого решения требуется незаурядное его воплощение, чего, к сожалению, в павильоне Германии нет.

В павильоне Нидерландов кураторы, бюро Rietveld Landscape представили экспозицию «Пустующие NL, где архитектура встречается с идеями», остроумно обыграв тему биеннале. Они подсчитали, что павильон занят выставками всего лишь 3,5 месяца в году, а значит, с момента постройки (1954) его здание пустовало в общей сложности 39 лет. Однако, несмотря на забавный зачин, представленный на нидерландской выставке сюжет — более чем серьезен: в Голландии тысячи административных и общественных зданий XVII-XXI веков постройки, принадлежащих государству, стоят пустыми в ожидании решения своей судьбы (реконструкции, сноса и т. д.), и это не считая военных объектов и пустырей. Их число увеличивается каждую неделю, а ведь они представляют собой ценнейший ресурс для инновационных отраслей экономики, в первую очередь «экономики знаний», – сфер, развитие которых голландское правительство не так давно признало приоритетными (надо же, не только наше правительство увлекается инновациями). По убеждению авторов выставки, все пустующие постройки можно использовать как научные лаборатории, архитектурные и дизайнерские мастерские и т. д., что дало бы позитивный побочный эффект создания живых междисциплинарных связей. Кураторы призывают власти как можно скорее принять соответствующее решение. Материально эти идеи выражены одновременно лаконично и эффектно: нижний этаж павильона, натурально, пустой. Выше, на уровне пола внутреннего балкона-галереи натянуты стальные тросы, на которых закреплено множество макетов зданий (тех, которые пустуют в настоящих Нидерландах), вырезанных из синего пенопласта. Сверху, если посмотреть с балкона, все это выглядит, как рельефный голубой ковер. Макеты дополнены схемами, составленными из вбитых в стену на лестнице булавок и натянутых между ними нитей.

Линию серьезности успешно продолжили французы: их выставка, озаглавленная «Метрополис?» посвящена современному градостроительству, точнее, разрабатываемым сейчас масштабным проектам для Парижа, Лиона, Марселя, Бордо и Нанта. Все они представлены в виде фильмов, идущих в общей сложности 4 часа (по часу в каждом из залов). Но динамичное решение этих видеоматериалов заставляет жалеть, что почти невозможно посмотреть их полностью. Что же касается главной идеи и связи с темой биеннале, то куратор павильона Доминик Перро подчеркивает важность для развития большого города свободного — пустого — пространства как связующей ткани, места для жизни и материала для потенциального развития (французский павильон подробно рассмотрен в статье Алексея Тарханова в Коммерсанте).

Несложно заметить, что экспозиции стран – лидеров мировой архитектурной сцены на биеннале представляют крайне разнообразные взгляды как на архитектуру, так и на само мероприятие. Впрочем, ждать единообразия — особенно в требующую изобретательности «кризисную» эпоху — было бы странно.
Павильон Италии. Инсталляция «Амнезия». Фотографии Нины Фроловой
Павильон Италии. Раздел «Лаборатория Италия»
Павильон Италии. Раздел «Лаборатория Италия»
Павильон Италии. Раздел «Италия 2050»
Павильон Италии. Раздел «Италия 2050»
Павильон Италии. Раздел «Италия 2050»
Павильон Италии. Раздел «Италия 2050». Объект «Гнездо эмоций» (тема «Пространства вкуса, благополучия и удовольствия»). Идея – Давиде Ольдани (шеф-повар, ресторатор, дизайнер), дизайн – Atelier Forte
Павильон Великобритании. Фрагмент экспозиции записных книжек Джона Рескина с иллюстрациями - фотографиями Венеции 19 в.
Павильон Великобритании. Экспозиция, посвященная венецианской лагуне
Павильон Великобритании. Уменьшенная копия трибуны Олимпийского стадиона в Лондоне. Фотография Юлии Тарабариной
zooming
Павильон Великобритании. Бассейн перед входом. Фото предоставлено кураторами
Павильон Германии. «Красный салон» во время симпозиума
Павильон Германии. Экспозиция рисунков
Павильон Германии. «Зеркальный зал»
Павильон Нидерландов. Вид основного этажа. Фотография Юлии Тарабариной
Павильон Нидерландов. Вид макета. Фотография Юлии Тарабариной
Павильон Франции

09 Сентября 2010

Нина Фролова

Автор текста:

Нина Фролова
comments powered by HyperComments
Пресса: Ирония, инновации и сараи: Чему были посвящены российские...
«Всё самое интересное рано или поздно оказывается в Венеции», — написал культуролог Антон Кальгаев, объясняя, зачем ехать на архитектурную биеннале, даже не будучи архитектором. Как и любая другая биеннале, она чем-то напоминает спид-дейтинг и аттракцион из хитро придуманных павильонов разных стран, объединённых одной темой. В этом году кураторы, соосновательницы ирландского бюро Grafton Architects Ивонн Фаррелл и Шелли Макнамара, призывали участников привезти в Венецию собственное видение «свободного пространства». Российский павильон, который откроется 26 мая, носит название «Железнодорожная станция Россия» — с залами ожидания, камерами хранения, депо и бесконечностью рефлексий на тему российских железных дорог. Strelka Magazine решил напомнить о том, как выглядели предыдущие проекты России последних лет.
Пресса: Надо ли все приводить к общему знаменателю? С XII Венецианского...
Благодаря неуемной активности archi.ru – как в инициировании первичных материалов, так и в аккумулировании вторичных – о фактической стороне прошедшего Венецианского Биеннале не ведает только ленивый. Поэтому мы ограничились сугубо субъективными впечатлениями и оценками, ни в коей мере не претендуя хоть на какую-либо целостность, а тем более полноту представления материала.
Пресса: Венеция: место встречи
На днях завершила свою работу архитектурная биеннале в Венеции. Организаторы рапортуют: архитектурную выставку посетило на треть больше зрителей, чем два года назад, всего 170 тысяч.
Пресса: Оптимистическое завтра. Об экспозиции Российского...
Архитектура – древнее искусство, но архитекторы, похоже, никогда не договорятся о том, как лучше обустроить нашу жизнь. Раз в два года лучшие профессионалы слетаются в застывшую во времени Венецию, чтобы подискутировать об архитектуре прошлого, настоящего и будущего.
Пресса: Воспитание лифтом и лестницей. Можно ли с помощью...
О плачевном состоянии российской провинции вроде бы знают все, но конкретных предложений по его улучшению не было до тех пор, пока не появился проект спасения города Вышний Волочек в Тверской области. Этот проект, разработанный архитектором Сергеем Чобаном и его коллегами, был представлен на 12-й Архитектурной биеннале в Венеции.
Эффект в пространстве
Биеннале прошла, похваставшись 170 тысячами посетителей; воспоминания и фотографии остались. Предлагаем еще раз вспомнить про биеннале и посмотреть на картинки с выставки.
Пресса: Венецианские впечатления. В Венеции
Архитектурная биеннале 2010 года проходит под девизом «Люди встречаются в архитектуре». Сама эта фраза уже подразумевает смещение акцента с визуальной репрезентации объекта к функционально определенной реальности встречи, общения и взаимопроникновения идей и образов
Сохранение изменений и изменение сохранения
Экспозицией венецианской биеннале, привлекшей особое внимание публики в этом году, стала выставка Cronocaos от обладателя «Золотого Льва» Рема Колхаса и его бюро ОМА. Ее тема — проблема сохранения наследия, которая, несмотря на свою актуальность, совершенно выпала из сферы интересов современных архитекторов и, как напоминают организаторы выставки, впервые поднимается на биеннале со времен «Присутствия прошлого» Портогези — первой венецианской архитектурной выставки, состоявшейся в 1980.
Метаморфозы больше не в моде
Вчера в Венеции состоялось выступление Курта Форстера, куратора биеннале 2004 года. Форстер, предложивший шесть лет назад для главной архитектурной выставки мира тему «Метаморфозы», каялся и убеждал собравшихся в том, что за метамофозами на самом деле ничего нет, никакой пользы. Он призывал архитекторов заняться проблемами более насущными, чем формообразование – рассказывает обозреватель Архи.ру Анна Мартовицкая.
Пресса: Светлый аватар
Григорий Ревзин обнаружил кризис футуристических идей в западной архитектуре.
Пресса: Гонка сооружений
Милена Орлова о мечтателях, практиках и философах на Венецианской архитектурной биеннале
Пресса: Люди встречаются и без архитектуры
Бернхард Шульц смог разглядеть на Венецианской биеннале то, из-за чего архитекторам впору грустить, но за что жюри давало «Золотых львов».
Пресса: Мрак по-итальянски
В Венеции продолжается 12-я Архитектурная биеннале. Ее куратор японка Казуо Седжима определила тему Биеннале как "Люди встречаются в архитектуре". Однако в большинстве случаев посетители не в силах понять, с чем же они тут встречаются.
Архитектурные параллели
В «параллельную программу» венецианской биеннале вошли как проекты, имеющие к архитектуре самое опосредованное отношение, так и выставки, которым самое место — среди ее ключевых событий.
Пресса: Юрий Аввакумов: «Фантазия — единственное, что осталось...
Каковы впечатления от нынешней биеннале в целом? Если сравнить с предыдущими? Насколько важно для России участвовать в таких международных выставках? Насколько сильно, по ощущению, кризис ударил по архитектуре и начинает ли она приходить в себя? Изменил ли кризис лицо архитектуры?
Технологии и материалы
Обновление коллекции декоров ALUCOBOND® Design
Коллекция декоров ALUCOBOND® Design от компании 3A Composites пополнилась несколькими новыми образцами – все они находятся в русле тренда на натуральность и отвечают самым актуальным тенденциям в дизайне.
Любовь к геометрии
Французское сантехническое оборудование DELABIE для крупных общественных сооружений выбирают выдающиеся архитекторы Жан Нувель, Норман Фостер, SANAA, Руди Ричотти и другие. Представляем новую модель бесконтактных смесителей TEMPOMATIC 4, сочетающих безопасность, мега-экологичность и стильный дизайн.
Урбан-домик на дереве
Современное игровое пространство Halo Cubic от финского производителя Lappset: множество сценариев игры и безупречный дизайн, способный украсить современный жилой комплекс любого класса.
Естественность и сила кирпича ручной работы
Датский ригельный кирпич ручной работы Petersen Kolumba на фасадах частного дома в Иркутске по проекту Станислава Гаврилова напоминает о мощи древнеримской архитектуры и прекрасно справляется с сибирскими морозами. Мы расспросили автора проекта об этом доме и работе с кирпичом Kolumba.
Handmade для кинотеатра «Москва»
Коммерческий директор компании Ледрус Максим Беляев рассказывает о том, в чем состоит специфика работы со светом по индивидуальному дизайн-проекту и как можно переквалифицироваться из поставщика в подрядчика с функциями ведущего консультанта, проектировщика оригинальных решений и производителя в одном лице.
Блестящие перспективы
Lucido – архитектурно ориентированная компания, ставящая во главу угла эстетику и технологичность. Предлагая все виды итальянской керамической плитки и мозаики, Lucido специализируется на керамограните больших форматов. Рассказываем о воссоздании мраморных слэбов, а также об экспериментах с большим форматом звезд мировой архитектуры Кенго Кумы и Даниэля Либескинда.
Материя с гибким характером
Алюминий – разнообразный материал, он работает в широком в диапазоне от гибкого дигитального футуризма – до имитации естественных поверхностей, подходящих для реконструкций и даже стилизаций. Рассказываем о 7 новых жилых комплексах, в которых использован фасадный алюминий компании SEVALCON.
Волшебная линия
Вентиляционные диффузоры Invisiline, созданные архитекторами Майклом и Элен Мирошкиными, завоевали престижную дизайнерскую премию Red Dot 2020. Невидимые решетки, придуманные для собственных проектов, выросли в бренд, ответивший на запросы коллег-архитекторов.
Эффектная сантехника для энергоэффективного дома
Экодом в Чезене, совмещающий функции жилья и рабочей студии архитекторов Маргариты Потенте и Стефано Пирачини, стал первым в Италии примером «пассивного дома», встроенного в плотный фронт городской застройки; кроме того он – результат реконструкции. Интерьеры дома удачно дополняет сантехника Duravit.
Такие стеклянные «бабочки»
Важным элементом фасадного решения одного из самых известных
новых домов московского центра стало стекло Guardian:
зеркальные окна сочетаются с моллированными элементами, с помощью которых удалось реализовать смелую и красивую форму,
задуманную архитекторами.
Рассказываем, как реализована стеклянная пластика
дома на Малой Ордынке, 19.
На вкус и цвет: алюминий в московском метро
Алюминий практически вездесущ, а в современном метро просто незаменим. Он легок и хорошо держит форму, оттенки и варианты фактуры разнообразны: от стеклянисто-глянцевого до плотного матового. Вашему вниманию – обзор новых станций московского метро, в дизайне интерьеров которых использован окрашенный алюминий SEVALCON.
UP-GYM: интерактив для городской среды
Современное развитие комфортной городской среды требует современных решений.Новые подходы к организации уличного детского досуга при обустройстве дворовых территорий и общественных пространств, спортивных, образовательных и медицинских учреждений предложили чебоксарские специалисты.
Серьезный кирпичный разговор
В декабре в московском центре дизайна ARTPLAY прошла Кирпичная дискуссия с участием ведущих российских архитекторов – Сергея Скуратова, Натальи Сидоровой, Алексея Козыря, Михаила Бейлина и Ильсияр Тухватуллиной. Она завершила программу 1-го Кирпичного конкурса, организованного журналом
«Проект Балтия» и компанией АРХИТАЙЛ.
Сейчас на главной
Эстетизация двора
Благоустраивая двор жилого комплекса премиум-класса, бюро GAFA позаботилось не только о соответствующем высокому статусу образе, но и о простых человеческих радостях, а также виртуозно преодолело нормативные ограничения.
Кино под куполом
Музей науки Curiosum с купольным кинотеатром по проекту White Arkitekter расположился в исторической промзоне на севере Швеции, занятой сейчас университетом Умео.
Авангардный каркас из прошлого
В Париже завершилась реконструкция почтамта на улице Лувра по проекту Доминика Перро: почтовая функция сведена к минимуму, вместо нее возникло множество других, включая социальное жилье.
Шелковые рукава
Металлические ленты Культурного центра по проекту Кристиана де Портзампарка в Сучжоу – парафраз шелковых рукавов артистов куньцюй: для спектаклей этого оперного жанра также предназначен комплекс.
MasterMind: нейросеть для девелоперов и архитекторов
Программа, разработанная компанией Genpro, способна за полчаса сгенерировать десятки вариантов застройки согласно заданным параметрам, но не исключает творческой работы, а лишь исполняет техническую часть и может быть использована архитекторами для подготовки проекта с последующей передачей данных в AutoCAD, Revit и ArchiCAD.
Жук улетел
История проектирования бизнес-центра в Жуковом проезде: с рядом попыток сохранить здание столетнего «холодильника» и современными корпусами, интерпретирующими промышленную тему. Проект уже не актуален, но история, на наш взгляд, интересная.
Медные стены, медные баки
Новая штаб-квартира Carlsberg Group в Копенгагене по проекту C. F. Møller получила фасады из медных панелей, напоминающие об исторических чанах для варки пива.
Оболочка IT-креативности
Московское здание международной сети внешкольного образования с центром в Армении – школы TUMO – расположилось в реконструированном корпусе, единственном сохранившемся от сахарного завода имени Мантулина. Пожелания заказчика и инновационная направленность школы определили техногенную образность «металлического ящика», открытую планировку и яркие акценты внутри.
Быть в центре
Апарт-комплекс в центре делового квартала с веерными фасадами и облицовкой с эффектом терраццо.
ВХУТЕМАС versus БАУХАУС
Дмитрий Хмельницкий о причудах историографии советской архитектуры, о роли ВХУТЕМАСа и БАУХАУСа в формировании советского послевоенного модернизма.
Авангард на льду
Бюро Coop Himmelb(l)au выиграло конкурс на концепцию хоккейного стадиона «СКА Арена» в Санкт-Петербурге. Он заменит собой снесенный СКК и обещает учесть проект компании «Горка», недавно утвержденный градсоветом для этого места.
Третий путь
Публикуем объект, получивший гран-при «Золотого сечения 2021»: офисный комплекс на Верхней Красносельской улице, спроектированный и реализованный мастерской Николая Лызлова в 2018 году. Он демонстрирует отчасти новые, отчасти хорошо забытые старые тенденции подхода к строительству в исторической среде.
Диалог в кирпиче
Новый корпус школы Скиннерс по проекту Bell Phillips Architects к юго-востоку от Лондона продолжает викторианскую традицию кирпичной архитектуры.
Слабые токи: итоги «Золотого сечения»
Вчера в ЦДА наградили лауреатов старейшего столичного архитектурного конкурса, хорошо известного среди профессионалов. Гран-при получили: самая скромная постройка Москвы и самый звучный проект Подмосковья. Рассказываем о победителях и публикуем полный список наград.
Оазис среди офисов
Двор киевского делового центра Dmytro Aranchii Architects превратили в многофункциональную рекреационную зону для сотрудников.
Террасы и зигзаги
UNStudio прорывается в Петербург: на берегу Финского залива началось строительство ступенчатого офиса для IT-компании JetBrains.
Пресса: «Потенциал городов не раскрыт даже на треть». Архитектор...
Программа реновации, предполагающая снос хрущевок, стартовала в Москве в 2017 году. Хотя этот механизм и отличается от закона о комплексном развитии территорий, который распространили на остальную страну, столичные архитекторы накопили приличный опыт, как обновлять застроенные кварталы. Об этом мы поговорили с руководителем бюро T+T Architects Сергеем Трухановым.
Избушка в горах
Клубный павильон PokoPoko по проекту Klein Dytham architecture при отеле на острове Хонсю напоминает сказочный домик.
Здесь и сейчас
Три примера быстровозводимой модульной архитектуры для города и побега из него: растущие офисы, гастромаркет с признаками дома культуры и хижина для созерцания.