Сергей Скуратов: «Клинкерная стена может заменить любую орнаментированную стену из эпохи классицизма»

Архитектор Сергей Скуратов, один из организаторов московского семинара Hagemeister, рассказал о фактурности клинкера, его способности восстанавливать утраченные исторические связи, задавать зданию главную или фоновую роль.

author pht

Беседовала:
Нина Фролова

mainImg
Архитектор:
Сергей Скуратов
Проект:
ЖК «Садовые кварталы» в Хамовниках
Россия, Москва, ул. Усачева, вл. 11, кварталы 1, 4

Авторский коллектив:
Руководитель авторского коллектива – С. Скуратов
Главный архитектор проекта – А. Панёв
1 квартал: Н. Асадов, С. Безверхий, И. Голубев, И. Ильин, М. Кирьянова, Н. Овсянникова, П. Шалимов, И. Щепетков
4 квартал: А. Алендеев, А. Горобец, Е. Гуськова, Я. Дегтярева, М. Кирьянова, Ю. Ковалева, А. Коньков, Н. Овсянникова, Е. Тирских

2014 – 2013

Заказчик: «М-Девелопмент», ЗАО «Интеко»
Генподрядчик: ООО «Дивидаг»
Смежники: «Метроспецстрой-Девелопер», «АМ Групп»
– Вы часто используете клинкер в своих проектах. В чем заключается при этом «работа с материалом»?

– Во-первых, я работаю не только с клинкером, но и со множеством других материалов, но клинкер – это мой любимый материал, особенно в последние двадцать лет, и когда с клинкером работаешь, надо понимать, какие свойства этого материала ты привносишь в проект, как этот материал меняет твой проект, как он накладывает на него определенные обязательства. Что самое интересное в клинкере? Клинкер – это материал, который приносит в проект преемственность, традиции, долговечность, надежность, экологичность.
Этот материал, конечно, хорош тогда, когда есть в здании масса стены. Потому что если применять его только в качестве каких-то небольших элементов, когда там тонкие пилоны, то, конечно, он себя как бы не отработает.
Поэтому для меня клинкер это еще в каком-то смысле замена классических орнаментальных стен, потому что я не приемлю орнамент как таковой, как, собственно, Адольф Лоос в свое время написал, что орнамент – это преступление, а для меня клинкерная поверхность – это богатейшая поверхность с множеством фактур, элементов, выступов; он невозможно тактильно привлекательный и очень сложный, многообразный. Поэтому клинкерная стена может заменить любую орнаментированную стену из эпохи классицизма.





Сергей Скуратов
Фотография © АО «Фирма КИРИЛЛ»
Жилой комплекс «Садовые кварталы»
Фотография © Sergey Skuratov Architects. Предоставлено компанией Hagemeister
  • zooming
    1 / 2
    Жилой комплекс «Садовые кварталы»
    Фотография © Sergey Skuratov Architects. Предоставлено компанией Hagemeister
  • zooming
    2 / 2
    Жилой комплекс «Садовые кварталы»
    Фотография © Sergey Skuratov Architects. Предоставлено компанией Hagemeister
Жилой комплекс «Садовые кварталы»
Фотография © Sergey Skuratov Architects. Предоставлено компанией Hagemeister

– Как клинкер помогает создать полноценную городскую среду на месте бывших промзон?

Клинкер помогает, во-первых, реализовывать идею духа места, потому что промышленные территории – это, прежде всего, клинкер как раз XIX – начала XX века, хотя, в общем, это кирпич, но по своим свойствам он очень близок к клинкеру, он такой же прочный, такой же долговечный. Если вы когда-нибудь держали в руках кирпич, допустим, Валаамского монастыря 1895 года, вы понимаете, что этот кирпич переживет всех нас и еще несколько тысяч лет еще будет существовать.
Поэтому современный клинкер восстанавливает эти утерянные связи, он помогает создавать поверхности, близкие по своим ощущениям тем поверхностям и зданиям, которые существовали на месте промзон. Я вообще придерживаюсь такой точки зрения, что в промышленных зонах надо сохранить все то, что можно сохранить и восстановить, и реконструировать все то, что можно восстановить и реконструировать, и лишь аккуратно дополнить всю эту историю современными вкраплениями. Клинкер в зданиях, клинкер на благоустройстве позволяет выстраивать эти связи, наводить эти мосты и сшивать эту разорванную ткань.
Жилой комплекс «Садовые кварталы»
Фотография © Sergey Skuratov Architects. Предоставлено компанией Hagemeister
Жилой комплекс «Садовые кварталы»
Фотография © Sergey Skuratov Architects. Предоставлено компанией Hagemeister
Жилой комплекс «Садовые кварталы»
Фотография © Sergey Skuratov Architects. Предоставлено компанией Hagemeister

– Вы используете фасады из клинкера среди разнообразного архитектурного окружения – как нового, так и сложившегося: как вы оцениваете контекстуальность этого материала, восприятие человеком клинкера среди других зданий и их оштукатуренных, металлических, стеклянных поверхностей?

– Я хочу сказать, что не все делает материал. Не все взаимоотношения с окружающими зданиями подвластны материалу. Все-таки архитектура, надо признать, делается не только материалом. Она делается формой, размером, композицией, наличием стеклянных поверхностей и т.д. Конечно, это все работает вместе. Клинкер помогает выстраивать мосты или создавать яркие здания или фоновые, в зависимости от той задачи, которой ты наделяешь это здание, потому что, если по соседству есть какие-то исторические здания, сделанные из кирпича, и ты понимаешь, что в этом месте, условно говоря, кирпичный провал, то, конечно, здание из кирпича эту ситуацию сбалансирует и восстановит. Если вокруг множество бетонных, алюминиевых, оштукатуренных каменных зданий, и тебе надо добавить акцент в это место, то ты применяешь клинкер на фасадах или на благоустройстве и т.д.
Но если вокруг множество зданий из клинкерного кирпича, то, может, в этом месте и не надо делать такой дом, может, в этом месте надо что-то сделать из стекла или камня или меди. Поэтому, в общем, клинкер не панацея для решения всех вопросов. Он лишь инструмент для того, чтобы выстроить мостик между внешним контекстом и внутренним, твоей собственной работой, твоей мыслью души, твоего творческого поиска.
Жилой комплекс «Садовые кварталы»
Фотография © Sergey Skuratov Architects. Предоставлено компанией Hagemeister
Жилой комплекс «Садовые кварталы»
Фотография © Sergey Skuratov Architects. Предоставлено компанией Hagemeister

– Вы очень внимательны к выбору сортировки клинкера, вы создавали вместе со специалистами Hagemeister собственные сортировки. Возможно, вы расскажете подробней, как происходит этот выбор для нового проекта, как вы видите этот будущий фасад?

– Выбор цвета: мы же все прекрасно знаем, что человеческий глаз реагирует на цвет очень эмоционально. Темные цвета вызывают одни чувства, светлые – другие, контрастные – третьи. Поэтому бывают разные сочетания цветов, разные цвета глобально «цвета кирпича». Это происходит как раз на основе того, что я сказал по поводу вашего предыдущего вопроса. Все-таки в первую очередь решается определенная эстетическая и художественная задача. Когда мы делаем очень большой дом, то, конечно, его размер, его давление, его воздействие на пространство каким-то образом надо немного нейтрализовать. Наверное, высокие дома не следует делать из темного кирпича, потому что они и так большие, и они могут влиять как масса скалы, масса кирпича, камня на человека.
Поэтому, наверное, лучше выбирать более светлые оттенки и тональности. Но, в любом случае, я всегда выбираю микст кирпича, микст камня для того, чтобы создать многообразие оттенков и сделать стену более привлекательной, более живой. Мы вот как раз снимаем сейчас интервью на фоне такой стены – вот, посмотрите, сколько в ней оттенков, сколько в ней фактур, хотя это в общем-то один и тот же кирпич на самом деле. Просто он настолько живой и настолько выразительный, что больше ничего и не нужно. А в тех случаях, когда мы позволяем себе некую вольность и делаем стены с выступающим кирпичом, очень внимательно относимся к толщине и цвету шва, его заглублению и так далее, это тоже серьезная работа с качеством поверхности и с ее воздействием на человеческий глаз. Это продолжение образа здания.
Если мы хотим здание сделать таким нежным, неагрессивным, очень скромным, то тогда, конечно, мы работаем с поверхностью как с листом бумаги, я имею в виду, что она ровная. А когда нам надо создать какой-то характер здания, то появляются выступы, появляются фрагменты сколотых кирпичей, стена начинает дышать, она начинает реагировать на окружающее пространство. Но это все жизнь. Это даже та жизнь, которая иногда даже не подвластна архитектору. В общем, все очень сложно, хотя, в общем, одновременно и просто.

Поставщики, технологии

Архитектор:
Сергей Скуратов
Проект:
ЖК «Садовые кварталы» в Хамовниках
Россия, Москва, ул. Усачева, вл. 11, кварталы 1, 4

Авторский коллектив:
Руководитель авторского коллектива – С. Скуратов
Главный архитектор проекта – А. Панёв
1 квартал: Н. Асадов, С. Безверхий, И. Голубев, И. Ильин, М. Кирьянова, Н. Овсянникова, П. Шалимов, И. Щепетков
4 квартал: А. Алендеев, А. Горобец, Е. Гуськова, Я. Дегтярева, М. Кирьянова, Ю. Ковалева, А. Коньков, Н. Овсянникова, Е. Тирских

2014 – 2013

Заказчик: «М-Девелопмент», ЗАО «Интеко»
Генподрядчик: ООО «Дивидаг»
Смежники: «Метроспецстрой-Девелопер», «АМ Групп»

06 Сентября 2019

author pht

Беседовала:

Нина Фролова
comments powered by HyperComments
Технологии и материалы
FunderMax Compact Academy – новый стандарт обучения
Обучение и образование играют важную роль в жизни любого человека. Постоянное совершенствование личных и профессиональных навыков открывает перед человеком новые возможности и делает его востребованным в современном мире.
Максим Павлов: у нашей несущей системы большие перспективы...
Как «упаковать» вентоборудование, архитектурную подсветку, электрические кабели и многое другое в межфасадное эксплуатируемое пространство, не нарушив архитектуры фасада и уменьшив при этом стоимость здания. Рассказывает Максим Павлов, главный инженер компании «ОртОст-Фасад», ГИП по устройству конструкции внешней облицовки храма Вооруженных сил России.
Игра в шарик
Нестандартные оконные узлы Velux помогли воплотить необычный проект сферического детского сада в Подмосковье.
Тонкие и белые
Стальные ламели арены Match Point выполнены на высокотехнологичном производстве компании GRADAS.
Превращение мансарды
Для «Петровского квартала» бюро «Евгений Герасимов и партнеры» воспользовались окнами VELUX Cabrio, которые позволяют одним движением руки превратить мансарду в небольшую террасу.
Юбилей VitraHaus: 2010 – 2020
VitraHaus, который задумывался как шоу-рум для домашней коллекции Vitra, служит примером архитектурного разнообразия, отличающего кампус бренда в Вайле-на-Рейне.
Хрустальные колонны
Разбираемся в технических и технологических аспектах изготовления и монтажа стеклянных колонн дома «Кутузовский XII» – архитектурного решения, удивительного для прохожих, но во многом также и для профессионалов. Колонны можно мыть и менять лампочки.
Сейчас на главной
Ландшафт как мемориал
Бюро Snøhetta выиграло конкурс на проект президентской библиотеки Теодора Рузвельта рядом с национальным парком его имени в Северной Дакоте.
Третья гора
Выставочный центр традиционной китайской медицины по проекту Wutopia Lab на горе Лофушань недалеко от Гуанчжоу напоминает о принципах даосизма и древнем ландшафтном искусстве.
Радость познания
Проект «Зеленый сад» – первый этап на пути масштабных планировочных и архитектурных изменений, которые происходят в одном из ведущих частных учебных заведений России – Павловской гимназии под влиянием эволюции образовательной системы и благодаря активному участию сообщества педагогов и учеников гимназии.
Звезды для полковника
Сквер имени командира стрелковой дивизии Михаила Краснопивцева на микрорайонной окраине Калуги объединяет бронзовый памятник с современным благоустройством, нацеленным на развитие общественной жизни окрестностей.
Кристаллический ландшафт
На Тайване открылся концертный зал Тайбэйского центра музыки по проекту RUR Architecture: этот посвященный поп-музыке комплекс 11 лет назад был предметом крупного международного архитектурного конкурса.
На все времена
Сохранение наслоений разных периодов – одна из прогрессивных тенденций современной реставрации. Именно так, если говорить в целом, произошло обновление вокзала 1933 года в Иваново: на тридцатые, пятидесятые и восьмидесятые. Но довольно много добавилось и современного, так что реализованный проект правильнее называть реконструкцией.
Архитектура как инструмент обучения
Концепция благотворительной школы «Точка будущего» в Иркутске основана на новейших образовательных программах и предназначена, в числе прочего, для адаптации детей-сирот к самостоятельной жизни. Одной из составляющих обучения должна стать архитектура здания: его структура и разные типы связанных друг с другом пространств.
Радужный небосвод
В церкви блаженной Марии Реституты в Брно архитекторы Atelier Štěpán создали клеристорий из многоцветных окон, напоминающий о радуге как о символе завета человека с Богом.
Новое в Никола-Ленивце
В конце прошлой недели состоялся 15-й, юбилейный фестиваль «Архстояние», и территория арт-парка Никола-Ленивец пополнилась тремя новыми объектами. Рассказываем о них.
Внезапный вызов к доске
Королевский институт британских архитекторов (RIBA) представил программу развития «Путь вперед», предполагающий переаттестацию его членов каждые пять лет и изменения в программе сертифицированных им вузов в пользу технических дисциплин. Причины – итоги расследования катастрофического пожара в лондонской жилой башне Grenfell и «климатическая ЧС».
Журавлик
В нашем детстве все знали историю про девочку из Японии, которая болела неизлечимой лейкемией из-за ядерных бомбардировок, и загадала сложить много журавликов прежде чем умереть. Проектируя реконструкцию здания для детского хосписа – первого в Москве – IND architects положили в основу именно эту историю. А называется проект – Дом с маяком.
На красных холмах
Павильон центра молодежной культуры для самого большого экстрим-парка в России с интерактивным фасадом и переосмыслением эстетики стрит-арта.
Метро как по учебнику
В столице Катара Дохе строится с нуля метрополитен: готовы 37 станций, спроектированных по «дизайн-руководству», разработанному бюро UNStudio.
Первый выпуск Ре-школы: наследие Ельца
Дипломники школы Наринэ Тютчевой подготовили мастер-план развития Ельца, а также концепцию сохранения трех объектов культурного наследия, предлагая решения для сохранения слободской застройки, расселения ветхого жилья и восстановления городских связей.
Керамика в ракурсе
Изогнутые керамические пластинки на фасадах исследовательского института при барселонской больнице Сан-Пау – «двойного назначения»: снаружи это натуральная терракота, а в ракурсе видна разноцветная глазурь.
Пресса: Как изменится Небесный град. Григорий Ревзин о городе...
Рядом с реальным городом у нас на глазах вырос город виртуальный, и можно с большой уверенностью утверждать, что эта пара теперь просуществует неопределенно долго. Даже более определенно — эта пара и есть город будущего при любом варианте его развития.
Машина для эмоций
Новый небоскреб в деловом районе Дефанс – башня компании Saint-Gobain, по замыслу архитекторов Valode & Pistre, должна вызывать эмоции – своей сложной формой, висячими садами, переменчивым обликом фасада.
Звучание фасада
Инсталляция «Классная игра» художника Марины Звягинцевой превратила фасад школы на севере Москвы в клавиатуру рояля и переосмыслила место школьного здания в городской среде. Публикуем интервью Марины о ее методе работы с архитектурой.
«Подтянуть уровень города до уровня памятников»
Такова задача нового мастер-плана Суздаля, разработанного ДОМ.РФ совместно с КБ Стрелка в преддвериии тысячелетия города. Рассказываем, каким образом авторы предлагают трансформировать пространство «городского поселения», куда больше миллиона человек в год приезжает посмотреть на старый русский город.
Наедине с морем
Плавучий сборный отель Punta de Mar у испанского побережья Средиземного моря – образец туризма будущего. При реализации проекта важную роль сыграло стекло Guardian Glass.
Галерейный подход
Рассказываем о концепции Центральной районной больницы вместимостью 240 мест «Гинзбург архитектс», которая заняла 1 место на конкурсе Союза архитекторов и Минздрава.
Конструктор здоровья
Публикуем концепцию типовой больницы бюро UNK project, занявшую 2 место в конкурсе, проведенном Союзом архитекторов России при участии Минздрава.
Пресса: Найдите 9 отличий: ревизия конкурсов на метро
В Москве объявили результаты очередного — пятого — конкурса на архитектурный облик станций метро. Мы решили разобраться, что происходит с 9-ю концепциями-победителями уже прошедших конкурсов и почему реализации могут оказаться совсем на них не похожими.
«Скальпель» в сердце Сити
Новая офисная башня по проекту KPF в центре Лондона благодаря своему острому силуэту получила прозвище «Скальпель». Она стоит рядом с «Корнишоном» и «Теркой для сыра».
Пресса: Вини Маас: Петербургу нужно два мэра — для центра...
Знаменитый архитектор, один из самых смелых визионеров от урбанистики в мире, руководящий партнёр бюро MVRDV Вини Маас рассказал dp.ru о том, почему окраины в Петербурге важнее центра, как вернуть город в мировой контекст, есть ли смысл развивать в городе сельское хозяйство, а также о своём проекте для Охтинского мыса.
От гор к водам
В Шэньчжэне реализован проект OMA: офисная башня Prince Plaza c торговым центром в большом стилобате.
Градсовет удаленно 26.08.2020
Предварительное, «для ППТ», рассмотрение дома – близкого соседа «Дома у моря» и исторического особняка, вызвало много замечаний и пожелание доработки, в том числе с позиций охраны памятника и градостроительной ситуации. Хотя проект сам по себе скорее позволили.
Стиль больших крыш
Zaha Hadid Architects представили свой проект футбольного стадиона для древней столицы Китая – Сианя: строительство уже идет.
Пресса: «В старых дверях есть что-то необъяснимое и загадочное»....
В Музее Ахматовой в Фонтанном доме открылась выставка «Анна Ахматова. Михаил Булгаков. Пятое измерение» – тотальная инсталляция, дающая отличное представление о том, что такое архитектура выставок и зачем она нужна.
Вопросы к закону об архитектурной деятельности
Мария Элькина, Сергей Чобан и Олег Шапиро опубликовали письмо – фактически петицию – с призывом не принимать закон об архитектурной деятельности в нынешней редакции. Письмо призывают подписывать и отправлять на подпись коллегам.