Будущее новой профессии

Интервью с куратором нового курса МАРШ, посвящённого световому дизайну и стартующего осенью 2016 – Натальей Маркевич.

mainImg
Осенью 2016 году архитектурная школа МАРШ запускает новый курс, посвященный световому дизайну. О специфике образования и профессии светодизайнера, о разделении обязанностей между архитекторами и светодизайнерами, о перспективах развития светового дизайна в России и лидерах отрасли за рубежом, мы поговорили с куратором курса Наталией Маркевич, профессиональным светодизайнером, получившим образование в России и Англии.

Архи.ру: 
– Расскажите поподробнее о запуске нового курса в МАРШ. Какие предметы и как будут изучаться? Какова методика? Существуют ли аналоги этого курса в России и мире?

Наталия Маркевич:
– Мы запускаем новый годичный курс светового дизайна, рассчитанный на людей, которые уже получили высшее или среднее специальное образование в сфере инженерных систем, архитектурного проектирования или дизайна, и решивших сосредоточиться на теме света. Соответственно, мы планируем занятия так, чтобы они были удобны работающим людям: по вечерам в рабочие дни и один выходной полностью.

В России подобного образования до сих пор нет, несмотря на давние традиции и высокий уровень развития светотехники и все нарастающий интерес к световому дизайну. Есть большие технические вузы, выпускающие светотехников, есть краткосрочные курсы при них, есть отдельные предметы, которые преподаются на архитектурных факультетах, есть коммерческие курсы дизайна. И как результат такого подхода к образованию на рынке можно отметить разделение на креативных специалистов, которым не хватает технических знаний и технических специалистов, не обладающих творческим видением проектов. Очень остро ощущается нехватка профессионалов, в которых обе эти составляющие гармонично соединялись бы.

Мы поставили перед собой задачу изменить ситуацию, разработав курс, в котором бы технические знания о свете, его практическом применении, освещении и светотехнике, сочетались бы с занятиями, направленными на развитие эстетической компоненты, использования художественных и эмоциональных возможностей света, его связи с архитектурой и людьми.

– А как на практике можно объединить столь различные подходы к светодизайну?

– В нашей программе предусмотрены дисциплины, которые восполнят недостающие знания и навыки, как у «художников», так и у «техников». На протяжении первых месяцев обучения запланирован объединяющий модуль, во время которого слушатели объединятся в команды, чтобы в процессе совместной работы над дизайн-проектами обмениваться знаниями и учится новому, чтобы впоследствии они могли делать проекты самостоятельно.

Преподавать на курсе будут ведущие практикующие российские специалисты, которые своим опытом доказали, что именно объединение этих двух подходов дает наилучшие результаты. Много часов в программе курса заложено на лекции и семинары по физике и теории света, а также на практические занятия, на которых студенты будут моделировать сцены освещения и изучать уже реализованные проекты, чтобы проанализировать использованные в них технологии. Планируются посещения фабрик, знакомство с производствами, визиты в реальные дизайн-бюро, экскурсии на городские объекты и тому подобные «полевые занятия». Мы также планируем организовать собственную световую лабораторию в школе МАРШ, где студенты смогут самостоятельно экспериментировать со световыми приборами и эффектами.

– Вы планируете сфокусироваться только на архитектурном освещении?

 Нет. Мы включили в нашу программу предметы и проектные задания по трём основным видам светового дизайна: архитектурному или фасадному, интерьерному и ландшафтному. Между ними нет каких-то краеугольных различий, но при работе с каждой типологией, необходимо знать и учитывать её специфику, функции света в том или ином объекте, особенности восприятия света и требования к нему. В рамках курса студенты разработают три разных проекта, что позволит им выпуститься с вполне убедительным портфолио. Кроме того, у них будет опыт работы над реальными кейсами, знакомство с ведущими практиками индустрии и исчерпывающее представление о современных технологиях и приёмах работы со светом.

– А если посмотреть на вопрос шире? Какими навыками и какими знаниями должен обладать специалист, чтобы считаться светодизайнером? Профессия светодизайнера вообще существует?

– К сожалению, мнение, что светодизайнер – это выдуманная профессия, новое красивое название инженеров светотехников или посягательство на роль архитектора в проекте, очень распространено. На самом деле, это реальная междисциплинарная профессия, возникшая на стыке сразу нескольких дисциплин – светотехники, архитектуры и дизайна, электрики, сценографии и, отчасти, фотографии. когда потребности людей в освещении стали выходить за рамки чисто функционального использования.

На европейском рынке профессия светодизайнера существует уже несколько десятилетий и за это время успела доказать свою необходимость. Основы ее были заложены еще Ричардом Келли (1910–1977), который стал для нашей отрасли первопроходцем. Он понял и продемонстрировал, что свет не только функциональный элемент здания или среды, но и источник эстетического совершенства, способный влиять как на людей, так и на архитектуру.
zooming
Наталия Маркевич. Куратор курса «Световой дизайн», МАРШ
zooming
Аэропорт “Eero Saarinen′s Dulles”, штат Виргиния. Светодизайн Ричарда Келли © MWAA. Источник: lightonline.ru

Наше восприятие окружающего мира во многом зависит от света. Будет ли окружающее пространство визуально комфортно и удобно, безопасно, привлекательно и интересно, будет ли оно давать эмоциональный отклик. За всё это отвечает светодизайнер. Он должен обладать глубокими знаниями о свете и иметь практический опыт применения оборудования. Он также должен быть в курсе последних тенденций и технических инноваций в области светотехники. Технологии развиваются постоянно и чем дальше, тем более и более стремительно. Немаловажно, чтобы светодизайнер обладал пространственным и креативным мышлением, а также мог подать свою идею. То есть как минимум владел азами графического представления материалов.
zooming
Изучения света в фотографии объектов, 1991. Авторы Clara Drevon Powell, George Lee Zimmerman, Suzy Soffler. Источник: richardkellygrant.org
zooming
Реновация Художественной галереи Йельского университета, 1994. Светодизайнер Steven Hefferan. Источник: richardkellygrant.org

В России профессия ещё только складывается. Сравнительно недавно появился и вошел в обиход сам термин. Даже в официальном перечне профессий позиция «светодизайнер» отсутствует. Фактически, она формируется на наших глазах, определяется её функционал и роль в общем процессе разработки проектов. Я уверена, что в связи со всё увеличивающейся потребностью в профессионалах в области светодизайна, причем именно в тех, кто обладает как креативными навыками, так и техническими знаниями, этот переходный этап продлится недолго. И надеюсь, запуск нашего курса будет этому способствовать.

– Если мы заговорили о роли светодизайнера в работе над проектом, не могли бы вы чуть подробнее рассказать, как должна выстраиваться система взаимодействия архитектора и светодизайнера? Каковы зоны ответственности каждого?

 Светодизайнер – это специалист, который говорит на языке света и посредством этого знания помогает выразить архитектурную идею проекта. Светодизайнер отвечает за весь проект освещения. Он заботится о том, чтобы освещение было, его было достаточно, чтобы оно было функционально и комфортно для людей, чтобы оно было эстетично и вписывалось в архитектурную концепцию. Плюс к этому, светодизайнер помогает архитектору понять, как добиться нужного эффекта технически и, если необходимо, разработать какие-то оригинальные детали для лучшей интеграции светового оборудования в архитектуру. Также он заботится о том, чтобы оборудование было легко монтировать, легко обсуживать, и оно было энергоэффективно. Чем раньше в проект войдет светодизайнер, тем выше вероятность, что все эти решения будут найден без ущерба для архитектуры.

Редкий архитектор обладает достаточными знаниями в области современного светодизайна, чтобы на ранних стадиях работы учесть возможности и влияние света. По моему опыту, разве что Заха Хадид точно знает какой световой эффект и каким прибором, она хочет создать в определенном месте здания. Светодизайнеры, работающие с ней изобретают новые светильники, чтобы реализовать ее идеи и нередко, эти приборы уходят в серийное производство. Но даже если архитектор точно знает, что он хочет, консультации светодизайнера на ранних стадиях работы над проектом могут быть очень полезными. Технологии развиваются столь стремительно, что каждые полгода появляются новые типы приборов и новые технологии инсталляции. Поэтому даже на стадии концепции, каждому архитектору будет полезно проконсультироваться со светодизайнером и понять, что нужно предусмотреть, где есть какие-то подводные камни.

– И насколько описанная система соответствует российской практике? Каков уровень развития светового дизайна в России? Что может изменить ситуацию?

В России в последнее время ощущается нарастающий интерес к дизайну освещения. Об этом можно судить по инвестициям, вкладываемым, например, в архитектурное освещение городов, привлечению иностранных специалистов, фестивалям и событиям, посвященным свету. Приходит понимание, что свет – это не чисто утилитарная опция, и появляется запрос, как со стороны городских властей, так и со стороны коммерческих заказчиков, на более масштабные, проработанные проекты освещения пешеходных улиц, отдельных зданий и комплексов, вплоть до разработки световых мастер-планов для целых городов. Особенно заметен прогресс в области освещения общественных пространств. Крымская набережная и Пятницкая улица в Москве, пешеходная улица в Омске – это уже образцы современного подхода к работе со светом в городской среде. Правда, из-за нехватки специалистов вообще и высококвалифицированных в частности, а также из-за плохо отработанной системы коллаборации на проекте, в большинстве случаев результаты не столь впечатляющие.
Реконструкция пешеходной улицы Чокана Валиханова в Омске. Авторы: СК “ИдеалСтрой”, ООО «Искон», Malishev Wilson Engineers (Великобритания). Фотография © Анатолий Белов. Источник: журнал «Проект Россия»
Реконструкция пешеходной улицы Чокана Валиханова в Омске. Авторы: СК “ИдеалСтрой”, ООО «Искон», Malishev Wilson Engineers (Великобритания). Фотография © Анатолий Белов. Источник: журнал «Проект Россия»
Реконструкция пешеходной улицы Чокана Валиханова в Омске. Авторы: СК “ИдеалСтрой”, ООО «Искон», Malishev Wilson Engineers (Великобритания). Фотография © Анатолий Белов. Источник: журнал «Проект Россия»

Исторически сложилось, что в нашей стране проектирование света относится сугубо к инженерной специализации. И, как любой инженерный раздел, свет имеет слабый голос при принятии решений, влияющих на архитектурный облик здания. Большинство российских специалистов в области светодизайна в большинстве своём самостоятельно вышли за рамки инженерной профессии, где их узкая специализация и второстепенная роль в проектах не позволяла раскрыть весь потенциал современного освещения.
Реновация Крымской набережной © WOWhaus
Реновация Крымской набережной. Фотография © Илья Иванов
Реновация Крымской набережной. Фотография © Илья Иванов
Реновация Крымской набережной. Фотография © Елизавета Грачёва
Реновация Крымской набережной. Фотография © Елизавета Грачёва

Ситуацию можно изменить формированием слоя профессионалов, способных взять на себя ответственность закрыть разрыв между инженерной стороной освещения и архитектурой. Спрос на услуги консультантов по освещению постепенно растет, поэтому подготовив специалистов, способных встретить новые потребности рынка, мы создадим движение навстречу друг другу как со стороны заказчиков, так и со стороны экспертного сообщества.

– А какие страны являются мировыми лидерами светового дизайна? Какие актуальные тенденции Вы могли бы отметить? Что ждет нас в области светодизайна в будущем?

Безусловным лидером по количеству специалистов и светодизайнерских бюро является Великобритания. Практически ни один архитектурный проект в этой стране не обходится без участия дизайнеров освещения. Традиционно профессия хорошо представлена в Германии и скандинавских странах, особенно в Финляндии и Швеции, благодаря наличию университетов с профильным образованием. Кроме того, на уровень развития влияет специфика климата. Северные страны уделяют очень много внимания свету и известны своим аккуратным отношением к нему. Для нас это может казаться слишком камерно, слишком минималистично, скромно. Многие города Европы не переосвещены, это связано и с традициями этих стран, и с экономией энергоресурсов.
Здание медиакомпании Sky – Sky Believe in Better Building © Simon Kennedy
Здание медиакомпании Sky – Sky Believe in Better Building © Simon Kennedy
Здание медиакомпании Sky – Sky Believe in Better Building © Simon Kennedy

Профессия активно развивается в Китае. Среди стран, уделяющих большое внимание формированию световой городской среды, я бы назвала Арабские Эмираты и Сингапур. Именно в этом городе расположены здания, ставшие за последние годы иконами светодизайна. Сейчас на глобальном уровне работают несколько десятков очень сильных команд по светодизайну, которые делают проекты по всему миру. Я бы выделила среди них Lighting Design Collective (светодизайнер Tapi Risenius), AF Lighting (светодизайнер Kai Piippo), Skira (светодизайнер Dean Skira), студия Speirs+Major, Arup lighting, список можно продолжить. Им удается из года в год создавать великолепные знаковые световые проекты, участвовать в конкурсах, сотрудничали с лучшими архитекторами. Многие из светодизайнеров консультируют фабрики по производству светильников и вместе с ними создают новые интересные продукты.
zooming
Комплекс Palm Island © Luo Wen
zooming
Комплекс Palm Island © Luo Wen
Mobile Europe Building. Амстердам. Бюро DUS Architects. На фасадах совмещение прочных тканей и 3D печати. Фотография © Ossip van Duivenbode
Mobile Europe Building. Амстердам. Бюро DUS Architects. На фасадах совмещение прочных тканей и 3D печати. Фотография © Ossip van Duivenbode
Офисное здание компании “Ministry of Design”. Сингапур © Ministry of Design
Офисное здание компании “Ministry of Design”. Сингапур © Ministry of Design

Если говорить о тенденциях, то, безусловно, в первую очередь нужно выделить медиатехнологии в архитектурном освещении зданий, а также интеграцию света в архитектуру, когда свет уже не рассматривается как отдельный или дополнительно необходимый элемент, а является частью архитектуры.
 
– Среди производителей светового оборудования какие компании Вы можете выделить и чем они интересны?

 Светильники – это инструменты, которыми мы пользуемся в работе каждый день. Инструменты могут быть удобными, привычными, а могут быть инновационными. Профессионалы предпочитают оборудование с большой вариативностью по оптике, мощности, цветности, дополнительным аксессуарам. Практически у каждого сильного бренда-производителя есть свой «конёк». К примеру, ERCO у меня ассоциируется прежде всего с экспозиционным освещением для музеев и выставок, iGuzzini – уличный свет для городов, Siteco и Zumtobel – могут предложить идеальное решение для офисов, Delta Light с жилыми интерьерами или ландшафтом загородных домов. Все производители очень интересные, у каждого есть свои особенности и сильные стороны.
 
***
Справка:
Наталия Маркевич. Куратор курса «Световой дизайн» МАРШ 2016/2017 учебный год. Окончила Московский Энергетический Институт, Британскую высшую школу дизайна, а также University of Arts, Лондон. Практикующий светодизайнер с большим опытом работы как в российских, так и зарубежных светодизайнерских компаниях, в том числе ARUP Lighting London. В сотрудничестве с ведущими мировыми архитекторами работала над проектами освещения «Кунцево Плаза» и технопарка «Сколково», офисов компаний BAT в Москве и JP Morgan в Лондоне, принимала участие в разработке Концепции освещения Олимпийского парка Сочи и концепции аварийного освещения Торговых Комплексов Мега для компании IKEA.
 

10 Марта 2016

Похожие статьи
Иван Кычкин: «Наш подход строится на балансе между...
За последнее время на архитектурном горизонте России все чаще появляются новые и интересные бюро из Республики Саха. Большинство из них активно участвуют в программах благоустройства, но не ограничиваются ими, развивая новые направления на стыке архитектуры, дизайна и арт-практик. Одним из таких бюро является мультидисциплинарная студия GRD:, о специфике которой мы поговорили с ее руководителем Иваном Кычкиным.
«Баланс между краткой формой и насыщенностью контекста»
В издательстве Музея «Гараж» вышел 5-й путеводитель из серии о модернизме в крупных городах СССР: теперь речь идет о Ереване. Мы поговорили о новой книге, ее особенностях и отличиях от предыдущих 4 изданий с ее авторами: Анной Броновицкой, Еленой Маркус и Юрием Пальминым.
Давай поговорим о брутализме
Архитектурному клубу «Глазами инженера» исполнился год: он предлагает встречи за чашкой чая, непринужденную атмосферу и разные форматы – от обсуждения стиля, здания или книги до вымышленного градсовета. Основатели и модераторы клуба рассказали Архи.ру, почему эти неформальные встречи дают особенный опыт новичкам и профессионалам.
Степан Липгарт и Юрий Герт: «Наша программа – эстетическая»
У бюро Степана Липгарта, архитектора с узнаваемым авторским почерком и штучными проектами, теперь есть партнер. Юрий Хитров, специалист с широким набором компетенций, возьмет на себя ту часть работы, которая отвлекает от творчества, но двигает бизнес вперед. Одна из целей такого союза – улучшать среду города через диалог с заказчиком и чиновниками. Поговорили с обеими сторонами об амбициях, стратегии развития бюро, общих ценностях и необходимости прагматичного. А почему бюро называется «Липгарт&Герт» – выяснилось в самом конце.
Что ждет российскую архитектуру: версии двух столиц
На 30-й «АРХ Москве» Никита Явейн и Николай Ляшенко поговорили о будущем российских архитектурных бюро. Беседа проявила в том числе и глубинное отличие петербургского и московского мироощущения и подхода: к структуре бюро, конкурсам, зарубежным коллегам и, собственно, будущему. Сейчас, когда все подводят итоги и планируют, предлагаем почитать или послушать этот диалог. Вы больше Москва или Петербург?
Дмитрий Остроумов: «Говоря языком алхимии, мы участвуем...
Крайне необычный и нетипичный получился разговор с Дмитрием Остроумовым. Почему? Хотя бы потому, что он не только архитектор, специализирующийся на строительстве православных храмов. И не только – а это редкая редкость – сторонник развития современной стилистики в ее, пока все еще крайне консервативной, сфере. Дмитрий Остроумов магистр богословия. Так что, помимо истории и специфики бюро, мы говорим о понятии храма, о каноне и традиции, о живом и о вечном, и даже о Русском Логосе.
Измерение Y
Тенденция проектирования жилых башен в Москве не тускнеет, а напротив, за последние 5 лет она как никогда, пожалуй, вошла в силу... Мы и раньше пробовали изучать высотное строительство Москвы, и теперь попробуем. Вашему вниманию – небольшой исторический обзор и опрос практикующих в городе архитекторов.
Алексей Ильин: «На все задачи я смотрю с интересом»
Алексей Ильин работает с крупными проектами в городе больше 30 лет. Располагает всеми необходимыми навыками для высотного строительства в Москве – но считает важным поддерживать разнообразие типологии и масштаба объектов, составляющих его портфолио. Увлеченно рисует – но только с натуры. И еще в процессе работы над проектом. Говорим о структуре и оптимальном размере бюро, о старых и новых проектах, крупных и небольших задачах; и о творческих приоритетах.
Вопрос «Каскада»
Правительство Армении одобрило инвестиционную программу, подразумевающую завершение «Каскада», ключевой постройки Еревана 1980-х, согласно новому проекту Wilmotte & Associés. О судьбе, значении и возможном будущем «Каскада» рассказали Архи.ру историки архитектуры Карен Бальян и Анна Броновицкая.
«На грани»: интервью с куратором «Зодчества 2025» Тиграном...
С 4 по 6 ноября в московском Гостином дворе состоится XXXIII Международный архитектурный фестиваль «Зодчество». В этом году его приглашенным куратором стал вице-президент Союза московских архитекторов, основатель бюро STUDIO-ТА Тигран Бадалян.
Форма без случайностей
Креативный директор «Генпро» Елена Пучкова – о том, что такое честная современная архитектура: почему важно свести пилоны, как работать с ограниченной палитрой материалов и что делать с любимым медным цветом, который появляется в каждом проекте.
Валерий Каняшин: «Нам дали свободу»
Жилой комплекс Headliner, строительство основной части которого не так давно завершилось напротив Сити – это такой сосед ММДЦ, который не «подыгрывает» ему. Он, наоборот, решен на контрасте: как город из разноформатных строений, сложившийся естественным путем за последние 20 лет. Популярнейшая тема! Однако именно здесь – даже кажется, что только здесь – ее удалось воплотить по-настоящему убедительно. Да, преобладают высотки, но сколько стройных, хрупких в профиль, ракурсов. А главное – как все это замиксовано, скомпоновано... Беседуем с руководителем проекта Валерием Каняшиным.
Григорий Ревзин: «Что нам делать с архитектурой семидесятых»
Советский модернизм был хороший, авторский и плохой, типовой. Хороший «на периферии», плохой в центре – географическом, внимания, объема и прочего. Можно ли его сносить? «Это разрушение общественного консенсуса на ровном месте». Что же тогда делать? Сохранять, но творчески: «Привнести архитектуру туда, где ее еще нет». Относиться не как к памятникам, а как к городскому ландшафту. Читайте наше интервью с Григорием Ревзиным на актуальную тему спасения модернизма – там предложен «перпендикулярный», но интересный вариант сохранения зданий 1970-х.
Лама из тетраметилбутана
Петр Виноградов рассказал об экспериментальной серии скульптур «Тетрапэд», которая исследует принципы молекулярной архитектуры, адаптивных структур и интерактивного взаимодействия с городской средой. Конструкции реагируют на движение, собеседуют с пространством, допускают множественные сценарии использования и интерпретации. Скульптуры уже побывали на «Зодчестве» и фестивале «Дикая мята», а дальше отправятся на Forum 100+.
В преддверии Архстояния: интервью с Валерием Лизуновым,...
25 июля в Никола-Ленивце стартует очередной, юбилейный, фестиваль «Архстояние». Ему исполняется 20 лет. Тема этого года: «Мое главное». Накануне открытия поговорили с архитектором Archpoint Валерием Лизуновым, который стал автором одного из объектов фестиваля «Исправительное учреждение».
Сергей Кузнецов: «Мы не стремимся к единому стилю...
Некоторое время назад мы попросили у главного архитектора Москвы Сергея Кузнецова комментарий по Архитектурной премии мэра Москвы: от схемы принятия решений до того, каким образом выбор премии отражает архитектурную политику. Публикуем полученные ответы, читайте.
Дина Боровик: хрущёвки попадают в Рай
Молодая художница из Челябинска Дина Боровик показывает в ЦСИ Винзавод выставку, где сопоставляет пятиэтажки, «паутинки» и прочие приметы немудрящей постсоветской жизни с динозаврами. И хотя кое-где ее хрущевки напоминают инсталляцию Бродского на венецианской биеннале, страшно сказать, 2006 года, лиричность подкупает.
Дюрер и бабочки
Рассматриваем одну из работ выставки «Границы видимости», которая еще открыта на Винзаводе, поближе. Объект называется актуальным для современности образом: «Сакральная геометрия», сделан из лотков для коммуникаций, которые нередко встречаются в открытом виде под потолком, с вкраплениями фрагментов гравюры Дюрера, «чтобы сбить зрителя с толку».
«Коллизии модернизма и ориентализма»
К выходу в издательской программе Музея «Гараж» книги о Ташкенте, уже 4-м справочнике-путеводителе из серии о советском модернизме, мы поговорили с его авторами, Борисом Чуховичем, Ольгой Казаковой и Ольгой Алексеенко, о проделанной ими работе, впечатлениях и размышлениях.
Александр Пузрин: как получить «Золотого Льва» венецианской...
В 2025 году главная награда XIX Венецианской архитектурной биеннале – «Золотой Лев» досталась национальному павильону Бахрейна за экспозицию Heatwave. Среди тех, кто работал над проектом, был Александр Пузрин – выпускник Московского инженерно-строительного института, докторант израильского Техниона, а ныне – профессор Швейцарской высшей технической школы Цюриха (ETH Zurich). Мы попросили его рассказать о технических аспектах Heatwave, далеко неочевидных для простых зрителей. Но разговор получился не только об инженерии.
Комментарии экспертов. Цирк
Объявлены результаты голосования: москвичи (29%) и дети (42%) проголосовали за первоначально победившее в конкурсе здание цирка в виде разноцветного шатра. Мы же собрали по разным изданиям комментарии экспертов архитектурно-строительной среды, включая авторов конкурсных проектов. Получилась внушительная подборка. Эксперты, в основном, приветствуют идею переноса в Мневники, далее – приветствуют обращение к общественному голосованию, и, наконец, кто-то отмечает уместность эксцентричной архитектуры победившего проекта для типологии цирка. Читайте мнения лучших людей отрасли.
Григорий Ревзин: «Сильный жест из-под полы. Нечто победило»
Обсуждаем дискуссии вокруг конкурса на цирк и сноса СЭВ с самым известным архитектурным критиком нашего времени. В процессе проявляется парадокс: вроде бы сейчас принято ностальгировать по брежневскому времени, а знаковое здание, «ось» Варшавского договора, приговорили к сносу. Не странно ли? Еще мы выясняем, что wow-архитектура вернулась – это новый после-ковидный тренд. Однако, чтобы жест получился действительно сильным, без профессионалов все же не обойтись.
Сергей Скуратов: «Если обобщать, проект реализован...
Говорим с автором «Садовых кварталов»: вспоминаем историю и сюжеты, связанные с проектом, который развивался 18 лет и вот теперь, наконец, завершен. Самое интересное с нашей точки зрения – трансформации проекта и еще то, каким образом образовалась «необходимая пустота» городского общественного пространства, которая делает комплекс фрагментом совершенно иного типа городской ткани, не только в плоскости улиц, но и «по вертикали».
2024: что говорят архитекторы
Больше всего нам нравится рассказывать об архитектуре, то есть о_проектах, но как минимум раз в год мы даем слово архитекторам ;-) и собираем мнение многих профессионалов о том, как прошел их профессиональный год. И вот, в этом году – 53 участника, а может быть, еще и побольше... На удивление, среди замеченных лидируют книги и выставки: браво музею архитектуры, издательству Tatlin и другим площадкам и издательствам! Читаем и смотрим. Грустное событие – сносят модернизм, событие с амбивалентной оценкой – ипотечная ставка. Читаем архитекторов.
Наталья Шашкова: «Наша задача – показать и доказать,...
В Анфиладе Музея архитектуры открылась новая выставка, и у нее две миссии: выставка отмечает 90-летний юбилей и в то же время служит прообразом постоянной экспозиции, о которой музей мечтает больше 30 лет, после своего переезда и «уплотнения». Мы поговорили с директором музея: о нынешней выставке и будущей, о работе с современными архитекторами и планах хранения современной архитектуры, о несостоявшемся пока открытом хранении, но главное – о том, что музею катастрофически не хватает площадей. Не только для экспозиции, но и для реставрации крупных предметов.
Юрий Виссарионов: «Модульный дом не принадлежит земле»
Он принадлежит Космосу, воздуху... Оказывается, 3D-печать эффективнее в сочетании с модульным подходом: дом делают в цеху, а затем адаптируют к местности, в том числе и с перепадом высот. Юрий Виссарионов делится свежим опытом проектирования туристических комплексов как в средней полосе, так и на юге. Среди них хаусботы, дома для печати из легкого бетона на принтере и, конечно же, каркасные дома.
Технологии и материалы
Материализация образа
Технические новации иногда появляются благодаря воображению архитектора-визионера. Примером может служить интерьер Медиацентра в парке «Зарядье», в котором главным элементом стала фантастическая подвесная конструкция из уникального полимера. Об истории проекта Медиацентра мы поговорили с его автором Тимуром Башкаевым (АБТБ) и участником проекта, светодизайнером Софьей Кудряковой, директором по развитию QPRO.
Моллирование от Modern Glass: гибкость без ограничений
Технологии компании Modern Glass позволяют производить не просто гнутое стекло, а готовые стеклопакеты со сложной геометрией: сверхмалые радиусы, моллирование в двух плоскостях, длина дуги до 7 м – всё это стало возможно выполнить на одном производстве. Максимальная высота моллированных изделий достигает 18 м, благодаря чему можно создавать цельные фасадные поверхности высотой в несколько этажей без горизонтальных стыковочных швов, а также реализовывать сложные комбинированные решения в рамках одного проекта.
Cool Colours: цвет в структуре
Благодаря технологии коэкструзии, используемой в системах Melke Cool Colours, насыщенный цвет оконного профиля перестал вызывать опасения в долговечности конструкции. Работать с темными и фактурными оттенками можно без риска термической деформации и отслаивания.
Быстро, дешево и многоэтажно
Техасский ICON – производитель промышленных 3D-принтеров и компаньон бюро BIG – выпустил на рынок новую печатную систему. Она предназначена для строительных компаний, а не для частных пользователей. Подразумевается, что на установке Titan будут печатать быстровозводимые, качественные и относительно дешевые дома. А рядовые покупатели, пусть и не знакомые с аддитивными технологиями, смогут обзавестись доступным инновационным жильем.
Фальцевая кровля Rooflong как инженерная система
Современная архитектура предъявляет к кровельным системам значительно более высокие требования, чем это было еще несколько лет назад. Речь идет не только о защите здания от внешних воздействий, но и о сложной геометрии, долговечности, интеграции инженерных элементов и точной реализации архитектурной идеи. Так, фальцевая кровля все чаще рассматривается не как отдельный материал, а как часть комплексной оболочки здания.
Эффективные фасады из полимеров
К современным фасадам предъявляются множество требований: они должны быть одновременно легкими и прочными, гибкими и удобными в монтаже, эстетичными и пригодными для повторного использования. Полимерные композитные системы успешно справляются со всеми этими задачами, выходя далеко за рамки традиционной светотехники и стандартных форм. Эффективность выражается в снижении нагрузки на каркас, в простоте монтажа, в возможности создавать сложнейшие скульптурные оболочки. Разберем, как это работает на практике.
По второму кругу
​В Осаке разбирают «Большое кольцо» – гигантскую деревянную конструкцию, построенную по проекту Со Фудзимото для ЭКСПО-2025. Когда демонтаж завершится, древесину от «Кольца» передадут новым владельцам. Стройматериалы пойдут на восстановление домов, пострадавших от стихийных бедствий, и на строительство новых сооружений.
Архитектура потоков: узкие места в проектах логистических...
Проектирование логистических объектов – это не столько про объём, сколько про систему управляемых переходов между зонами. Значительное время работы техники теряется на ожидания, причём основные потери концентрируются не в стеллажном хранении, а в проёмах, стыках температурных контуров и зонах пересечения потоков. Разбираемся, почему реальная производительность склада определяется не характеристиками автоматизации, а временем открытия проёма, и как этот параметр закладывается в проект.
Стекло AIG в проекте Центрального телеграфа
В отреставрированном Центральном телеграфе на Тверской использованы три типа остекления AIG: для исторического фасада, кровли атриума и внутренних ограждений. Основные требования – нейтральность цветопередачи, солнцезащита без затемнения и сохранение визуальной легкости исторического объема.
Три цвета MODFORMAT на фасаде
Жилой комплекс «ЦЕНТР» в Бресте – первый в портфеле «Полесьежилстрой» проект, где фасады полностью выполнены из клинкера удлиненного формата. Квартал из пяти корпусов распродан почти на 100%, строительство продолжается. Разбираемся, что именно сработало: архитектурное решение, выбор материала или их удачное сочетание.
От модерниста – экологисту
Швейцарский архитектор Барбара Бузер получила премию Джейн Дрю 2026 года. Ежегодную премию представительницам слабого пола вручает журнал Architects′ Journal – за профессиональные достижения и «укрепление женского авторитета в профессии».
Зеленые полимеры: эволюция фасадной теплоизоляции
Современная «зеленая архитектура» – это не только про озеленение крыш и солнечные батареи. В первую очередь, это про технологии, снижающие углеродный след здания. Ключевую роль здесь играют теплоизоляционные материалы (ТИМ), позволяющие радикально сократить потребление энергии. Пенополистирол, PIR и другие материалы, которые принято называть «зелеными полимерами» за их вклад в энергоэффективность, сегодня превратились в стандарт индустрии.
Пищевые производства: логистика и температура
Будучи одними из самых сложных объектов с точки зрения внутренней организации, пищевые производства требуют не просто размещения холодильных камер и цехов, а создания системы «климатических островов» внутри здания. Главная сложность возникает в зонах проемов в условиях интенсивного движения техники и персонала. Разбираем инженерные нюансы подбора оборудования, позволяющие обеспечить герметичность без потери энергоэффективности и удобства логистики.
Тепло и форма
Энергоэффективность сегодня – не враг архитектурной выразительности. Полимерные утеплители – ЭППС, ПИР, ППУ – берут на себя нагрузку, усадку и влагу, освобождая фасад от массивных наслоений. Какой материал выбрать для фундамента, фасада и кровли, чтобы сохранить и тепло, и чистоту линий – разбираем в обзоре.
Угольная пыль вместо цемента
Ученые Пермского Политеха и УрФУ создали экологичный бетон с повышенной водостойкостью. В составе материала – тонкомолотые горелые породы, отравляющие экологию угледобывающих регионов.
Материал с характером
За последние годы продажи металлических фасадных кассет в России выросли почти на 40 % – в сегментах бизнес и премиум всё активнее спрос на материалы, которые дают архитектору свободу работать с выразительной формой, не в ущерб безопасности и сроку службы фасада. Металлокассеты стали одним из главных ответов на этот запрос. Смотрим актуальные приёмы их применения на реализованных объектах от компании «Алкотек».
Архитектура воздухообмена
В зданиях большого объема – от спортивных комплексов до производственных корпусов – формирование комфортного микроклимата связано с особыми инженерными задачами. Одной из ключевых становится организация циркуляции воздуха, позволяющая устранить температурное расслоение и обеспечить равномерные условия по всей высоте пространства.
Инновационное остекление для идеального микроклимата:...
В современной архитектуре стеклопакет приобрел множество полезных функций, став полноценным инструментом управления микроклиматом здания. Так, энергосберегающие стеклопакеты эффективно удерживают тепло в помещении, солнцезащитные – предотвращают перегрев, а электрообогреваемые сами становятся источником тепла. Разбираемся в многообразии современных стеклоизделий на примере продукции Российской Стекольной Компании.
Опоры из грибницы
В США придумали новую альтернатива бетону – живой материал на основе мицелия и бактерий. Такой материал способен самовосстанавливаться и годится для применения в конструктивных компонентах зданий.
«Сухой» монтаж: КНАУФ в BelExpo
Минский BelExpo возвели на год раньше плана. Ключевую роль сыграли технологии КНАУФ: в основе конструкций – каркасно-обшивное перекрытие, собранное как конструктор и перекрывающее 6 метров без тяжелой техники, а также системы «потолок под потолком» с плитами КНАУФ-Акустика.
Сейчас на главной
В поисках вопросов
На острове Хайнань открылось новое здание музея науки по проекту MAD. Все его выставочные зоны выстроены в единый маршрут, развивающийся по спирали.
Между fair и tale, или как поймать «рынок» за хвост
На ВДНХ открылась выставка «Иномарка», исследующая культовую тему романтического капитализма 1990-х. Ее экспозиционный дизайн построен на эксперименте: его поручили трем авторам; а эффект знакомый – острого натурализма, призванного погрузить посетителя в ностальгическую атмосферу.
Казанские перформансы
В последние дни мая в Казани в шестой раз пройдет независимый фестиваль медиаискусства НУР, объединяющий медиахудожников, музыкантов и перформеров со всего мира. Организаторы фестиваля стремятся показать знаковые архитектурные объекты Казани с другого ракурса, открыть скрытые исторические части города и погрузить зрителей в новую реальность. Особое место в программе занимают музыкально-световые инсталляции. Рассказываем, что ждет гостей в этом году.
Друзья по крыше
В честь 270-летия Александринского театра на крыше Новой сцены откроется общественное пространство. Варианты архитектурной концепции летней многофункциональнй площадки с лекторием и камерной сценой будут создавать студенты петербургских вузов в рамках творческой лаборатории под руководством «Студии 44». Лучшее решение ждет реализация! Рассказываем об этой инициативе и ждем открытия театральной крыши.
На воскресной электричке
Для поселка Ушково Курортного района Санкт-Петербурга архитектурная мастерская М119 подготовила проект гостиницы с отдельно стоящим физкультурно-оздоровительным центром. Ячейки номеров, деревянные рейки на фасадах, а также бетонные блоки, акцентирующие функциональные блоки, отсылают к наследию советских санаториев и детских лагерей.
Наука на курорте
Здание для центра научно-промышленных исследований Чжэцзянского университета на острове Хайнань извлекает максимум из мягкого климата и видов на море. Авторы проекта – UAD, архитектурный институт в составе того же вуза.
Идеалы модернизма
В Дубне благодаря инициативе руководства местного научного института реконструировано модернистское здание. По проекту Orchestra Design в бывшем Доме международных совещаний открылся выставочный зал «Галерея ОИЯИ», чья деятельность будет проходить на стыке науки и искусства. И первой выставкой, иллюстрирующей этот принцип, стала экспозиция одного из самых известных художников современности, пионера российского кинетизма Франциско Инфантэ.
Мембрана для мысли: IND
Бюро IND предложило для ФИЦ биомедицинских технологий проект, вдохновлённый устройством нейронной сети: многогранные полупрозрачные объёмы, сдвинутые относительно друг друга, образуют «живую структуру» – с «синапсами» общих дворов, где случайный разговор в атриуме может превратиться в научную коллаборацию.
Сплав мировых культур
Гостевой дом, построенный по проекту Osetskaya.Salov на окраине Переславля-Залесского, предлагает путешественнику насыщенное пространство, которое дополнит опыт пребывания в древнем городе. Внутри – пять номеров, отсылающих к славянской, африканской, индуистской, европейской и латиноамериканской культурам. Их расширяют общие пространства – терраса с коммунальным столом, эскуплуатируемая кровля с видом на город, укромный сад. Оболочка здания транслирует универсальное высказывание, вбирая в себя черты всех культур.
«Шартрез д’Эма»: монастырь под Флоренцией как архетип...
Петр Завадовский рассматривает влияние картезианского монастыря в тосканском Галлуццо на формирование концептуальных основ жилищной архитектуры Ле Корбюзье, а также на его проект «дома вилл» – Immeuble-villas.
КиноГолограмма
Не так давно московскими властями был одобрен проект нового комплекса Дома Кино от архитекторов Kleinewelt. Старое здание 1968 года сохранить не удалось – зато авторы сберегли витражи, металлические рельефы, а также объемные параметры здания, в котором разместится Союз кинематографистов и кинозалы. А главным акцентом станет жилая башня. Изучаем ее пластику и аллюзии в московском контексте.
Форма как метод: ТПО «Резерв»
В основе концепции Владимира Плоткина и ТПО «Резерв» – нетривиальная морфология, работающая на решение функциональных задач помимо чисто формальных. Хотя больше всего, конечно, на выразительность и создание редкостного – как можно предположить, рассматривая ключевые решения проекта, пространственно-эмоционального опыта. Изучили, оно того стоит. Наша версия – в таком проекте работает не стиль и даже не метафора, а метод.
Консервация как комментарий
Для руинированной усадьбы Сумароковых-Миллеров, расположенной недалеко от Тарусы, бюро Рождественка предложило концепцию противоаварийных работ, которая помогает восстановить целостность объекта, не нарушая принципов охраны наследия. Временная мера не только стабилизирует памятник и защищает его от дальнейших разрушений, но также позволяет ему функционировать как общественный объект.
Хроника Шуховской башни
Над шаболовской башней сгущается, теперь уже всерьез. Ее собираются построить в новом металле – копию в натуральную величину. Сейчас, вероятно, мы находимся в последней точке невозврата. Айрат Багаутдинов, основатель проекта «Москва глазами инженера», собрал впечатляющую подборку сведений по новейшей истории башни: попытки реконструкции, изменения предмета охраны и общественный резонанс. Публикуем. Сопровождаем фотографиями современного состояния.
Лесные травы
Студия 40 создала интерьер ресторана FOREST в Екатеринбурге, руководствуясь необычным принципом – дизайн должен быть высококлассным и при этом ненавязчивым, чтобы все внимание посетителей было сосредоточено на кулинарных впечатлениях.
Земельные отношения
Экоферма Цзаохэ в предместье Пекина восстанавливает отношения между человеком, землей и пищей. Fon Studio в своем проекте предсказуемо обратилось к традициям и легендам.
Курган памяти
Конкурсный проект мемориального комплекса на Пулковских высотах от «Студии 44» не будет реализован, но мы хотим о нем рассказать – это интересный пример того, как с помощью архитектуры можно символизировать травматичные события и тем самым способствовать их переработке и интеграции в опыт человека. Кроме того, авторам удается совместить мемориальную функцию с рекреационной, не уходя ни в драматизацию, ни в упрощение. Проект развивает идеи двух других конкурсных работ, ушедших в стол, – Музея блокады и парка «Тучков буян». А еще – отсылает к холму-кургану, который Александр Никольский воплотил в облике уже утраченного стадиона на Крестовском острове.
Между цирком и рынком
Манеж для представлений по проекту K architectures на конном заводе в Бретани соединяет ресурсоэффективность с традициями французской архитектуры.
Баня по-царски
Бюро «Уникум» создало собственную версию идеального банного интерьера, отказавшись от расхожих трендов в пользу собственного уникального стиля – нео-русской готики, одновременно роскошной, интригующей и сказочной, что делает поход в эту баню настоящим побегом от серой реальности.
«Заря» над волнами
В проекте реконструкции муниципального пляжа «Заря» в Сочи от бюро V6 GROUP – террасирование, «текучий» бетон и открытый бассейн стали ответами на главные вызовы курорта: нехватку места, капризы моря и модернистскую айдентику местной инфраструктуры.
Белый конгломерат: AI-Architects
Белые цилиндры «слипаются», расширяются кверху и подсвечиваются изнутри, как гигантские лабораторные колбы. Внутри – атриум-амфитеатр, где наука становится зрелищем. Мы продолжаем публиковать конкурсные проекты ФИЦ оригинальных и перспективных биомедицинских и фармацевтических технологий и показываем концепцию от консорциума «АИ-АРХИТЕКТС+ТОЛК+ZLT+АрТех Лаб».
Между фантазией и реальностью: ПАСП & РОСТ
Начинаем публикацию конкурсных проектов ФИЦ биомедицинских и прочих технологий – с проекта, занявшего 6 место. Но Сергей Кузнецов сказал, что «разрыв между участниками был минимальным». А значит, все интересны. Предваряем обзором участка и задач – только так можно понять конкурсные проекты. Проект воронежской команды настроен на практику и удобство, рациональный подход к построению и вероятным трансформациям. Какое у них ключевое решение – читайте в тексте.
Типографика пространства
Консорциум ab Plombir и проект «ДАЛЬ» разработали комплексную концепцию развития исторического квартала «Нижполиграф» в Нижнем Новгороде. Бывшая типография превращается в креативный кластер и федеральный технопарк профессионального образования. Проект сохраняет промышленную идентичность места, деликатно работает с объектом культурного наследия и программирует 45 000 м2 как единую экосистему для встреч, коллабораций и городской жизни.
За холмами
Бюро Анастасии Томенко спроектировало для участка в районе Жигулевских гор загородный дом. Он одновременно подражает холмистому рельефу и заявляет о своем статусе выразительной скульптурной оболочкой, предлагает уединение и широкие виды, а также разные сценарии использования – от бутик-отеля до частной резиденции.
Фолиант большого архитектора
Олег Явейн написал, а «Студия 44» издала монументальный двухтомник про Александра Никольского. Многие материалы публикуются впервые. Читается, при всей фундаментальности, легко. Личность, и архитектура человека-гиганта (он был большого роста), который пришел к авангарду своим путем и не был готов «отпустить» то, что считал правильным – а о политике не говорил вообще никогда – показана с разных сторон. Читаем, рассуждаем, рассказываем несколько историй. Кое-что цепляет пресловутой актуальностью для наших дней.
Взгляд сверху
Дом “Энигмия” на Новослободской, спроектированный Андреем Романовым и Екатериной Кузнецовой, ADM architects – яркий, нашумевший проект последних месяцев. Соответствуя своему названию, он волшебно блестит и загадочно вырастает, расширяясь вверх. Расспросили девелопера и архитектора.
Переплетение перспектив
В середине апреля в Центральном доме архитектора Москвы прошел очередной Всероссийский архитектурный молодежный фестиваль «Перспектива 2026». Темой этого года стало «Переплетение». Конкурсная программа включала смотр-конкурс среди студентов и молодых архитекторов, а также конкурс на разработку архитектурной концепции многофункционального центра «Город Талантов» в Кемерово. Показываем победителей.
Блоки и коробки
Дом по проекту Studioninedots в новом районе Амстердама раскладывает жизнь семьи с двумя детьми по «коробочкам».
Звенья одной цепи
Бюро ulab разработало проект жилого комплекса, для которого выделен участок на границе с лесным массивом и экотропой «Уфимское ожерелье». Чтобы придать застройке индивидуальности, архитекторы использовали знакомые всем горожанам образы: башни силуэтом и материалом облицовки соотносятся со скальными массивами, а урбан-виллы – с яркими деревянными домиками. Не оставлено без внимания и соседство с советским кинотеатром «Салют» – доминанта комплекса подчеркивает его осевое расположение и использует паттерн фасада как основу для формообразования.
Стоечно-балочное гостеприимство
Отель Author’s Room по проекту B.L.U.E. Architecture Studio в агломерации Гуанчжоу соединяет для постояльцев отдых на природе с флером интеллектуальности от видного китайского издательства.