Николай Полисский: «Мы здесь, на Угре, приватизируем весь мир»

Разговор Сергея Хачатурова с Николаем Полисским – о Бобуре, Париже, щемящем чувстве и оси культуры. А также о фестивалях, менеджменте и планах.

mainImg
6 июля на территории арт-парка Никола-Ленивец в Калужской области открывается русско-французский фестиваль современной культуры «Бобур». Хед-лайнером фестиваля выступает Николай Полисский. Вместе со своей бригадой художников-автодидактов, объединенных брендом «Никола-Ленивецкие промыслы» он представит монументальное сооружение «Бобур», сплетенное из природных материалов на металлическом каркасе.
«Бобур». Фотография предоставлена Сергеем Хачатуровым
Название отсылает к образу старейшего квартала Парижа (Beaubourg), в котором главный – Центр Помпиду Пьяно и Роджерса с его вывернутыми наружу коммуникациями, трубами на фасаде и веселой тусней у подножья на площади. Вокруг деревенского «Бобура» дни и ночи тоже будут хороводить музыканты (в том числе прославленный шумовой оркестр Петра Айду), артисты на ходулях и без. Свой Бобур сделают дети. Настроение зажжет художник-шаман Герман Виноградов… Визави Полисского – француз Ксавье Жуйо. Он предложит скай-арт-перформанс с аэродинамическими скульптурами, которые будут пахать небо. Ксавье вдохновился воздушной звукописью названия деревни, рядом с которой построен «Бобур» – Звизжи: полет шмеля + звук сельхозмашины.

Башня «Бобур» издалека явно напоминает формы индийского храма Лотоса с огромными лепестками. При приближении мощно трубят выдающиеся от «лотоса» во все стороны двенадцать труб – слоновьих хоботов. Сравнение с индийскими образами не исчезает, но дополняется вариациями на некую медийную атаку, с громогласными сигналами, вброшенными в пейзаж среднерусской возвышенности. Природная фактура, рукотворная пластика (монумент сплетен из березовой лозы) традиционно для Полисского сочетаются с технократическим, конструктивистским порядком формотворчества. На просвет плетенка выглядит как каркас модернистских домов, а внутри башни «Бобур» ввинчена металлическая лестница, очень напоминающая инженерные свершения раннего модернизма, Шухова или Эйфеля. Такой парадоксальный, во многом иронический и шикующий своей маэстрией опус – фирменная черта стиля «Никола-Ленивецких промыслов». Французское, русское и даже индийское составляют территорию пресловутой Евразии в самом неагрессивном, не догматичном, а творческом модусе ее понимания.
«Бобур». Фотография предоставлена Сергеем Хачатуровым
Спрашиваю художника Николая Полисского: 

– Почему Бобур?

– Мне просто нравится это здание. Оно такое принципиальное для архитектуры XX века: любимые трубы, раструбы. У парижского Бобура были проблемы с адаптацией в историческом контексте. У нас, наверное, тоже.

Это, возможно, плюс. Ведь сложный диалог с контекстом может себе позволить сильная архитектура. Слабая или отторгается им сразу, или растворяется без остатка.

– Кстати, меня Бобур в историческом Париже не раздражает. Куда больше – Эйфелева башня. Она именно, что инородная, а он свой. Когда ты поднимаешься по эскалатору на фасаде Бобура, ты видишь значительную часть Парижа. Аналогично: когда ты внутри нашего Бобура карабкаешься по винтовой лестнице, ты созерцаешь все окрестности Никола-Ленивца. Я надеюсь, что башню Бобур мы будем сдавать художникам в качестве музея, а на площади перед башней по аналогии с Францией будут перформансы и концерты.
«Бобур». Фотография предоставлена Сергеем Хачатуровым
«Бобур». Фотография предоставлена Сергеем Хачатуровым
– Существует ли какая-то единая сквозная тема, которая объединяет твои объекты, начиная с «Маяка» у реки Угры, завершая Бобуром недалеко от деревни Звизжи?

– На территории национального парка «Угра», действительно, выстраивается ось из больших объектов. Все они – архитектурные бренды разных времен. «Маяк», «Вселенский разум» (включая андронный коллайдер), «Зиккурат» и «Башенная градирня», «Границы империи» (колонны имперского форума), «Бобур»… Все это запечатленные в архитектуре памятники человеческой цивилизации.

– Любопытно, что в этом перечне совсем нет истинно русских чудес света…


– В том-то и смысл. Мы здесь, на Угре, приватизируем весь мир. Делаем так, что все мировые чудеса становятся вполне нашими. Если мы начнем делать здесь что-то вроде Кремля – получится тавтология, масло масляное.

– Предполагается ли объединить все объекты общей программой использования и взаимодействия с посетителем? Предполагается ли некий маршрут?

– Во-первых, естественно, должна быть тропа. Ее нужно прорубить. Хочу переставить колонны «Границы империи» на пути от Никола-Ленивца к Звизжам, по старой дороге. Будет такая Аппиева дорога между Бобуром и Вселенским разумом. Хотелось бы придумать такой фестиваль, который предполагает, что на каждом из объектов будет разыгрываться какая-то мистерия.

– Как организован менеджмент твоих проектов?

– Компания «АрхПолис, АНО» занята организацией артпроцесса, фестивалей, а также всего сопутствующего им: постройкой хостелов, кемпингов, больших мастерских. Мне обещают мастерскую площадью 750 метров. Целый хозяйственный двор колхоза отдан под мастерские. Эта компания АрхПолис договаривается с государством. Она выиграла тендер на разработку туристической инфраструктуры.

– То есть в случае с Никола-Ленивцем акцент неизбежно смещается с Лаборатории на территорию Entertainment, приятного времяпровождения широких масс трудящихся и учащихся в досуговые дни.


– Да. Это неизбежно. Но я надеюсь, что искусство тоже входит в сферу интересов компании АрхПолис, что менеджеры наших проектов не хотят зарабатывать только на сфере досуговых, развлекательных услуг. Зарабатывание денег (на билетах, палатках) не единственная цель, хотелось бы верить. Более того, уверен, что случайные люди постепенно исключат Никола-Ленивец из списка своих паломничеств. Дождемся, когда под Калугой построят что-то вроде Дисней-ленда и аква-парка.

– Парадокс: твои объекты явно рассчитаны на огромное количество соучастников, зрителей, которые их обживают, по ним лазают, с ними общаются в большом коллективе. При этом, когда много людей, тебе не нравится…

– Двадцати человек в день мне бы вполне хватило на каждом из моих объектов. Даже когда нет людей, постройки живут. Совсем не обязательно видеть каждый день огромную толпу. Щемящее чувство рождается, когда монумент сливается с природной тишиной.
«Бобур». Фотография предоставлена Сергеем Хачатуровым
– Как складываются отношения с фестивалем АрхСтояние, который откроется 26 июля?

– Меня приглашают участвовать в отборе работ. Однако я не чувствую себя внутри фестивального формата. Проблема АрхСтояния: участие малого числа архитекторов с интересными идеями и ярким их воплощением. Бродский, Бернаскони, ландшафтная архитектура парка «Версаль», – это все замечательно. Однако отсутствует некий четкий ритм организации процесса. Я был бы доволен, если бы французы реализовали внутри фестиваля большую программу по воссозданию разных образов садово-паркового искусства. Хотелось бы, чтобы сама формальная составляющая фестиваля АрхСтояние была бы более четкой и осмысленной.

– Какая постройка продолжит намеченную тобой «Ось цивилизации»?

– В деревне Звизжи, к которой мы уже почти подобрались, стоит остов центрального магазина. Это такая руина советского модернизма, живописные останки с абстрактной живописью на стенах – следами от батарей, фрагментами внутренней отделки… Я хочу превратить этот магазин в подобие городской скульптуры. Давно думаю поработать с бетонными коробками. А еще я хочу осуществить давний проект. За «Вселенским разумом» имеется большая территория, которая состоит из молодого березняка с полянками. Там я хотел бы поставить с десяток павильонов – авторских произведений разных художников, наподобие иконных домиков Валерия Кошлякова. С этих павильонов художников и архитекторов, собственно, и начинался фестиваль АрхСтояние.


01 Июля 2013

author pht

Беседовал:

Сергей Хачатуров
comments powered by HyperComments

Технологии и материалы

Размером с 30 футбольных полей
«Зеленый квартал» – энергоэффективный, инновационный и самый дорогой градостроительный проект Казахстана, разработкой которого занималась международная команда: британское архитектурное бюро Aedas, американская инженерная компания AECOM и строительный холдинг из Казахстана BI Group.
Японские технологии на родине дымковской игрушки
В Кирове появился новый 15-этажный жилой дом, спроектированный московским архитектором Алексеем Ивановым. Для отделки фасада использовались японские панели KMEW, предназначенные специально для высотного строительства.
Переплетение и контраст
Два московских проекта, в которых архитекторы сочетают панели с разными фактурами из фиброцемента EQUITONE, добиваясь выразительности фасадов.
Вентиляционная створка Venta – современное решение...
Venta обеспечивает безопасное и быстрое проветривание помещений, не создавая сквозняков. Она идеально комбинируется с остекленными и глухими элементами большой площади, а гибкая интеграция системы в любой фасад объекта является отличным решением для архитекторов и проектировщиков.
«Тихий рассвет» – цвет года по версии AkzoNobel
Созданный по итогам масштабных исследований цветовых трендов, проводящихся экспертами со всего мира, этот цвет призван запечатлеть суть того, что делает нас более человечными на заре нового десятилетия.
Разреши себе творить
Бренд DULUX выпустил новую линейку инновационных красок «Легко обновить». В нее вошло всего три продукта, но с их помощью можно преобразить весь дом или квартиру самостоятельно и всего за несколько часов.

Сейчас на главной

Путь эмоций
Два молодых архитектора из ОСА о первом самостоятельном проекте для бюро и выработанном творческом подходе.
Архсовет Москвы-64
20 ноября Архсовет отверг проект ТРЦ около Преображенской площади от компании «Подземпроект» и утвердил проект дома в Большом Николоворобинском переулке Сергея Скуратова, по соседству с его же Арт-Хаусом.
Стереомир инженера Шухова
До 19 января в Музее архитектуры проходит выставка-ретроспектива наследия выдающегося инженера Владимира Шухова – симбиоз огромной исследовательской работы и красивой художественной метафоры, придуманной «Архитекторами Асс».
Предложение знака
Карен Сапричян предложил для штаб-квартиры РЖД, о планах строительства которой на территории Рижского грузового терминала стало известно весной текущего года, три небоскреба с буквами аббревиатуры компании.
Тучков буян: эксперты о главном парке Петербурга
Стартовал конкурс на концепцию парка «Тучков буян», а вместе с ним – страхи, сомнения и большие надежды. В рамках культурного форума архитекторы и чиновники разбирались, как подступиться к первому за долгие годы зеленому пространству, а мы приводим не самые очевидные мнения.
Пресса: «Зачем вам эти руины?»: что происходит со старыми советскими...
39 советским кинотеатрам Москвы приходится нелегко: один за другим их закрывают, перепродают, демонтируют. Все они вошли в программу реконструкции, которую осуществляет ADG Group, и скоро будут переделаны в «районные центры». Местные жители и историки архитектуры против. «Афиша Daily» разобралась в ситуации.
Третий масштаб
На сложном участке в Одинцовском округе Подмосковья «Студия 44» спроектировала вторую очередь гимназии им. Е.М. Примакова – школу с мощным демократическим пафосом и архитектурой в духе итальянского рационализма.
Музей на семи ветрах
В Шанхае на берегу реки Хуанпу построен музей Уэст-Банд. Авторы проекта – David Chipperfield Architects. Первые пять лет там будет показывать свои выставки Центр Помпиду.
Изгибы дюн
Комплекс апартаментов в Сестрорецке с криволинейными формами и выдающейся инфраструктурой, позволяющей охарактеризовать место как парк здоровья или дачу нового типа.
Отдых на Желтой реке
Бутик-отель Lost Villa шанхайской мастерской DAS Lab на границе Внутренней Монголии повторяет форму традиционного местного поселения.
Кирпич старый и новый
В центре Манчестера строится жилой квартал KAMPUS по проекту Mecanoo на 533 квартиры: жилье, кафе и магазины расположатся в новых корпусах и исторических складах из кирпича, а также в бетонной башне 1960-х годов.
Пресса: Где будет центр
Сейчас город — это прежде всего его центр, центром он опознается и остается в голове. Город будущего требует деконструкции центра настоящего. Вопрос: а будет ли у него другой центр?
Консоли над полем
Школьное здание по проекту BIG в пригороде Вашингтона составлено из пяти раскрывающихся как веер ярусов, облицованных белым глазурованным кирпичом.
Бегство из Вавилона
Заметки об инсталляции Александра Бродского для книг Анны Наринской – «Невавилонской библиотеке» в Центре толерантности.
«Вариации на тему»
Плавучие дома по проекту Attika Architekten на канале в центре Нидерландов получили фасады из фиброцементных панелей EQUITONE [natura].
Тонкая игра
Клубный дом в Большом Козихинском, – пример архитектурного разговора о методах и источниках стилизации, врастающей в современные тенденции. С ярким акцентом, вдохновленным работой Льва Бакста для «Дягилевских сезонов».
Профсоюзное движение
В Британии основан профсоюз архитекторов и всех других сотрудников архитектурных бюро, включая секретарей, менеджеров, техников.
Визит в вечную мерзлоту
Архитекторы Snøhetta представили проект посетительского центра The Arc при Всемирном хранилище семян и Мировом архиве на Шпицбергене.
Пресса: Гидроэлектробазилика
Знаменитый итальянский архитектор Ренцо Пьяно и команда фонда V-A-C, основанного бизнесменом Леонидом Михельсоном, рассказали о будущем, пожалуй, самого амбициозного культурного проекта последних лет — ГЭС-2.
Опыты для ржавого ожерелья
Вторая российская молодежная архитектурная биеннале в Казани была посвящена реконструкции промзон. 30 финалистов выполнили проекты для двух конкретных участков столицы Татарстана. Представляем проекты победителей.
Вырасти свой сад
Конгресс World Urban Parks, прошедший в Казани, получился больше про общественные места и энергичных людей, чем собственно про парки. Публикуем самое интересное и полезное из того, что удалось услышать и увидеть.
Велосипеды под холмами
Новая площадь по проекту COBE на кампусе Копенгагенского университета – это холмистый ландшафт, где есть стоянки для велосипедов, театр под открытым небом и «влажные биотопы».
Три корабля
Павильон Италии на Экспо-2020 в Дубае спроектировали архитекторы CRA-Carlo Ratti Associati, Italo Rota Building Office и matteogatto&associati.