Паломничество в страну ар-деко

В ЖК «Маленькая Франция» на 20-й линии Васильевского острова Степан Липгарт собеседует с автором Нового Эрмитажа, мастерами Серебряного века и советского ар-деко на интересные профессиональные темы: дом с курдонером в историческом Петербурге, баланс стены и витража в архитектонике фасада. Перед вами результаты этой виртуальной беседы.

author pht

Автор текста:
Лара Копылова

03 Апреля 2020
mainImg

Архитектор:

Степан Липгарт

Мастерская:

Липгарт Архитектс
A-Architects

Проект:

Жилой комплекс «Маленькая Франция»
Россия, Санкт-Петербург, 20-я линия В.О., д. 5-7

Авторский коллектив:
Руководитель авторского коллектива, автор проекта фасадных решений : Степан Липгарт 
Архитекторы: Оксана Андрианова, Виктория Гребень, Элина Габитова

2020 – 2018

Заказчик: инвестиционно-строительный холдинг «AAG»
Планировочные решения, стадия П, РД: А-Архитектс
Под крылом Воронихина
Дом строится на Васильевском острове, в квартале, выходящем на набережную Лейтенанта Шмидта, и в плотной исторической среде, по соседству с домами XIX и начала XX веков – на месте снесенного советского здания бывшего Алюминиевого института. Главный визави – расположенный не напротив, но в зоне видимости, памятник архитектуры классицизма, Горный институт Андрея Воронихина (1806 – 1811). «Воронихин любимейший, давал фору и Росси, и Кваренги», – говорит Степан Липгарт, объясняя свою любовь к автору Казанского собора способностью того создать особое пространство красоты вокруг своих произведений. 

Дом с курдонером
Название «Маленькая Франция» принадлежит заказчику Александру Завьялову и обосновывается жемчужным парижским колоритом. Светло-серый фибробетон в сочетании с изящными коваными решетками и французскими окнами до пола действительно напоминает французскую столицу. Заказчик же предложил сделать курдонер, – и это совпало с желанием архитектора. Потому что композиция дома с курдонером и системой внутренних дворов создает очень петербургский образ.
  • zooming
    1 / 3
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». Общий вид с птичьего полёта с западной стороны
    © Липгарт Архитектс
  • zooming
    2 / 3
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». План участка с благоустройством территории
    © Липгарт Архитектс
  • zooming
    3 / 3
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». Разрез
    © A-Architects

И хотя курдонеры характерны не столько для Васильевского, сколько для Петроградской стороны, на 20-й линии Васильевского есть исторический дом с отступом, то есть ритм, масштаб и парцелляция исторической застройки учтены. Сам Степан Липгарт ссылается как на основной источник вдохновения на Лидваля, у которого курдонеры есть и в доме Лидваль на Каменноостровском, и в Толстовском доме на Рубинштейна. Оттуда же взят мотив торжественных пропилей.
  • zooming
    1 / 2
    Доходный дом, Санкт-Петербург, Фонтанка 52-54, Внутренние дворы, проект и строительства Ф И Лидваль Ежегодник ОАХ №7
    © Степан Липгарт
  • zooming
    2 / 2
    Доходный дом, Санкт-Петербург, Фонтанка 52-54, Внутренние дворы, проект и строительства Ф И Лидваль Ежегодник ОАХ №7
    © Степан Липгарт

У меня же первой ассоциацией был знаменитый Дом трёх Бенуа с его торжественными курдонерами. В любом случае, мне кажется, отсылка к неоклассике Каменноостровского проспекта присутствует. Эта улица, возведенная за десять лет с 1905 по 1915 – время вертикального культурного виража нашей страны – мекка и сокровищница для мастеров традиционной архитектуры, где сконцентрированы архитектурные шедевры и приемы, актуальные в том числе и для сегодняшнего дня. В принципе новый дом легко там представить и по стилю, и по масштабу, и по количеству инвенций.

Доходный дом Серебряного века как идеальное жилье
Неоклассические дома Серебряного века и советского ар-деко принято считать идеалом современного жилья. Не случайно тот же Толстовский дом или дом Левинсона на Карповке или московские высотки раскручиваются как модные места жительства в хипстерском краеведении.
author photo

Степан Липгарт:

«Для меня идеальными масштабом и характером городского жилого дома являются те, что присущи петербургскому доходному жилью начала XX века. Отношение застройки к уличному и внутреннему пространству, общего к приватному, по-моему, здесь также найдены наилучшим образом, за исключением серьёзного «но» – тесного и тёмного двора – особенности, возникшей из-за несовершенства градостроительного законодательства того времени».

Сегодня проблем с количеством света во дворах не существует. В «Маленькой Франции» два курдонера: парадный и внутриквартальный, плюс еще несколько небольших дворовых территорий с благоустройством. Если в предыдущем липгартовском доме «Ренессанс» контекстом был многоэтажный спальный район, и масштаб в двадцать этажей отменить было невозможно, то в проекте на Васильевском, слава Богу и регламенту, этажей ровно столько, сколько нужно в историческом городе. «Французский» дом выходит на красную линию симметричными четырехэтажными корпусами с пятым аттиковым этажом, а, отступая в глубину двора, повышается ступенями до семиэтажного главного корпуса. Уже этим дом отличается от Серебряного века, где корпуса чаще имеют одинаковую высоту. А где ступени, там террасы. Вообще террасы, ярусы и регистры, ступенчатое расположение корпусов в современном городе необходимы и хороши.
  • zooming
    1 / 2
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». Вид на центральный сour d′honneur с 20-й линии
    © Липгарт Архитектс
  • zooming
    2 / 2
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». Перспектива по 20-й линии, вид с севера
    © Липгарт Архитектс

От Кленце к Бурову
Архитектуре дома на Васильевском свойственны геометричность и орнаментальность, которые при этом не мешают ордеру. Здесь автор опирается на опыт предшественников. Степан Липгарт: «В «МФ» есть отсылки к неогреческому немецкому стилю Нового Эрмитажа Лео фон Кленце. Архитектура этого здания очень сильно меня впечатлила, особенно его декоративность, связанная с жесткой геометрией и повторяемостью. В моем проекте она приближена к ар-деко, больше обобщена и геометризована, от Кленце же ряд пластических элементов фасада». Действительно, некоторые детали липгартовского дома вроде акротериев в обрамлении окон пилястровыми портиками и на стыке карнизов пришли из Нового Эрмитажа: они другие, но в тех же местах. Плоскостность и орнаментальность боковых фасадов Нового Эрмитажа неожиданна для того времени, она как-то не замечается за портиком с атлантами, а ведь это почти ХХ век.
  • zooming
    1 / 3
    Новый Эрмитаж. Арх. Лео фон Кленце
    © Максим Атаянц
  • zooming
    2 / 3
    Премацци Луиджи.Вид Нового Эрмитажа со стороны Миллионной улицы.1861 г.
    © Степан Липгарт
  • zooming
    3 / 3
    Новый Эрмитаж. Арх. Лео фон Кленце
    © Степан Липгарт

От плоскостно-орнаментального ордера Кленце можно прочертить линию к дому Андрея Бурова на Тверской с орнаментами в технике сграффито. Соответственно, Степан Липгарт эту линию вплетает в свое произведение, и оно начинает работать как интертекст, актуализируя разные слои неоклассической традиции.
Жилой комплекс «Маленькая Франция». Вид из двора в сторону улицы с севера
© Липгарт Архитектс

Интересно, что ордерные элементы во французском доме, хотя и уплощаются орнаментом (пилястры с узором всегда более бестелесные, потому что «одетые»), но не исчезают. Когда Сергей Чобан применил орнаменты в Гранатном переулке, создал сложную свето-теневую поверхность фасада, – и это его программная позиция, выраженная в книге «30:70. Архитектура как баланс сил», – он ориентировался, скорее, на рациональный модерн. Светотень – да, а ордер – нет. Опыт Сергея Чобана Степан учитывает (сейчас делаются пробы с фибробетоном, коего заказчик «МФ» имеет собственное производство, идет работа над поверхностью, над тем, как сделать рельеф красивым и глубоким). Но у Липгарта сохраняется более подробная и традиционная артикуляция фасадов: не просто оси, но ордерное оформление, структура из ризалитов и простенков. Тема портиков (оконное обрамление высотой в два этажа пилястрами и фронтоном) на ризалите чередуется с менее насыщенной частью фасада (интермедией), где пульсация, ритм окон есть, а ордерных элементов почти нет.

Фасад центрального высокого корпуса отмечен торжественным ризалитом с ар-декошным порталом (почти как в высотке МИДа), портиком бельэтажа и венчанием по мотивам часовой башенки из Мраморного дворца. Как водится, этот фасад в глубине курдонера становится театральным задником, получает дистанцию, усиливающую эффект восприятия. Упоминавшиеся «лидвалевские» пропилеи при входе в курдонер добавляют пафоса. Все-таки курдонер – это всегда сильное пространственное переживание.
  • zooming
    1 / 2
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». Общий ночной вид на сour d′honneur с юга в зимнее время года
    © Липгарт Архитектс
  • zooming
    2 / 2
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». Общий ночной вид фасада по 20-й лини с севера
    © Липгарт Архитектс

Кроме того, Липгарт постарался на фасадах обозначить внутреннюю структуру дома, разделение на квартиры, отметить с помощью порталов и ордерных обрамлений входы в квартиры и вестибюли. Есть такое правило, – назовем его правилом Михаила Филиппова, потому что он его провозгласил в 1990-х, – что окна разных этажей жилого дома должны быть разными по размеру и украшениям, потому что в квартире, занимая целый этаж, живет семья. Такая структура характерна для домов 1910-х, но исчезает в стране победившего пролетариата в 1930-50-х, когда окна становятся одинаковыми. Филиппов призывал вернуться в Серебряный век. Сегодня мало таких семей, которые могут позволить себе анфилады из восьми комнат, и в целом общество более атомизированное, соответственно, и квартиры меньше. В доме на Васильевском французские окна есть во всех квартирах (даже не знаю, какой социальный вывод из этого сделать – решайте сами); по высоте они одинаковые, но разные по ширине. Некоторые группируются по три, обозначая границы квартир. В данном случае внутренняя структура показана другими способами: это ярусы и ризалиты, раскреповка карниза, ордерная композиция, нижние галереи ситихаусов и террасы пентхаусов.
  • zooming
    1 / 6
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». Первый этаж секции А
    © A-Architects
  • zooming
    2 / 6
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». Первый этаж секции В
    © A-Architects
  • zooming
    3 / 6
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». Первый этаж секции С
    © A-Architects
  • zooming
    4 / 6
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». Типовой этаж секции А
    © A-Architects
  • zooming
    5 / 6
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». Типовой этаж секции В
    © A-Architects
  • zooming
    6 / 6
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». Типовой этаж секции С
    © A-Architects

Итак, традиционная трехчастность, симметричная композиция со стороны улицы, ордерные приемы артикуляции фасадов. При этом понятно, что дом создан в XXI веке. В чем новизна?

Диалектика ордера и витража
Тут я подхожу к моей любимой теме соотношения ордера и стекла, которая будет основной в XXI веке. Соединить их можно тысячей разных способов, например, так гениально, как это сделал Самойлов в санатории «Наука» в Сочи (1938), где на стеклянных витражах, пробиваемых солнцем насквозь, чудесным образом размещались довольно чувственные ордерные элементы, колонны и портики, парящие в пространстве. Задачей Степана Липгарта, по его словам, было «добиться баланса между ордерными деталями и большими остекленными поверхностями. Витражи дают много света. Но пустота разрушает тектонику». В доме на Васильевском окна – почти без переплетов, поэтому и в самом деле фасады воспринимаются, как ордерный каркас в пространстве. Но каркас крепкий, проработанный. При всей плоскостности, в нем много слоев, и сам ордер изящного сухого рисунка убедителен и тектоничен. Это не романтическая витальность ар-нуво и ар-деко, но прозрачная стройность и рыцарственная стойкость и веселость классики среди всеобщего хаоса. Какое-то «наперекор», как говорил Гессе, название повести которого перефразировано в заголовке статьи.

«Левинсон, смягченный Лидвалем»?
Пытаясь дать формулу стиля дома на Васильевском, Степан сказал, что это «Левинсон, смягченный Лидвалем». Я не очень чувствую здесь Левинсона, в отличие от дома «Ренессанс», где его влияние очевидно. Большой масштаб и просторы там требовали мощной пластики фасадов, выразившейся в мега-ордере, сконструированном из сильно выступающих эркеров. А вот плоскостность Кленце во французском доме чувствуется. Более правильной, пожалуй, будет формула: Кленце-Лидваль-Левинсон-Липгарт. Это и есть виртуальное общение с мастерами традиционной архитектуры – вроде того, что происходит в повести Гессе «Паломничество в страну Востока», где в одном пространстве встречаются Моцарт и Ансельм Кентерберийский, Пауль Клее и сам Гессе, поэты и художники разных веков.

Лучезарный орнамент
Вообще ар-деко звучит здесь как-то под сурдинку. Больше всего – в портале главного входа и в сильно вынесенных лаконичных карнизах дворовых корпусов, а также в украшающих пропилеи и пилястры орнаментах с лучами, не столько воронихинскими, сколько перекликающимися с советской гербовой символикой. Степан Липгарт утверждает, что это мотивы диагонали и дуги, дополненные треугольниками во фризах, сначала придумались, а потом он внезапно понял, что треугольник – это циркуль. В любом случае мотив – лучезарный, выразительный, родом из станции метро «Аэропорт». Также ар-деко ощущается в люксовых форматах квартир. Террасы, например, вызывают в памяти пентхаусы Трайбеки в нью-йоркских ардекошных домах. С террас открывается вид на самый красивый город на земле.
  • zooming
    1 / 3
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». Вид на террасу уличного фасада с южной стороны
    © Липгарт Архитектс
  • zooming
    2 / 3
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». Перспектива по 20-й линии, вид с юга
    © Липгарт Архитектс
  • zooming
    3 / 3
    Жилой комплекс «Маленькая Франция». Фрагмент дворовой части, вид на выход из двухэтажной квартиры и палисадник при ней
    © Липгарт Архитектс

Личная галерея и личный вход
Наряду с пентхаусами в «Маленькой Франции» применен люксовый формат так называемых ситихаусов – двухэтажных квартир с отдельным входом с улицы. Ситихаусы в России встречаются не то чтобы часто в силу нашей истории, но в последнее время появились. Это как бы таунхаус, встроенный в среднеэтажный жилой дом, с общественной зоной на первом этаже и спальнями – на втором. Это предполагает дружелюбность социума, в 1990-е такое представить было невозможно. Это утверждает достоинство частного человека. В Англии входы в дом всегда отдельные с улицы – вспомните эти цветные узкие двери, часто с гербом, обрамленные портиками. В «Маленькой Франции» вход в ситихаусы осуществляется через тамбуры с узорчатой кованой оградой – оммаж Летнему саду, «где лучшая в мире стоит из оград» – там в летнее время можно оставить коляску или велосипед. Тамбуры выходят на тихую и зеленую, не туристическую 20-ю линию ВО, на которой почти нет транспорта и мало пешеходов. По сути, тамбуры – это крытые галереи в теле здания. Ситихаусы, расположенные со стороны двора, имеют небольшие палисадники, где можно посадить землянику и выпить чашечку кофе.

Архитектор:

Степан Липгарт

Мастерская:

Липгарт Архитектс
A-Architects

Проект:

Жилой комплекс «Маленькая Франция»
Россия, Санкт-Петербург, 20-я линия В.О., д. 5-7

Авторский коллектив:
Руководитель авторского коллектива, автор проекта фасадных решений : Степан Липгарт 
Архитекторы: Оксана Андрианова, Виктория Гребень, Элина Габитова

2020 – 2018

Заказчик: инвестиционно-строительный холдинг «AAG»
Планировочные решения, стадия П, РД: А-Архитектс

03 Апреля 2020

author pht

Автор текста:

Лара Копылова

Технологии и материалы

Формула здоровья от Baumit Klima
Серия экологически чистых, антибактериальных строительных материалов Baumit Klima на известковой основе формирует здоровый микроклимат в доме, регулирует температуру и влажность, гарантирует чистоту и свежесть воздуха.
Свет для самой яркой звезды
Свет учебным классам и лабораториям павильона «Школа» центра «Сириус» обеспечивают мансардные окна VELUX, одновременно защищая помещения от южного солнца и участвуя в формировании архитектурного облика.
Как ковалась победа: вклад Борского стекольного завода
В эту знаменательную дату, мы хотим вспомнить подвиги героев тыла и фронта, руками которых ковалась Великая Победа над фашистским режимом.
Одним из таких выдающихся предприятий был Горьковский механизированный стеклозавод имени М. Горького на Моховых горах, известный в наши дни как Борский стекольный завод, старейшее предприятие стекольной отрасли и один из производственных комплексов AGC Group.
Wienerberger Brick Award 2020: финал переносится на осень
Завершающий этап премии Brick Award от концерна Wienerberger из-за пандемии перенесли на осень. Но уже сформирован шорт-лист. Рассказываем подробнее о премии и показываем некоторые проекты-финалисты.
Ремесленные традиции
Для бизнес-центра «Депо №1» компания «Славдом» поставляла кирпич Wienerberger и системы крепления Baut. Замысел авторов, поддержанный качественным материалами и исполнением, воплотился в здание, достойное исторической среды Петербурга.
Броненосец из титан-цинка
Новая станция метро в Торонто по проекту британских архитекторов Grimshaw получила необычную кровлю, покрытую титан-цинком RHEINZINK.
Грани света
Параметрическое моделирование помогло апарт-отелю в комплексе Grani не затенять окружающие постройки, а окна Velux – обеспечить светом разнообразные внутренние пространства. Другая их заслуга: деликатное дополнение реконструированных исторических корпусов комплекса.
Тренды Delabie: бесконтактная ГИГИЕНА
Бесконтактные сантехнические приборы Delabie позволяют сократить риск заражения в разы даже в период эпидемии, а разработчики компании предлагают целый ряд инноваций, позволяющих предотвратить размножение бактерий как на поверхностях, так и внутри сантехнического оборудования.
ТЭЦ, спорт и зеленая крыша
Архитекторы BIG объединили в одном сооружении для Копенгагена экологичный мусоросжигательный завод, ТЭЦ, горнолыжный склон – и зеленую крышу системы ZinCo.
Стекло для городского калейдоскопа
Современные технологии и классические традиции, строгий и даже торжественный ритм: «Искра-Парк» словно бы переносит нас в 1930-е. С одной поправкой – на объемный, крупного рельефа и зеркального стекла фасад южного корпуса; он возвращает в наши дни.
Дмитрий Самылин: российский «авторский» кирпич и...
Глава фирмы «КИРИЛЛ» рассказал archi.ru о кирпичном производстве в России, новых российских заводах кирпича и клинкера ручной формовки, о новых коллекциях, разработанных с учетом пожеланий архитекторов, а также пригласил на семинар по клинкеру в «Руине» Музея архитектуры.
Сделано в ARCHICAD: концертный зал «Зарядье»
Владимир Плоткин и Александр Пономарев – о программном обеспечении, использованном на разных стадиях проектирования и моделирования знаменитого концертного зала.

Сейчас на главной

Пресса: Архитектура простыла в музыке
Новая филармония, которую открыли в 2015 году в парижском районе Ла-Виллет,— среди самых заметных произведений современной архитектуры во Франции. Но здание в итоге поссорило его создателей. Пять лет спустя автор проекта Жан Нувель и заказчик, руководство филармонии, обмениваются судебными исками на сотни миллионов евро. Рассказывает корреспондент “Ъ” во Франции Алексей Тарханов.
Автор-реконструктор
Дэвиду Чипперфильду поручена реновация здания Центрального телеграфа в Москве: в связи с этим вспомним, почему этот знаменитый британский архитектор считается мастером по работе с наследием, а также о «сложных случаях» в его практике.
Электрические колонны
Новый дом на Кутузовском по-своему интерпретирует как классицистический контекст места, так и присущий проспекту премиальный статус. В то же время он смел: таких колонн – стеклянных, светящихся в ночи трубок, в Москве еще не было. Пластические высказывание получилось сильным и бескомпромиссным, буквально на грани между декоративностью «Украины» и хай-теком Сити.
Пресса: Ар-деко. К юбилею выставки 1925 года в Париже
28 апреля 1925-го в Париже состоялось открытие «Международной выставки декоративного искусства и художественной промышленности». Это событие сыграло ключевую роль в развитии стиля ар-деко, самого яркого художественного направления межвоенной эпохи. И хотя сам термин появился много позже, в 1960-е, именно выставка в Париже подарила стилю его имя.
Архи-события: 25–31 мая
Несколько онлайн-лекций, новый экспресс-курс в МАРШ, конференция о пригородах на «Стрелке» и мастерская с Никитой и Андреем Асадовыми от проекта «Живые города».
Крыша на вырост
Хозяева смогут расширить свои «1/3 дома» по проекту бюро Rever & Drage на западе Норвегии, если их семья увеличится, а пока используют кровлю-навес как парковку, банкетный зал, мастерскую.
Из «муравейника» в «город-сад»
МАРШ запускает он-лайн-интенсив, посвященный экологически устойчивому развитию территорий. Об актуальности темы для российских регионов рассказывает куратор курса и наблюдатель ООН Ангелина Давыдова.
Бетон и пальмы
Новый корпус фонда Nubuke в Аккре, столице Ганы, по проекту бюро nav_s baerbel mueller и Юргена Штромайера.
Градсовет удаленно 19.05.2020
Жилой комплекс пополам с гостиницей, еще два варианта станции метро «Парк победы» и поглощение «Политехнической» – на третьем дистанционном градсовете Петербурга.
Простота для Новой Риги
Проект автомойки с кафе и террасой с видом на дальний лес, и «ритейл-офис» мебельных компаний с длинной и причудливой красной скамейкой.
Зеленый лабиринт на фасаде
Стены и кровля офисно-торгового комплекса Kö-Bogen II по проекту Кристофа Ингенхофена в Дюссельдорфе покрыты 8 километрами живой изгороди: это самый большой зеленый фасад Европы.
Параллельный мир
В частном подмосковном доме Parallel House архитектор Роман Леонидов создал выразительную скульптурную композицию из абсолютно простых форм – параллелепипедов, чье столкновение превратилось в захватывающий спектакль.
Зеркало для неба
Офисное здание cube berlin по проекту бюро 3XN рядом с центральным берлинским вокзалом получило зеркальный фасад-аттракцион, позволивший одновременно устроить открытые террасы для отдыха сотрудников.
Волнорез
В Истринском городском округе Подмосковья тандем бюро «Четвертое измерение» и «АРС-СТ» спроектировал спортивный комплекс – монообъем в виде скошенного параллелепипеда с острым, как у корабля, «носом»
Пресса: Как помойка станет парком. Григорий Ревзин о городе...
Подтверждая закон Ломоносова «сколько чего у одного тела отнимется, столько присовокупится к другому», превращение города в парк, ставшее главным трендом сегодняшнего урбан-дизайна, дополняется обратным трендом — превращением парка в город.
Илья Уткин: «Мы учились у Пиранези и Палладио»
О трех кварталах вокруг Кремля – Кадашевской слободе, Царевом саде и ЖК на Софийской набережной; о понимании города и храма, о творческой оттепели и десятилетии бескультурья; о сокровищах дедушкиной библиотеки – рассказал победитель бумажных конкурсов, лауреат Венецианской биеннале, архитектор-неоклассик Илья Уткин.
Фасад по солнцу
UNStudio реконструировало здание Hanwha Group в Сеуле в соответствии с требованиями энергоэффективности и комфорта, причем работа сотрудников Hanwha не прервалась даже на день.
Дом отшельника
Тема нынешней «Древолюции» – актуальнее не придумаешь. Участники проектировали скромный и легко реализуемый дом для уединения и наслаждения природой. Показываем 19 вдохновляющих работ, отобранных жюри.
Лестница в небо
Проект гостиницы в поселке Янтарный – пример новой типологии рекреационного комплекса, новый формат, объединивший гостиничную, деловую и культурную функции. И все это под лозунгом максимального единения с природой.
Граждане против Цумтора
В Лос-Анджелесе активисты провели конкурс проектов реконструкции музея LACMA, среди участников – Coop Himmelb(l)au и Barkow Leibinger. Это альтернатива «официальному» плану Петера Цумтора, который предусматривает уменьшение общей площади и снос четырех существующих корпусов.
Мыс доброй надежды
Показываем все семь проектов, участвовавших в закрытом конкурсе на создание концепции штаб-квартиры компании «Газпром нефть», а также приводим мнения экспертов.
Картинки на карантине
Как российские архитектурные бюро реагируют на карантин? Размышления о будущем, графика, юмор, хорошие фотографии. Собираем пазл из контента Instagram.
Не только военные песни
Один из проектов нынешнего конкурса благоустройства малых городов созвучен празднику 9 мая: его главный элемент – реконструкция парка, в котором ежегодно проходит фестиваль в честь автора известных песен военной тематики.
Городская лагуна
Архитекторы MVRDV встроили в «руины» городского торгового центра на Тайване общественное пространство The Spring с водоемами, детскими площадками, эстрадой и зеленью.
Белоснежные цилиндры
Арт-центр и парк Tank Shanghai по проекту пекинского бюро OPEN Architecture в Шанхае – редкий пример приспособления под новую функцию резервуаров для авиационного топлива.
Голодный город
Реконструкция Торжковского рынка от бюро RHIZOME: прилавки с фермерскими продуктами, фуд-холл и музей в интерьерах модернистского здания.
Пустота как драма
В Дубае закончено строительство комплекса The Opus, задуманного Захой Хадид еще в 2007 году. Главное в здании – криволинейный проем высотой в 8 этажей.
Благотворительная архитектура
Бюро Martlet Architects, за которым стоит молодая российская пара, с помощью архитектуры участвует в решении проблем стран третьего мира. Показываем школу и две клиники, построенные на краю света за счет благотворительных фондов и силами волонтеров.
Эко-административный комплекс
Zaha Hadid Architects выиграли в Шанхае конкурс на проект штаб-квартиры государственной Группы энергосбережения и охраны окружающей среды Китая. Комплекс должен стать образцовым эко-проектом, учитывающим также и последствия пандемии.
Назад в космос
Парк покорителей космоса на месте приземления Юрия Гагарина по концепции West 8 Адриана Гёзе делает Центр урбанистики экономического факультета МГУ под руководством Сергея Капкова.
Полосатое решение
Об интерьерах ТЦ «Багратионовский» и немного об истории строительства одного из примеров смешанных общественно-торговых прострнаств нового типа, в последнее время популярных в Москве.
Что посмотреть на выходных
Для тех кто планирует на майских поотдыхать – вот, можно сделать и это с пользой. Только что завершившийся цикл лекций Анны Броновицкой, прогулки с гидами по гугл-панорамам, знакомство с любимыми книгами архитекторов и еще пара хороших вариантов.
Башня-знак
Самое высокое деревянное здание в мире, 18-этажная башня Mjøstårnet на юге Норвегии, одновременно привлекает внимание к своему городу – Брумунндалу – и служит знаком возможностей дерева как строительного материала.
Остоженка: первая виртуальная
Две виртуальные экскурсии, с десяток лекций, интервью и круглых столов – подводим итоги выставки, посвященной 30-летию бюро и знаковому проекту реконструкции московского центра – району Остоженки. Выставка прошла полностью в «карантинном» он-лайн формате. Постарались собрать всё вместе.
Высотные фантазии
Публикуем проекты победителей и финалистов очередного конкурса eVolo Skyscraper Competition: уже в 15-й раз участники поражают наше воображение невероятными проектами небоскребов.
Четыре интерьера
Сейчас, когда кафе, салоны и многие магазины, увы, закрыты, мы подобрали несколько свежих интерьеров из Перми, Минска и Челябинска. Все они завершены осенью 2019 года и почти не успели поработать до начала пандемии.
Пресса: Московская династия: Ассы
История семьи архитектора, художника, основателя Архитектурной школы МАРШ Евгения Асса похожа на захватывающий роман. Евгения Гершкович поговорила с Евгением Викторовичем и его сыном Кириллом о судьбе их дедов и прадедов и о том, как их династия выстроилась в уже три поколения архитекторов.